Текст книги "Фестиваль (СИ)"

Автор книги: Александр Алексеев

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 22 страниц)

Глава 33

"А как вызвали меня, я сник от робости,

А из зала мне кричат: «Давай подробности!»"

А.А.Галич, поэт.

«Никогда не стесняйся бедных друзей, пожилых родителей, простой одежды, скромной жизни»

Гийяс-ад-Дин Абу-ль-Фатх Омар ибн-Ибрагим Хайям, поэт.

15 августа 1951 года. Сталино.

Ещё раз перечитываю. В Горький на адрес футбольной базы из Иркутска пришло письмо Насти. Она рассказывает с юмором, что чуть не попала в тюрьму по ложному обвинению о растрате государственных денег. Когда её пришли арестовывать, то майор её охраны отказалась впустить полицию во дворец, забаррикадировала двери и раздала оружие охране и слугам. Даже её "русская" повариха, дрожа от страха, помогала строить баррикаду из мебели. К вечеру, после переговоров, выяснилось, что показания против вице-президента Ли Сон А – поддельные. Настя рассказывает, как пила со своей охраной всю ночь напролёт, заливая нехилый стресс...

Ну, у меня-то всё ровно...

В поезде Таранка рассказала, как неделю назад к ней приехали родственники из деревни за деньгами и выгребли всё подчистую.

– Остался червонец до зарплаты. Если бы не подработка... – сказала она и осеклась испуганно.

Васечка тут же подхватывает, глядя на зардевшуюся Лену:

– А ты где? В ресторане певицей подрабатываешь?

– Ага. На подпевках, – развиваю шутливую тему я, уходя от скользких вопросов про ленкину работу.

Рассказываю и показываю, под фырканье друганов, как она работает подпевальщицей в оркестре... https://youtu.be/OEyjpScJdMQ?t=1

Все ржут. Даже Лена.

Присвоено звание – артист Больших и Малых второй категории...

Приехали в Донецк, ныне Сталино. До революции этот русский город назывался Юзовка, затем Сталин, теперь Сталино. Полмиллиона жителей. Главное место города, как и во многих других городах называется – площадь Ленина. Вокруг города разбросаны шахты, металлургические и химические заводы.

Пока ждём автобус, я читаю газеты, купленные в киоске. Я же теперь снова политинформатор, туды её в качель...

В "Комсомолке" пишут, что из английских и французских колоний в Турцию приезжают наёмники "поохотится" на курдов. А на фронте турки отходят под натиском пешмерги и наших добровольцев.

В Малайе продолжается борьба угнетённого малайского народа против колонизаторов. Войска Великобритании и их союзников наносят бомбовые удары по деревням в партизанских районах. СССР при поддержке стран соцлагеря поставил в ООН вопрос о недопустимости вовлечения некомбатантов в вооружённые конфликты. США и их союзники наложили вето на это миролюбивое предложение.

Рассказывается, как в западных СМИ захлёбываются от восторга в описании гости Московского Фестиваля.

Состоялся суд над Хаимом Сигалом, бывшем сотруднике НКВД, который перешёл в полицию на оккупированных немцами территориях. Расстреливал лично еврейские семьи и пленных красноармейцев. Использовался, как подсадной, в концлагерях для выявления антифашистских групп. По его наводке казнено более ста наших военнопленных. Осуждён трибуналом и прилюдно казнён в городе Ровно.

Вот бы нажившихся на развале Союза...

Коммунисты Юлиус и Этель Розенберги в США осуждены на 20 лет.

А в той жизни им «вышку» дали...

Меняемся прессой с Колобком. Читаю в потрёпанном журнале «Знание-сила» о строительстве первой очереди Каракумского канала Амударья-Мургаб.

После перестройки в Средней Азии и на Кавказе русских будут геноцидить и в ООН ни одна собака не гавкнет...

Меняюсь журналами с Эпштейном. "Знамя". Журнал солидный, но неимоверно скучный. Лишь изредка в нём можно узреть что-то интересное. Повезло. Вот, пробирающее до костей стихотворение фронтовика Александра Межирова:

Есть в военном приказе Такие слова, На которые только в тяжелом бою (Да и то не всегда) Получает права Командир, подымающий роту свою...

