444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Алекс Каменев » Наследник (СИ) » Текст книги (страница 8)
Наследник (СИ)
  • Текст добавлен: 8 ноября 2026, 13:00

Текст книги "Наследник (СИ)"


Автор книги: Алекс Каменев



сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

Среднего сложения мужчина был одет в военизированную униформу: кепка, комбез, поверх облегченный техпластовый панцирь. Со стандартным излучателем, использующемся городскими службами правопорядка. В пояснении указывалось что именно входит в комплект, с которым норн модели «охранник» будет доставлен заказчику, какими навыками обладает, какой конечный срок службы и даже тип прививок, дающих гарантию защиты от широкого спектра болезней.

– Все верно, срок исполнения заказа зависит от итоговых запросов, но обычно составляет несколько лет, – ответил один из торговых агентов, получив разрешающий кивок от управляющего.

– Вы не используете ускорители роста? – спросил я, но при этом посмотрел на Лео Менца. Тот явно знал больше обычных клерков, пусть и работающих напрямую с контрактами.

Дородный представитель директората пожал плечами. Движение вышло величественным, так что колыхнулось все рыхлое тело в пышных оранжевых одеждах.

– Только в пределах положений Кодекса. Никакого чрезмерного ускорения. Это имеет негативный эффект.

– То есть, только на стадии развития зародыша, – уточнил я, знавший устав биолабораторий, где занимались первичным оплодотворением клонированных клеток.

– Именно так, – спокойно кивнул Лео.

И здесь не было лжи. Похоже местные и правда не осмеливались нарушать Кодекс, зная насколько серьезными могут оказаться последствия. И речь шла не о нескольких боевых фрегатах одного Великого Дома на орбите, а о объединенной армаде всех великих родов. Если на Кавела IVначнут играть в игры с геномом клонов, их вобьют в каменный век совместными силами.

– Ясно, – я покивал, показывая, что услышал все что хотел и неспешным шагом направился дальше.

Мы еще немного прогулялись по залу. Он оказался безлюдным, что не слишком удивило, учитывая назначение павильона. Сюда приходили заказчики ознакомиться с продукцией в полную величину, увидеть визуализированный образ и уж затем принимать решение. Каждый день сюда посетители не захаживали, это не объект для туристов, которые на Кавеле IV вряд ли вообще бывали, этот мир служил строго унитарным целям и развлечения не входило в их назначение.

Когда экскурсия была закончена, наша небольшая делегация двинулась в сторону центрального холла, где располагался выход.

А сразу после выхода из здания нас атаковали.

Глава 15

15.

Оставляя за собой инверсионный след с голубоватым оттенком, воздух прорезал продолговатый темный снаряд. Портативная пусковая установка ближнего радиуса действия была установлена на плоской крыше соседнего здания, меньше чем в четырехстах метрах от павильона – идеальная дистанция для уверенного поражения выбранной цели.

В последний миг системы защиты транспортеров перехватили сигнал наведения и увели выпущенную ракету в сторону. Совсем немного, на большее не хватило времени, но достаточно, чтобы прямого накрытия не произошло, сместив эпицентр на пустую площадь перед главным входом.

Взрыв.

Ближний радиус действия – это значит мало топлива, но очень много взрывчатки. На месте выложенной бетонными плитами площади вспух огромный огненный шар. Взрывная волна разошлась по кругу, расшвыривая людей, как сломанные куклы, заставив качнутся даже многотонные транспортеры.

Меня успевает прикрыть один из солдат. Техпластовая не помогает, удар оказывается слишком силен. Меня с дикой силой швыряет в воздух вслед за остальными людьми. Но в отличие от прочих, я не размахивая беспорядочно конечностями, даже в полете я сохраняю контроль.

Изворачиваюсь в воздухе и мягко приземляюсь на ноги. Колени сгибаются при касании, полы плаща распахиваются, выглядывает боевой комбез. Правая рука машинально ложится на рукоять азура, левая сдвигается назад. Полная готовность к бою.

