Текст книги "Нас учили рисковать"

Автор книги: Альберт Байкалов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 17 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

Так удалось узнать, что Саиду платили почти все чиновники городской администрации, причем не из своего кармана, а списывали бюджетные деньги на самые нелепые проекты. Но и Саид не был последним звеном в этой цепочке. Большой процент он отдавал некоему Абубакару по кличке Слон. Еще он «грел» Хусейна, которого недавно сменил Ханпаша. За это моджахеды обеспечивали ему прикрытие от тяжеловесов в виде чеченских группировок и отрядов боевиков. Бизнес был поставлен на широкую ногу, а тех, кто пытался выйти из него, строго наказывали. Так, например, заместителя министра по строительству застрелили за столом в собственном кабинете за то, что не смог украсть часть выделенных из бюджета денег на строительство детского сада и школы. Уже через неделю его место занял другой, более опытный в этих делах и сговорчивый человек. Но главной задачей теперь было выбить из Саида информацию о Ханпаше. Ведь, как сказал старик, бандиты, оказывается, успели наладить контакты после гибели Хусейна. Теперь Антон с Гусевым плавно подводили разговор к этой теме.

– А что делать, начальник? – Саид развернулся на табурете и показал взглядом на сидящего на корточках спиной к нему парня. – Например, вот ему? Это Махмуд. У него мать больная, отец умер, семь братьев и сестер младше него. Сам он четыре класса окончил, читает с трудом. На стройке три месяца работал, ни копейки не получил. Работы нет, а жить надо. Зато на какое красивое место ни посмотри, дворцы настоящие стоят. В любом можно поселить всех людей, кто в нашем селе живет. Разве справедливо? Вот и пришел он ко мне. Я ему работу дал. Он теперь домой деньги приносит.

– А где берет? – насмешливо спросил Гусев.

– У тех, кто ворует, часть отбирает, и все. Никакого криминала. Министр здравоохранения десять миллионов долларов украл. Купил оборудование по ценам, которых нигде нет. Мы к нему пришли, половину забрали. И ему хорошо, живой остался, и люди заработали.

– Откуда такую информацию получал? – нахмурился Антон. – Не по телевизору же чиновники рассказывают, у кого и сколько украли.

– Все в республике знают, – уклончиво ответил Саид.

– Фатима тоже тебе платила? – прищурился Михаил.

– Доктор – другое дело, – отвел взгляд в сторону боевик.

– Скажи мне, Саид, – Антон оперся руками в крышку стола. – Как ты связываешься с Ханпаши Газиевым и где он сейчас?

Даже в полумраке разогретого осенним солнцем ангара было видно, как бледнеет лицо ингуша.

– Кто такой? Не знаю…

– Ты только что говорил, что ему часть денег отдаешь, – напомнил Гусев.

– Так он сам приходит, когда захочет. Его может месяц не быть, или год…

– Врешь! – Филиппов двинул кулаком по столу.

Саид вздрогнул и украдкой бросил взгляд на своих подчиненных, пытаясь понять, заметил кто его испуг или нет.

– Все равно умру, зачем говорить? – с тоскою в голосе проговорил он негромко.

– Мы можем оставить вам жизнь, – уже более миролюбиво заговорил Антон.

– А не боишься, что я в прокуратуру пойду и все про это, – Саид обвел взглядом ангар, – расскажу?

– Ты хоть подумал, что сказал? – усмехнулся Антон. – Тогда просто снова окажешься здесь, но выволокут тебя отсюда уже крюком.

– Значит, это все правда, – погрустнел бандит.

– Ты это о чем? – слегка наклонился вперед Гусев.

– На каждом углу русские говорят, будто людей в кавказских республиках бандиты похищают, – он с опаской покосился на стоявшего за спиной Гусева Антона. – Западная пресса пишет, что неправда. Это произвол властей. Так оно и есть. Теперь на своей шкуре убедился.

Антон неожиданно поймал себя на мысли, что бандит, несмотря на то, что не очень хорошо говорит на русском, грамотно оперирует фразами, которые широко используют правозащитные организации и пропагандистские машины запада. Впрочем, зачастую это одно и то же. Основная цель этих структур: создание в стране хаоса, беспорядков, ненависти на национальной почве, организации «цветных революций». Не для кого не секрет, что работающие в них люди получают за это деньги из-за океана.

– Ты где умных слов нахватался? – спросил Антон.

– Каких? – Саид часто захлопал глазами.

– Ну вот, например, откуда тебе известно, что пишет западная пресса о положении дел на Кавказе? – уточнил свой вопрос Антон.

– Я что, совсем глупый да? Телевизор не смотрю, в пещере живу…

Саид осекся. Антон медленно обошел стол с сидящим за ним контрразведчиком, схватил его за отворот куртки и швырнул на пол. Сделав несколько гигантских шагов, бандит рухнул у операционного стола прямо к ногам Татарина.

– Перечень интересующих меня вопросов ты знаешь, – глядя на закрытое маской лицо доктора группы, заговорил Антон. – Мне нужны на них ответы. А по-хорошему ты их давать не собираешься…

– Нет! – закричал Саид.

Двое помощников Татарина подхватили насмерть перепуганного Саида и бросили на стол. Пара минут, и конечности ингуша оказались зафиксированы ремнями.

Татарин со спокойным видом дождался, когда Банкет завяжет сзади ему веревку сделанного из тонкой резины фартука, потом взял со стоящего рядом столика скальпель и ловко срезал все пуговицы на куртке и рубашке ингуша. Прошло совсем немного времени, а кричавший не своим голосом Саид уже лежал на столе голый. Живот был намазан зеленкой. Что испытывал сейчас этот, казавшийся совсем недавно железным человек, было видно по его лицу. Глаза вылезли из орбит, на лбу выступили крупные капли пота. Его рот кривился в судорогах. Он издавал страшные грудные звуки, в которых с трудом можно было угадать мольбы о пощаде.

– А что будет, если ты вырежешь ему желудок и, например, почки; зашьешь, а потом отправишь домой? – спросил с серьезным видом Гусев, напротив которого уже сидел следующий бандит.

– Он и пары шагов не сделает, – держа в руке огромный скальпель, развел руками Татарин. – Быстро умрет. Так неинтересно. Надо, чтобы этот гад в аду был хотя бы сутки. Кто его, кроме нас, накажет?

Отвернувшись от Гусева, он стал щупать живот рукой, на которую была натянута резиновая перчатка, словно примериваясь, с чего начать.

– Ханпаша у Лысой горы живет, – запричитал Саид. – Там у него в земле укрытие есть! Рядом ручей… Еще скала есть… Там овраг… В нем машины прячет!

– Так, – протянул Антон. – Сколько у него людей?

– Это честно не знаю, но мало… Последний раз их всего двое было… Второго моджахеда Тарханом зовут. Они сказали, будто большая часть их отряда погибла вместе с Хусейном.

– Давай вернемся к западной прессе, – заговорил Антон. – Откуда у тебя информация о том, что там пишут? Ты имеешь связи с представителями иностранных газет?

Антона этот вопрос волновал не меньше, чем местонахождение Ханпаши. Его злили циничные репортажи, которые делали корреспонденты британских и американских средств массовой информации. Не отставали и некоторые российские издания. Иногда спецслужбы годы тратят на то, чтобы найти и уничтожить того или иного преступника, а те свободно дают на весь мир интервью.

– Почему молчишь? – Антон склонил голову набок. – Есть у тебя связи с журналистами?

– Есть, – кивнул Саид.

– Рассказывай подробнее, – поторопил Филиппов.

– Андрес зовут, – бандит сглотнул слюну, отчего неимоверно огромный кадык дернулся. – Когда у нас лагеря для беженцев из Чечни были, я с ним познакомился. У него мои парни аппаратуру украли. Он нашел людей, которые меня знают, и через них обратился. Я хотел за аппаратуру деньги взять и отпустить. А он сам предложил платить за рассказы о том, что в республике происходит…

– Знаю я этого Андреса, – вмешался в разговор Гусев. – Тот еще негодяй. Свалку сфотографировал, на которой труп неопознанный нашли, а у себя на родине в газете под снимком написал статью, будто бы в этом месте русские закапывают трупы замученных чеченцев. Сейчас живет во Владикавказе. Имеет, как положено, аккредитацию. Ездит повсюду. Его репортажи часто можно по телевизору увидеть. Эта мразь спокойно с полевыми командирами встречается, берет у них интервью, называя бойцами сопротивления.

– Хочешь, я его своими руками убью! – неожиданно взвыл окончательно лишившийся от страха рассудка Саид.

– Этот вопрос заслуживает того, чтобы его обсудить в более узком кругу, – негромко сказал Антон, наклонившись к Гусеву.

– Да ты что? – опешил контрразведчик, который уже сам стал потеть и чаще, чем требовалось, прикладываться к пластиковой бутылке с водой. Узнай его начальство, какими методами они со спецназовцами выбивают показания, и, в лучшем случае, он лишится погон.

– Я бы не торопился отказываться от рассмотрения данного вопроса, – продолжал Филиппов, глядя на сидевшего к нему боком молодого ингуша. – Мы должны использовать любые доступные способы и методы обеспечения безопасности наших граждан, а не сопли распускать. Вся сидящая здесь мразь законы тоже не жаловала. А убрать подстрекателя их руками сам бог велел.

– Я тебе не указ, и ты это знаешь, – с тоскою в голосе проговорил Гусев. – Сам решай.

Глава 6

Нурпат приложила к животу заряд размером с кирпич. Зарема взяла концы ремня, застегнула их у нее за спиной:

– Ну как?

– Железка давит, – поморщилась Нурпат.

– Можно сдвинуть ее на бок, – засуетился Андрей. – Сними.

Он взял ножницы, быстро перерезал скотч, которым крепился к ремню заряд. Кроме него, были проволочные петли. Андрей сдвинул заряд немного в сторону, снова намотал клейкую ленту:

– Пробуй.

Теперь застежка оказалась левее пупка, рядом с зарядом.

– Надевай куртку, – поторопил Саловди.

Через минуту посреди комнаты стояла вполне современная женщина со слегка выпирающим животиком. Можно было подумать, что в будущем она собирается стать мамой. Однако возраст мог насторожить. Она выглядела старше своих лет.

– Надо что-то посвободнее, – сделал вывод Андрей.

– А мне кажется, нормально, – Кемиса склонила голову набок и отошла на шаг назад.

– Пойдет, – наконец согласился Саловди. – Теперь отдайте паспорта и телефоны.

– Зачем? – удивилась Кемиса. – А вдруг меня не опознают и родственники не узнают, как я умерла?

– Достаточно того, что это будет знать Аллах, – закатил глаза под потолок Саловди.

– Я пойду с паспортом, – стояла на своем Кемиса.

– Хорошо, – неожиданно согласился он. – Сейчас спуститесь во двор и перейдете дорогу. Только смотрите на светофор. Не надо рисковать и, даже если горит красный и нет машин, все равно стойте.

Зарема слушала последние наставления, которые давал чеченкам Саловди, и понимала, он очень боится, что по каким-то причинам акция сорвется.

– Там сядете на автобус номер девять, – продолжал Саловди. – На пятой остановке выйдете. Рядом будет площадка, на ней подойдете к таксисту и скажете, что вам надо на станцию. Когда вы приедете туда, из Москвы уже будут идти электрички, полные неверных. Зайдете в разные вагоны. Ты, – Саловди посмотрел на Кемису, – в первый, а ты, – он перевел взгляд на Нурпат, – в середине найдешь место. Как поезд разгонится, нажимайте свои кнопки.

– Взрыв произойдет одновременно, – вступил в разговор Андрей. – Оба устройства дублируют друг друга по радио. Поэтому если кому-то из вас что-то помешает, за нее это сделает вторая…

Неожиданно к горлу Заремы подступил ком. Она вдруг отчетливо поняла, что никогда больше не увидит их на этом свете. Она шагнула к Кемисе и молча обняла ее. Потом развернулась к Нурпат. Взгляд этой ставшей за одну ночь родной женщины изменился до неузнаваемости. В нем были тоска и счастье одновременно. Лицо будто бы светилось. Они обнялись.

– Все, хватит церемоний, – засуетился Саловди. – Пора ехать.

