355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Александр Адмиральский » Гений » Текст книги (страница 1)
Гений
  • Текст добавлен: 22 сентября 2016, 03:52

Текст книги "Гений"


Автор книги: Александр Адмиральский



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 1 страниц)

Адмиральский Александр
Гений

АЛЕКСАНДР АДМИРАЛЬСКИЙ

Гений

Рассказ получил вторую премию

на Международном конкурсе

молодых писателей-фантастов

в Варшаве в 1968 году.

В восемь утра ему приносили завтрак.

В девять он выходил на прогулку.

С одиннадцати до двух читал.

В два обедал.

До четырех отдыхал.

Вечером просматривал почту.

Ужинал в восемь.

И ровно в десять ложился спать.

Ничто не могло помешать этому распорядку.

Так продолжалось пятьдесят лет.

Дом, в котором он жил, был единственной тюрьмой на всей планете.

А он был ее единственным узником...

Так что ж, напрасно гениям горелось во имя изменения людей?

За те пятьдесят лет, что он провел в заключении, обитатели планеты Граунд забыли и его самого и суть его преступления.

В архивах Великой Директории Граунда хранились запечатанные металлические капсулы со всеми материалами следствия. Таких капсул было несколько десятков, на каждой из них – не поддающаяся разрушению гравировка: "Вскрыть через двести лет".

И подпись Президента Великой Директории.

Каждые полгода сменялся весь штат, обслуживавший узника.

Каждые полгода он писал петицию на имя Президента Великой Директории.

Каждый новый начальник тюрьмы принимал от предыдущего сейф с опечатанными петициями.

Инструкция разрешала узнику обращаться к Президенту два раза в год, в день смены тюремного штата. По той же инструкции начальник тюрьмы имел право прочитать петицию, затем обязан был опечатать ее и положить в сейф.

Таким образом, когда прошло пятьдесят лет, дела принял сто первый по счету начальник, а в сейфе лежало сто опечатанных петиций.

101-й был молод и весел.

Он понятия не имел, что за человека обязан стеречь[Примем, в целях упрощения стиля, слово "человек" для обозначения разумных обитателей планеты Граунд]. Он знал только, что этот человек совершил в прошлом тягчайшие преступления против человечества и осужден на пожизненное заключение. [См. примечание I. ]

101-му, как и всем предыдущим начальникам тюрьмы, инструкцией запрещалось разговаривать с узником на любые темы, кроме бытовых. Той же инструкцией ему вменялось в обязанность обеспечивать узника всем необходимым для жизни и здоровья, выполнять все его бытовые требования, снабжать книгами, журналами, газетами.

Узник был стар и угрюм. Несмотря на комфорт, правильный режим, прекрасный климат, пятьдесят лет заключения наложили свой отпечаток.

Особенно плохо ему стало в последний, пятидесятый год. Он уже все понял. Он понял, что его обращения к Президенту не посылаются. Он понял, что здесь, в тюрьме, ему придется умереть.

И он не мог с этим смириться.

Днем узник был замкнут, не вступал ни в какие разговоры с тюремщиками, заставлял себя много читать и много двигаться.

А вечером...

Если бы 101-й хоть раз заглянул в спальню узника вечером, он увидел бы и услышал странные вещи.

Узник возбужденно ходил по комнате и непрерывно что-то шептал.

– Они ничего не поняли... Мое изобретение могло бы в десять лет перевернуть всю жизнь на Граунде... Я дал им в руки неограниченные возможности... И теперь я здесь... Я не могу допустить, чтобы мои открытия умерли вместе со мной... И я не могу показать всю полноту моих открытий... Я – в тюрьме... Я стар и болен... Я не имею права умереть... И у меня нет никакой надежды...

Когда-то давно, в первые годы своего заключения, после того как он написал три или четыре петиции, он попытался полуоткровенно поговорить с очередным начальником тюрьмы. Результат был незамедлительный. Через два дня после разговора весь штат тюрьмы досрочно был сменен.

И с тех пор узник молчал.

А теперь...

Узник понимал, что прямой путь отрезан. Но однажды ему показалось, что он нашел выход...

Инструкция обязывала начальника тюрьмы один раз в неделю беседовать с узником. Беседа не могла продолжаться более часа.

Эти беседы по традиции носили домашний характер. В столовую подавали чай, персонал уходил, и начальник тюрьмы оставался с узником один на один.

И вот 101-й пришел к узнику на одну из таких бесед.

После нескольких общих фраз они разговорились.

И тогда узник сказал:

– Я стал сдавать в последнее время. За эти годы я много работал, но, очевидно, мне не увидеть результатов своей работы...

– Да, возможно, – ответил 101-й. – Прошу извинить меня, но я вынужден вам напомнить, что мы не имеем права выходить за пределы бытовых тем.

– О, я слишком хорошо это помню, – усмехнулся узник. – Я не Стану нарушать инструкцию. Вы знаете, в последнее время я увлекся несколько странным, с вашей точки зрения, занятием.

– Каким же? – вежливо поинтересовался 101-й.

– Боюсь, что вы неправильно меня поймете. Я хочу, чтобы вы чн хоть немного представили себе мое положение. Я обречен. Все то, чем я занимался до заключения (101-й сделал протестующий жест), предано забвению. А я не могу умереть и ничего после себя не оставить.

101-й повторил свой жест.

– Нет, нет, не бойтесь, речь идет совсем о другом.

Узник снова помолчал.

– Я, – узник запнулся, выдержал небольшую паузу, – я начал писать.

– Дневник? – вырвалось у 101-го.

– Нет, дело обстоит гораздо хуже. Я начал писать фантастические рассказы [ Несмотря на более высокий, по сравнению с Землей, уровень цивилизации, фантастика на Граунде – один из любимых жанров, а литература одно из самых распространенных занятий значительной части общества. ].

101-й облегченно рассмеялся.

– Пишите себе на здоровье, если это помогает вам жить.

– Благодарю за разрешение,улыбнулся узник. – Но я столкнулся с одной непредвиденной трудностью.

– С какой же?

– Мне нужен хотя бы один читатель.

101-й насторожился.

Узник продолжал: – Я прошу у вас самой малости. Прочтите сейчас один из моих рассказов. Мне хочется узнать ваше мнение.

101-й задумался.

– Это будет нарушением инструкции. Я имею право прочесть только то, что вы подадите мне в последний день моей службы.

– А если я не доживу до этого последнего дня? – тихо сказал узник. Ведь мне восемьдесят лет [Для удобства чтения меры времени приведены к земным. ]. И мои силы убывают с каждым днем.

– Я ничего вам сейчас не скажу. Я подумаю, и в следующий раз мы вернемся к этому разговору.

– Так уже было однажды, – печально сказал узник. – Только не было этого следующего раза.

– Почему?

– Потому что в следующий раз пришел другой начальник.

101-й был молод и весел.

– Я согласен, – сказал он.Давайте ваш рассказ.

Узник протянул ему тонкую пачку голубоватой бумаги.

И 101-й начал читать.

Вот что он прочел.

Утром 5 июня 2969 года Президент Великой Директории, как обычно, разбирал личную почту.

Его внимание привлекла коротенькая записка следующего содержания: "Настаиваю на личной встрече.

Речь идет об открытии общепланетного значения. Обращаюсь к вам, потому что медлить больше нельзя.

С уважением Ург [Имена обитателей Граунда односложные, отчеств и фамилий у них нет. Для удобства чтения в тексте оставлены подлинные имена. ]".

Президент попросил соединить его с просителем. В видеошаре появился стройный молодой человек. Президент повернул ручку настройки, крупным планом выделил лицо.

– Ург обращается к вам, Президент Великой Директории. Мы должны встретиться. Зная, как вы заняты, я прошу всего двадцать минут. Вы не пожалеете о потерянном времени, Президент...

– Хорошо, – сказал Президент... – Сегодня в шесть вечера.

– Маленькое условие, – Ург запнулся. – Никаких свидетелей с вашей стороны.

– Ас вашей?

– Мне будет помогать ассистент. Я не могу без него обойтись. Мы продемонстрируем вам кое-какие опыты.

– Хорошо. – И Президент выключил видеошар.

Без четверти шесть Урга и его ассистента провели в кабинет Президента и оставили одних. Они быстро собрали на большом столе для заседаний внешне довольно странную установку. На расстоянии двух метров [ Для удобства чтения меры длины приведены к земным. ] друг от друга они поставили на круглые основания две полусферы. Полусферы были совершенно одинаковые, каждая из них имела радиус около 25 сантиметров. От основания каждой полусферы и от их полюсов к двум ящикам шли толстые кабели. На верхней крышке каждого из ящиков помещался небольшой пульт.

Между собой полусферы ничем не соединялись.

Ровно в шесть часов в кабинет вошел Президент.

Ург поздоровался с Президентом, коротко представил ассистента.

– Я пока не буду вам ничего говорить. Я покажу вам несколько опытов. А затем расскажу, что может дать обществу мое изобретение.

Президент подошел к столу.

Жестом фокусника Ург поднял обе полусферы. Под ними ничего не было. Он опустил их на место.

Затем подошел к столику, на котором стоял сосуд с водой и бокал. Налил в бокал воды. Поднял правую полусферу. Поставил бокал. Поднял левую. И достал оттуда бокал с водой.

Выпив воду, Ург отнес бокал на прежнее место.

Президент улыбнулся.

– Похоже на цирк.

Ург не ответил.

Он подошел к письменному столу, взял листок бумаги и попросил Президента написать несколько слов.

Президент написал фразу: "Пока я только удивлен".

Ург положил листок в левую полусферу. Закрыл ее. И тут же достал тот же самый листок с той же фразой из правой полусферы.

Президент задумался.

Ург вынул из саквояжа клеточку с белой мышью.

Поставил ее в правую полусферу.

И достал из левой.

Президент молчал.

– Продолжать? – спросил Ург.

– Не нужно. Как вы это называете?

– Передача материи на расстояние.

– Это реально в больших масштабах?

– Да.

– Что можно передавать таким способом?

– Всё.

– Как всё? И... людей?

– Да, – твердо ответил Ург.

– Когда вы можете сделать первую опытную установку большого размера и продемонстрировать ее Великому Собранию Ученых?

– Она готова. Мне нужно только перевезти ее туда, куда вы мне укажете.

– Хорошо, – сказал Президент. – Я извещу вас.

– До свиданья.

И Ург с ассистентом, собрав приборы, вышли из кабинета Президента Великой Директории.

Великое Собрание Ученых происходило в необычной обстановке.

Впервые в истории Собрания не был известен заранее вопрос, который предстояло обсудить. Не был известен и докладчик. Впервые за всю историю Собрания не' были допущены корреспонденты.

Впервые Собрание открыл сам Президент Великой Директории.

– Я буду краток, – начал он. – Несколько дней назад я познакомился с открытием инженера Урга. Это открытие может сделать революцию в науке и технике. Так как доклад может показаться невероятным, мы решили от него отказаться. Вашему вниманию будет предложена серия опытов, а затем мы приступим к обсуждению. Начинайте, – обратился Президент к Ургу.

Ург пришел на заседание без ассистента. На демонстрационном столе стояли уже знакомые Президенту две полусферы. А с двух сторон зала заседаний симметрично были расположены два больших цилиндра, высотой в два с половиной метра каждый. Диаметр цилиндров не превышал полутора метров. В цилиндры можно было войти через дверцы, которые открывались в сторону зала.

Сначала Ург молча показал небольшую серию опытов с полусферами. Они не произвели большого впечатления. Ученые иронически улыбались. Тогда Ург вошел в правый цилиндр и тут же вышел из левого.

Ученые перестали улыбаться.

– Предлагаю проверить. – Ург гостеприимно распахнул дверцу правого цилиндра.

Воцарилось молчание.

Ни один из Ученых не поднялся с места.

И тогда сам Президент твердой походкой подошел к правому цилиндру.

Остановившись у дверцы, он шепнул Ургу: – Это абсолютно безопасно?

– Абсолютно, – так же тихо ответил Ург. – Войдя внутрь, станьте, не касаясь стенок, и нажмите кнопку.

– И всё?

– И всё.

Президент вошел в цилиндр, Ург закрыл дверцу, и Президент вышел из противоположного цилиндра.

– Пожалуйста, уважаемые Ученые, прошу проверить! – Президент весело улыбался.

– Мистика! Идеализм! Абсурд! – раздавалось со всех сторон.

Ученые были явно возмущены такой ненаучной постановкой опыта.

Но Президент был властным человеком. Он умел подчинять людей своей воле. Он поднял руку, и Ученые смолкли.

– Я не прошу вас сейчас оценивать, принимать или отвергать изобретение инженера Урга. Я прошу вас проверить его. А так как вы все отлично понимаете, что, пока мы всесторонне не изучим всех возможностей открытия и всех путей его использования, мы можем допустить к нему только членов Великого Собрания Ученых – следовательно, испытывать аппараты придется вам. Поэтому – прошу!

Президент повелительным жестом указал на правый цилиндр.

И Ученые нехотя, медленно, по одному стали подходить к правому цилиндру. Недоверчиво пожимая плечами, они выслушивали краткие наставления Урга, входили внутрь, закрывали за собой дверцу и тут же, недоумевающие, растерянные, какие-то пришибленные, выходили из левого цилиндра.

Президент внимательно проследил, чтобы все Ученые приняли участие в опыте.

– А теперь – ваше слово, – обратился он к Ургу.

Ург начал свой краткий доклад:

– Я назвал свое открытие "Передача материи на расстояние". Краткая сущность его такова. Мне удалось добиться мгновенного преобразования материи в некое поле, природа которого пока неизвестна.

По залу заседаний пронесся гул возмущения: "Как? Этот мальчишка посмел проделать опыт с Членами Великого Собрания, не зная сущности эксперимента! Такого еще не бывало в стенах Великого Собрания".

– Однако, – нимало не смущаясь этим ропотом, продолжал Ург, – главной особенностью этого поля оказалось такое его свойство, как мгновенная обратимость в тот самый вид материи, из которого оно образовалось. Для этого нужны определенные условия, которые создаются в цилиндре-приемнике. В демонстрировавшемся опыте каждый цилиндр выполнял свою функцию: правый передатчик, левый – приемник. В серийном производстве эти функции будут совмещены в одном цилиндре. А теперь прошу задавать С вопросы.

И тут пришла очередь удивляться Ургу. Он ждал, что посыплются специальные вопросы, на которые он сможет ответить с большим трудом, так как плохо понимал теоретические предпосылки открытия. Ведь опыты демонстрировались на Великом Собрании Ученых! Но он не учел одного: Ученые тоже люди. И больше всего их интересует то, что с ними только что произошло.

– Сколько раз вы проделывали этот опыт на себе?

– Около десяти тысяч.

– И за все время вы не заметили никаких отклонений?

– Отклонений от чего?

– От... – Ученый, задававший вопрос, замялся, подбирая нужное выражение, – от... передаваемой субстанции?

– Нет, не заметил. И приборы, специально сконструированные мной для контроля, тоже не заметили никаких отклонений от... – Ург рассмеялся, ...от передаваемой субстанции.

– Какие помехи влияют на качество передачи?

– Мне не удалось создать таких помех.

– Вы проводили на себе и опыты с помехами?

– Да.

– Какова возможная дальность передачи?" – В пределах планеты.

– Вы проверяли?

– Да.

– Что и куда вы передавали?

– Мелкие предметы и некрупных животных из Северной Федерации в Южную.

– Кто вам помогал?

– Мой ассистент.

– Как далеко вы передавали себя?

– Липе [Столица Северной Федерации. ] – Миел [Столица Южной Федерации. Расстояние от Липса до Миела примерно соответствует расстоянию от Москвы до Рио-де-Жанейро. ] и обратно.

– Сколько таких опытов вы проделали?

– Около пятисот.

Затем пошли вопросы более специального характера. Ург спокойно отвечал на них.

К нему подошел Президент.

– Я думаю, что с теоретическими вопросами можно подождать. Я попросил бы вас, Ученый Ург, очень коротко перечислить области применения вашего открытия.

– Почта, телеграф, – начал Ург, – городской транспорт, железнодорожный, монорельсовый, автомобильный, речной и морской, авиация – все это становится вчерашним днем. Вместо всего этого – приемо-передающие станции любых размеров, которые с одинаковым успехом передают грузы и людей. Автоматическая система управления исключает возможность ошибки. Я предлагаю для начала покрыть сетью ППС Южную Федерацию. На это понадобится лет пять. А через десять лет мы не узнаем Граунда.

Зал разразился овацией.

Все Ученые встали.

– Благодарю за внимание, – сказал Ург. Он подошел к правому цилиндру.

Утром 17 июня 2973 года чиновник региональной директории Сленг, набрав несколько цифр на диске портативной полусферы, достал из нее завтрак, наскоро проглотил его и, войдя в приемопередающую станцию у себя в квартире в Лексе [ Региональный центр в Южной Федерации. ], вышел из такой же станции в своем служебном кабинете в Тропе [" региональный центр в Северной Федерации. ]. Он сел за стол и нажал кнопку на небольшой панели, вделанной в центр стола.

– Сегодня – 17 июня 2973 года, – послышался бесстрастный механический голос. – Вам надлежит к десяти утра прибыть в Липе для участия в обсуждении вопроса о закрытии последней автомобильной дороги Северной Федерации. В два часа дня вам предстоит интервью с телекорреспондентом по поводу использования ППС Урга в ряде отраслей промышленности. В четыре часа ваша жена ждет вас к обеду в Миеле.

Голос умолк.

Сленг взглянул на часы. Было начало десятого. "Поброжу немножко по Липсу до начала обсуждения", – решил он.

Сленг вошел в ППС, набрал нужную комбинацию цифр и вышел.

Вышел... снова в своем кабинете.

"Странно, – подумал он. – Никогда еще эти аппараты никого не подводили. Попробую еще раз".

И он снова вошел в ППС.

Через несколько часов вышли экстренные выпуски газет. Жители Южной Федерации давно отвыкли от таких заголовков. Газеты кричали:

ДВА СЛЕНГА!

КТО НАСТОЯЩИЙ?

СЛЕНГ ПРОТИВ СЛЕНГА!

КРУПНЕЙШАЯ СЕНСАЦИЯ ВЕКА!

"СЛЕНГ – ЭТО Я", – СКАЗАЛИ ОБА.

ДОЛОЙ ППС УРГА!

НАЗАД К САМОЛЕТУ!

ЛУЧШЕ ТЕЛЕФОН, ЧЕМ РАЗДВОЕНИЕ ЛИЧНОСТИ!

КТО СЛЕДУЮЩИЙ?

В вечерних выпусках газет было опубликовано постановление Великой Директории Граунда. Вот его текст:

ВЕЛИКАЯ ДИРЕКТОРИЯ ВЫРАЖАЕТ ГЛУБОКОЕ СОЖАЛЕНИЕ ПО ПОВОДУ БЕСПРЕЦЕДЕНТНОГО СЛУЧАЯ С ГРАЖДАНИНОМ ЮЖНОЙ ФЕДЕРАЦИИ СЛЕНГОМ.

ВЕЛИКАЯ ДИРЕКТОРИЯ НАЗНАЧИЛА ЧРЕЗВЫЧАЙНУЮ КОМИССИЮ ДЛЯ РАССЛЕДОВАНИЯ ВСЕХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ ИНЦИДЕНТА.

ВЕЛИКАЯ ДИРЕКТОРИЯ ПРЕДЛАГАЕТ ОТКАЗАТЬСЯ ПОВСЕМЕСТНО ОТ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ АППАРА ТОВ УРГА. УЧЕНЫЙ УРГ ДО ВЫЯСНЕНИЯ ПРИЧИН ПРОИСШЕДШЕГО ИЗОЛИРОВАН.