Я сталкивался с этим поэтом у Лёвы Булганина. Он там в преферанс играл. Напился после выигрыша и читал своё окопное:

Мы под Колпином скопом стоим,

Артиллерия бьет по своим.

Это наша разведка, наверно,

Ориентир указала неверно.

Недолет. Перелет. Недолет.

По своим артиллерия бьет.

За такие стихи из Союза Писателей выпрут на раз-два. Да и из партии тоже... Наша интеллигенция стучит друг на друга круглосуточно...

Открываю местную прессу:

Строится крытый дворец спорта "Шахтёр".

На многих шахтах перейдут с конной тяги на электрическую.

В спортшколе открыто отделение шахмат. Преподавать детям будет молодой мастер спорта, чемпион Сталино среди молодёжи по шахматам Юрий Исаакович Коц с шахты Октябрьская. Смотрю на фото кучерявого горняка-шахматиста.

Автобуса всё нет. Накладка. Прислушиваюсь к разговору друзей. Колобок беседует с Валей Бубукиным. В это время, если парни говорят про тёлок и про тачки, то это они не про девушек и авто, а про коровник и рабочий инвентарь.

Вот наконец появляется автобусный Студебеккер.

Встречающие предложили нам организовать перед матчем экскурсию на введённый в строй на месте довоенного молокозавод, но Маслов отказался, сославшись на плотный график перед матчем. Поехали.

Вечером болельщики потянулись на стадион. Маслова перед матчем пригласили в гостевую ложу. Приехал глава угольной промышленности СССР Александр Фёдорович Засядько. Перед выходом на поле в коридоре узнали, что нашим соперникам их тренер пообещал дополнительно каждому по пятьсот рублей премии за победу в матче. У нас же такса не изменилась.

А у "Шахтёра" то вполне боевая команда с одной звездой. Все горняки играют на главного бомбардира Первенств СССР Александра Пономарёва. Если у него игра пойдёт, то соперникам не поздоровится. А игра у Пономарёва пошла... Они вдвоём с молодым Витей Фоминым разорвали нашу оборону, как тузик грелку. И Яшин сегодня не выручил, и защита профукала. Пономарёв забил нам в первом тайме два, а Фомин – один. У нас Васечка со штрафного закрутил в "паутину". "Шахтёр" ведёт 3:1. Стадион оргазмирует после каждого мяча горняков.

После перерыва мы быстро обменялись голами. Пономарёв результативно сыграл на добивании, а я вонзил слёта с Васечкиной подачи.

В конце второго тайма Татушин, прорываясь по флангу, заметил, что я и остальные партнёры отстали, наверное, решив, что будет положение "вне игры". Но судья не дал свисток и к Татушину наперерез понеслись два шахтёрских "лося". Затопчут... Тогда Боря остановил мяч, сел на него и начал перевязывать шнурки на бутсах. Защитники, опешив, остановились, посматривая на судью и друг на друга. Не решились забрать мяч у попавшего в ситуацию соперника. Но, оказалось, что это была просто футбольная хитрость. Боря, завязав шнурки, глянул на поле, увидел бегущего от центрального круга Колобка и дал передачу тому в свободную зону. Вася в касание веером пасанул на выход мне. Я, оторвавшись от опекуна, забил, легко переиграв вратаря.

В последние минуты "Шахтёр" поставил перед своими воротами "автобус" и отбивался из последних сил, стараясь удержать свою победу. Мы обстучали их штанги, но так и не забили. Поражение 3:4. Стадион после финального свистка, орал так, как будто горняки стали чемпионами Союза.

Сразу после матча Маслов встретился с Александром Пономарёвым по поводу молодёжной сборной СССР. Бомбардир согласился переехать в Горький, чтобы тренировать основную массу своих подопечных до апрельского Чемпионата Европы. Пономарёв был нужен нам, как непререкаемый авторитет в футбольной среде и любимец болельщиков. На такого не спустишь собак в парткоме, сам потом без штанов останешься.

Пономарёв. Я помнил его не только как одного из сильнейших нападающих советского футбола, но и как Заслуженного тренера СССР, бравшего со своими подопечными золото чемпионата СССР, медали на чемпионате Европы и на Олимпийских играх... Он был чем то похож на Маслова. Прежде всего доскональным знанием футбола и интуицией. Мог с тренерской скамейки выйти на поле, чтобы показать, как нужно работать с мячом. У него была "чуйка" на ярких игроков. На таких, каким был он сам... Он, как и Маслов не лез за словом в карман, но был отходчивым и внимательным к нуждам футболистов. В тех его сборных ребята в глаза и за глаза называли своего тренера Семёнычем, выделяя своего родного наставника из череды окружающих начальников.