Все вышли из комнаты. Зарема опустилась на кровать. Когда наступит ее черед? Сколько еще ждать? Что будет после того, как она нажмет на кнопку? Целый рой вопросов заставил встать, сложить на груди руки и начать ходить из угла в угол комнаты. Неожиданно она почувствовала озноб и направилась на кухню. Набрала воды, поставила на плиту чайник и подошла к окну. Саловди запрещал громко говорить, подходить к окнам. Но сейчас его не было, а стены этой страшной квартиры будто бы давили. Ей начинало казаться, что за ними ничего нет. Просто пустота.

Запах пластмассы и дым заставил отвлечься от размышлений. Она посмотрела на чайник. Он только начал шуметь. Странно, что это может быть? Зарему охватила тревога, и она бросилась в коридор. Из комнаты Андрея шел дым.

«Пожар!» – ужаснулась Зарема и оцепенела. Ноги предательски затряслись. Взяв себя в руки, она ринулась в комнату Андрея. Сначала Зарема ничего не могла понять. Дыма полно, а огня видно не было. Неожиданно она увидела лежащий на полу паяльник. Он не был выключен из розетки и, свалившись, угодил в ведро с обрезками проводов, кусками пластмассы, изоляционной ленты и прочего мусора.

– Какая я трусиха! – отчего-то повеселела молодая женщина и бросилась к столу.

Первым делом она выдернула из розетки вилку. Потом схватила ведро с дымящимся мусором и отнесла его в ванную комнату. Залив дымящийся хлам водой, вернулась обратно. Теперь надо было как можно быстрее проветрить квартиру. Если соседи заметят дым, то могут вызвать пожарных. Что она тогда им скажет? Зарема знала, за шкафом у Андрея был тайник, в котором он хранил заряды для поясов. Их могут найти. Она стала открывать окна. Вскоре запах практически исчез, и Зарема направилась наводить в комнате Андрея порядок.

Куски арматуры, болты, металлические шарики она сложила в найденную здесь же коробку. Потом все протерла влажной тряпкой. Неожиданно ее внимание привлек лежавший на краю дивана ноутбук. Зарема часто ездила с теткой в Сочи, где жил ее дядя. Хозяин небольшой частной гостиницы был чванлив и заносчив. Он любил хвастать. Однажды дядя показал «диким» родственницам компьютер, который умещался в папку. Тогда Зарема впервые услышала слово «ноутбук». Потом он долго показывал им его возможности. Они заходили на разные сайты. Были среди них и такие, от которых тетя и Зарема стыдливо закрыли лица руками и с визгом бросились в разные стороны. Дядя долго хохотал. Потом он научил Зарему заходить на сайт «Кавказ». Она жила неделю и за это время освоила азы работы с машиной. Дядя очень гордился тем, что смог научить девушку, которая умела лишь читать, пользоваться компьютером. Потом он прислал им такой же, и Зарема делала так, чтобы родственники могли общаться, видя друг друга. Для ее глухого селения это был настоящий прорыв. Она даже стала мечтать о работе в городе. Немея от страха, Зарема осторожно подняла крышку. Ноутбук был в сети; более того, в спешке Андрей даже не закрыл страничку, на которой работал. Это была переписка с какой-то Аней.

Зарема едва хотела закрыть его, как взгляд наткнулся за первое предложение:

«Сегодня еще две чуханки поехали гробить себя и москвичей, надеясь попасть в рай. А наш капитал в связи с этим увеличился на десять тысяч долларов…»

Зарема зажмурилась и снова открыла глаза. Нет, это писал не Андрей. А если и он, то не про Кемису и Нурпат.

«Разве я мог мечтать о таком бизнесе два года назад? – беззвучно шевеля губами, продолжила она изучать запись случайно оставленного включенным компьютера. – Еще немного, и смоюсь. Все, денег на квартиру в Питере я заработал. Теперь надо поднакопить на открытие своего дела. Стоит закрыть глаза, как вижу нас с тобой в новеньком «Бентли»… Надоело смотреть на это безграмотное быдло. Надо же быть такой тупой, чтобы просто расстаться с жизнью! Саловди обещал, что до конца месяца у него на родине еще из нескольких таких глупышек сделают на все готовых баб, и мы озолотимся. Было смешно наблюдать, как пыжилась Кемиса. Я писал тебе о ней ночью. С ней переспал брат – для того, чтобы опозорить и вынудить пойти на смерть. А она считает его и себя заложниками системы… Он теперь уважаемый человек, а она – живая бомба. Нет, веселенький народ на Кавказе! Трахнул родственницу, рассказал всему селу – и живи припеваючи, потому как смыть позор она сможет, только убив себя и кучу неверных, а склонивший ее к этому ваххабит становится уважаемым человеком. Брр».

