Текст книги "Нельзя любить чужого мужа (СИ)"
Автор книги: Аида Богдан
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 10 страниц)
Глава 27 Брак уже не спасти..
Затягивать с объяснениями не имело смысла, супруги это понимали. Но, даже зная всю неприглядную правду, Меч не собирался начинать с обвинений. Он и сам ничуть не лучше, ведь на момент, когда произошла судьбоносная встреча с Виолеттой, ему не было известно, что жена ждёт ребёнка от другого мужчины.
Оба виноваты, измена была обоюдной, хотя всё же есть отличие. Меч не собирался скрывать от жены факт своей измены, а вот Катерина и не подумала извещать его о том, что зачала ребёнка от бывшего. Мужчина был уверен, что станет отцом в результате ЭКО, а его развели, как последнего лоха.
По большому счёту он вправе подать в суд за обман и подлог. Илья копает в этом направлении и успел многое нарыть. Представители клиники выразили готовность к сотрудничеству, лишь бы избежать судебных разбирательств.
Виновного нашли быстро, во всём виноват человеческий фактор и жажда наживы. Катя была пока не в курсе, что муж обо всём знает, поэтому ей нужно дать шанс рассказать всё самой. Каждый заслуживает, чтобы его выслушали.
Как знать, может несчастный случай изменил её мировоззрение? Она чудом избежала смерти, что говорит о многом. Остаётся надеяться, что для неё это хоть что-то, да значит. Меч до последнего верил, что так всё и будет, но увы, зря.
– Ты почему не отвечал на мои звонки? – с упрёком спросила молодая женщина, не выдержав затянувшейся паузы. – Вчера не пришёл, сегодня тянул до последнего, я уж думала, что снова не появишься.
– Вчера у меня были другие дела, а на звонки с незнакомых номеров я не отвечаю.
– Вот как? И что же это за дела такие, что оказались важнее меня? Или я теперь побоку? Так ты скажи, чтобы я не ждала тебя понапрасну и не терзала телефон.
– Насколько мне известно, врач запретил давать тебе мобильный, чтобы избежать ненужных эксцессов. Кто нарушил его запрет и принёс тебе аппарат?
– Мама, похоже, она единственная, кто обо мне по-настоящему беспокоится. Правильно, кому я нужна кроме неё в таком беспомощном состоянии? – с горечью произнесла Катерина, пытаясь надавить на жалость.
– Перестань нести чушь, всё то время, что ты пробыла в больнице, я навещал тебя каждый день и подолгу проводил возле твоей постели. Не знаю, стал бы я так упорствовать, зная всю правду.
– Ты это о чём? – похолодела Катя, покрываясь мурашками, в горле сдавило от страха.
– Ты мне расскажи, хотелось бы услышать из первых уст.
– Я не понимаю, чего ты от меня хочешь?
– Начни по порядку, расскажи, как ты оказалась в машине моего отца? В тот день ты не собиралась никуда ехать, насколько я помню.
– Пытаешься обвинить меня в том, что произошло? Не выйдет, если кто и виноват, то это твой отец, он угробил нашего ребёнка и чуть меня не убил, – гневно воскликнула Катя, – уж прости, что к твоему прискорбию я осталась жива, не дала освобождения для новой жизни. Или ты думаешь, я не поняла, что у тебя кто-то появился за время моего вынужденного сна?
– Хорошо, давай по-другому. У меня действительно есть другая женщина, и я хочу быть с ней, так уж вышло, извини.
– Нормально, ты так говоришь, как будто одного извинения достаточно. А что будет со мной, калекой? Так и скажи, что боишься трудностей.
– Дело вовсе не в этом, я буду по-прежнему оплачивать твоё лечение и сделаю всё возможное, чтобы ты встала на ноги, но оставаться твоим мужем я не хочу.
– Значит, ты собираешься развестись? Неужто бросишь меня в таком состоянии? Что с тобой стало, Меч? Ты же всегда был порядочным человеком и не терпел несправедливости. Куда делась твоя принципиальность?
– Растворилась в твоей нескончаемой лжи, Катенька. Я всё ещё жду признаний от тебя, но похоже, что ты не собираешься освещать некоторые факты из своей биографии. Я прав?
– Снова переводишь стрелки? Очень удобно, не так ли? Но ведь это ты изменил мне, пока я боролась со смертью.
– Не отрицаю, да, я скотина. Но знаешь, в свете открывшихся обстоятельств, я теперь понимаю, что случившееся со мной было предопределено. Видно тот, кто отвечает за баланс в этом мире, сжалился, и сделал всё, чтобы прекратить мои мучения.
– Боже, сколько пафоса, бедняжка Мечеслав. Мучения толкнули его в объятия какой-то вертихвостки, гоняющейся за деньгами.
– Она никакая не вертихвостка, и, в отличие от некоторых, не говорит гадостей, к тому же не хочет, чтобы я с тобой разводился.
– Хитрая бестия, знает, как себя вести, чтобы получить желаемое. Какой же ты идиот, хотя, что взять с мужика, чьи мозги утекли в трусы?
– Меня не трогают твои оскорбления, Катерина. Я не собираюсь отвечать тебе тем же, но не позволю говорить плохо о девушке, которую я очень люблю.
– Это не оскорбление, а констатация факта, ты слишком наивен, дорогой, если думаешь о потаскушке, что легла в постель к женатому мужчине, как о достойном человеке.
– Я и правда был слишком наивным, но теперь прозрел окончательно. Знаешь, а я ведь едва не свихнулся, оплакивая малыша, который даже не был моим. Мне до сих пор страшно вспоминать о своих чувствах. Почему ты не рассказала мне, зачем обманывала? Ну любишь ты своего бывшего мудака, так я ведь не тупой, понял бы и отпустил бы тебя на все четыре стороны.
– Это Егор наговорил тебе подобную чушь? И ты поверил? Господи, да он же всё наврал, – зачастила Катерина, пытаясь обелить себя, – так ты поэтому решил мне отомстить? Теперь я понимаю твои мотивы, Мечеслав, и готова закрыть глаза на измену. Вместе мы всё преодолеем, вот увидишь, я обязательно встану на ноги и рожу тебе много детей. Только не бросай меня на произвол судьбы.
– Нет, не родишь, во всяком случае не мне точно, потому что я больше не позволю водить себя за нос. Давай договоримся по-хорошему, так сказать полюбовно, мы с тобой разведёмся по обоюдному согласию. Я буду помогать материально, пока ты находишься на больничной койке.
– Ни за что, я не дам тебя развода, пусть твоя лярва не рассчитывает на это, – зло отреагировала Катерина, – и суд будет на моей стороне.
– А это мы ещё посмотрим, советую тебе хорошенько подумать, прежде чем затевать всю эту возню. Суд – дело дорогостоящее, если ты проиграешь, а это будет, тебе придётся оплатить все судебные издержки. Не лучше ли потратить средства и силы на то, чтобы восстановиться после аварии?
– Я не проиграю, потому что правда на моей стороне.
– Блажен, кто верует. Ну, в таком случае на этом можно ставить точку в нашем разговоре, но если ты захочешь пересмотреть свои взгляды, я готов выслушать. В отличие от тебя, я был честен и рассказал всё, как есть, жаль, что ты не хочешь последовать моему примеру. Наш брак всё равно уже не спасти, но мы могли бы расстаться мирно.
– Ни за что, даже не надейся, ты не получишь развод.
Мечеслав не стал раскрывать все козыри, что имелись у него на руках. Если Катя хочет войны, она её получит. Свидетельских показаний со стороны руководства клиники будет более, чем достаточно, так что отвечать Катерине придётся по полной программе, вместе с той, которая ей помогла всё провернуть.
Глава 28 Причина для развода..
Катерина и подумать не могла, что девицей, умудрившейся зацепить её мужа, является сестра Кости, та самая, влюблённая по уши, малолетка. Она и думать забыла о её существовании, не то, что опасаться. В памяти только и осталось, что имя Виолетта и большие глаза, смотревшие на Меча с щенячьим восторгом.
Потом, когда стало известно, что обожаемый мужчина в скором времени женится, девчушка вдруг резко поникла, Кате даже стало чисто по-человечески жаль её. Вернувшись домой, она рассказала жениху о своих подозрениях и уронила слезу. Меч тогда восхитился её способностью сострадать ближнему.
В общем, под подозрения мог попасть кто угодно, только не дочь Кравцовых. Мечеслав не стал раскрывать имени девушки, потому что не знал, чего ожидать от жены, поведение которой выходило за рамки и оставляло желать лучшего. Как оказалось, он совсем её не знал. Да и неизвестно, как поведёт себя тёща.
Меж тем воодушевлённая Аглая Васильевна и не подозревала, что задумал зять, она была уверена, что тот никуда от них не денется. На следующий день мать Кати появилась в палате с полным пакетом снеди.
– Вот, Катюш, я пельмешек налепила, а ещё лапшу куриную сварила, поешь, пока тёпленькое, а то поди надоела больничная еда? – квохтала она наседкой, поднимая спинку ортопедической кровати, чтобы дочери было удобно.
– Не знаю, как других, а меня тут кормят вполне нормально, – ответила молодая женщина, равнодушно пожимая плечами, – муж позаботился, чтобы у меня всё было по высшему разряду.
– Вот и хорошо, на то он и муж. И всё же здешняя баланда не сравнится с домашней едой, так что не капризничай, ешь давай, зря я, что ли, на кухне проторчала всё утро? – ворчала мать.
– Боюсь, что мне сейчас кусок в горло не полезет, мне жить не хочется, а ты тут со своими пельменями.
– Да что ты такое говоришь, что за мысли? Господь тебя пожалел, оставил в живых после такой страшной аварии, – запричитала Аглая Васильевна, – вчера же с тобой всё обсудили, ты была настроена на выздоровление, а сегодня что?
– Мам, Меч хочет меня бросить. Скажи, что мне делать? – всхлипнула Катя.
– Что значит, хочет бросить? Этот гад совсем с ума сошёл? Ну, я ему покажу, где раки зимуют, не переживай, мы найдём на него управу.
– Он сказал, что готов помогать материально, пока я не встану на ноги, но я ответила, что не дам ему развод. Если надо, в суд обращусь.
– И правильно, довёл девчонку до инвалидности вместе со своим папашей, чтоб им обоим пусто было, а теперь решил слинять? Поди бабу другую нашёл, мужик не уйдёт в никуда, – мать изрекла со знанием дела.
– Да, ты всё правильно поняла, Мечеслав влюбился в другую, а та настолько ушлая, что ведёт себя так, будто против нашего развода. Мол, нельзя бросать жену в беде.
– Вот же гадина, и как только таких земля носит.
– Мамуль, это ещё не всё. Дело в том, что Меч встречался с Егором и тот наговорил ему лишнего. Я теперь не знаю, как быть.
– В смысле, лишнего? Что-то ты темнишь, дочка, а ну-ка, давай по порядку, с самого начала.
– Извини, что не рассказала, просто я боялась твоей реакции. Дело в том, что ребёнок мой был не от мужа, думаю, что основная причина, почему он теперь хочет развода, именно в этом.
– Не поняла, ты это о чём, дочка, да как такое возможно? Вы же с Егором давно расстались?
– Так получилось, мам, мы встретились на дне рождения Лильки, Меч тогда не смог со мной пойти. В общем, там всё и произошло, а потом я узнала о своей беременности.
– Погоди, но тебе же делали ЭКО, разве нет? – спросила мать, округляя глаза.
– Мы подписали договор, и в определённый день мне должны были подсадить эмбрионы, но я смогла забеременеть естественным путём.
– А эмбрионы-то куда дели?
– Понятия не имею, наша Настя должна была их утилизировать. Я в тот день побывала у неё на приёме, чтобы всё было зафиксировано.
– Так ты в это дело ещё и Анастасию впутала?
– А иначе как бы я смогла убедить мужа, что жду от него ребёнка?
– Вот дуры стоеросовые, это же подсудное дело. Ну ладно ты, тетёха, но Настька-то должна была знать. Как она на это пошла? Поди денег больших потребовала за свою помощь? Ненасытная, всю жизнь хапает и ртом, и задом. Говорила я тебе, Катька, иди в медицинский, всегда при бабле будешь.
– А ещё ты говорила, что самый лучший вуз – это удачно выйти замуж.
– Ну, судя по всему, из этого вуза ты скоро вылетишь, как пробка.
– Это мы ещё посмотрим.
– Так что там с Настей, сколько ты ей в итоге заплатила?
– Мне удалось так её уломать, я пригрозила, что расскажу Борису о её любовнике, так что мне не пришлось тратиться.
