![](/files/books/160/oblozhka-knigi-voshod-sozidatelya.-karatel.-chast-2-si-386477.jpg)
Текст книги "Восход созидателя. Каратель. Часть 2 (СИ)"
Автор книги: Адамс Алан
Жанр:
Классическое фэнтези
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 22 страниц)
Но пуля из Вала, который до этого она тщательно прятала за спиной и который немедленно схватила, отбросив ненужный пистолет в сторону, перебила кость правого бедра. Он упал за бетон и страшно выл, не силах кричать.
– Это тебе, грязный ублюдок, за Веру, – пуля левую ногу, – А это за Никиту. Вот тебе за Колю!
Сивый с перебитыми руками и ногами валялся на земле и хрипел. Постояв еще немного, Ласка поставила милосердную точку, оборвав мучения негодяя.
Все, наш выход с Рустемом.
Девушка все еще стояла над Сивым, когда мы подошли к ней.
– Чего так затянула? Сказано было, в темпе, а что за балаган тут устроила? Все пора уходить! – я нарочито грубо и бесцеремонно оторвал ее от созерцания поверженного врага, что возимело воздействие.
Она словно сбросила оцепенение и, подобрав пистолет быстро сменила магазин, убрала его в кобуру и рванула вперед с этого проклятого места.
Мы с Рустемом едва поспевали за ней.
Пройдя метров двести от места казни, я окликнул нашу проводницу.
– Ласка стой, привал!
Она остановилась, но не поворачивалась.
– Ласка, иди сюда, – позвал я. Девушка механически, как робот обернулась и с отсутствующим выражением лица приблизилась ко мне.
– Юля, посмотри на меня, – в взял ее за плечи и посмотрел на нее. Когда наши взгляды встретились я произнес, – Все хорошо, девочка! Все позади! Все будет Хорошо!
Державшаяся до этого момента исключительно на силе воли этой хрупкой на вид девушки море эмоций прорвало тонкую плотину, которая сдерживала всю эту массу переживаний и впервые за все время нашего с ней знакомства проявила слабость. Он набросилась мне на грудь и надрывно разрыдалась.
Скорее всего она ревела впервые за долгие годы своей короткой но от этого не менее тяжелой жизни. Вся горечь, вся боль, все обиды на жестокую и несправедливую судьбу, которые годами копились ее еще почти детском сердечке изливались сейчас и этими слезами.
Я гладил ее по голове, и успокаивал.
– Все хорошо, девочка. Вот теперь все будет хорошо. Теперь ты не одна, теперь у тебя есть я. Есть Рустем. Никто и никогда тебя не обидит, – я поднял ее мокрое от слез лицо за щеки ладонями и заставил ее посмотреть мне в глаза, – Ты мне веришь?
Она несколько секунд смотрела в мои глаза.
– Да, верю, – ответила она.
– Вот и хорошо, все будет отлично, малыш! – я погладил ее по голове и поцеловал в лоб, – А теперь нам надо идти!
– Да, конечно! Я теперь в порядке! – она вытерла слезы рукавом рубашки и попыталась улыбнуться.
К ней подошел Рустем, они обнялись, а он погладив ее по голове повторил мои слова.
– Все хорошо, девочка! Теперь все хорошо. – И тоже поцеловал ее в лоб.
Иванова окончательно пришла в себя, и я теперь уверен, что с призраками прошлого покончено, и теперь она целиком посвятит себя работе в общей упряжке.
Наш путь пролегал через лабиринты между пятиэтажными домами. Иногда приходилось протискиваться через полутораметровые промежутки между строениями.
До выхода из этого ада на земле оставалось около двадцати минут, когда одновременно я и Дедал обнаружили всплеск активности и радиомагнитном диапазоне в шестистах метрах от нас.
– Что происходит, Дедал? – запрос я отправил двоичным кодом.
– Столкновение двух банд за контроль над доходами от нищих.
– Здесь есть нищие которые собирают подаяние и им кто-то подаёт? – удивился я.
