Текст книги "Под грифом «Любой ценой»"

Автор книги: Альберт Байкалов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 16 страниц) [доступный отрывок для чтения: 7 страниц]

Навалившись грудью на руль, Гочия гнал машину по пустынной дороге. По обеим сторонам мелькали деревья, в свете фар ярко светились летевшие навстречу ночные бабочки. Неожиданно он сбавил скорость, прижался к обочине и надавил на тормоз.

– Ты чего? – испуганно спросил Лаша. Он вдруг подумал, что Гочия решил его высадить.

– Ты собираешься так ехать через границу? – глядя перед собой, спросил Гочия.

– Не понимаю тебя, – окончательно растерялся Лаша.

– Оружие надо выбросить, – стал объяснять Гочия. – Оставь только деньги и документы.

– Ты так странно говоришь, – выкладывая на панель паспорт, записную книжку и пистолет, сказал Лаша.

– Сейчас ты ударишь меня несколько раз в лицо, потом прострелишь ногу, – ошарашил его Гочия.

– Зачем? – ужаснулся Лаша.

– Я не поеду дальше.

– Почему?

– Если узнают, что я помог тебе бежать, убьют мою семью.

– Но я не смогу… Я в розыске. У меня даже прав нет.

– Я дам тебе свои документы. Мы похожи.

– Это невозможно! – Лаша разозлился. Казалось, что совсем немного, и он избавится от целого груза проблем, и на тебе…

– Все возможно, – не унимался Гочия. – Можешь бросить машину и перейти границу пешком. Там есть люди, которые помогут тебе это сделать за небольшие деньги. Я дам. Но мне с тобой нельзя.

Лаша сник.

– Давай быстрее! – поторопил Гочия.

По дороге пронесся какой-то грузовик.

Лаша открыл дверцу и выбрался на обочину. Гочия подошел и встал рядом.

– Давай! Скажу, что выпрыгнул на ходу из машины, но ты успел выстрелить.

– Хорошо. – Лаша сглотнул слюну. – Тогда надо было еще в машине это сделать, чтобы там кровь осталась.

– Хоть чему-то ты научился за это время, – грустно похвалил его брат и вернулся за руль.

Лаша снова сел на место пассажира.

– В общем, я умолял отпустить меня, но ты отказывался. Тогда я стал сбавлять скорость. Когда ты заметил, что мы почти встали, а мне удалось открыть дверцу, выстрелил. Но я все равно выпрыгнул и убежал.

– Разве такое возможно?

– В шоке все возможно, – кивнул Гочия. – Стреляй!

Лаша развернулся спиной к своей дверце и направил ствол пистолета в бедро Гочия.

– Постарайся не попасть в кость! – выкрикнул напрягшийся в ожидании выстрела Гочия.

– Кто бы мог подумать, что нам когда-то придется такое пережить? – Лашу затрясло, и он опустил пистолет.

– Давай! – крикнул на него Гочия и открыл дверцу.

Лаша выстрелил.

– Ах! – Гочия так подскочил, что Лаше показалось, что он сейчас пробьет крышу кабины. Но, вопреки ожиданию, он сразу обмяк и замер, глядя прямо перед собой.

Некоторое время Лаша завороженно смотрел на брата, не понимая, что происходит. Потом осторожно потрогал его за плечо свободной рукой.

– М-м-м, – промычал Гочия.

– Что с тобой? – испуганно спросил Лаша, торопливо сунул пистолет в бардачок и стал трясти брата двумя руками. – Ты слышишь меня?

– Ох! – наконец придя в себя, простонал Гочия и скорчился, уткнувшись лбом в рулевое колесо. – Больно-о!

– Скажи, что я должен делать? – спросил Лаша.

– Ой! – Гочия словно не слышал его. Он скрипел зубами, тужился и стонал. В носу щекотал запах пороховых газов и крови.

– Очнись! – Лаша стал сильнее тормошить брата.

– Тише, – выдавил из себя Гочия и стал выбираться наружу.

