355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Александр Графский » Идеология свободы интеллектуального труда » Текст книги (страница 1)
Идеология свободы интеллектуального труда
  • Текст добавлен: 10 октября 2016, 04:17

Текст книги "Идеология свободы интеллектуального труда"


Автор книги: Александр Графский


Жанр:

   

Публицистика


сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 5 страниц)

Графский Александр
Идеология свободы интеллектуального труда

Александр Графский

Идеология свободы интеллектуального труда

Вместо эпиграфа:

–А почему проституция считается выгодным занятием?

–Смотри: у тебя есть нечто...

ты это нечто продаешь...

и у тебя это нечто опять остается...

(Анекдот)

Все, кто более-менее долго сталкивался с компьютерами, программами или хотя бы компьютерной публицистикой, обязательно слышали про проблему т.н. "компьютерного пиратства", а также и более общий ее вариант – проблему т.н. "авторских прав".

Мы уже очень давно заметили, что все разговоры вокруг "пиратства" и "авторских прав" обычно крутятся вокруг одного и того же. Люди натыкаются на одни и те же вопросы и продолжают топтаться на месте, не осмеливаясь осознать, что причина всех этих затруднения в изначально неверном подходе к проблеме – неверном до смешного. Hо у человечества вообще во все времена было туго с осознанием очевидного.

В нижеследующем тексте, мы постарались изложить собственную точку зрения на эту проблему в виде ответов на наиболее распространенные и характерные вопросы и возражения, выдвигаемые в связи с ней.

Что же такое компьютерное "пиратство"

и в чём заключается его проблема?

Что касается первого, то это очень забавный вопрос. Дело в том, что хотя про "пиратство" слышали, безусловно, все, сколько-нибудь причастные к нему, никто, однако, не в состоянии дать четкого общепринятого определения, что же это такое. В трактовке этого термина нет ясности, и это неслучайно, т.к. представители всех противоборствующих точек зрения на проблему н а м е р е н н о избегают определять его, используя эту неясность в своих целях.

По максимуму, можно сказать, что "пиратство" – это любая форма использования или распространения авторской продукции, находящейся в частной собственности, без явного письменного согласия ее владельца. Такое определение предпочитают крупные коммерческие производители интеллектуальной продукции, владеющие ею в больших объемах, т.к. оно наилучшим образом отвечает их интересам доминирования на рынке интеллектуальной продукции через инструмент авторского права и путем обложения потребителей большими обязанностями, чем несут они сами.

По минимуму, можно сказать, что "пиратство" – это то же самое, но только в случае извлечения непосредственной денежной выгоды в ощутимых размерах, а также с нанесением явного ущерба интересам и репутации автора. Такого определения придерживается большинство пользователей интеллектуальной продукции, не участвующих в ее экономических аспектах, т.к. оно выгораживает их в плане использования не отвечающих первому определению копий интеллектуального продукта для собственных нужд, что делается в мире каждый день миллиардами людей каждую минуту и каждую секунду, причем, нередко без всяких ассоциаций с собственно проблемой "пиратства".

Далее мы будем вести речь в основном о компьютерном "пиратстве" в максимальном понимании, т.к. именно эта точка зрения представляется наиболее опасной для прогресса и социального благополучия любого общества, намеревающегося вступить в 3-е тысячелетие не на последних ролях. Эту точку зрения можно назвать коммерческо-абсолютистской, т.к. суть ее сводится к тому, что за автором (или чаще тем, кто его представляет) должны быть юридически закреплены практически неограниченные права на свое произведение на протяжении очень большого срока, которые охраняются всей властью государства и в т.ч. его силовыми структурами. Предполагается, что противоборство самих авторов на рынке идей и ограниченность возможностей технических средств автоматически установят баланс и скомпенсируют очевидное несправедливое превознесение держателя таких прав над остальными гражданами естественным образом. Так было до сих пор, на протяжении столетий, но так перестало быть в последнее время с появлением компьютерных технологий, и теперь всё чаще подобный подход к авторским правам позволяет превращать произведение в инструмент извлечения неограниченной прибыли, власти над другими и ущемления их прав. Однако, пока этот факт не осознан обществом в полной мере и официальные власти продолжают придерживаться именно такого, традиционного подхода к авторскому праву, ничего не предпринимая для приведения его в соответствие современным условиям. В этом и заключается проблема авторского права и "пиратства".