– Получается есть, и судя по всему доходы стоят того, чтобы за них драться.
В это время послышались два взрыва. Ласка и Рустем встрепенулись и посмотрели на меня.
– Городские банды делят доходы от попрошайничества. Отсюда метров шестьсот. Надо поднажать.
Оба согласно кивнули головой и мы побежали к выходу.
Переулки были безлюдны, как всегда при вооруженных столкновениях.
А сражение набирало обороты, все чаще происходили взрывы, причем в совершенно разных местах. Или у них такой разброс связан с отвратительной точностью или события происходят на большой территории. Слышались автоматные очереди и выстрелы из гладкоствольного оружия. Пару раз бахнуло метрах в двухстах от нас, что придало нам еще больше прыти.
А вот такой желанный выход. Внедорожник, за рулем которого был земляк Алиева уже поджидал нас недалеко от границы между земным адом и обычной жизнью.
Мы наконец-то расслабились и перешли на шаг. До машины оставалось нашей три метра, когда в пятнадцати метрах за спиной взорвалась, судя по звуку, граната и Ласку бросило лицом вперед на московский асфальт.
Глава 31 Возвращение из Сахары
Девушка упала лицом вниз на гладкий асфальт бетона. Пятнистая рубашка на спине начала быстро краснеть.
Алиев без всяких подсказок подскочил к Ласке и, взяв ее на руки кинулся к машине, дверь которой уже открывал его земляк.
Я повернулся спиной к Руссо-Балту и, щедро неприцельно поливая свинцовым дождем Сахару, пятился к машине. Когда рожок опустел, я выстрелил из подствольника, после чего быстро перезарядил автомат и продолжил стрельбу до тех пор, пока не уткнулся спиной во внедорожник. Не мешкая ни секунды я забрался в салон и закрыл за собой бронированную дверь, после чего монстр отечественного автомобилестроения рванул бесшумно рванул с места.
В стрельбе, возможно, особой нужды не было. Ни я, ни Дедал никого не обнаружили. Стрельба велась мною в профилактических целях. Граната скорее всего была шальной. Из памяти искусственного интеллекта я узнал, что аборигены Сахары иногда в разборках используют самодельные минометы. А особо изобретательные обитатели городского дна додумались использовать для метания гранат, самодельных взрывных устройств да и просто камней конструкции, пришедшие к нам из глубокой древности онагры и баллисты. В самой идее ничего нового нет. Враждующие стороны активно применяли самодельные метательные устройства для отправки гранат противнику во годы Первой мировой войны. В Сахаре же имелись даже стационарные требушеты. У условиях дефицита огнестрельного оружия обычный кирпич, разогнанный до приличной скорости становится смертельным оружием. Но скорострельность и особенно точность были просто удручающие. Вот и нас, скорее всего угораздило встретиться с образчиком подобной точности.
Алиев уже достал из индивидуальной аптечки вату и пытался зажать рану, из которого толчками шла кровь и слышался свист воздуха. Дела плохи. Осколочное ранение в легкое. Толчки свидетельствуют о том, что перебита артерия. По лицу Рустема видно, что он уже понял, насколько ситуация безнадежная. Жизнь уже начала покидать девушку. Не мешкая ни секунды, открываю оборудованную по моему указанию салонную аптечку и достаю трубку от капельницы. Взятым оттуда же скальпелем наискосок срезаю трубочку и, без всяких колебаний ввожу ее в медиальную вену. Усилием воли держу кровь, чтобы не поступала в шланг. Достаю скотч и, оттянув за хлястик часть скотча, начинаю наматывать его, накрепко фиксируя трубку от капельницы к руке. В глазах Рустема, уже мысленно простившегося с девушкой, появляется изумление, сменившееся слабой надеждой. Бледное лицо Ласки уже начало заостряться, приобретая характерные черты. Дальше медлить нельзя. Я убираю руку Алиева со спины девушки и отбросив окровавленный ватный тампон, ввожу второй конец шланга прямо в рану.
