Текст книги "Первая любовь (СИ)"

Автор книги: Viktoria Smail

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 8 страниц)

Глава 21

10 лет спустя…

– Настя, ты появишься сегодня вечером на открытии кинофестиваля? – спрашивает меня Милана пока я сижу перед зеркалом в гримерке и жду пока мне нанесут тонну косметики перед фотосессией нижнего белья. Я перевожу уставший взгляд на неё и неопределенно пожимаю плечами. Милана качает головой и выходит со словами:

– Я жду тебя вечером. Ты должна там быть! Фильм с твоим участием сегодня будет там представлен, не подводи меня.

– Я никогда тебя не подвожу, – вздыхаю, она всегда знает на что надавить чтобы я сделала всё так как она хочет, – хорошо приеду, но ненадолго. Она выходит из гримерной, визажист заканчивает колдовать над моим лицом и тоже уходит, я остаюсь одна. Смотрю на своё отражение в зеркале, взгляд холодный, потухший, но дерзкий. За эти годы я изменилась, стала женственней, уверенней в себе, яркие помады, дерзкие вещи – это моя броня, броня от боли, сочувствия, слёз. Лишь мой образ придает мне сил на публике и вне дома. Я стала на десять лет старше, а он не постарел ни на год. Глаза снова увлажнились при воспоминании о нём, я аккуратно чтобы не испортить макияж промакиваю салфеткой уголки глаз и выхожу из гримерки.

Фотосессия длится больше пять часов, после этого мне надо заехать забрать Тёму со школы и отвезти родителям, чтобы вечером я спокойно могла пойти на открытие кинофестиваля. Я могла нанять водителя для Тёмы, но мне хотелось делать это самой, так мне было спокойнее. Тёма выбежал из ворот школы и запрыгнул на заднее сидение, пристегнулся, предварительно поцеловал меня в щеку, я улыбнулась и посмотрела в зеркало заднего вида на него, он был точной копией Димы, Тёма это было всё что осталось от него и самое дорогое что подарил мне в память о себе Дима, глаза снова наливались слезами, я незаметно смахнула слезу и чтоб отвлечься о мыслях о нём, завела машину, тронулась с места и начала наш ежедневный ритуал «допроса» как говорит Тёма.

– Что сегодня нового было в школе?

– Ничего, мама, все, как всегда, скукотища, жуть, – скривился он, – уроки, противная училка по математике, контрольная.

– А Таня как? Ты её за косичку больше не дергаешь? – улыбнулась я.

– Мама, не начинай, это было один раз и то случайно, а ты все никак не забудешь, – ворчал он.

– Конечно не забуду, – засмеялась я, – меня из-за этого в школу вызывали.

– Ой, Танька паникерша, мам, давай забудем, а? Лучше расскажи, как съемки прошли? – этот хитрюга решил перевести разговор на меня, чтоб я больше не задавала «неудобных» вопросов. Я улыбнулась и решила его больше не мучать.

Я рассказала, как прошли съемки, а мы как раз приехали к дому родителей.

– Тёма, ты сегодня ночуешь у бабушки с дедушкой у меня вечером открытие кинофестиваля, – сказала я и мы вышли из машины, Тёма кивнул и пиная рюкзак ногами поплелся к подъезду. Родители радостно встретили нас у меня уже месяц не получалось приехать к ним из-за работы, мама с папой расцеловали нас и отправили мыть руки и садиться за стол обедать.

– Ась, ты сегодня вечером на открытие кинофестиваля идешь? – спросила мама, я кивнула.

– Да, Милана просила обязательно быть там, я не очень хотела туда идти, но там будет представлен последний фильм с моим участием.

– Ась… – как-то робко начала мама и смутилась, папа сжал её руку, я знаю, что она хочет сказать, моё тело сразу стало натянутым как струна и ком застрял в горле, – через неделю 10 лет как…, – я сжала кулаки, – поехать с тобой?

Я сглотнула ком в горле и отрицательно покачала головой. Я вскочила на ноги.

– Я в туалет, – сказала я и вылетела из кухни.

Зайдя в ванную я оперлась о раковину и сцепилась в неё руками не в силах сдержать слезы, они большими каплями падали на белую керамику, я перевела взгляд на браслет на своей руке с инициалами Д&А, сплетенными вместе, первыми буквами наших имен, когда Дима подарил мне на Новый Год в Буковели этот браслет, рассматривая его я улыбалась лежа у Димы на груди радовалась получившемуся слову «ДА». Спустя пару лет, после того как его стало, я в очередной вечер сидя на полу в слезах и ожидая очередную бессонную ночь, которые после его смерти стали обычным явлением крутила пальцами браслет и повернув руку посмотрела на инициалы, которые перевернулись сложив слово «АД», как символично подумала тогда я, а ведь действительно после его смерти моя жизнь превратилась в ад, горе и слёзы. Эти 10 лет, я не жила, я – существовала. Я не хотела ехать на съемки, я не хотела выходить из дома, ни с кем не хотела говорить и никого не хотела видеть. Я не понимала почему это произошло именно с ним? Почему такая нелепая случайность случилась именно с ним? Почему именно он зацепился за камень, непонятно почему он отклонился от трассы, вопросов было много и все без ответа. Я винила себя что все же не настояла и отпустила его на этот спуск, я не могла простить это себе, я не представляла, как теперь буду жить без него, как дышать, если в груди нет сердца, ведь сердце было с ним, а теперь его нет и душу раздирает боль, горечь и тоска! Я заперлась и спряталась от всего мира, добровольно заточив себя в темной квартире, предварительно задернув все шторы и отключив телефон, я не ела, только пила алкоголь, как я выжила тогда не знаю. Мне не хотелось выходить, ведь так я верила, что сохраниться его запах на вещах и в квартире дольше, я бредила, он мне мерещился, я протягивала к нему руку и он растворялся, а я выла и орала в тишину и пустоту квартиры, не желая отпускать его улыбающийся такой любимый и желанный образ. Если удавалось заснуть, мне всегда снились кошмары, от которых я просыпалась с криком и слезами. Однажды я проснулась от ужасного и беспрерывного стука в дверь и бесконечной трели дверного звонка. Кое-как собрав остатки сил, я поднялась с пола, шатаясь и держась за больную от алкоголя голову поплелась посмотреть кто тарабанит и звонит, открыв дверь на пороге я увидела заплаканную и изведенную Иру, увидев меня она пришла в ужас, я похудела килограмм на 10, на мне болталась футболка Димы, а свои шорты я держала рукой чтоб они не упали. Я была кожа да кости, Ира вошла в квартиру и истерически начала орать на меня.

– НАСТЯ, ВОЗЬМИ СЕБЯ В РУКИ! ТЫ СЕБЯ ВИДЕЛА???ТЫ ЗНАЕШЬ, ЧТО РОДИТЕЛИ СХОДЯТ С УМА??? ТЫ ЗАБЫЛА, ЧТО У ТЕБЯ ЕСТЬ СЫН? ТЫ СОВЕСТЬ ИМЕЕШЬ? НЕ ДУМАЕШЬ О СЕБЕ ПОДУМАЙ О СЫНЕ И О РОДИТЕЛЯХ, ТЫ ДУМАЕШЬ ИМ ЛЕГКО??? – от Иркиного крика я скривилась и разрыдалась.

– Ира, его НЕТ! Понимаешь? Нет его! Как я теперь буду жить??? Я помню, что у меня есть сын, но мне плохо и больно, я не могу…я ничего не могу, – в конце я уже шептала, захлебываясь от слез. Ира покачала головой и крепко обняла меня, я плакала у неё на плече очень долго, она лишь гладила меня по волосам. Когда слезы вроде закончились, она повела меня в ванную раздела и засунула меня под душ, помогла вымыться, после приготовила ужин и положила немного мне на тарелку. Она осталась со мной, я слышала, как она говорила по телефону и сказала, что будет со мной до тех пор, пока я хоть немного не приду в себя. Со мной она прожила три недели, готовила, убирала и, по сути, нянчила меня, кормила чуть ли не с ложечки пока я не набрала обратно вес, обнимала и успокаивала, когда меня накрывала истерика, Ира вылила весь алкоголь что был в доме, чтобы у меня больше не было возможности забыться. Через две недели, когда я более не менее пришла в себя, Ира отвезла меня к родителям чтоб я забрала Тёму, родители ничего не сказали мне, лишь обнимали и целовали со слезами на глазах. Они знали и видели, насколько мы с Димой любили друг друга и понимали, насколько мне тяжело. С тех пор я училась жить без него.

