Текст книги "До последней звезды"

Автор книги: Александр Бачило

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 3 страниц)

– Закрой рот, сука! Догнал, да? Срубил бабок? От меня еще получи! Премиальные! – он плюнул на труп, поднял выпавший из рук Шустрика автомат и подошел к машине.

Юльку била крупная дрожь. Она прижалась к Андрею, еще плохо понимая, что произошло.

– Хреновый у тебя охранник, Перепелкина! – сказал Максим позванивающим от возбуждения голосом. – Гони ты его в шею! – он хлопнул Андрея по плечу. – В штаны, небось, наложил?

– Зато ты молодец, – похвалил Андрей, чувствуя, как спадает напряжение. – Спасибо тебе.

– Из "спасиба" шубу не сошьешь,– хохотнул Галкин. – Сочтемся еще!

– Кто это? – всхлипнула Юлька, беспокойно вглядываясь в его лицо.

– Ну, ты даешь, Перепелкина! – Максим открыл дверцу машины. – Сажай ее, да поехали, нечего здесь торчать!

– Все хорошо, маленькая, это Галкин, – Андрей осторожно усадил Юльку на переднее сиденье.

– Максим? – она все еще крепко держалась за его шею.

– Максим, Максим. Ну, отпусти, нам нужно ехать,– Андрей попытался расцепить ее руки, и в этот момент Галкин вдруг навалился на него сзади и вырвал из-за пояса пистолет.

– Ну вот, шутер, а теперь поговорим с тобой. Отойди-ка от машины.

Андрей выпрямился. Галкин стоял в пяти шагах от него, целясь из автомата. Из того же самого автомата. Да что они все, сговорились сегодня?

– Не балуйся со стволом,– устало сказал Андрей. – Ворон перестреляешь. Руки-то, вон, дрожат.

– Ничего, – Галкин всухую сглотнул. – По тебе не промахнусь.

– Дурак, я же помочь вам хочу.

– Заткнись, Механик! Я все слышал, – лицо Максима перекосила нервная гримаса. – Мне твоя кликуха два года спать не дает!

– Да ты что?! – вскрикнула Юлька, бросаясь к Андрею. – Это мой друг! Он меня спас!

– Нашла спасателя! – с ненавистью процедил Максим. – Он же тебя для будущей охоты бережет! Ждет, пока ставки нарастут! А потом сдаст тушку, и деньги в карман!

– Это неправда! – Юлька заглянула Андрею в лицо. – Скажи ему!

А ведь пальнет, подлец. Андрей погладил Юльку по спине.

– Сядь в машину, не волнуйся. Мы поговорим спокойно.

– Ага! Расскажи, как ты Татушек в асфальт закатал! – кивнул Максим. – Как Глюкозу доберманами затравил, как Лебединского тенором сделал!

– Лебединского – это не я,– сказал Андрей.

Юлька вдруг отстранилась.

– Андрей! Что он говорит?

– Знаю, что говорю! – Галкин, не мигая, смотрел на них сквозь прицел. – Он тебя, дуру, прятал, наверное? С квартиры на квартиру перевозил? Запрещал из дому выходить?

– Да, – тихо откликнулась Юлька.

– А ты и уши развесила! Мишень он откармливал, понимаешь? Мишень ты для него и больше никто!

И тут Андрей прыгнул. Если бы он был один, то попытался бы дотянуться до Галкина. Но Юлька все еще стояла на линии огня, и потому он прыгнул в сторону, через капот, уже в полете понимая, что не успеет укрыться за машиной.

Шею обожгло огнем, больно ударило под лопатку. Андрей упал лицом в битый кирпич.

– Юлька... – прошептал он и закрыл глаза.

– Живо садись! Поехали! – Галкин толкнул оцепеневшую девушку на сиденье и прыгнул за руль.

Машина с ревом пробуксовала, разворачиваясь на месте, и, набирая скорость, ринулась в темноту. Ее габаритные огни казались ослепительно белыми сквозь кровавую пелену...

12

В желтом зале японской закусочной, как всегда, было сине от дыма – хоть самурайский меч вешай. Сбившиеся с ног таджички, раскрашенные под японок, безликие и бессловесные, едва успевали менять на столе кувшины с пивом. В зале стоял кружечный звон и многоголосый гомон – шутеры отмечали окончание большой охоты. Угощал всех виновник торжества, совсем еще молодой самородок по кличке Скворец.