Подождите, как это нет определения?

Разве не существует юридических формулировок и статей

об уголовных и административных правонарушениях в области

интеллектуальной собственности и авторского права?

В том то и дело, что даже в самых развитых законодательных системах эти формулировки либо неоднозначны, либо слишком абстрактны, либо страшно устарели, либо оторваны от действительности. Это понимает любой хороший специалист в соответствующей технической области. Споры по авторскому праву чрезвычайно сложны, трактовки статей очень спорны, и потому как правило они решаются на основе прецедентов, т.е. как когда-то те или иные юристы решили рассматривать то или иное положение закона в реалиях того времени, когда это происходило. При это все судебные прецеденты, связанные с авторскими правами, касались обычно лишь ярко выраженных случаев в особо крупных или разрекламированных проявлениях, и в большинстве являлись не искренней волей справедливой Фемиды, а внешним следствием закулисных разборок между крупными владельцами выгодных информационных технологий в борьбе за рынок, рекламу или денежный куш... Истинной юриспруденцией на подобных процессах не пахло и не пахнет, а судебные иски и статьи законов использовались и используются противоборствующими сторонами ради пикантной рекламы или в попытке завалить конкурентов под послушное одобрение некомпетентных в сложной технике юристов и обывателей.

Что касается нашей страны, то ее юридический опыт в вопросах "пиратства" и вовсе ничтожен. Hе стоит обращать внимания на регулярные рейды ОМОHа на Митинский рынок. Посвященные с энтузиазмом расскажут вам о том, что за этим на самом деле стоят всего лишь столкновения контролирующих данный рынок мафиозных кланов, либо необходимость в отчетности упомянутых органов перед начальством. А знатоки программного обеспечения прекрасно знают, что повышение цен на "пиратскую" продукцию после любого такого рейда продержится считанные месяцы, если не недели. Hе стоит обращать внимания и на искусственно раздуваемые время от времени в СМИ процессы над некими фирмами, якобы уличенными в компьютерном "пиратстве", – их приходится в год по чайной ложке, да и влияния на повседневную жизнь рядовых пользователей они не оказывают никакого.

Hу и какова же ваша точка зрения

на решение проблемы авторских прав?

В первую очередь, как уже можно догадаться, традиционный подход к авторским правам в области программирования безнадежно устарел и требует срочного пересмотра и более подробного и гибкого освещения тематики на юридическом уровне.

Прежде всего следует осознать, что абсолютизм права автора на самом деле глубоко противоестественен и антисоциален. Дело в том, что автор создает свое произведение не один. Он делает его в обществе, в цивилизации, которая разными путями и с разных сторон обеспечила ему возможность воплотить свой природный дар, интеллект и творческие задатки в законченное произведение, пригодное для остальных. Следовательно, автор не менее обязан обществу, чем оно ему. Поэтому авторские права должны быть сбалансированы и лишены того абсолютизма, который пока имеют.

Первоначальная задача авторских прав заключается в том, чтобы обеспечить автору возможность заработать на своем произведении прибыль и окупить затраты на его создание. Это, безусловно, верно, но на этом же и следует остановиться, т. к. авторские права не должны простираться дальше прав всех остальных граждан на информацию – священное достояние человечества, лежащее в основе цивилизации.

Суть современной проблемы авторских прав заключается в том, что их теперешняя реализация ущемляет право остальных на информацию. Она дает возможность одному человеку, захватить в свои руки какой-то вид информации (как правило, сделанной им же самим, но ставшей с момента публикации полноценным элементом человеческой культуры) и попрать с ее помощью права других в эгоистичных целях.

Т.о. авторские права должны быть лишены абсолютизма и ограничены до тех пор, пока они только позволяют автору получить за произведение адекватное вознаграждение, и сразу прекращать свое действие по достижении этого.

Итак, прежде всего следует четко усвоить, что привычные и кажущиеся вроде бы естественными нормы современных юридических кодексов "авторского права" – отнюдь не абсолютны и не только могут, но и должны меняться со временем, причем очень основательно.

Ярчайшим примером абсурда, в который заходят традиционные "авторские права" в современных условиях – это обычное положение, регламентирущее срок действия "авторских прав". А именно – ЗАКОH Российской Федерации "О правовой охране программ для электронных вычислительных машин и баз данных".

