Текст книги "Охрененно милый (ЛП)"

Автор книги: Алекса Райли

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 5 страниц)

Глава 5

Лив

У меня есть его номер телефона! И не только это, я собираюсь к нему домой. Мне не терпится хотя бы заглянуть внутрь, если только он не пригласит меня войти. Черт, я могу просто оставить столик прямо у его двери. Или могла бы попроситься в туалет, но это не совсем сексуально. Не хочу, чтобы он думал, как я писаю.

– Ты в порядке? – спрашивает моя сестра. – Ты слишком сосредоточена на телефоне.

– Я в порядке. – Я спрыгиваю со стойки. Ладно, может, я и не совсем в порядке, но справлюсь. Может быть. – У меня доставка. – Я стараюсь говорить как можно непринужденнее.

– То есть, ты отвозишь?

Обычно к нам приходят люди и забирают свои заказы, но несколько раз я просила Сойера о помощи. Это касалось только доставки по городу, и потому что мы с Лейн не могли справиться с этим сами.

– Да. Это мой розовый кофейный столик. Думаю, я смогу доставить его сама. – Я горжусь собой за свою невозмутимость, но Лейн склоняет голову набок.

– Кто его купил? – Когда к моим щекам приливает жар, она бросает на меня понимающий взгляд. – Ах, ты покраснела. Итак, расскажи мне, как Джулиус сегодня?

Считается ли это румянцем, когда все мое тело пылает от возбуждения и желания?

– Он идеален. – Я мечтательно вздыхаю. Моя сестра прекрасно знает о моей влюбленности в Джулиуса, но на данный момент это выходит далеко за рамки чего-то столь тривиального. Возможно, это похоже на одержимость. – Я собираюсь попытаться попасть к нему домой, так что не жди меня. – Лейн смеется, будто я шучу, но я действительно попытаюсь попасть к нему домой. Так или иначе.

– Я сегодня задержусь допоздна. Я принесла еду.

– Ты задерживаешься с заказами? Чем я могу помочь? – Меня охватывает чувство вины. Я оставляю ее работать, а сама пытаюсь пробраться в дом Джулиуса и, может быть, поцеловать его. Эй, девушка должна мечтать.

– Я не отстаю. Просто у меня есть хорошая аудиокнига, которую я слушаю, так что могу продолжить работать.

– Или ты можешь послушать ее, нежась в расслабляющей горячей ванне, – предлагаю я.

Ей всегда нужно чем-то заниматься. Конечно, то же самое можно сказать и обо мне. Я постоянно в движении, но занимаюсь интересными вещами. Лейн навсегда остается запертой в магазине, и я бы хотела, чтобы она чаще выходила на улицу.

– Ванна – это отвратительно. – Лейн морщится.

– Ты можешь сначала принять душ! – Мы спорили об этом бессчетное количество раз.

Мой телефон издает сигнал, и я чуть не роняю его. Я знаю этот звук, потому что запрограммировала его несколько часов назад. Поставила Джулиусу его собственную мелодию звонка и звуковое оповещение о смс.

– Я оставлю тебя наедине с твоей доставкой, если только тебе не нужна помощь, чтобы вынести стол.

– Я справлюсь.

Разблокировав экран, вижу сообщение и молюсь, чтобы он не отменил встречу. Может быть, я притворюсь, что не видела сообщения, и просто приду. Если его там не будет, то смогу заглянуть к нему домой. У меня такие мысли, и я знаю, что со мной что-то не так. Но также знаю, что все равно это сделаю. У меня нет контроля, потому что он весь достался Лейн.

Джулиус: Ты все еще приедешь?

Я немного пританцовываю, когда вижу, что он проверяет, собираюсь ли я все еще приехать. Есть ли вероятность, что он беспокоился, что я не приду?

Я: Да!!!

Добавив еще несколько смайликов в виде розовых сердечек, я нажимаю «отправить». Черт, возможно, я слишком взволнована. Мне следовало отправить одно сердечко и поставить один восклицательный знак.

Не желая зацикливаться на своих сообщениях и слишком долго их обдумывать, я беру сумку и закрываю магазин. Бросив быстрый взгляд на себя в зеркало, наношу немного блеска для губ и беру маленький столик. Несу его в подсобку, и когда Лейн видит, что я вхожу, она открывает мне заднюю дверь.

– Увидимся, – говорит она и целует меня в щеку.

– Закрой за мной дверь, – саркастически напеваю я, потому что Лейн постоянно мне это говорит. Она качает головой, прежде чем сделать именно это, и я загружаю столик в грузовик.