– Да уж, ещё и гулящая, а строит из себя святошу, сестра моя в жизни не поверит, что её дочурка такая гадина.
– Ладно тебе мам, вечно вы с тётей Надей соперничаете.
– Чего уж там, мы теперь в одной лодке, тут не до соперничества. Тем более, что, как оказалось, ты тоже у меня недалеко от Настьки ушла.
– Перестань, я не такая, как она.
– Это-то ладно, я другого боюсь. Ты понимаешь, что если правда выплывет наружу, то вам обеим грозит срок?
– Ерунда, моё дело, хочу – подсаживаю эмбрионы, не хочу – не делаю этого, – упрямо заявила Катя, – и вообще, мам, я что-то не пойму, ты на чьей стороне?
– На твоей, дурёха, я просто не хочу носить вам с Настькой передачки на пару, когда вас отправят по этапу.
– Да кто меня посадит? Я ведь инвалид, по твоим же словам.
– Если есть за что посадить, будь уверена, посадят. В общем так, никакого суда, соглашайся на все условия мужа, пока он добрый. Пусть оплатит твоё лечение, а взамен дай ему развод. Только вам нужно заключить нотариальное соглашение.
– Но я не хочу оставаться одна, кому я такая нужна?
– Сейчас главное на ноги встать, а о мужиках потом подумаешь. Нечего было хвостом перед бывшим крутить, сейчас не пришлось бы мучиться.
– Я не крутила, он сам меня подкараулил в туалете.
– Надо было брыкаться, орать, в конце концов, звать на помощь.
– Что теперь об этом говорить? После драки кулаками не машут, как любил повторять мой свёкор.
– Ты его ещё пожалей, это ведь именно он угробил моего внука.
– Знаю, просто он был на эмоциях в тот день, услышал наш разговор с Егором возле клиники, и всё понял.
– Так вот почему ты засмеялась, узнав, что он погиб вместе с женой? А я ещё подумала, что это у тебя нервное.
– Ну, конечно, я обрадовалась, что Меч ничего не знает, но оказалось зря.
– В общем, давай разруливай с ним, если не хочешь остаться у разбитого корыта. Позвони сегодня же, скажи, что согласна на все его условия.
– Он не отвечает на мои звонки, потому что видите ли номер ему незнаком.
– Значит напиши СМС, или я сама с ним встречусь и обо всём договорюсь.
– Да, лучше ты поговори, так будет правильнее, – согласилась Катерина.
Аглая Васильевна была умной женщиной, просчитывающей наперёд все ходы, не зря она зацепилась за перспективного зятя, предпочтя его сомнительному Егору. А ещё она лелеяла надежду закадрить одинокого свата, но, увы, не удалось, к моменту женитьбы детей тот уже связался с другой.
Так что злость на Марка Львовича была обусловлена ещё и женской обидой, а не только аварией, из-за которой Катюша оказалась прикована к больничной койке на долгие месяцы. Оставалось надеяться, что это временно, и дочь ещё сможет встать на ноги, но для этого необходимо заключить с зятем перемирие.
Кроме того, нужно срочно встретиться с Анастасией и убедить её уволиться из клиники от греха подальше, пока правда об их с Катериной махинациях не всплыла наружу. Значит, побоялась, что муж узнает о любовнике? Вот на это и надо давить, чтобы не вздумала взбрыкивать.
А Егор-то каков? Вот же гад, прикинулся заботушкой, лично приезжал в дом несостоявшейся тёщи, жалел, что Катя попала в аварию, а на самом деле сам же и стал причиной случившегося с ней несчастья. Мало того, что сотворил, так ещё и языком треплет, как последняя баба.
Глава 29 О мужиках лучше совсем не думать..
Аглая Васильевна была так сильно раздосадована, что произнесла вслух свою гневную тираду, направленную против Егора. Услышав его имя, дочь сразу же встрепенулась, бедняжка так и не смогла выкинуть его из головы. И понятно почему, всё-таки он был её первой любовью, а возможно, что и единственной.
Это для опытной во всех отношениях матери Нечаев являлся прохвостом и прощелыгой, а для Катерины всё было совсем не так. Ну и конечно, она поняла всё по-своему, судя по надежде, загоревшейся в печальном взгляде.
– Мам, так Егор что же, навещал меня в больнице? – вопрос от неё прозвучал незамедлительно.
– Да нет, сюда он побоялся соваться, а вот ко мне приходил. Я ведь его как человека встретила, думала, что он действительно беспокоится о тебе, – отрезала женщина, не желая обелять этого бессовестного гада, – только всё это фикция, так и знай. Ты здоровая была ему не нужна, а больная так и подавно.
– Хватит, прошу, мне и так больно, не пойму, чего ты добиваешься, говоря мне всё это?
– Ну-ну, перестань, всё будет хорошо, главное не зацикливайся на этом судаке.
– Хорошо, я постараюсь, только давай сменим тему. Скажи, так ты сама поговоришь с Мечом, или всё-таки лучше мне это сделать?
– Как хочешь, мне вовсе не трудно сходить к зятю на поклон, лишь бы он не отказался от своих слов, потому что у нас с тобой нет таких средств, как у него.
После ухода матери Катя долго раздумывала над сложившейся ситуацией. Умом понимала, что развод неминуем, Мечеслав не простит обмана, уж слишком он правильный. И нет, это вовсе не громкие слова, муж частенько бесил её своей идеальностью, прямо до тошноты, поскольку сама она такой никогда не была.
Все три года их брака Катерина успешно притворялась, что соответствует его идеалам, а он так и не смог распознать фальши. Наивный слишком, по-другому его не назвать. Честно сказать, порой она была готова плюнуть и показать своё истинное лицо, но так и не решилась, боялась утратить материальные блага.
Муж был очень щедр к ней, два раза в год он возил её по заграницам, одевал как куклу, дарил подарки. А когда узнал про беременность, чуть с ума не сошёл от счастья, любой каприз выполнял. Вот почему так глубоко переживал, когда она попала в аварию и потеряла ребёнка.
Ни к чему скрывать, Катя действительно перед ним виновата за то, что скрыла правду. Конечно, вряд ли Меч хочет развестись только из-за обмана, он же ясно дал понять, что влюблён в другую. Лишь при одной мысли об этом уязвленное самолюбие и гордость снова закопошились внутри ядовитыми змеями.
Да как он посмел увлечься кем-то ещё? Хотя, почему бы и нет, собственно? Рано или поздно, но всему приходит конец. Как он сказал? "Тот, кто отвечает за баланс в этом мире, сжалился, и сделал всё, чтобы прекратить мои мучения".
В общем, если смотреть с точки зрения мужа, Катерина та ещё сука. Он никогда не поймёт её мотивов. Разве могла она рисковать, если всей душой желала родить малыша, от кого бы он ни был? У них с мужем была несовместимость, причём полная, а значит и шансы, что эмбрионы приживутся, были невелики.
Свёкор не имел права вмешиваться так грубо, он должен был просто позвонить сыну и предупредить о подставе, а не сажать её к себе в машину насильно. Сам погиб и жену угробил вместе с внуком. Ну хорошо, пусть не с родным, но жизнь ребёнка не перестаёт быть от этого менее ценной.
В разгар размышлений молодой женщины в палату вошёл незнакомец в медицинском халате. Подойдя вплотную к кровати пациентки, он откинул с неё одеяло и принялся бесцеремонно трогать конечности, а так же задавать вопросы, бурча себе что-то под нос. Слушая ответы, недовольно хмурился.
Катя приняла мужчину за доктора, поэтому особо не сопротивлялась. Хотя её лечащий врач выглядел по-другому, но мало ли, вдруг ей назначили нового? Вряд ли сюда мог проникнуть кто-то левый, клиника всё же платная.
– Ну и долго мы будем изображать страдалицу? – вдруг спросил он, заставляя Катюшу вздрогнуть от неожиданного вопроса, на неё взирал строгий взгляд эскулапа. – Не пора ли начать делать хоть что-нибудь, чтобы освободить место для других, не менее вас нуждающихся в лечении?
– Это вы мне так намекаете, что я занимаю чьё-то место? – вопросом на вопрос ответила Катерина, потрясённая сделанными выводами.
– Я не намекаю, а говорю прямо: хватит уже себя жалеть, пора приступать к реабилитации. Вы теряете драгоценное время, сегодня уже третий день, как вы вышли из комы, а подвижек никаких.
– И что вы предлагаете?
– Сделать всё от вас зависящее, чтобы уйти отсюда на своих ногах.
– Ну и как же мне это сделать? Может летать меня научите? – развела руками молодая женщина, стараясь удержать рыдания, рвущиеся наружу. – И вообще, вы кто такой? Хоть бы представились для начала, прежде чем меня трогать.
– Что-то вы поздно спохватились, дорогуша, – усмехнулся, так называемый, доктор, – в следующий раз будьте более бдительны, а то вдруг к вам заглянет какой-нибудь маньяк?
– Ничего не поздно, я сейчас закричу. Как думаете, как быстро здесь появятся охранники?
– Давайте проверим, кричите уже, – снисходительно отреагировал мужчина.
Но звать на помощь не пришлось, потому что в палату стремительно вошёл Иван Валерьевич в сопровождении медсестры. Увидев постороннего, он широко улыбнулся, пожал ему руку и поприветствовал на словах:
– Здравствуй, Гарик, ты уже здесь? Молодец, оперативно.
– Ну да, пришёл познакомиться с нашей красавицей, уже успел оглядеть весь фронт работы.
– Катерина, позвольте представить. Это наш волшебник, врач-физиотерапевт высшей категории Игорь Леонидович Прохоров, прошу любить и жаловать. Он назначит вам процедуры, а от вас требуется соблюдать их неукоснительно.
– Поняла, буду стараться.
– Вот и умница. Ну всё, тогда не буду мешать, продолжайте, – на этих словах доктор пошёл к выходу вместе со своей помощницей.
– Что же вы сразу не сказали, кем являетесь, Игорь Леонидович? – спросила Катя.
– Я собирался, а потом передумал, хотелось посмотреть, как вы будете звать на помощь, – обаятельно улыбнулся мужчина, – но раз уж вы меня разоблачили, давайте продолжим. Повторяю, вам нужно как можно скорее встать на ноги, времени и так много упущено.
– Боюсь, что мне даже на костыли сейчас не встать.
– Пока обойдёмся ходунками, кстати, муж привёз вам самые лучшие, дорогие.
– Пусть засунет их себе куда подальше, – процедила Катерина.
– Интересно, это за что же вы с ним так сурово?
– Он знает за что.
– Не капризничайте, будьте благодарны за то, что с вами возятся, другой на его месте давно бы сдался.
– А вы разве не в курсе, что мы разводимся? – осведомилась Катерина, почему-то уверенная, что об этой новости знает чуть ли не весь персонал клиники.
– Нет, а должен? Это ваши личные дела, и меня они не касаются. Знаю, что сегодня ваш супруг оплатил ещё три месяца вашего пребывания, – сухо уведомил Прохоров.
– Так что же вы мне тут втирали, что я занимаю чужое место, если всё уже оплачено? – проворчала Катя.
– Всего лишь пытался достучаться до вашего сознания, что ваше здоровье в ваших руках, вы и так долго спали сном праведницы.
– Ошибаетесь, меня можно назвать кем угодно, а вот праведницей вряд ли.
– Поздравляю, значит у вас всё ещё впереди, – обнадёжил её Игорь Леонидович, – я в вас верю.
– Скажите, а вы во всех пациенток верите или только мне повезло?
– Считайте моё пристальное внимание актом благотворительности, я хочу, чтобы вы не только поскорее встали на ноги, но и обрели гармонию в своей жизни.
– Думаете, что ещё не поздно?
– Никогда не бывает поздно. Вы благополучно вышли из комы, мыслите здраво, не стали овощем, а это самое главное, значит, кому-то сверху было очень важно оставить вас в живых. Не подведите его, – многозначительно изрёк Гарик.
Этот мужчина вызывал неподдельный интерес, выглядел он довольно приятно. Да что там, перед ней стоял красавец мужчина в полном расцвете сил. Конечно, мать предупредила, что о мужиках сейчас лучше совсем не думать, но разве можно запретить себе любоваться подобным экземпляром?
Пожалуй, реабилитация обещает быть очень занимательной. Всё равно у неё нет иного выхода, кроме как отдать себя в профессиональные руки врача-физиотерапевта. Значит так тому и быть, пусть займётся её излечением.
Вечером Катя всё же не удержалась и снова набрала номер мужа. На сей раз он ответил сразу, видимо внёс её в свои контакты. Меч уже пообщался с тёщей и был в курсе, что жена не станет сопротивляться разводу в обмен на разумное содержание, его это полностью устраивало.
