Текст книги "Исполнитель приговора"

Автор книги: Альберт Байкалов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 19 страниц) [доступный отрывок для чтения: 8 страниц]

– Без шума – да, – согласился с ним Антон.

Вскоре заработал сотовый.

– Это Туман, – Олег говорил вполголоса. – Двери железные. Кроме обычного «глазка», под потолком стоит «карандаш». Они видят обе лестницы и площадку.

– Что он сказал? – заерзал доктор.

В другой ситуации Антон отправил бы офицера куда подальше. Командир всегда доведет до подчиненного информацию, если сочтет нужным. Но сейчас не тот случай. Это первая серьезная операция, и он решил пока закрывать на такие моменты глаза.

– Под потолком миниатюрная видеокамера, двери бронированные.

– Может, представимся газовщиками, или...

– Или сразу спецназом, – не дал договорить ему Филиппов. – Там ведь не дураки живут. Надо еще убедиться, дома эти козлы или нет.

Они вышли из машины и направились в подъезд. Проходя мимо логова бандитов, Антон даже виду не подал, что оно его интересует. Больше сейчас волновали жильцы этажом выше.

Он позвонил в дверь. Она была обычная и даже не имела «глазка».

– Кто? – старческий мужской голос вселил уверенность, что не все так безнадежно.

– Откройте, пожалуйста, это милиция, – так, чтобы не было слышно снизу, попросил Антон.

– Без участкового не пущу, – уверенно заявил старик и кашлянул.

– Его на месте нет, – Антон заволновался, – проверьте документы.

С минуту дед о чем-то советовался с какой-то женщиной. Судя по голосу, это была жена. Наконец замок щелкнул, и дверь слегка приоткрылась.

Невысокий седой старик, близоруко щурясь, подозрительно оглядел сначала Антона, потом Тумана и Свата. Наконец, устало вздохнув, отошел в сторону:

– Заходите, у нас все равно брать нечего.

– Ну, ты, дед, даешь, – усмехнулся Антон, входя в пропахшую нафталином прихожую. – Где поговорить можно?

– Проходите на кухню, – сухонькая старушка указала рукой прямо по коридору.

Обстановка в доме была в стиле семидесятых. Лишь телевизор новый. Это Антон успел мельком разглядеть, проходя мимо комнат, двери в которые были открыты.

– Значит, вот какая планировка у Лоцмана, – не оборачиваясь, сказал он шедшему следом Туману.

На кухне, подойдя к окну, хозяин квартиры все-таки внимательно изучил удостоверения Тумана и Свата. Все новички имели документы сотрудников РУБОП. Антон сослался на то, что его выдернули прямо из дома и в спешке свое он оставил.

– Чем обязан? – наконец успокоившись, старик опустился на стоящий у газовой плиты стул. Разведчики расселись за столом.

– Понимаете, какое дело, – Антон окинул взглядом сидевших по обе стороны офицеров и вздохнул, – с некоторых пор под вами живет группа людей, которая, мягко говоря, не в ладах с законом...

– А я что говорю, – неожиданно вступила в разговор старуха, стоящая в дверях. Теребя уголок платка, накинутого на плечи, она строго посмотрела на деда: – Того и гляди, прирежут в подъезде. То с разбитыми лицами появляются, то по ночам куда-то уходят, а под утро возвращаются...

– А вы что, ночью на лестничной площадке дежурите? – не удержался Туман, однако, поймав на себе осуждающий взгляд Филиппова, стушевался.

– У них двери громыхают так, будто из пушки стреляют, – пояснил дед. – Потом слышно, как ходят. Вода шумит...

– Взять их без боя мы не можем, – Антон перешел к делу. – Сами понимаете, пятый этаж, дверь взрывать придется, а это, как минимум, у половины дома стекла повылетают. Да и неизвестно, что у них на уме. По нашим сведениям, там хранится около тридцати килограммов взрывчатки. Чуть что не так, и все это на воздух взлетит.