Реакции обостряются, «Разгон» вовсю насыщает тело заемной силой, мышцы переполняет энергия, в крови бушует адреналиновый шторм, но разум холоден и отстранен, стремительно анализируя ситуацию.

Грохот по барабанным перепонкам. Дезориентация. Крики толпы. Испуганные люди, кто-то остался на ногах, кто-то лежит на земле, часть разбегалась, подчиняясь инстинкту самосохранения. Только телохранители сохранили самообладание под влиянием психопрограмм.

Телохранители и солдаты. Они и отбили вторую волну.

Это оказалась классическая атака в три уровня: начинающим, отвлекающим и завершающим.

Первым этапом стала ракета. Вторым – переодетые в униформу службы безопасности выставочного павильона боевики, подошедшие в последний момент и слившиеся с оцеплением. Они и открыли огонь.

Яркая паутина выстрелов разорвала пространство. Казалось, излучатели били отовсюду, что, конечно, не так. Всего лишь ложное впечатление, призванное для одного – сместить фокус внимания и отвлечь от основного нападения, которое последовало чуть позже.

Солдаты-норны перестроились в боевой порядок и открыли ответный огонь, сомкнувшись вокруг меня сплошным заслоном. Благодаря тяжелой техпластовой броне высшей защиты, шлемам и боевым визорам они обладали подавляющим преимуществом и получив от меня отмашку начали медленно наступать.

Между закованных в доспехи массивных силуэтов шла фигура в плаще с клинком наизготовку. Иногда я небрежно отклонялся, избегая прошедших сквозь барьер из тел норнов выстрелов. В моих движениях чувствовалась завораживающая грация, выхваченный из ножен азур выделялся на фоне стволов армейских излучателей штурмового класса, как заточенный стилет рядом с кувалдой.

– Мечник!

Крикнул кто-то, привлекая внимание. И все взоры нападающих обратились на меня. Измененный под действием эссенции джавы воин мог в одиночку решить исход практически любого боя. И переодетые боевики это понимали и предпочли не связываться с неожиданным врагом.

Прибавить плащ в родовых цветах Великого Дома Тэрелл – темный на сером, и станет понятно, почему по рядам атакующих пробежала волна неуверенной паники.

В голове мелькнуло удивление. Меня не ожидали увидеть? Тогда за кем шла охота?

И вот тогда произошел третий, завершающий удар.

Оказавшаяся рядом с Лео Монцом высокая девушка в форме служителя павильона вдруг резко развернулась и нанесла удар открытой ладонью. Телохранители сработали вовремя, успев еще до начала движения выдернуть хозяина из-под атаки, одновременно закрывая телами и оттаскивая в сторону распахнутых дверей транспортеров. Благодаря броне сейчас выглядевшими самым безопасным местом в окружающем беспорядке.

Кто-то выстрелил, и убийца сложилась пополам. Однако перед этим она успела сделать еще несколько быстрых взмахов, за которыми не поспевал человеческий глаз. Казалось, она просто махала пустыми руками, но несколько человек вокруг нее вдруг начали падать.

Выполнив свою задачу по отвлечению внимания, переодетые боевики принялись спешно отступать в сторону соседних кварталов, видимо рассчитывая скрыться в переплетениях улиц, пронзающих городскую застройку словно извилистая кровеносная система.

Далеко немногим удалось сбежать, запредельная плотность огня солдат-норнов, почувствовавших себя в привычной среде, действующих быстро и жестко, создало сплошную завесу из разрядов, уничтожая любые попытки сопротивления. Один за другим нападающие валились на землю, получив смертельные ожоги от выстрелов.

Понимая, что догонять остатки выживших бесполезно (и опасно, это может быть еще один слой сложной ловушки) и что сбежавшие всего лишь рядовые исполнители, я остановился.

Рядом тут же оказался Лукас, все это время старавшийся держаться рядом, чтобы в случае необходимости прикрыть. В контур безопасности, выстроенный солдатами-норнами, его не пропустили, таков протокол, на случай если кто-то из ближайшего окружения тоже окажется предателем, но позволили двигаться рядом.

– Вы в порядке? – первым делом осведомился наставник, внимательно оглядывая меня в поисках ран, на которые в пылу боя неопытные юнцы часто не обращают внимания, находясь под действием бушующего в организме адреналина.

Напоминать, что я кардинально отличался от таких молодых бойцов, я не стал, вместо этого махнул рукой и спросил:

– Как там специалистка по протоколу? Надеюсь, ты присмотрел за ней и не дал нарваться на случайный выстрел.

Она мне не особо нравилась, и я ей не доверял, считая человеком тетки и совета, но сейчас она входила в мою пусть и неформальную, но свиту, а значит, как сюзерен, я обязан был позаботиться о ее безопасности. Даже невзирая на то, что сам недавно, прикидывал, как лучше эту девицу убить. Такова мрачная ирония взаимоотношений между аристо и его окружением.

– Я уронил ее у входа подсечкой, велел лежать и не двигаться. Когда все успокоится, ползти внутрь здания, – сообщил Лукас.

С моей стороны последовал неспешный кивок. Не самый худший вариант вести себя в опасных ситуациях – притвориться мертвым и тем выпасть из поля внимания нападающих.

– Проверь, в порядке ли она, – велел я.

Мастер боя заколебался.

– Не хотелось бы оставлять вас одного, – признался он.

– Не думаю, что в ближайшее время последует еще одна атака, – я пожал плечами.

Лукас помедлил, кивнул, признавая справедливость замечания. Проблесковые маячки экстренных медицинских служб уже мигали в дальнем конце одной из эстакад, вместе с правоохранительными силами, мчавшимися на место происшествия. Наглый характер нападения поднял городские власти на уши, заставляя пошевеливаться. Уже через несколько минут местность будет кишеть от полицейских и агентов безопасности.

Мастер боя ушел разыскивать Риану. Я постоял на месте, обернулся и заметил выглядывающего из приоткрытой дверцы транспортера Лео Монца. Охрана настойчиво требовала, как можно скорее покинуть опасное место, но толстяк упорствовал, видя, что я тоже остаюсь.

Кстати, неплохая мысль, возможно и правда стоит скрыться и перестать изображать из себя мишень. Кто знает сколько еще портативных пусковых установок размещено на соседних крышах.

Впрочем, такой вариант уже исключен. Взгляд скользнул в ненастное небо, где уже вовсю кружили поднятые по тревоге воздухолеты стражей правопорядка и служб безопасности. Если на крышах кто-то скрывался, его сразу заметят и уничтожат, а выпущенную ракету накроют системой подавления на старте. Оборудование в таких специализированных машинах куда эффективнее, чем установленное в транспортерах, чье предназначение в первую очередь вывезти охраняемую персону из зоны огня.

– Надеюсь с вами все в порядке, ваша светлость? – слабым голосом спросил Монц, и даже вышел из транспортера, но далеко отходить не стал. Двойной подбородок исполнительного директора подрагивал, рыжеватые волосы находились в беспорядке, в глазах все еще проглядывал страх от пережитого.

Я кивнул, но подходить не стал, чтобы посмотреть за реакцией. Он это понял, и со вздохом сделал несколько шагов навстречу. Телохранители тут же сомкнулись вокруг рыхлой фигуры в пышных оранжевых одеяниях, не давая возможности потенциальному стрелку вычленить цель.

Мои норны тоже двигались, создавая периметр безопасности, к которому никто не рисковал приближаться. Закованные в техпластовую броню массивные фигуры с излучателями наизготовку вызывали уважение и заставляли держаться подальше.

– Как… как они смогли, – Монц на секунду запнулся, но быстро взял себя в руки. Взгляд директора блуждал по телам, лежащим на земле. Открывшие огонь боевики не выбирали цели и стреляли по всем подряд, в первую очередь стараясь посеять панику и тем отвлечь внимание от главного выпада.

– Похоже у вас больше недругов, чем вы считали, – сухим тоном заметил я.

Толстяк в оранжевом замотал головой.

– Да я не об этом. Как они успели так быстро все организовать? – пухлая рука с унизанными перстнями пальцами махнула в сторону воронки на площади перед зданием павильона, куда системы подавления в последний миг увели ракету, не дав накрыть кортеж.

Надо отдать автоматике должное, отработала на отлично, человек бы не успел так среагировать.

– Мы же не собирались сюда, этого не было в графике, – продолжил Монц.

Толстяк явно находился в шоке и не мог понять, как подобное вообще могло произойти. Похоже мой новый знакомый до этого не сталкивался с настоящими покушениями, когда использовалась любая подвернувшаяся возможность и дело решали даже не минуты, а секунды. В нашем случае, у убийц оказалось более чем достаточно времени на подготовку, пока шло ознакомление с выставочным залом.

– Переодеть людей в униформу охранников, разместить пусковую установку на крыше, подвести убийцу на расстоянии удара – все это не требует чрезмерный усилий, – я пожал плечами. – Если все рассчитать, то останется лишь дать отмашку, когда цель выйдет на удобную позицию для устранения.

Менца передернуло, он живо представил себя лежащим на земле, истекающим кровью. Взгляд метнулся ко мне, и на секунду в маленьких глазках над трясущимися от страха щеками мелькнула жгучая ненависть.

Если бы не ты, то ничего бы не было, говорил этот взгляд.

Я криво усмехнулся. Забавно, но смешной толстяк похоже так до конца и не понял, что я не являлся целью покушения. По крайней мере не основной. Зачесавшиеся в оцепление ряженные охранники даже не знали о присутствии мечника, чье появление судя по выкрикам, стало для нападающих неприятным сюрпризом.

Убить хотели не меня, не наследника Великого Дома Тэрелл. Убить хотели Лео Монца, члена директората мира Кавела IV.

По крайней мере именно так все выглядело со стороны.

Или нет?

Я резко обернулся и нашел взглядом тело убийцы, должной поставить заключительную точку в неудавшемся покушении. Перед глазами мелькнули последние секунды жизни, когда она на первый взгляд беспорядочно махала руками, но тем не менее после каждого удара на землю падали люди, прежде чем заряд излучателя не прервал взмахи смерти.

– Неплохо, – я хмыкнул, разглядев на ухоженных длинных ногтях следы посторонней жидкости и прокомментировал увиденное: – Смазано ядом. Всего один порез, даже небольшой прокол кожного покрова, и токсин попадает в кровоток, вызывая мгновенную смерть. Скорее всего через остановку сердца, – последовала короткая пауза и подведение итога: – Просто и эффективно.

Я помедлил и неспешно проронил:

– Учитывая характер ранений, могу предположить, что убить хотели вовсе не меня.

И только в этот момент до толстяка наконец дошло, кто являлся истинной целью. В маленьких глазках мелькнул испуг вместе с пониманием, что убийца проявил себя в момент, когда именно директор с свитой находился рядом, а не приезжий из чужой звездной системы гость, стоявший в этот миг на другой стороне. Вялый подбородок мелко затрясся, передавая дрожь всему телу, обряженному в пышные одеяния.

Не удержавшись, я посмотрел на шею Монца, словно прикидывая, как бы на дряблой коже смотрелся порез. Лицо толстяка покрыла мертвенная бледность, видимо тоже представив такую картину. И, судя по всему, она ему не слишком понравилась.

– Это возмутительно, – сжал кулаки он.

Мои губы тронула едва заметная улыбка. Похоже его и правда до этого не пытались убить по-настоящему. Возмущение – первая реакция после пережитого у такого типа людей. Затем придет ярость, а после страх. И желание, чтобы этого никогда больше не происходило.

А я вдруг снова подумал об убийце. Почему она не рванула вслед за рыжим толстяком, когда его потащили к транспортеру, если он являлся целью на ликвидацию? Вместо этого она осталась на месте, убивая всех подряд, хотя по идее должна была броситься за основной мишенью.

Почему этого не случилось? Может потому, что все так и планировалось?

И убить хотели не меня, и даже не Лео Монца, до сих пор с ужасом взирающего на валяющиеся вокруг тела, а кое-кого другого.

Я подошел к мертвому телу – платиновая блондинка в белоснежных одеждах с рисунком из искусственных бриллиантов, повторяющих метку норна, она лежала на асфальте, неестественно вывернув правую ногу, распахнутые настежь глаза смотрели в пустоту ненастного неба.

Девушка-норн модель секретарь, живой накопитель данных. Гладкую щеку, где проходил узор принадлежности норна, пересекал глубокий тонкий порез. Кровь уже свернулась, но судя по серому остатку на ране, смерть наступила в результате попадания в кровь токсина.

– О боги, – вскрикнул Монц похоже только сейчас заметивший смерть своей ближайшей помощницы. Занятый мыслями только о себе, он не сразу обратил внимание, что большая часть убитых были из его свиты.

– Живой накопитель данных, чьи резервные копии не предусмотрены в принципе, – тихо пробормотал я.

Надо отдать толстяку должное он мгновенно сообразил, о чем речь. Мясистое лицо нахмурилось, приняв сосредоточенное выражение, страх и паника удивительным образом исчезли из глаз.

Любопытно.

Какой-то аналог ментальной техники, позволяющий отстранится от эмоций, чтобы сосредоточиться на проблеме? Нечто подобное использовал я, только применяя в тесной связке с «Ясностью», которая значительно расширяла обычные возможности разума.

– Считаете убить хотели не нас с вами, а ее? – удивительно спокойным тоном спросил Лео Монц.

Вот теперь можно поверить, что этот человек действительно занимал одну из главных позиций в совете директората Кавела IV. Только умеющий абстрагироваться от лишних чувств и действовать с холодной расчетливостью человек был способны забраться на такую вершину. Всех остальных по пути безжалостно съедали конкуренты, подставляя и заставляя делать ошибки под влиянием эмоций.

– Это выглядит самым очевидным, – я кивнул на остальные тела из числа свиты Монца: – Обратите внимание, как они лежат. Если воссоздать картину нападения, то похоже убийца в первую очередь старалась добраться до вашей помощницы и убивала всех, кто оказался в этот момент на пути. Поэтому изначально ее движения и выглядели дерганными, словно она пыталась уничтожить всех подряд до кого сможет дотянуться. Но в действительности у нее была четкая цель, – я помедлил и спустя короткую паузу резюмировал: – И боюсь она ее успешно достигла.

Глава 16

16.

Старый компьютерный терминал выделялся из окружающей обстановки архаичным дизайном, массивностью и основательностью. Его принесли в апартаменты специально, подключили, и теперь по полу змеились толстые кабели, утопая в точках питания.

Я откинулся на спинку кресла, машинально встряхнул пальцами, уставшими вбивать команды в механическую клавиатуру. Консоль управления походила на ту, что использовались на космических кораблях, ценимых за стойкость к физическим перегрузкам и надежность.

Взгляд скользнул по аппаратуре мультимедийного центра на противоположной стене. Элегантный и современный, с сенсорными управлением, он в отличие от терминала, органично вписывался в интерьер модного в этом сезона стиля «техно».

Им легко управлять, есть даже голосовой модуль, вот только несмотря на красивый тонкий экран во все полотно стены, получить доступ через него к нужным файлам физически невозможно.

Ограничения. И скрытые от основной массы населения секции планетарной базы данных – основа безопасности любой вертикали власти почти во всех мирах.

– «Допуск».

– «Приоритет» – «Ультра».

– «Великий Дом Тэрелл».

В верхней части правого угла старенького экрана мигала надпись, показывая, кто зашел в секретные правительственные файлы. Дальше шло уточнение:

– «Директива 1»

– «Корневой каталог»

– «Производственные линии».

Тут же сбоку бежали строчки кода высшего приоритета шифрования выделенного канала для ядра используемого сегмента информационного массива. Здесь хранились важные сведения, которые мог посмотреть далеко не каждый даже из числа планетарных чиновников высокого ранга. Уровень стратегического значения не позволял.

Контракты, лицензии, данные по импорту и экспорту, спецификации по производственным линиям и каждой отдельной лаборатории, включая точное количество зародышей на хранении и число выращиваемых особей прямо сейчас. Сводки технического характера, в которых неспециалист никогда не разберется, просто утонет в цифрах и непонятных терминах.

Перед моими глазами раскинулась вся изнанка, вся внутренняя суть мира под названием Кавела IV. Не уверен, что даже члены управляющего директората настолько всеобъемлюще могли получить информацию такого характера. Разделенные на уровни допуска к конкретным подразделам данных ограниченному кругу лиц не позволяли охватить всю картину целиком разом.

Это было сделано специально и являлось непременным требованием для получения выхода на рынок межпланетной торговли. Плюс, и это, пожалуй, самое главное, – в конце концов именно Великие Дома в свое время строили Сеть, объединяя между собой звездные системы, встраивая в архитектуру свои секреты, которыми ни с кем не собирались делиться.

Имелись планетарные сети, и Сеть, почему-то многие считали, что это одно и тоже, не понимая принципы построения такого рода систем. Первые выполняли развлекательную роль для общего потребителя, служа источником новостей, местом, где можно посмотреть голофильмы, переписываться, воспользоваться услугами городских сервисов и так далее.

Вторая была намного сложней в исполнении и напрямую подключалась базам данных, формировавших то, что можно назвать межзвездным интеркомом, объединявшим освоенный космос в единое целое.

Забавно, но обычные люди даже не знали, что эта вторая, закрытая от них часть, имела гораздо более глубокую структуру, чем любая планетарная развлекательная инфосфера, по уровню сложности уступая первой в десятки и сотни раз. Использовавшиеся в этих системах вычислительные мощности на несколько порядков превосходили те, что применялись для повседневных задач даже в крупнейших мегаполисах. В заблуждение вводили нелепые на вид компьютерные терминалы, выглядевшие полной архаикой на фоне современных сенсорных систем. Но на то имелись причины.

Надежность, надежность и еще раз надежность. Чтобы даже после орбитальной бомбардировки, когда из строя выйдут все городские службы, центральное ядро базы данных планеты, ее кровь, ее сердце и ее суть, осталось в целости, позволяя новым хозяевам наладить в завоеванном мире жизнь по новой.

Большая часть населения даже не догадывалась об этом, не знало или не хотело знать, предпочитая существовать в привычном порядке, где нет места сложностям о которых стоит задумываться.

– Потому что иногда легче жить в неведении, чем заглянуть за кулисы и ужаснуться, осознав собственную незначительность, – тихо пробормотал я.

Впрочем, даже если бы рядовой обыватель посмотрел сейчас на экран, то он бы вряд ли бы что понял. Сухие строчки цифр, таблицы, графики и диаграммы, файлы с длинными перечислениями положений контрактов на импорт и экспорт, статистические данные, сложные технические термины, объясняющие порядок производственных процессов по выращиванию норнов, вписанные в договора. Чтобы разобраться во всем этом требовались знания, которые не давали в обычных учебных заведениях.

Простых людей учили по примитивным шаблонам, так проще, быстрей и дешевле. Давался базовый минимум, чтобы имелась возможность вести повседневную жизнь, не чувствуя себя дураком. Что-то сверх этого – только по специальному запросу и наличию способностей, открывающих путь в высшие учебные заведения. Там готовили специалистов разного класса: планетарных чиновников, техников, биоинженеров и других людей, необходимых для полноценного функционирования экономики планеты.

Для особо настырных, посчитавших, что их в чем-то обделили и не обладавших нужным уровнем интеллектуального развития, упорством и талантами, создавали фальшивые аналоги нормальных учебных заведений. Выпускники таких суррогатов выходили с дипломами не особо востребованных на рынке профессии вроде социальный работник. С практической точки зрения такая бумажка ничего не стоила, но давала возможность человеку чувствовать свою значимость. Часто такие люди даже не работали по специальности, вынужденные устраиваться в совершенно другие сферы.

Это было нормально, позволяло щекотать свое эго и Великие Дома не мешали подобной практике, снисходительно поглядывая на причуды обывателей, понимая, что полученные знания нигде не пригодятся, а значит не смогут стать угрозой власти даже в минимальном виде.

С другой стороны, таких, как я, учили по другим методикам, при помощи мнемо-дисков. Вбитая на подкорку кодовая фраза вызывала целый спектр ассоциаций, образов и даже эмоций, формируя сжатый пакет знаний, достающийся из глубин памяти в любой миг. Подобные способ имел высокую эффективность и часто являлся жизненной необходимостью для живущих гораздо дольше обычных людей аристо, чей разум уставал за прожитые годы.

– Иначе можно просто сойти с ума, – задумчиво проронил я, вспомнив несколько эпизодов описанных в хрониках Великих Домов.

Прожив двести, триста лет человек начинал испытывать чрезмерные нагрузки нервной системы, формирующей сознание. Что иронично, физически почти никаких изменений заметно не было. Но вот ментально – другое дело, эффекты распада личности могли зайти очень далеко. Поэтому приходилось хитрить, чтобы протянуть, как можно дольше.

– Никто не хочет превратиться в пускающего слюни идиота, путающего слова, – я хмыкнул.

И машинально покосился на экран компьютерного терминала, там бежали строчки кода последней введенной команды, обрабатывая запрос. Появился развернутый лист экспортного контракта, относящегося к Великому Дому Харлан.

Если верить выведенной на монитор информации, в свое время харланцы и правда заказали огромное количество норнов-рабочих, Лео Монц не соврал.

– Тогда в чем проблема? – я задумчиво побарабанил пальцами по краю массивной клавиатуры.

Взгляд быстро скользил по строчкам информации, проверяя и сверяя, пытаясь найти расхождения. Работать с конкретно этими данными имели право только планетарные чиновники, прошедшие через специальную коррекцию психики. Но они не могли вносить туда изменения, структура программы не позволяла редактировать файлы с функцией окончательного запрета.

Так бывало, когда контракт подписан и утвержден, чтобы не возникло неясностей на поздних этапах, если одна из сторон вдруг захочет оспорить договор и задним числом внести коррективы. Причем это касалось, как заказчика, так и исполнителя. То есть, даже Харлан не смог бы подделать файл, обладая более широким доступом в Сеть, по сравнению с властями Кавела IV, если бы вдруг захотел играть нечестно.

Но ничего подобного не было. Все цифры сходились. Никаких следов вмешательства. Да и не могло быть, учитывая принцип формирования торговых контрактов.

– Тогда почему убили секретаря? – я ожесточенно потер щеку, не выдержал и поднялся на ноги, оттолкнув кресло.

Перед глазами мелькнуло идеальное лицо с острыми скулами девушки-норна с платиновыми почти бело-серебристыми волосами и струящийся от виска к щеке узор принадлежности клона.

Живой носитель данных. Информация в мозгу без дублирующих записей. Что пропало? Какую информацию хотели уничтожить? Что в ее голове хранилось настолько важного, что ради этого решились на открытое нападение? И кто?

