Текст книги "Клуб худеющих стерв"

Автор книги: Акулина Парфенова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 21 страниц) [доступный отрывок для чтения: 9 страниц]

Следом за тенором на сцену вышла сопрано, сопровождавшая его в турне. Это была медноволосая ирландка странного сложения. Она была худощавой и тяжеловесной одновременно, с походкой гренадера, но миловидным лицом. Заиграл оркестр, тенор запел. Дирижер заглядывал в лицо тенору, как чуткая, внимательная любовница, стараясь попасть в такт дыханию или убирая скрипку, когда певец вытягивал красивую ноту.

«Подлиза, низкопоклонник перед знаменитость ю», – думала Люся.

Ожидая своей очереди в дуэте, сопрано смотрела на тенора, приоткрыв рот, реагировала на его мимику, дышала все тяжелее и на глазах попадала, попадала, попадала под его чары. Когда тенор, завершив музыкальную фразу, посмотрел на сопрано и взял ее за руку, сопрано сглотнула, и Люся поймала себя на том, что сглотнула вместе с ней. Люсе стало стыдно, что она тоже поддается. Она забеспокоилась, вдруг кто-нибудь заметит, что сама великая и ужасная Люся позволила увлечь себя какому-то макаронному вертопраху. Она огляделась по сторонам, но все смотрели на вступившую в дуэт сопрано, и до Люси никому не было никакого дела.

«Хорошо, что поют по-итальянски, – думала Лю ся. – Наверняка текст пошлейший. Слушать по-русски было бы противно».

Снова наступила очередь тенора. Он закрыл глаза и вошел в транс. Его руки страстно обнимали загорелые плечи сопрано, а голос умолял, льстил, сулил все сокровища мира, ласкал, требовал любви. Звуки, которые он извлекал из своего горла, превращались в само либидо, горячую текучую любовную плазму, щедро заливавшую уши наполнявших зал матрон, каждая из которых – партер под кутюром, галерка под секонд-хендом – покрылась мурашками. Люся держалась до последнего. Но в какой-то момент тенор дожал и ее, упорно выстраиваемые препоны рухнули, Люся сдалась, открылась и позволила плазме заполнить свою безнадежную ледяную пустоту. Тенор оказался профессионалом, настоящим латинским мачо. Он натянул-таки Люсю, вошел в нее с триумфом и мастерски довел партию до конца. С финальным взмахом дирижерской палочки Люся беззвучно зарыдала, как в конце романтической комедии, когда герои, взявшись за руки, уезжают в лимузине с надписью: Just Married.

Люся больше не сопротивлялась, а отдалась тенору с ответной страстью. Наслаждение, которое он доставил ей, стоило каждого потраченного боссом сестры доллара. И тенор добротно поимел ее еще четыре раза до и пять раз после антракта вместе с полутысячей других пришедших на концерт женщин прямо в присутствии их клевавших носами мужей.

Завершив оплаченную программу, тенор вышел на по клоны. Зал ревел. Тенор снял пиджак и повернулся вокруг своей оси, продемонстрировав поклонницам сохранившую привлекательность задницу. Аудитория перешла на визг. Ему аплодировали стоя еще минут пятнадцать, но тенор оказался жлобом и на бис не вышел. Он экономил свое дорогостоящее либидо.

Люся молчала всю обратную дорогу, морщась дешевым восторгам сестры. Придя домой, она расчехлила арфу и по памяти сыграла первый концерт Чайковского.

Карма смотрела на нее как на живого бога.

После этого Люся пошла на кухню и одно за другим приготовила двенадцать блюд, каждое из которых полностью отвечало необходимым требованиям.

Интересно, какими еще блестящими свершениями была отмечена эта ночь в полутысяче других питерских квартир?

* * *

Наташа пристала к Илье с просьбой записать ее на похудение в его фитнес-клуб. Илья не мог понять, откуда у нее такая идея, но, чтобы отвязаться, дал ей телефон. Наташа позвонила, но специалиста по снижению веса на данный момент в клубе не было. Ей предложили аюрведу и еще какую-то муть, но Наташе это было не нужно.

Она села напротив телевизора, намереваясь посмотреть сериал про латиноамериканские страсти со скульптурным торсом в главной роли, но в обычное время его почему-то не было. Наташа раскрыла программу передач и сразу увидела то, что было нужно. Специализированный салон по коррекции веса. Находился он не близко, но зато рядом с домом Наташиной матери. «Вот и будет повод маму навестить», – подумала она.

Наташа набрала номер клиники пластической хирургии и задала вопрос:

– Я буду делать у вас полную эндоскопическую подтяжку лица, но у меня избыточный вес. Как будет правильно: сначала похудеть, потом делать операцию или сначала сделать операцию, а потом худеть?

Администратор попросила подождать и спустя несколько минут вернулась с ответом:

– Сначала худеть.

Тогда Наташа набрала номер салона. Трубку взяла Юля.

– Как быстро можно сбросить вес в вашем салоне?

– Зависит от того, сколько его у вас.

– Мой рост 172 сантиметра, а вешу я 52 килограмма.

– Хм. Приходите на консультацию, и мы все обсудим.

– Мне нужно как можно скорее.

И они договорились о времени.

«Тяжелый случай», – подумала Юля и записала Наташино имя и телефон.

* * *

Настя еще не имела возможности полноценно готовить, но встречу пропустить не хотела, поэтому просто заказала доставку из суши-бара на всех.

– Здравствуй, лямблиоз! – провозгласила Люся, с видимым удовольствием отправляя в рот первую порцию суши.

Остальные все еще агукали над младенцами.

– Не переживай, тем, у кого сильный иммунитет, лямблии не страшны. Они садятся на слабеньких, – успокоила ее Юля.

– Кто бы мог подумать, что у Настасьи двойня, – животик был весьма скромных размеров, – присоединилась к беседе Оля.

– Наша Настасья полна сюрпризов, – согласилась Юля. Тайна «близнецов» осталась между ними.

Подошла и Настя.

– Хочешь, я дам тебе совет как единственная из вас опытная мамаша? – предложила Люся.

– Послушать – послушаю, но что буду следовать – не обещаю.

– Позволяй детям жить своей жизнью, а не твоей. Если в жизни ребенка нет событий – ему потом нечего вспомнить. Он как бы и не жил. Приключение – это без разрешения проехать на пригородной электричке, а не посетить Диснейленд. Меня до самой консерватории водили за руку. И видишь, что получилось: я устроила свою жизнь так, чтобы не высовывать нос за дверь. Меня запугали миром. Я его боюсь и потому ненавижу.

– О чем ты говоришь, какие электрички – кругом одни маньяки!

– Ну, извини. Ты вообще-то охранной фирмой вот-вот завладеешь. Пускаешь охранника в соседний вагон, да и все.

– Завладею? Если бы все было так просто!

К сожалению или к счастью, Люсино откровение про ненависть к миру прозвучало не вовремя. Люся посмотрела на подруг: каждая была занята своими собственными мыслями – младенцы производят на женщин известного возраста сильное впечатление – и не услышала, что просто так, между делом, Люся сделала одно из самых главных признаний в своей жизни.

– Я считаю, что родители должны проводить со своими детьми как можно больше времени, чтобы всему их научить, – наконец проговорила Настя.

– Тому, чему действительно стоит учиться, научить невозможно, – возразила Люся, немного обидевшись на то, что в кои-то веки она сказала что-то искреннее о себе, а никто этого не заметил.

Если кто-то не знает, суши готовят так… Впрочем, не забивайте себе голову. Просто поднимите трубку и продиктуйте заказ.

– Слушайте, девчонки, вам кто больше нравится – Медведев или Путин? – спросила у всех Настя.

– А Медведев – это кто? – спросила Юля.

– Привет тебе, дырявая галоша, – удивилась Оля, – президент новый.

– А что, разве были выборы?

– Нет, я поражаюсь этой тете-моте. Ты что, телевизор не смотришь?

– Сейчас она спросит, что такое телевизор, – прокомментировала Люся.

– А вы не смейтесь, если она вкалывает с восьми утра до десяти вечера, ей точно не до телевизора, – заступилась за Юлю Настя.

– Да у меня его отродясь не было. Ни места в комнате, ни времени на него нет.

– Если она чего в жизни добилась, то только благодаря отсутствию телевизора, – задумчиво изрекла Люся.

– Ну а билборды, баннеры в городе ты тоже не видела? – продолжала расспросы Оля.

– Да что вы пристали?

– Нам интересно, кто тебе больше нравится, а если ты его не видела, то и сравнивать не можешь, – раздраженно пояснила Настя.

– Это точно. Сравнивайте без меня. Кстати, насчет телевизора Люся права. При просмотре телевизионных передач мозг человека переходит в состояние экономии ресурса. Наш организм вообще старается на всем экономить, трудиться в полную силу не любит. Именно поэтому люди телевизор и обожают. Приходит с работы усталый бизнесмен, ему целый день мозги компостировали, мозг напрягался на всю катушку, придумывал, как заработать еще денег. А сел у телевизора, посидел часик, мозг расслабился, перешел в экономичный режим – бизнесмен отдыхает, копит силы на завтра. Только проблема в том, что в режиме экономии мозг фиксирует повторы, реагирует на них, запоминает. В этом главный эффект телевизионной рекламы. Хочешь не хочешь – запоминаешь. Поэтому телевизионная реклама – самая эффективная и дорогая.

– Это ты откуда знаешь? – забеспокоилась Настя.

– Наука, дитя мое.

– Вот суки! К моему мозгу пристроились! Не выйдет! – Настя не на шутку рассердилась.

– Расслабься, – порекомендовала Насте Юля.

– А тебе, Люсь, кто больше нравится – Медведев или Путин? – не сдавалась та.

– Я драму, интригу люблю. Вот если возьмет Медве дев и кинет Путина, станет сам рулить, тогда ему респект. А если он добровольно позволяет дергать себя за веревочки, только чтобы по телику показывали, то совсем тогда не интересный он мужик. Русские женщины тяготеют к брутальным мужчинам, но вынуждены довольствоваться теми, что есть, – без яиц, а то и без мозгов. Поэтому, когда на экране в роли главы государства они видят такого, у которого есть хотя бы яйца, это уже прет бесконечно. Политик – это звезда. Для звезды главное – внешность и харизма. Если внешность сомнительная, тогда хотя бы харизма. Крайние, агрессивные политики – ястребы – всегда привлекательнее, чем аморфные женоподобные либералы; они сексуальнее, мужественнее. Потому Путин предпочтительнее. Он сдержан, мужествен, у него выразительный язык тела. Вот чем фашисты отличались от коммунистов? Фашисты – вспомните Штирлица в эсэсовской форме – гламурные и сексуальные. А коммунисты – абсолютная бесполость, асексуальность и убогость. Одних добрых глаз недостаточно. Однако асексуалы в войне победили. Очевидно, потому, что меньше смотрелись в зеркало, – Люся едко улыбнулась.

– То есть ты Путина рассматриваешь только как гламурный персонаж? – уточнила Настя.

– Не только. На самом деле он предводитель хунты спецполковников, серых, как их портянки. Все минусы полицейского государства без его плюсов.

– А какие могут быть плюсы у полицейского государства? – заинтересовалась Настя.

– Отсутствие уличной преступности. А у нас она сейчас активнее, чем при Ельцине.

– Моя мама говорит, что если у нас в России политик хотя бы что-то делает, то народ переполняется из-за этого таким удивлением, что готов носить его на руках, – подключилась к разговору Оля.

– А по-моему, – вставила Юля, – по отношению к Путину у нашего народа хельсинский синдром. Мы его любим только потому, что избавиться от него уже невозможно, а все время кого-то ненавидеть может только Люся.

– Вот если бы он взял сейчас и женился на гламурной телке, на Нетребко или на Кабаевой, кого там ему еще приписывают. Это была бы драма, была бы интрига. А так! Кен должен жениться на Барби, а не на ватной выцветшей Марусе. А если не женится, то и не Кен он никакой, а кукла Вова выпуска 1952 года из пластмассы второго сорта по цене один рубль шестьдесят копеек, – отп устила Настя несвойственное ей глубокомысленное замечание.

Люся: коэффициент злобности 8, вес 76.

Оля: коэффициент нервности 7, вес 67.

Настя: коэффициент целеустремленности 8, вес 66.

Глава 8
Счетчик тикает

Юля: уровень фенилэтиламина 61 %.

Сергей Иванович позвонил Юле и сообщил, что хочет приехать повидаться с ней в Петербурге. Он поправился, но выглядел все еще не совсем презентабельно. Он рассчитывал пробыть в городе два дня, и второй день хотел полностью посвятить общению с Юлей.

Юля напряглась. День, который он выбрал, был будним, а каждый будний день был у Юли расписан от и до. Надо было что-то придумывать. Карма прочно застряла у Люси и почему-то не заикалась о возвращении, хотя каждый вечер звонила Юле и рассказывала, что делала днем, несмотря на то что они виделись в салоне.

Дома у Юли был бардак, куча нестираного белья, заплесневевший холодильник. Пригласить Сергея Ивановича домой она не могла. Юля не могла отменить занятия и не могла никому поручить их проведение в свое отсутствие. Впрочем, встречаться с Сергеем Ивановичем она была вынуждена из-за Кармы, было логично заставить ее отдуваться. Пусть вместо обычной процедуры делает клиентам длинный похудательный массаж. Эффект другой, но ничего. Выручка будет меньше, но это всего один день, на общий доход почти не повлияет. Юля позвонила Люсе и потребовала себе Карму. Люся вызвала такси, посадила в него Карму, Юля встретила это такси и расплатилась. Карма привезла новые порции Люсиных шедевров. Проблема была в том, что Люся в ту памятную ночь не записала точную рецептуру своих блюд и теперь вынуждена была все делать заново, тщательно фиксируя рецепты на бумаге. Вдохновение ушло, воспроизведение давалось медленно и с трудом.

Юля решила устроить дегустацию для посетителей салона. Люсе нужны были клиенты.

Юля внимательно посмотрела на Карму. В ее лице что-то неуловимо изменилось, но Юля так и не смогла понять, что именно. Бросались в глаза только усики, пробившиеся у той на верхней губе.

– Тебе надо сделать эпиляцию верхней губы. Прямо сегодня. А теперь давай я все тебе здесь покажу.

Юля показала Карме, где какие аппараты стоят, и Карма достаточно быстро усвоила, для чего они предназначены и как ими пользоваться. Просто на удивление. Об ычно девушки-косметологи учатся работать на аппарате полных два дня, Карме же понадобился всего час. Ее руки были чрезвычайно ловкими и обладали прекрасной моторикой.

– Попробуй на мне, – велела Юля.

Карма сделала Юле все аппаратные процедуры по очереди, сделала умело и правильно.

И Юля позавидовала своим клиентам. Как комфортно было лежать и чувствовать, как уходят избыточный вес и отеки без малейшего усилия с ее стороны. «Неужели деньги действительно могут сделать жизнь лучше?» – думала Юля. Но зато и хлопот сколько, чтобы эти деньги заработать. «Денежки чужие не достаются без труда», – вспомнила Юля смешную песенку Окуджавы, любимого барда Ниночки.

Она подумала, что не будет ничего менять для тех, кому были назначены аппаратные процедуры, – Карма сделает их на отлично. Единственное, чего не могла Карма сделать за Юлю, – провести занятие на тренажере с измерением пульса и давления, это главная для сжигания жира процедура. Юля решила предложить клиентам замену на выбор: более дешевую – массаж или более дорогую – комплекс аппаратных процедур. И начала обзванивать всех по списку. В процессе обзвона она вдруг подумала: а зачем предлагать альтернативу, надо сразу предлагать более дорогие аппаратные процедуры. Правда, не всем клиентам они подходят. Существуют серьезные противопоказания. А так ли это важно? Один раз не повлияет на здоровье. Юля пересчитала разницу. Если просто делать аппаратные процедуры вместо обычных ее занятий, она будет зарабатывать в полтора раза больше. Значит, в полтора раза быстрее расплатится с Ильей и освободится от кредитного тягла.

Этот заем очень напрягал Юлю. Она понимала, что под влиянием своего любовного гормона, внушившего ей избыточный оптимизм, она скоропалительно попала в зависимость от Ильи, который может теперь потребовать долг обратно в любую минуту. Припомнив, чего хотел от нее Илья раньше, она с ужасом поняла, что он также имеет теперь право потребовать от нее интима в любой момент. И как она откажет? Вернет деньги? А где она их возьмет? Нигде!

Но Илья не звонил и ничего не требовал. Юля молилась, чтобы он встретил какую-нибудь другую девушку и забыл про нее. Но если все-таки он позвонит и потребует. Что тогда делать? Спать за деньги? Юле стало плохо. Если бы нашелся злосчастный Павел, он бы защитил ее, помог, хотя бы что-нибудь посоветовал. Но где искать его, Юля не знала. И Юля решила обязать клиентов пройти аппаратные процедуры. Каждая копейка была на счету, и забота о здоровье клиентов отошла на второй план. Юля решила не тратить больше денег ни на какие новшества и совершенства, а зарабатывать и отдавать, зарабатывать и отдавать, и так до тех пор, пока не освободится от Ильи.

* * *

Настя уже взяла судьбу в свои руки, и, кроме того, у нее совершенно не было времени на Юлин салон, потому что она воспитывала троих детей и разрабатывала тактику воздействия на компаньонов покойного мужа. Ей едва-едва удавалось выкроить время на занятия у Юли, процесс похудения шел успешно. Ей удалось уговорить Шамиля продать «мерседес» Руслана, который дед сначала собирался хранить как память, а потом беречь для внука. Это было нужно, чтобы нанять хорошего адвоката. Настя убедила старика, что, несмотря на все ухищрения, за восемнадцать лет машина все равно придет в негодность. Дед был не очень согласен, но, увидев, с какой энергией Настя решила ввязаться в дело, дал ей шанс. Обладание акциями фирмы или серьезные отступные обеспечили бы семье не просто скромную жизнь, а жизнь обеспеченную, чего на самом деле и хотела Настя. Ведь ей так не терпелось продолжить гонку за счастьем.

* * *

Илья нашел приличную проститутку и платил ей, чтобы она не принимала других клиентов, секс с ней вполне его устраивал. В сущности, эротические ощущения в случае секса с женой, с новой пассией или со случайной партнершей были для него примерно одинаковы. Обладать желанной женщиной для Ильи не было вопросом новых ощущений. Это было вопросом победы, самореализации, личного достижения и, в конечном итоге, проистекающим из этой победы вопросом счастья. Именно такое, победительное мужское счастье он знал и в таком нуждался. В случае с Юлей ему было важно не просто де-факто обладать ею, хотя это было главным. Ему хотелось вызывать у нее искреннее осознанное восхищение и уважение. Илья никогда не рефлексировал, но, когда это отдельное от его основного желания чувство отфильтровалось само собой, он понял, что с этим лучше не откладывать. Было и что-то еще, чего он пока не понимал. Если она будет расположена к нему, позже она легче и естественнее воспримет его предложение. И он решил подружиться с Юлей. Он никогда раньше не дружил с женщинами, у него не было в этом необходимости. Как правило, женщины, увидев его машину, сами падали в его объятия, но это были женщины определенного сорта, не такие, как Юля, он наконец начал чувствовать разницу. Он не знал, как это – дружить с женщиной, поэтому чувствовал себя первопроходцем, открывателем новых пространств, которых небезосновательно опасался.

У Юли раньше бывали товарищеские отношения с молодыми людьми, но в силу ее эмоциональной астеничности такие отношения никогда не становились дружбой и не переходили в романтическую фазу. Поэтому для нее это тоже могло бы стать новым опытом.

Илья зашел к ней в салон в обеденный перерыв. Юля устраивала часовой перерыв в середине дня, чтобы съесть одно из Люсиных творений и тихо посидеть, сосредоточиться. Побыть наедине с собой. Этого ей очень не хватало в ежедневной кутерьме и круговерти. Когда Илья пришел в первый раз, она вздрогнула, ее охватил страх, что сейчас он потребует назад деньги или немедленно ему отдаться. Но ничего такого не произошло. Он сел рядом с ней, не слишком близко, и стал рассказывать смешные истории и анекдоты про врачей и про блондинок. Он специально подготовился, нашел в Интернете пару сайтов и выбрал те анекдоты, которые, по его мнению, могли бы ей понравиться. Сначала она молча и настороженно смотрела на него, но потом расслабилась, несколько раз улыбнулась и даже один раз рассмеялась его байкам.

Когда анекдоты иссякли, Илья спросил, как дела. И она охотно поделилась с ним своими новостями, успехами и тревогами по поводу возможного повышения арендной платы. Он обещал помочь на переговорах с арендодателями, если это потребуется. «Для начала довольно», – решил он и ушел, чтобы не навязываться, чтобы она привыкала постепенно. И с тех пор стал захаживать.

Он никогда столько времени не думал, как ненарочито угодить женщине. Это было необычно, он не узнавал себя, но в то же время было интересно. Это было что-то вроде боевой операции, которую надо тщательно спланировать и провести. Планирование даже увлекло его.

Всякий раз, когда он приходил, Юля собиралась спросить, что у него за духи. Ей нравилось, как он пахнет. Но, опасаясь, что этот вопрос он сочтет интимным, удерживала себя от него. Она обнаружила, что Илья умен, что им обоим смешны одни и те же анекдоты. Но это не имело никакого значения.

Однажды, когда он пришел, Юли в салоне не оказалось. Там хозяйничала неизвестная Илье маленькая смуглая азиатка, едва говорившая по-русски. Она объяснила, что к Юле приехал большой человек из Москвы и поэтому Юля сегодня не работает. Илья запаниковал. Столько усилий псу под хвост. Он видел «мерседес» с государственными номерами, подарок, вспомнил историю про спасение жизни над Атлантическим океаном. Оставалось понять, есть ли со стороны этого высокого московского чиновника романтический интерес к Юле. В той ситуации он вполне мог возникнуть. Следовало навести справки о семейном положении этого господина. Илья быстренько сообразил, кому надо позвонить, чтобы получить подобную информацию. Сведения оказались неутешительными. Чиновник в отличие от Ильи был свободен и вполне мог подыскивать молодую жену. Их весовые категории были несопоставимыми. Связь или брак с чиновником такого уровня подняли бы Юлин статус на практически недосягаемую для Ильи высоту. Он понимал, что расклад абсолютно не в его пользу. И на него напала тоскливая безысходность. Борьбу статусов он заведомо проигрывал. Единственное, на что ему оставалось рассчитывать, – это Юлина неподкупность, если, конечно, она не была фальшивой и не представляла собой разновидность кокетства и набивания цены. Чиновник был на двадцать лет старше Ильи, внешность его, соответственно требованиям организации, которая выдвинула его на нынешний пост, была весьма средней, не запоминающейся. Следовательно, внешний эффект здесь тоже вряд ли мог иметь место. Надежность и свобода от брачных уз – вот важнейшие факторы, помимо статуса. Илье необходимо было вызвать Юлю на откровенный разговор о Сергее Ивановиче. Это было трудно. Но только так он мог узнать, как Юля на все это смотрит.

* * *

Тем временем Юля и Сергей Иванович в том самом «мерседесе» ехали по Приморскому шоссе в сторону любимого им небольшого респектабельного отеля на побережье, там в ресторане при отеле готовили блюдо, которое Сергей Иванович очень любил и которое каждый раз, возвращаясь в Питер, отправлялся отведать. Блюдо готовили в крестьянском стиле, поэтому Юля вряд ли стала бы его есть с тем количеством масла и сметаны, которое полагалось по рецепту. Но Сергей Иванович чувствовал себя ужасно скованно в Юлином присутствии. Хотя мысленно уже давно на ней женился и родил двоих детей. Сидя рядом с ней в машине, он боялся шелохнуться и крайне плохо соображал. Поэтому до того, что блюдо чересчур жирное, он додумался слишком поздно, чтобы менять маршрут. Однако Сергею Ивановичу непременно хотелось сделать Юле что-то приятное. Ему пришлось срочно придумывать дле нее какой-то бонус. Он уже осмотрел ее салон, нашел, что она отлично справляется и все разумно организовала. Поэтому зацепился за эту тему и решил, что покажет ей оформленный на его престарелого дядю, но на самом деле принадлежащий ему бывший обкомовский санаторий. Санаторий нормально функционировал и давал кое-какую прибыль.

Юля с любопытством все обошла и осмотрела, но Сергею Ивановичу не сказала ни слова. Он ожидал, что она восхитится. Но этого не произошло. Сергей Иванович недоумевал.

– Тебе не нравится?

– Что именно?

– Ну, вообще все.

– Нет, не нравится.

– Почему?

– Все сделано по старинке, без комплексного оздоровительного подхода. Номера устарелые, сантехника плохая, еда столовская. Средний класс здесь жить не станет. Только по большой нужде. У вас такие возможности, такая природа вокруг, замечательная вода течет из труб. А вы экономите на новом оборудовании. Я бы сделала здесь два разных учреждения. Одно – ориентированное на красоту и омоложение, а другое – на лечение и реабилитацию. Например, по этажам…

– Так-так-так. Напиши мне подробный план, как ты это видишь, экономист обсчитает, я подумаю. Если расчет мне понравится, может, возьму тебя сюда главврачом.

По тому, как загорелись ее глаза, он понял, что угодить сумел.

Юля не верила ушам. Все-таки ее собственный салон с тремя аппаратами был ей тесноват, и рутина совсем заела. По большому счету, без научных изысканий, котор ыми Юля уже давно не занималась, работа была ей скучна. Кроме того, она постоянно нервничала из-за долга Илье, постоянно ругала себя за то, что ввязалась в это дело. И только любовный гормон внушал ей оптимизм и уверенность. Если она качественно все осмыслит, не попросит слишком многого и в то же время придумает что-то новое, ей дадут поле деятельности. Это будет настоящая работа, настоящая жизнь.

Сергея Ивановича вполне устраивало, как все работало в этом санатории. Однако Юля могла бы сделать из него модное место, прибыль увеличилась бы. Ну а ко всему прочему это была возможность подобраться к ней поближе. Общее дело сильно укрепляет взаимоотношения.

Сергей Иванович так был доволен своей находкой, что даже допустил дерзкую мысль о том, чтобы снять в отеле номер на несколько часов. Но он не был ухарем и хватом, Юлино присутствие по-прежнему обескураживало его, и ее отказ, пусть даже веж ливый и мотивированный объективными обстоятельствами вроде месячных, был для него непредставим, невозможен, убийствен. Поэтому он решил позже, в другой раз, когда она почувствует и оценит его к ней отношение, обговорить с ней все – перспективы, условия, заручиться пониманием, а уж потом создать какую-нибудь романтическую ситуацию и предоставить инициативу ей самой. Тогда все получится естественно и комфортно.

Наступил вечер. Юля проводила Сергея Ивановича в аэр опорт. «Мерседес» вез ее домой. Мягкая подвеска представительского авто укачала Юлю. Она дремала, лениво раздумывая о том, как реорганизовать санаторий. Внезапно на пешеходном переходе возле большого сетевого гипермаркета Юля увидела Павла. Он переходил дорогу, направляясь к парковке.

– Остановите! – крикнула Юля водителю и выскочила из еще не остановившегося автомобиля. Она побежала в ту сторону, в которую пошел Павел, но он, видимо, уже сел в машину. Ни марки, ни номера она не помнила. Она пробежала взад-вперед по рядам. Но Павла не нашла. Он растворился в пространстве. Единственное, в чем убедилась Юля: он действительно существует и он в городе. Но где его искать, Юля не представляла.

* * *

Наташа вошла в Юлин салон, и ей там сразу понравилось. И доктор Юлия Викторовна показалась понимающей, мягкой. Она была, конечно, моложе ее, Ната ши, но почему-то совершенно не бесячая. Обычно молодые женщины приятной наружности бесили Наташу, потому что в каждой она видела потенциальную охотницу за своим мужем. А эта была на охотницу не похожа.

И, слово за слово, Наташа рассказала докторше о том, что ее беспокоят старение и лишний вес. Что она очень боится потерять мужа, потому что ничего не умеет делать, не сможет работать и боится бедности, как ада. И что она уверена: только пластическая операция сможет удержать ее мужа при ней, причем операция тайная. Например, она скажет, что ей надо оперировать носовую перегородку. Это делают как раз на кафедрах лицевой хирургии. Так что, когда она выпишется, он ничего не будет знать, просто увидит, какая она молодая и красивая, поймет, что лучше ее на свете нет и никто другой ему не нужен, и останется с ней навсегда. И никогда не будет бедности.

Юля выслушала все это с сочувствием. Но лишнего веса не видела в упор. И тогда она спросила, а почему Наташа хочет похудеть.

– Мне сказали, что я безобразно толстая.

– Кто сказал?

– Человек, которого я люблю.

– Ваш муж?

Наташа поняла, что заговорилась.

– Да, муж.

– Ну, хорошо, попробуем угодить вашему мужу.

Юля сделала Наташе калиперометрию и назначила курс упражнений. Процент жира в Наташином организме составлял 10, тогда как у самой Юли эта цифра равнялась 12.

– А диету? – спросила Наташа.

– Мы справимся одними упражнениями, – ответила Юля.

– Как быстро я достигну идеального веса?

Юля не знала, что ответить. Вес Наташи был ниже идеального.

– Я думаю, очень быстро. – Юля дала Наташе свою визитную карточку: – Вот. На всякий случай.

– Хлудова Юлия Викторовна, – прочитала Наташа. – Что-то знакомое. Где-то я о вас читала или слышала.

– Возможно, мы вложились в рекламу.

И они распрощались. Наташа – вполне довольная результатом беседы, Юля – в полном недоумении.

* * *

Настя позвонила адвокату, который успешно развел с мужем-бизнесменом Юлину клиентку-домохозяйку.

Адвокат объяснил Насте, что вступить в права наследования она сможет только через шесть месяцев после смерти мужа. И что наряду с ней наследниками являются все дети покойного – четверо от прежних браков и трое Настиных – и его отец. Поэтому затевать что-либо прямо сейчас попросту преждевременно. Надо ждать.

Но Настя ждать не могла. Ей необходимо было что-то предпринять немедленно. Поэтому она снова позвонила адвокату и уговорила его все-таки с ней встретиться, пообещав в любом случае оплатить консультацию.

Адвокат оказался маленьким, совершенно лысым и п ри этом необыкновенно живым, бодрым человеком. Посмотрев на Настю вблизи, молодую вдову с тремя детьми, но стойкую и энергичную, он почувствовал к ней расположение и серьезно вдумался в ее ситуацию.

Прежде всего адвокат хотел знать, открытым или закр ытым акционерным обществом является предприятие покойного Настиного мужа. Настя точно знала, что фирма Руслана была закрытым акционерным обществом. «ЗАО» значилось на всех визитках Руслана. Это означало, пояснил адвокат, что число владельцев определенное, небольшое, скорее всего эти люди Насте знакомы. И, что самое главное, – акции закрытого акционерного общества действительно можно наследовать, в отличие от доли в открытом акционерном обществе, там такое не всегда возможно.

Далее следовало узнать, каким процентом акций предприятия владел Руслан. Настя точно этого не знала. Ад вокат посоветовал поискать бумаги дома, у Руслана наверняка должны были где-то храниться устав, протоколы собраний акционеров и другие учредительные документы.