Прощаясь с уезжающей на вокзал командой я подарил Таранке купленный с лотка у инвалида, как я сказал, вручая, "перстень невидимости".

– Так то это обычное оловянное колечко переплавленное из ложки, – говорю я запунцевевшей девушке, – но если скажешь, "абракадабра", то станешь невидимой!

– Юра, мне такое кольцо очень-очень нужно. – принимает копеечный подарок Лена, – Хочу исчезнуть от некоторых, чтобы меня никто не нашёл!

Мы с Сальковым остались в Сталино после матча, чтобы найти наших новых донецких дублёров. Сальков помнил пару адресов из прошлой жизни. Кандидаты жили рядом со стадионом. Благодаря мне, переговоры прошли успешно. Сальков ещё не тянет на взрослого... Парни согласились поиграть в дубле класса "А", особенно, после того, как мы им рассказали о предстоящем молодёжном чемпионате Европы в Испании. На который поедут в основном горьковские дублёры, а тренером будет их любимый Александр Пономарёв.

Володя пошёл на побывку к родственникам, а я двинул к зданию на котором висел транспарант "Пролетарии всех стран, соединяйтесь!". Трактир. Быстро нашёл женщину не похожую на жрицу любви. Отвык я уже платить за это дело. Дама поначалу как-то холодно ко мне отнеслась. Но, узнав что я командировочный, резко подобрела, заказала для нас бутылку портвейна и взялась сама разливать напиток, пока я ходил за фруктами для закуси.

Вино мне не понравилось. Какой-то медицинский привкус. Поэтому я второй бокал вылил в кадку с фикусом, пока дама отвернулась. Она сама же пить не стала, сославшись на то, что уже выпила горилки, а смешивать не хочет...

Как выходили из трактира помню, как сворачивали в сквере в кусты помню, а вот, как меня обчистили не помню. Видимо снотворное подмешала. Но, я отключился не до конца и слышал разговоры при выворачивании моих карманов.

Ну, хоть военное удостоверение оставили – и то хорошо. Они говорили про Грымзу, про шалман за кинотеатром, про то, что за следующим лохом пойдут в вокзальный ресторанчик.

Сколько я пролежал – не знаю. Мои трофейные часики помахали мне ручкой. Ну, я этого так не оставлю... Выдвигаюсь к вокзальному ресторану. Эти двое узнали меня и бежать. Я хоть и заплетающейся походкой, но довольно быстро, стал их догонять. Тут, миновав кинотеатр, они нырнули в подворотню.

Я, услыхав стук шагов в подвал, нырнул следом.

– Куда прёшь? – остановил меня громила на входе.

– Грымза звала, – ляпнул я первое пришедшее в голову.

– Кому это я там понадобилась, – раздалось из-за зашторенного стола...

Вышла Грымза – страшноватая женщина средних лет в элегантном платье из тафты и фильдеперсовых чулках в тон.

– И кто это меня тут ищет... овчарка ментовская?

Тут я вырубился и приложился головой об стол...

Голоса. Сначала неразборчиво, а потом:

– Может его того... и в Парке в Кальмиус ночью...

– Может, но подождём... Откуда он меня знает?

Так. Про Москву говорить нельзя. Скажу, что половину вина вылил. Правду говорить легко и приятно...

Открыл глаза. Грымза сидит напротив. Рядом стоят два амбала. Не дёрнешься. Рассказываю про вино. Про часы немецкие. Грымза грозно зыркает на "снотворщицу" и та выкладывает часы из сумочки.

– И где же ты, лейтенант служишь? В Горьком? А тут, что делаешь? В футбол? Ни разу не была... Что же мне с тобой делать-то? – стуча по ладони моим удостоверением, спрашивает Грымза. – Мне уже пора идти пулю расписывать, а тут ты...

– А можно я Вам на гитаре сыграю, – опять брякаю я своим затуманенным мозгом.

Грымза, изобразив удивление, разрешает. Приносят гитару. Играю https://youtu.be/DGa2Zb3TKzQ

Нервный бандит замечает:

– Это и я так бренчать могу. "Мурку" давай...

Даю. https://youtu.be/uktpWjIxjOg?t=3

– Другое дело, – бросив подпевать козлиным голосом, говорит бандос с погонялом "Шестёрка", и крутя финкой у меня перед носом, замечает, что атаманша из казачьего рода и любит казачьи песни...

Намёк понял. https://youtu.be/mUisFlH6Fow?t=20

Грымза кивает и выходит в зал где должны собраться карточные игроки. Я тоже захожу, держа гитару и осматриваюсь, включая нимбы.

У местных татуированных шалав были хабалкинские клички: Бандюга, Соска, Дойка, Сучка, Кикимора, Лохматка, Лампочка Ильича. У местных мужчин тоже соответсвующие прозвища: Тумак, Дрын, Тухлый, Членоконь, Пукан, Обсер, Писюк, Котожоп, Маймун, Твою мать.

Заходят игроки и сопровождающие. Двое, кроме Грымзы, как я понял, тоже из воровского мира, а четвёртый игрок... Коц. Шахматист с фотографии из спортшколы. Пока рассаживались, тот рассказывал, как перед одними шахматными соревнованиями играл всю ночь в карты и уснул днём на областном турнире. Соперник тоже ночью играл и тоже заснул за доской.

– Просыпаюсь – мы лишь дебют разыграли, а у меня уже до флажка десять минут осталось. Ну, до конца моих ходов... Соперник тоже проснулся, увидел часы и стал потирать руки, празднуя свою скорую победу. Я тогда делал ходы не задумываясь – и победил. Вот "мастера" дали и на отбор к чемпионату Союза путёвку...

– А теперь про тюрьму сыграй, – наставляет меня Шестёрка после первой росписи.

https://youtu.be/AyGOuuaZHJ0

Мелодия всем зашла. Криминальные тузы смотрят на меня с интересом.

Коц собирается сдавать, но Грымза, задетая мелодией, поднимает руку и кивает мне. Ещё.

https://youtu.be/I1YssVuHYLc

– Давай ещё одну. Если угодишь, то иди отсюда по-добру по-здорову, но на глаза не попадайся.

Лихорадочно ищу в памяти... https://youtu.be/9pEfq7wUnAw

Шестёрка пускается в пляс. Постепенно все в помещении встают в круг и начинают, кривляясь, хвалиться друг перед другом движениями. Даже Грымза...

16 августа 1951 года. Сталино.

Как я нашёл ночью дом родителей Салькова не помню. Невыспавшийся, сел в вагон и начал есть пироги, рассказывая свои музыкальные похождения. Когда мой словесный поток иссяк, разговор поддержал Вова. Он был искренне убеждён, что станет первопроходцем в скаутском деле. По договорённости закончит спортивный техникум заочно. Потренирует в межсезонье какую нибудь городскую команду и устроится помощником тренера к Маслову. Рассказывает из той жизни о работе в Бразилии:

– Неподготовленному скауту могут подсунуть кого угодно. Могут провести товарищеский матч между людьми, которые не имеют отношения к футболу: они просто выйдут на поле в майках более-менее известного клуба. Ты будешь следить за каким-то человеком по номеру на футболке, а потом выяснится, что это вообще не тот, за кем ты приехал.Или могут сыграть матч Чемпионата, которого не было, а тебе дадут видео. Вся команда будет играть на условного девятого номера, который хоть что-то может. Он назабивает голов, и тебе продадут барахло. Так происходило в «Спартаке» при позднем Романцеве. Из-за границы "по видео" продавали всякие "дрова"...

Так то оно так, – отвечаю я мечтателю. – Только у нас игроков не продают, а "отпускают"... Это разные вещи.

– Ничего, освою, как нибудь. Зато не нужно будет тренироваться до блевотины, когда в раскоряку до кровати идёшь и кости ломать чуть ли не каждый год... А не получится здесь...

Он не договорил, но я понял.

Мы начали говорить на отвлечённые темы. Я рассказал про Фестиваль, про "мои" песни и фильмы. Сальков согласился, что мир понемногу начинает отличаться от "старого", но всё равно не одобряет плагиат. Он вот к 2015 на Самиздате хотел пару своих книг про попаданца в 18-й век на Сахалин выложить, но не успел...

Вечер. Залезли с Сальковым на верхние полки. В нашем плацкартном отсеке две необъятные тёти вели разговор о диете в пансионате:

– Ячневая каша, рыбные биточки и морская капуста на завтрак. Фу, какая гадость! На обед и на ужин что-то подобное. За две недели я на пять килограмм похудела.

– Может и мне туда съездить? – вопрошает собеседница поглаживая жировые складки на своих боках, – Диктуй адрес...

Засыпаю, а Наблюдатели ставят мне, стрессанувшему вчера, казачью песню https://youtu.be/MFJCzF0K_zQ?t=1

Глава 34

«До совести капиталистов можно достучаться только прикладами винтовок».

Переделал слегка ленинское изречение.

«Безусловно, всегда нужно за мир бороться, но тут словами и пожеланиями не достигнешь ничего, надо иметь силу».

Вячеслав Молотов, заместитель Сталина.

17 августа 1951 года. Москва.

Подъезжаем к Москве. Маслов сумел заранее перенести предстоящую завтрашнюю игру с тбилисским "Спартаком" в 1/16 Кубка СССР из Горького в Москву. "Дед" там же, на "Динамо", и тренировки сборных будет проводить перед матчами с поляками. Он головой отвечает за результаты. Юноши сыграют 24-го, а первая сборная – 25-го, в субботу вечером. Ожидается аншлаг на стадионе имени Сталина. Нужно сыграться перед матчами, хотя и там, и там в сборных половина утверждённых Спорткомитетом игроков из Горького...

Открываю свой блокнот-ежедневник: сегодня в 12-00 отчётное собрание у Семичастного по Фестивалю. Явка обязательна(Ерофеев передал мне отчётное выступление и уехал в командировку). Успею после утренней тренировки. Следующая запись... Завтра ДэРэ у "просто Саши" Шелепина. Это я на нимбе когда-то увидел его дату рождения и в блокнот записал. Шелепин за год совершил стремительный рывок на вершины Власти и теперь всеми силами пытается там удержаться, рьяно берясь за любое порученное дело и заводя нужные знакомства.

На тренировке узнаю новость про приехавших соперников по матчу Кубка. Они приехали без главного тренера, которого в республиканском Спорткомитете с треском отстранили от должности из-за последнего места в Первенстве. И.О. тренера "Спартак"(Тбилиси) обязался взять максимум очков в оставшихся встречах, поэтому на матч Кубка прислали необстрелянных дублёров. Маслов отпускает в "увольнительную" до завтра всех "москвичей". Нужно будет сходить, проверить свою комнатку...

Захожу в Спорткомитет с заявлениями на переход в Горький пары наших новых дублёров. Регистрирую документы у секретаря для рассмотрения на Комиссии. Заходит Гранаткин. В некотором замешательстве просит меня зайти в кабинет. Валентин мнётся не зная с чего начать. Начинает издалека.

– Я в июне в Швейцарию ездил, на годовщину УЕФА. Так там решили вручить приз лучшему игроку Европы по итогам этого сезона в своём чемпионате плюс игры сборных до финала Олимпиады. Короче, в Хельсинки вручат. И Золотую Бутсу лучшему бомбардиру Европы тоже. Пока лидирует Зарра из Испании – 38 мячей. У какого-то австрийца – 37. Но, они уже закончили играть. В Венгрии ещё играют и кто-то может до 30 дотянуть, но вряд ли больше. А у тебя после поражения от "Шахтёра" – 34 забитых и ещё пять игр впереди. Так, что всё в твоих руках. Слышал я про призовые, что ты платишь своим. В этом году прокатит, но сигналы уже поступают на тебя...

Гранаткин вздохнул и перешёл к основной части.

–Тут в ЦКа обсуждали письмо из НХЛ, чтобы послать сборную, Косыгин посмеялся, что боксёр Жаров, покажет профессионалам "кузькину мать", а товарищ Хрущёв встрепенулся от "своей" фразы и в отнюдь не "литературном штиле" вспомнил, что американцы как-то звали нашего боксёра Николая Королёва на бой с их чемпионом. Мы тогда не отреагировали. А сейчас, он говорит, "а пошлите этого молодого на бокс. Мол, если выиграет – заслуга и почёт, а проиграет так и спрос с хоккеиста невелик".