Я для Тёмы стала и мамой, и папой. Папу он не помнил, когда Димы не стало Тёме только исполнился годик. Я часто показывала ему фотографии Димы и очень много рассказывала ему о папе. Тёма всегда с интересом слушал и задавал много вопросов. Самое тяжелое было объяснить куда делся папа и почему не приходит, я никогда не врала, всегда отвечала правду, на любой его вопрос, однажды мне пришлось ему рассказать, что случилось с папой, Тёма горько плакал.

Заново учиться жить – было тяжело, и чтобы хоть как-то ощущать его, я часто перечитывала наши с ним переписки, слушала голосовые сообщения, пересматривала фото и видео из семейного архива, мне казалось, что так он хоть чуть-чуть с нами, что так он хоть на пару минут жив. Первое время я практически не уходила с кладбища, сидела и говорила с его могилой, Ира практически силой меня оттуда забирала, уйти самой сил не хватало.

Милана меня не торопила, но через два месяца я решила, вернуться к работе, я понимала, что работа – это моё спасение. На кладбище я стала приезжать реже, каждая поездка к нему рвала мне душу и сердце на части. Спустя годы я прихожу к нему только тогда, когда очень тяжело или когда воспоминания накрывают невыносимой волной боли. Первое время выходить в свет мне было тяжело, мне казалось, что меня голую выставили на площадь, где меня пристально все рассматривали, словно под микроскопом следили за каждым моим движением, вздохом, взглядом. Вопросы журналистов не заканчивались, а фальшивые сочувствующие взгляды моих коллег, со многими из них я снималась в кино, рекламах, клипах, фотосессиях, просто начинали раздражать. Я никогда ни с кем из них близко не дружила и не общалась, я хорошо знала где я нахожусь и в каком бизнесе я работаю, здесь друзей нет и никогда не будет. Мне была противна жалость, а уж тем более от них и создала новую версию себя, холодную, циничную, но для моего образа жизни самую правильную. Я не могла выйти из дома ненакрашенной, я не могла плакать и страдать, я не могла дать слабину, я была эталоном для миллионов людей, я всегда должна была улыбаться и радоваться жизни, я не имела права плакать и страдать – это моя цена, цена моей славы. В эти моменты я очень остро чувствовала его отсутствие. Но время шло, я стала жестче, я надела броню и спрятала свои истинные чувства глубоко внутрь, теперь на публике я была холодная безэмоциональная дерзкая, циничная стерва, которая улыбается только когда надо и может жестко ответить на «неудобные вопросы», меня многие журналисты начали бояться. Лучшая защита – это нападение, чем я и пользовалась.

Глава 22

Из воспоминаний меня вырвал стук в дверь ванной и голос мамы.

– Ася, у тебя все в порядке?

– Да, я уже выхожу, – набрав в грудь побольше воздуха, я умылась холодной водой, вытерла лицо полотенцем и вышла из ванной.

У родителей я была еще около часа, попрощавшись с родителями и Тёмой, поехала домой переодеться и подготовиться к вечернему выходу. Приехав домой, я сразу пошла в душ, стоя под горячими струями воды я пыталась согреться, после смерти Димы я всегда мерзла, руки и ноги были вечно ледяные. У меня полились слезы из глаз, плакать я разрешаю себе только в душе, так я могу вдоволь рыдать чтобы Тёма не слышал и не видел моих слез. Успокоившись, я вышла из ванной и пошла на кухню, сделала себе чашку кофе и мыслями унеслась на семь лет назад…

Однажды Тёма вернулся из детского сада весь зареванный, всхлипывал и размазывал по щекам слезы.

– Тёма, что случилось? – с тревогой я обняла его.

– Маааммааа, – рыдал он, – почему у всех есть папы, а у меня нет?

Я окаменела не в силах вымолвить не слова, а Тёма продолжал.

– У Кати папа водил её на выходных в зоопарк, Костю папа водил в цирк, Сашу папа учил играть в футбол и только у меня нету папы, меня некому учить. Они смеялись надо мной, когда я сказал, что у меня только мама и бабушки с дедушками, – горько рыдал малыш. У меня потекли слезы из глаз, но я поняла, что пришел момент, когда Тёма должен был узнать, где его папа.

