Текст книги "Трудный путь попаданца (СИ)"

Автор книги: Альберт Верховен

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)

– Не беспокойтесь, тот, кто мне дал это, лучше всех знает, что такое прах Иссоховой Порчи, – авантюрист как-то странно засмеялся и продолжил, – если откроете шкатулку в присутствии мага, он может распознать Некротические эманации, будьте осторожны! Обладание этим порошком может привести на плаху даже такого высокородного, как вы. Касайтесь его только надев перчатку, а после обязательно сожгите её и шкатулку, так не останется никаких следов, способных вас выдать. Лучше всего будет высыпать содержимое шкатулки на кресло вашего батюшки, ведь кроме него там вряд ли кто посмеет сидеть. Так велел сказать тот, кто передал мне это.

– Да кто это вообще, и с чего он взял, что я собираюсь сделать такое? – занервничал молодой человек.

– О, не волнуйтесь, это очень умный и догадливый… некромант, и он всецело на вашей стороне. Более того, он заинтересован помочь и со второй проблемой – вашим старшим братом. Если вы готовы выслушать, то я сообщу вам суть его замечательного плана, и научу как правильно воспользоваться содержимым шкатулки.

Глава 15

Продолжение интерлюдии.

За окнами личных покоев уже начали сгущаться сумерки, а Максимилиан всё сидел за столом с тревожными мыслями поглядывая на шкатулку и перчатку, лежащие перед ним.

Всё пошло не по его плану, но как к этому относиться? Мерзавец Зеппин, который раньше «ел у него с руки» вдруг странно изменился – осмелел и будто бы повёл свою игру. Но он для такого мелковат, скорее за ним кто-то стоит. Например, фигура неизвестного некроманта, о котором он наотрез отказался говорить, якобы желающего помочь. Ни в какое бескорыстие Макс не верил хотя бы потому, что сам не был таким, и это лишь добавляло подозрительности. Лучше бы сразу назвали цену, но нет! Этот неизвестный не требовал для себя какой-либо награды, а Дозель просто получал деньги за свои услуги.

Вот и предложенный им план по устранению Закарии тоже был каким-то странным – зачем всё так усложнять? Да, с одной стороны, арбалетный болт в спину или кинжал наёмного убийцы в тёмном переулке – это быстро, надёжно, но слишком подозрительно. Последнему идиоту станет ясно, что смерть брата выгодна только Максимилиану. А вот если брат пропадёт без вести, да не где-нибудь, а в Землях Нежити, будет гораздо меньше подозрений в его причастности. Отправившиеся в эти опасные места гибнут и пропадают десятками, а то и сотнями, этим никого не удивить. И вина лежит исключительно, на них самих.

Подумав об этом Макс довольно улыбнулся, такие мечты всегда приятно грели душу. Конечно, был и минус, чтобы признать пропавшего погибшим, по законам королевства Далиссиан, должен пройти какой-то срок – два или три года, Макс не знал точно. Но ставка в этой игре не пара стоптанных сапог, а целое герцогство, есть смысл подождать. К тому же в случае ошибки его голова будет висеть на острие пики прямо посреди центральной городской площади, тут уж точно не стоит торопиться, лучше лишний раз подумать. Время у него есть, он ещё достаточно молод.

В этом плане смущало лишь одно – в чём выгода некроманта? Дозель заработает свои деньги заманив жертву и сыграв роль проводника. Вывод напрашивался один – ему нужна жизнь и тело Закарии. Наверняка для каких-то своих нечестивых и жутких некромантских ритуалов.

То, что брат возможно умрёт в страшных муках, или будет обращён в нежить, а то и вовсе лишится посмертия – все эти ужасы ничуть не трогали душу Максимилиана. Лишь бы это никак не повредило ему и его целям. Он вообще был очень подозрителен и недоверчив, и ситуация к тому располагала. С другой стороны – о нём заботились, не желали его провала, объяснили, как всё правильно сделать и не попасть под подозрение в связях с некромантией. Предлагали помощь в устранении Зака. Но всё-таки был подвох, не могло его не быть, и он всё думал и думал, пытаясь его найти.

Однако, время около полуночи, отец наверняка давно покинул свой кабинет, а горничные как раз должны закончить уборку. Пора действовать. Он встал, глубоко вздохнул, чтобы справиться с внезапно накатившим страхом, спрятал под одежду шкатулку с перчаткой и вышел за дверь.

На этаже в начале коридора, ведущего от лестницы к кабинету отца, постоянно дежурят два гвардейца. Дверь в кабинет от них шагах в двадцати и её прекрасно видно. Вот об этом Макс совершенно позабыл, с удивлением, едва не столкнувшись с ними нос к носу. Точнее – упустил из виду, ведь мы же не держим постоянно в голове, что, к примеру в спальне у нас стоит шкаф. Вот и молчаливо стоящие гвардейцы проходили в памяти где-то по статье «мебель».

Но сейчас не тот случай. Быть замеченным там Максимилиан не желал категорически, нужно срочно придумать что-то, иначе поздний визит, несомненно, вызовет подозрения. Его стало слегка потряхивать от волнения. Они же, уставились на него с немым вопросом в глазах. Необходимо сплавить отсюда обоих, хотя бы на три минуты, но как? Даже если один отправлялся куда-либо с поручением, второй неотлучно был там. Макс лихорадочно искал выход, но в голову, как назло, ничего не приходило, положение становилось безнадёжным…

Вдруг, из кабинета вышла молодая рыжеволосая горничная с веником и ведёрком, взглянула на него большими зелёными глазами, ставшими ещё больше от испуга. Девушка тихо охнула, повернулась и быстро пошла прочь по коридору.

«Вот оно!!» мелькнула мысль, план мгновенно сложился. Подождав, когда она скроется, Макс с надменным видом обратился к одному из гвардейцев: «Догони её и приведи сюда. Только не шуми и не беги как вепрь по лесу, не хватало весь замок на ноги поднять!» – гвардеец с явной неохотой повернулся и не торопясь пошёл за горничной.

Это как раз и было нужно. Когда и он скрылся, Макс сделал вид, что передумал и обратился ко второму: «Пожалуй нет! Догони их, и вместе отведите её в мои покои. Если эта дрянь вздумает сопротивляться поможешь её туда доставить. Потом, один пусть останется с ней, а второй придёт сюда, я подожду тут».

– Простите, милорд… – хотел что-то возразить гвардеец, но юноша грозно повысил тон.

– Я не понял, ты собрался мне перечить⁇ – служивый опустил голову и неспешно побрёл следом за своим товарищем.

Пока его спина не скрылась, Максимилиан вспоминал, что уже пару раз обращал внимание на эту симпатичную служанку. Даже представил, как пристегнёт её к стене специальными кандалами, на коротких тонких цепочках. В тайне от всех, в дальнем конце своих покоев, приказал оборудовать комнатку для удовлетворения желаний, скрытых в самых дальних уголках его души. Вот там то он и пристегнёт её, с раскинутыми в стороны руками, приказав широко расставить ноги… Но сначала заставит раздеться, глядя в полные слёз и страха красивые, зелёные глаза. Он ведь очень тонко чувствует всё прекрасное. Когда она дрожащими руками снимет с себя одежду, и обездвиженная станет поскуливать и умолять, он возьмёт какой-нибудь предмет её белья, например белый чулок, и обвязав вокруг шеи слегка потянет за концы…

Задумавшись, едва не упустил момент, когда скрылся из виду гвардеец, затем быстро метнулся к двери и рывком распахнув её, проник внутрь. Там было темно, но света звёзд за окном вполне хватало, чтобы рассмотреть всё, что нужно. Осторожно положил на заваленный бумагами стол шкатулку, надел на руку перчатку, которая села просто идеально, затаил дыхание и открыв её заглянул внутрь. На дне, матово поблёскивала небольшая пригоршня мелкого чёрного порошка, похожего на угольную пыль.

Взглянув на это Макс был слегка разочарован. Он и сам не знал, что ожидал увидеть, но то, за что заплатил огромные деньги, вовсе не впечатляло. Ладно, главное, чтобы сработало так, как нужно. Он осторожно высыпал порошок на сидение кресла, перед рабочим столом отца. Вдруг, вещество засветилось насыщенным фиолетовым светом, и словно плавясь стало просачиваться сквозь мягкую обивку. Когда последняя крошка проникла внутрь, сияние погасло, и комната погрузилась в темноту.

ВСЁ! Путь назад отрезан, первый ход сделан, камень сброшен с горы. Теперь остаётся только ждать, какой силы камнепад это вызовет, к каким разрушениям и жертвам приведёт и изо всех сил стараться самому не попасть под него.

У Максимилиана неожиданно скрутило желудок от страха, к горлу подступила тошнота, на миг показалось, что он оставит свой ужин прямо тут на отцовском столе. Собравшись с силами, часто и глубоко вдыхая, чтобы прогнать рвотные позывы он пошёл к выходу, бросив улики в догорающие поленья камина.

Проглотил обильную, густую слюну, постепенно приходя в себя. Взглянул на приближающихся и отчего-то довольных гвардейцев, сделал сердитое лицо: «Вы плохо поняли мой приказ? И где эта девка?»

– Прошу прощения, милорд, но девушку забрал в свои покои ваш брат, мы не могли ему перечить, – при этом на лице у негодяя сияла радостная улыбка.

Максимилиан сжал зубы: «снова Закария его опередил! Как всегда! Но теперь уже ненадолго, скоро всё изменится, и тогда все получат по заслугам. ВСЕ! И его ненавистный брат, и эти смеющиеся над ним гвардейцы и эта девка. Уж она точно получит по полной… Он не опустит плеть, пока не устанет рука!»

* * *

Интерлюдия. Лесса.

Лесса закончила уборку в кабинете его светлости и вышла в коридор, где увидела стоявшего с гвардейцами милорда Максимилиана. Холодная волна страха пробежала по спине, когда он поднял глаза. Она увидела заинтересованность во взгляде, отчего пришла в ужас. Чем кончается такой интерес со стороны младшего сына герцога, девушка слышала не раз. Резко повернувшись, она пошла прочь по коридору, сама не зная куда, лишь бы подальше, изо всех сил заставляя себя не перейти на бег и опасаясь услышать окрик в спину. Завернула за угол, прислонилась к стене, переводя дыхание. Похолодев, услышала приказ гвардейцу вернуть её, развернулась и побежала на ватных, подгибающихся ногах по тёмному коридору. Преследователь похоже не хотел шуметь, и молча бежал следом, быстро сокращая расстояние. Поняв, что ей не уйти, почти ничего не соображая от страха, не глядя, куда бежит, Лесса толкнула ближайшую дверь, украшенную позолоченной резьбой, и ввалилась в большую, богато обставленную комнату.

Слева, на мягком диване сидел юноша, листавший какую-то книгу. Едва ли он ждал гостей, из одежды на нём были только короткие лёгкие бриджи, и мягкие домашние туфли. Он удивлённо взглянул на девушку, и та его сразу узнала. Ноги окончательно её предали, она мягко опустилась на колени. За дверью уже слышался топот гвардейца, и собрав всю свою храбрость, она подняла полные слёз глаза и пролепетала: «Милорд! Позвольте провести эту ночь с вами…»

* * *

Выехали ещё затемно, Милош залил полный бак и мы, сонно зевая покатили в сторону далёких развалин. Несколько раз нас останавливали патрули, проверяли на блокпостах, но документы, полученные в ВГА, подозрений не вызывали и всякий раз мы двигались дальше. Когда разруха вокруг стала принимать совсем уж эпические масштабы, Мартин перебрался на переднее сидение и как заправский штурман прокладывал наш курс.

К той, полуразрушенной котельной подъехали ближе к вечеру. Вышли из пикапа, проверили оружие, и Мартин повёл нас в здание.

– Вперёд меня не лезьте, тут кое-где ловушки сделаны. Наши все знают, а вы можете и не увидеть. – Милош улыбнулся, провёл сыну рукой по волосам.

– Давай посмотрим сынок, чему я тебя успел научить.

Я пропустил их вперёд, поглядывая по сторонам и наблюдая картину, словно опытный инструктор принимает на местности экзамен у молодого подрывника.

Уже в следующем помещении наткнулись на два мёртвых тела – сработала простая растяжка. Мартин осмотрел погибших, но никого не опознал. На первый взгляд времени прошло не больше двух суток. На душе сразу стало тревожно, и мы поспешили дальше. Пройдя через лабиринт коридоров и подсобных помещений, вошли в комнату, более всех похожую на жилую. В ней царил жуткий бардак – всё перевёрнуто вверх дном и хуже всего – на полу и стенах виднелись следы крови. К счастью, не очень много, но учитывая, что здесь должны быть дети, напряглись мы очень сильно.

– Мартин, какие мысли на это счёт? – взглянул на хмуро сжимающего автомат парня.

– Похоже дикие какие-нибудь забрели. Из местных, скорее всего могла напасть банда «Бубновых», они больше других к нам цеплялись. Я их всех в лицо не знаю, но Джокер – их главарь, всё на Марику посматривал.

Я вспомнил худенькую, симпатичную девчонку, с пистолетом под курткой и спросил: «А сколько же лет этому Джокеру? Маринке вашей на вид тринадцать-четырнадцать».

– Марика её зовут, ей пятнадцать уже, просто худая и выглядит младше. Джокеру, толком не знаю, лет семнадцать наверно. У них в основном все такого возраста, плюс-минус пару лет.

– Много их?

– Точно не скажу, но не меньше десяти будет.

В это время, раздался какой-то шорох из угла, прикрытого перевёрнутой набок кроватью. Мы вскинули оружие и приготовились стрелять.

– Стойте! Не стрелять, там Крысолаз!

– Чего? Какой ещё косоглаз?

– Стас, ты глухой или контуженый⁇ – мелкий наглец совсем не уважал старших. – Крысолаз это наш младший, там у него секретный лаз. Стойте спокойно!

Он подошёл к углу комнаты, наклонился и заорал: «Крыс! Мелкий, ты там? Это я, Страйкер! Вылезай, давай!»

Через некоторое время в углу что-то зашебаршило, раздалось натужное пыхтение, кровать посунулась в сторону, и на свет выбрался весь грязный, словно трубочист после тяжёлой смены, пацан лет семи. Блеснув белозубой улыбкой на грязнущей физиономии, с криком: «Стлайкел, блатан!!!» – кинулся на шею Мартину.

Размазывая слёзы по чумазым щекам, он всхлипывал, пытаясь рассказать, что произошло. Мартин его остановил, прямо-таки командирским распоряжением: «Отставить гундёж! Сначала успокойся, приведи себя в порядок, и тогда доложишь о всём случившемся за время моего отсутствия!»

На мелкого это подействовало наилучшим образом, он перестал реветь и шмыгая носом пошёл следом за нами к пикапу. Там, поливая из большой канистры устроили ему помывку. Переодели в толстую тельняшку доходящую ему чуть ли не до пяток, с такими же длинными рукавами. Кое-как подогнав её по размеру, подпоясали ремнём. Видок, конечно, вышел хоть стой хоть падай, но выбор был небольшой – или так, или голышом, его старые тряпки были уже совсем ни на что не пригодны.

Решив ночевать здесь, загнали пикап прямо внутрь большого здания, разместив его так, чтобы ни дай Бог, не зацепило осколками от возможного взрыва. Наставили вокруг столько мин и растяжек, что, как пошутил Страйкер, «захочешь ночью пойти отлить, без карты минных заграждений лучше не суйся».

Как сумели, привели в порядок жилую комнату и стали слушать рассказ Крысолаза, прерываемый чавканьем, грохотом ложки о стальную миску и сёрбаньем сока из картонной упаковки. Проголодался малец зверски!

– Колоче, это шныли Джокеловские наехали, отвечаю! Гавлоша ланили, Малику увели, общак клысанули, сявки!

Я выпучил глаза и посмотрел на Страйкера. Шкет не выговаривал букву «р», так ещё и «ботал по фене» как уголовник-рецидивист. Тот, поймав мой взгляд, дал мальцу лёгкий подзатыльник и сказал: «Он перед тем, как к нам попал, с какими-то натуральными урками скитался. Вот до сих пор отучить не можем. А ты, давай нормально рассказывай, позоришь меня тут!» – строго глянул на присмиревшего пацана.

Суть его рассказа сводилась вот к чему – на них напали те самые «Бубновые», но главаря он среди них не видел. Двое сразу подорвались на растяжке в низу, ещё нескольких ранили или убили Гаврош с Марикой. Мелкий божился, что самолично «подстлелил здоловенного чолта», а когда бандиты почти ворвались в комнату, успел нырнуть в узкий лаз. Его не заметили, но он слышал, что налётчики перерыли всё, нашли тайник с отрядной кассой, и забрали с собой девчонку.

По их разговорам выходило, что кто-то из ближайших подручных этого Джокера решил прогнуться перед боссом и сделать тому сюрприз, «шикарный подарок на днюху». Возможно знали, что Страйкера с ними не будет, а оставшиеся серьёзного сопротивления оказать не смогут. Ошиблись, этот налёт стоил им как минимум двоих подтверждённых двухсотых, а если верить мелкому, то и нескольких трёхсотых.

Выходит, Марика действительно нравились их боссу. Это можно посчитать как положительный факт, значит с ней ничего плохого не сделают, не убьют и не изнасилуют, ведь подарок принято дарить не пользованным. Ещё можно надеяться, что её несколько дней будут где-то прятать и просто охранять, ведь о подарке для босса нужно позаботиться заранее. Лучше за несколько дней. Так, что есть шансы отбить её у бандитов целой и невредимой.

– А что с Гаврошем? – спросил Мартин у объевшегося и буквально засыпающего младшего товарища.

Тот встрепенулся, разлепил глаза и борясь со сном, продолжил рассказ. Непонятно, почему не добили Гавроша – может решили, что сам истечёт кровью. Но когда они ушли, Крысолаз вернулся, как смог оказал тому помощь и помчался на дорогу, где иногда проезжали военные патрули.

На его счастье, один такой остановился, когда в свете фар появился перепуганный пацан. Хорошо, что от неожиданности никто не стал стрелять. Его выслушали и даже согласились помочь, хотя запросто могли бы забить болт на просьбы ребёнка. Тут всякое бывает, этот мир весьма жесток. В общем, Гаврош сейчас лежит в их госпитале, его прооперировали, жизни ничего не угрожает. Кормят хорошо, мелкий его сегодня утром навещал.

В процессе повествования голова юного рассказчика склонялась всё ниже, голос становился тише, язык заплетался. Наконец он положил голову на руки и заснул прямо на столе. Милош осторожно отнёс мальчишку на кровать и бережно укрыл одеялом. Мы втроём сели поближе, заварили свежего крепкого чаю и стали разрабатывать план дальнейших действий. Разговор предстоял долгий.

Глава 16

Здесь и в дальнейшем, те части глав, в которых присутствуют эротические сцены, будут помечаться знаком 18+. Если вам не интересен подобный контент, можете просто пропустить эти части. Если вам понравилось, пожалуйста поставьте лайк и оставьте комментарий. СПАСИБО!

Черновой план накидали быстро, даже удалось несколько часов поспать. Утром, после завтрака решили начинать с рекогносцировки местности. Мне, если честно, было страшновато отправлять на разведку детей, особенно мелкого восьмилетнего босяка, но Мартин заверил, что Крысолаз своё дело знает. И правда, если он тут не пропал столько времени, а последние несколько дней даже в одиночку, то слишком уж волноваться не стоит. В любом случае, обстановку они знают получше нас с Милошем.

Не было их почти до темноты, явились голодные, грязные, но не с пустыми руками. Некоторой информацией они смогли разжиться. Во-первых, нашли и понаблюдали за основной базой этих «Бубновых». Они настолько обнаглели, или просто были откровенными дебилами, что даже не выставляли постов. Чем была вызвана такая беспечность, я понять не мог. Мартин в большом блокноте как умел, чертил план расположения базы противника и возможные подходы к ней.

А вот с девочкой было сложнее. На основной базе наши наблюдатели её не видели, но это конечно, не показатель. Наблюдали из окна высотки напротив, всего несколько часов. В окружении Джокера её не обнаружили. Несколько членов банды, по одному или группами, временами уходили куда-то, потом возвращались, но проследить удалось не за всеми. Результаты были обнадёживающие, кое-что мы узнали, но этого пока маловато. Решили продолжать наблюдение – главное выяснить, где держат Марику, по большому счёту, нам нужна только она, остальную банду можно не трогать. Во всяком случае сейчас…

* * *

Продолжение интерлюдии. Лесса.

Юноша порывисто встал, подошёл к ней и помог подняться. Видимо он тоже расслышал шум за дверью, глянул на неё и вышел.

– Фелтон, Нолл, вы что тут делаете? – строго, но вполне дружелюбно, как ей показалось, обратился к гвардейцам. Её слегка удивило, что он знает их по именам.

– Так это, милорд… тут девушка…

– Я уже догадался, что это не парень, Фелт, – усмехнулся Закария, – она пришла ко мне… э-э-э, помочь подготовиться ко сну. А вам то, что от неё нужно?

– Так это… ваш брат, он…

– Мой дорогой брат вполне взрослый юноша и думаю, найдёт себе другую помощницу на этот вечер. И даже без вашей помощи так, что можете возвращаться к своим обязанностям.

Вернувшись в комнату, он с интересом начал разглядывать весьма симпатичную девушку. Лессе стало немного неловко хотя, услышав, что она не достанется его брату, испытала такое счастье и облегчение, что всё остальное теперь было совершенно не важной чепухой.

– Тебя зовут… – он немного задумался, – Лесса, верно?

– Да, милорд Закария, смутилась девушка, польщённая тем, что наследник помнит её имя.

– Знаешь, я вообще-то не имею привычки использовать прислугу для согревания моей постели, – говоря это юноша немного волновался, он не имел большого опыта в беседах на интимные темы, – тем более, если девушка пришла ко мне не по своей воле. Ведь ты же просто не хотела попасть этой ночью к Максимилиану, и поэтому попросилась ко мне? Так?

Не в силах врать господину, она только опустила глаза и закивала головой.

– Что же, я думаю, тебе больше не о чем волноваться. В любой момент можешь сказать, что я прямо сейчас крайне нуждаюсь в твоей помощи, и страшно расстроюсь, если тебя кто-либо задержит хоть на минуту. Ты всё поняла? Прекрасно, а теперь можешь идти.

Лесса уже повернулась к двери, но вдруг ясно осознала, что вовсе не хочет уходить. Вспомнила, как она не раз, украдкой поглядывая на молодого господина, испытывала какое-то странное томление в груди, и даже иногда представляла себя с ним наедине.

У неё не имелось богатого сексуального опыта, первым мужчиной был подвыпивший сын управляющего, зажавший ей рот и задравший юбку в кладовке, на куче грязного белья. Стыд, отвращение и немного боли – вот и всё, что она почувствовала от своего первого раза. Потом, два раза красивый, высокий гвардеец, в пустой караулке. Он ей даже немного нравился. Но всё как-то наспех, на неудобном топчане. Больше всего запомнилось сопение над ухом и запах вина и чеснока. Девушки поопытнее рассказывали, что это может быть невероятно приятно, но ей, похоже не повезло. Вот только почему-то она была уверена, что с этим юношей, было бы всё по-другому.

Несколько девушек пытались забраться в постель к милорду Закарии, но получали, что называется, вежливый отказ. Она сама бы ни за что не осмелилась просить его ни о чём подобном. Но сейчас, когда всё так сложилось, и сама судьба заставила её оказаться тут и произнести эти самые слова, неужели она теперь просто уйдёт? Может всё же следует попытаться?

Она глубоко вздохнула, как перед прыжком в холодную воду, повернулась и уверенно взглянула в его глаза, – Милорд, позвольте мне остаться… – щёки стали наливаться румянцем, но она продолжила, – я мечтала об этом, всякий раз, когда видела вас, но не решалась… я не очень умелая в этих делах, но я постараюсь… – теперь покраснели даже ушки.

