Текст книги "В оковах судьбы IV (СИ)"

Автор книги: Vivian2201

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 25 страниц)

Глава 6

Уставившись на Коссеопею, я заставил себя не дергаться. Исключать возможность провокации не стоило. Взрослый человек, выпив оборотное зелье не станет ребенком, но зато обретёт внешность, которой, в теории, будет обладать искомое чадо в том же возрасте, что и любитель подобных маскировок. С другой стороны, никто не гарантирует использования против меня иллюзий или гомункулов. В последнем случае вообще возможно удаленное управление. Достаточно вживить артефакт-контроллер и получится марионетка. Маг, обладая управляющим элементом, сможет использовать её для неких… своих целей.

– Допустим, – вздохнул я, принявшись демонстративно проверять неожиданную гостью доступными мне методами.

Скрывать факт своего недоверия в мои планы не входило. Да и смысла в этом не было. Юная представительница семьи Блэк, полагаю, прекрасно осведомлена о моём к ней и её родне отношении.

Фыркнув в ответ на мои действия, Коссеопея огляделась и направилась к одному из имеющихся в помещении стульев, на ходу снимая черный приталенный пиджак со значком факультетской принадлежности. Девочка, благодаря внедренным в последний год изменениям в Устав Хогвартса, была одета не в школьную форму, а в брючный костюм. Пиджак, брюки и, что меня удивило, жилетка, а так же тонкая блузка. Всё одного цвета – черного. Впрочем, подобный стиль предпочитала не только она. Дафна Гринграсс тоже имела привычку носить вне занятий брючные костюмы. Разве что с рисунками в виде вензелей или виноградной лозы из серебряных нитей.

Спустя десяток минут я прекратил проверку. Выявить подлог не вышло. Либо некто более чем достойно замаскировался, благодаря чему даже мои опыт и знания бессильны, либо в выделенную мне и моим товарищам аудиторию действительно пришла представительница семейства Блэк. Да ещё и с деактивированными защитными артефактами. Сейчас даже её разум был совершенно беззащитен. И если в мою голову взбредёт совершить нечто опасное для второкурсницы, то ей останется рассчитывать исключительно на свои знания и личную подготовку. В её возрасте – крайне глупое решение.

– Вы удовлетворены результатами моей проверки, мистер Эванс? – поинтересовалась Коссеопея.

Всё это время девочка спокойно наблюдала за моими действиями, никак их не комментируя.

– Вполне, мисс Блэк, – кивнул я, решив придерживаться того же стиля общения, что и неожиданная гостья, – Однако, хотелось бы услышать о чем именно вы хотите поговорить. Всё же, у меня с вашей семьёй имеются некоторые разногласия.

Поморщившись, девочка демонстративно вздохнула и спросила:

– А можно нормально разговаривать? Дома это уже достало…

– Можно, – кивнул я, – Так даже проще.

– Хорошо, – улыбнулась Коссеопея, – А пришла я… договариваться.

Слова второкурсницы удивляли. Во всяком случае, я ожидал чего угодно, кроме подобного поворота разговора. Из-за этого ситуация начала становиться всё интереснее и интереснее.

– Вот как? О чем?

– Сделка, – пожала плечами Коссеопея, – Я имитирую попытки подобраться к тебе, а потом одеть это, – демонстративно бросила мне шкатулку девочка, – А ты не пытаешься убить меня.

– Что здесь? – поинтересовался я, даже не пытаясь открыть более чем занятный артефакт с гербом Блэков.

– Рабский комплект, – спокойно пожала плечами Коссеопея, – Модифицированный Вальбургой и Сигнусом. Он отличается от стандартного, поскольку сделан с использованием образца твоей крови.

«Вот так-так… – ошалело подумал я, – Сегодня будет более чем занятный вечер!»

– Откуда у Блэков образцы моей крови?

– Я не знаю всех нюансов и деталей, – пожала плечами девочка, – Мне лишь рассказали, что ты переродившийся темный маг, чьё сознание спало. О текущем положении Сириус и Сигнус точных сведений не имеют.

Ожидающий взгляд заставил меня фыркнуть. Коссеопея, судя по всему, хотела получить информацию. Что ж, в ответ на сведения о наличии моей крови у Блэков можно и поделиться кое-чем. Тем более, как мне кажется, Сириус и без того уже всё понял.