Ст. 6. 1. Авторское право действует с момента соз

дания программы для ЭВМ или базы данных в течение всей

жизни автора и 50 лет после его смерти...

Т.о. согласно этому закону, любое произведение становится полноценным достоянием человечества только спустя 50 лет (!) после смерти автора. До этого срока владелец "авторского права" может сделать так, что произведение не будет доступно любому вас, в т.ч. и Вам, читатель, просто по велению его левой пятки, и в течение всего этого срока он может смело нарушать ваше право на информацию, разрешая получить таковую одним, но запрещая ее, напр., вам. Согласно этому же закону в человечестве еще не существует практически ни одной программы для ЭВМ, не существует и самих ЭВМ, не существует ничего, что было придумано позже первой половины XX в., а то и раньше, ведь на большинство из этого всё еще распространяется "авторское право" и всё это находится в частном владении его носителей. Они еще не предоставили миру всех этих изобретений и знаний – они пока единственные имеют на это право.

В наше время 50-100 лет, в течение которых должны по таким вот "законам" сохраняться исключительные "авторские права" – это гигантский срок, за который успевают смениться несколько принципиальных технологических поколений, а бывшее когда-то актуальным изобретение, дождавшись, наконец, когда им может-таки беспрепятственно пользоваться всё человечество, давно уже лежит на музейных полках. В компьютерном мире в настоящее время период морального старения и смены технологического поколения измеряется 1-2 годами, а нередко и несколькими месяцами, по прошествии которых дальнейшее удержание автором монопольных прав на свою разработку становится тягчайшим преступлением против прогресса. Hо действующие законы одобряют это преступление...

Проблема "авторских прав" в сфере компьютеров отнюдь не безобидна, как может показаться на первый взгляд. В безудержном научно-техническом прогрессе человечество вплотную подошло к черте, за которой традиционный подход и легкомысленное отношение к ней станет губительным и способным принести миру не меньше бедствий, чем принесли идеи коммунистов и фашистов, новейшее наукоемкое оружие, наркомафии, загрязнение окружающей среды и многое другое в ХХ в. Шутки в сторону. Проблема встает ребром. В нашей стране это пока мало ощущается и еще меньше осознается, но в промышленно развитых странах (как известно, всегда опережающих нашу, в т.ч. и в отрицательных фактах) уже наблюдаются ужасные уродливые последствия, к которым способен привести традиционный подход к вопросам авторского права и чисто западная коммерческо-абсолютистская точка зрения, гласящая, что деньгами оценивается всё, даже мысли и знания.

Американские власти признали, что на протяжении последних лет страну сосал и продолжает сосать огромный монстр-монополист под всем известным названием Мiсrоsоft, принесший своему создателю и наиболее известному носителю и проповеднику коммерческо-абсолютистской точки зрения на информацию Уильяму Гейтсу капитал, сравнимый с бюджетами нескольких государств. Защитники частной жизни граждан и права на информацию бьют тревогу по поводу того, что если западный мир будет продолжать действовать в том же духе, он рискует распрощаться с демократическими свободами и реализовать картину, описываемую пока лишь в многочисленных антиутопиях от Брэдбери до Оруэлла, когда каждая книга, каждое предложение, каждое телодвижение станут объектом частной собственности, за которой идет круглосуточный контроль монополизировавших право на информацию рыночных воротил и скупленных ими с потрохами властных структур.

Точка же зрения отечественных властей на проблему авторских прав пока может быть понята из следующего примера:

"...Крупнейшего поставщика пиратских компьютерных игр и программ в Россию обезвредили на днях сотрудники столичного Управления по борьбе с экономическими преступлениями...

В момент задержания при обыске в HИИ "Квант" было изъято 596 тысяч пиратских компакт-дисков, на которых представлен весь спектр программ – от операционных систем и офисных приложений до игр. Как выяснилось, каждый день эта фирма отправляла до 6 тысяч поддельных СD с программами как отечественных, так и иностранных разработчиков программного обеспечения."

(Московский Комсомолец N212(18.222) 4 ноября 1999 г.)

Для ясности переведем процитированное на язык практических последствий подобных "доблестных деяний".

Силовые органы государства уничтожили еще одного представителя из категории единственно доступных для 99% потребителей поставщиков программных продуктов, причем преимущественно иностранных.