– Господи, – старуха перекрестилась. – Ну и соседи нам достались.

– Я предлагаю вам сделку, – Антон достал ведомость непредвиденных расходов. – Паркет у вас все равно старый. Мы сейчас с товарищами быстро поднимаем с пола все ценное на стол. Его ножки ставим в кастрюли и заливаем комнату водой.

– То есть, – старик испуганно посмотрел на свою супругу, – вы так хотите их выманить из квартиры?

Бабка всплеснула руками.

– Я оставлю вам сумму, которой хватит не только для того, чтобы постелить новый паркет, но еще и за причиненные неудобства. Наш сотрудник в течение того времени, пока будет длиться ремонт, проконтролирует качество работ бригады.

Для убедительности он вынул из портмоне полторы тысячи долларов и положил сверху ведомости.

– Соглашайтесь. Это хорошие деньги...

* * *

Дрон, подобно Филиппову, инструктаж новоиспеченных разведчиков-диверсантов проводил на ходу. Он с неохотой отдал управление своей «Тойоты Лэнд Крузер» Меньшикову. Для того, чтобы оба офицера одинаково хорошо слышали его наставления, усадил Лаврененко на переднее сиденье, а сам расположился посередине на заднем.

Уточнив, умеют ли они пользоваться оборудованием, установленным в машине, и удовлетворенный ответом, дал команду выдвигаться к расположенной неподалеку от проходной на комбинат рюмочной.

– Если начнем расспрашивать работников гостиницы или кого-то из правления завода, можем засветиться перед турком, – пояснил он свое решение. – Табанжи заботится о своей безопасности, как девочка, и наверняка создал вокруг себя агентурную сеть из местных.

– Что, неужели в центре России можно найти такое количество подонков? – удивился Лавр.

– Опытный диверсант всегда найдет способ получать от человека нужную информацию, не вызывая подозрений, что он враг, – похлопал его по плечу Дрон. – Тендер на носу. Можно сослаться на то, что слишком жесткая конкуренция и есть опасения технического шпионажа.

Остановив машину у обочины, в тени тополей, листья которых были бурыми от пыли, Василий и Лаврененко вышли наружу. Меньшиков остался дожидаться их. Причин было две: первая – наверняка придется пить, а он за рулем, вторая – связь, которую переключили на станцию, установленную в салоне.

Войдя в рюмочную, Дрон поморщился. Пары дешевого алкоголя, смешавшись с дымом от сигарет, образовали гремучую смесь. От непривычки даже заслезились глаза. Взяв два по «сто» и сок, они подошли к стойке, за которой стоял относительно прилично одетый средних лет мужчина. Завод работал круглосуточно, в три смены. Судя по его уставшему виду, он только что закончил свою трудовую вахту.

– Не помешаем? – выставляя стаканы, настороженно глядя ему в глаза, спросил Дрон.

– Пожалуйста, – пожал тот плечами, разглядывая крепко сложенных парней, не очень походивших на любителей выпить, да еще в таком заведении. Дрон был в бежевого цвета костюме и, превозмогая неудобства, вызванные духотой, не снимал пиджака. Под мышкой болталась кобура с пистолетом. Лавр, несмотря на то, что это была его первая операция, догадался сунуть ствол в обычную поясную сумку, предварительно пропустив внутри тряпичного пояса тонкий стальной тросик. Перерезать его ножом, как зачастую поступают воришки, нереально. Сейчас он стоял в легкой футболке и шортах.

– Приезжие? – спросил мужчина, после того как офицеры ополовинили стаканы.

– Угу, – пережевывая салат из кислой капусты и зеленого горошка, кивнул Дрон.

– Здесь у вас реконструкция завода намечается, говорят, будут хорошо платить, – заговорил Лавр. – А мы строители, причем с допусками высотных работ.