«Мне страшно за тебя, милый, – прочитала ответ неизвестной Ани Зарема. – И девочек этих тоже жалко. Бросай ты это дело и возвращайся. Не нужны мне такие деньги».

Зарема задумчиво опустила крышку, встала и направилась в свою комнату. В голове была каша. Если судить по переписке Андрея с Аней, где все происходящее в стенах этой квартиры он называет бизнесом, то выходит, что Кемису умышленно «поимел» сводный брат. И не было у них никакой любви. Бедная девочка! Но еще большее впечатление на нее оказало то, что Саловди вовсе не заботится о том, чтобы они отправились в рай, а просто зарабатывает деньги…

Она перевела взгляд на полочку, где лежал ворох ваххабитской литературы. Так где же правда? Перед глазами пронеслись самые яркие и страшные моменты жизни. Побег с Хусейном, потом его отчуждение и гибель. Ночи в ингушском селе, где боевики не брезговали пользоваться ею по очереди, посещение Фатимы… Неожиданно черные мысли сменились ярким воспоминанием того, как она переоделась в новое платье.

Зарема медленно повалилась на подушку и закрыла глаза.

* * *

– Значит, это и есть Лысая гора? – шепотом спросил Джин, оглядев нависающий сверху чернотой склон горы, вершины которой особенно четко было видно на фоне усыпанного звездами неба.

– Да, – подтвердил ингуш. В темноте его почти не было видно, и Джин опасался, что, воспользовавшись этим, бандит попытается их обмануть. Стоит ему тихо отойти на пару шагов, и все. Казалось, что непроглядная темнота поглощает не только предметы, но и звуки.

Сегодня пришло сообщение, что все сподвижники Сатара и Зубаира, роль которых играли Шаман и Джин, арестованы в Москве. Родимов дал «добро» на контакт с Ханпашой. Они с Филипповым были уверены, что теперь бандит захочет пригреть оставшихся бесхозными террористов. На карту было поставлено многое. Уже было точно известно, что Ханпаша и Тархан умудрились отправить в Россию двух террористок-смертниц. Никакие усилия ФСБ и милиции по установлению их местонахождения результатов не дали. Ничего не знали о женщинах и члены арестованной банды. Не было сомнений – в столице имеется еще одна хорошо законспирированная группа, которая может в любой момент провести теракт. Нужно было торопиться. Руководство пошло на беспрецедентные меры и разрешило использовать часть захваченного у бандитов золота.

Как оказалось, у Саида был номер сотового телефона человека, который организовывал встречи с Хусейном. Тот, в свою очередь, мог выйти на него. Как правило, бандит приезжал сам, но были случаи, когда Саид отправлялся к нему. В этот раз заменивший Хусейна Ханпаша передал через посредника, что будет ждать на старом месте. Заодно он распорядился привезти продукты. Известное ингушу убежище бандитов располагалось на территории Чечни. Административную границу проехали, когда еще было светло. Миновав Галашки, свернули с шоссе и остаток пути тряслись по горным дорогам. Саид ехал привычным маршрутом, объезжая блокпосты. За селением Мужичи дорога пошла параллельно Ассе. Потом резко свернули вправо. Проехав с километр, въехали в какой-то овраг и встали. Еще час пришлось идти пешком, практически на ощупь. Однако Саид на удивление хорошо ориентировался в этих краях.

– Ты все помнишь? – на всякий случай спросил Джин пленного.

Тот часто закивал. Ингуша заметно трясло. Джин опасался, что его волнение вызовет у Ханпаши подозрение.

– Смотри, – пригрозил он ему. – Без глупостей. Тебе уже дали понять, что мы не шутим.

– Я все сделаю, как скажете, – заверил ингуш и поправил лямки рюкзака.

– Ну что, пойдем? – Шаман вопросительно посмотрел на Джина.

Они вышли из-за кустов и двинулись вдоль скалы. Из-под подошв ботинок, тихо шурша, вниз стали осыпаться камни.

– Здесь где-то. – С этими словами Саид свернул в проход, образованный двумя огромными гранитными глыбами.

Джин пошел следом. Он все равно опасался, что бандит попытается обвести их вокруг пальца.

Саид то и дело приседал в темноте и что-то щупал под ногами.

– Что ты ищешь? – насторожился Джин.

– Здесь где-то был вход в блиндаж, – пояснил тот. – Его рабы строили.

– А ты, наверное, их сюда поставлял. – Джин догадался, отчего Саиду известно место одного из схронов.

Ингуш сделал вид, будто не расслышал, он снова присел.

– Может, ты нас за нос водишь? – не выдержал Шаман.

– Есть! – охрипшим от волнения голосом сказал Саид и, судя по раздавшемуся шуршанию, стал разгребать опавшую листву.

Джин тоже опустился на корточки.

Из-за темноты ничего нельзя было разглядеть. Джин вынул фонарик и включил. Под ногами Саида оказалось некое подобие дощатой крышки люка с закрепленными на ней кусками маскировочной сетки и сухими ветками.

Полностью очистив ее, Саид постучал. Однако было тихо.

– Здесь что, блиндаж? – едва слышно спросил Джин.

– Наверное, никого нет, – вздохнул ингуш и потянул за проволочную ручку.

– Погоди, – остановил его Джин. – А они не могли оставить здесь сюрприз?

– Все может быть, – согласился Саид и отдернул руку.

– Салам, Саид! – раздался за спиной голос.

– Стоять! – приказал другой. – Не двигайся, пока не разрешили!

Джин догадался: Шаман попытался обернуться, но подкравшиеся сзади бандиты не дали ему этого сделать.

– Тархан, сходи, посмотри, нет ли за нашими гостями хвоста, – приказал незнакомец.

Послышались удаляющиеся шаги.

– Как долго нам так стоять? – не выдержал Шаман.

– Саид, – раздался голос, – открой люк. Пусть гости медленно спустятся вниз.

– Здесь нет мины? – заволновался ингуш.

– Не бойся, – успокоил голос. – Иди смело.

Раздался скрип петель, и в нос ударил запах земли и плесени. Саид сел, свесил вниз ноги и повис на руках.

– Ну, чего ты ждешь? – поторопил голос.

Саид спрыгнул. Джин опустил руку с фонарем в люк:

– Держи.

Саид взял фонарь. Люк осветился снизу желтоватым светом.

– Сразу видно, ничего не умеете, – расстроенно проговорил бандит. – Зачем свет? Нас сейчас далеко видно.

Не обращая внимания на упреки, Джин последовал за Саидом. Оказавшись внизу, огляделся. Он стоял в проходе, стены и потолок которого были сделаны из стволов деревьев. Они давно высохли, и через щели на пол сыпался песок и мелкие камни. Он и без того был очень узким и низким, а теперь в нем и подавно можно было передвигаться лишь согнувшись. Джин направился следом за Саидом. Через пару шагов был небольшой блиндаж. Сзади раздались звуки возни и тяжелое дыхание. Джин направил свет фонаря в пол и развернулся. Из проема появился Шаман. Следом протиснулся бандит. Это был среднего роста чеченец с глубоко посаженными глазами. Впалые щеки покрывала густая щетина. Было ясно: боевики частенько выходят в села, поэтому не носят привычные у боевиков бороды.

– Если вы что-то задумали, знайте, – едва оказавшись в блиндаже, заговорил чеченец, – на мне пояс шахида. Замечу неладное – сразу взорву себя и вас.

– Ты хорошо встретил нас, – с иронией в голосе похвалил Джин, уже догадавшись, что с ними говорит Ханпаша.

– В нашем деле надо быть осторожным, – ответил чеченец и спохватился: – Убери фонарь.

Джин огляделся. Посреди блиндажа стоял стол, по обе стороны которого были две скамейки. У стены напротив – обложенная камнями самодельная газовая печь, подключенная с помощью шланга к небольшому баллону. Справа располагались нары, где могли разместиться четыре человека.

– Садитесь, – приказал чеченец.

Джин с Шаманом обошли стол и сели лицом к выходу.

– Саид, – позвал Ханпаша, – зажги лампу.

Через секунду небольшое помещение озарилось веселым огоньком керосинки. Джин выключил фонарь.

Второй бандит стоял у выхода, направив на стол автомат.

– Ты бы оружие опустил, – нахмурился Джин. – Куда мы денемся?

Чеченец нехотя выполнил просьбу и подошел ближе:

– Саид, где гарантия, что эти люди те, за кого себя выдают?

– Хусейн никогда и мысли не допускал, что я могу ошибиться, – стараясь говорить уверенно, ответил Саид.

Однако вышло это у него не совсем внятно и убедительно. Джин расстроился.

– Кто из вас Зубаир? – между тем задал Ханпаша следующий вопрос.

– Ну я, – Джин выжидающе уставился на бандита.

– Меня зовут Ханпаша Газиев, – представился, наконец, бандит. – Приказом Доку Умарова, амира Имарата Кавказ, меня назначили командиром отряда вместо Хусейна.

– Нам надо тебя поздравить? – съязвил Шаман.

Ханпаша медленно подошел к столу, положил на него автомат и сел.

– Саид, расскажи, как они вышли на тебя?

– Фатима позвонила и сказала, что пришли два чеченца, – стал рассказывать Саид. – Один жалуется на сильные боли в животе. Платить вперед отказываются, но говорят, что если вылечит, дадут золотое кольцо. Сначала я не придал этому значения. Сам знаешь, наши народы братские, – вздохнул он. – Говорю, зачем спрашиваешь? Лечи, делай свое дело. Но потом как током ударило. Ведь ты мне перед этим сказал, что ищешь двух человек, которым удалось выжить у Куцы.

– Кто из вас заболел? – прищурился Ханпаша.

– Он, – Джин показал на Шамана. – Сатар отвык от жизни в горах. Мы долго плутали, прежде чем вышли к селению, где нас ждали. Две ночи пришлось провести в лесу. Огонь разводить боялись. За нами шли. Он простыл, и живот разболелся.

– Почему в Ингушетию поехали? – продолжал засыпать вопросами Ханпаша. – Разве у вас нет родственников в Чечне?

– Человек, который шел с нами, попал в плен, – продолжил врать Джин. – Мы опасались, что ему развязали язык. Он хорошо знал, откуда мы. Наверняка у родственников до сих пор засада.

– Как все произошло? – спросил Ханпаша. Сзади раздался шум. Он резко обернулся.

– Это я, – в пещеру вошел Тархан.

– Все чисто?

– Да, я проверил, – отряхивая одежду, кивнул бандит.

– Мы вышли к аулу, когда Хусейн и те, кто с ним были, уже откопали клад, – продолжил свой рассказ Джин. – Русские напали неожиданно…

– Мы еще слышали вертолет, – напомнил Шаман.

– Да, – часто закивал Джин. – Я тогда подумал – не к добру. Но это было километрах в трех от развалин.

– Хочешь сказать, что русские прилетели на одном вертолете? – недоверчиво спросил Ханпаша.

– Скорее всего, так и было, – подтвердил его предположение Джин.

– Неужели двадцать человек могли так легко разгромить наших людей? – сделал вид, будто удивился, Ханпаша. – Или на вертолете прилетело больше?

– Все может быть, – развел руками Джин. – Не исключено, что кто-то пришел туда заранее. В общем, когда все началось, мы были рядом с ямой и отстреливались вместе со всеми. Потом ранило Хусейна. Он сказал, что не сможет уйти и прикроет нас.

– Мы пытались ему помочь, – вставил Шаман, – но он истекал кровью и сильно ругался. Сказал, что надо хотя бы часть золота вынести.

– Как раз сказал про Зарему, – вновь перехватил инициативу разговора Джин. – Потом налетели самолеты… – Он цокнул языком. – Мы кое-как спаслись.

– Сколько вам удалось вынести золота? – Ханпаша подался вперед, словно хотел видеть во время ответа глаза.

Джин переглянулся с Шаманом, вынул из кармана разгрузки магазин и положил перед Ханпашой:

– Я вытащил пружину и все спрятал внутри. Таких у меня два.

– Еще у меня. – Шаман положил рядом небольшой мешочек.

– И это все? – протянул Ханпаша, отклеивая пластырь от магазина.

– Да, – подтвердил Джин.

– А может, вы попросту припрятали часть для себя? – неожиданно спросил Тархан.

– Что ты сказал?! – Джин вскочил со своего места.

– Тихо! – Ханпаша предостерегающе выставил перед собой ладонь.

– Забери свои слова обратно! – прорычал Шаман.

– Ты докажи, что я не прав! – Тархан тоже встал.

– Клянусь, что ни грамма не присвоил! – заявил Шаман, выходя из-за стола.

– Скажи своему человеку, пусть прекратит обвинять Сатара, – потребовал Джин у Ханпаши.

Но ситуация уже явно выходила из-под контроля.

– Ханпаша, неужели ты веришь этим московским крысам, что Хусейн в последние минуты своей жизни думал о грязной женщине? – продолжал распыляться Тархан.

– Как ты сказал?! – уже не выдержал, да и не имел права оставить безнаказанным оскорбление Джин и тоже встал со своего места. Скамья с грохотом упала на пол. Он с легкостью перескочил через стол и оказался за спиной Шамана.

В тот же миг лезвие ножа Тархана, очертив круг, мелькнуло прямо перед самым носом Шамана. Промазав, бандит не успокоился и тут же сделал поправку – шагнул к офицеру ближе. Рука с ножом пошла обратно. Теперь он точно должен был достать до лица, но Шаман присел. В следующий момент раздался вскрик. Джин не понял сначала, что произошло. Шаман был к нему спиной и загораживал собой Тархана. Было видно лишь, что последний выронил автомат и нож, после чего рухнул на колени. Джин встал рядом с Шаманом. Тархан сосредоточенно смотрел перед собой. От напряжения его глаза вылезли из орбит, а вены на шее вздулись.

– А-а-а! – наконец выдохнул он и прижал обе руки к низу живота.

– Что ты наделал? – вскипел Джин и откинул носком ботинка от Тархана автомат.

– Брось оружие! – раздался сзади голос Ханпаши и лязг затворной рамы автомата.

* * *

Зарема открыла глаза и села. Сердце тревожно забилось. Она прислушалась, пытаясь понять причину охватившей ее паники. И тут до слуха донесся щелчок проворачиваемого в замочной скважине ключа. Она вскочила и бросилась в коридор. В это время двери уже открылись, и в квартиру вошел Андрей. Он сразу потянул носом воздух и нахмурился:

– Чем пахнет?

Но Зарема не ответила ему. Даже не поняла вопроса. Она, открыв рот, смотрела на то, как следом входят Кемиса и Нурпат. Если Кемиса выглядела по меньшей мере расстроенной, то Нурпат с трудом скрывала радость.

– Быстрее можешь? – шедший следом Саловди толкнул Кемису в спину.

– Чем воняет? – уже пройдя по коридору, повторил свой вопрос Андрей.

– У вас в комнате был пожар, я потушила, – скромно ответила Зарема. – Вы оставили включенным… – Она не знала, как называется штука, которая упала на обрезки пластмассы, и замолчала.

– Паяльник?! – взревел Андрей и бросился в комнату.

– Ты совсем голову потерял? – рассвирепел Саловди, войдя следом.

Зарема стояла на пороге, ожидая взбучки. Отчего-то ей казалось, что ее вина в этом тоже была. В конце концов, она могла заметить запах раньше.

Однако мужчин она не интересовала. Саловди схватил правой рукой Андрея за ухо и пригнул почти к самому полу:

– Я за что тебе деньги плачу? Чтобы ты все дело сорвал, да?!

– И-ии! – сделавшись от боли пунцовым, заскулил Андрей.

Это привело чеченца в бешенство. Он вдруг со всего размаха залепил кулаком ему в голову. Андрей упал, а Саловди со всего размаха двинул ему ногой в живот. Охнув, Андрей скорчился.

– А вы чего стоите? – Атабаев развернулся к дверям. – Снимайте с себя пояса!

Женщины устремились к себе в комнату.

– Почему вы вернулись? – спросила Зарема, пройдя следом за Кемисой и Нурпат в комнату.

– Мы уже доехали до станции, когда кто-то позвонил и отменил акцию. – Нурпат сняла куртку, бросила ее на диван и стала стягивать с себя свитер.