Едва он вывалился из-за руля, Лаша, забыв обо всем на свете, ловко перебрался на его место, закрыл дверцу и повернул ключ в замке зажигания.

На следующий день, сразу после завтрака, Джин с Шаманом выехали к Тэвазу. Было решено играть роль осторожных людей. Они остановили машину на соседней улице, подняли капот и подозвали подростка, игравшего прямо на тротуаре.

– У нас здесь недалеко друг живет, – повертел перед лицом мальчишки сторублевой купюрой Джин. – Скажи, у Вахи машина сломалась, пусть ключи принесет.

Хитрого мингрела не пришлось долго ждать. Он появился буквально через несколько минут.

– Не совсем верится, что такой конь может ломаться, – проведя ладонью по черному боку заокеанского красавца, цокнул языком Тэваз.

– Если этого коня кормить таким бензином, который продается на ваших заправках, он не только сломаться, убежать может, – высунувшись из-под капота, сказал Шаман.

– Здравствуй, Тэваз, – поприветствовал его Джин, распаковывая комплект новых свечей.

– Неужели действительно сломалась? – удивился Тэваз.

– Конечно, нет, – оглянувшись по сторонам, ответил Джин. – Но не будем же мы просто так сидеть с поднятым капотом.

– Что случилось, почему ко мне не поехали? – насторожился бандит.

– Слушай, это правда, что у вас каждый здесь сотрудничает с милицией? – спросил Джин, следя за реакцией мингрела.

– Почему спрашиваешь? – глаза Тэваза забегали.

Не надо быть слишком умным, чтобы догадаться: он знал, что послужило поводом к разговору.

– Да или нет? – нахмурился Джин.

– Есть такое дело, – вздохнул Тэваз.

Джин оглядел улицу и сплюнул:

– Не пойму тебя, Тэваз: если ты решил меня проверить, почему так тупо? Или думаешь, твой Гызмал хитрее меня? Вся моя жизнь – война. Я по запаху чувствую врага.

– Не понимаю, о чем ты? – Тэваз не ожидал такой постановки вопроса и глупо хлопал глазами.

– Знаешь, Тэваз, – Джин положил упаковку со свечами на воздушный фильтр, – я давно играю в опасные игры и очень хорошо научился понимать, где ложь, а где правда. Видишь, я напрямую сказал тебе, что ты меня решил проверить через Гызмала. Я мог бы сейчас тебя просто предупредить, что хозяин дома, в котором мы с Шамилем поселились, проболтался вчера, будто тебя собираются арестовать, а он на самом деле – сотрудник МВД. Только зачем врать?

– Гызмал просто необразованный, вот ты обо всем и догадался, – опустил голову Тэваз.

– Почему тогда связываешься с такими людьми? – прищурился Джин.

– На самом деле он у меня вот где. – Неожиданно Тэваз поднял руку на уровень глаз и сжал в кулак. – Прошлым летом Гызмал проболтался, что у него поселился очень богатый человек из России. Говорил, денег куры не клюют, просто жмот. Я предложил заставить его поделиться. Гызмал обманом заманил этого человека в одно место, и мы стали его там трясти. Но этот ишак перестарался… В общем, если что, я всегда могу показать, где тело.

– Понятно. – Шаман закрыл капот, вытер о тряпку руки и вопросительно посмотрел на Джина: – Сейчас куда?

– Ты собирался машину покупать, смотреть будешь? – спросил Джин.

– Дай прокатиться, – оживился Тэваз.

– Садись, – пожал плечами Джин.

Шаман протянул ключи, а сам забрался на заднее сиденье. Джин устроился рядом с Тэвазом.

Как оказалось, мингрел знал толк в машинах. Он спрашивал по существу, не задавал глупых вопросов. Они выехали за город. На одном из участков трассы Тэваз разогнал машину почти до двухсот километров в час. Дорога шла через живописный лес. Справа возвышались горы, слева, среди деревьев, можно было увидеть море. Неожиданно Тэваз сбросил скорость и свернул на проселок.

– Ты куда? – схватился за ручку Джин.

– Одно место покажу, – не отрывая взгляд от дороги, пообещал Тэваз и прибавил газу.

– Стой! – потребовал Джин. – Куда ты нас везешь?

– Испугались? – проговорил Тэваз с каким-то восторгом и остановил машину.

– Ты следи за словами, – предупредил Джин.

– Извини, если обидел, – Тэваз вышел из машины.

– Куда мы приехали? – последовав его примеру, спросил Джин.

– Сейчас познакомлю вас с одним человеком, – оглядывая подступившие к дороге деревья, пообещал Тэваз.

– Разве мы просили тебя знакомить нас с кем-то? – Джин удивленно вскинул брови.

– Ты сам говорил, что готов воевать, – напомнил Тэваз. – И дал согласие, чтобы я организовал тебе встречу с человеком, который нуждается в таких, как вы, воинах.

– Откуда тебе знать, какие мы? – обескураженный таким оборотом дел, усмехнулся Джин.

– Я хорошо разбираюсь в людях, – похвастал Тэваз. – Вы ведете себя правильно.

– Если бы я рассказал тебе о грозящей опасности и скрыл свои подозрения, что Грызмал работает на тебя, ты бы не поверил так легко? – напрямую спросил Джин.

– Скажу немного не так, – потер пальцем переносицу Тэваз, – скорее, меньше бы вам верил.

Раздался шорох, и послышались шаги. Джин оглянулся. Из зарослей вышел круглолицый, заросший до самых глаз мужчина. Одежда на нем была грязной. На локтях она вообще висела клочьями, порванная правая штанина оголяла колено. Даже на расстоянии Джин с ходу уловил запах пота и, как ни странно, вина.

– Здравствуй, Тэваз, – поприветствовал мужчина, не сводя взгляд с Джина. – Это и есть те люди, о которых ты говорил?

– Да, – кивнул Тэваз.

– Меня зовут Абесалом, – протянул руку мужчина.

– Ваха, – ответил Джин. – Ты пьяница?

Абесалом рассмеялся, однако было видно: усталость валит его с ног.

– Нет, я почти не пью, просто сегодня пришлось купаться в вине.

– У тебя такая привычка по утрам? – продолжал Джин.

– Такой привычки у меня нет, – нахмурился Абесалом. – Просто пришлось ехать в машине, в кузове которой везли вино, и один ящик свалился. Несколько бутылок разбились.

– Понятно, – сказал Джин, уловив в голосе Абесалома неприкрытую злость.

– Раз понятно, давай теперь я буду спрашивать? – спросил Абесалом.

– Пожалуйста, – пожал плечами Джин.

– Твой друг и ты воевали на стороне чеченских боевиков?

– Мы – моджахеды, – подтвердил Джин.

– Почему бежал из республики?

– Я не бежал, – покачал головой Джин, – просто уехал.

– Пусть будет по-твоему, – согласился Абесалом.

– У моих родственников начались большие проблемы, – на секунду задумавшись, продолжал Джин.

– Неужели в России до сих пор, как при Сталине, отец отвечает за сына? – удивился Абесалом.

– В России нет, а в Чечне так. Зачем спрашиваешь? Все равно никак не проверишь.

– Я – нет, – подтвердил Абесалом, – а вот там, куда мы придем, точно проверят. И знай, от людей, которые будут этим заниматься, невозможно что-то скрыть.

– Пусть проверяют, – пожал плечами Джин.

Следующий вопрос Абесалома застал Джина врасплох:

– Вы готовы прямо сейчас идти с нами?

Джин оглянулся на машину. По-своему поняв его жест, сидевший там Шаман вышел.

– У тебя документы при себе? – спросил его Джин.

– Да, – подтвердил Шаман.

Джин снова повернулся к Абесалому:

– Если сейчас твой родственник прямо здесь отдаст деньги за машину, то я согласен.

Сзади раздался шорох. По тому, как зрачки Абесалома едва заметно дернулись в направлении Шамана, Джин понял: сзади к ним подошли еще люди.

– Вы решили отобрать у нас машину? – упер он руки в бока.

– Возможно, если вы те, за кого себя выдаете, вам заплатят, – ошарашил ответом Абесалом. – Но позже.

Послышался тихий вздох и удар тела о машину.

– Руки!

Джин развернулся и отступил к Тэвазу. Шаман оказался прижатым грудью к джипу. Уперев ему в бок пистолеты и завернув руки, рядом стояли двое крепких мужчин.

– Оружие есть? – спросил Джина Абесалом.

– В машине под сиденьем, – процедил сквозь зубы Джин.

Ирочка протиснулась по проходу и встала перед четвертым купе. На душе было тревожно. Сэм окончательно сделал из нее «исчадие ада». Страшно подумать, сколько несчастий она принесла за две недели этой семье. Сначала покалечила сына, потом обобрала, теперь вот будет следить за папашей… Ирочка трясущимися руками поставила сумку и открыла двери.

Тихонов сидел у окна и невидящими глазами смотрел на снующих по перрону людей.

– Здравствуйте! – поздоровалась она, втаскивая сумку.

Не отрываясь от своего занятия, он что-то нечленораздельно ответил.

Ирочка плюхнулась на полку, устало сняла с плеча ремешок дамской сумочки:

– Вы до конца?

– Что, простите, не понял? – встрепенулся он.

– Куда едете? – повторила она вопрос.

– Отдыхать. – Он убрал со столика руки. – А вы?

– До Сухума, – она стала разматывать полупрозрачный шарф.

– Странно, – пробормотал он.

– Что?

– Обычно мужчин селят отдельно от женщин.

– Не бойтесь, я не буду приставать, – пошутила Ирочка. – А вообще, это место оказалось последним, поэтому у меня не было выбора. Могу попробовать поменяться. – Она наклонилась вперед, делая вид, будто собирается выйти.

– Да нет, что вы, – покраснел он. – Извините.

Ирочка приподняла полку, свалила туда свой баул, сняла курточку.

Глеб Васильевич тактично вышел из купе, давая ей возможность переодеться. Еще немного времени ушло на то, чтобы поправить макияж. Поезд тронулся.

– Можно? – спросил Глеб Васильевич, осторожно приоткрыв двери.

– Конечно! – оторвала взгляд от купленного в дорогу романа Ирочка.

Он сел напротив.

Она чувствовала, как конструктор разглядывает ее, но делала вид, будто не замечает.

«А что, если я где-то засветилась? – От неожиданно пришедшей в голову мысли буквы стали расплываться перед глазами. Ирочка вспомнила, что в подъезде, где жили Тихоновы, была установлена видеокамера. Вдруг он каким-то образом просмотрел запись? И хотя Сэм заверил, что Тихоновы никуда не обращались, она вполне допускала, что Глеб Васильевич мог попытаться провести собственное расследование. Пытаясь не впадать в панику, Ирочка спросила:

– Вы отдыхать едете?

– Угадали, – кивнул Глеб Васильевич.

– Я тоже. – Она положила книжку на столик. – Правда, еще рано, но летом не смогу.

– Почему? – Он спросил с явным безразличием, лишь из-за приличия.

– Работа, – неопределенно ответила Ирочка и перевела взгляд в окно.

– Давайте знакомиться? – неожиданно предложил Тихонов.

– Давайте! – улыбнулась она.

– Глеб Вас… Просто Глеб.

– А я – Вика.

– Виктория, значит, – кивнул он.

В дверь дважды стукнули, и в проеме появилась проводница.

– Билетики!

Ира с готовностью протянула свой.

– Чай, кофе? – вопросительно уставилась на Иру женщина.

В этот момент в купе просунулась чья-то голова. Карие глаза, бобрик соломенного цвета волос… Ирочка едва не поперхнулась. Надо же! Ее сокурсник Сева Знаменский, собственной персоной. И ведь она, дуреха, расслабилась. Даже цвет волос у нее сейчас тот, как в институте…

– Привет, Ир!

Она лишь открыла рот, абсолютно не зная, что делать.

– А я тебя еще на перроне узнал, только не смог подойти, – обрадованно тараторил парень. – Я в соседнем вагоне.

Ирочка продолжала сидеть с открытым ртом.

– Ты чего? – Радость встречи на лице Севы сменилась растерянностью. Он стрельнул взглядом на Тихонова.

– Я не Ира, – выдавила она из себя, чувствуя пристальный взгляд конструктора.

Ирочка даже представить не могла подобной ситуации. Конечно, Сева не поверил. Ее заявление сейчас, спустя всего лишь пару лет после расставания, по меньшей мере, глупо.

Проводница встала и развернулась к дверям:

– Дайте пройти.

Сева исчез.

Ирочка приподнялась, чтобы закрыть купе, однако появившаяся вновь голова не дала этого сделать.

Теперь Сева молчал, лишь глупо хлопал глазами.

– Молодой человек, это не Ира, а Виктория, – вмешался Тихонов. В его голосе слышался явный сарказм.

– Но как же?.. – Бедняга во все глаза смотрел на Иру.

– Вы хотите сказать, что я не знаю, как зовут мою жену? – возмутился Тихонов.

«Вот дает!» – удивилась про себя Ирочка.

– Извините. – И голова исчезла.

Ира, наконец, встала и, закрывая дверь, сказала:

– Спасибо.

– За что?

– Но как…

– Едва вы вошли, я сразу все понял, – не дав ей договорить, объяснил Глеб Васильевич.

– Извините, я не понимаю, о чем речь. – И снова, лихорадочно соображая, как себя вести, Ирочка взяла со стола книжку и стала ее листать, силясь вспомнить, на какой странице остановилась.

«Господи, как я глупо выгляжу!» – думала она.

– Скажите, меня посадят? – окончательно сбил ее с толку своим вопросом Тихонов.

Некоторое время Ирочка молчала, стараясь понять, чего он хочет. Наконец до нее стало доходить: «Ну, конечно! Старый маразматик догадался, что Сэм отправил меня присматривать за ним, и боится, что, если вдруг что-то пойдет не так, его упекут за решетку. Значит, у него даже в мыслях нет, что она может быть как-то причастна ко всем его неприятностям!»

– Никто вас не посадит, – охрипшим от волнения голосом заговорила она. – Мы приложим все усилия, чтобы все обошлось.

«Господи, а вдруг он передумает и откажется бежать?! – ужаснулась Ирочка. – Сэм предупредил, что, чем ближе мы будем подъезжать к границе, тем сильнее конструктор будет терзать себя сомнениями. Моя задача – любой ценой не допустить, чтобы он передумал. Но что же делать? И откуда только взялся этот Сева?»

– Как вы догадались, кто я? – осторожно спросила она, откидываясь к стенке.

– Я же сразу спросил, как вам продали билет в одно купе с мужчиной, – напомнил Глеб Васильевич.

– Сейчас это можно, – возразила Ирочка. – По желанию.

– Этот Курочкин, – глаза Глеба Васильевича забегали, – хотя я даже не уверен, что это его настоящая фамилия.

– Не настоящая, – окончательно растерявшись, зачем-то подтвердила Ирочка.

– Он как дьявол. – Глеб Васильевич даже всхлипнул. – В общем, продал я ему душу…

– Он мастер этого дела, – честно призналась Ирочка.

– Понятно, – прикрыв глаза, прошептал Глеб Васильевич. – Даже легче стало.

– Вот и хорошо. – Ирочка вновь уткнулась в книгу, пытаясь понять, отчего Глебу Васильевичу стало легче.

Лаша некоторое время гнал старенький грузовик на пределе возможностей. Однако вскоре спохватился, сбросил скорость и поехал медленнее. До границы оставалось совсем ничего. Нужно было где-то спрятать машину. Причем так, чтобы ее как минимум не нашли до завтрашнего дня. А он едва не въехал в приграничную зону, которую патрулируют. Мимо промелькнул указатель – «Солнечный». Значит, осталось десять километров. Впереди, правее дороги, появились силуэты рассыпанных по склону домов. В некоторых дворах горел свет. Лаша лихорадочно соображал, что делать дальше. Шедшего от стоящих у обочины «Жигулей» милиционера он заметил в последнюю очередь. Держа в левой руке автомат, блюститель порядка махнул палочкой с красным кружком на белом фоне. Напротив, с другой стороны дороги, у обложенного бетонными блоками вагончика, стоял еще один.

Лаша схватил лежавшие на сиденье документы Гочия и надавил на тормоз.

– Куда так рано? – уставшим голосом спросил милиционер.

– Очередь скоро будет. – Лаша открыл дверцу и протянул документы.

– Какая сейчас очередь? – Милиционер сдвинул пальцем за козырек на затылок фуражку. – Первый раз?

– Нет, на прошлой неделе ездил.

– Я помню, – неожиданно кивнул лейтенант. – Показывай, что везешь.

Лашу бросило в жар. Уже было совсем светло, и милиционер наверняка увидит кровь на его одежде. Одновременно его осенило, что он не забрал у Гочия ключ от будки. И почему родственник не носил его на одной связке с ключом от машины? Размышляя, как быть, он открыл крышку бардачка и сделал вид, будто что-то там ищет.

– Вылезай! – приказал милиционер, проследив взглядом за проехавшими мимо «Жигулями».

Несмотря на все природные недостатки, Лаша все же прошел соответствующую подготовку и чувствовал себя уверенно. Волнение внезапно прошло. Он смог взять себя в руки и успокоиться.

– Товарищ лейтенант, – разглядев погоны, умоляющим голосом протянул Лаша. – Хочешь верь, хочешь нет, ключ потерял. В Сухуме несколько раз ваши друзья смотрели.

– Какие друзья? – часто заморгал милиционер.

– Там на каждом посту останавливали.

– Как ты собираешься через границу ехать? – удивился лейтенант.

– Э-э-э, – протянул Лаша, – меня знают. В крайнем случае замок сломаю, а потом проволокой замотаю.

– Ломай здесь, – упрямствовал милиционер.

– Хочешь, заплачу? – Лаша с опаской покосился на второго сотрудника.

– Выходи из машины! – Неожиданно милиционер отступил на шаг и направил на кабину автомат.

– Хорошо, – пожал плечами Лаша и спрыгнул. Едва он коснулся земли, как пуля, выпущенная из его пистолета, пробила скулу лейтенанта. Вскрикнув, милиционер развернулся вокруг своей оси, выронил автомат и упал на живот. Разряжая последние патроны в стоявшего на другой стороне дороги сержанта, Лаша подскочил к лейтенанту, опустился на одно колено и забрал лежащий на асфальте автомат.

Напарник лейтенанта от неожиданности стал пятиться, оступился и упал с насыпи. Этого времени Лаше хватило, чтобы забежать за машину.

– Мечия! – раздался через минуту испуганный голос.

– Лишь бы никто не поехал, – пробормотал Лаша, пытаясь увидеть милиционера.

Однако, как назло, послышался звук двигателя. Прикрываясь машиной, Лаша перебежал через кювет и юркнул в кусты. По дороге на огромной скорости несся «КамАЗ». Ехавший за рулем молодой парень в последний момент увидел лежавшего на дороге милиционера и резко повернул руль влево, пытаясь объехать. Многотонный грузовик вылетел на обочину, снося на своем пути мелкие деревца. В следующее мгновение рев двигателя утонул в страшном грохоте врезавшейся в бетонные блоки машины. Водитель, словно большая черная тряпка, вылетел через лобовое стекло и исчез в поднятых клубах пыли.

Лаша вскочил и устремился в гору. Однако, сделав несколько шагов, понял, что бежать не может, и перешел на шаг. Приволакивая больную ногу, он шел напролом. В висках стучало, пот заливал глаза. Лаша понял, что шансов скрыться практически нет, но, продолжая надеяться на чудо, уходил все дальше от страшного места. Треск автоматной очереди бросил его на землю. Он перевернулся на спину, сел и в тот же момент увидел вставшего за ствол дерева сержанта.

– Козел! – вырвалось у него.

– Бросай оружие! – приказал милиционер и еще раз выстрелил. Пули просвистели над самой головой.

Лаша поднял автомат и надавил на курок. Он стрелял не целясь, совсем не понимая, для чего это делает. Когда автомат заглох, он еще некоторое время давил на курок, потом отбросил его в сторону, встал и направился к сержанту.

– Стой! – не своим голосом крикнул милиционер.

Лаша наконец осознал, что его песенка спета, и подчинился.

– Подними руки вверх и медленно иди ко мне! – приказал милиционер. Когда до него оставались считаные шаги, он снова приказал остановиться, и Лаша выполнил приказ.

– Развернись спиной!

– Убьешь, а своим скажешь, попал, когда убегал, да? – спросил Лаша, не узнавая своего голоса. От ужаса язык не поворачивался, а во рту пересохло.

– Делай, как сказал! – рявкнул милиционер.

Лаша заметил, он тоже боится.

«Может, попробовать отобрать у него автомат?» – мелькнула мысль.

Лаша вздохнул и повернулся. В последний момент он лишь услышал, как скрипнул под подошвой милиционера камешек. Последовавший за этим удар в затылок будто расколол голову на мелкие кусочки.

…Лаша долго не мог понять, где он, и вообще, что это за серые существа, которые снуют вокруг него. Потом откуда-то издалека стали пробиваться звуки. Наконец вместе с болью, заполнившей затылок, вернулось сознание.

– Зачем ты так ударил его? – сетовал сидевший перед ним на корточках человек в камуфлированной форме. – Мог ведь убить.

– А как бы ты поступил на моем месте? – оправдывался милиционер, задержавший Лашу.

– Смотри, он очнулся! – воскликнул кто-то.

Лаша торопливо закрыл глаза, надеясь немного прийти в себя и собраться с мыслями. Ведь надо выработать линию поведения. Однако его тут же схватили за грудки и вынудили сесть:

– Не притворяйся!

Лаша поморщился и открыл глаза.

В тот же момент он вздрогнул от несильного, но резкого и точного удара под ребра. Кто-то из стоящих слева поддел его ногой. Лаша вскрикнул и повалился на бок. На руках у него оказались наручники.

– Не трогай его! – раздался над головой голос.

Лашу схватили за плечи и снова заставили сесть.

– Скажи, как тебя зовут?

Он назвал имя и фамилию, которые были записаны в его фальшивом паспорте.

– Ты куда ехал?

– Не помню, пьяный был, – стал врать Лаша.

– Зачем обманываешь? – Сидевший напротив мужчина нахмурил брови. – Хочешь сказать, что ты не помнишь, как прострелил владельцу машины ноги? Почему ты бросил его умирать на дороге? В чем он провинился перед тобой? Ты знаешь, как сейчас тяжело прокормить семью? А ведь у него дети были и жена…

Лаша хлопал глазами, не понимая, о чем говорит этот мужчина.

– Лочбия! – окликнули с дороги.

Мужчина обернулся.

– Здесь много людей ехали, – заговорил стоящий у машины человек. – Они прятались за коробками с вином и мешками с орехами.

– Значит, Гочия умер? – отрешенно спросил Лаша.

– Какой Гочия! – вспылил милиционер, который задержал Лашу. – Ты Мечия чуть не убил…

– Погоди, – отстранил его Лочбия. – Что ты сказал?

– Меня зовут Лаша Ахвлидиани. Я – грузинский диверсант, – представился Лаша. – Готов сотрудничать…