Валентин снова вздыхает, понимая драматичный комизм ситуации:

– Ты же поедешь с США с хоккейной сборной. Вот и проведи там бой. А мы тебе командировочных подкинем и изменим формат поединка с 15 раундов до 10. Там в лёгком весе сменился чемпион. Их газеты говорят, что какой то залётный, неизвестный. Вот с ним то и побьёшься. Вон ты какой шустрый. Как Щербаков говорит – "Бессмертный"!

Прямо в точку. Помер и снова живой.

Комсомольцы о Фестивале отчитывались долго и нудно. Перечисляли посещённые мероприятия и успехи своих групп в конкурсах и соревнованиях. Я, за отсутствующего по уважительной причине Ермакова, тоже пробубнил по бумажке.

– Вопросы к докладчику есть? – спрашивает Володя Семичастный.

Надя Чумакова из Рязани, которую я легкомысленно отфутболил на фестивальных танцах, поднимает руку, встаёт и спрашивает:

– А насколько близко товарищ Жаров познакомился с англичанкой Коллинз? Говорят, что он даже ночевал...

– Надя, – осекает её Семичастный, – Давайте не будем превращать наше собрание в базар на коммунальной кухне. Товарищ Жаров имеет хорошие показатели... И, вообще... В заключение выступит самый молодой среди нас, комсорг из московской школы №584 Борис Пастухов... Давай Боря, коротко и по делу, по-ленински, как ты умеешь.

После собрания главный комсомолец отзывает меня в сторонку и говорит:

– Мы от комсомола на завтрашний день рождения концерт для товарища Шелепина приготовили. Сняли зал в ресторане. Ты же поёшь и на гитаре... А ещё можешь друга своего пригласить? Льва Булганина...

Вот оно что, Михалыч? А я то думал...

Вспоминаю, как проситель сего выручал меня пару раз, вписываясь в мои стрёмные истории... Молчание затягивается.

Семичастный наклоняется, заглядывая мне в глаза, словно извиняясь за подводку к политбюровскому сыну:

– Если тренер не отпустит, то я позвоню, объясню, что без спиртного и недолго.

– Лады. Где телефон?

Набираю Лёве. Он на совещании. Звоню Даше, договариваюсь насчёт завтра. Говорю воспрявшему Володе:

– Я что-то голос потерял, а вот Булганина и споёт и спляшет... И это(вспоминаю Горький)... Гармонь приготовьте. Любит она погармонить...)))

Сегодня в новую жилплощадь окончательно перевёз вещи. Познакомился с соседями. Кроме писателя-тихушника Гриши Фридмана, рядом соседствовали спокойная бездетная молодая семья и чуть подальше шумная многодетная. Причём, как мне поведал писатель, у многодетной основной шум от взрослых, которые выясняли отношения с утра до вечера и порой устраивали грандиозные скандалы с матюками и визгами...

Выхожу погулять перед сном. Изучаю подъездную живопись у своей, а точнее у общей двери на лестнице...

Вопрос на стене: "Как бросить дрочить?" Ответ: "Положи руки на жд рельсы, поможет".

Ира, я тебя люблю.

Ирка, сука!

Этажом ниже: "Здесь не спать!" и "В подъезде не ссать!" и табличка "Уважаемые жильцы! Лестничная клетка – начало Вашей квартиры. Соблюдайте чистоту!" И приписано "Суки".

Выхожу из подъезда. Нетрезвый толстяк, в сопровождении двух худых кунаков, сделал мне предъяву, мол я с его женой путаюсь. Не успел ответить, как чуть не получил в пятак от нервного кунака. В возникшей потасовке я не собирался миндальничать. Худым хорошенько дал под дых по разу, чтобы отвяли, а толстого рогоносца знатно отметелил в мягкое, на прощание разбив ему носопырку о дверной косяк. «Бой закончен за явным преимуществом одного из соперников». Гонг!

Поднимаюсь домой с "прогулки". На лестничной площадке меня ждёт любвеобильный сосед-писатель Гриша, которого, как выяснилось, приходили метелить эти трое, но, обознались и, к их несчастью, попали на меня.

Присвоено звание «Гроза районных гопников и пьяных невминоидов».