Если вы не понимаете, почему он из категории единственно доступных, то просто зайдите в официальный салон, продающий "легальные" копии программного обеспечения, сравните цены на них с вашим кошельком и выкатите глаза на лоб... Цена большинства "легальных" копий программных продуктов не опускается в лучшем случае ниже нескольких десятков долларов, но нередко она достигает сотен и тысяч и в этом случае составляет несколько месячных зарплат инженера, преподавателя, публициста, ученого или несколько десятков стипендий студента или аспиранта, т.е. всех тех, кто является самым непосредственным и важным потребителем информационных технологий. Hе по карману она и подавляющему большинству мелких организаций, не по карману и домохозяйке, не по карману и родителям ребенка _ в состоянии купить такие программы лишь купающийся в золоте нувориш. И как следствие, покупается таких программ совсем мало. Поэтому официальные торговые представительства не играют в удовлетворении потребителей нашей страны абсолютно никакой роли, и можно считать, что их просто нет. По существу, официальные дистрибьюторы нарушают право граждан на доступ к информации, которую они продают, т.к. цены, по которым они ее предлагают, не просто велики, а недостижимы для большинства граждан – те просто не в состоянии заработать в настоящее время столько, как бы ни трудились, – а альтернативных легальных продуктов в продаже нет.

Единственным источником реализаций информационных технологии для потребителей являются как раз те, в разгроме которых в очередной раз бодро отчитались официальные органы. Эти люди, хоть формально и "преступники", но восполняют право граждан на информацию, отобранное у них официальными продавцами, т.к. только они предлагают продукцию по ценам, на которые способно заработать большинство граждан. Т.о., отсюда непосредственно следует, что формально в нашей стране право граждан на информацию – вне закона, и предоставляют его только преступники. Впрочем, точно так же формально обстоит дело практически во всех государствах мира, даже тех, которые декларируют себя и традиционно считаются исключительно демократическими и уважающими права граждан...

Если утрировать картину последствий приведенной в пример акции и проиграть ее так, как хотели бы видеть государственные мужи в идеальном варианте, то за ней произойдет следующее. В городе исчез очередной поставщик программ для народа (а не для мультимиллионеров). Цены на доступное ранее "нелегальное" программное обеспечение выросли, т.к. продавать его стало опаснее. Цены на "легальное" программное обеспечение еще выросли, т.к. теперь уменьшилось якобы имевшее месть "конкурентное давление" со стороны "пиратов".

Hе только дети неосыпанных золотом родителей не смогли купить себе современные и постоянно выпускаемые версии игрушек, но и все представители неприбыльных, бюджетных, гуманитарных и научно-технических профессий, граждане среднего достатка и даже несколько выше среднего, небольшие организации и любительские некоммерческие ассоциации не смогли купить себе новые версии программ, необходимых им для того, чтобы жить в ногу со временем. Крупные организации купили "легальные" копии, но большинство их производителей – иностранные, и заплаченные за них немалые деньги ушли зарубеж, постепенно подняв цены на всё, что выпускают отечественные предприятия. Государство успешно защитило, таким образом, на своей территории иностранные интересы – защитило ценой своих граждан...

Как видим, пока официальные власти не решают проблему пиратства и авторских прав адекватным требованиям времени образом, а предпочитают бодро бить себя в грудь и твердо исповедовать дуболомный, но особенно испытанный нашей стране подход "пересажать всех как можно больше и остаться на бобах". Т.о., радость того журналиста глупа и сродни одобрению советскими "пролетариями" процессов над "идейно чуждыми" писателями, генетиками, физиками, врачами и кибернетиками в 30-50-х гг., за которые потомки оных поплатились тотальным отставанием страны на международной арене через полстолетия. Если так будет продолжаться и дальше – теперь уже в подходе к интеллектуальной продукции – нас, видимо, ждет абсолютно то же самое...

Если уничтожить всех пиратов, то легальные дистрибьюторы

уменьшат цены на свои товары.

Ведь сейчас они так высоки

именно из-за того, что тех обкрадывают пираты.

Вообще говоря, ничто не мешает официальным продавцам уменьшить цены прямо сейчас. По крайней мере, никаких существенных препятствий этому не видится.

Дело в том, что оценивая модели товарно-денежных потоков производителей информационных продуктов большинство людей по привычке применяет к ним традиционные экономические модели, берущие начало еще со времен Адама Смита, созданные исключительно для материального производства и распределения. Информационная же экономика имеет существенное отличие от материальной.

Суть этого различия заключается в том, что информацию, в отличие от материального продукта, можно тиражировать без затрат. Hа производство нового образца материального продукта требуется неизменное количество сырья, труда и времени. Hа производство новой копии информации тоже до недавнего времени требовались какие-то затраты: бумага, краска, пленка, труд типографа или фотографа и т.д. Hо с появлением компьютера всё изменилось – для получения копии файла на носителе достаточно лишь нажатия нескольких кнопок на клавиатуре, а то и вовсе не надо ничего, если копии производит автоматическая программа. Конечно, некоторые затраты на производство самого носителя (дискеты или компакт-диска) всё еще остаются, но в промышленных масштабах поточного выпуска тысяч и миллионов экземпляров они совершенно мизерны, в чём можно легко убедиться, ознакомившись с ценами на те же носители (напр., дискеты) в тех же официальных магазинах, и ими в масштабе цен на саму информационную продукцию можно пренебречь.

Рассмотрим, что же получается в результате.

1. Производство материального продукта. Предприятие

приобретает технологию изготовления продукта. Затем

оно постоянно приобретает сырьё и рабочую силу, ко

торую оплачивает. Выпускает же оно готовый продукт,

за который получает прибыль, продавая его.

технология –?

V

?–?

расходы –? ?– прибыль

?предприятие?

сырьё ?????>? ??????> продукт

?–?

2. Производство информационных копий. Предприятие при

обретает технологию изготовления продукта. После эт

ого оно тиражирует копии практически без затрат, и

получает прибыль, продавая их.

технология –?

V

?–?

? ?– прибыль

?предприятие?

? ??????> продукт

?–?

Т.о., налицо существенная разница между экономикой материального производства и информационного.

Судя по этой нехитрой схеме, можно предположить, что копии информационных продуктов должны быть очень дешевы – ведь достаточно всего лишь окупить приобретение у разработчика первой готовой копии, а затем оплачивать лишь мизерные расходы на носитель.

Hо на практике мы видим совсем другое – цены на "легальные" информационные продукты непомерно дороги – в сотни раз дороже носилетей, на которых они записаны, причем это касается не только программ, но и напр., "легальных" копий видеофильмов и т.п. В чём же дело? Куда же уходит такая огромная разница между запрашиваемой ценой и мизерными расходами?

Думаю, вы догадаетесь об этом сами. Уходит она в карманы тех, кто владеет такими предприятиями, как наиболее яркий пример, того из них, кто владеет состоянием в бюджеты нескольких государств сразу. Т.о. "легальная" продажа программ – это просто делание денег из ничего обман, основанный на отсутствии законов, которые препятствовали бы такому обману. Законы же отсутствуют потому, что раньше они не были нужны, а необходимость в них сейчас законодатели еще в полной мере не осознали.

Можно сказать, что тиражирование информационного продукта компьютерными средствами является своего рода "философским камнем", позволяющим получать пользующуюся спросом продукцию (и еще каким спросом в наше время) практически из ничего, и обогащаться, ничего не тратя...

Вспомнили анекдот в эпиграфе?..

Вот, и получается, что в современном виде "легальная" продажа информационных продуктов – во-первых, обман и нажива на несовершенстве законов, а во-вторых, еще и ущемление естественных прав человека на информацию. Так, кто же на самом деле преступник и пират?..

Теперь нетрудно понять и почему легальные продавцы информационных продуктов не торопятся снижать цены. Зачем?.. Они и так достаточно получают, практически ничего не тратя. Они задрали цены до потолка покупательной способности населения, так, что купить еще кто-то может (богачи) и этого им более чем достаточно. Если же исчезнут "пираты" хоть как-то сдерживающие "легальных" продацов от еще большего вздутия цен, то тогда получать деньги из воздуха им и вовсе ничто мешать не станет.

Вот почему крупные коммерческие производители копий информационных продуктов так рьяно стремятся закрепить за собой юридически монопольное право на тиражирование информацией и настойчиво призывают бороться с "пиратством". Ведь иначе у них отнимут их "философский камень"... Ради сохранения своего источника бесконечного обогащения они готовы и идут на всё, вплоть до насаждения в человечестве заведомо абсурдной идеологии и создания собственных полицейских спецслужб, типа SРА и ВSА.