Начались заседания Чрезвычайной Комиссии. Самолет доставил обе станции, послужившие причиной инцидента. Этим же самолетом прибыли и два Сленга. Путем тщательнейших физиологических и психологических исследований Комиссия установила полную идентичность Сленгов. Никаких других выводов Комиссия сделать не смогла. Аппараты Урга работали нормально. Это подтвердили двести опытов по передаче неодушевленной материи и животных.

Наконец на заседание Комиссии вызвали Урга.

Он был очень возбужден.

Он, как никто другой, понимал, что от этого заседания зависит не только судьба его изобретения, но и его собственная судьба.

Заседание Комиссии проходило в том самом зале Великого Собрания Ученых, в котором пять лет назад Ург впервые демонстрировал членам Собрания свои опыты.

На демонстрационном столе стояли такие же полусферы. А с двух сторон зала – ППС, послужившие причиной раздвоения Сленга.

Ург начал свое выступление очень странно: – Я могу объяснить то, что произошло, хотя и не знаю причин случившегося. Дело в том, что, стремясь как можно . быстрее осуществить мою идею на практике, я скрыл от Собрания подлинную сущность открытия. Я хотел, чтобы общество Кривыкло к ППС, чтобы они стали обиходной вещью. Я уже собирался сам показать Собранию неограниченные возможности ППС, но нелепая случайность подорвала доверие к моим аппаратам.

– Ближе к делу, – прервал Урга Глава Чрезвычайной Комиссии. – Вы сказали, что можете объяснить инцидент. Вот и попытайтесь это сделать.

– Постараюсь. – Ург коротко вздохнул. – По непонятной для меня причине произошло нарушение системы обратной связи.

– Выражайтесь яснее, – потребовал Глава.

– Я прошу разрешения показать небольшую серию опытов.

– Показывайте.

Ург подошел к демонстрационному столу, достал из карманов несколько пакетов.

Затем минут пять провозился у левой полусферы.

Члены Комиссии внимательно наблюдали за ним.

Ург развернул пакеты.

В одном из них оказались два яйца, в другом – несколько бутербродов, в третьем – апельсин.

– Это мой сегодняшний завтрак, – пояснил Ург.

Он поднял правую полусферу и положил туда яйца, бутерброды и апельсин.

Затем поднял левую и достал оттуда всю эту снедь. После этого он снова поднял правую полусферу. Там по-прежнему лежали два яйца, апельсин и бутерброды.

Опустив правую полусферу, он опять поднял левую. И снова достал оттуда тот же набор.

– Я на ваших глазах нарушил систему обратной связи – и вот результат.

Затем он вошел в правую ППС.

Члены Комиссии замерли.

Открылась дверца левой – и оттуда вышел Ург.

Снова открылась дверца левой – и снова вышел Ург.

И еще и еще...

Семь улыбающихся Ургов выстроились перед ошарашенными Членами Комиссии.

Потом из правой ППС вышел еще один Ург.

– Это, конечно, шутка, – сказал он. Подойдя к левой ППС, он некоторое время пробыл внутри, потом вышел.

– Не волнуйтесь, – обратился он к Комиссии, – сейчас мы исправим положение.

На глазах изумленной Комиссии семь Ургов один за другим вошли в правую ППС.

– Довольно трюков! – потребовал Глава. – Мы ждем от вас объяснений.

– По-моему, все ясно, – улыбнулся Ург. – Я показал вам, что может дать обществу мое изобретение. При первой его демонстрации я, как уже говорил, скрыл его истинную природу. Это не передача материи на расстояние. Правильнее было бы назвать мое изобретение: "Мгновенное воспроизведение материальной субстанции при сохранении изначального эталона". А система обратной связи была мной придумана для того, чтобы приспособить мое изобретение к более узким целям транспортировки грузов и людей.

– Значит, при помощи обратной связи вы, попросту говоря, уничтожали оригиналы? – спросил Глава.

– Да.

– Вы – преступник, – произнес Глава Комиссии. – И так как мы не можем обнародовать результатов работы Комиссии, мы будем вас судить закрытым судом.

– Я не преступник. Я – гений, – грустно проговорил Ург.С помощью ППС я мог бы одеть и накормить все население Граунда. Я мог бы почти полностью избавить его от многих видов физического труда. Вы хотите меня судить? Я нарушил законы, мораль? Да, я временно перешагнул через них. В интересах общества...

– Замолчите. – И Глава Комиссии закрыл заседание.

На следующий день на Граунде началось уничтожение аппаратов Урга.

Через три дня состоялся суд.

Ургу предъявили обвинение. Вот его основные пункты:

1. ОПЫТЫ НАД ЛЮДЬМИ. ПРОВОДИВШИЕСЯ В МАССОВЫХ МАСШТАБАХ

2 ОБМАН ОБЩЕСТВА.

3. БЕЗОТВЕТСТВЕННОЕ РЕШЕНИЕ ВОПРОСОВ, В РЕШЕНИИ КОТОРЫХ ДОЛЖНО ПРИНИМАТЬ УЧАСТИЕ ВСЕ ОБЩЕСТВО.

4. НЕРАЗРЕШИМОСТЬ ПРОБЛЕМЫ СУЩЕСТВОВАНИЯ ДВУХ СЛЕНГОВ.

Суд приговорил Урга к пожизненному заключению.

Одновременно было принято решение опечатать на двести лет все материалы суда и следствия".

Кончив чтение, 101-й некоторое время молчал.

– Зачем вы заставили меня нарушить инструкцию? – наконец выговорил он.

– Я хочу жить, – просто ответил узник.

– Но ведь вам восемьдесят, – удивился 101-й.

– Я буду жить, если вы захотите мне помочь.

101-й посмотрел на часы.

– У нас остается еще десять минут. Можете говорить всё.

– А не отложить ли нам продолжение разговора до следующего раза? спросил узник.

– Нет уж, давайте сейчас, – твердо сказал 101-й. – Вы же сами говорите, что следующего раза может и не быть.

– Вы обещаете мне исполнить мою просьбу?

– Я обещаю только выслушать вас.

– Что ж, выхода у меня нет. Слушайте.

Несколько секунд Ург молчал.

– Я скрыл кое-что и от Чрезвычайной Комиссии. Скрыл е личных целях. Дело в том, что мое изобретение имело еще одну сторону. Об этом знаю только я. Мне удалось создать запоминающее устройство. Это устройство "запоминало" всю информацию об эталоне и могло воспроизвести его через много лет. Вы понимаете меня?

– Не очень, – честно признался 101-й.

– Я воспользовался запоминающим устройством только один раз. Устройство запомнило меня, каким я был пятьдесят три года назад. И может в любой момент воспроизвести меня... Того, прежнего... Вы понимаете?.. Я хочу еще раз все начать сначала... Теперь это зависит только от вас... Аппаратура спрятана надежно. Привести ее в действие может и ребенок, так она проста...

– Я это сделаю, – прервал узника 101-й. – Но только после вашей смерти.

– Согласен.

– А сейчас – к делу. Наше время кончилось.

– Я надеюсь на вас, – тихо сказал узник. – Может быть, теперь все будет иначе. Ведь прошло пятьдесят лет...

Задержавшись еще на пять минут. 101-й вышел из камеры.

На другой день узник был найден мертвым. Причину смерти установить не удалось. Немедленно прибывший в тюрьму Инспектор Великой Директории опечатал все бумаги узника.

На кратком следствии, проведенном Инспектором, выяснилось, что накануне 101-й задержался на беседе с узником сверх положенного по инструкции времени.

В восемь утра ему приносили завтрак.

В девять он выходил на прогулку.

С одиннадцати до двух читал.

В два обедал.

До четырех отдыхал.

Вечером просматривал почту.

Ужинал в восемь.

И ровно в десять ложился спать.

Ничто не могло помешать этому распорядку.

Дом, в котором он жил, был единственной тюрьмой на всей планете.

А 101-й был ее единственным узником.

Он был молод и весел...


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю