Текст книги "Влечение Духа (СИ)"
Автор книги: Villa Orient
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 6 страниц)
Глава 18 Гипноз
Есть вещи, о которых лучше ничего не знать, пока они не беспокоят. Они глубоко, не трогают сознание. Они не всплывают на поверхность. Но если они начинают появляться на краю сознания пугающими образами, болезненными воспоминаниями, пробуждают ночью в холодном поту, то самое время вытащить их на берег сознания и рассмотреть под микроскопом.
Реальность почти никогда не оправдывает ожиданий. Миллионы, даже миллиарды людей каждый день взирают на крушение надежд своих, чужих, всех разом. Это происходит каждую минуту, каждый день, постоянно.
Реальность чаще всего гораздо хуже даже самых страшных кошмаров, холодящих душу. От неё гораздо приятнее прятаться в неземных грёзах, как будто это помогает не испытывать страх. Но в заоблачных мечтах как раз и есть самая настоящая пугающая реальность, и когда приходит её осознание, то бред больше не кажется бредом, а представляется самым настоящим кошмаром наяву.
Реальность такова, что люди не учатся на чужих ошибках, на своих ошибках, вообще не учатся. Люди совершают ошибки, которые даже не пытаются исправлять, которые в принципе невозможно исправить. В реальности люди не прощают – ни других, ни себя, никого.
Один врач сказал: «Все лгут». На самом деле он лишь повторил истину, которую задолго до него воспел Овидий, а после него повторяли век за веком в разных вариациях с завидной регулярностью все, кому не лень. И они все оказались абсолютно правы, их устами глаголет истина на все времена. Все обманывают, предают, вводят в заблуждение, используют, не доверяют.
Реальность ломает людей, слишком мягким благополучным детством или трудным отрочеством. Люди горят на любимой работе, теряются в бесконечных счастливых семейных заботах, падают от усталости, теряют опору, испытывают прободную коррозию внутреннего стержня. И чем сильнее человек, тем сильнее он ломается просто от одного точного удара в подходящее время, когда слабаки всего лишь гнутся под ураганом обстоятельств.
В реальности люди страдают – кто-то от глупости своей, чужой, бесконечной; другие от ума, безграничных возможностей, падающих акций «Ямал СПГ». В реальности нет идеалов, и люди одиноки – в паре, в семье, в компании, в толпе, на сцене или в кино. У всех возникают периоды, когда приходит осознание того, что внутреннюю пустоту не заполняют ни книги, ни театр, ни философия Канта. В реальности нет ни чёрного, ни белого, есть сплошные полутона и тени.
Нужно уметь жить в реальном мире, времени и пространстве. В реальности не нужно ни молчаливого созерцания, ни активных действий. Делай, что должен, и будь, что будет. В реальности нужно делать только то, за что не стыдно.
В реальности, пока человек жив, можно всё. В реальности можно достать из подсознания самые страшные кошмары и превратить их в обычные воспоминания, рассмотреть в ярком свете дня и никогда больше не вернуться к ним в ночи.
– Владислав, мы сейчас поработаем с ассоциациями. Я хочу, чтобы вы называли первое, что приходит вам в голову, когда я буду говорить определённые слова. Готовы?
– Да, Инга. – Влад отвечает быстро и не задумываясь.
– Зелёный?
– Красный.
– Мальчик?
– Детство.
– Работать?
– Создавать.
– Жизнь?
– Смерть.
– Мать?
– Воспоминание.
– Жестокость?
– Жизнь.
– Любовь?
– Кира.
– Деньги?
– Власть.
– Кровь?
– Убийство.
– Закончили с ассоциациями. Владислав, расскажите мне о вашей матери.
Влад потёр подбородок, прежде чем ответить.
– Она была валютной проституткой. Элитная эскортница, как сейчас их называют. Она была неплохой матерью, но с профессиональной деформацией. И могу даже сразу рассказать об отце. Мне повезло знать его. Он был одним из её постоянных клиентов, довольно высокопоставленный человек. Он устроил меня в хороший интернат, конечно, о том, чтобы усыновить меня, речи не шло, у него есть жена и законные дети.
– Что для вас значит «неплохая мать»?
– Она была ласковой, заботливой. Я всегда был накормлен. В смысле, дома всегда была приготовленная еда, чтобы я мог сам разогреть и поесть. Она была очень аккуратным человеком. Дома было чисто и убрано. У меня была чистая, новая, модная одежда, никакого старья. Она следила за моей учёбой, сидела со мной за уроками. Я ведь не просто так отличник. Она хорошо зарабатывала, мы были довольно обеспеченными. Модный ремонт в квартире, никакой экономии на продуктах и шмотках. Понимаете?
– Но её лишили родительских прав. Почему?
– Я не знаю причины. Мне было всего 11 лет. Знаете, она всегда относилась ко мне как ко взрослому. Говорила на равных, требовала ответственности. Но я был ребёнком. Много не понимал. Её не понимал. Любил, но не понимал. Она в один из визитов в интернат сказала, что не справилась с системой. Я думаю, это и есть правда, она ничего не могла сделать и сдалась.
– Вы сказали, что ваш отец был высокопоставленным человеком. Он устроил вас в хороший интернат, но не помог вашей матери, когда её лишали родительских прав. Почему?
Глава 19 Близкие и далёкие
Люди по-разному относятся к воспоминаниям. Со временем вспоминается только хорошее. Или только плохое. Воспоминания формируются сами собой: негативные эмоции отложатся и так, они нужны для выживания, но можно сохранить и положительные моменты. Сформировать гиппокамп. Сберечь именно эти чувства в этом моменте.
У Духа было много воспоминаний. Теперь он вместе с Кирой, они обнимают друг друга. Что они чувствуют? Запомнят ли они тёплые руки, мягкие поглаживания, лёгкие поцелуи? Запомнят ли, где их пальцы, сплетены ли они, как удобно положить голову на плечо? Сердце бьётся быстрее или, наоборот, успокаивается? Сегодня он обратил на это внимание и запомнил.
Но самые сложные воспоминания для него – память из детства. Он помнит мамину улыбку, кашу по утрам, прогулки после дождя в резиновых сапогах. Самые яркие воспоминания из детства. Они появляются в разные периоды его взрослой жизни.
Детская память хранит даже незначительные эпизоды, но то, что он видел ребёнком, не всегда то же самое, что происходило на самом деле. Воспоминания имеют свойство всплывать неожиданно и случайно. Хорошо, если это «странные» фразы взрослых, или катание со снежной горки, или дельная подсказка, которая подталкивает к самостоятельному решению. Но это могут быть и другие воспоминания, пугающие и непонятные ребёнку.
Дух был практичным человеком. Он оставлял прошлое в прошлом, а настоящее он строит сейчас сам. Если для успокоения в настоящем нужно вернуться в прошлое и поднять неприглядные факты, то он без сомнения и сожаления сделает это.
– Мы не обсудили, как мне тебя представить, Кира?
– Влад, я в замешательстве. Я не знаю, как ты представишь меня своей матери, которую не видел… Сколько лет?
– 20, Кира. 20 лет. Так как? Хочешь быть моей невестой? Хотя, нет. Для этого нужно сначала спросить твоего отца. Или у вас мама решает?
– Ты так шутишь, потому что нервничаешь? А то тенденция пугает…
Влад шутил слишком много. Обычно это означало, что ему совсем не смешно.
– Ладно. Кира, ты будешь моей девушкой? Напоминаю, что это официальное предложение и обжалованию не подлежит.
– Буду, Влад.
– Ты делаешь меня самым счастливым человеком на свете.
– Влад, мы что, уже приехали? – Кира удивлённо смотрит в окно.
– Да.
– То есть твоя мама живёт совсем недалеко, а вы с ней не общаетесь 20 лет? Как же так?
– Хочешь услышать эту историю ещё раз? Осуждаешь?
– Нет, но мне кажется это странным. Тебе ведь её не хватает.
– Смотри, Кира, и увидишь.
Дверь открывает женщина, и Кира буквально столбенеет. Такая красота может ослепить неподготовленного наблюдателя. Кира знала, что ей всего 55 лет, но выглядела она гораздо моложе своих лет. С первого взгляда ей невозможно было дать больше 40.
Женщина высокая и статная. На стройные длинные ноги, покачивающиеся при размеренном шаге, можно было смотреть бесконечно. Тонкая талия и высокая грудь создавали потрясающий воображение силуэт.
И главное – лицо с глубоким взглядом выразительных глаз и пухлыми губами, заключёнными в безупречный овал. Даже Синди Кроуфорд не показалась бы рядом с ней такой уж недосягаемой. И Влад берёт от матери лучшее, хотя другого у неё не наблюдалось.
– Здравствуй, мама.
Её пальцы чуть дрогнули на дверной ручке.
– Здравствуй, Владислав. Проходите, пожалуйста.
Женщина отступает, пропуская их. Влад двигается уверенно, как у себя дома, а Кира немного отстаёт, глядя ему вслед.
– В комнату, пожалуйста.
Кира не смогла бы назвать маму Владислава даже путаной или гетерой при всём желании, не то чтобы более общеупотребительными словами. Она была похожа на жену дипломата как минимум. И квартира соответствовала: богатый интерьер, идеальные сочетания, отражающиеся в мельчайших деталях. В комнате уже накрыт круглый стол. Они молча рассаживаются.
– Чай или кофе?
– На твой вкус, мама.
– Хорошо, я приготовила чай и яблочный пирог.
Пока мама Владислава разливала чай в фарфоровые чашки, Кира проклинала Влада за то, что он не предупредил о необходимости подтянуть этикет до уровня чаепития как в лучших домах Лондона. Он вообще не предупредил, что его мама выглядит и ведёт себя как английская принцесса.
– Познакомишь меня со своей спутницей?
– Конечно, это Кира, моя девушка. Она журналистка. Кира, это моя мама, Мария Александровна.
– Приятно познакомиться, Кира.
– Ты замечательно выглядишь, мама.
– Спасибо, Владислав. Ты подрос и возмужал, и рядом с тобой, полагаю, самая лучшая девушка.
– Да, мама, именно так. – Он смотрит на Киру с улыбкой.
Они некоторое время просто и молча пили чай.
– Признáюсь, я была удивлена, когда ты позвонил, Владислав, и изъявил желание приехать.
– Хотел тебя увидеть, мама.
Глава 20 Настоящая кровь
Первым крылатое выражение «лови момент» упомянул Гораций в одной из своих од. И с тех пор все пытаются поймать момент, на самом деле, наверняка пытались и раньше, но после напутствия Горация стали стараться усерднее.
Кира пытается закончить статью, но мысли постоянно возвращаются к встрече с матерью Влада. Она никак не может осознать, насколько тяжёлую утрату они пережили. Именно пережили и не сломались.
Все охотятся за подходящей возможностью, чтобы получить всё и сразу. Сначала потому, что молоды, а потом станет поздно. А когда становится поздно, то пытаются ещё лучше – теперь уже, чтобы удержать молодость. До тех пор, пока не становится по-настоящему поздно.
В процессе постоянной погони за чужими установками пытаются поймать чужое счастье, вырастить траву зеленее, чем у соседа, жениться на женщине, у которой грудь хотя бы на размер больше, чем у жены друга, получить должность коллеги. Не важно, что это им подчас не нужно, совершенно не обращая внимания на то, что не научились управлять тем, за что зацепились, когда ловили момент.
А пока ловили, то жертвовали самым дорогим, надеясь, что потери окупятся сторицей: теряли последнюю каплю крови, продавали последние штаны, обручальное кольцо и единственную душу. В тщетных попытках расставить приоритеты не смогли вовремя остановиться.
Не справились с давлением, перешагнули допустимые пределы. И только потом, совершив бесчисленное количество жертв, поняли, что цель далеко не всегда оправдывает средства, да и есть ли она, эта цель, их ли цель.
Влад с матерью были несчастны в разлуке, но они справились, и сейчас у них появился второй шанс, чтобы быть вместе и дальше. 20 лет понадобилось, чтобы открыть дверь в детские воспоминания и разобраться в них. А до тех пор мать защищала своего ребёнка. 20 лет понадобилось, чтобы перестать бояться тирана. Но теперь мальчик вырос и может постоять за себя. Кира поймала себя на мысли, что впервые понимает, откуда в Духе эта спокойная уверенность человека, который больше никого не боится.
На пути к успеху все становятся грешниками, которые учатся ценить только после того, как потеряют, или вовсе никогда не учатся – ценить семью, друзей, любовь, свободу от необходимости ловить момент, поступать как все. Правильные решения приходят слишком поздно.
Нельзя забрать слова назад, нельзя стереть память, нельзя поступить по-другому, нельзя заново полюбить, когда разлюбил навсегда, нельзя восстановить сожжённые мосты. Можно сказать новые слова, полюбить другого человека, построить новый мост, но это сложно, долго и дорого.
Познакомившись с матерью Влада, Кира наконец поняла, что в нём есть то, что сразу бросается в глаза. У него есть порода – то, что нельзя приобрести ни в результате учёбы, ни за деньги. Врождённое благородство, острый ум, редкая внутренняя сила. Такие вещи нельзя купить, выучить или сыграть. Они либо есть, либо нет. Перед такими мужчинами женщины сами укладываются штабелями. С природой сложно спорить.
Говорят, что судьба и характер – разные понятия для описания одного и того же. Человек часто называет свои провалы судьбой, а полученные богатства – собственными достижениями. Мало кто способен признать, что судьба – не мифическая женщина с завязанными глазами, а наши собственные мысли и действия. Судьбы ломают люди.
Кира вдруг слышит, как открывается входная дверь. Она живет одна, и сейчас ужас пробирает её до костей. Шаги приближаются из коридора, пока в комнату не входит Андрей, бывший Киры. Кира прикладывает руку к груди, чтобы успокоить бешено бьющееся сердце. Она не забрала у Андрея ключи от своей квартиры. Раньше это казалось мелочью.
– Что ты здесь делаешь?
– Ну знаешь, я думал о том, что ты сказала в кафе. Это же полный бред, Кира. – Он потёр шею сзади и усмехнулся. – С чего бы нам с тобой расставаться? Ты, наверное, плохо подумала, когда говорила, а потом стеснялась мне позвонить первой. Но я не гордый, пришёл сам. Теперь можешь признать, что это была просто неудачная шутка.
Он стоит в её комнате как ни в чём не бывало, как будто они расстались час назад, но для Киры Андрей был уже в прошлой жизни. Она смотрит на человека, с которым прожила пять лет, и вдруг понимает, что совершенно его не знает. Это был совершенно чужой и далёкий мужчина.
– Нет, Андрей, я хорошо подумала, когда говорила. И с тех пор моё мнение не поменялось.
– Перестань нести этот бред, – он резко её прервал, – ты и раньше была не от мира сего, а сейчас вообще крышей поехала. Я убил на тебя пять лет. Целых пять лет! И теперь ты типа меня бросаешь?! Нет, так не пойдёт.
– А как пойдёт? – Тон Андрея пугает Киру впервые в жизни.
– Как раньше, – он шагнул ближе, намереваясь обнять Киру, но она отступила.
– Нет, Андрей, как раньше уже не получится. Я, наверное, и правда не совсем ясно выразилась тогда. Мне больно это говорить.
Кира покачала головой. Она ожидала увидеть боль, обиду, злость. Всё что угодно, кроме того выражения, которое появилось на лице Андрея.
– И я не хотела ранить тебя, но теперь придётся сказать, как есть. – Она сделала паузу. – Я тебя не люблю, Андрей, и никогда не любила. Ты хороший человек, мне было с тобой хорошо, удобно, но это не любовь. Я не понимала этого, пока в моей жизни не появился другой мужчина, поэтому я больше не могу и не хочу тебя обманывать. Это не тот фундамент, на котором можно построить совместное будущее. Пять лет – долгий срок, извини, но время я тебе вернуть не смогу.
Глава 21 Откровение
Кира перестала отвечать Духу – не брала трубку, не отвечала на сообщения, хотя телефон её был включён, сообщения доходили, значились прочитанными, но ответа не было. Он поехал к ней домой, но ему никто не открывал, да и вообще в квартире было тихо. На работе она тоже не появлялась.
Дух не понимал, что происходит. После визита к его матери их отношения с Кирой не изменились, даже наоборот, Кира стала более открытой. И вдруг – звенящая тишина. Дух дал ей три дня на случай того, что ей нужно побыть одной и подумать. На четвёртый день терпение закончилось раньше тревоги. Промедление дольше для него было смерти подобно.
Он начал с офиса Инги. Милая девушка в приёмной широко ему улыбалась и щебетала, что у доктора Инги пациент и очень плотный график. Дух знал, что в кабинете психотерапии две двери: одна входная и одна для выхода, чтобы пациенты не пересекались. Во время приёма входная дверь была заперта. Дух с трудом убедил девушку, что он по личному делу и всего на минуту, и даже согласился подождать перерыва.
Наконец Инга открыла дверь и попросила Духа войти. С первого взгляда он понял, что Инга расстроена. А значит, произошло нечто такое, о чём не говорят по телефону.
– Кира мне не отвечает уже три дня. Дома её тоже нет, на работе не появляется. Инга, что случилось? Она жива?
– Да, конечно, но, Владислав, сразу скажу, что это не связано с тобой. Точнее, причина не в тебе.
– Так обычно говорят, когда хотят послать лесом. Что случилось, Инга?
– Я не могу тебе об этом рассказать, это должна сделать Кира, когда будет готова.
– Где Кира?
– Она у родителей.
– Ты дашь мне адрес?
– Я подозреваю, что адрес у тебя уже есть, но я прошу тебя дать ей время, Владислав.
– Для того чтобы дать ей время, я должен понять, в чём причина. Причину сказать мне может только Кира, поэтому я должен поговорить с ней. Ещё возражения или пожелания?
Инга обречённо покачала головой.
– Владислав, я уверена, что ты сможешь её понять, но ты слишком импульсивный и настойчивый. Не дави на неё слишком сильно.
– Хорошо, Инга.
Дух стоит перед дверью и не сомневается, что поступает правильно. Ему открывает пожилой мужчина:
– Чем обязан?
– Меня зовут Владислав Савицкий. У нас пока не было возможности познакомиться. Я – друг Киры. Я бы хотел с ней поговорить.
– Боюсь, что Кира сейчас не хочет ни с кем разговаривать.
– Я бы хотел услышать это от неё.
– Если Кира захочет с вами поговорить, она сама об этом скажет.
Мужчина не собирается уступать. Кира сама выходит из комнаты:
– Папа, я готова поговорить, пусть войдёт.
Мужчина сомневается, но всё же пропускает Влада.
– Пойдём в мою комнату.
Кира дает Владу стул и сама садится на диванчик. Влад видит синяк у неё на щеке и разбитую губу. На секунду ему стало трудно дышать. Он уже в красках представил, что могло с ней случиться, когда его не было рядом, и насколько всё серьёзно.
Кира нервно теребит руки, не решаясь начать говорить, тогда Влад берёт её тонкие пальцы в свои, рукав длинной кофты чуть сдвигается с запястья, приоткрывая широкий кровоподтёк. Влад отлично понимает, что такие следы мог оставить только широкий ремень. У него похолодело внутри от мысли, что кто-то мог причинить слабой беззащитной Кире такую боль, что понадобилось её связать, для чего – он даже боялся подумать.
– Кира, я очень беспокоюсь за тебя. Я уже понял, что кто-то тебя обидел. Между нами с самого начала была полная откровенность, поэтому ты можешь мне всё сказать. Я пойму. Пожалуйста, Кира, поговори со мной.
Она глубоко вздохнула и начинает говорить:
– Когда я решила расстаться с Андреем, для него это была полная неожиданность. Я плохо объяснилась с ним, позволила ему думать, что всё может быть по-другому. Не смогла донести, что это ещё не конец.
Сердце Влада пропускает несколько ударов. Даже сейчас Кира искала вину в себе, а не в человеке, который её избил. Влад слишком хорошо знал людей, чтобы не заметить: Кира сейчас защищала не себя, а человека, который её обидел.
– У него остались ключи от моей квартиры. Он пришёл неожиданно. Хотел поговорить… – она замолкает.
– Кира, он ударил тебя до или во время?
– Я его поцарапала в самом начале, и тогда он меня ударил и связал.
Она уже не плачет, только затихает, когда накатывают воспоминания.
– Кира, посмотри на меня, пожалуйста. – Она поднимает глаза, широко открытые, доверчивые. Влад не может понять, как можно было поднять руку на женщину, которая сейчас боится даже собственной истории. – Ты говорила предельно ясно, смысл был понятен даже без слов, я был там и видел вас в тот день в ресторане, помнишь?
Она неуверенно кивает.
– Ты всё правильно сделала и сказала. Просто этот мудак не смог принять твоё решение и обиделся. Это удар по его самолюбию. Он не смог принять, что ты ему больше не принадлежишь. Ты никому не принадлежишь, кроме себя. Ты вправе принимать решения и устанавливать границы. И со мной тоже. Он пришёл наказать тебя за собственную слабость. Понимаешь, о чём я, Кира?
Глава 22 Настоящая месть
Удивительно, как люди любят лечиться другими людьми, как будто принимают обезболивающее, причиняя боль другим. Это становится настолько очевидным, что невозможно скрыть. Человек страдает, мучается, а потом делает больно другому и сразу получает облегчение. Это так бросается в глаза со стороны, особенно тогда, когда видишь результат этого облегчения.
Дух стоит на лестничной клетке, наблюдая, как легко поднимается по лестнице человек, совершивший преступление, за которое дают от 7 до 15 лет строгого режима. Ни тени раскаяния на лице.
Взрослый, здоровый, крепкий мужик, который решил причинить боль слабой женщине, которая не могла оказать должного сопротивления. Андрей открывает дверь, когда Дух с милой улыбкой на лице толкает его в квартиру, а за ними входит друг Духа, который тихо прикрывает дверь.
– Что за?.. Вы кто такие?
– Считай, мы псы возмездия. – Дух снимает пиджак и аккуратно закатывает рукава рубашки. – Я задам тебе пару вопросов, Андрей, ты должен отвечать честно. Если будешь врать, я буду тебя бить. Ногами тоже.
Друг Духа поставил в комнате стул и молча указывает на него Андрею. Тот с ужасом видит, что на мужчинах перчатки, а на лицах – непроницаемые маски.
– Я буду кричать.
– О, да, ты будешь кричать, Андрей, уж не сомневайся.
Андрей садится на стул, переводя испуганный взгляд с Духа на его друга. И он даже не может определить, кто его пугает больше. В глазах Духа он теперь видит неприкрытую ярость, его друг, напротив, спокоен, но накачанный амбал здесь не просто так и не внушает Андрею доверия.
– Кира говорила тебе «нет»?
– Ааа, так это из-за Киры… – И Андрей согнулся пополам, судорожно ловя воздух ртом от удара Духа в солнечное сплетение.
– Я спрашиваю, ты отвечаешь. Не отвечаешь – есть много болевых точек. От ударов ты не умрёшь, даже не сильно пострадаешь, но тебе будет очень больно. Повторяю вопрос: Кира говорила тебе «нет»?
– Да-да, говорила. – Андрей выдыхает быстро, почти плача.
– Ты её ударил по лицу?
– Она меня поцарапала. – Андрей упал со стула от следующего удара, корчась на полу и, превозмогая боль, сдавленно прошептал: – Да.
– А зачем ты её ремнём связал?
– Потому что давно хотел.
Дух несколько секунд молчал, но на его лице не дрогнул ни один мускул.
– Видишь этого крупного парня? – Дух наклоняется к лежащему на полу Андрею, приподнимая его голову за волосы и указывая на своего друга.
– Да.
– Он останется ненадолго и объяснит тебе некоторые вещи на понятном языке. Если будешь послушным мальчиком, отделаешься синяками, которых никто не увидит. Он покажет тебе, что чувствует человек, когда понимает, что сопротивляться бесполезно. Я понятно излагаю?
Андрей в ужасе смотрит на Духа.
– Ну, это уже риторический вопрос. Вижу, что понимаешь, но послушным мальчиком не будешь. Ну, удачи, Андрей.
Андрей смотрит на него так, будто только сейчас понимает, что всё это происходит на самом деле. Дух также аккуратно расправляет манжеты и надевает пиджак, покидая квартиру. Он уходит, зная, что расплата уже состоялась, но последствия только начинались.