В это время у одиноких по вечерам не так много развлечений: книги, радио или, так сказать, телевидение. Телик сломался, а в телеателье очередь на неделю. Нужно Белову на телецентр позвонить, вызвать мастера. Образ красивой дикторши Любочки Беловой стал тускнеть из-за поломки зомбоящика. Радио и газеты уже задолбали пропагандой, журналы и книги перечитаны. Поэтому, пока за стенкой у соседей орёт радио, то я, закрыв дверь на крючок, потихонечку слушаю хриплый "Голос Америки" слушаю потихоньку, приложив "взволнованное" ухо к динамику, а "невзволнованное" прикрыв ладонью от соседских помех. Внимаю:

– В Польше на пять лет осуждён Болеслав Контрим. Бывший офицер Армии Краёвой, имеющий за службу в Красной Армии три ордена Красного Знамени, был приговорён к расстрелу за антигосударственную деятельность. В зале суда возникла потасовка, люди требовали освобождения подсудимого.

– В Чехословакии начался процесс над группой Сланского. Из четырнадцати руководителей страны – одиннадцать человек – евреи, которых ждёт скорый суд.

– По делу Еврейского Антифашистского Комитета в СССР вынесены наказания. В числе получивших срок от 3 до 15 лет Соломон Лозовский – бывший начальником Совинформбюро. Он получил максимальный срок – 15 лет. Академик Лина Штерн получила три года условно. Всего было приговорено более сорока человек. Дела в отношении нескольких фигурантов были закрыты, как самооговор.

– На Совете Безопасности ООН было отклонено предложение СССР об исключении Турции из состава организации за нападение на Курдистан. Один из лидеров СССР Никита Хрущёв стучал на трибуне туфлей и кричал, что знает, как американцы после войны планировали сжечь советские города атомными бомбами, а теперь вот сами чужими руками развязали войну у южных границ СССР, где готовы воевать до последнего курда и турка... "Придёт время, – сказал Хрущёв обращаясь к американской делегации, – И мы вас похороним! У вас по тридцать бомб на каждый наш большой город, а у нас по одной, но вам и этого будет достаточно".

Эк он их. А «меченный» то всё подобострастничал ... Ничего, теперь с фиксой может и не пролезет выше секретаря обкома.

18 августа 1951 года. Москва.

Не выспался. Утром, за тонкой стеной, тарелка репродуктора проорала гимн, рассказала новости и затянула песню...https://youtu.be/C5lg4Ei5ODI?t=1

Выхожу на пробежку. На двери подъезда кровью написано: ТИБЕ КИРДЫК

Это мне что ли. Ну-ну...

Чуть ниже на двери красовалось свежей чёрной краской с потёками: "Ира, я больше не люблю тебя!"

После утренней тренировки не расходимся, отдыхаем перед матчем. Таранка потчует всех заявленных экстрактом лимонника. Так-то все парни итак «железные стайеры» после межсезонья, но кашу маслом не испортишь.

Свисток судьи. Поехали!

Мы сразу же прижали "спартаковцев" к их воротам. Мчусь на Васечкин пас, но голкипер опережает, и берёт мяч, засунув ногу мне под мышку.

Но, как соперники не пыжились, всё одно мы им до перерыва заколотили четыре штуки. Я не лез в давку штрафной, а результативно зарядил разок издали.

На второй тайм я уступил место Славе Метревели. Он и сам разок забил землякам, и штрафной заработал, с которого Бубукин засадил через дрожащую стенку...

Итог матча 8:1. Мы 22-го в 1/8 Кубка встречаемся в Москве с ЦДСА. График, как у профи, по два матча в неделю...

Захожу к Булганиным перед походом на комсомольский сабантуй. Даша совсем огламурела. Марафет наводит уже полчаса. Кудри, маникюр, макияж...

Мы с Лёвой треплемся о том, о сём.

– В Курдистане наши достроили два десятка полевых аэродромов и даже одну бетонку для реактивных... – Выбалтывает мне информацию для служебного пользования мажор, – Теперь наши соколы дают туркам и наёмникам прикурить. У турок то на новой технике сплошь американцы и европейцы... А знакомец мой, Револий Суслов... Ну, сын Михаила Андреевича. Он после МГИМО поступил на службу в КГБ лейтенантом. Не знал? Так многих тогда из студентов и молодых специалистов в КГБ этой весной набрали. Можешь работать, как работал раньше и ждать когда Родина даст приказ.... Ему приказали в Курдистан. Он в мае уехал переводчиком. Как говорят, погиб в уличном бою с столице Курдистана. Перед смертью подбил танк из гранатомёта. А я ему в январе подарил на день рождения пластинку с песнями Пэгги Пэйдж.