В данный момент проводилось расследования случившегося, но я не верил, что от этого будет толк. В таких делах всегда тщательно стараются замести следы, особенно ведущие к непосредственному заказчику. Сбежавшие боевики, из числа исполнителей, скорее всего уже ликвидированы, несмотря на то что вряд ли что-нибудь знали, а тела отправлены на переработку, например в тот самый пищевой комбинат, где производятся брикеты для питания норнов.

Серийный номер пусковой ракетной установки возможно стерт. Оружие, снаряжение, оставшиеся трупы – тоже никуда не приведут. По сути, концы были зачищены еще до начала атаки. Такова логика подобных операций.

Особенно тех, где под огонь может попасть один из наследников Великого Дома. Хотя о моем присутствии нападающие, кажется, до последнего момент не знали. Что тоже в какой-то степени иронично. Потому что скорее всего в таком случае атака была бы организована куда лучше, если бы вообще состоялась. Неизвестные не могли не понимать, что реакция обязательно последует. И бояться тогда надо не мимолетной ярости, а хладнокровной жестокости, присущей всем Великим Домом.

Тщательно рассчитанной, математически выверенной жестокости.

– Когда находят и выворачивают наизнанку, вынимая потроха наглядно и показательно – это производит нужный эффект, – по моим губам скользнула холодная улыбка.

Чтобы не оставалось иллюзий, чем может закончится попытка бросить вызов Великим Домом.

Кстати, об иллюзиях, я махнул рукой. Реагируя на жест, сработали встроенные в мультимедийный комплекс сенсоры. Экран во всю стену зажегся, автоматически включившись на центральном новостном канале планеты.

Главной сенсацией дня естественно было сорванное покушение на Лео Монца, одного из исполнительных директоров, отвечающего за внешние сношения Кавела IV с другими мирами. Рассказывалось о ракетном ударе, многочисленных погибших, работе экстренных служб, сотрудников которых уже поблагодарили от лица властей, предпринятых мерах безопасности и проводимом расследовании.

И ни одного упоминания меня или моих сопровождающих из числа норнов-солдатов, принявших активное участие в ликвидации переодетых боевиков. Только слаженная работа телохранителей и охранников выставочного павильона, храбро преградивших путь нападающим.

– Иллюзии, иллюзии, – по моему лицу вновь скользнула холодная улыбка.

Аристократы Великих Домов отличались от обычных людей, между нами лежала пропасть. Мы знаем больше, мы умеем больше, в конце концов мы живем дольше. Это давало преимущество, которое так просто не преодолеть. Многие простые люди этого до конца не осознавали, а точнее старались не задумываться, так проще жить. И мы это поддерживали, стараясь не слишком мозолить глаза общественности своим появлением.

К слову, даже о моем прибытии на планету в новостях не сообщалось, чтобы не вызывать ажиотажа. Это делалось намеренно и довольно давно. Великие Дома старались не напоминать лишний раз о своем существовании простым обывателям.

Казалось бы, странное поведение, но в этом заключался глубокий расчет. Не выставлять чрезмерно глубокие различия между простыми людьми и аристо из Великих Домов, принимающих джаву. Многие люди могли прожить жизнь и никогда не встретить никого из Великих Домов, потому что стоило им увидеть кого-то из нас, как начиналось неосознанное сравнение.

И на первый план конечно выходило долголетие. То, что представители великих родов живут дольше обычных людей, не являлось секретом, обыватели знали об этом. Но одно дело знать, и совсем другое каждый день видеть подтверждение наглядно. Это поневоле вызовет напряжение, которого лучше избегать.

Для них мы были чем-то далеким, неосязаемым. Большинство никогда не сталкивалось ни с чем, что напомнило бы о глубоких различиях между теми, кто постоянно принимает джаву и простыми людьми.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю