![](/files/books/160/oblozhka-knigi-agent-vysshey-suschnosti.-tom-2-si-376281.jpg)
Текст книги "Агент высшей сущности. Том 2 (СИ)"
Автор книги: Алекс Холоран
Соавторы: Валерий Новицкий
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 18 страниц)
– Теперь всё будет хорошо. Все останутся живы и здоровы. В этой партии я поставил тебе шах. И только в твоих силах решить всё мирно, дабы не получить уже мат. Так что лучше отдай мне амулет по добру по здорову…
Он протянул ко мне руку и остановился в ожидании.
– Хорошо, – еле выдавил я из себя, пытаясь выиграть время, и отцепил камень с шеи. – Только объясните, зачем он вам? Ради чего всё это?
Скобелев в обличии Белова хмыкнул, и снова заговорил:
– Нам ли с тобой не знать, Михаил, что самое главное в жизни любого силавира? Это возвышение. И чем скорее ты поднимешься на ступень выше, тем лучше. Тем более, когда ты являешься менталистом, ведь мы практически ничем не отличаемся от обычных людей, и от природы не можем бросаться молниями или огнём, как другие силавиры. Но вместо этого мы используем свой мозг и имеем возможность управлять другими людьми. Амулет же не только кратковременно даёт повышенную Силу, но и, в определённом случае может разом поднять ранг хозяина на одну ступень выше, и уже навсегда. Именно этого мне и не хватает для того, чтобы навсегда обезопасить себя от любых врагов.
И тут я понял… Он что, имеет ранг выше ведуна? Скобелев – волхв?! И благодаря амулету он хочет достигнуть своего максимума и стать патриархом?! Уму непостижимо, какие тогда возможности по манипулированию людьми ему станут доступны!
– Кроме того, как ты, наверное, успел заметить, он показывает своему хозяину всё, что скрыто от человеческого глаза. Например, я знаю, что сегодня с его помощью ты впервые увидел ниточки, за которые я дёргал своих кукол.
Он буквально назвал моих сестёр, своих племянниц, куклами! Какое же он всё-таки чудовище!
– Только и всего?! – не выдержал я. – Ради собственного возвышения вы готовы разделаться со своей роднёй?! Вы моральный урод, Скобелев! Подонок!
– Какой есть, – усмехнулся он. – Ну, что, Миша, пора заканчивать с этим…
Белов подошёл ближе, и я вытянул вперёд руку с амулетом, как морковку перед мордой осла. Подходи, гад, ближе, ещё…
Я всё думал о том, как эта маленькая вещица умудрялась ломать все законы Силы и давать своему владельцу самую настоящую мощь высокоранговых силавиров? Каким вообще образом ей это удавалось? Чит-код, взламывающий реальность? А ведь я вообще понятия не имел, как выглядела схема, например воздушного купола, который спас меня от пасти Нага. Но сам же создал его, только на инстинктах. Значит, если очень захочу, то смогу провернуть то, что задумал…
– Хороший мальчик, – цокнул языком мужчина, принимая из моих рук смертоносное оружие. – Так бы сразу…
Неожиданно он схватился за горло и упал на колени передо мной. Глаза Ильи Андреевича налились кровью, а сам он стал пунцовым, как варёный рак. Дворецкий задыхался, ведь одним прикосновением я разом выкачал из его лёгких весь воздух, как Вознесенская сделала со мной на первом уроке А-класса.
– МИША!!! – закричал Скобелев голосом Марии, и она взмахнула рукой – с дальнего конца участка послышался свист, и я понял, что Наг уже приближается.
Использовав воздушный толчок, я вырубил дворецкого ударом в голову, и тут же отпрыгнул в сторону, пропустив мимо себя огромную змею. Её хвост должен был накрыть меня в следующую секунду, но тут я вспомнил Марка Одоевского, и примерил на себя его тактику. Ускорившись, что есть сил, я побежал прямо по направлению к хвосту Нага, и, схватившись за него, перелетел, как через козла на физкультуре. При этом скорость моя была намного выше, чем обычно – амулет позволил использовать технику витязя – ускорение.