– Работы уже начались, – усмехнулся мужчина.

– Так ведь еще тендера не было? – Дрон сделал удивленное лицо.

– Миром правит капитал, – мужчина, хитро прищурившись, слегка наклонился в сторону Василия. – У нас даже уборщицы сразу догадались, что для профуры все эти конкурсы проектов. «ТАН» будет проводить реконструкцию.

– Наверное, они раньше уже у вас работали и хорошо себя зарекомендовали, – выдвинул предположение Лаврененко.

– Нет, – мужчина покачал головой. – С момента постройки комбината, в пятьдесят втором году, в производственных цехах даже стены не белили. Просто подмазали они правление. Директор перед ними на цырлах бегает. До того дошло, что в своем загородном доме этого турка поселил.

– Как это? – Дрон взял в руки стакан, собираясь осушить его до дна. – А сам где живет?

– У него квартира в центре. А километрах в десяти отсюда небольшой поселок, Лесной. Кто побогаче, в том районе дома строят. Ветер в основном на город с той стороны дует, да и расстояние приличное. Стараются детей там селить, чтобы здесь здоровье не портили. Сами небось видели, все улицы ржавчиной покрыты.

– И много таких? – Дрон наконец осушил стакан и отставил его в сторону.

Его интересовали размеры поселка. От этого зависело, сколько времени они еще потратят на поиски директорской дачи.

– Пара десятков, – на секунду задумавшись, ответил мужчина. – В основном правление завода да бизнесмены.

– Раз ваш директор иностранцев туда вместо гостиницы поселил, значит, там все блага цивилизации? – продолжал вытягивать из нового знакомого информацию Василий. Глядишь, и опишет хоромы своего начальника. И не ошибся.

– У Данилы Евгеньевича самый большой особняк, – мужчина мечтательно закатил глаза под потолок. – Три этажа, огромный балкон, подземный гараж на две машины. Прямо во дворе сосны...

Поговорив еще немного о пустяках, Дрон и Лаврененко направились прочь.

Описанный рабочим дом они нашли без труда. Он действительно впечатлял своими размерами. Видеокамер вдоль высокого бетонного забора, окружавшего его, не было. Да и ни к чему они в этой глуши. Наверняка и охрану директор не держал. Максимум, домохозяйку. Лишь во дворе вяло перелаивалась пара собак.

Не останавливаясь, проехали дальше. Асфальт кончился сразу за поселком, и дорога пошла круто вверх. Справа и слева высились вековые сосны и ели.

– Здесь помедленнее, – скомандовал Дрон, глядя в направлении дома. – Стой.

Открыв встроенный в дверь пенал, вынул из него миниатюрную видеокамеру с небольшой антенной. В специальные крепления вставил ремешки и вышел из машины. Побродив по склону, нашел дерево, от которого хорошо просматривался интересующий их объект, и, закрепив камеру прямо к стволу, навел ее на него.

– Теперь едем дальше, – подсоединяя к небольшому ноутбуку спутниковый телефон, скомандовал Василий.

Проехав с километр, свернули с проселка и стали ждать.

Разрешающая способность видеокамеры была очень высокой, поэтому на жидкокристаллическом экране монитора можно было отчетливо различить даже мелкие, размером с десятикопеечную монету, камешки.

– Разрешите узнать цель нашего нахождения здесь? – неожиданно спросил Меньшиков.

– Нужно разобраться, где сейчас находится Табанжи, на каких машинах передвигается, примерный график его работы. Установить количество людей, которые сопровождают этого человека.

После двух изнурительных часов к дому наконец подъехали «БМВ» и «Волга». Дрон включил запись. При этом он ничем не выдал своих эмоций, в отличие от Лаврененко и Меньшикова.

Те оживились, заерзали на сиденьях. Их лица повеселели. Однако, заметив реакцию своего старшего, взяли себя в руки и уставились на экран. Бывалые разведчики-диверсанты при любом развитии событий привыкли вести себя сдержанно. Был случай, когда в чайхане в Душанбе трое коллег Дрона поджидали лидера местной экстремистской группировки. Наконец появившись, тот по едва уловимым изменениям на лицах офицеров понял, что здесь засада, и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, вышел. Была ночь, а город практически не освещался. Последующие попытки отыскать этого человека уже не имели успеха. Имел место похожий случай и в Москве, когда двое сотрудников установили «прослушку» на машину предполагаемого террориста. Когда тот вышел из ресторана в сопровождении телохранителя и уселся на заднее сиденье, то сразу о чем-то заговорил по телефону. Ребята убедились, что слышимость отличная, и ударили друг друга по рукам. Их автомобиль стоял позади «Вольво», находящегося под наблюдением. Водитель заметил в зеркало заднего вида радость, охватившую до этого скучающих мужчин, и сразу прервал разговор босса. Последнее, что они слышали, это были слова:

– Шеф, я отлучался на несколько минут, и сейчас думаю, что люди из стоящей позади нас развалюхи успели установить «жучка»...

* * *

Филиппов намеренно отправил на поиски Шаха лишь двоих офицеров. На машине террориста продолжал работать установленный Котовым радиомаяк, и наверняка не выработал свой ресурс «жучок». Если работу радиомаяка можно было проверить из любого района не только города, но и области, так как он фиксировался спутниками, то прослушка «обнаруживала» себя на дальности до трехсот метров в населенном пункте и чуть больше на открытой местности.

Некоторое время Полынь незаметно разглядывал Марата Шаяхметова, ловко управляющего машиной. Его поражало, как этот прапорщик, с легкой руки Дрона прозванный Татарином, с явно ненормальным прикусом, не только попал в армию, а умудрился очутиться в элитном спецназе. Нижняя челюсть сильно выступала вперед, отчего лицо казалось перекошенным от злости.

– Останови здесь, – наконец распорядился Сергей, показав взглядом на небольшую бетонную площадку перед супермаркетом.

Прапорщик плавно развернулся на стоянке и затормозил. Двигатель глушить не стал. Сделав вывод, что он все выполняет только по команде, Полынь сам повернул ключ зажигания. В салоне воцарилась тишина.

Вынув ноутбук и телефон спутниковой связи, Сергей протянул все это Татарину:

– Задачу знаешь, действуй.

– Без проблем, – прапорщик улыбнулся странной улыбкой и стал колдовать над оборудованием. Уже через минуту он запрашивал контртеррористический центр, правильно назвав пароль, который менялся каждые два дня. Причем они назначались еще перед выездом в командировку, и разведчики должны были держать их в голове. Сегодня и завтра будет «Айсберг-101», потом «Титаник-208».

Назвав номер маяка, он через минуту развернул ноутбук монитором к Полынцеву. Машина Шаха находилась во дворе дома по улице Олега Кошевого. Пока Полынь размышлял над тем, как туда быстрее проехать, не пользуясь основными магистралями, точка двинулась в сторону Лермонтова.

– Давай эту штуку мне, нужно их нагнать...

Спустя десять минут впереди уже маячила «девятка» чеченца. Полынь включил приемник. Динамики издали характерный звук, вызванный помехами от работающего генератора. Наконец послышался кашель и чеченская речь. Полынь чертыхнулся и спешно вышел на Центр.

– Перевожу на вас разговор, – едва назвали отзыв, быстро заговорил он. – Нужен переводчик.

– Принято...

Между тем машина Шаха выехала за город и направилась в сторону областного центра. Однако, проехав примерно треть пути, свернула на дорогу, тянущуюся через несколько деревень. Мимо мелькали покосившиеся избы, развалины церквей, кладбища, сменяемые небольшими рощами и полями, засеянными кукурузой.

Шах – а о том, что он в машине, Полынцев догадался по голосу, заранее прослушав запись, которая была у Филиппова, – вел себя по меньше мере странно. Доехав до Жуковки, его машина остановилась у небольшого магазинчика. На несколько минут заскочив в него, водитель вышел уже с пакетом в руках. Круто развернувшись, чеченцы направились обратно.

– Может, здесь им что-то передали? – Татарин вопросительно посмотрел на Полынь.

Тот с задумчивым видом следил, как «девятка» террориста движется навстречу. Когда, обдав клубами пыли, она пронеслась мимо, Полынь принял решение зайти в магазин. Преследование уже бессмысленно. Стоит Шаху заметить их еще раз, и он поймет, что находится под наблюдением. Если уже не понял. Хотя двигались они на очень большом расстоянии, ориентируясь по навигатору, осторожный чеченец мог что-то заподозрить.

В местном супермаркете не было ничего необычного. Пожилая продавщица фасовала по пакетам печенье. На окне, с солнечной стороны, в нарушение всех санитарных норм лежал огромных размеров кот.

– Не ругают вас врачи за это животное? – приветливо улыбнулся Сергей.

– Тут же поля кругом, – перехватив взгляд незнакомца, вздохнула она. – За ночь мыши и крысы могут весь товар попортить. Да и откуда здесь проверки? – Она усмехнулась. – Народ денег не получает. Живут на пенсии. Они ездят туда, где содрать что-то можно.

– А что за покупатель у вас сейчас был? – следя за реакцией женщины, спросил Татарин. – Не местный вроде.

Продавщица и бровью не повела:

– Сама первый раз вижу. Наверное, на аэродром приезжал, вот и решил перекусить.

– В смысле, это тот, что...

Продавщица не дала Полынцеву договорить:

– Сюда часто на платные прыжки народ ездит. Тарахтят эти «кукурузники» с утра и до вечера. Даже с пожарных иногда бросают...

Полынь с Татарином переглянулись. Оба вспомнили, как при подъезде к соседнему селу им открылся вид на огромное летное поле с ровной, как стрела, взлетно-посадочной полосой и пунктом управления. Десяток самолетов «Ан-2» рядком стояли вдоль леса у проволочного ограждения. На другом его конце, у ангара, виднелись лопасти вертолетов.

– Кажется, я начинаю что-то понимать, – уже в машине пробормотал себе под нос Полынь, одновременно восстанавливая в уме тактико-технические данные этих типов машин и расстояние до крупных промышленных центров.

* * *

Уже через полчаса «проливки» полов в комнате на лестничной площадке послышался шум и мат. Филиппов и Сват переглянулись, а Туман замер с ведром воды, которую таскал из ванной.

К этому времени оба новичка привели себя в надлежащий для подобного рода операций вид. У хозяина квартиры нашлась водка. Выпив по стакану, они обильно смочили ею одежду, которую также взяли у деда. Старая, вся в дырах тельняшка и офицерские штаны старого образца были на Туманове. В довершение ко всему он ходил по квартире в кедах без шнурков. Волосы взъерошены.

И без того наводивший ужас своим звериным видом Сват и вовсе напялил нательную рубашку, заменив брюки штанами, в которых дед работал на даче. Все это было на два размера меньше, и он ничем не отличался от конченого забулдыги, не успевшего пропить здоровье.

Антон, по замыслу, не должен был сразу попадаться на глаза бандитам. Была большая вероятность того, что за время командировки они уже могли его «засветить».

Сначала зазвонил звонок, потом в дверь с остервенением забарабанили.

– Чего надо?! – с возмущением, присущим пьяному человеку, крикнул Сват.

– Вы охренели совсем! – почти провизжал с лестничной площадки какой-то мужчина. – Бассейн у себя мострячите?

– Какой бассейн? – удивленно спросил Сват.

– Ты нас, падла, залил! – послышался голос второго. – Открывай!

– Сейчас, – Сват уронил подставку для обуви, словно сшиб ее пьяный, и, громко шаркая ногами, побрел в комнату, – братана позову. А то мало ли...

Двое разъяренных мужчин, один из которых был на голову выше даже доктора, вперились немигающим взглядом в странно одетую парочку алкашей.

– Чего надо? – уперев руки в бока, Сват, смешно задрав голову, посмотрел сначала на высокого, потом на его напарника, напротив, худого и маленького паренька лет двадцати.

– Вы, бакланы, на бабки попали, – покосившись на «глазок» соседней двери, заговорил маленький.

В руках он крутил четки, подобные тем, которые делают в зонах. Было понятно, что он просто хотел привлечь внимание к своей руке с выколотыми на пальцах перстнями.

– Какие бабки? – Туман громко икнул. – Вы что-то, ребята, путаете.

Всем своим видом давая понять, что у него есть дела поважнее, он развернулся обратно.

– Нет, ты постой! – Громила схватил его за шею и вновь стрельнул взглядом в сторону соседних дверей. Было заметно, что он нервничает, но по каким-то причинам боится поднимать шум. – Пошли, покажу, что вы натворили, – и толкнул Свата вниз.

– Э-э! – с угрозой протянул Туман, направляясь следом. – Что за дела?!

Не обращая внимания на возмущенные реплики «алкашей», громила уверенно направился вниз по лестнице, увлекая обоих офицеров за собой.

– Ты пока им там растолкуй, что они натворили, – крикнул ему вслед второй бандит, – а я гляну, чего у них течет.

Держа левую руку в кармане, правой продолжая играть четками, деланно сутулясь, парень оттолкнул плечом в сторону деда, все это время стоящего в дверях, и прошел в коридор.

– Твоя, папаша, хата? – Он смерил деда брезгливым взглядом, не прекращая жевать жвачку, и, сплюнув прямо на пол, направился в комнату, где спецназовцы устроили небольшое озерцо.

Каково же было его удивление, когда он увидел сидевшего посередине комнаты на перевернутом ведре солидно одетого мужчину. С толку сбил и насмешливый взгляд, от которого у урки по спине пробежали мурашки. Он замер в проходе.

– Лови! – неожиданно в лицо незваного гостя полетел молоток.

Машинально выставив вперед руки и на секунду зажмурившись, он отпрянул назад, а когда вновь открыл глаза, то с удивлением увидел, что странный мужчина стоит прямо перед ним.

Продолжая улыбаться, он несильно, почти ласково толкнул бандита в лоб, и в ту же секунду кадык словно разлетелся в клочья, после чего наступила темнота.

Внизу события развивались не менее скоротечно.

Держа за одежду на спине Свата и Туманова, словно опасаясь, что они могут убежать, громила провел их по коридору в шикарно обставленную комнату. На потолке темнело приличных размеров мокрое пятно, и капала вода. На диване сидел сухощавый мужчина преклонного возраста, в спортивном костюме и тапочках на босу ногу.

– Вот, Лоцман, привел, – тяжело дыша, доложил громила и шмыгнул носом. – Это они там, – он показал взглядом на потолок. – Бухарики сраные...

Последним словом он подавился. Стоящий слева от него Туман сделал полшага вперед и, присев на одно колено, двинул локтем бугая между ног. Выкатив вмиг налившиеся от напряжения кровью глаза, тот сложился, схватившись обеими руками за то место на штанах, под которым находилось мужское достоинство, и, не сводя глаз с сидевшего в кресле мужчины, рухнул на правый бок.

У Лоцмана, несмотря на довольно солидный возраст и болезненный вид, оказалась отменная реакция. Через мгновение он уже был у окна и, дернув на себя подоконник, попытался вынуть из устроенного под ним тайника пистолет. Однако Сват тоже не терял времени даром. В два прыжка оказавшись рядом с бандитом, он ногой загнал массивную крышку обратно. Раздался хруст ломающихся костей пальцев не успевшего отдернуть руку рецидивиста. После чего доктор схватил несчастного за кадык с такой силой, что умудрился обхватить его полностью, и, потянув вниз, усадил на пол спиной к батарее.

– Кто вы? – посиневшими губами просипел Лоцман. – Чего вам от меня надо?

Не обращая внимания на вопрос ополоумевшего от боли бандита, Сват освободил его руку, вновь отодвинув подоконник. Два «ТТ», «С-4М», явно принадлежавший Волкову, ружье для подводной охоты американского производства, несколько пакетиков порошка белого цвета, по всей видимости, героина, и деньги. В основном доллары. Перетянутые резинкой, они были аккуратно сложены и занимали четверть ниши. Взяв оттуда пистолет Волкова, он присел перед Лоцманом на корточки:

– За хозяина этого ствола я тебя сегодня всю ночь ножкой от стула петушить буду, а к утру прикончу. Или лучше, – он обернулся к уже связанному по рукам и ногам громиле, – он этим займется. Мы ему так больно сделаем, что он не только с тобой однополой любовью согласится заняться, статуе Свободы ребенка зачнет.

– Ты, фраер, откуда такой прыткий взялся? – морщась от боли в перебитых пальцах, держась здоровой рукой за покрасневшее и распухшее горло, едва слышно прошептал Лоцман. При этом изо рта на грудь бандита стекала вязкая слюна.

– Нас к тебе из преисподней прислали, – усмехнулся Сват и извлек из нагрудного кармана фотографию Котова. – Где этот человек?

– Впервые вижу, – мельком глянув слезившимися глазами на снимок, выдавил из себя рецидивист.

– Хорошо, – с этими словами Сват достал из тайника ружье для подводной охоты.

Гарпун был вставлен, пружины взведены. Хлопок, и Лоцман, взвыв от боли, с такой силой засучил ногами по ковру, что казалось, он выдавит спиной батарею, а затем с куском стены вывалится наружу. Сват выстрелил ему в правое плечо.

Одновременно Туман беседовал с громилой. Сват не оборачивался. Но, судя по издаваемым звукам, дружку Лоцмана было не легче.

Раздавшийся в коридоре шум на какое-то время заставил спецназовцев отвлечься от своего занятия.

Туман укрылся за дверным косяком, вынув из-за пояса пистолет.

– Это мы! – подражая пьяному, крикнул от дверей Филиппов.

Туман облегченно вздохнул, выглянул в коридор и только после этого убрал пистолет под выпущенную поверх брюк тельняшку.

Антон, перекинув через свою шею руку третьего бандита, прошел в комнату. Голова отморозка безвольно болталась.

– Он что, пьяный? – осторожно спросил Сват.

– Пришлось влить остатки водки, – подтвердил Антон. – В сочетании с сотрясением мозга очень похож на сильно перебравшего человека.

– Зачем? – не понял Туман.

– Конец рабочего дня. На лестнице полно народу. Пусть думают, что здесь был небольшой мальчишник.

Он опустил тело на пол, отряхнул руки и оглядел результаты работы новичков.

Сват вновь развернулся к Лоцману:

– Так куда вы дели этого человека?

По лицу рецидивиста градом катился пот. Он был бледен как мел, но продолжал шепотом выдавать ругательства в адрес «козлов», которые «не по понятиям заявились на хату и чинят беспредел».

Доктора это вывело из себя. Схватив за конец гарпуна, он с силой стал ворочать им. Охнув, бандит потерял сознание.

– Не стоит, – Антон поморщился. – Кот в гараже. Это напротив второго подъезда. Живой. Ключи на холодильнике. Вам пять минут на приведение себя в порядок, после чего, Туманов, проверишь информацию. Я думаю, – Антон толкнул носком ботинка безжизненное тело приведенного им парня, – он не наврал.