Текст книги "Одиночный выстрел"

Автор книги: Алекс Орлов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 25 страниц) [доступный отрывок для чтения: 11 страниц]

46

Ожидание длилось третий час. Начавшийся после полудня снег все продолжал идти, покрывая дорогу пушистым покрывалом, выдавшим бы любого, кто решился по нему проехать.

В лесу воцарилась тишина, нарушаемая лишь голосами объедавших рябину снегирей. Иногда из глубины чащи подавали голоса скачущие по веткам бурундуки. Пришедшие в лес люди заняли с лошадьми самую важную для зверьков часть леса – орешник. И время от времени самые смелые из бурундуков совершали стремительные набеги и, срывая орехи над головами затаившихся гвардейцев, уносились по ветвям прочь.

Привычные лошади стояли в глубине леса спокойно, не выдавая себя ржанием и звоном уздечек, правда, за это двое оставшихся при них гвардейцев угощали животных толчеными сухарями.

Майор Бекет сидел, опершись спиной на молодое деревце, и чувствовал, что его затекшие ноги начинают замерзать. А еще уши, ведь на них падали и таяли снежинки.

Возможно, следовало сменить летную фуражку на войлочную гвардейскую шляпу, однако сейчас думать об этом было поздно. Бекет осторожно поднялся и стал переступать с ноги на ногу, затем растер уши и снова сел, придерживая меч.

В нагрудном кармане, под «молнией», лежал пистолет, который ему вернул прелат Гудроф. Он так и не догадался, что это оружие. Впрочем, даже знакомый с огнестрельным оружием человек едва ли признал бы оружие в покрытом никелем четырехмиллиметровом «спрадоке». Это была крохотная машинка дамского размера, и Бекет таскал ее в кабине ради смеха, ведь никакого аварийного набора ему не полагалось.

«Ладно, пусть будет», – подумал майор, поглаживая нагрудный карман. Изящный «спрадок» был единственной вещицей, связывавшей его с миром большой цивилизации.

Майор все еще пребывал во власти своих мыслей, когда кто-то рядом тихо произнес: «Едут…»

Бекет прислушался, но никаких посторонних звуков не разобрал. Однако солдату поверил, ведь тот был местным.

Никакого собственного плана действий у майора не было, он надеялся подыграть прелату Гудрофу, сидевшему в засаде в нескольких ярдах впереди. Вскоре неподалеку крикнула кедровка, затем вспорхнули с рябины снегири, и наконец послышался приглушенный выпавшим снегом стук копыт.

Ехали быстро, без разведки – значит, спешили.

– Именем Легвоса Гудрофа, немедленно остановитесь! Вы на чужой земле! – закричал кто-то, и тотчас со всех сторон, с мечами наперевес, на дорогу выскочили гвардейцы, загородив коннице проезд.

Появление здесь солдат Гудрофа оказалось для Илкнеров полной неожиданностью.

Они и их окружение стали выхватывать мечи, однако гвардейцев Гудрофа с ходу атаковать не решились.

Пока они не видели самого прелата, который, как известно, плыл в сторону Калибазии, эта засада могла быть инициативой какого-нибудь безродного сержанта.

– Кто вы такие и что здесь делаете? – строго спросил прелат Илкнер, потрясая мечом.

В этот момент, стряхивая с веток снег, на дорогу выехал на лошади прелат Гудроф в сопровождении Тревиса и еще четырех его людей.

Увидев это, Бекет начал быстро пробираться в первые ряды, ему нельзя было оставаться вдали от основных событий.

– Какая неожиданность, дорогой сосед! Только я в море, а ты тут как тут, спешишь поживиться моими землями и имуществом! – воскликнул Гудроф, ничуть не стесняясь в выражениях. Он был на своей земле, и это придавало ему уверенности. Но у Илкнеров было численное преимущество, и они тоже были уверены в себе, их кавалеристы потихоньку уже пытались обойти отряд Гудрофа по лесу.