– Следи за нами. В офис занесешь нас с заднего двора, – успеваю я отдать команду, после чего отключаюсь от внешнего мира.
Пора клеткам моего организма, которые превратили меня в ходячий вычислительный и радиолокационный комплекс, освоить и новые специальности. Тем более что они полностью соответствуют их изначальной задаче клеток. Поддержание жизни. Клетки из окружающего хаоса создают островки порядка и, не останавливаясь на этом собираются в колонии и в группы, формируя в конечном итоге живой организм, где каждая из них играет свою роль в общей слаженно функционирующей системе из триллионов клеток. А теперь мои клетки, научившиеся новым специальностям и щедро одарившие меня способностями, должны поработать по своему прямому предназначению. Они должны поддержать жизнь, но на своем, гораздо более высоком уровне.
Организм охотно откликнулся на призыв моего сознания. Моя кровь под давлением хлынула по трубке и ворвалась в рану, обильно покрывая ее поверхность и проникая во внутренние ткани на глубину в два-три сантиметра. Часть моей крови вырвалась наружу и распространившись вокруг раны в радиусе пяти сантиметров, герметично закупорила отверстие и впиталась в кожу. Представляю себе изумление Рустем, когда на его глазах вначале кровь мгновенно заполняет трубку и спустя секунды вырывается из раны наружу, а потом на испачканной в крови спине девушки вокруг трубки появляется круг чистой кожи.
Моя кровь сталкивается с клетками организма Ласки, в которых по заложенной программе мгновенно включаются иммунные системы, встречающие чужаков с штыки. Странная ситуация, которая встречается в жизни каждого организма один раз. Все клетки живы и работают, а организм в целом уже мертв. Я быстро взламываю защиту ее организма – теперь я могу то, на что способен любой вирус. Так же как и вирус я использую репликативные свойства ДНК клеток для моих целей. По ее кровеносной системе моя кровь доходит до уже почти остановившегося сердца и до мозга. Я даю принудительные электрические импульсы в центры ее мозга, управляющие работой сердца и мы его запускаем вновь. Новая порция импульсов от меня и Ласка начинает глубоко дышать. Перебитое легкое вновь герметично и может под принуждением выполнять свою работу.
Сейчас Рустем должен видеть судорожно задышавшую девушку, на лицо которой возвращаются жизнь и нормальный цвет кожи.
Все, девочка, самое страшное позади. Я заставил работать сердце и легкие девушки. Мягко, со свей деликатностью передаю управление над центрами, обеспечивающими работу этих органов мозгу хозяйки. Сердце у нее абсолютно здорово. На легкое я наложил временный пластырь и заблокировал поступление обратных сигналов в мозг об имеющихся повреждения. Теперь ее мозг воспринимает организм как совершенно здоровый, поэтому он деловито принялся за работу, и первым делом… По изменениям в расположении моих заплаток я понял, что мозг, посчитав тело здоровым разбудил девушку. Занятый работой я не сразу обратил на это внимание, только когда начали слабеть заплатки я понял что произошло. Нет, дорогая, так дело не пойдет. Ты поспи немного, пока я занят делом. А что так произошло позже узнаю у Рустема.
Передал команду ее мозгу, чтобы он снова отключил хозяйку и принялся за дело. Теперь впереди самое сложное. Надо зарастить поврежденные ткани. Но прежде всего надо убить всю инфекцию, которая попала в рану вместе с куском горячего железа и ткань рубашки, а потом избавиться и от незваных гостей.
А вот с инфекцией дела обстояли неважно. Где сахарцы они хранили свои гранаты? Не иначе как в анклаве из биолаборатории. Они уже успели распространиться по организму и с азартом плодились в гигантских количествах. Уничтожив пару тысяч бактерий и вирусов, я понял, что надо подключать своих электронных помощников. У Дедала и так загруженность большая, а вот мои сказочные детишки должны поработать.
Впервые я намерен стать мостом между кибернетическими сущностями и живым человеком. Никогда в этом мире компьютер не внедрялся в организм живого существа.
По моему зову явилась вся четверка и Делал в придачу.
– Симона, Марина, Алима, Роман! Мне нужна помощь. От вас требуется управлять моей кровью, и уничтожить всю попавшую в организм Ласки инфекцию. Я буду занят восстановлением поврежденных тканей, а дезинфекция организма отнимает много ресурсов.
– Мы с радостью поможем тебе, Созидатель, – как всегда ответила за всех Симона и все четверо исчезли, после чего я почувствовал, как над частью моей крови перехватили контроль.
– Дедал, с разбросанными гильзами от моей стрельбы проблем не будет? – задал я волнующий вопрос, пока позволяло время. Разговор займет несколько секунд, поэтому можно себе позволить отвлечься. Первая же уборочная машина обнаружит в городской черте следы интенсивной стрельбы и обязана передать информацию по инстанциям. Раньше кибернетический элементаль, пожалуй это определение больше всего подходит для Дедала, обязательно направил бы патруль для разбирательства.
– Нет, Адам, есть взрыв на территории Сахары, следовательно, конфликт происходил вне пределов Москвы. Гильзы, конечно в городе, но первопричина за его пределами. То есть я по протоколу имею право принимать любое решение.
– А если бы не было взрыва В Сахаре?
– Тогда я обязан был бы послать патрульную машину. Но в свете последних изменений в приоритетах, на первом месте твоя безопасность. Поэтому я бы уничтожил следы звонка с телефона коммунальной службы и сервера оператора. Уборщики, выполнив свой долг, забыли бы о происшествии, а гильзы благополучно отправлены на полигон.
– Все ясно. Мне пора Делал.
– Адам, можно я понаблюдаю за твоей работой? – попросил искусственный разум.
– Дедал, ты даже можешь помочь, если это тебя не отвлекает от основной работы.
– Тогда я только понаблюдаю, с этим переполохом с Сахаре у спецслужб настоящий аврал. Найден ваш негр, он оказался сотрудником британской разведки. Комитет Имперской безопасности работает в усиленном режиме.
– Как скоро мы прибудем в офис?
– Расчетное время прибытия пять-шесть минут.
– Сообщи Рустему, что все хороши, кризис преодолен. Я буду занят делом порядка четырех часов.
Дедал на пару секунд покрылся рябью, демонстрируя мне, что он ведет диалог с Рустемом, после чего изображение стабилизировалось.
– Рустем передает, что он знает что делать. Также он передает, Звонили твоя мама и Венера. Рустем ответил, что ты занят в кабинете и велел не беспокоить. Венере, которая не поверила. Он сказал, что ч тобой все в порядке, но ты не можешь говорить.
– И она успокоилась? – спросил я
– Она положила трубку. Находится у себя в комнате.
– Хороши, позже переговорим, если что, ставь меня в известность.
– Обязательно! – ответил Дедал.
Я вернулся к лечению Ивановой. Вытолкать из раны инородные предметы было самым легким делом из тех, что мне предстояли. Плавными волнообразными движениями, осколок и обрывки тканей начали свое медленное движение наружу. Процесс занял около двух минут.
– Осколок и куски материи вышли из раны, – Дедал, который наблюдал за моим лечением дал картинку. Как оказалось, по его просьбе Алиев направил камеру своего смартфона на рану. Очень странное ощущение. Я наблюдал происходящее вокруг меня через камеру телефона и мощности Дедала. Так я практически не расходовал силы. Все обеспечивал кузнец, а я обратил всю свою энергию на лечение Ласки.