Описав небольшой круг, я бросился к Белову и прощупал его пульс на шее – дышит! Значит можно не беспокоиться о нём, а заняться Марией. Чёрт! Знал же, что знакомство с ней не будет сулить мне ничего хорошего, и вот теперь расхлёбывать!
Но мне всё-таки повезло – дядя, наверное решил, что огромная змея будет лучшим оружием в его руках, чем девушка-силавир. И в этом он был категорически не прав. К слову, по счёту это был третий раз, когда я сталкивался с гигантской змеёй, и уже кое-что понимал в её повадках и выпадах. Скобелев не контролировал её напрямую, лишь указывал Марии, куда направить Нага, и вот этим я и хотел воспользоваться.
Белое чудовище снова нырнуло во тьму, готовясь нанести новый удар. И я тоже намеревался ответить ему тем же. Оставалось самое малое – узнать, откуда в меня прилетит гигантский удав! И тут я увидел мерцающую звезду, которая кружила в небе над особняком. А потом и стали заметны контуры змеи. Либо Наг отражает свет луны, либо амулет снова показывает мне то, что скрыто от глаз! Вот же я везучий сукин сын!
Мария продолжала осыпать меня проклятиями и предвещать скорую гибель, но в то же время оставалась стоять столбом, направляя Нага. И вот он несётся на меня, а я делаю вид, что смотрю в другую сторону… Хорошо, что в своё время я внимательно наблюдал за показательным боем Марии в школе, ибо такую штуку сам бы придумать не смог!
В десяти метрах от меня разверзлась клыкастая пасть, и я тут же вообразил над ней огромный воздушный бур. Амулет сработал на отлично, и чудовище было буквально пригвождено к земле вихрем уплотнённого воздуха, который впился ему в морду. Его хвост по инерции поднялся в воздух и был готов обрушиться на меня и Марию. Я укрыл её под защитным куполом и прыгнул в сторону, а потом увидел, как на купол свалился хвост змеи. Чудовище осталось безвольно дёргаться, давая мне время для активных действий. Теперь с выходом Вознесенской из игры, у меня появился шанс достать Скобелева!
Ускорившись, я бросился в сторону дома, а потом прыгнул так высоко, как никогда до этого. Вцепившись в подоконник второго этажа, я упёрся ногами о выступ крыши, и снова взлетел вверх, в итоге встав в проёме окна своей комнаты. Наконец я увидел свою цель! Скобелев в ужасе отпрянул назад, и я спрыгнул на пол.
– Миша, постой! – выкрикнул он, подняв руки. – Мы можем всё обсудить!
– Нечего обсуждать! – выпалил я, схватив его за горло. – Сейчас ты умрёшь!
Я применил вакуум и начал с удовольствием смотреть, как дядя корчится в агонии. Наконец-то я добрался до него и теперь вычеркну хитроумного кукловода из своей жизни раз и навсегда! Потоки Силы струились по моей руке, словно из пожарного гидранта, и я уже начал чувствовать, как они режут меня изнутри. Похоже, амулет переставал действовать. Скоро, совсем скоро магия кончится, и моя мощь превратится в тыкву! Лишь бы успеть до этого прикончить гада!
– Миша, нет! – вдруг кто-то взвизгнул у меня за спиной. – Не убивай его!
Обернувшись, я увидел Марию, которая стояла в проёме окна и в ужасе смотрела в мои глаза:
– Что с тобой?! Я видела, как ты запрыгнул в окно! И… Твои глаза…
– Не мешай! – рявкнул я, ещё сильнее сжав горло человека, повинного во всех моих бедах. Этот мир скажет только спасибо, если я избавлю его от Скобелева!
– Не делай этого! – закричала девушка, и я вдруг почувствовал сильный толчок в спину.
Меня впечатало в стену, и я рухнул на пол, из-за чего амулет улетел в сторону, и все мои силы разом испарились. Рядом свалился Скобелев, потерявший сознание. Я попытался дотянуться до него, но это оказалось просто невыполнимой задачей – всё тело одеревенело, и у меня вообще не осталось физических сил, чтобы сделать это. Сознание плыло: то ли от удара о стену, который выбил из меня весь дух, то ли из-за компенсирующего действия амулета. Как говорится, за всё надо платить.
– Миша! Миша! – голосила Мария надо мной, но я уже медленно, но верно уплывал во тьму. – Что с тобой?! Не закрывай глаза! Держись!
Как водится, судьбу не интересовали ни мои желания, ни желания Марии, поэтому прекрасная девушка исчезла, как и все остальные декорации, оставив меня в забытье…
* * *
После тех событий прошла неделя. За окном стоял промозглый день, шёл дождь, а я сидел у себя в комнате и рассматривал в руках тот самый злосчастный амулет. Оружие башни, которое могло на короткое время сделать тебя суперменом, но за этот великодушно выданный кредит ожидаемо забирало плату с процентами, и даже более того. Белов нарыл информацию о подобных артефактах – каждое их использование сокращало жизнь носителя на несколько лет (что-то завязанное на магии крови). Так что, за те два раза я мог потерять как минимум два отпущенных мне года жизни. Или того больше, смотря по какому тарифу этот артефакт взимал плату. Увы, прейскуранта вместе с ним не давалось, и точный ответ я узнать не мог.
Так что, как оружие последнего шанса он был незаменим, и мне очень повезло, что я успел тогда нейтрализовать Скобелева до того момента, как отключился. И теперь, зная намного больше про его свойства, я решил использовать амулет только в случае крайней необходимости. К тому же Илья Андреевич внёс ясность насчёт поднятия ранга с его помощью. Для этого нужно было просто разбить амулет, держа его в руке. Быть может, когда придёт время, я так и сделаю. Главное, постараться не слить его мощь впустую.
После той заварухи Белов и его друг-лекарь Дима заперли Скобелева в подвале в одном из зданий полигона. Дворецкий по каким-то своим каналам достал блокирующие артефакты, и теперь великий кукловод не имел над нами власти. Правда, для меня это было не принципиально, ведь мне дядя мог причинить лишь головную боль (слукавил, эта мигрень жарила мои мозги будто на сковородке!). Именно там в тёмных сырых застенках происходила основная воспитательная работа. В какой-то момент мужчины попросили меня выйти и не присутствовать при пытках, но я наотрез отказался. А потом и сам принял участие в них…
Так длилось всю прошлую неделю, за которую мы втроем забивали несчастного практически до полусмерти, а потом силами Дмитрия возвращали ему здоровье. И так по кругу, заставляя Скобелева окунуться в свой маленький персональный ад, который мы ему уготовили. Несомненно, общий враг сближает, и мы ещё крепче сдружились с Ильёй Андреевичем и его немногословным товарищем. С каждым ударом, с каждым вбитым гвоздём или взмахом ножа, я убивал вовсе не Скобелева, а себя прежнего. Заставлял уйти все человеческие слабости и прочую шелуху, чтобы возродиться другим. Тем, кто, не взирая на всё, выполнит то, что от него требуется, чтобы спасти самое дорогое, что осталось у меня в прошлой жизни – мою дочь Алину.
Хорошо, что Мария не знала и не видела всего этого…
Из хитроумного паука Скобелев превратился в забитую букашку, в тень самого себя. Он обязался отремонтировать наш дом и платить каждый месяц упущенную выгоду с продажи нашего сервиса, пока не вернёт его нам обратно. А также поклялся жизнью, что больше никогда не попадётся нам на глаза.
Итак, побочные квесты пройдены, но цель – четыре башни, всё так же далека. Правда, в отличие от старта, у меня теперь имелись средства для её достижения – люди рядом со мной. Осталось самое сложное, запустить этот человеческий механизм и заставить работать в мою пользу, перемалывая в его жерновах моих врагов.
Таких же как Скобелев…
Гла��а 6
– Программное обеспечение для дома и офиса, – прочитал я текст на вывеске над полкой с дисками.
Сегодня после учёбы я нашёл время и наведался в крупный магазин в центре города, торгующий компьютерами, (или ЭВМ, как их здесь называли) оргтехникой и программным обеспечением. Среди различного софта долго искал кое-что специфическое, и очень надеялся, что на полках такое найдётся.
В моих планах уже давно зрела идея создать свою социальную сеть. Прорывные идеи, которые в своё время заработали разработчикам Фэйсбука золотые горы, станут моим шаблоном. Я воспользуюсь их опытом и сделаю всё в точности так же, чтобы обеспечить себя финансами и выполнить задание Падшего.
Но всё это лирика, а дьявол, как водится, кроется в деталях. Нюанс был в том, что каждая технологически развитая держава в этом мире имела свой язык программирования. В Российской империи это был русский, в Африке – один из основных диалектов рода Тафари, и наконец в Китае – ханьский китайский. Так как по историческим причинам Англия здесь не являлась страной-колонизатором (а США вообще не существовало), то и английский язык на Земле-2 был не так сильно распространен, как в моём мире, соответственно и языки программирования не ориентировались на него. Так что придётся заново штудировать программирование, только уже на русском языке. Надеюсь, этот процесс не займёт много времени, ведь логика компьютеров, созданных людьми, всегда остаётся неизменной. Различается только синтаксис.
Как я и ожидал, в русском сегменте программирования особого выбора не имелось. Существовал лишь один более или менее функционирующий язык программирования, и назывался он благородно и по-нашему – «Богатырь». Купив диск с инсталляцией языка и среды разработки, созданной под него, я вернулся домой и сразу же вставил радужный пластиковый кружок в привод своего компьютера и начал установку. К сожалению, Мишин динозавр не отличался особой ретивостью, отрабатывал процессы довольно медленно, хоть я и предварительно почистил его от системного хлама. Но в итоге всё равно понадобилось чуть больше получаса, прежде чем программа установилась.
Ну что ж, начнём!
Открыв среду разработки, и начав изучать сопутствующую документацию по программированию, которая прилагалась к диску, я с удовлетворением узнал, что оказался прав. Ничего непонятного или кардинально нового мне не встретилось. Спасибо единой во всех мирах человеческой логике и здравому смыслу!
Итак, как вообще устроены программный код и программы? По сути, с помощью языка программирования мы даём компьютеру команды, то есть список действий, который ему нужно выполнить. И тут стоит помнить, что компьютер выполняет в точности то, что ему задали. Он не способен мыслить или понимать условности. Из-за этого при программировании даже у самого опытного программиста могут и должны возникать ошибки – это просто человеческий фактор. Где-то в коде была забыта точка с запятой, или создана переменная не того типа, что ожидаемо приводит к тому, что программа выдаёт ошибку. Логично, чтобы всё работало, как часы, необходимо написать идеальный и выверенный код.
Вернёмся к Богатырю. В языках программирования моего мира фигурировали операторы «if» и «while». В переводе это звучит как – «если» и «пока». Первый оператор даёт возможность выполнять действие в том случае, ЕСЛИ записанные условия соблюдаются, а второй создаёт цикл, который повторяется снова и снова, до тех пор, ПОКА записанное условие соблюдается. В русском языке программирования были те же самые операторы, только написанные на нашем родном языке, соответственно – оператор «если» и оператор «пока». И такая логика соблюдалась практически во всём – английские наименования заменялись русскими словами.
Увы, на этом плюсы русскоязычного софта заканчивались. Первые трудности наступили после того, как я углубился в более детальное изучение Богатыря. И проблема заключалась в том, что русский язык программирования был крайне низкоуровневым.
Что вообще такое уровень языка? Изначально компьютер понимает только две команды: когда есть напряжение, и когда его нет. В первом случае для компьютера это единица, во втором ноль. Но как тогда компьютер понимает, что делать с программным кодом, где имеются совершенно разные и сложные команды? Изначально программы создавались именно с помощью чередования единиц и нулей. Такие программы записывались на перфокарты, которые, по своей сути являлись бумажными лентами с отверстиями. Если есть отверстие, значит единица, нет – значит ноль. Понятно, что на том техническом уровне это было неудобно и долго.
И тогда появился первый аналог современного языка программирования. В нем единицы и нули в определенной последовательности были отождествлены различным командам. То есть, например, мы пишем букву «П» (Падший), а язык программирования переводит её на понятный компьютеру набор единиц и нулей.
В процессе программирования люди повторяли одну и ту же последовательность действий. Например, вывести строчку на экран. Это был некий готовый набор команд, который программист должен был повторять каждый раз, когда нужно было распечатать строку. Именно тогда программистам пришла гениальная мысль собрать для удобства все полезные блоки информации и сгруппировать их, создав самую первую надстройку над языком.
То есть теперь можно было создавать программы намного проще, быстрее и с меньшим количеством кода. Таким образом языки программирования и развивались, постепенно сокращая усилия на создание более сложных программ. И чем больше было надстроек, тем более высокоуровневым считался язык программирования.
И снова вернёмся к Богатырю, то бишь низкоуровневому языку. Создать на нём аналог Фейсбука будет крайне непростой задачей. Ладно сложность, время – вот что я гарантированно потеряю, работая с этим пережитком прошлого! Тому же Цукербергу в его условиях и подручных средствах было намного проще провернуть подобное. И это уже была проблема. Ведь кроме социальной сети я собирался создавать ещё множество других айти проектов. В итоге я пришел к выводу, что мне нужно создать свою собственную надстройку над Богатырем. Свой собственный фреймворк.
* * *
Когда загораешься идеей, всё остальное просто меркнет по сравнению с ней. Учёба, отношения и другие прелести мирской жизни практически перестают для тебя существовать. И пока ты не воплотишь эту идею в жизнь или пока не разобьются надежды, связанные с ней, эта всемогущая ипостась не выпустит тебя из своих оков.
Так и случилось со мной. Я сидел на уроках только физически, а мыслями был полностью в своём проекте. Мне хотелось срочно всё обсудить со своими друзьями, но короткие перемены между уроками не давали полноценно это сделать. Наконец, наступил длинный перерыв, которым я и воспользовался:
– Ребят, я уже давно хочу поговорить с вами по поводу нашего проекта. Но вся эта канитель со школьными дуэлями и тот случай, когда выскочка Одоевский чуть не убил меня – всё это сбило меня с толку на целую неделю…
– Ух, даже не напоминай, Миша, – вздохнул Александр. – Я тогда думал, всё, потеряли мы тебя. Слава богу, всё обошлось!
Я с благодарностью принял от него рукопожатие и дружеское похлопывание по плечу.
– Да уж, – хмыкнул Сергей, с кем-то переписываясь в телефоне. – Давай, рассказывай, что у тебя на уме? Надеюсь, ещё одна гениальная идея?
На самом деле новость была несколько иного характера:
– Я начал потихоньку разбираться в Богатыре, и…
– В ком? – не понял Сергей, отвлёкшись от своего смартфона.
– Это язык программирования. Наш, отечественный, – объяснил Александр.
– Никогда не слышал, – пожал он плечами. – Я далёк от ваших компьютерных терминов. И что с ним? Какие-то проблемы?
– К сожалению он имеет слишком малые возможности для создания нашего проекта.
Если мало смыслящий в программировании Друцкий ещё сохранял самообладание, то Александр просто округлил глаза и воскликнул:
– И что теперь делать, Миш? Африканский использовать? Или того хуже, китайский? Мы же годы потратим на их изучение!
– Это как так? Почему? – непонимающе спросил Друцкий, ошарашенно смотря то на него, то на меня.
– Все современные сайты в Сети – это обычные информационные странички для широкого круга лиц. Я предлагаю сделать нечто революционное, требующее больше ресурсов. Но, как и сказал, отечественный язык программирования здесь нам не помощник.
– И что ты предлагаешь? Сворачивать проект? Чёрт! Я уже настроился на горы денег, – заныл Сергей.
– Мы всё ещё можем создать социальную сеть, – заверил я Друцкого. – Только нам с Сашей придётся хорошенько потрудиться. В принципе, если написать огромную кучу кода, сверстать сайт с помощью русского языка программирования возможно. Но я хочу предложить альтернативное решение. Мы арендуем офис, найдем программистов, и с их помощью усовершенствуем этот язык.
– А поподробнее? – попросил Александр, почесав голову. – Что именно ты хочешь в нём улучшить?
– Мы создадим надстройку над языком программирования!
– Ничего не понял. Ладно. Сколько у нас уйдёт времени, если действовать по твоему сценарию? – спросил Друцкий. – Намного меньше, наверное? Или я не прав?
– На разработку уйдут месяцы, – ответил я. – Мы потратим больше времени.
– Тогда зачем нам это надо? – хмыкнул Сергей. – Ты предложил пригласить ещё людей. Пусть они и строчат этот ваш код. Какой смысл его усложнять, если это потребует больше времени?
– Понимаешь, я не хочу ограничиваться только одним сайтом. В моих планах создание множества прибыльных проектов. И в таком случае усовершенствование языка программирования в будущем сократит нам кучу времени. Вот смотри на примере. У тебя есть камень, который нужно перенести из точки А в точку Б. В данном случае перетащить один камень проще, чем построить телегу для переноски камней. Но при этом, если ты собираешься строить дом, ты будешь вынужден таскать на своём горбу уже тонны камней. В таком случае телега будет выгодным решением.
– Кажется, я тебя понял, – почесал Сергей подбородок, – В итоге, что от меня требуется?
– Финансы на аренду офиса, закупку оборудования и зарплату сотрудникам, пока проект не начнёт окупаться. Мы с Александром вернём твои вложения из своих долей, когда станем получать прибыль. Правда, Саш?
Бельский пожал плечами, и сказал «Да». Делить шкуру неубитого медведя проще простого, но когда дело дойдёт до реальных шагов, всё может измениться. В любом случае, без поддержки Друцкого мы вдвоём ничего не сможем сделать. Не с нашими обедневшими родами за плечами.
– Хорошо, – кивнул Друцкий, – я готов выступить спонсором, но при условии полной финансовой отчётности с вашей стороны. Если бы это был не ты Миша, то я вообще бы не стал связываться с этим. Но тебе я доверяю.
– И я благодарен за это, – улыбнулся я и пожал ему руку.
– Я кстати могу порекомендовать отличных программистов, – подхватил Александр.
– Вот и отлично! Торжественно объявляю – отныне с этого дня мы будем отмечать рождение нашей общей информационной империи!
– За будущий успех! – Сергей поднял телефон, словно воображаемый бокал, и зазвенел звонок.
Окрылённые идеей, мы отправились на следующий урок.
* * *
Если я и видел Марию в школе, то только на расстоянии. Определённо, после того случая девушка избегала встречи со мной. С одной стороны я мог сильно напугать её действием артефакта и светящимися глазами, а с другой она возможно испытывала вину за тот удар в спину. Тем более, она не приезжала на выходные, чтобы потренироваться со мной. В свою очередь я решил просто плыть по течению, и ждать её действий, ибо был занят делами посерьёзнее. Вообще после всего, в особенности, пыток Скобелева, я похоже сильно выгорел эмоционально. Ничто не радовало меня, практически никаких эмоций я не испытывал, всецело поглощённый своей целью.
Только зря я так обольщался насчёт эмоций. Новый преподаватель сумел-таки во мне их пробудить!
– Меня зовут Власов Игорь Сергеевич! – командным голосом рявкнул крепкий мужик в тельняшке-майке, больше похожий на спецназовца ВДВ, чем на учителя.
Из под кустистых бровей на нас смотрели суровые глаза человека, как минимум нюхнувшего пороха и участвовавшего в боевых действиях. Пока Власов говорил, его пышные усы словно жили своей жизнью, двигаясь туда-сюда на щербатом лице. На широкой груди присутствовала всё та же кустистость, как и на мускулистых руках. Этакий мужлан-горилла!
– В шеренгу стано-овись! Раз-два!
Класс исполнил приказ, и у меня в голове вдруг заиграла легендарная песня группы Status Quo – In The Army Now.
– Итак, солдаты! – произнёс он, стоя на небольшом возвышении, за которым виднелся городок, хорошо знакомый нам по Испытанию. – У меня для вас есть одна хорошая и одна плохая новость. Начну с плохой!
Все мои одноклассники переглянулись. Я посмотрел на Сергея и Александра, но они тоже не понимали, что сейчас будет происходить.
– Вы облажались! – воскликнул он, указав себе за спину. – Там на полигоне была вовсе не командная работа, а безвольное мотыляние стада баранов!
Ученики сразу загалдели, протестуя против предвзятого к ним отношения, но Власов вдруг скомандовал властным голосом:
– Тихо! – он испепелил нас взглядом, а затем продолжил, – Все вы мните себя крутыми силавирами, но это не добавляет вам мозгов. Как раз на Испытании я и увидел, что вы не способны пользоваться этим органом! Но есть хорошая новость – я всё-таки научу вас уму разуму!
– На голову отбитый, – фыркнул Сергей, как вдруг взор Власова переместился на него.
– Эй, длинный язык, быстро ко мне!
Все посмотрели на Друцкого, который начал заливаться краской. Делать нечего, пришлось подчиниться. Выйдя из строя, мой товарищ встал напротив учителя, ожидая его слова.
– Имя? Фамилия? – потребовал Власов.
– Сергей Друцкий.
Мужик нехорошо улыбнулся, и начал прохаживаться рядом с ним взад-вперёд:
– Тридцать отжиманий, солдат.
– Но, почему? – удивился тот.
– Разговорчики! Выполнять!
Серёга вздохнул, и опустился на землю, начав отжиматься. Хилым он не был, поэтому я не сомневался, что мой друг без проблем выполнит указание. Только вот его гордость стопроцентно будет уязвлена.
– Объясняю всем, вы здесь не на курорте. Заслуги, богатство и влияние ваших отцов и матерей для меня ничего не значат. Будь вы хоть цесаревичами самого Императора, я всё равно сделаю из вас настоящих воинов, как бы вы не противились этому! И конечно же научу пользоваться мозгами. Вставай, солдат. Хватит.
Друцкий с облегчением выдохнул, и поднялся.
– Молодец, парень! Хорошо справился, даже не халтурил. Значит, следующее задание тоже выполнишь без проблем!
– Какое? – выпучил он глаза.
– Скоро узнаешь. Класс, все за мной!
Власов отпустил Сергея, и тот совсем без настроения вернулся к нам:
– Напомните мне, как называется этот предмет? Муштра?
– ТОФП, – подсказал Александр. – Тактическая, огневая, физическая подготовка. Три в одном!
– Короче, муштра, – с грустью сказал Сергей. – Ну-с, посмотрим что этот деспот ещё для нас приготовил!
Мы добрались до городка, но к моему удивлению, заходить на его территорию не стали. Вместо этого Власов повёл нас в обход, и вскоре мы увидели натуральную полосу препятствий с колючей проволокой и грязевыми ваннами, как в каком-нибудь американском кино про подготовку морских котиков. Как же всё-таки хорошо, что Белов заранее подготовил меня к подобным вещам!
– Для начала мы займёмся вашей физической подготовкой. Как говорится, на Силу надейся, а сам не плошай. Сегодня ваша задача – пройти полосу препятствий за отведённое время. Кто не успел, проходит второй раз. Всем всё понятно?
– Да! – без энтузиазма ответил класс.
Среди нас были и девушки, которым наравне с парнями придётся всё это выдерживать.
– Сперва бег – один километр для затравки вокруг полосы.
Народ только вздохнул.
– Чего стоим? Побежали-побежали!
И мы принялись исполнять приказ. Я выбрал умеренный темп и сразу начал следить за дыханием. Благо, солнце уже не припекало, хоть и находилось в зените, и температура воздуха была комфортной. Лёгкая прогулка! Увы, мои друзья оказались не такими выносливыми, поэтому к концу марафона тяжело держались за рёбра, пытаясь отдышаться.
– Ребята, крепитесь! – напутствовал я, в ответ слыша лишь сдавленные ругательства.
– В шеренгу становись! – снова воскликнул голосистый мужик, заставив всех собраться. – Размялись? Растрясли чресла, или как там у аристократов говорят?
– Всё понятно, – сплюнул Друцкий. – Этот солдафон из простого народа. Безродный, наверное. Вот и мучает нас, пользуясь служебным положением!