– Помянем Удава нашего, – сказал он, поднимая кружку. – Хороший был дядька, последний из стариков. После Шустрика, да Механика, царство им небесное, пожалуй, и равных ему не было.

Он хитро подмигнул собравшимся. Выпили за Удава.

– А все-таки, признайся, Скворец, это ты его замочил,– добродушно ухмыльнулся в усы Лимон.

– Кто же о таких вещах за столом говорит? – Скворец махнул на него огрызком сигары. – Ты давай, закусывай, а то развезет!

Лимон послушно пододвинул к себе тарелку с кальмарами. Спорить со Скворцом с некоторых пор было не принято. Парень быстро шел в гору, чаще других принося своей нанимательнице, Светлане Юрьевне, победу в тотализаторе. Чутье на звезд у него было собачье, и Скворцом его назвали только за высокий чирикающий голос от поврежденных, как он говорил, связок. Впрочем, было еще обстоятельство...

– Вот ведь повезло человеку! – говорили на другом конце стола. – Сколько лет мимо Мавзолея ходили и не знали, что там за начинка!

– Да, ловко Малахов устроился. Если б не Скворец, так, глядишь, и до старости бы дожил!

– А что? Квартира просторная, вот только кровать для двоих тесновата!

Шутеры заржали.

– Чего он сказал? – забеспокоился глухой на одно ухо Рубик.

– Проехали! – отвернулся от него Лимон.

– Вот и я говорю, за Удава надо выпить! – проорал Рубик. – Знатный был шутер!

– Да сиди ты, пень! – зашикали на него.

– Давайте поздравим нашего Скворца, – Лимон поднялся на нетвердых ногах, – с рекордным в нашем деле гонораром. Я уточнять не буду, – успокоил он виновника торжества, – но наслышан, наслышан. Это же прямо чудо, какие ставки пошли! И все одному... – Лимон потупился. – А ведь с мелочишки начинал парень! Как любой из нас...

– Ну, не с такой уж мелочишки, – ревниво возразил Скворец.

– Да ладно! Чего там! Перепелкина эта которой в рейтинге была? Тридцать седьмой, не выше! Но ведь из-под земли достал, вот что дорого! Раньше Удава успел! И даже раньше меня... Я тогда так себе и сказал – далеко пойдет! За тебя пью, Скворец! Ты в нашем деле прямо артист, не в этой компании будь сказано... – он пьяно усмехнулся. – Не забывай друзей за столом, а в деле иной раз и пощади...

– Там видно будет, – сказал Скворец, чокаясь с ним кружками.

Как всегда, бесшумно, за плечом его вырос доверенный китаец.

– Светлана Юрьевна велела сказать, что скоро будет. Просила ждать в кабинете.

– Иду, – негромко отозвался Скворец. – Ну, пей, гуляй, братва! – обратился он к шутерам. – Я сейчас.

– Новое дело, – зашелестели ему вслед шепотки за столом. – Опять раньше всех сорвался. И у мишени первый будет, вот увидите!

– А то! Ишь, как гордо вышагивает! К спине будто лом привязал!

– Порода!

13

В тесном кабинете, отделанном зеркалами, пахло свежей сиренью. Скворец выудил из шкатулки на столе дорогую черную сигарету, закурил и приоткрыл окно. Светлана Юрьевна, хоть и курила сама, запаха табачного дыма не переносила. Скворец знал, о чем она собирается с ним поговорить. К этому разговору она возвращалась после каждого его удачного дела. Никак не давала ей покоя астрономическая сумма, в которую после смерти Шустрика и безвестной пропажи Механика, оценивалась голова Максима Галкина.

Скворец усмехнулся. Вынь да положь ей Галкина, старой медузе!

Он подошел к зеркальной стене и, любуясь отражением, ощупал лицо. Пухлые румяные щечки, узкие губы, скошенный подбородок. Классная работа! Нет, Светлана Юрьевна, не видать тебе Галкина, как своих ушей! Никому и в голову не придет искать его здесь, в волчьем логове. Убежище понадежнее мавзолеев и башен. Правда, и цена за него заплачена немалая.

А что мне оставалось делать? Ждать, когда истеричная Перепелкина кому-нибудь проговорится? Извини, Юля, в шоу-бизнесе и в лучшие времена всегда было так – каждый сам за себя. А уж теперь-то...

Он докурил сигарету и выбросил окурок на улицу.

Потом приоткрыл окно пошире, выгоняя дым.

Между падением окурка и появлением Максима в окне прошло шесть с половиной секунд...