Текст книги "Строптивая жена драконьего военачальника (СИ)"

Автор книги: Алекс Найт

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц) [доступный отрывок для чтения: 4 страниц]

Глава 8

/Элиза/

Я унеслась из квартиры Сеймура, внутренне кипя от злости и унижения. Ведь определилась вчера, решила пройти инициацию и строить ровные отношения с мужем, так что произошло потом? Он прав, одного акта близости было бы достаточно, а я будто сорвалась с цепи, стонала под ним и просила продолжения. Словно какая-то шлюха. В эту категорию он меня и определил, сообщил, что вызовет для следующей встречи.

Лишь его напоминание о наших прозрачных договорённостях остудило мой пыл и заставило проглотить злые слова. Я даже не пошла в душ, оделась и убежала, не попрощавшись. Не хотела, чтобы он видел моё пылающее лицо. И потом ехала в магмобиле, не в состоянии отделаться от мысли, что каждый встречный по запаху поймёт, с кем и чем я занималась ночью. Аромат грозы, казалось, проник в поры, впитался так глубоко в мысли, что от него уже никогда не избавиться. Даже если очень захочу.

Добравшись до своей комнаты в жилом здании академии, я сразу рванула в душевую, и там долго стояла под тугими струями воды, впитывая силу родной стихии и очищая мысли от лишнего. Эмоции только всё испортят. Я добилась того, чего хотела: прошла инициацию, о чём всем сообщает моя расширившаяся аура, закрепила брак. Сеймур может говорить что угодно, но теперь осуществить развод будет проблематично. В ином случае он мог бы сослаться на отсутствие близости, но теперь всё случилось, ему придётся принять ответственность.

Вот только что дальше? Хочу ли я ощущать лишь холодное принятие? Да и чего хочу? Повторения? Об этом стыдно вспоминать и одновременно так жарко… Насколько нормально моё поведение? Стоило ли быть сдержаннее? Да и могла ли я? Вино ни при чём, самоконтроль разрушился по другой причине, под властью инстинктов. Там в темноте, в кольце рук Адама, с ощущением полного контроля я отпустила себя, отбросила прочь сомнения и страхи, и получила море удовольствия. Обоюдного удовольствия. Но казавшееся допустимым ночью, обернулось приступом стыда и неприятия с утра. И вылилось в ссору. Как теперь быть?

Эти вопросы занимали мои мысли последующие три дня. Замешательство сменялось тихим бешенством. Адам со мной не связывался, я, само собой, не собиралась звонить ему первой. Его контакт высветился на артефакте только вечером на четвёртый день. Я ответила лишь при повторном звонке.

– Добрый день, – произнесла официально, закрывшись от соседки по комнате Элен, сферой безмолвия.

– Добрый, Элиза. Предлагаю сегодня встретиться, – так же официально заявил Адам. – Я заберу тебя...

– Сегодня мне неудобно. В другой раз, – отрезала я и прервала вызов, после чего уткнулась в подушку лицом и тихо выругалась.

Делала только хуже, но не собиралась нестись к нему по первому зову. Я не девушка по вызову, а старшая дочь прославленного рода Вотерборн, в конце концов. И сообщу ему об этом при встрече. Если она всё же состоится. Последняя мысль вызвала смятение. А вдруг он больше не свяжется со мной, что тогда?

Взгляд скользнул к артефакту, Адам больше меня не набирал. Может, стоило самой с ним связаться? Вновь уткнувшись в подушку, я громко рыкнула, но тут же резко села на кровати. Соседка косилась на меня с любопытством. Мы не были подругами, но существовали в мире. Она знала о заключении брака и прекрасно видела изменения в ауре, а теперь явно сгорала от любопытства. Которое я не собиралась удовлетворять.

«Элиза, соберись, последний год, надо думать об учёбе, а не… муже» – напомнила я себе и поднялась с кровати.

Пойду в астрал. Надо поддерживать расширение ауры дополнительными кристаллами. Я успела пройти к годрису, даже сесть на него, когда раздался стук в дверь. Ко мне редко заходят гости, а соседка не водит никого к себе из-за меня, но почему-то в мыслях сразу заискрился привкус молний в преддверии грозы. Потому я сразу поднялась и отправилась открывать. Предчувствие меня не обмануло: за дверью ожидал Адам. Собранный и серьёзный, даже мрачный, что только подчёркивала надетая на него форма. Он же в увольнении, неужели сложно подобрать костюм? Мне бы стало легче…

– Элиза, ты собралась? – уточнил он, жестом прерывая моё почти инстинктивное желание поприветствовать его по уставу.

Но сам виноват, так бы мог ко мне обратиться командующий, но никак не муж.

– Нет… не успела, – выдохнула, с трудом подавив желание взглянуть на соседку.

Он же специально проигнорировал мой отказ и пришёл. Теперь я либо поеду с ним, либо устрою скандал на глазах у Элен. А она всё равно кому-нибудь да обмолвится. И, здравствуйте, новые слухи о моей личной жизни!

– Дай мне пять минут, – попросила ровным тоном.

– Конечно, Элиза, – он широким шагом вошёл в комнату, вынуждая меня отступить.

Защита его пропустила, надо же. Значит, спрятаться от него в академии нереально, буду знать.

– Собирайся, – бросил, кивнув вскочившей с кровати Элен. – Лучше оденься в форму, ночуешь у меня.

«Слушаюсь, дорогой муж» – съязвила я про себя, но молча направилась к шкафу.

*Годрис – магический круговой знак, помогающий магу перейти душой на изнанку мира, астрал.

Глава 9

/Адам/

– Так и будешь молчать, Элиза? – обратился я к жене, косясь на неё взглядом.

Она не проронила ни слова с тех пор, как забрал её и посадил в магмобиль. Дулась.

– Ты выставил меня в неловком свете перед соседкой.

– Ты сама выставила себя в неловком свете, когда отказала мне в разговоре.

– Я не обязана бежать к тебе при первом зове, – огрызнулась она.

– Разве мы не решили встретиться и определиться? – уточнил я равнодушным тоном. – Если считаешь обсуждение нашей семейной жизни бессмысленной затеей, тогда я сам определюсь в дальнейшем направлении.

– Если хочешь определиться, мог бы подобрать более удобный для обоих день, а не только для тебя.

– Ты валялась в кровати, когда я приехал.

– Я собиралась провести вечер в астрале, подыскать кристаллы для поддержания развития резерва.

– Тебе стоило обозначить это в разговоре, а не отказывать мне, словно обиженная девочка.

– Я сказала, что мне неудобно.

– И не внесла пояснений, – оборвал её. – Мне представился свободный вечер, я решил провести его с тобой, обсудить наш… брак? Наш союз можно назвать так?

– А как его ещё называть? – холодно уточнила она, вскинув подбородок.

– Пока никак, – хмыкнул я, отворачиваясь к окну. – Могу отвезти тебя обратно в академию.

– Нет уж, теперь я вынуждена переночевать у тебя.

– Твоя соседка человек, и всё равно не почувствует мой запах на тебе.

– Зато почувствуют другие.

– Я уже не уверен, что хочу проводить вечер с тобой.

– Ты издеваешься? – прошипела она.

– Обозначаю позицию. Я тебя желаю, но не настолько, чтобы трепать себе нервы.

– Об этом стоило думать до того, как… всё произошло, – сердито возразила она.

– Хочешь сказать, я обречён слушать твои капризы на постоянной основе?

– Я не капризная. Но требую считаться с моим мнением.

– Как только ты начнёшь проявлять ко мне уважение.

Мы оба замолчали. Я ощущал лёгкое раздражение, Элиза сердито пыхтела. Благо, ехать было недолго, мы быстро добрались до моей квартиры. Молча покинули магмобиль, также в молчании поднялись на нужный этаж.

– Определяйся. Мы сейчас либо идём в мой кабинет, обсуждаем и подписываем приложение к брачному контракту об ограничении общения, и больше я тебя не беспокою.

– Или в спальню? – язвительно предположила она, сердито блеснув лазурным взглядом.

– Или в столовую, спокойно ужинаем, общаемся, ищем точки соприкосновения. До спальни мы ещё дойдём, необязательно сегодня. Твоя инициация прошла, никакой спешки или необходимости нет.

– Нет? Уже не хочешь меня? – усмехнулась она зло, и одной фразой заставила меня опешить.

Такая дерзкая, соблазнительная. Она бросала мне вызов? Дразнила? Не понять.

– Хочу, – прямо сообщил я, и всё же позволил себе протянуть к ней руку и огладить пальцем линию скулы. – Элиза, дракону моего статуса даже со шрамом легко получить женщину в постель. Но я хочу тебя. Только больше хочу узнать тебя, потому что уверен: настоящая близость рождается из чувств.

– Я… – она обескураженно заморгала, вновь вгоняя меня в замешательство. – Мне не хватает опыта, чтобы рассуждать об этом. Тогда прошлый раз для тебя и вовсе ничего не значил?

– Чувств тогда было больше, чем достаточно, – я приблизился к девушке, склонился к её лицу, заглядывая в полные растерянности глаза. – Хотелось бы прийти к любви, но можно начать с малого. В прошлый раз нам хватило волнения, сомнений и инстинктов. Сегодня мы злы и растеряны внезапным итогом нашего союза.

– Растерянность… слишком просто для объяснения моих чувств, – усмехнулась она, не отрывая взгляда от моих глаз, и я осознал, что она смотрит на меня, не отворачивается, не кривится в отвращении. – Я боюсь, – выдохнула она.

– Меня?

– Мне так казалось, – призналась тихо и протянула дрожащие пальцы к моему лицу. Нежные пальцы заскользили по рубцам. Я не привык ощущать прикосновения к шрамам. – Как это произошло? У драконов же высокий уровень регенерации.

– Это произошло при прорыве у Форли. Тогда царила такая неразбериха, что все брались за любую работу, лишь бы выстоять. Порождения пересекли защитный контур, мы осуществляли зачистку. Одна из тварей затаилась в доме, набросилась, когда я вытаскивал оттуда детей, повалила меня на землю. Если честно, думал уже всё, но как-то оттолкнул её. Помню, как отполз от неё к стене, дети ревели, кровь заливала оба глаза, я про себя радовался, что сохранил зрение, но понимал, что, скорее всего, умру от отравления мглой.

– Только отравления не было?

– Да, мне повезло. Но глубокая рана и полевые условия…

– Понятно, – кивнула она, вновь проведя пальцами по моему шраму.

– Считаешь меня уродливым?

– Нет… я боялась всего тебя, – качнула она головой и коротко рассмеялась.

– А теперь?

– И теперь боюсь. Ты можешь меня уничтожить, – прямо сообщила она чистую правду.

– Но не сделаю этого.

– Просто, без условий?

– Я бы хотел тебя полюбить, и чтобы ты полюбила меня.

– А как же деньги, недвижимость, статус? – она приподнялась на цыпочках, и я сразу подался к ней, впиваясь в нежные губы поцелуем.

И понял, что ни в кабинет, ни в столовую мы сегодня не пойдём. Добраться бы до спальни.

Глава 10

/Элиза/

Кто бы мог подумать, что в браке с военачальником Адамом Сеймуром проще всего дастся то, что казалось самым сложным. Но выяснилось, общаться, просто разговаривать намного тяжелее, чем отдаться во власть инстинктов.

Лёгкие наполнял свежий аромат грозы, твёрдые губы неистово атаковали мои губы. А страха не было, как и неуверенности, я самозабвенно отвечала на каждый его порыв, прикасалась к нему, дышала им. И больше боялась того, что это всё прекратится, а мысли придут к порядку. Тогда станет смертельно стыдно.

– Мы всё ещё можем поужинать и поговорить, – вопреки словам, Адам заскользил губами по моей шее, временами прикусывая кожу зубами.

– Пока что мы не умеем разговаривать, только ссоримся, – судорожно вздыхая, ответила я.

И не понять, почему. Раньше мне встречались драконы, чей запах кружил голову до умопомрачения, например, Итан, но я никогда не позволяла инстинктам взять верх, жёстко себя контролировала. А стоило отпустить… как оказалась в постели с почти незнакомцем и теперь намеревалась попасть в неё вновь, толком не объяснившись, даже не узнав друг друга. И если тогда всё можно было списать на необходимость и стресс, приправленные физиологией, то что происходит сейчас? Просто инстинкты, реакция на его слова? Или так было проще всего преодолеть свой страх перед мужем?

– Ты права. Значит, поговорим потом, – заключил он, весьма умело справляясь с пуговицами моего мундира. – Обнажёнными разговаривается легче всего.

– Тебе виднее, – я дёрнулась, испытав внезапную злость из-за существования тех, других женщин.

Адам опытнее меня, взрослее. Для него обыденность то, что со мной происходит впервые.

– Доверься мне, Элиза, – он заглянул в мои глаза, жарко, голодно, и моя злость схлынула.

– Только этим и занимаюсь. Я приехала к тебе, пошла на брак, инициацию, совершенно не зная, как ты будешь со мной обращаться. И до сих пор не знаю. У меня есть только собственные ощущения и твои слова.

– И они не обманывают тебя, – он нежно огладил пальцами мою скулу. – Я не сделаю тебе больно. Не стремлюсь к этому. И хотел бы, чтобы ты не пыталась сделать больно мне.

– Это возможно, сделать больно тебе? – я усмехнулась абсурдности заявления.

– Мне тоже не чужды чувства, Элиза, – качнул он головой, теснее привлекая меня к своей груди. – Что мы в итоге решаем? Кабинет, ужин, постель?

Вместо ответа я обвила руками его шею и потянулась за новым поцелуем.

Больше мы не останавливались. Разговоры сменились тихим шёпотом и громкими стонами. Сегодня он не гасил свет ламп. Я видела его, не отворачивалась, а с жадностью рассматривала. Наблюдала. И не понимала, что видела пугающего раньше.

Адам был привлекателен в своей мужской суровости. Но разглядела я и другое, нежность, трепетность, даже в моменты неконтролируемой страсти, чувственность. Наблюдая, как он с упоением ласкает губами мою кожу и вдыхает мой аромат, как жмурится при этом, улыбается, я больше не могла называть его бесчувственным. В жизни он, может быть, и кажется сдержанным сухарём, но в постели со мной он был другим: страстным, порывистым, голодным. И… что главное… моим и для меня.

А потом, когда мы утомились и успокоились, я убедилась в его словах, после близости и без одежды разговор проходил намного проще. Ушла бессмысленная злость, стеснение, сомнения превратились лишь в лёгкое замешательство. И я решилась поднять тему, что тревожила меня после первой близости.

– Ты мой первый мужчина, – решила начать издалека, тем более, пока не знала, как оформить мысль.

– Меня это радует, – отозвался Адам, медленно вдыхая аромат моих волос.

– Раньше, чтобы не порождать слухов и вообще… я не обсуждала тему близости с подругами, мама погибла раньше того…

– Я понял, – он мягко погладил меня по макушке. – И понимаю, что ты абсолютно неопытна.

– Да! И не знаю, как… правильно. В первый раз я просила… нет… требовала продолжить, а потом было стыдно. Словно я какая-то…

– Не говори так, – прервал он меня. – Точнее, можешь говорить, но не неси в этом слове плохой смысл. О том, что происходит между нами двумя, известно только мне и тебе. Мы можем вести себя как угодно. Ограничение только одно…

– Какое же?

– Обоюдное удовольствие и согласие. Ты темпераментная драконица. Впервые поддалась инстинктам. Мне нравится, как ты на меня реагируешь. Я совершенно не смущаюсь своих шрамов, но если бы ты проявила равнодушие в постели, почувствовал бы себя неполноценным, – рассмеялся он чуть хрипло. – А ты? Разве ты бы не ощущала себя максимально неловко, если бы я без эмоций положил тебя на кровать и принялся методично раздевать?

– Я бы… возможно, ударила, – призналась, вновь глупо усмехнувшись.

Его слова принесли облегчение. По крайней мере, ощущение стыда за свои действия отдалилось, со временем совершенно исчезнет.

– Не бойся быть собой со мной, – Адам приподнялся надо мной на руке и вдруг перевернул меня на живот.

Горячий поцелуй обжёг ключицу.

– Притворство хуже, – он приподнял меня за талию и подсунул мне под живот подушку.

– Что ты делаешь? – насторожилась я.

– Доверься мне, – шепнул он, огладив моё бедро.

Похоже, утомилась только я, а Адам был настроен на продолжение. Но противиться я не собиралась. Было любопытно познать все грани близости с ним. И не только физической. Разговор удался. Теперь можно с чистой совестью получить и другой вид удовольствия.

Наша вторая ночь стала знаковой и положила начало странному способу сближения. Теперь я каждый день приезжала к Адаму в квартиру. Мы прямо с порога направлялись в спальню, там занимались любовью и уже потом переходили к общению и ужину. Мне временами казалось, что это не продлится долго, так можно легко друг другу надоесть, но страсть не утихала, нам нравилось происходящее. Только всё имеет свойство заканчиваться. Вот и наши встречи прервались, но не по нашему желанию. Возле столицы произошёл прорыв, через который ринулись полчища порождений мглы. Наш привычный мир был под угрозой, как и наши жизни.

Глава 11

/Элиза/

– Это правда?! – сразу выкрикнула я, когда передо мной над артефактом связи сформировалось лицо Адама.

И вдруг поняла, что, как только узнала тревожную весть, унеслась к себе и в первую очередь связалась не с отцом, а с ним. Наверное, понимала, Адам в столице не останется, он или собирается, или уже в зоне прорыва.

– К сожалению, – мрачно ответил он.

Был облачён в полевую форму, но на заднем фоне виднелся гобелен его спальни.

– А ты…

– Отправляюсь к прорыву. Ещё бы пять минут, и был бы в небе, ты бы меня не застала.

– Насколько всё страшно, Адам? – задала я самый пугающих вопрос.

Хотела услышать, что это вовсе не прорыв, а так, случайное поднятие кладбища из-за мглы.

– Не буду врать. Говорят о новом разломе, – прямо сообщил он.

Судорожно выдохнув, я прижала дрожащие пальцы к губам. На глаза навернулись слёзы. Разлом – беда нашего мира. Это переход в неизвестное место, может, на изнанку мира, либо прослойку между реальностью и астралом. Неизвестно, да и не так уж и важно, ведь из него в наш мир просачивается отравляющая природу и жителей мгла, и выходят пугающие монстры.

– Но потому мы и отправляемся туда, постараемся разрушить его до того, как закрепится.

– Сейчас бы не помешал император, – горько отметила я.

– Был бы кстати, – согласился Адам.

Когда появился разлом, правящий род Андервуд открыл свою тайну. В императорской семье из поколения в поколение передавался редкий портальный дар. Он не всегда проявлялся активно, но нам повезло, оба предыдущих императора владели им, умели управлять и активно использовали на передовой. Конечно, закрыть разлом не могли, но сдерживали его. Но потом император Уильям начал вести опасную политику, обострились отношения с соседями вплоть до обсуждения прекращения взаимодействия и закрытия границ. Знать была недовольна, и его свергли. Хотели просто арестовать, но не смогли. Император вместе с женой, любовницей и двумя дочерьми, что могли унаследовать его дар, погибли. Мы остались без защиты, отрезанные от других стран магическим куполом ведьм. И теперь рисковали погибнуть в этой ловушке, если прорыв у столицы станет новым разломом.

– Будь осторожен, – потребовала я. – Не рискуй, как у Форли.

– С тех пор я стал умнее, – улыбнулся он. – Мне приятна твоя забота.

– Адам, всё будет хорошо? – голос снова задрожал.

– Я сделаю всё возможное для этого, – уверенно ответил он, и мы попрощались.

После этого разговора я почти три дня размышляла о своём долге перед родиной, родом и мужем. О том, что обязана сделать, и что могу. Меня не отнести к тем безбашенным храбрецам, о которых слагают легенды, что, не жалея себя, несутся в бой. Нет, я не была трусливой, но выступала за более прагматичный подход. Просто есть угроза, есть долг и есть необходимость. А я – один из сильнейших магов молодого поколения, значит, должна что-то делать. Не потому, что рвусь в бой, хочу получить славу или даже по велению сердца, просто больше некому. В конце концов, кто, если не я? Люди? В случае опасности они сразу вспоминают, что Кириус – страна драконов. Даже те, кто родился в этой стране. Но для меня это не просто территория, это мой дом. Значит, мой долг, как мага, как дочери рода Вотерборн, и жены Адама Сеймура защитить его. Даже ценой жизни, если потребуется, но очень бы не хотелось. Ведь моё существование только заиграло яркими красками.

С этими мыслями я и отправилась к новому ректору Рамси. Но необходимость получить его разрешение коробила больше, чем даже угроза жизни в пасти порождения. Он пришёл на этот пост не за заслуги, не за силу, его продвинул сидящий в совете страны отец, интригами сдвинув прошлого ректора Дигби, который как раз заслужил своё место.

– Добрый день, мисс Вотерборн, – поприветствовал он меня, стоило мне войти в его кабинет.

Зеленоглазый, приятный на вид шатен в сшитом по фигуре чёрном костюме. Ухоженный, даже лощёный. И я про себя отметила, что, несмотря на шрам, нахожу Адама привлекательнее.

– Решили отправиться на передовую? – предположил он, растянув тонкие губы в усмешке.

– Я не первая? – даже не удивились, уверена, эти дни метались многие представители великих родов и простые драконы.

– Да, не первая. Четвёртому курсу в связи с многочисленными обращениями разрешено отправиться к зоне прорыва для помощи в эвакуации. Группа отправляется завтра после завтрака.

– Замечательно, – выдохнула с облегчением, не придётся толкать заготовленную заранее речь.

– Я вам завидую, мисс Вотерборн.

– Миссис, – исправила я его.

– Да, точно. Поздравляю с заключением брака.

– Спасибо. И в чём же вы мне завидуете, ректор Рамси?

– Многие преподаватели отправляются выполнять свой долг перед родиной, теперь и адепты, а мне придётся сидеть в безопасной столице и править расписание, – поморщился он. И показалось, искренен в своём негодовании. – Но… и подготовить эвакуацию академии, если случится беда. Я должен оставаться здесь.

– Надеюсь, этого не произойдёт, – хрипло отозвалась я, ощущая, как сердце ускоряет ритм.

Наши жизни зависли в неопределённости. Никто не знал, что готовит нам следующий день.

– И я, миссис Вотерборн. Хорошо выспитесь перед отправлением.

Попрощавшись с ректором, я неспешно отправилась к себе. Достигла поставленной цели даже слишком легко, но радости не испытывала. Отправление к прорыву – долг и необходимость, а вовсе не мечта. Но там я принесу пользу и буду на своём месте. Осталось выдержать прессинг отца и, возможно, Адама. Хотя вряд ли он позволит себе хоть что-то мне запрещать.