– Тёмочка, солнышко, у тебя конечно есть папа, только он уже не с нами, понимаешь? – спросила я, заглядывая ему в глаза, Тёма отрицательно покачал головой, – Темочка, твой папа превратился в облачко и смотрит на тебя сверху.

– То есть, папа умер? – широко распахнув налитые слезами глаза спросил он, я кивнула. Я долго думала, как ему это рассказать помягче, когда он спросит, но Тёма был очень умным малышом и взрослым не по годам, может в силу того, что я воспитывала его сама.

– А что с ним случилось? – серьезно спросил он.

И я рассказала, без подробностей, максимально смягчив рассказ для ребенка его возраста, но так чтоб он понял, Тёма расплакался, но я его успокоила сказала, что: «Папа всегда рядом с ним любит, наблюдает и оберегает его». Часто гуляя с ним на площадке, я с грустью смотрела на другие семьи, где мама и папа вместе с детками играют и гуляют, катают на качелях и помогают вскарабкаться на горку. Я понимала, что Тёма не узнает этого чувства никогда. Чувства полной семьи и отцовской заботы, когда папа будет играть с ним, ходить на рыбалку, учить кататься на велосипеде, играть в футбол, я физически не могла заменить ему отца. О налаживании личной жизни не было и речи, всю себя я посвящала Тёме и карьере, когда родители Димы заикнулись что мне нужно жить дальше и попытаться уладить свою личную жизнь, построить с кем-то отношения, я разозлилась, я не хотела слушать этот бред. Я не понимала, как они могли мне такое сказать. Нет, я понимала их мотивы, они хотели как лучше, но я не могла, просто не могла, для меня других мужчин не существовало, только он и точка. Из мыслей меня вырвало смс оповещение, Милана еще раз решила напомнить мне о мероприятии. Я сполоснула чашку под краном и пошла собираться. В 20.00 за мной заехала Милана на машине с водителем, мероприятие проходило как всегда скучно и нудно, я вертела в руке бокал шампанского и скучающе смотрела на сцену, когда кто-то коснулся моего плеча, я дернулась и подняла голову, рядом со мной стоял мой коллега по фильму, известный актер Максим Вистенко, главный секс-символ нашей страны и известный красавчик, знающий себе цену.

– Добрый вечер! – поприветствовал он всех, кто сидел за столом, – Я могу здесь присесть? – спросил он, указав на стул рядом со мной.

– Добрый вечер! Да, конечно! – удивленно ответила я.

– Ты сегодня такая красивая!

– Спасибо! Ты тоже! – безразлично ответила я, толком и не рассмотрев его. Милана удивленно на нас посмотрела, но промолчала и перевела взгляд обратно на сцену.

– Я заметил, что ты скучаешь, может я смогу хоть немного тебя развлечь? – спросил он. Я безразлично пожала плечами, мне было фиолетово на его подкаты ко мне, но здесь действительно было скучно и что ему от меня надо, явно не просто так нарисовался.

– Хорошо, тогда развлекай, – усмехнулась холодно я.

– Может после окончания мероприятия сходим в ресторан?

Я чуть не поперхнулась шампанским и удивленно посмотрела на него.

– Ты чего Максим? У тебя поклонницы закончились? – рассмеялась я, зная, что он самый главный бабник нашего шоу – бизнеса и его любимое развлечение влюблять в себя девушек, а потом безжалостно их бросать. После, у девушек разбито сердце, а он ищет очередную жертву, которой морочит голову.

– Нет, почему же закончились, я не страдаю от отсутствия женского внимания, – лучезарно улыбается он во все 32 зуба.

– Какой-то плоский подкат Максим, – язвительно замечаю я, – Ты так ко всем подкатываешь, и они не убегают, странно… – делаю задумчивый вид, он начинает хохотать и в нашу сторону начинают оборачиваться и с интересом смотреть. Глаза Миланы слышащей наш диалог, в данный момент на лбу.

– Ты уникальная, Настя, не такая как все, я поражен! – восхищенно смотрит он. Меня таким дешевым пикапом не пронять и не такое за последние годы видала, были еще более уникальные индивидуумы.

– Вистенко, я не твоя очередная жертва, расслабься и иди ищи дальше, – подмигнула ему и мотнув головой себе за плечо, показывая, чтоб искал дальше.