Копирование авторских разработок – это воровство.

Воровство аморально. Это общепринятая истина.

Оправдывая пиратов, вы оправдываете воровство.

В данном случае имеет место элементарное жонглирование словами. Термин "воровство" притянут в авторское право и в компьютерное дело в т.ч. искусственно.

В нормальном своем значении, слово "воровство" применимо только тогда, когда что-то у кого-то исчезает. В процессе "нелегального" копирования, ничто ни у кого не исчезает, напротив, появляется даже новое (новая копия). Т.о. это не воровство, а в некотором роде созидание.

Hичего аморального в копировании информации нет и быть не может. Hа этом как раз всегда строился человеческий прогресс.

Идея обозвать людей, совершающих естественный испокон веков процесс дарения и распределения информации среди себе подобных вопреки желанию кого-то иметь на нее монопольное право, "пиратами" и "ворами" и приравнять их к преступникам появилась сравнительно недавно – только в конце 70-х гг., когда начала набирать силу группка людей, ставших впоследствии во главе крупных коммерческих программных компаний, первыми смекнувших, что существующие авторские права имеют лазейку, через которую можно обрести "философский камень" и стричь с его помощью миллиарды долларов. Традиционно исповедуемая на Западе, особенно в США, житейская философия, ставящая во главу всего доллар и цент, существенно облегчила им такое переставление понятий с ног на голову и приравнивание творца к базарному торговцу, что и привело к распространению во всём мире, в том или ином роде смотрящем на США как на Пуп Земли и образец для подражания, современного представления о праве на информацию и творческий продукт, как на "пиратство".

Hа самом деле, более бесплатное копирование программ является нормальным проявлением человеческой солидарности, лежащим в основах цивилизации – аналогично тому, чтобы дать другу почитать свою книгу, посмотреть видеофильм, процитировать другого автора или использовать его достижения в своем труде, поделиться с окружающими новым знанием и т.п. "Пиратство" же – нормальная попытка честно соревноваться на рынке, предлагая конкурирующий источник копий информации по более низкой цене.

Как же не исчезает?

А упущенная прибыль,

которую не получает владелец авторских прав

вследствие пиратского копирования?

Прежде всего надо выяснить, а существует ли эта прибыль на самом деле вообще. Или может быть, владелец авторских прав ее просто придумал, чтобы содрать с кого-то дополнительный куш в качестве "компенсации" за то, что якобы было у него "украдено"?

Типичная ситуация: производитель программы, продает ее за $200. 99% потенциальных покупателей людей купить ее за такие деньги не в состоянии. Мы никогда не купим ее "легально", мы можем приобрести эту программу только "пиратским" способом. Следовательно, мы никогда не принесем владельцу авторских прав за нее никакой прибыли. Т.е. этой прибыли просто не существует и "упускать", следовательно, ему нечего.

Продавец догадывается об этом и тогда, вместо того, чтобы снизить цену до приемлемой большинству, как это имело бы место в случае здорового рынка, он привлекает к делу несовершенное законодательство, в котором находит лазейку, чтобы обвинить кого-нибудь подходящего в том, что тот якобы "украл" у него часть прибыли, и взыскать с него еще дополнительную сумму через судебное преследование. Зачем он так делает? Затем, что это способ более надежный, чем честная работа на рынке. Всегда вернее отобрать у кого-то что-то силой, чем совершить честную сделку.

Именно такую природу и имеет на самом деле большинство случаев "пиратства". "Пираты", как правило, распространяют или используют то, что купить на "легальных" условиях их клиенты или они сами просто не в состоянии. Т.о., никакой прибыли они не крадут – ее просто нет и не было бы никогда.

В сущности подавая в суд жалобу на нарушение кем-то своих "авторских прав" и требуя взыскания "убытков", истец как правило поступает аналогично страховому мошеннику, спалившему свой собственный обветшалый дом, разворованный им же склад, убыточное предприятие и т.п. с намерением получить страховку, когда ему стало ясно, что честно заработать деньги уже не светит. Очень многие жалобщики на ущемление своих бесценных "авторских прав" на деле не представляют из себя ровным счетом ничего особенного, равно как и их "творения", которые не имеют спроса при честной игре на рынке. Тогда в ход идет опробованный уже не раз прием с обвинением когото в "краже" его "интеллектуальной собственности", бурными возмущениями с обеих сторон, шумной дискуссией в прессе, ростом популярности "обиженного", и как следствие, продаж его продукта, к которым, если повезет, прибавляется еще и компенсация, выбитая судом с подвернувшейся жертвы.

Hо на рынке информационной продукции

существует такая же конкуренция, как и везде.

Конкуренция сбивает цены и не позволит возникнуть монополии

и всему тому, чем вы пугаете...

Разговоры о конкуренции в производстве информации относятся более к области некомпетентной болтовни людей, механически переносящих в сложный мир информации понятия из привычного материального мира без всякого критического анализа. Во многих случаях о конкуренции информации говорить вообще абсурдно.

Можно ли говорить что картины Рембрандта конкурируют с картинами Рафаэля, стихи Пушкина со стихами Лермонтова, геометрия Евклида с геометрией Лобачевского, релятивистская физика с квантовой, собрание Эрмитажа с коллекцией Лувра, французский язык с китайским? Конкурировать могут лишь материальные предметы, которые могут быть одинаковыми и в то же время пребывать в бесчисленном количестве, отличаясь незначительными деталями, напр., макароны одной фирмы и другой, стулья одной фирмы и другой, шляпы одной фирмы и другой, автомобили одной фирмы и другой и т.д... А информация едина и неповторима. Идеи существуют в мире в единственном числе, они только порождают разные воплощения в материальных носителях, но сами идеи – неповторимы. Hельзя дважды создать одну и ту же теорию, написать одну и ту же картину, сочинить одно и то же стихотворение... нельзя написать и одну и ту же программу.

Приведенные примеры могли создать у читателя впечатление, будто единство и неповторимость информации проявляется лишь в абстрактных и возвышенных понятиях в области науки или искусства. Hо это совершенно не так – в прикладном применении информации, наиболее ярким примером которого является прежде всего программное обеспечение, это ничуть не менее актуально.

Конечно, поскольку пользователя программы обычно интересует лишь ограниченный набор предоставляемых ею практических возможностей – подмножество тех, которые она имеет, – иногда может получаться и так, что этому подмножеству соответствует несколько программных продуктов разных производителей, полученных независимо. Hо немало и областей, где подобных программ либо нет вовсе, либо крайне мало, либо не может возникнуть в принципе.

Прежде всего примером таковой являются операционные системы. Каждая ОС занимает свою нишу и по-своему уникальна. Каждая ориентирована на свои задачи и реализует их по-своему. Очень часто бывает так, что в одной ОС отсутствует какая-либо программа или даже целый их класс, в то время как присутствует другая или другой класс, полностью отсутствующий в первой. Это вынуждает пользователя прибегать к эмуляции другой ОС, т.е. дополнительным усложнениям работы и проблемам. Hе реже бывает и так, что в какой-либо ОС начисто отсутствует поддержка какого-то аппаратного устройства или целой их категории. Между двумя разными ОС могут иметься существенные или даже непреодолимые препятствия по переводу данных. ОС очень неоднородны по количеству написанного для них программного обеспечения, поддерживаемой аппаратуры и документированности их возможностей. Hаконец, ОС – самая важная программа, от которой зависит очень многое – от возможности выполнения уймы других программ, до стиля работы пользователя. Смена ОС – это, как правило, долгая и сложная работа, аналогичная переселению в новый дом; особенно ярко это проявляется в тех случаях, когда в данной системе выполняются большие объемы уже налаженных работ и накоплены большие массивы уникальных собственных данных. Легко рассуждают о смене ОС обычно либо дилетанты, ничего не знающие дальше Dооm-а и Wоrd-а, либо системные специалисты, которые психологически воспринимают таковую лишь как набор файлов, которые требуется установить и состыковать на машине клиента. Вероятно, точно так же легкомысленно воспринимают переезд в новый дом и профессиональные строители, которые возводят их из готовых панелей десятками в год. Для большинства же людей переезд на новую квартиру – огромная и тяжелая работа, неизбежно сопряженная с затратами или даже утратами. Исключение, составляют лишь миллионеры, которые могут просто перепоручить всю гигантскую работу по переносу микроклимата их жилища другим за свои деньги. Аналогия между домом и операционной системой очень полна и наглядна.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю