Текст книги "Твоя ужасная девушка (СИ)"

Автор книги: Аксинья Карпова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 21 страниц)

Глава 58

– Прости, я не должен был так поступать, – вздохнул Рома. – Ты тут такого страху натерпелась, да? Просто… Ника – она…

– Она и Антон встречаются? – спросила я.

– Нет, – резко ответил он, и тих добавил, – наверное. Может уже и начали…

Все ясно – на лицо жуткая ревность. Такая сильная, что он голову потерял уже. И куда я лезла?

К слову, то, что этот парень явно не герой моего Романа, на самом деле, я понимала и раньше, но не хотела признавать.

С квеста уходить не стала. Найденный мной клочок бумаги действительно оказался частью подсказки. Остальные участники также нашли ее составлявшие (Л2,4;И3,5; Н6) и вскоре мы поняли, что кодовым словом является Алилина.

Это оказался правильный вариант – так художник называл свою жену Алефтину в раннем детстве. (Оказалось, что они были знакомы чуть ли не с пеленок). Организатор квеста достал из сундука репродукцию картины, на которой была изображена голубоглазая блондинка в нежно-розовом платье, она выглядывала из окна, явно кого-то поджидая. Картина называлась «Любимая ждет любимого».

– Как слащаво, – поморщился Саша.

– Ничего ты не понимаешь, – шикнула на него Рада.

Настоящей экспонат ждал нас на самом высоком этаже музея, там как раз вот-вот должны были начаться танцы.

– Ура, мы справились, – весело произнесла Рада, однако чуть погодя добавила, – ребят, а что у вас случилось-то?

– Да я малость палку перегнул, – смущенно отозвался Саша и посмотрев на меня, взмолился, – ты прости, я не думал, что прямо жесть началась.

Я молча кивнула. А что тут еще скажешь? Больше всего в произошедшей ситуации меня поразил Аверин. Он действительно меня спас? Надо же…

– Вот ты как всегда, – возмутилась Рада, – вроде взрослый лоб, а ведешь себя как ребенок. И вообще я думала, что ты в ловушку попал, поэтому нет нигде тебя, а оказалось, что Сашенька наш на два фронта работает.

– Получается никто не знал, что среди участников есть подставной? – решила спросить я.

– По правилам нам нельзя заранее знать об этом, – объяснил Рома. – В каждом квесте может быть подставной, а может и не быть. Плюс людей обычно больше и сложнее догадаться, кто изменник.

– Ясно, – кивнула я.

– Пойдемте на танцы, – как ни в чем небывало произнесла Аля.

– Тебе лишь бы танцевать, – покачала головой Вероника.

– Вот не повезло с сестрой, – закатила глаза Журавлева, – такая зануда.

– Вы сестры? – поразилась я.

– Двоюродные, – ответила Ника, и добавила, – к сожалению.

Боюсь представить, чем еще меня может удивить сегодняшняя ночь в музее…

* * *

Поднявшись на верхний этаж, я с удивлением отметила, что людей здесь достаточно много. Алю подозвала одна из девушек, Рада тоже нашла в толпе кого-то из знакомых. Вскоре «наша компания» заметно поредела. Оставшись с Авериным практически наедине, я шепнула:

– Спасибо за то, что спас.

– Да не за что, – пожал плечами Дима. – Скажешь тоже – спас.

– Но правда, – я подняла голову и заглянула в его глаза, – он здорово напугал меня… Я не знала, как быть… А ты… ты помог.

– Просто некоторые личности не видят берегов, – посуровел Аверин. – Надеюсь, до него дошло.

– Думаю, да, – закивала я. – Спасибо.

– Да не за что, – грустно улыбнулся парень.

Оказывается, я так соскучилась по его улыбке… На миг мне так захотелось вернуться в наше недавнее прошлое и прожить его заново. Даже несмотря на жуткий страх, там, в поле, когда казалось, что домой мы уже не попадем…

Зазвучала знакомая мелодия, не ожидала, что в Сити-Холле в ночь музея включат песню IOWA «Одно и тоже». Аля подскочила к Диме и схватив егоза руку, игриво произнесла:

– Пойдем танцевать, ну? Ты же обещал?

Я вздрогнула п повернулась к сторону импровизированного. Антон и Вероника уже были там.

– Потанцуем? – предложил Рома, и нахально обнял меня за талию.

Мне стало не по себе, но виду я не подала.

– Пойдем, Аля, – холодно отозвался Дима, продолжая буровить меня взглядом.

Вскоре мы все оказались на танцполе. Возможно, некоторое время назад, я бы пищала (в душе) от восторга, что нахожусь так близко с Ромой – ведь даже песня как будто намекала на нас. Взять хотя бы строчку «Нам так нравится одно и тоже», наивная Сима могла подумать, что это поется о ней и о Роме. Ведь они оба любили животных и хотели стать ветеринарами. Но теперь…

Во-первых, я видела, что он то и дело пялился на Веронику, и чувствовала себя игрушкой, которую используют в отнюдь не благих целях. А во-вторых… лицезреть объятия Димы и Али, стало для меня тем еще испытанием, гораздо хуже браслета на ноге. (Вот ей и Аверину точно нравилось одно и тоже – а именно Аля Журавлева. Сомневаюсь, что она могла полюбить кого-то также сильно, как саму себя.)

– Ты красивая, – зачем-то сказал Рома.

Стало ли мне приятно от его слов? Нет. Даже наоборот, на душе образовалось какое-то гадкое чувство…

– Ты меня пригласил сейчас только чтобы Вероника ревновала? – в лоб спросила я.

Кажется, он не ожидал, что я на такое способна. Растерялся.

– Она ведь тебе нравится, да? – продолжила я.

– Уже давно, – наконец признался парень, – но ты не подумай, я не использую тебя. Просто…

Я хмыкнула.

– Ты сам себя не обманывай, Ром…

– Ты правда красивая, – повторил парень. – Вчера ты меня, конечно, поразила, видок у тебя был тот еще. Если честно, я напрягся, думал, ты и сегодня так вырядишься, и опозоришь меня. Но потом ты все объяснила, да и этот костюм тебе идет. Ты правда красивая, Сима, и добрая. И я бы сказал, что ты милая. Очень милая девушка.

– Ты это к чему? – напряглась я.

Значит, мне не показалось, Рома и правда испугался образа Фимы. Не знаю даже, стоит ли его за это винить? Наверное, все бы думали также как он? Или нет?..

– Я подумал, – те временем продолжил Рома, – может попробуем что-нибудь?

– Что-нибудь это что?

– Отношения, – тихо проговорил он. – Ты красивая, прикольная. Я вроде тоже ничего.

По интонации парня стало понятно, что ему неловко это все говорить. И зачем ему это все?

– Давай в кино сходим на следующей неделе? Миша предложил всем собраться, посмотреть новинку про вампира. Ты как? Или тебе уже хватило ужасов сегодня?

– Думаю, что хватило, – кивнула я и добавила, – а Вероника там тоже будет?

– Ну что ты сразу про нее, – стушевался Рома.

Я грустно улыбнулась. Все понятно.

– Ну или можем пойти на поэтический вечер, помнишь, ты хотела, но мест не было. Я договорюсь, – ухватился за еще одну ниточку парень, – ты можешь там прочесть свои стихи. Или пока послушать наши.

– И Вероникины тоже? —

– Она больше слушает чем пишет, – ответил парень и заметив мою ухмылку, буркнул, – да почему ты все время про нее да про нее?

– Потому что, Рома, – я остановилась, – в мои планы не входит встречаться с тобой чтобы насолить той, кто тебе нравится.

– Но ты ведь согласилась танцевать, потому что ревнуешь Диму к Але? – едко заметил он.

– Я согласилась с тобой танцевать, – твердо произнесла я, – потому что дура была.

Сбросив его руки со своей талии, я не прощаясь, покинула зал.

Глава 59

Я лежала в кровати, смотря в потолок. Что же… Скоро прозвенит будильник, придется собираться в школу, затем идти на работу, видеться с Авериным, а затем и с Ромой. Нет. Кажется, сегодня я не готова к таким испытаниям.

Перевернувшись на бок, поджала колени к груди и обхватила их руками. Может быть остаться дома? Нужно придумать какую-нибудь отмазку…

Ночь я провела без сна. В голове то и дело мелькали недавние события. Как Аверин защитил меня, как Рома решил использовать мою персону для своих планов, и о то, как Дима танцевал с Алей… Последнее почему-то ранило сильнее…

На телефоне заиграла мелодия. Пора вставать. Но так не хочется… Я потянула на себя одеяло и укрылась им с головой. Можно мне просто спрятаться?.. А лучше вообще исчезнуть… Не навсегда, конечно, хотя бы на пару дней.

В дверь постучались, и вскоре на пороге возникла мама.

– Симочка, с тобой все в порядке? – взволнованно спросила она. – Ты вчера пришла такая смурная, тебя там кто-то обидел?

Я приподняла край одеяла и выглянув из-под него, натянуто улыбнулась:

– Все нормально, мам, просто я немного простудилась, можно мне сегодня остаться дома?

– Так, – она села на край кровати, – давай температуру измерим.

Прикоснувшись ладонью к моему лбу, мама вздохнула:

– Ты и вправду горячая, сейчас градусник принесу.

Может я на самом деле заболела? Попыталась прислушаться к своим ощущениям – после переживаний вкупе с бессонницей я чувствовала себя разбитой. Если и простудилась, могла этого даже не заметить…

– Вот, держи, – мама вернулась в комнату и протянула мне градусник.

– Спасибо, – кивнула я.

– Горло не болит? Все равно прополощи обязательно, и нос нужно промыть, – тем временем продолжила она.

– Не болит вроде бы, – пробормотала я.

Градусник запищал.

– Подержи еще пять минут.

– Да, мам.

– Вчера точно не случилось ничего плохого? Помнишь, в первом классе ты расстроилась, что тебя не взяли играть более старшие ребята из кружка по зоологии, и после этого у тебя поднялась температура…

– Я была ребенком, – попыталась выкрутиться я.

– Да, Сима, но…

В дверном проеме показалось голова Аленки.

– Мам, а можно я сегодня дома останусь? – хриплым голосом произнесла она, – горло болит.

– Час от часу не легче, – вздохнула она. – подойди сюда.

Сестра послушно вошла в комнату, мама проверила ее лоб м удручено резюмировала:

– Точно температура. Как же вас угораздило?

– Сима, ты тоже заболела? – удивилась Аленка.

Я вытащила градусник и с удивлением произнесла:

– Тридцать семь и девять.

– Так, Сима, отдай градусник сестре, – скомандовала мама, – а я пойду сделаю вам чай.

Как только за мамой закрылась дверь, я взяла телефон и написала директору котокафе:

' Доброе утро, Лариса Ивановна, я разболелась, могу взять отгул?'

Конечно, такие вопросы можно решать и через Рому, но после вчерашнего общаться с ним мне не хотелось.

Вскоре она ответила:

«Конечно, Серафима, выздоравливай! Пей побольше жидкости, отлеживайся давай!»

Я с облечением выдохнула.

«Спасибо, Лариса Ивановна!»

Чуть подумав, решила предупредить подругу, что сегодня не приду:

«Лис, у меня температура, так что сегодня без меня»

Она ответила буквально через минуту:

«Сима, ты чего это? Выздоравливай поскорее…»

«Постараюсь, Лис)»

Отправив сообщение, я отложила мобильный и закрыла глаза. Выздороветь я еще успею, но пока что можно немного и поболеть…

* * *

К вечеру температура спала. Кажется, мама была права, мое состояние стало таким из-за стресса. А вот Аленка и вправду разболелась, пришлось даже вызывать врача.

И если ее оставили дома, как минимум, на неделю, то мне пришлось на следующий день идти в лицей…

(Забегая вперед, хочется сказать, что лучше бы я этого не делала.)

Лицей встретил меня привычной суматохой, идя по коридору, я старалась слиться с толпой. Остановившись перед кабинетом биологии, ощутила острое желание сбежать. Неужели мне придется видеться с Авериным? Может перевестись в другой класс? Точно, к Алисе! Правда, в математике я полный ноль, да и к тому же, она учится вместе с Журавлевой… Нет уж, лучше терпеть присутствие Димы, чем Али…

– Ты проходишь? – возмущенно произнесла Ева

– Ага, застряла и стоит в проходе, – поддакнула Лиза.

Я вздрогнула и сделала шаг назад, пропуская одноклассниц.

– Правильно, – хмыкнула Ева, – королева должна проходить первой

– Что-то я здесь королевы не наблюдаю, – не осталась в долгу я.

– Зрение проверь, – съязвила она.

– Как остроумно, – закатила глаза я.

– Хорошо, что ты заметила, – ехидно улыбнулась Богатина.

– Девочки, проходите, – прозвучал голос учительницы по биологии, – вот-вот звонок!

Перепалку пришлось прекратить, чему я, собственно, обрадовалось. Правда настроение стремительно полетело вниз, стоило встретиться взглядом с Авериным.

Пройдя мимо его парты, я мысленно взмолилась, чтобы он ничего не стал мне говорить. Однако вселенная, по всей видимости, меня не услышала…

– Караулова, – шепнул он, – все нормально? Ты вчера так быстро пропала…

– У меня, в отличии от некоторых, есть и другие дела, и я не могу позволить себе тратить все время на развлечения, – дернула плечом я.

– Ясно, – кивнул он, – удивительно, что ты ушла одна, без Сотникова.

– А причем тут Рома?

– Я подумал, что вы…

– Лучше бы ты об учебе думал, Аверин, – оборвала его я.

Прозвенел звонок на урок. Я уселась за парту и принялась раскладывать свои вещи. Екатерина Дмитриевна тем временем сообщила:

– Доброе утро, класс, стало известно, что конференция состоится в этот четверг. Надеюсь, все уже готовы? Прошу до завтра прислать доклады на электронную почту для проверки.

Совсем из головы вылетела эта конференция! Как же так? Ну ее, любовь эту, учеба должна быть важнее.

Аверин повернулся и посмотрел на меня. Я же в свою очередь отвела взгляд. Вскоре завибрировал телефон – ну конечно, не получив ответа, Дима решил достать меня в мессенджере:

«Караулова, все идет по плану?»

Я вздохнула:

«Ну, как тебе сказать, Аверин… Сегодня займусь этим.»

«Что-то ты припозднилась, непривычно даже, это любовь на тебя влияет так?»

Вот же пристал! Думает, я раскрою ему все карты? Ну ужнет!

«Не твое дело, Аверин, отстань. Защитим доклад и надеюсь, наши пути разойдутся навсегда.»

«Как скажешь.»

Вот и хорошо, надеюсь, до него и правда дошло…

* * *

Перейдя в кабинет литературы, моя скромная персона вновь подвергалась расспросам, на этот раз от Нины Николаевны:

– Симочка, ты написала стихи? Сегодня собрание поэтического клуба, мы очень ждем тебя.

Ее голос зазвучал слишком громко, и привлек излишнее внимание со стороны одноклассников, в частности Евы и Лизы.

– Караулова, ты в поэтессы подалась? – хохотнула Ева.

– И о чем пишешь? – не осталась в стороне Лиза.

Вот зачем я в это все влезла? Думала таким образом понравиться Роме? И стоило оно того? Очевидно, что нет… Пора завязывать. Не хочу быть той, кем не являюсь.

– Нина Николаевна, – игнорируя выпады одноклассниц, произнесла я, – на поэтический вечер больше не пойду, поняла, что это не мое. Биология мне куда ближе.

– Вот как. – расстроилась учительница, – что же, надеюсь, ты еще передумаешь, мы всегда будем рады тебя видеть. – И повернувшись к Диме, продолжила, – а ты хоть придешь? Сегодня мы будем обсуждать вклад поэтов в развитие духовного мира.

– Нет, спасибо, но я решил, что лучшее, что я могу сделать для поэзии – это не становиться поэтом.

– Что ж такое, – покачала головой женщина, – очень жаль. Но вы помните, двери клуба для вас всегда открыты…

– Дим, – удивилась Ева, – а ты там что забыл?

– Что забыл, то вспомнил и нашел, – резко ответил ей парень, явно давая понять, что диалог продолжать не собирается.

Урок подошел к концу, я собирала вещи, попутно обдумывая, стоит ли тревожить Алису на большой перемене или дат ей время пообщаться с Ильей. Мимо меня проскочил Марат, наступив при это на ногу и скинув тетрадки с паты.

– Эй. Осторожнее, – возмутилась я

– Отстань! – крикнул он и скрылся в коридоре.

Совсем уже с катушек слетел.

– Куда это он убежал? – нахмурилась Ева.

– Походу за литераторшей, – предположила Лиза. – Слышала, он собирался вступить в клуб этих, как его, поэтов.

– С чего бы?

– Да кто ж его разберет, пожала плечами она. – Может влюбился.

– В кого? – свирепо произнесла Ева.

– Откуда я знаю, просто так предположила, – несколько испуганно отозвалась Лиза.

Ева состроила недовольное выражение лица и направилась к выходу из класса, при этом пройдясь по моим разбросанным тетрадям.

– Смотри куда идешь, – буркнула я.

– А то что? – ехидно спросила она. – И вообще, это не я разбросала тут все. Сама виновата.

Она ведь сама видела, что это Марат виноват. Ну почему некоторые люди так любят плеваться ядом?

Ева посмотрела на пол, и усмехнулась:

– Так, что тут у нас?

Одним движением она подняла с пола двусторонний листок, большими буквами на котором было написано «СТИХИ». Нет, только не это! Совсем забыла, что оставила в тетради свои записки.

В класс вернулся Аверин, увидев нас, он удивлено произнес:

– Я думал все уже ушли.

Подойдя к своей парте, он забрал со стула пиджак.

– Да нет, Дима, – расплылась в улыбке Ева, – мы тут так интересно общаемся.

– Неожиданно, – пробормотал парень.

– Да, представляешь, Сима все-таки решила стать поэтессой, – она повертела перед собой листком.

– Отдай! – крикнула я.

– Караулова, чего ты скрываешь все от общественности? Народу нужно знать кто находится с ним двадцать четыре на семь. Так, что тут у нас? «Она идеальная, нравится тебе во всем. Как улыбается» Караулова, это ты о ком? А? Кто там кому нравится?

– Отдай, говорю, – я подскочила к однокласснице и попыталась вырвать из ее рук стихи.

– Нет, нет, нет, – она подняла листок высоко над своей головой, – Лиза. Помоги!

Послушная подружка тут же встала перед нами, усмехнулась:

– Ну же, Караулова, дай нам дочитать, разве писатели не мечтают о читателях?

– О таких как вы точно нет! – прорычала я.

– Девчонки, – подал глосс Дима, – вы что творите?

– Аверин, не мешай, – гневно посмотрела на него Ева, – дай почитать, интересно же. Потом расскажу остальным, пусть поржут.

– Думаю, лучше сделать иначе, – подошел к нам парень. – Ев, дай мне сюда, я сфоткаю.

– Хочешь показать кому-то? – удивилась девушка.

– Угу, – кивнул он.

– Тогда и в чаты разошли, – развеселилась Ева.

– Обязательно, – улыбнулся Аверин.

Серьезно? Этот человек способен на такую подлость⁇

– Да пошли вы все! – крикнула я.

И схватив рюкзак бросилась прочь из класса.

Глава 60
Дима

– Держи, – Ева протянула мне листок со стихами. А в какие чаты скинешь?

Я забрал листок и сунув его в карман, с усмешкой произнес:

– В чат для честных людей, такой ответ устроит?

– В смысле? – не поняла девушка.

– Облом вам, девчонки.

Сказав это, я вышел в коридор и посмотрел по сторонам. Ну конечно, Симы и след простыл. Может быть она в столовой? Хотя… Вряд ли Караулова пошла бы туда в таком состоянии… Тогда куда же моглана направиться расстроенная девушка? В женский туалет? Вполне. Вот только мне туда, по понятным причинам, вход закрыт.

Может написать ей? Вряд ли она ответит, но попытаться стоит…

«Сима, ты где? Нужно поговорить»

Была в сети пятнадцать минут назад, значит, после урока в мессенджер не заходила.

Вот и как ей объяснить, что я не собирался фотографировать и рассылать по чатам ее стихи? Мне ведь нужно было под каким-то предлогом забрать их у Богатиной. Способ сработала ура, Ева повелась на эту уловку, но вместе с не и Сима…

Сев на подоконник, я принялся рассматривать «добычу». На первой странице было выведено размашистыми почерком «СТИХИ», первые строчки Ева успела прочесть, а дальше…

Пробежавшись глазами по тексту, понял, что Караулова писала о каком-то парне, которому по всей видимости, нравилась другая… Стихи обрывались на словах «Не влюбись!», возможно, на следующей странице скрывается продолжение. Я замер, словно пытаясь совершить сделку с совестью. Сима явно не хотела бы, чтобы я изучал содержимое листка. И так прочел больше, чем следовало бы…

Сунув его в карман, встал с подоконника и направился в столовую. Недавно Фролова подходила ко мне, думая, что я знаю что-нибудь о местонахождении Карауловой. Что же, пожалуй, придется прибегнуть к ее же способу. Надеюсь, она знает, как связаться с ее подругой.

* * *

– Привет, – произнес я, подходя к столику, за которым сидели Фролова и Соколов. – Алиса, нужно поговорить,

– Привет, – удивленно отозвалась она, – о чем?

– Не знал, что ты общаешься с моей девушкой – напрягся Илья.

– Речь пойдет о Карауловой, – быстро ответил я.

– Что с Симой? – Фролова тут же вскочила со стула.

Я перевел взгляд на Соколова:

– Думаю, нужно поговорить тет-а-тет.

– Хорошо, – кивнула Алиса, и повернувшись к своему парню, добавила, – Я скоро вернусь.

Он молча кивнул и потянулся к тарелке с хот-догом.

Мы же вышли из столовой и направились в рекреацию на первом этаже. Алиса первой села на скамейку и нетерпеливо произнесла:

– Ну же, говори, я уже волнуюсь!

– Симе нравится Рома? – сходу спросил я. – Давно?

Кажется, она не ожидала это услышать. Нахмурившись, Алиса пробормотала:

– С чего ты решил, что он ей нравится?

– Так это правда или нет? – не люблю, когда отвечают вопросом на вопрос.

– Не думаю, что он ей нравится, – наконец ответила девушка. – Так с чего ты это решил?

Я вздохнул. Казалось, все складывалось более чем логично – Симе нравился Сотников, она ведь говорила, что «ее сердце давно занято», смутилась, когда увидела его на благотворительном вечере, пришла с ним на ночь в музее… Но все давно знали, что Сотников сохнет по Веронике. Это длится чуть ли не с детского сада. Они то встречались, то расходились, меня их любовная история никогда не волновала.

В своих стихах Сима говорит о другой девушке, что она якобы лучшее нее. Разве можно сравнивать Караулову с Вероникой? Да и вообще с кем-либо… Сима – другая, отчаянная, дико правильная, вредная, упрямая, но в тоже время добрая, смешная. И есть в ней что-то такое… Очаровательное.

А еще она писала о неразделенных чувствах. Все сходится. Рома помешан на Нике, а Сима… Сима безнадежно втрескалась в него.

Почему-то эта мысль принесла неприятные ощущения в области грудной клетки. Я поморщился.

– Ты чего? – спросила Фролова.

Я протянул Алисе листок со стихами:

– Передай Симе.

– Что это?

– Стихи.

– Она все-таки их написала? – удивилась девушка. – Про Рому? Так странно…

– Думаю. Что это о Роме, впрочем, немое дело, – отчеканил я, и вновь спросил, – так передашь?

– А откуда они у тебя? – сощурила глаза Алиса.

Кажется, просто передать листок не получится. Если Фролова такая же любопытная как Сима, то просто так уйти не получится. Придется рассказывать.

Введя Алису в курс дела, я уставился на нее, ожидая, что же она ответит.

– Да уж, – покачала головой Фролова, – ты, Аверин… и вправду дубина, ничего не понимаешь. Вот почему парни такие? Вам пока на плакате черным по белому, или еще лучше – красным по белому, не напишешь, не поймете! Да триста лет ей не сдался этот Рома, неужели до тебя не дошло? И как Симе мог понравится такой тормоз как ты?

– Что ты сказала?

– Что слышал! – насупилась девушка. – Мозги включай и думай, как с Симой помириться, хотя… На двух стульях усидеть хочешь, да?

– В каком смысле? – не понял я.

– То с Симой гуляешь, то с Журавлевой, то Симе розовые розы даришь, которые якобы на нее похожи, то Алечке точно такие же, хоть бы текст придумал другой.

– Какие розы? Кроме Симы я их никому не дарил, – я с удивлением уставился на Фролову.

– Ну да, конечно, – покачала головой Алиса. – у Симы просто галлюцинация, и Журавлева на самом деле ей ничего не писала и фоток с этим букетом не выкладывала!

– Сима общалась с Алей? И что та ей наговорила?

– У девушки своей спроси, – пробурчала Фролова.

Я схватился за голову. Абсурд какой-то.

– Нет у меня девушки, Алиса, нет!

– Уже успели расстаться? – хмыкнула она. – Как же так, неужели расстался с Журавлевой?

– Да не встречались мы! – с раздражением отозвался я. – И цветы ей не дарил. По крайней мере, такие как Симе, точно нет!

Алиса пристально посмотрела на меня и с сомнением в голосе спросила:

– Ты серьезно сейчас?

– Да, Фролова, да!

– Странно, – пробормотала она. – у вас с Журавлевой показания не сходятся…

Выслушав Алису, я понял, что пора действовать. Хотелось, конечно, узнать у Али, зачем она наврала Симе, но это все потом. Нужно было как можно скорее отыскать Караулову и все ей объяснить…