Убедившись, что он не перевернется на заднем сиденье, запрыгиваю на водительское сиденье и отправляю Джулиусу сообщение о том, что направляюсь к нему. Я практически подпрыгиваю на сиденье от того, что увижу Джулиуса не только за пределами магазина, но и у него дома. Я знаю, где он живет, но никогда не ездила по дороге, которая ведет к его дому. Это частная подъездная дорожка, которая теряется из виду среди густых деревьев, и у него есть знаки «посторонним вход воспрещен».

Мое сердце радостно трепещет, когда я вижу его дорогу. Сворачиваю на подъездную дорожку к его дому, следую по пути, который петляет между деревьями, а затем пересекаю симпатичный маленький мостик, под которым протекает ручей.

Деревья расступаются, и я вижу деревянную хижину, и у меня перехватывает дыхание. Это самый симпатичный дом с А-образным каркасом, но совсем не такой, как я ожидала. Особенно учитывая, что фасад застеклен. Отсюда открывается прекрасный вид на деревья и горы, окружающие наш город.

Теперь я умираю от желания увидеть планировку и вид изнутри. Припарковываю грузовик, когда Джулиус выходит на крыльцо.

– Это так круто! – говорю я ему, выскакивая из машины.

– Тебе нравится? – Джулиус переминается с ноги на ногу, и я удивляюсь, как он может сомневаться в том, насколько потрясающий дом.

– Нравится? – Я качаю головой. – Я в восторге. – Джулиус спускается по ступенькам крыльца, и, клянусь, на секунду вижу его улыбку. – Я занесу.

– Нет, я возьму. – Он опережает меня, подходя к кузову грузовика, и, черт возьми, я сама хотела это сделать. Проклинаю свои короткие ноги за медлительность.

– Ну что ж. Я думаю… – Джулиус обрывает меня, прежде чем я успеваю неуклюже попрощаться.

– Хочешь заглянуть внутрь?

– Правда? – Я оживляюсь.

– Ты можешь заходить, когда захочешь.

– Будь осторожен в своих желаниях, – поддразниваю я, прежде чем подняться по лестнице. Потои открываю Джулиусу дверь, хотя он несет стол одной рукой. Очевидно, ему не нужна моя помощь.

– Я всегда осторожен, – тихо говорит Джулиус, входя в дом, а я следую за ним по пятам.

Это забавно, потому что последнее, что можно сказать обо мне, – это «осторожность».

Когда мы заходим внутрь, он внезапно останавливается, и я врезаюсь прямо в него. У меня нет возможности удержаться на ногах, и когда мое тело сталкивается с его, я начинаю падать назад. Джулиус двигается быстро, и прежде, чем я успеваю понять, что происходит, он разворачивается и заключает меня в объятия.

Столу повезло меньше, и когда он приземляется, слышу небольшой треск. Прямо сейчас мне все равно, потому что я в объятиях Джулиуса. Он прижимает меня к себе, и когда я поднимаю глаза, он смотрит на меня сверху вниз.

– Черт, прости. Ты в порядке?

Я так близко к нему, что не могу оторвать взгляда от его губ.

– Это как в кино, – говорю я и затем смеюсь.

Я откидываюсь назад и закидываю руки за спину, чтобы доказать свою точку зрения. Именно в такой позе должны были бы находиться люди после песни и танца или когда принц собирается поцеловать меня.

Джулиус смотрит на меня, нахмурив брови, в полном недоумении.

Думаю, можно смело сказать, что поцелуя я не получу.

Глава 6

Джулиус

В кино? Она имеет в виду тот, где женщину похищают, а потом держат в заложниках, пока она не влюбится? Если так, то да.

Я смотрю на ее губы, на ее яркую улыбку, но чем дольше на нее смотрю, тем больше она меркнет. Беспокоясь, что Лив не хочет, чтобы я к ней прикасался, ставлю ее на ноги и быстро отступаю.

– Прости, – повторяю я, но это всего лишь извинение за то, что я слишком долго держал ее и за то, что сломал ее столик.

– Все в порядке, все не так уж и плохо. – Она опускается на колени, чтобы осмотреть стол, и я делаю то же самое.

– Как починить его? – На обеих ножках трещины, но там, где они крепятся к столу, они расколоты. Я не очень разбираюсь в столярном деле, но, похоже, это плохо.

– Понятия не имею. – Лив пожимает плечами, и мой взгляд автоматически скользит вниз по ее телу. Чего бы я только не отдал, чтобы снова прикоснуться к ней. – Моя сестра – та, кто занимается подобными вещами. Я более творческий человек.