Лёва встаёт и ставит пластинку, как будто прощальный салют Револию. Когда песня закончилась, он посмотрел на продолжающую волшебничать у зеркала жену и заметил:

– Двадцать два года было. Отец с матерью почернели от горя. А турок то отбросили от столицы Курдистана. Наш МИД выдвинул требование: до конца августа отодвинуть границы СССР и Курдистана с Турцией до проекта Севрского договора 1920 года. США и Европа в шоке. Этож мировая может начаться. Ведь только они могут диктовать условия, кто и что должен делать...

– Дорогой, свари кофе на дорожку, – просит Даша и Лёва уходит на кухню.

– Его тоже посылают туда через неделю, – шепчет она мне на ухо, – Только ты ему не говори. Он думает, что я не знаю.

Пью кофе и смотрю импортные журналы которых нет в свободной продаже. Узнаю из разных статей:

14 июля Скудерия Феррари одержала свою первую победу в рамках этапа Формулы-1. 24 июня в США началось коммерческое цветное телевещание (CBS). 14 июня в Вашингтоне поступил в продажу первый компьютер – «UNIVAC 1».

– Я готова, – говорит Даша и крутится, надувая юбку колоколом.

Из «тяжеловесов» на торжестве были сам Шелепин, Косыгин и, приехавший из Грузии, тамошний второй секретарь Брежнев. Я сел подальше от начальства, прикрывшись Лёвой, которому все здесь были рады.

Услыхал, как Косыгин поинтересовался у Шелепина, чего бы ещё, кроме полученного по лицензии "Жука" у Германии попросить в счёт поставок нефти.

– А вон у нас с ГАЗа представитель, – кивает на меня "просто Саша".

– У них грузовики хорошие. Я на рекламном проспекте видел, – парирую я, – Вон в Горьком "Бычок" пошёл. Вот если бы что нибудь дизельное посущественней, чтобы и краны, и самосвалы, и автобусы было можно делать на одной платформе.

Обладающий феноменальной памятью Косыгин радостно разводит руки в стороны:

– Припоминаю, что зимой гэдээровцы грузовой "Хорьх" нам предлагали. С возможностью изготовления трехстороннего самосвала и крана. Что ж, у немцев хорошая техника. Предложу рассмотреть этот вопрос на ЦКа. Потом что-нибудь своё, более тяжёлое придумаем.

Разговор в верхушке стола постоянно скатывался к рабочим вопросам. Вот они схлестнулись на обсуждении выдвинутых Хрущёвым предложений о децентрализации управления экономикой.

– Ведь на местах зачастую виднее, что выпускать и в каких количествах. Откуда дешевле брать сырьё, куда отправлять товары для лучшего сбыта, – защищает идею Шелепин.

– Так то оно так. – отвечает Косыгин, – Но, у нас даже на министерства и крупнейшие предприятия специалистов не хватает. Будут в этих республиканских и областных совнархозах вопросы решать люди далёкие от экономики страны. Я вот поставил на обсуждение в СовМине предложение Либермана о самостоятельности предприятий – не прошло. Многие директора привыкли гнать план и не отвечать за качество и реализацию...

С другого бока Брежнев с каким-то прокурором обсуждали итоги "Ленинградского" дела. Процесс прошёл "тихо" без широкого освещения в прессе. Противостояние парторганизации Ленинграда и Москвы началось при Зиновьеве и закончилось разгромом "левой оппозиции". Сталин всегда настороженно относился к "ленинградцам", ставя на руководство туда своих самых проверенных людей из ближнего круга: Кирова и Жданова. Пришедшие после них ставленники Жданова Кузнецов и Попков уже не вызывали такого доверия у лидера страны. В этой истории обошлись без расстрелов. Секретарь ЦК Кузнецов, Председатель Госплана Вознесенский, первый секретарь Ленинградского обкома партии Попков и ещё более двадцати фигурантов дела получили от пяти до десяти лет по финансово-хозяйственным делам. Ещё около сотни человек были исключены из партии и уволены, либо понижены в должности.