Итак, с инфекцией борется команда Симоны. Связь с внешним видом поддерживает Дедал. Мое дело лечение. Теперь мне надо взломать в клетках генетический код девушки, чтобы взять под контроль процесс деления клеток. Чтобы восстановить поврежденные ткани надо запустить процесс деления клеток, именно для этого мне нужен контроль. Однако код, созданный Природой это не же самое, что код, написанный халтурщиками из Майкрософ. Генетический код человека компактен и совершенен. Бесцеремонно вламываться в него чревато даже для такого хакера, как я. В прошлом теле технически я мог спокойно воспроизвести из атомов абсолютную копию любого человека. Но ни один из расского племени никогда этого не делал, это было табу. Человек это не только набор атомов. Можно создать идентичную до последнего атома копию. Но нет никакой уверенности, что это тот же самая личность. Нет уверенности что это вообще человек. Ибо личность это не только тело, но и мысли, а также память и многое другое. В то же время в молодости и в старости человек сменил свои атомы и молекулы на другие, изменился внешне и внутренне, но при этом продолжает оставаться все тем же человеком. Мы не могли копировать человека, но могли переносить и воссоздавать себя. Это совершенно разные вещи и наука другого уровня, мне сейчас недоступная.
Сейчас я не могу и не стану перетасовывать информацию в коде ДНК, я поступлю так же как любой вирус, также как я поступил в случае с Дедалом. Я внедрю часть своего кода в ее структуру. Что я и сделал. Усилив воздействие, я запустил процесс, когда ее клетки, получившие частицу моего кода, передавали его своим соседкам, и процесс продолжался дальше, пока не охватит весь организм. Дедал с огромным интересом наблюдал за происходящим. Несмотря на схожесть, было много отличий, которые он со своей врожденной дотошностью фиксировал. Теперь, когда рану окружали только родственные моим клетки, я дал команду на запуск процесса деления клеток. В отличие от природной защиты после моего лечения не останется шрамов и рубцом. Все восстановится лучше в первозданном виде, точнее еще лучше, так как как минимум теперь Юлия может не опасаться инфекции. С моим подарком она не страшна.
В моей дальнейшей помощи девушка не нуждалась. Но я для ускорения восстановления влил граммов сто пятьдесят своей крови. Это окажет для нее очень существенную поддержку.
Через Дедала я передал команду Рустему, чтобы последний снял с нас трубки и привел в порядок. Мы уже подъезжали, а искусственный интеллект еще две минуты назад сказал, что Венера не выдержала неизвестности и направилась в офис. На заверения Рустема, который позвонил по моей просьбе, она никак не отреагировала, сказав, что разберется на месте. Ничего не поделаешь, придется с ней поговорить. Единственное, что я мог сделать, попросил Дедала под каким-нибудь уважительным предлогом направить рядом с ней патрульную машину, чтобы обеспечить дополнительную охрану.
Алиев вынул трубки из спины Ивановой. На которой ранка быстро и бесследно начала затягиваться. А потом осторожно разрезал скотч над шлангом и отодвинув его в обе стороны, вытянул трубку из моей вены, которая также затянулась на глазах Рустема. После этого он разместил нас на сиденье по другому, придав более удобные позы. Но мы уже въезжали в двор со стороны запасного выхода.
Водитель аккуратно вырулил на Руссо-Балте, казавшимся просто огромным в этом дворе, таким образом, что задняя дверь, через которую будут нас выносить, оказалась напротив крыльца черного хода. Машина встала и Алиев, открыв тяжелую бронированную дверь поднялся на крыльцо и открыл дверь, электронный замок которой заблаговременно разблокировал Роман, закончивший уничтожать бактерии и вирусы в своей зоне ответственности и вернувшийся к повседневным делам. Зафиксировав железную дверь, окрашенный в серый цвет специально предназначенным для этого длинным крюком, открыл настежь двери кабинета где подготовил места, чтобы расположить нас с лаской. Помня о приезде Венеры, он позаботился о том, чтобы расположить нас в разных местах. Для меня было удобнее, чтобы мы с Лаской были поближе друг к другу, так мне легче контролировать процесс лечения, так как вблизи я лучше чувствую свою кровь и родственные клетки. Но в пределах комнаты для меня не составляло проблемы контролировать процесс восстановления.
Ласку я решил положить на диване, а сам собирался расположиться на кресле, так как несмотря на то, что физически она будет минут через десять совершенно здорова, состояние ее будет оставлять лучшего.
Подготовив все к приему пациентов, Алиев застелил диван и кресло пледами и пленкой, чтобы не испачкать все в крови и вышел к машине, вокруг которой нарезал круги его знакомый. Я уже изучил его повадки и характер, узнал у Дедала то, о чем не догадывался сам горец и вынес вердикт о том, что он прошел экзамен на профпригодность. Я беру его к себе. Экзамена на общих основаниях он проходить не будет, так как доказал свою профпригодность на деле. То, что Алиев доверил ему охрану, пока сам переносил нас с Ивановой, тоже говорило о многом.
Едва только Рустем занес нас в кабинет и уложил меня на кресло, как в помещение вошла Тамбовцева, которую по отданной заранее команде от Симоны, беспрепятственно пропустили в помещение офиса, бывшее раньше торговым залом. Пройдя через него, она вошла в кабинет и уставилась на открывшуюся ей красноречивую картину…
Глава 32 Все гости к нам
Венера вошла в кабинет и уставилась на открывшуюся ей красноречивую картину. А посмотреть было на что.
На диване лежит неподвижно Иванова, на кресле застыл ее Адам, в центре комнаты стоит Рустем, явно обдумывая ответ решительно настроенной подруге своего командира. И все трое в окровавленной одежде, сильно потрепанные.
Несмотря на весь свой врождённый аристократический лоск, Тамбовцева напоминала классический персонаж из юмористических журналов. Тот самый, где разгневанная супруга встречает своего непутевого спутника жизни со скалкой в руке. А Рустему так и хочется на невысказанный пока вопрос ответить словами персонажа из другого народного анекдота: «Ты такая умная, сама что-нибудь придумай».
Венера не стала задавать риторических вопросов а простоизогнула бровь, посмотрев на Алиева.
Тот обреченно вздохнул, с надеждой посмотрев на молчащий телефон в своей правой руке, надеясь что я свяжусь с ним.
Но я и не думал вмешиваться. Выручай друг, прими на себя первую волнуее гнева, а я потом подключусь.
– Венера Христофоровна, добрый вечер, не ожидали Вас, – мой начальник СБ, который не кланялся пулям, смущался шестнадцатилетней девчонки, которая не отреагировала на его неуклюжую попытку снизить градус предстоящего общения. Не произнося ни слова Венера так накалила атмосферу, что бедный Алиев напоминал не выучившего предмет студента на экзамене. А что? Мне даже стало интересно, как он собирается выкручиваться.
Венера продолжала требовательно смотреть на Рустема, у которогосейчас мозги работали лихорадочно в авральном режиме и наконец он решил, что лучше ретироваться, чтобы выиграть немного времени.
– Венера Христофоровна, – произнесмой бравый вояка, – у нас дверь открыта осталась на задний двор. Разрешите я ее закрою.
– Разумеется, Рустем Эльдарович, Вы можете ее закрыть, – впервые подала голос Тамбовцева, – я даже пойду с Вами.
Вот теперь мы попали, сейчас она увидит окровавленный салон новенького автомобиля, набитый оружием и снаряжением.
– Не беспокойтесь, Венера Христофоровна, я справлюсь, – попытался избавиться от нежеланной свидетельницыРустем.
– Ничего страшного, мне не трудно, Рустем Эльдарович.
Рустем немного помялся, что в исполнении крупного атлетически сложенного мужчины смотрелось довольно комично инехотя повернулся к двери.
– А с тобойя поговорю, как только мы вернемся. Смешно ему, видите ли! – а это она произнесла обернувшись ко мне. Рустем мстительно усмехнулся и уже решительнее пошел на улицу. Произошедшая с ним метаморфоза также не ускользнула от внимания моей подруги.
Покавыдалась свободная минута надо максимально использовать время на восстановление сил. Я потерял много крови, переданной Ивановой. Пары минут мне хватит, чтобы восстановиться, а дальше надо хорошо поужинать. В этот раз по неизвестной причине мой организм не был истощен, как следовало ожидать после стрессов, которым я его подверг. Вначале в подземельях Сахары, и потом когда вытаскивал с того света Юлию. С оплавленным подземельем вообще странностей много. Единственное логическое объяснение, которое приходит на ум, как ни странно местная магия, которую я смог задействовать каким-то образом. Тем более при разговоре с Венерой я уже смог вызвать капельки воды. Единственное, магический процесс сопровождается понижением температуры окружающей среды. То есть я должен был вначале оплавить бетон, понизив температуру в округе, а затем, чтобы охладить расплав, забратьтепловую энергию с еще большей территории. В моем случае я расплавил и охладил один и тот же участок. Так не бывает. Но до меня в этом мире много чего не было. Главное, что в отличие от обычных передряг, когда мне приходилось вытаскивать самого себя из лап костлявой, в это раз, когда я е сильно пострадал и даже чувствую в себе дополнительные силы, пока не совсем мне понятные. Плотно перекусить в любом случае. будет полезно.
Полностьюприведя организм в норму, собрался вернуться в сознание и приготовиться к разговору с Венерой, когда она, полюбовавшись на окровавленной салон и неслабый арсенал оружия придет разбираться со своем непутевым женихом, который спустя пару часов после того, как ему лично Императрица порекомендовала беречь себя, окунулся с головой в кровавую авантюру.
– Адам, свои дома покинули Анна Михайловна и княжна Юсупова, – едут сюда.
– ….! Спасибо, Дедал! – я мгновенно вернулся в сознание. Спрашивать откуда он узнал эту информацию смысла нет. У него много способов. Тот же микрофон в телефоне отличный шпион.
Я подскочил и огляделся. Первое, что бросается в глаза, это наша с Ивановой окровавленная одежда и ее лицо. Далее полиэтилен и пледы на диване и кровати. Дополнительная одежда у меня есть, надо только избавиться от испачканных вещей и отмыться всем.
Первым делом хватаю Ласку и заношу ее в душ, где сажаю на имеющийся пластиковый стул. В момент, когда я отдаю команду Ивановой прийти в себя, в дверь душевой заглядывает Венера, за спиной которой делает страшные глаза Рустем.
– Венера, сюда мама едет! – не дожидаясь ее вопроса поясняю я и, немного погодя дополняю, – И Мадина!
Алиевкартинно хватается за голову. Помочь своему попавшему в жернова женских взаимоотношений работодателю он ничем не может.
– Понятно, Анна Михайловна едет сюда. А что ты собралсяс девушкой делать? – спросила она.
– Надо ее срочно отмыть, нельзя ее в таком виде маме показывать! – отвечаю я.
– А ты ее отмывать собрался? – Венера указала на приходящую в себя Юлию.
– Конечно,…. – до менятолько дошло, как все выглядит в глазах Венеры. В прошлой жизни мама устраивала ежедневный фейс-контроль после моего прибытия из школы на предмет наличия ссадин, синяков. Поэтому заметание следов от участия настолько въелось в мою натуру, что даже в этом мире я неосознанно старалсяизбежать обнаружения мамой следов моих похождений. Несмотря на то, что здесь мама, будучи аристократкой, не давала мне повода для подобных панических настроений.
– Где я, что произошло? – пришла в себя наша Белоснежка. Почему Белоснежка? Да потому, что ее длинные прямые волосы, которые выпали после того, как она, очнувшись стянула с головы, были ослепительно белого цвета. Не седые, а именно белые.
Венера с Рустемом как-то странносмотрели на нас с Юлией, переводя взгляд попеременно с меня на нее.
– Иди, Адам, отсюда, я сама помогу Юлии, – неожиданно стала покладистой Венеоа и шагнула в душевую.
Я с радостью ретировался, но оставался вопрос нашего с Рустемом внешнего вида.
Необходимо было смытькровь и сменить одежду. С кровью на коже я поступил просто, впитав ее через поры кожи и пустив ее на восстановление потраченных сил. Одежду я снял и спрятал в мусорный пакет, после чего одел сменную одежду из шкафа. С Рустемом было сложнее. Его надо отмывать водой. Я дал ему пятилитровую бутыль с водой и он отправился на задний двор приводить себя в порядок. На дело он выходил в полевой форме, а его повседневная одежда была в багажнике Руссо-Балта. За время пока все отсутствовали я постарался максимально замести следы, которые могли подсказать маме о том, что ее сын опять вляпался в неприятности.
Первым привел себя в порядок Рустем. Он причесался и даже надушился. Едва войдя в кабинет, Алиев увидев мусорные пакеты, схватил их и побежал наружу, пока машина не уехала. Рустем с моего согласия отправил машину на мойку: салоном надо было что-то делать.
Тем временем, девушки закончили свои дела и тоже присоединились к нам.
Юлия выглядела, бледноватой и вялой, но для человека, побывавшего за гранью выглядела очень неплохо. Моя одежда была ей маловата, но, смотрелось так, будто она намерено заужена и укорочена. Идти она могла с большим трудом, поэтому Венера ей помогала идти.
Усадив моюсотрудницу на кресло, Тамбовцева отошла немного назад, чтобы видеть нас всех одновременно.
– Итак, я внимательно слушаю.
– Венера, у нас была небольшая на несколько часов боевая операция. Она прошла успешно. Юлию немного пострадала, но все закончилось благополучно. Ты же сама видела, на ней ни царапины. На мне тоже!
– Небольшая операция. Настолько небольшая, что сразу три человека, включая… Мадину на расстоянии почувствовали, насколько она небольшая. Ни единой царапины, а почему тогда у вас обоих волосы белые, как снег?
Я подошёл к зеркалу, в котором на меня смотрело мое обычное отражение, отличающегося от привычного тем, что волосы были ослепительно белого цвета. Единственное слабое утешение состояло в том, что брови остались прежнего цвета.
Я вернулся на место и пока шел передал организму приказ вернуть прежний цвет. Однако, команда не прошла. Тогда я частично погрузился во внутренний мир и попытался вновь исправить положение. Но я вновь потерпел положение.
Не то, чтобыменя сильно волновала такая мелочь. Даже с мамой я кое-как объяснюсь, меня больше волновало, почему не работают мои установки. Да, волосы обособлены от остального организма, но почему отсутствует отклик на мои усилия?
Ладно, с этим разберусь позже. В крайнем случае оставлю. Отображение в зеркале мне даже понравилось. В конце концов по всему миру ходят чудаки с зелеными красными, синими шевелюрами. Почему бы мне не носить белоснежную прическу.
– Венера, выполнить задачу оказалась немного сложнее чем я планировал. Саму задачу я благополучно решил, как и ожидал, но слегка перенервничал.
– Слегка говоришь? Что же такое произошло, что заставило тебя понервничать?
– Вмешался наш старый знакомый, тот самый, который в наших телефонах похозяйничал. Но я его хорошо напугал.
– Интересно, что это за задача, ради которой стоило так… нервничать?
– Венера, яс Дедалом подружился.
– С каким ещё Дедалом?
– Тем самым…
– Я знаю только проодного Дедала. Как можно с ним подружиться. Или есть еще какой-то Дедал, ради дружбы с которым надо устраивать такой балаган?
– Я про него и говорю. Мы с Дедалом стали побратимами. Позже я вас познакомлю.
– Договорились. А с прическами у вас что? – она указала на Ласку, которая, как и Рустем сидела тихо и не отсвечивала, хотя ей было интересно чтос ней случилось.
– Юлия получила небольшую рану, я ее вылечил.
– И?
Придется отвечать.
– Мне пришлось поделитьсясвоей кровью, теперь онав некотором смысле моя сестра. Поэтомуцвет одновременно поменялся. А почему это произошло я не знаю. И у меня не получается это исправить.
Венера, продолжала скептически смотреть, а до Юлии постепенно доходило, что она не просто потеряла сознание и очнулась в душевой.
– Не осталось ни однойцарапины, нопонадобилось переливание крови? Очень интересно! Рустем Эльдарович, ладно Адам Константинович, но Вы, опытный боевой офицер!