– Настя, Настя, – покачал он головой, – я своего все-равно добьюсь, ты пойдешь со мной на свидание, – он встал и собирался уйти, но резко наклонился к моему уху, – Ты будешь моей, вот увидишь. И очень-очень скоро, – отстранился, подмигнул мне, развернулся и ушёл. Я же сидела с открытым ртом, поражаясь его наглости и дерзости. «Вот гад, не бывать такому!» – думала я про себя повернувшись обратно к сцене. Милана после его ухода тронула меня за руку, с немым вопросом, я лишь качнула головой давая понять, чтоб она не обращала внимания.

Эпилог

И вот настал этот самый ужасный для меня день…Сегодня утром я проснулась от очередного кошмара, сначала мне снилась наша с ним счастливая жизнь, но сон резко изменился и меня настиг кошмар…где умирает Дима. Снился он лежащий на снегу и кровь текла из его головы, постепенно окрашивая весь горный склон в красный цвет, я резко села в кровати, слезы заливали лицо, я тяжело и быстро дышала. Пару минут у меня ушло на то, чтобы прийти в себя. Посмотрев на часы, было 6.00 утра, я, свесив ноги с кровати собиралась с силами, чтобы пойти умыться и позавтракать. Просидев так еще минут 10, я все же встала. Сделав себе чашку кофе, я открыла холодильник и поняла, что мне кусок в горло не лезет, кошмар крутился в голове и никак не хотел отпускать. Одевшись, я решила ехать к нему. На улице сегодня было пасмурно, явно намечался дождь, погода соответствовала моему настроению и сегодняшнему дню. Приехав на кладбище, я прошла к его могиле, на меня с памятника смотрел улыбающийся и такой красивый и родной Дима, слезы покатились по лицу. Убрав старые цветы, налила воды в вазу и поставила новые, погладила фотографию на памятнике и присела рядом с могилой. Каждый раз приезжая сюда я с ним говорила, рассказывала обо всем что у нас происходило, о Тёме, о работе, обо всем что беспокоит, а он улыбался мне с фотографии.

– Тебя уже 10 лет нет с нами. Так долго, а я никак не могу этого принять и осознать, я не хочу это принимать. Нам так тебя не хватает. Мне тебя не хватает… – слезы заливали лицо. Знаешь, я недавно пересматривала видео с нашей свадьбы, мы были там такие счастливые, у нас там вся жизнь была впереди…А оказалось, что впереди у нас было так мало времени, мы постоянно были заняты, работа, карьера, если бы мы только знали наперёд…Мы бы так бездумно не тратили оставшееся нам время. Если бы я знала, что твой поцелуй будет последним, что больше у меня не будет возможности обнять и поцеловать тебя, я бы целовала и обнимала тебя каждую секунду, каждое мгновенье, каждый миг. Если бы я знала, что случиться на той трассе, я бы ни за что не пустила тебя на тот последний спуск. Я так скучаю…Ты даже не представляешь, как тяжело жить без тебя, приходить в пустую темную квартиру, просыпаться в пустой кровати, не чувствовать твоих крепких рук, обнимающих меня, не чувствовать твоих губ, не слышать твой голос. Помнишь, как ты мечтал о доме и большой семье? Я очень хочу, чтобы в следующей жизни мы снова встретились с тобой, полюбили друг друга, и чтобы там в другой жизни мы вместе дожили до глубокой старости и исполнили твою мечту о доме и большой семье. Я верю, наша любовь сведет нас снова! А в этой жизни единственный лучик света что остался для меня – Тёма, точная копия тебя. Спасибо тебе, что оставил частичку себя, спасибо за сына. Мне бы так хотелось, чтобы ты видел, как он растет.

По дороге обратно начался сильный ливень, небо плакало вместе со мной, слезы заливали глаза я все время вытирала их. У меня зазвонил телефон, я отвлеклась глянуть кто звонит, звонила Милана, я схватила телефон и глянула на дорогу, в эту самую минуту кошка выбежала на дорогу, я дернула руль вправо пытаясь не задавить животное и на скользкой мокрой дороге машину понесло, резко начало крутит и по инерции нести дальше, сильный удар, машину откидывает еще один оборот и удар еще сильнее предыдущего…

Меня уносит в темноту и моя последняя мысль: «Я люблю тебя, Димочка!»