– Вот не свезло то как! – вторил Александр.
Я лишь усмехнулся – избалованные и изнеженные дети буржуа оказались перед лицом человека, для которого все их титулы не имели никакого значения. Интересно, какое звание имеет Власов? По сути, он ничего нам о себе не рассказал, а сразу хватанул быка за рога.
– Итак, кто из вас, подающих надежды силавиров, покажет нам, как надо проходить общевойсковую полосу препятствий? – спросил он, хитро прищурившись.
Тишина. Никому не хотелось первым идти сквозь огонь и воду.
– Длинный язык! – неожиданно позвал Власов. – Быстро ко мне!
– Ну, блин! Снова я! – выругался Друцкий, но всё-таки подчинился, и встал возле учителя.
– Похоже, только ты у нас – единственная надежда Империи, – наигранно произнёс наш препод, похлопав его по плечу. – Твоя задача: пройти полосу не дольше, чем за три минуты.
Сергей с сомнением посмотрел в сторону высоченной лестницы в центре полосы, многочисленных заборов, брёвен, колючей проволоки, покрышек и прочих разностей. А потом как-то грустно взглянул на нас с Александром, что и послужило для меня поводом к действию:
– Товарищ, Власов! Можно, я пойду вместо него?
– Как тебя звать, солдат? – спросил он, оценивающе посмотрев на меня.
– Юсупов Михаил.
– Решил за друга отработать?
– Никак нет! Но хочу испытать себя.
Власов широко улыбнулся, после чего произнёс:
– Мне нравится твой настрой, солдат! Бегом к стартовой черте! А ты, Друцкий, можешь быть свободен. Пока…
Сергей с благодарностью кивнул мне, и вернулся к остальным. А я двинулся к асфальтированной дорожке с белой чертой и надписью «старт». С одной стороны, я хотел помочь другу. Ведь, судя по всему, препод решил сделать из него постоянного мальчика для битья за его необдуманную фразу. С другой, хотелось проверить свои навыки, физическую силу и выносливость.
– Ну а теперь, ребята, краткий инструктаж, – сказал всем Власов. – Впереди вас ожидает стандартная общевойсковая полоса препятствий. Здесь солдаты проверяются на прочность. И, как вы, наверное, уже догадались, Силой при прохождении полосы пользоваться нельзя.
Среди класса ожидаемо послышались недовольные возгласы.
– А как вы хотели? На войне у вас не будет ни особняков, ни машин, ни верных слуг, которые подотрут вам зад. Только окопы, вражеская техника на горизонте, и надежда прожить ещё один день.
– Истину глаголит, – сказал кто-то.
– Разговорчики! – вдруг рявкнул Власов. – Итак, Юсупов, у тебя есть ровно три минуты, чтобы пробежать дистанцию. Впереди тебя ждёт много лестниц и мостков, а так же канат и колючая проволока. Но всё это ерунда, ведь во-он там стоит высоченная лестница, – сказал он, указав на возвышающийся объект.
– И что с ней не так?
– Ничего. Но если сорвёшься с лестницы, то гарантированно искупаешься в грязевой ванне, – развёл он руками. – Так что, не забывай следить за вестибулярным аппаратом. Ну что, готов?
– Всегда готов!
– Тогда пошёл! – приказал Власов, и со всей мочи подул в свисток.
Я трусцой побежал вперёд, поддерживаемый криками друзей и одноклассников. Первым делом пересёк полосу покрышек, после чего передо мной предстал двухметровый забор. Разбежавшись, я без проблем перемахнул через него, и спрыгнул уже на той стороне. Но, как оказалось, это была ошибка – с забора к «сломанному мосту» вела жердь, которая должна была сэкономить мне время. Вместо этого пришлось подняться по вертикальной металлической лестнице на сломанный мост, а затем прыгать с одной его секции на другую, пока я не очутился рядом с другим препятствием – «сломанной лестницей». Все эти на вид однотипные названия я помнил ещё со службы в армии, когда нас молодых солдат постоянно гоняли по таким же полосам препятствий.