Ей показалось, что щеки юноши тоже самую малость порозовели, он пристально глянул в её глаза, улыбнулся и спросил, – хочешь немного вина? – она лишь пожала плечами.

Закария подошёл к столику у окна, взял кувшин, налил вино и поднёс ей. Лесса потеряла дар речи – наследник герцогства подаёт вино служанке⁇!! Да где такое видано⁇ Парень похоже понял, что так её удивило, рассмеялся и сказал, – забавно, да? Бери, не стесняйся. Я не безрукий калека, и многое делаю сам, не вызывая слуг. Пусть это будет нашей маленькой тайной, ты не против?

* * *

18+

Закария притушил освещение, оставив лишь небольшой светильник. Они присели на мягкий, удобный диван, после нескольких глотков чувство неловкости ушло, по телу стала разливаться приятная лёгкость. Юноша положил руку ей на затылок, мягко повернул к себе и осторожно поцеловал. Девушка испуганно напряглась, но уже через миг тело расслабилось, и Лесса несмело ответила на поцелуй. Несколько минут они нежно изучали губы друг друга, но тут она почувствовала, как его язык проникает в её рот. Секундное замешательство, и она робко ответила ему тем же. С каждым поцелуем у них получалось лучше, возбуждение охватывало всё сильнее.

– Тебе понравилось так? – немного смущённо спросил парень. Лесса улыбнулась и часто-часто закивала. Он понизил голос почти до шёпота, словно доверял ей какую-то тайну, – я про это прочитал в одной книге, но попробовать довелось вот только с тобой. – Потом хитро подмигнул ей, – там ещё много интересного, я тебе покажу. Только отцу не стоит знать, что за книгу я читал, иначе мне не поздоровится, – и весело рассмеялся.

Они снова начали целоваться, рука юноши незаметно проникла под платье и принялась приятно гладить грудь. Дыхание стало глубже, губы Закарии перешли на шею, и в низу живота разлилось благостное тепло. Юноша аккуратно освободил её от одежды, ей пришлось немного помочь. Его книжного опыта явно не доставало. Положив её спиной на диван, принялся ласкать руками грудь, а губы, нежно порхали по её лицу, губам, шее, заставляя сердце биться всё быстрее. Рука юноши соскользнула с груди по животику, прямо вниз, поглаживая узкую, молодую щёлочку, вызывая протяжный вздох. Она обняла его за плечи, прижимая к себе, и страстно целуя в ответ. Его пальцы нашли самое чувствительное место, и девушка тихонько застонала, а её маленькая тесная пещерка уже вовсю сочилась любовной влагой. Закария раздвинул её ножки, приставил ко входу свой возбуждённый член и несколько раз потёрся им, вызывая сильный всплеск вожделения у Лессы. Осторожно стал вводить его, дойдя до половины остановился и начал легонько двигаться вверх-вниз, проникая всё глубже. Каждое движение отдавалось волной удовольствия по всему телу, она издавала стоны, охи, покусывала губки и прикрывала глаза.

Вдруг он остановился, нежно погладил девушку по грудям и животику, приподнял её бёдра, а ножки положил себе на плечи. Неожиданно, резким движением, до конца вошёл в разогретую дырочку, вызвав вспышку таких ощущений, что у неё перехватило дыхание. Он всё ускорял и ускорял темп, она не могла больше сдерживаться и вскрикивала каждый раз, когда его член погружался полностью. Наконец, у неё что-то словно взорвалось внутри, разнося по телу волны эйфории. Она едва смогла почувствовать, как юноша застонал, дёрнулся прикрывая глаза, и выплеснул на животик тугую, горячую струю семени, доставшую ей до подбородка. Кончив, он рухнул рядом с ней на диван тяжело дыша и, стал ласково поглаживать её плечи, грудь и бёдра.

Отдохнув, они продолжили на большой кровати в соседней комнате. Когда на рассвете она, пошатываясь от приятной усталости покидала его, раскинувшийся как морская звезда, обнажённый юноша только поднял голову, улыбнулся, едва слышно прошептал, – жду тебя вечером, – и упал лицом в подушки.

* * *

Проводив ранним утром весь мужской контингент, женская часть оставшись на базе, занялась привычными делами. Если у троих девушек уже сложились какие-то взаимоотношения, например Виктория с Милой стали практически подружками, то Фаризу они брать в свою компанию не спешили. Этим воспользовалась добродушная и хозяйственная Кира, взяв новенькую под свою опеку. Возможно, сорокалетняя женщина относилась к молоденькой девушке, как к старшей дочери, не забывая при этом давать ей задания по хозяйству.

Когда девушки вышли на ставшую уже привычной разминку, Фаризу, живущую в отдельной комнате, естественно, никто не позвал. Однако, вскоре она сама вышла на задний двор, где была тренировочная площадка, и с независимым видом, начала разминочный комплекс по собственной программе. После лёгкой пробежки, основной упор делался на растяжку и гибкость.

Поначалу девчонки делали вид, что не обращают внимания, как миниатюрная, гибкая девушка свободно садится на продольный и поперечный отрицательные шпагаты и изгибается словно ивовый прутик. Но после, она начала репетировать какие-то хореографические этюды – смесь восточных танцев и художественной гимнастики. Причём, иногда использовала вспомогательные предметы – разноцветные шёлковые ленты, небольшой бубен, и даже кинжал. Движения были настолько отточено-красивы, зрелище имело прямо-таки гипнотическую притягательность. Когда она закончила кружиться, вокруг площадки с открытыми ртами стояли все три девушки. Первой молчание нарушила Милодора:

– Ты хорошо танцуешь, долго тебя обучали?

– С пяти лет, госпожа, – скромно ответила та.

– Я бы хотела позаниматься по твоему комплексу растяжкой. Дашь мне пару уроков? – как бы невзначай задала вопрос Анастасия.

– С радостью госпожа, – просияла смуглянка, – но только… я должна предупредить, что начинали нас учить ещё в детстве, и это были очень болезненные уроки… я бы не хотела, чтобы вы…

– За меня не волнуйся, я представляю себе, что это такое, и мне не привыкать переносить боль, – улыбнулась в ответ Настя и похлопала её по плечу.

Так, слово за слово, и глухая стена отчуждения начала становиться немножко ниже и тоньше.

Вечером, после ужина, когда все пили чай со свежей, ароматной выпечкой Киры Вика, весь вечер поглядывающая на восточную красотку, наконец решилась на разговор:

– Фариза, ну расскажи нам, за какие такие заслуги, нашего Стасика одарили столь ценным подарком? – особым ударением она отметила слово «нашего». Но бойкая наложница ухватилась за другое слово, и сверкнув карими очами гордо ответила:

– Вы правы госпожа, такие девушки как я очень ценны, и далеко не каждому… – Вика скривилась, словно глотнула скисшего молока и перебила её, – не называй нас «госпожами». Терпеть не могу эти рабские замашки!

– Виктория, не стоит так реагировать. Девушка прекрасно воспитана и обращается к нам по всем правилам, как и следует при её статусе, – веско заметила Милодора.

– Ко мне обращайся просто Виктория, я не желаю иметь с таким позорным пережитком прошлого как рабовладение ничего общего! А вы – как хотите! – вскинулась Вика, но быстро успокоилась и продолжила, – так чем же он заслужил такую ценность?

– Господин Станислав чем-то сильно помог моему бывшему хозяину, а он очень богатый и влиятельный человек в наших местах…

– Но почему его премировали именно тобой? – с любопытством истинного учёного допытывалась Вика, – или он сам тебя попросил у твоего хозяина?

– Вика, ну что ты насела на бедную девочку, – с жалостью в глазах попыталась закруглить расспросы Кира.

– Нет, мне всё-таки интересно. Согласитесь, это не бутылка двадцатилетнего виски, не золотой перстень, не пачка долларов, не ключи от Бугатти, в конце концов. Такие подарки на ровном месте не дарят, тут что-то нечисто! И я подозреваю, что наш дорогой… друг приложил к этому если не руку, то вполне очевидный орган!