Когда ее щеки заливает приятный румянец, я почти чувствую, как они горят. Затем резко встаю и делаю шаг назад. Не возбуждайся. Не возбуждайся. Не возбуждайся. Блядь.

– Эм, уже поздно. Почему бы мне не привезти его завтра в магазин? – Это повод снова встретиться с ней, но ее улыбка исчезает, когда она встает. – Или нет, – пытаюсь я снова, не понимая, почему она расстроена.

– Да, все в порядке. Можешь завезти его завтра. – Ее плечи слегка поникают. – Думаю, больше не буду тебе надоедать.

– Подожди! – Слово звучит слишком громко, и Лив вздрагивает. – Прости, – бормочу я и засовываю вспотевшие ладони в карманы. – Я просто, эм, не хотел, чтобы ты уходила. – Ее улыбка возвращается, и у меня что-то сжимается в груди. – Тебе стоит пойти взглянуть на свои изделия.

Когда я отхожу от нее еще на шаг, она видит большую часть гостиной. Тихий вздох, который она издает, заставляет меня задуматься, не этот ли звук она издает, когда возбуждена. Стараюсь не представлять, как он звучит у меня в ухе, когда я на ней.

Черт возьми. Не возбуждайся.

– Не могу поверить. – Она входит в гостиную и прикасается к лампе, которую сама же и сделала. – Это так волшебно – видеть все мои ярко оформленные вещи в твоем доме.

Волшебно? Скорее идеально, думаю я, наблюдая, как она осматривается. Она заглядывает на кухню, и я слышу, как та одобрительно хмыкает, прежде чем взять в руки созданную ею миску для фруктов.

– Как вы придумали название магазина? – спрашиваю я, когда она выходит из кухни и направляется по коридору к моей спальне.

Лив осматривает мой дом, и я не могу сказать, что мне это не нравится. Я так мечтал увидеть ее здесь, в этих стенах. Вот почему продолжаю скупать все, что она создает. Мне нравится видеть здесь ее вещи, но теперь, когда она тоже здесь, у меня такое чувство, что ее вещей будет недостаточно.

– Это все наш папа. – Она закатывает глаза, но по ее улыбке я понимаю, что это ласковая досада. – Он любил «отцовские шуточки» еще до того, как стал отцом. Когда пришло время давать название магазину, он подумал, что было бы забавно назвать его «Охрененно уютный».

– Такой чертовски уютный, – говорю я, и она с улыбкой поворачивается в мою сторону.

– Не так уж плохо для мебельного магазина. – Это кладовка или… – Она замолкает, когда открывает дверь, а затем еще раз тихо вздыхает.

Черт возьми, не возбуждайся.

– Нет. – Мне приходится откашляться и попробовать снова. – Это моя комната.

Комната находится на южной стороне дома и обильно залита вечерним солнцем. Оранжевый свет освещает комнату, когда она входит, и я как-то забыл, сколько у меня здесь её творений.

– Как красиво, – говорит она мне, оборачиваясь и осматривая все вокруг. – Это, пожалуй, моя любимая комната в доме. А твоя?

Я киваю, потому что не уверен, что смогу говорить. Видя, как ее пальцы скользят по изножью моей кровати, представляю себе всевозможные грязные вещи. В основном, она сжимает его, пока я наклоняю ее над краем и беру сзади.

Отлично. Теперь я чертовски возбужден. Подхожу к комоду и делаю вид, что что-то делаю, чтобы привести себя в порядок. Но это бесполезно; мой член уже туго натягивал джинсы еще до того, как она пришла. На данный момент у меня так чертовски сильно стоит, что ему некуда больше деваться, кроме как распухать по бедру. Протягивая руку, я беру с комода фотографию и прикладываю ее к своей промежности.

– Джулиус?

Когда я поворачиваюсь, передо мной фотография, и я притворяюсь, что это совершенно нормально.

– Да?

– О боже. – Ее глаза расширяются от удивления, и я чувствую, как жар разливается по моей шее. – Это ты малыш?

Она имеет в виду малыша в моих джинсах? Опускаю взгляд и понимаю, что на фотографии, которую держу в руках, я еще малыш на деревянной лошадке-качалке.

– В ковбойской шляпе? – Она взвизгивает от возбуждения, подбегая ближе, а затем, к моему ужасу, наклоняется, чтобы рассмотреть меня поближе.

– Эм, Лив, – пытаюсь я сказать, но она меня не слушает.

– Это самое милое, что я когда-либо видела в своей жизни.

Я закрываю глаза и снова мечтаю о лопате, чтобы выкопать яму и похоронить себя. Может быть, если представлю, как она называет мой член милым, это заставит его опуститься.