– Уже не спит, – развел я руками, – Полагаю, ты это хотела услышать?

– Я хотела купить свою жизнь, – спокойно ответила девочка.

– С этого места подробнее, – нахмурился я.

– Только не говори, что не будешь мстить за то, что сделали Сириус и Сигнус, – покачала головой Коссеопея, – Даже я бы нашла способ укусить в подобной ситуации. Возможно, не сразу, но добралась бы до тех, кто смог испортить мне жизнь. У тебя возможностей точно больше. Самым простым в такой ситуации является убийство детей. Меня, например. А я не хочу умирать.

«Либо я чего-то не понимаю, либо у Блэков все не дружат с головой, – пришло мне на ум, – Как нужно воспитывать детей, чтобы они в таком возрасте уже думали о мести и смерти?»

Впрочем, удивление не помешало мне анализировать всё сказанное Коссеопеей. А информации оказалось более чем достаточно. Блэки, судя по всему, прекрасно знали кого пытаются подмять и ещё годы назад приготовили всё необходимое на случай проблем. Даже образцами моей крови обзавелись. Но зачем? Верить в то, что им так нужен магически сильный ребенок не получалось. Даже гипотетические знания переродившегося мага с неизвестным прошлым не могли заставить их пойти на всё то, что Блэки умудрились вытворить за прошедшие годы.

Озвучив этот вопрос, я получил простой, но крайне неприятный ответ.

– Некромантия, – спокойно произнесла Коссеопея, – Моя семья знает о тайне Поттеров.

– Откуда? – нахмурился я.

– Этого мне не говорили, – пожала плечами девочка, – Всё, что я знаю – ты темный маг, прошедший реинкарнацию.

– А почему тебе об этом сообщили?

– А ты разве не в курсе? – удивилась Коссеопея, – У чистокровных принято находить своим детям пару в раннем возрасте. Это, знаешь ли, та ещё проблема. А когда получается – заключают брачный контракт.

Эту сторону жизни местного общества одаренных я попросту упустил из виду, сконцентрировавшись на тех вопросах, что позволят стать сильнее, избежать тюрьмы или просто выжить. Как оказалось – зря.

– Детали.

– Ну… – вздохнула Коссеопея, – Важны энергетическая совместимость и отсутствие родственных связей не менее, чем в пяти, а то и шести поколениях. Чтобы не появилось никаких заболеваний, а возможные дети, – покраснела второкусница, – Не родились уродами или сквибами. У чистокровных с этим проблема. Связь с Первосилами, да ещё и мало нас. Многие давно породнились… Вот и приходится изворачиваться. Даже ритуалы есть специальные, для определения совместимости. По магии и крови.

– Вот оно как… – покачал я головой, выслушав гостью.

Как оказалось, местным магам, пусть и в специфичной форме, но основы генетики таки знакомы. И понятие наследственных заболеваний тоже. Теперь стали понятны слова покойного Драко по этому поводу. Мальчика попросту не спрашивали, поставив перед фактом. А он, учитывая политику чистокровных, едва ли мог попросту послать своих родителей. Да и условия брачного контракта, что имел место у младшего Малфоя, мне не были известны.

– Допустим, – вздохнул я, – Остается понять как нам договориться.

– Я отдала тебе рабский комплект и поделилась информацией. Полагаю, это достаточно весомо, чтобы купить твою лояльность.

– Лояльность?

– Ну… я неправильно выразилась, – сразу же поправилась Коссеопея, заметив как я нахмурился, – Твоё нежелание убить меня.

– А остальные Блэки?

– Если их не станет, то мама и я получим контроль над Блэк-Хауз и всеми британскими активами семьи, – улыбнулась Коссеопея.

– Полагаю, ты не сама решила проявить инициативу и явиться на разговор?

– Да, – не стала отпираться девочка, – Это идея моей мамы. Ей очень не хочется рисковать. Она тебя опасается. Это Сириус и Сигнус потеряли… чувство реальности, – запнувшись, произнесла юная Блэк.

Слушая Коссеопею, я пытался понять – в чем обман? Девочка не врала. Ни в одном её слове не было фальши. Да и не может ребенок так играть, как бы его не воспитывали. Даже с учетом крайне жестокой жизни местных одаренных, откровенного варварства и дикости законов и традиций, едва и она могла к своему возрасту пропитаться интригами и готовностью убивать.

«Драко и Гермиона летом убивали, – вспомнил я покойного Малфоя и Грейнджер, – А Коссеопея воспитана в темной семье, где жестокость – норма жизни.»

– Хорошо. Сделка. В качестве обмена на отданные тобой артефакты и сведения о наличии образцов моей крови у Сириуса и Сигнуса, я даю слово, что не стану причинять тебе вред или пытаться убить тебя… До тех пор, пока ты не попытаешься подчинить, убить или ограничить свободу – как мою, так и моих друзей. Право на самооборону, знаешь ли.

– Подходит, – подумав, кивнула Коссеопея.

Скрепив сделку рукопожатием, мы друг другу улыбнулись.

– Полагаю, мне стоит удалиться, – произнесла представительница семьи Блэк, – Приятного вечера, Эванс.

«В чем обман? – задумался я, – Не могла Коссеопея действовать полностью самостоятельно!»

Стоило опустить взгляд на шкатулку, как ответ на мой вопрос стал понятен. Герб Блэков исчез с крышки. Более того, от артефакта начало разить кровью. Постепенно к энергетическому аромату, отдающему железом, начало добавляться нечто тёмное, связанное со смертью.

– Вот сука, – вздохнул я, – Не удивлюсь, если меня в коридоре ждут авроры. И, ведь, не соврала ни разу.

К счастью, мой артефакт продолжал работать, благодаря чему системы замка ещё не засекли более чем неприглядные излучения. И тут уже не получится объяснить ситуацию тренировками.

– Выбросить в окно не вариант. Уничтожить… Чем? – задумался я, перебирая варианты возможных действий, – Адским Пламенем я не владею, а другие варианты… Впрочем…

Силовой Шторм. Да, эта техника требовательна к тому, кто её применяет. Да, от неё разит Тьмой, но… Я уже не рыцарь-джедай, а вполне легальный, хоть и юный, темный маг. Таких в Объединенном Королевстве более чем изрядно. Если же сформировать не нечто глобальное, а куда более приземленное…

Подняв шкатулку перед собой с помощью телекинеза, я создал вокруг неё сферу Барьера, а затем принялся формировать внутри своего творения Силовой Шторм. В миниатюре. Увы, но с первой попытки ничего не вышло. Здешняя магия, как выяснилось, не слишком подходит для выполнения подобных техник. Стоило же вспомнить о постоянной и более чем стабильной связи с Тьмой, как выход нашелся сам.

– Главное – не подохнуть в процессе, – вздохнул я.

Очень многие магические приёмы местных чистокровных, что имеют связь с Первосилами и Стихиями, более чем близки к тому, как джедаи и ситхи работаю с Силой. Отличий, конечно, хватает, но общий принцип схож. И если до памятного ритуала с кровью дракона мне столь близкие и понятные способы реализации собственной воли не были доступны, то теперь дело обстоит совершенно иначе. С некоторыми ограничениями, вызванными юным возрастом физического тела, конечно, но лучше так, чем вообще никак.

Сконцентрировавшись, я настроился на Тьму, чьим физическим проявлением были тени. Именно через них удалось зачерпнуть толику силы и начать придавать ей нужную «форму» заполняя образами и собственной волей. Процесс шел невероятно тяжело. Будто бы мне приходилось преодолевать некое сопротивление. На плечи и спину навалилась невероятная тяжесть, а виски сдавило раскаленными тисками. Дышать с каждой секундой становилось всё труднее. Однако, несмотря на всё это, в какой-то момент я услышал характерный треск и нарастающий гул. Воздух наполнился запахом озона, а пол под ногами завибрировал.

Стараясь не потерять концентрации, я открыл глаза и криво усмехнулся. Внутри сферы Барьера образовалось нечто похожее на черно-фиолетовое облако. Оно быстро вращалось, образуя в центре воронку, всё больше похожую на провал. Внутри моего творения периодически появлялись характерные голубые и фиолетовые молнии, издающие громкий треск и гудение.

Удвоив усилия, я таки заставил получившееся образование превратиться в миниатюрный шторм силы… Не думаю, что он имеет хоть какое-то отношение к гиперу, но мой посыл на отправку шкатулки как можно дальше от планеты Земля, в места, где она разрушится, сработал. Артефакт, оставленный Коссеопеей, отправился в образовавшийся провал, из которого на мгновение полыхнуло багровым…

Сделав выдох, я принялся за обратный процесс. Даже если мне удалось создать нечто лишь внешне похожее на силовой шторм, эту штуку необходимо уничтожить, дабы не создать проблемы себе и окружающим. Уж очень мне не понравилось то, чем начало разить из образовавшегося провала в некие дали…

* * *

– Как всё прошло? – поинтересовалась Вальбурга, когда Коссеопея вошла в её кабинет.

– Артефакт у Эванса, – спокойно ответила девочка, – Но это было сложно. Мне… показалось, что он готов убить меня на месте… Эванс сказал, что его настоящая личность полностью проснулась.

– Как тебе удалось получить эти сведения? – ведьма удивленно уставилась на Коссеопею, – Учитывая недоверчивость Эванса…

Вздохнув, второкурсница пересказала свой диалог с Эвансом и принялась ждать реакции Вальбурги. Сама девочка опасалась не только бывшего Поттера, что из-за Блэков был вынужден сменить фамилию, но и свою родственницу, вернувшуюся в число живых путем захвата чужого тела. В глазах Коссеопеи оба они являлись монстрами. Ожившим ночным кошмаром. И если от однокурсника ещё можно укрыться в Блэк-Хауз, то от Вальбурги нет. Да и степень вменяемости Сириуса и Сигнуса вызывала вопросы не только у Лиры, но и у её дочери. На взгляд переехавших в Британию Блэков, обоим темным магам не стоило связываться со странным существом, явившимся в мир смертных в теле Гарри Поттера. Вся информация нём буквально кричала об опасности для семьи. И никакие способности некромантов у будущих поколений не могли окупить риск открытого конфликта с Эвансом. Не сразу, но он точно найдет способ разобраться с ними.

– Что ж… Ты молодец, – кивнула девочке Вальбурга, – Пока оставайся в моей спальне, а я свяжусь с аврорами.

– Я… Вы понимаете, что после этого мне конец? – остановила ведьму Коссеопея, – Он не простит. И его обещание потеряет силу.

– Что ты предлагаешь? – покосилась на неё Вадьбурга.

– Остановиться и подождать, – пожала плечами девочка, – Сейчас он не доверяет мне, но уже и не испытывает такой злобы в мой адрес. Можно этим воспользоваться. Подождать. Потом сделать ещё шаг. А потом ещё… Он расслабится.

Вальбурга задумалась. Получившая вторую жизнь ведьма видела страх в глазах Коссеопеи. И не могла не признать, что плохо продуманный план, в котором предполагалось задействовать авроров и выполненные с помощью крови девочки артефакт подчинения, не отличался ни изящностью, ни высокими шансами на успех. По задумке Вальбурги, Коссеопея «сдавала» Эвансу некоторую информацию и рабский комплект, а затем оперативники Аврората должны были устроить обыск, обнаружив ту самую шкатулку. Идея же ведьмы заключалась в сделке, в рамках которой Эванс мог избежать даже суда, не говоря уже о тюрьме, но заплатив за это подписанием того самого брачного контракта.

Риск, конечно, имелся. Например, реинкарнировавший темный маг вполне мог успешно спрятать его или передать кому-то из своих товарищей, а те – отправить его кому угодно. И таких вариантов развития ситуации было великое множество.

– Хорошо, – выдохнула Вальбурга, – Считай, что я согласилась. Понаблюдаем. А пока – верни артефакты.

Кивнув, девочка вытащила из волос тонкую длинную пластину, покрытую множеством символов, и отдала её старшей ведьме. Почти сразу иллюзия деактивированных артефактов исчезла. Более того, стали видны настоящие энергетика, аура и тонкие тела Коссеопеи.

Оценив состояние юной Блэк, Вальбурга фыркнула.

– Запомни, милая, – подняла указательный палец женщина, – Не ты должна бояться. Это тебя должны бояться. Жить надо только так. Иначе, каждая мразь будет вытирать ноги о твои гордость и честь.

Молча кивнув, Коссеопея направилась к выходу из кабинета. Вальбурга, наблюдая за ней, покачала головой. Сегодня она решила послушать ребенка. Не в силу веры в хитрость дитя, а потому, что дочь Лиры имела личную беседу с Эвансом и смогла увидеть то, что не доступно другим. Например, в силу положения. Едва ли у самой Вальбурги получится организовать подобный разговор. Всё же, она сейчас имеет совершенно иную фамилию и является преподавателем. Это не юная девочка, которую переродившийся маг не воспринял в качестве угрозы.

* * *

Уже когда Боунс направлялась к выходу из своего кабинета, по пути сняв с вешалки форменный пиджак с гербом ДМП на правом плече, раздался стук в дверь.

– Да? – удивленно произнесла женщина, замерев на месте.

– Это Крауч, – последовал ответ, – Вы свободны?

– Входите, – вздохнула Боунс, понимая, что и сегодня ей придётся задержаться.

Спустя десяток минут, когда Бартеимус озвучил причины своего визита, Амелия впала в ступор. Новости, принесенные Краучем оказались шокирующими.

– Что? – нахмурилась Амелия.

Разум ведьмы пытался осознать услышанное. Увы, получалось с большим трудом.

– Вы не ослышались, – вздохнул Барти, – Пропал Дэриел Хадсон. Ученик первого курса Хогвартса. Пуффендуй.

– Откуда он пропал? Мальчик же должен был находиться в…

– Он и находился в Хогвартсе, – мрачно произнёс Крауч, – Последний раз его видели вечером, неподалеку от общежития. Собственно, в тот же период он пропал для систем наблюдения крепости, а домовики упустили его из вида.

– Фадж нас убьёт, – покачала головой Боунс, принявшись массировать переносицу.

Усталость после тяжелого рабочего дня и головная боль и без того не способствовали хорошему настроению. Новости, принесённые Краучем, окончательно выбили женщину из колеи.

– Скорее, Амбридж, – скривился Бартемиус, – Но… Вряд ли. Уж очень она полезна Корнелиусу. Да и заменить эту карьеристку-буквоедку попросту некем. Во всяком случае, быстро.

Несколько минут Амелия молчала, обдумывая ситуацию, а затем покосилась на своего гостя, что неожиданно для главы ДМП явился в её рабочий кабинет за какие-то десять минут до конца рабочего дня.

– Скажите… Амбридж уже доложила Фаджу?

– Да, – кивнул Крауч, – Проблема в том, что Хадсоны всегда поддерживали Дамблдора. А когда Корнелиус начал свои реформы, именно они активнее других пытались помешать их реализации… Это без учета участия в семидесятых годах сразу трех членов этой семьи в Ордене Феникса.

– То есть… – подбодрила своего собеседника Амелия, телекинезом вытащив из «представительского бара» бутылку виски и пару хрустальных стаканов.

– Министр предупредил меня, что вести поиски пропавшего мальчика необходимо… неторопливо, – протянул Бартемиус, наблюдая за тем, как хозяйка кабинета наполняла стаканы янтарного цвета жидкостью, – На его взгляд, учитывая ситуацию и невозможность доказать участие в Ордене Феникса кого-то из ныне живых членов сего семейства в текущих делах Альбуса, можно попытаться замотивировать Хадсонов на некие шаги.

Взяв один стакан, второй Амелия подвинула к своему неожиданному гостю и, улыбнувшись, поинтересовалась:

– А ученик пропал стараниями авроров или по неким другим причинам?

Бартемиус, сделав глоток виски, фыркнул:

– Вот из-за этого я и пришел к вам. Дело в том, что ни мои подчиненные, ни доверенные люди Коренлиуса, ни мракоборцы, к исчезновению сопляка отношения не имеют. Зато подчиненные Нордлена смогли найти следы высшей нежити. Предположительно, лича или вампира. Магический след размытый, из-за чего у них не получилось понять кто там отметился.

– Тогда почему вы заинтересовались этим вопросом? – нахмурилась женщина, – Нежить и нечисть – сфера отдела мракоборцев, а не вашей или моей службы.

Крауч пустил взгляд на стакан в своей руке и несколько секунд задумчиво смотрел на его содержимое. Глядя на него, Амелия мысленно фыркнула. Ей и без того было понятно, что вся ситуация каким-то образом связана с Дамблдором. Увы, но дела старика, даже после его отставки, продолжали создавать проблемы окружающим.

– Дело в том, что мои оперативники заметили интерес Хадсонов к Эвансу. И возник он после исчезновения ученицы второго курса Хогвартса – Грейнджер. Она пропала, а её мать убита нежитью. Предположительно, вампиром, – пояснил мужчина, нарушив затянувшееся молчание, – Потому мы начали копать и выяснили, что девочка далеко не так проста. Она – целая внучка председателя правления компании «Лондонская Алхимия», отец – служил заместителем руководителя департамента по вопросам международного сотрудничества. Двоюродный дед этой якобы магглорожденной гриффиндорки, до отставки Альбуса, являлся руководителем пресс-службы Визенгамота. Собственно, Дэвид Грейнджер, убитый летом прошлого года в Косом Переулке, являлся сквибом и сыном Роберта и Джен Хадсонов.

– Вот дерьмо, – выдохнула Боунс, оценив информацию об одной из лучших учениц Хогвартса в её возрастной группе, – Это всё?

– Я подозреваю некую… степень причастности Эванса к пропаже Грейнджер и Хадсона, – со смешком произнёс Крауч.

– Он же ребенок, – пожала плечами Амелия, – То, ему помогают…

– Никто ему не помогает, – оборвал Бартемиус женщину, – У меня имел место разговор с Ричардом Поттером. Их семья Эвансу не помогает и никого в Британию не присылала. Более того, «Гренадёры Честера» больше не работают с Поттерами.

– Тогда кем была та ведьма, что… – Амелия замерла, удивленно глядя на Крауча.

– Вот именно, – кивнул тот, – Мы не нашли о ней сведений. Ни ДМП, ни Аврорат. Её попросту не существует. Эванс нас обманул.

Нахмурившись, Боунс осушила свой стакан одним глотком, после чего огляделась, но, не найдя закуски, махнула рукой и произнесла:

– Допустим. Если Ричард Поттер не врёт, то получается, что некто годами помогал сыне его племянника и невестки, тратя громадные средства на лечение психики, а потом… Что?

– А потом явились Блэки и наломали дров, испортив кому-то игру, лишив кого-то возможности добраться до семейного достояния Поттеров, – пожал плечами Крауч, – Полагаю, именно эти люди решили избавиться от Грейнджер, а потом разобраться и с Хадсонами.

– Фадж об этом знает? – поинтересовалась Амелия, выслушав Бартемиуса.

– Я сообщил ему своё видение ситуации, но… Корнелиуса ситуация с этим мальчиком уже достала. Он категорически не хочет ничего слышать об Эвансе, – покачал головой Крауч.

– Я его понимаю, – кивнула Боунс, вспомнив медицинскую карту бывшего Поттера, которую ей продемонстрировал Фадж, – То Блэки, то Поттеры… Но почему Ричард решился с вами поговорить?

– Я сам его вызвал, – усмехнулся Крауч, тоже осушив свой стакан, – Хотел уведомить об интересе Хадсонов к его родственнику, хоть и лишенному фамилии… Но, был весьма интересный момент. Ричард точно знаком с некоей Джоанной Поттер. Во всяком случае, реакция на это имя была весьма странной. Он не удивился. Даже не попросил описать её или передать данные энергетики. Будто бы и так знал о ком идёт речь. Даже сам факт участия этой ведьмы в ситуации с мальчиком не вызвал у него никаких эмоций. Всё, что ответил Ричард – семья Поттеров никого не присылала для решения ситуации с Эвансом. Мальчик сам по себе.

– И теперь вы считаете, что некая Джоанна или некто, представившийся подобным образом, причастен к исчезновению Грейнджер и Хадсона? – спросила Боунс, снова разливая виски по стаканам.

– Вряд ли, – отмахнулся Крауч, – Не она сама, а кто-то, на кого она работает. Полагаю, Грейнджер увидела или в целом узнала о бывшем Поттере слишком много, после чего её убрали. А теперь принялись за Хадсонов, поскольку они решили копать под Эванса.

– И Фадж не хочет лезть в это дело?

– В точку, – кивнул Крауч, взяв стакан, – И…

– Мисс Боунс, – вошел в кабинет помощник Амелии, – Тут пришла посылка. В ней пергамент с текстом и флакон с воспоминаниями. Мы уже проверили – они без «подарков».

– Именно мне? – нахмурилась женщина.

– Вам, – кивнула маг, – Там написано, что похищенный ученик Хогвартса находится в Лондоне. По адресу площадь Гриммо, дом четырнадцать.