– Ты бросаешь мне жестокое обвинение, сосед! Я такое не стерплю! – с угрозой в голосе предупредил Илкнер, перехватывая меч поудобнее.

– Нет смысла оправдываться, когда прелат схвачен за руку, как какой-нибудь воришка на базаре! – ответил Гудроф, распаляясь не меньше, чем его оппонент.

Через мгновение прелаты должны были кинуться друг на друга и начать битву с неизвестным исходом, но в планы майора Бекета это не входило. Бросившись вперед, он ухватился рукой за луку седла Мората Илкнера, оттолкнулся от земли и сбил прелата с лошади ударом ноги в голову.

От неожиданности этой атаки и грохота, с которым Илкнер обрушился на подмерзшую землю, авангард его войска невольно попятился. Немало удивились и Гудроф с гвардейцами, а Бекет остался стоять напротив упавшего Илкнера, намеренно вызывая гнев на себя.

– Да кто это?! Кто он такой?! – заревел сбитый прелат, вскакивая и подбирая меч.

Его солдаты направили лошадей на дерзкого незнакомца, ожидая приказа зарубить его, однако Илкнер жаждал лично рассчитаться с обидчиком, если только тот не был простолюдином.

– Кто он, прелат Гудроф? Откройте мне его имя! – потребовал Илкнер, а его солдаты грозно загомонили, поддерживая своего господина.

– Его имя мэйджор Бекет, он известный учитель фехтования из Багвадена! – тут же сочинил Гудроф.

– Ага, учителишка! Сейчас ты узнаешь, что такое настоящее фехтование! С кр-ровью! – прорычал Илкнер.

– Разорви его, Морат! Порежь его на куски! – закричал из первых рядов Илкнер-младший.

Солдаты обеих сторон стали освобождать место для схватки. Бекет вытащил меч, но кинжал трогать не стал, хотя его противник взял оружие в обе руки.

Противники стали сходиться. Нетерпеливый Илкнер атаковал первым, чередуя удары меча с косыми ходами кинжала, но Бекет действовал осторожно, отбивая удары, но не атакуя в ответ. Он был лишь в легком комбинезоне, в то время как на Илкнере были тяжелая кираса и наколенники.

Проведя еще несколько атак, Илкнер убедился, что противник двигается вяло, и решился на стремительный выпад – благо «учителишка» был без доспехов. Клинок прелата легко обвел меч противника и устремился вперед, но попал лишь в пустое пространство. Поняв, что промахнулся, Илкнер шагнул назад, но клинок его меча оказался зажатым в руке незнакомца.

Илкнер попытался вырвать меч, но рукоять прокрутилась в его руке, а эфес больно ударил по запястью.

Воспользовавшись растерянностью противника, Бекет быстрым ударом выбил у Илкнера кинжал, и тот остался безоружным.

Клинок Бекета сделал быструю петлю и остановился возле горла прелата Илкнера. Возникла напряженная пауза. Солдаты Илкнера замерли, боясь пошевелиться, гвардейцы Гудрофа смотрели на своего господина, ожидая его решения.

Морат Илкнер стоял не шевелясь, но о пощаде не просил. Бекет покосился на Гудрофа.

– Спасибо, мэйджор… Оставь прелата, пусть он подберет свой меч и вернется в седло. Мы решим это дело миром.

Бекет опустил меч и отступил, Илкнер перевел дух и кивнул соседу, благодаря за рассудительность. Затем поднял меч и забрался в седло.

– Я могу объясниться, прелат Гудроф.

– Буду очень рад это услышать, прелат Илкнер, – в тон ему ответил Гудроф.

– Ну так вот, я знал, что вы, мой дорогой сосед, отправились по морю в Калибазию, а значит, понятия не имеете о том, что здесь происходит. Так я думал.

– Продолжайте, прелат, – кивнул Гудроф.

– Эти ужасные колесницы разрушили в моем замке хозяйственные постройки и казармы, перебили изрядно солдат и украли мою племянницу Эвелин, которая этой весной должна была выйти замуж за ремскуттера Викерса. Должно быть, вы знаете…

– Я слышал об этом.

– Так вот, едва оправившись, я вспомнил о вашем замке и о том, что ваши женщины, ваша прекрасная дочь остались без защиты. Мы с моим старшим сыном Сборстьеном…

Илкнер указал на молодого всадника в первых рядах, тот церемонно склонил голову.

– Мы с моим сыном Сборстьеном решили немедленно скакать в замок Гудроф, чтобы успеть вывезти оттуда вашу семью. Вот так мы с вами и столкнулись.

– Ну что же, дорогой сосед, ваш рассказ звучит абсолютно правдиво, на вашем месте я бы поступил точно так же, – сказал Гудроф. – Значит, наше столкновение здесь всего лишь недоразумение.

– Рад, что мы наконец все выяснили, дорогой сосед, – с облегчением произнес Илкнер.

– Какие у вас планы по обороне своего края, дорогой сосед?

– Планы по обороне?

Илкнер и его сын переглянулись.

– Какие же тут могут быть планы, вы видели эти колесницы? Они плюются огнем, который разносит каменную кладку старых стен, как будто это творожный пирог! А железные великаны? Вы видели их, дорогой сосед? – Илкнер сделал большие глаза. – В это трудно поверить! Это какая-то неведомая нам магия! Мой штатный звездочет сказал, что внутри этих великанов спрятаны люди, но он румеец, плохо говорит по-ансольтски, и я не знаю – может, это такой оборот речи?

– Я знаю о железных великанах, о ревущих колесницах. Знаю об их страшном огне… – Гудроф вздохнул. – Тем не менее у меня появились кое-какие планы. Есть мнение, что этих чудовищ можно побеждать, нужно только собрать побольше сил и применить особенную тактику.

– Ну… если есть шанс, я готов поучаствовать. В ваших словах я слышу уверенность, дорогой сосед.

– В таком случае, перед тем как вы поедете обратно и, надеюсь, доберетесь до замка благополучно, оставьте мне парочку смелых гвардейцев для срочной связи. Как только наш план будет составлен, я перешлю его вам для подготовки совместных действий.

– Как долго вы будете составлять этот план, дорогой сосед?

– Я… – Гудроф покосился на Бекета. – Я надеюсь закончить его за пару дней.

– Что ж, мы будем ждать с нетерпением. И еще одно… Что с вашей семьей, дорогой сосед? Как я уже говорил, меня это сильно беспокоило.

– Они похитили мою дочь, дорогой сосед. Остальные живы и благополучны, если можно так говорить в создавшейся ситуации.

– Мы отобьем их! Мы обязательно всех отобьем! – воскликнул молодой Илкнер.

В этот момент послышался рев пронесшейся неподалеку «колесницы».

Все замолчали, ожидая, пока шум затихнет вдали, а затем молча разъехались, каждый в свою сторону.

47

Подвал находился в самом нижнем ярусе замка, на глубине тридцати футов, и был надежно защищен тремя уровнями сводчатых потолков и стянутых железом смоляных балок.

На случай завалов или проникновения врага имелся потайной выход, уводивший от замковой стены на четверть мили.

На том, чтобы переместиться в подвалы, настоял Бекет, и ему стоило немалых трудов убедить прелата сделать это. Гудроф полагал, что стены его старого замка выдержат любой удар, как держали когда-то в древности удары стенобитных орудий. Он не знал, что такое биритовые бомбы, а майору Бекету приходилось самому применять их. Даже не самые большие из них, имевшиеся на борту «маскотов», могли превратить огромный замок Гудроф в груды щебня. Стоит только солдатам прелата провести удачную операцию, и пираты начнут разносить в округе все подряд.

Не следовало исключать и возможные поджоги лесов вдоль основных дорог. В это время года лес горел плохо, но пиратам достаточно было выжечь небольшие зоны безопасности, чтобы застраховать себя от возможных засад.

В конце концов прелат согласился с Бекетом, и теперь почти все хозяйство Гудрофа было перемещено под землю, благо старые и надежные подвалы расширялись под замковыми постройками не одно столетие.

В просторном помещении, где был организован штаб, еще немного пахло плесенью, но после прочистки вентиляционных ходов ситуация быстро выправлялась. Полдюжины вывешенных на балке масляных ламп давали достаточно света, чтобы читать расстеленные на столе карты, не напрягая глаза. Пока прелат в сопровождении двух телохранителей отлучился по делам, Тревис и Бекет занимались нанесением на карты полученных от разведки сведений.

Наносил Бекет, а Тревис помогал разобраться, какая из составленных им записок к каким районам местности относилась.

– За речкой у холмов-близнецов деревня Смарлинк…

– Вот эта? – указал Бекет.

– Точно. Сюда они еще не приходили, тут дорога длинная, и нужно несколько раз брод переходить. Но наведаются обязательно, там человек триста проживает.

– Согласен. Значит, здесь нам лучше всего и сделать засаду. Вот это что – лесок?

– Нет, кусты.

– Странно как-то карта оставлена – что лес, что кусты обозначены совершенно одинаково.

– Так мы же знаем, где что, зачем нам отдельно обозначать? Эти места давно хожены и перехожены.

– Да, действительно. – Бекет снял фуражку и повесил на вбитый в балку гвоздь. Масляные лампы нагрели воздух, и в подвале становилось тепло. – Так, давай дальше. Где и какие силы были сегодня днем?

– Деревня Килук, вон там у озера…

– Ага, вижу.

– Там были две железные коробки, два железных великана и коробка с носом.

– Понятно…

Бекет быстро наносил отметки оловянным карандашом.

– Готово. Еще где?

– Поселение Озерное.

– Вот это, у озера?

– Нет, вон там, на возвышенности.

Тревис шагнул к карте и показал совсем не туда, куда смотрел Бекет.

– Но ведь тут нет никакого озера, почему такое название?

– Это мне неизвестно, – ответил Тревис, пожимая плечами.

– Ладно, перечисляй, кто там был…

– Две железные коробки и один железный великан.

Бекет сделал необходимые пометки и распрямился. Теперь, когда перед ним были данные о том, где и какими силами пираты побывали за двое суток, можно было составить представление о тактике противника и его системе «сбора урожая».

Метод был простым: в первую очередь пираты наведывались в те селения, куда было проще добраться, а «медвежьи углы» оставляли на потом. Потому и лагерь разместили в районе с наиболее развитой дорожной сетью, чтобы собрать максимальное количество товара в минимальные сроки и быстро убраться в случае каких-то осложнений.

– Слушай, Григ, а как ты выхватил у старого прелата меч, что даже не порезался? – задал Тревис вопрос, который давно его мучил. – Как такое возможно?

– Ну, я же не хватался всей пятерней… – ответил Бекет, прикидывая, куда станут выдвигаться пираты завтра.

– Покажи, как надо хватать…

Бекет достал из ножен меч и показал, каким хватом надо браться за клинок.

– С одной стороны прихватываешь подушечками четырех пальцев, а с другой – основанием большого пальца, – пояснял он. – При этом в локте рука должна двигаться свободно.

– Это как?

– Доставай свой меч и направляй на меня…

Тревис сделал, как сказал Бекет, тот ухватился за клинок и сказал:

– А теперь попробуй вырвать его.

– Да ты что, Григ, я могу тебя порезать.

– Не бойся. Начинай несильно, а потом порезче, увидишь – я держусь крепко.

Тревис попробовал. Но, несмотря на кажущуюся простоту задачи, забрать меч не получалось – рука Грига словно прилипала к клинку и, уловив момент, на изломе выхватила меч у Тревиса.

Почувствовав на себе действие этого удивительного захвата, тот рассмеялся от восторга.

– Научишь меня, Григ?!

– Нет.

– Почему? – опешил Тревис.

– Потому что это долго.

Тревис вздохнул и, убрав меч в ножны, загрустил.

– Я знаю, ты хочешь поскорее вернуться к себе домой…

– Это нормальное желание каждого человека.

Бекет склонился над столом и подправил некоторые надписи.

– Но ты не переживай, я скажу тебе, как тренироваться.

– Правда? – обрадовался Тревис.

– Правда. Возьми тупой учебный меч, покрась кромки сажей и тренируйтесь с кем-нибудь вдвоем. Как расслаблять локоть и для чего это делать, ты уже понял. Правильно?

– Да уж скумекал!

– Какой должен быть хват ладонью – тоже видел. Остается только потренироваться, и, как только перестанешь пачкать руки сажей, сможешь сделать так же.

48

В подвал к Бекету и Тревису спустился солдат.

– Его светлость зовет наверх, кугели смотреть, – сообщил он.

– Ага, очень интересно, – отозвался Бекет, надевая фуражку. – Ну, пойдем посмотрим на эти ваши кугели.

Во дворе Бекета уже ждали прелат и пятеро гвардейцев. Вокруг было пустынно – все выполняли приказ Гудрофа без особой нужды на открытом месте не появляться.

Печи в замке также были погашены, и все его обитатели, за исключением семьи прелата, перешли на сухари, солонину и сырые овощи. Без привычного дыма из труб замок казался необитаемым.

– Вот, мэйджор, смотри – это зажигательный кугель! – с гордостью произнес Гудроф, демонстрируя заряд размером с небольшую дыню, свернутый из просмоленной пакли и обсыпанный желтоватым порошком. Бекет предположил, что серой. Заряд был насажен на деревянную рукоять длиной сантиметров тридцать и очень напоминал старые осколочные гранаты.

– Мы используем их в бою чаще для того, чтобы поджечь временный лагерь противника. А еще их мечут из засады в кавалерию.

– Понятно.

Бекет вернул осмотренный им кугель, и прелат передал заряд сержанту, уже приготовившему фитиль. Впереди, шагах в пятнадцати, стояла сложенная из десятка камней пробная стенка.

Сержант зажег кугель, и тот сразу вспыхнул трескучим пламенем, взмахнул им пару раз, чтобы кугель разгорелся сильнее, и метнул в стенку.

Заряд разбился о стенку, и огонь охватил мишень целиком. Зрелище было впечатляющее.

– Водой его не собьешь! – прокомментировал прелат.

– Вижу, – кивнул Бекет, он уже понял, что это некое подобие «греческого огня».

– Тушите! – приказал прелат, поскольку от пламени поднимался столб копоти, и двое солдат набросили на стенку большой мокрый холст.

– Хорошая штука, она нам сгодится, – убежденно произнес Бекет. – А нельзя ли сделать к ним самопальные фитили, какие вы тогда в погребе использовали, господин прелат? Чтобы раз – и сразу огонь.

– Такие фитили сделать можно, но это опасно, – покачал головой Гудроф, глядя на то, как солдаты разбирают пробную стенку и укладывают камни на тележку. – Самопальные фитили, бывает, самовозгораются. А веревочный можно в жестянке в кармане держать – и ничего, а когда нужно – достал и поджег, очень удобно.

– Значит, будем использовать веревочные, – согласился Бекет.

– Ты уже нашел место, где мы будем ставить засаду, мэйджор?

– Да, господин прелат. Думаю, лучше всего поставить ее на дороге в деревню Смарлинк. Там, по словам Тревиса, и лес густой, и отходы к реке имеются. А если противник вызовет подкрепление, доставить его по земле им будет не так просто – на дороге два брода.

– Как же они его вызовут, это подкрепление? От того леска до лагеря разбойников миль двенадцать напрямую, а по дороге все двадцать.

– Видите ли, господин прелат… – Бекет замолчал, подбирая необходимые слова. – У разбойников имеются такие невидимые лучи, по которым они могут передавать свои голоса в лагерь.

Прелат ответил не сразу. За последние пару дней ему пришлось узнать так много удивительного, что, казалось, уже ничто не может поразить его, но невидимые лучи, передающие голоса… представить себе такое было непросто.

– То есть, где бы ни находились их железные коробки, в лагере знают, что с ними происходит?

– Именно так, господин прелат, – подтвердил Бекет, глядя на пораженного этим известием Гудрофа.

Стоявший чуть поодаль сержант открыл от изумления рот, а солдаты рядом с ним недоверчиво покачали головами.

– Значит, наша задача становится еще сложнее, – сделал заключение прелат и вздохнул. – Как ты себе представляешь действия наших солдат в засаде, мэйджор?

– Нам нужно получить оружие разбойников, без этого нечего даже думать атаковать лагерь. Для этого нужно свалить на дорогу несколько деревьев, лучше, если мы рассечем их колонну на части, а затем забросать железные коробки кугелями.

– А что потом?

– Если нам это удастся, разбойники полезут из коробок наружу, вот тут нужно будет бить их дубинами, поскольку ни луки, ни арбалеты против их кольчуги не помогут.

– Даже каленые арбалетные болты? – уточнил прелат.

– Даже каленые болты.

– А если кистенем?

– Нет, на их бронезащите имеется поглощающий слой, поэтому… Одним словом, тяжелые дубины – это самое лучшее. И еще: эти разбойники обладают силой троих-четверых людей, поэтому не стоит подходить к ним совсем близко. Перед началом операции я проведу с солдатами беседу и разъясню им все тонкости.

– Да, так будет лучше, – согласился прелат, поскольку сказанное Бекетом все еще казалось ему странным. Ну какой доспех может выдержать удар кистенем на цепи, да на трехфутовой рукояти?

49

Неожиданно выпавший снег слегка спутал планы Лоренца. С высоты полета «маскотов» пейзаж стал выглядеть однообразнее, и это затрудняло разведку. Впрочем, работу снег не остановил, пехотинцы продолжали исправно пополнять трюмы «Пифии», процеживая все население края сквозь частое сито проверок.

Вчера население одной из деревень пыталось уйти в лес, однако воздушная разведка вовремя это заметила. На трех «маскотах» были переброшены восемнадцать пехотинцев, которые задержали беглецов, а прибывшее на бронетранспортерах подкрепление позволило прямо там, в лесу, провести проверку и отбор.

Подобная методика была хорошо отработана в других местах, где приходилось работать людям Лоренца, – там население начинало бежать в леса с самого начала.

Командир эскадры стоял на верхней ступеньке трапа и смотрел, как кружатся в воздухе запоздалые снежинки. На свежем воздухе совсем не хотелось думать о делах, здесь все располагало к отдыху, прогулкам по лесу. Посреди лагеря был построен большой очаг, на открытом огне там готовили пищу.

Вся эта обстановка боевой работы на природе нравилась Лоренцу, он бы с удовольствием сам ходил в рейды по деревням, но заменить в лагере его было некому. Да, перехваты конвоев с перевозчиками ювелирных компаний сулили куда больший куш, хотя и большие боевые потери, однако там все происходило в космосе – обстрелы, погони, абордаж. Это было совсем не то, не те запахи, не те ощущения.

С квадрата стал подниматься «маскот» Жака Брисбена. Лоренц приказал ему нанести удары по замкам и войскам местных дворян в соседнем секторе. На ближних территориях работа была почти закончена, оставалась только пара труднодоступных деревень, и следовало понемногу подготавливать условия для перехода в другой район.

На трапе «Ленокса» появился его капитан Фредди Гуклот. Он торопливо сбежал по ступеням, перекинулся парой слов с механиком своего корабля и зашагал через весь лагерь в сторону «Пифии».

Услышав сзади шаги, Лоренц обернулся. Это был Чикер и его отделение. В полной амуниции, с оружием, рациями, тепловизорами, они напоминали продвинутые модели «куксдогов» – «хокпинчеры».

– Доброе утро, сэр! – поздоровался Чикер.

– Привет, ребята. На запад двинете? – спросил Лоренц, сторонясь, чтобы пропустить солдат.

– Скорее на юго-запад, сэр. Там много лесных дорог, скрытых от воздушной разведки. Посмотрим, что там.

– Хорошее дело, – согласился Лоренц и вздохнул, глядя вслед уходящим разведчикам. Именно этого ему не хватало – работы в поле.

Подошел Фредди Гуклот.

– Доброе утро, сэр.

– Привет, Фредди. Какие проблемы?

– Кормовой генератор сдает. Я надеялся, что он дотянет до графика ремонтных работ, а теперь прямо не знаю, что делать.

– Что тут думать? Если нужно делать ремонт – делай.

– А если уходить придется? На одном генераторе мне не подняться.

– Мы никуда уходить не собираемся! – заверил его Лоренц и огляделся. Вдалеке затихал рокот «маскота», к выходу из лагеря ползли два броневика и танк. Подпирал колонну «куксдог», этой группе предстояло отработать селение номер «четыреста семь».

Колонна на «четыреста двенадцатое» селение ушла полчаса назад. Они позавтракали пораньше и двинулись в путь, поскольку им предстояло преодолеть самое длинное расстояние. Командовал колонной бригадир Чумаченко, поэтому за результат Лоренц не переживал. Бригадир был человеком опытным.

– Судя по тому, как идут дела, мы имеем возможность заполнить все трюмы, а на это понадобится еще две-три недели.

– На ремонт нам и недели хватит.

– Вот и я о чем говорю.

Лоренц широко зевнул. Ему казалось, что он не высыпается.

– Я тут вчера ходил на одну малышку посмотреть, – признался Гуглот и вздохнул.

– Какую малышку?

– Ну ту, которая сержанту лицо расцарапала.

– А-а, ты об этой малышке? – Лоренц понимающе кивнул. – Мы получим за нее большие деньги. Вот увидишь.

– Если бы у меня были эти деньги, я бы, не задумываясь, отдал их за нее, – серьезно заметил Гуглот.

– Послушай, Фредди, с такими настроениями в нашем бизнесе делать нечего.

– Вы меня знаете, сэр, я человек дисциплинированный, но когда впервые увидел ее…

Гуклот не договорил и потупил взгляд. Затем покачал головой и отправился к себе на корабль.

Лоренц посмотрел ему вслед, повернулся и тоже пошел к себе на мостик, размышляя о поведении заместителя. Похоже, Гуклот действительно попался, Лоренцу уже докладывали о странном поведении капитана «Ленокса». Он часто наведывался в трюм-изолятор и подолгу смотрел на молоденькую пленницу через решетку. Лоренц несколько раз видел ее, эта девушка действительно обладала каким-то скрытым магнетизмом.

«Нужно за ним присматривать. Нужно за ним хорошо присматривать», – подумал Лоренц.

Вздрогнув, в коридоре загудели воздушные магистрали. Инженер корабля ежедневно прогонял чистый воздух через регенерационные батареи, восстанавливая их для последующего использования в космосе. Сегодня он делал это в четвертый раз и обещал, что закончит восстановление за неделю.

«Хороший у меня экипаж. Мы здесь только четвертый день, а сколько всего успели сделать. Хороший экипаж».