– Посмотри, какой ты пухленький.

Ладно, нет. Определенно, не опустится.

– Можно мне посмотреть? – Не дожидаясь моего ответа, она тянется, чтобы забрать у меня фотографию.

– Подожди, я… – Прежде чем я успеваю остановить ее, она выхватывает фотографию у меня из рук, а затем ее взгляд падает на мою промежность. Ее брови поднимаются все выше, выше, выше на лоб, а затем ее рот приоткрывается. – Я, эм… – заикаюсь я и пытаюсь прикрыть себя руками, но это бесполезно. Проблема спускается вниз по моей ноге, и мне пришлось бы использовать несколько рук, чтобы прикрыться.

– Это… – Она не договорила, а потом медленно подняла глаза, чтобы встретиться со мной взглядом.

– Ты в моей спальне, – говорю я и пожимаю плечами, будто это все объясняет.

Да, лопата сейчас была бы кстати.

Глава 7

Лив

Нечасто я теряю дар речи, но сейчас испытываю трудности. Не только с тем, что сказать, но и с тем, чтобы это не прозвучало неуместно. Джулиус, вероятно, выпроводил бы меня за дверь и никогда больше не приходил в мой магазин.

Он такой большой, а я такая маленькая. Чем больше я смотрю, клянусь, тем больше он становится.

– Ты твердый, – выпаливаю я. Черт возьми. Кажется, я слишком долго молчала, и мой мозг сам начал выпаливать слова.

– Ты в моей спальне, – повторяет он.

Мой язык высовывается наружу, облизывая нижнюю губу, когда внизу живота зарождается желание. Жар разливается между моих бедер, и я задаюсь вопросом, смогу ли я раздвинуть их достаточно широко, чтобы вместить его. Черт, он не смог бы поместиться во мне, так что, скорее всего, нет.

– То, что происходит там внизу, вызвано моим присутствием в твоей спальне? – Он думает о том, как мы занимаемся сексом? Теперь я представляю, как он бросает меня на свою огромную кровать и делает со мной все, что в его силах. И благодарна, что он не может заметить, что я возбуждена. Хотя чувствую, как мои трусики намокают и прилипают ко мне.

Мой взгляд падает на его член, и я безошибочно узнаю его твердые очертания под джинсами. Мои пальцы так и чешутся протянуть руку и дотронуться до него. Я хочу знать, насколько тверд его член и каков на ощупь.

– Не обращай внимания. Мне жаль. – Джулиус разочарованно проводит рукой по волосам.

– Ты же не можешь это контролировать, верно? Такое случается. – Я наклоняюсь к нему, желая внятно расслышать все, что он говорит.

Чего я действительно хочу, так это чтобы он сказал, что это все из-за меня. Что у него грязные мысли на мой счет, которые тот не может контролировать. Что он заманил меня сюда, чтобы добиться своего. Боже, мне действительно нужно перестать читать любовные романы.

– Я бы так не сказал, – ворчит он себе под нос, и я замечаю, что его уши слегка краснеют.

– И на самом деле он не то, на что можно не обращать внимания. Я имею в виду, он типа, эм, огромный.

– Черт возьми. – Он опускает голову и зажмуривает глаза.

– Эй, это ведь комплимент, верно? – Я могу ошибаться. – По крайней мере, думаю, что он огромный. Я никогда не видела ни один вживую. Не то чтобы я просила показать твой! – спешу добавить я, хотя не стала бы его останавливать.

Джулиус распахивает глаза и смотрит на меня, не произнося ни слова.

– Я хочу сказать, что пару раз видела их на экране. Девушкам становится любопытно, понимаете? Я читала об этом и украдкой увидела пару отрывков по подписке «Макс», которая была у моих родителей.

Я несу чушь и не знаю, как остановиться. Джулиус смотрит на меня сверху вниз, медленно моргая.

– Знаешь, мне кажется, он тебе подходит. Он пропорционален.

Я тупо двигаю рукой вверх-вниз, как будто я одна из девушек из «Цена вопроса», а его член – главный приз (примеч. «Цена вопроса» – американская телевизионная телеигра, в которой участники соревнуются, угадывая цены на товары, чтобы выиграть деньги и призы). Я быстро отдергиваю руку, и Джулиус хмурится, выражение его лица становится непроницаемым. Тишина для меня невыносима. Я не могу ее выносить, поэтому продолжаю.

– Но это же комплимент, да? То, что я могу сделать его таким. – Не указывай на него пальцем, Лив. Не делай этого. – Ну, знаешь. – Несмотря на то, что я уговариваю себя не делать этого, я показываю прямо на его член.

– То, что ты сейчас делаешь, не поможет ему избавиться от этого.

– Точно! – Опускаю палец и решаю засунуть обе руки в карманы для безопасности. Именно здесь я должна сказать ему, что ухожу, но не хочу этого делать. Прикусываю щеку изнутри, чтобы не спросить, случалось ли с ним такое раньше рядом со мной, или это потому, что я в его спальне.

– Хочешь клубничной газировки?

– Клубничная газировка – моя любимая! – Все лучше, чем говорить мне, что пора уходить, но мне действительно она нравится.

– Я знаю. – Джулиус проходит мимо меня и выходит из спальни.

– Откуда ты знаешь? – Я следую за ним, и мой взгляд задерживается на его заднице. Она точно круче задницы Капитана Америки. Извини, Стив Роджерс, тебе придется быть вторым. Вице-президент «Задницы Америки».

– Ты заказываешь ее в закусочной, – говорит он.

– Я позволяю ее себе только там. Если буду держать ее дома, то сразу выпью все.

– Ты можешь выпить все. Я куплю еще. – Он открывает холодильник, и я вижу два ровных рядя клубничной газировки. Все они стоят этикеткой вперед, каждая банка газировки стоит в одном и том же положении.

Его холодильник забит до отказа и идеально организован. Это напоминает мне одно из тех видео, где люди выгружают свои продукты и раскладывают их по местам.

– Я должна была догадаться, – смеюсь я, хватая одну из банок.

– Что я куплю тебе еще? – Это мило, но я думаю, Джулиус просто вежлив.

– Что в твоем холодильнике такой порядок. Это очень в твоем стиле. – Я открываю банку с содовой и делаю глоток. Джулиус заглядывает внутрь холодильника, а затем снова на меня.

– Тебе не нравится?

– Что? Я этого не говорила. Мне, честно говоря, даже нравится. Я бы никогда не смогла так, потому что просто запихиваю все внутрь. Но люблю смотреть видео, как наводят такой порядок. Это вселяет в меня надежду, что, возможно, однажды я займусь этим.

– Я мог бы прийти и организовать твой холодильник, – предлагает он. Почему все, что тот говорит, заставляет меня таять?

– Ты бы действительно так сделал, правда?

– Если бы ты попросила.

– В отличие от того, чтобы вламываться и делать это по собственному желанию. – Я смеюсь. – Это было бы забавно. Кто-то вламывается в твой дом, чтобы навести порядок.

– Я никогда не видел видео с организацией, но мне нравится смотреть твои.

Ого. Он смотрит мои видео? Честно говоря, я не думала, что у Джулиуса есть TikTok.

– Ты смотришь их? – Я вдруг чувствую себя застенчивой.

– Ты голодна? – спрашивает он, и мои плечи опускаются.

– Ты не хочешь отвечать на мой вопрос? – Я не собиралась отпускать это сейчас.

– Я отвечу на все, что ты захочешь, но я подумал, что мог бы сделать это, пока готовлю ужин. – Он просит меня остаться или тонко намекает, что мне следует уйти? Вместо того чтобы зацикливаться на собственных мыслях, я решаю просто спросить.

– Ты приглашаешь меня остаться на ужин из вежливости или поднял тему ужина, чтобы дать мне понять, что мне пора уходить? – Я говорю об этом открыто, и теперь мне приходится иметь дело с последствиями.

– Я хочу, чтобы ты осталась. – Он говорит это так буднично.

– Правда?! – Я не могу скрыть своего волнения.

– Ты можешь ужинать здесь каждый вечер, если хочешь, – предлагает он, и я смеюсь, думая, что это шутка. Выражение его лица становится серьезным.

– Я бы с удовольствием поужинала с тобой. – На красивом лице Джулиуса появляется улыбка. – Я могла бы помочь, если хочешь. Я больше пекарь, но могу попробовать.

– Ты можешь сесть.

Не успеваю я сесть, как Джулиус поднимает меня за бедра и сажает на кухонный островок.

– Думаю, я просто посижу здесь и буду хорошенькой.

– Великолепной, – поправляет Джулиус, прежде чем отвернуться, чтобы достать продукты из холодильника.

Он считает меня великолепной? Хм, полагаю, он стал твердым действительно из-за меня.

– Итак. – Я ухмыляюсь, когда он снова поворачивается ко мне с полными руками продуктов. – Ты смотришь мои видео?

Каковы шансы, что я смогу уговорить его сняться со мной в одном из них?

Забудьте об этом. Я ни за что не поделюсь Джулиусом. Прямо сейчас он весь мой.