Текст книги "Last resort (СИ)"

Автор книги: Велимера

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 3 страниц)

Когда зазвонил мой телефон, я уже тихо поскуливала – головная боль надоедает, чем дольше болит, тем больше хочется выть и биться головой о стену.

– Слушаю. – Это медик ответила на звонок. – Нет, это медсестра. Да, она здесь.Второй этаж, а дальше спросите.

Уже через пару минут теплые пальцы парня коснулись моей щеки.

– Я тут, девочка. – Тяжело дышащий брюнет взял меня на руки. – Скоро все будет хорошо, моя маленькая, потерпи немного…

– Телефон-то возьмите. – Я вцепилась в шею шизика, утыкаясь носом ему в плечо.

– До свидания. – Буркнул Макс.

Чуть покачивало. И как этот Кощей меня держит? Он же тощий, как швабра.

– Что ты слышишь? – Еле слышно шепнул Максим.

– Мысли. – Заскулила я. – Их слишком много, слишком шумят…

– Тогда мы сейчас поедем домой, да? – Вечно он, волнуясь, задает идиотские риторические вопросы. – Там никого нет и тебе будет легче, правда? Все будет хорошо, моя девочка.

Стегнуло холодным воздухом по плечам – Макс вышел на улицу. А куртку из гардероба кто заберет? А, плевать, лишь бы поскорей из города, поскорей в тишину…

Усадив меня на переднее сиденье, парень запрыгнул на водительское место.

– И какой идиот дал права шизофренику? – Тихо изумилась я.

– Нет таких. – Так же негромко откликнулся Максим. – У меня не было времени ждать такси.

С тяжелым вздохом откинув голову на подголовник, я даже вяло порадовалась – моя теория верна. Чем меньше вокруг источников мыслей, тем мне легче. Как ни странно, мысли Максима проскальзывали в общем хоре редко. Сомневаюсь, что он не думает.

На оживленной дороге в центре города, как обычно, был затор. И никогда он меня так не раздражал, как в этот раз. Голова просто взрывалась от обилия матерно-недовольных мыслей. Макс нервничал, ерзал, злился, но сделать он, как и другие водители, ничего не мог. Изредка сквозь общий гул прорывался его безумно громкий голос, матерящийся на чем свет стоит.

– Макс, будь лапушкой, не злись! – Взвыла я после очередного перла о предках водителя впереди стоящей машины. – Очень уж громко ты это делаешь.

– Прости, девочка. – Его ладонь прошлась по моему бедру, ласково поглаживая. – Я просто не могу видеть, как ты мучаешься. Нет, не плачь… – Он ласково стер сорвавшуюся слезинку. – Если бы я только мог как-то тебе помочь…

Как говорится, ничто не вечно под луной. И эта пробка тоже. По полупустой дороге за город мы ехали гораздо быстрее, людей вокруг было меньше и я, наконец, смогла открыть глаза – яркий свет ясного дня уже не резал глаза, усугубляя головную боль. Только тогда я заметила, что Максим без куртки, просто в футболке.

– Ты чего раздетый шастаешь?

– Торопился я. – Негромко ответил парень, искоса глянув на меня. – Тебе уже лучше?

– Угу. – Я даже слабо улыбнулась.

– Значит, мысли читаешь? – Ухмыльнулся брюнет, глядя на дорогу. – И давно?

– Меньше суток. – Призналась я.

– У меня так никогда не получалось. – Притворно огорчился Макс.

– И благодари судьбу за это. – Проворчала я, отвернувшись к окну.

– Не бурчи, маленькая моя. – Максим ухватил меня за руку. – Я же любя. – Я вздрогнула, а парень негромко засмеялся. – Все будет хорошо, девочка. Сейчас приедем домой, я сделаю тебе чайку, а ты мне что-нибудь на обед…

– Так вот зачем я тебе нужна, да? – Игриво возмутилась я.

– Конечно. – Он не сдержал улыбку. – Только ради готовки и великолепного секса.

– Придурок. – Смутившись, я отвернулась к окну.

Машина резко съехала на обочину и остановилась. Удивленно повернувшись к водителю, я податливо раскрыла губы, уступая в поцелуе напористому брюнету, обвивая его шею руками и запуская пальцы в жесткие волосы.

– Мне никогда не было так хорошо с девушкой. – Хрипло шепнул он, внимательно глядя мне в глаза. – Я не успел тебе это утром сказать. Я всю ночь старался доставить тебе максимальное удовольствие и сам ловил от этого небывалый кайф. Это пока что была самая яркая ночь в моей жизни. Даже представить боюсь, что ждет нас впереди.

Я лизнула теплые губы, разводя его на очередной обоюдострастный поцелуй. И Макс целовал – жадно, страстно, почти больно… Я тихо охнула, опуская голову, когда в мой мозг вонзился пошлый образ – взгляд сверху на меня, откинувшую голову и закусившую губу, ощущение моих пальцев, сплетенных с его, крепко сжимающие его бока бедра и опаляющий жар моего собственного лона, когда он первый раз вошел в меня.

– Ну и воспоминания у тебя… – Сипло прошептала я.

– Блять, как же заводит… – Максим покрывал поцелуями и нежными укусами мою шею. – Знать, что ты чувствуешь мои ощущения.

– Твои мысли вообще редко слышу. – Я откинула голову, открывая парню больше чувствительных мест. – Вспышками… А-ах, Макс, может, до дома потерпим?

– Как скажешь, моя королева. – Невнятно пробормотал брюнет, ласково куснув мочку моего уха. – Но дома пощады не жди.

Отстранившись, он несколько секунд посидел с закрытыми глазами, выравнивая дыхание. Потом спокойно вырулил на дорогу и, явно сдерживая желание положить стрелку, в рамках правил дорожного движения направил машину к недалекому поселку.

Стоило только нам войти в дом, меня тут же прижали к стенке.

– Скажи, – Макс рывком вздернул меня, раздвигая мои бедра и заставляя обхватить его талию ногами, – что именно ты увидела?

– Говорить буду только в присутствии постели. – Усмехнулась я, глядя на возбужденного парня сверху вниз и перебирая его волосы.

– Как скажешь, девочка. – Он потащил меня вверх по лестнице. – Я сейчас с катушек съеду, чер-рт…

Аккуратно уложив меня на кровать, Максим стащил с себя футболку и улегся на меня сверху, усиливая мое предвкушение.

– Скажи мне. – Хрипло шепнул он, вылизывая мою шею. – Побудь чуть-чуть, совсем недолго развратной. Давай, девочка, сведи меня с ума…

Перевернув слишком легкое для такого роста тело на спину, я уселась Максиму на живот и прошлась кончиками пальцев по выступающим ребрам. Подробно описывая свои ощущения от его воспоминаний, я целовала разгоряченное тело, еще чуть соленое от пота, который покрывал наши тела, когда мы засыпали под утро. Макс часто и резко выдыхал, прикрыв горящие голодным огнем глаза. Но долго издеваться над собой он не позволил – подмял меня под себя, торопливо избавляя от одежды. Рычал, путаясь пальцами в ткани, и целовал все открытые участки кожи. И я с наслаждением забылась в почти родных руках, бесстыдно выстанывая имя темноглазого Кощея.

Вынырнув из легкой дремы, я сладко потянулась. Уже который раз за сутки меня качественно и страстно отлюбили? Черт, а купленные перед универом противозачаточные в сумке остались! Макс, вроде, за этим следит, но перестраховка не помешает…

Рядом со мной на постели лежал поистине огромный букет темно-бордовых роз. Романтики все лишены воображения… Эй, это что же получается, он меня оставил спящую одну? Задушу!..

Быстро натянув мужскую футболку, валявшуюся на полу, я босыми ногами пошлепала по паркету в библиотеку. И правда, Макс сидел там, жуя очередную сигарету и задумчиво таращась в монитор.

– А цветы откуда? – Я подошла к нему со спины и оперлась локтями на спинку кресла.

– Ночью Олег за ними в Москву гонял, отсыпается. Не читай, ладно?

– Почему? – Я уткнулась носом в темные вихры, пахнущие мятой и, совсем чуть-чуть, сигаретным дымом.

– Не могу писать концовку, если кто-то знает начало или середину. – Сохранив изменения, Максим повернулся вместе с креслом ко мне лицом. – Ух ты… – Смерив взглядом мое короткое “платье”, он приглашающе похлопал по своему бедру. – Иди ко мне. – Я послушно уселась к нему на колени, тут же свернувшись в комочек. – Моя девочка… – Его пальцы ласково прошлись по моим волосам. – Больше голова не болит? – Отрицательно замычав, я пристроилась подремать. – Нет, не спать. Скоро отец приедет, девочка.

– Покормишь мелкого? – Я сползла со слишком стройных бедер и покрутила головой, разминая шею.

– Покормишь. – Вздохнул Макс. – Слушай, не нравится мне эта ходячая шаурма. Рядом со мной не хотят находиться ни кошки, ни собаки, даже попугайчики мечутся, как чокнутые. А этому хоть бы хны.

– Люди рядом с тобой тоже находиться не хотят, а мне хоть бы хны. – Парировала я, используя его же слова. – Или я тебе тоже не нравлюсь?

Это я крикнула уже из коридора, в ответ мне донеслось лишь фырканье.

Быстренько приняв душ, я оделась уже в свою одежду и присела на кровать, расчесывая влажные волосы. В дверь тихо поскреблись.

– Да входи. – Хмыкнула я.

– Девочка, может, завтра не пойдешь в универ? – Макс по-хозяйски развалился на моей постели. – Опять мучиться будешь.

– Пойду. – Я мотнула головой, откидывая потемневшие от влаги пряди на спину. – Надо забрать куртку и сумку.

– Если опять будет плохо, обязательно позвони, ладно? – Максим сел и я забралась к нему на колени. – Я же волнуюсь за тебя. Надо будет еще попробовать узнать, что это у тебя за телепатия. Слушай, а эта твоя Тоня с тобой учится?

– Угу. – Я едва не мурлыкала – ладони парня, теплые и чуть шершавые, скользили по моей спине под футболкой.

– Ну так пусть она и привезет. Я за ней попозже Олега отправлю.

Хм, а это отличная идея!

На первом этаже хлопнула дверь. Вздохнув, брюнет побрел в сторону лестницы, я – за ним. Максим Федорович вместе с какой-то молодой женщиной на кухне укладывал продукты из больших фирменных пакетов в холодильник. Наверное, это на всю неделю.

– Ты сигарет мне не привез? – Макс даже не поздоровался, мда.

– Мы договаривались. – Столь же хмуро откликнулся седой мужчина.

– А я и не курю. – Фыркнул парень, усаживаясь за стол. – Но без фильтра в зубах работать не могу.

– Здравствуйте, Максим Федорович. – Я решила не вести себя подобно этим двум упрямцам.

– Здравствуй, Вера. – Сухо поприветствовал меня наниматель. – Я сегодня совсем ненадолго, дела.

Брюнет скептически изогнул бровь и скривил губы. Видимо, эти двое, и вправду, терпят друг друга только потому, что так хотела мама Максима. Тем временем молчаливая девушка закрыла набитый холодильник и ретировалась. Может, это домработница?

– Я приеду через неделю. – Максим Федорович тоже ушел.

Странные отношения в семье. Вот у нас с мамой мир и гармония. Хотя, эти Максимы друг другу не родня…

– Подруге позвони. – Негромко напомнил парень, сжимая мою ладонь.

Жалобно мявкнул под столом котенок.

– А ты тогда пока мелкого покорми. – Макс скривился, но послушно полез в холодильник за молоком.

С Антоней мы договорились, что она приедет завтра после пар на такси, возможно, даже останется на ночевку. Вещи мои она, естественно, забрала, хоть и упрекнула меня за тяжелую сумку.

– Что тут было? – Кухня была превращена в поле битвы.

На столе перевернута сахарница и мисочка с молоком, котенок гневно шипел на сунувшего глубоко расцарапанное запястье под струю холодной воды Максима.

– Маленький пидар. – Сквозь зубы выдавил Макс. – Молоко ему не так подали, блять.

Мелкий фыркнул, будто понимал что-то, и устремил на меня жалобный взгляд.

– Не смотри на меня так. – Я нахмурилась. – Оцарапан тут не ты, а Макс, поэтому и жалеть буду его, понятно?

Я прижала голову чуть пригнувшегося парня к груди, ласково поцеловав в макушку, а брюнет показал язык обиженному кошаку, одной рукой обнимая меня за талию. Я только улыбнулась – и вот этому человеку двадцать четыре года?

– Давай, я царапины обработаю. – Я за ухо отлепила Максима от себя и полезла в шкафчик за аптечкой.

– Зачем? Кровь остановится – и нормально. – Флегматично пожал плечами шизик.

– Не нормально. – Я мотнула головой и водрузила на стол небольшую пластиковую коробку.

– Лучше шаурму свою покорми. – Захихикал парень, нагло смываясь из кухни.

Я хотела было возмутиться, сказать, что мелкий не шаурма и что он не имеет права меня игнорировать. Но только села за стол и улыбнулась. Ведь кто другой выкинул бы просто этого кота, раз он постоянно царапается. Или, хотя бы, упрекнул бы меня. Но нет. Он просто чуть-чуть поматерился.

Я налила наглой черной морде молока и решительно поднялась по лестнице. Как и ожидалось, Максим сидел в библиотеке, читая какую-то оккультную книгу и периодически что-то выписывая в толстый ежедневник.

– Макс… – Я подошла к нему со спины и наклонилась, обнимая за шею и утыкаясь носом в темные волосы.

– М? – Закладка легла между страниц, испещренных рунами и пентаграммами.

– Кажется, я тебя люблю.

Он медленно развернулся вместе с креслом ко мне лицом, потянул меня за талию, заставляя сесть ему на колени.

– Я тебя тоже люблю, моя девочка. – Прошептал Максим, потираясь носом о мой висок.

Я поерзала, уютнее устраиваясь в теплых объятиях, и затихла, прислушиваясь к неровному биению сердца в клетке его ребер. Его губы прижались к моей шее, тяжелое дыхание опалило кожу.

– Прекрати. – Вдруг холодно сказала я.

– Как скажешь. – Чуть озадаченно откликнулся Макс, отстраняясь и заглядывая мне в глаза. – Что такое?

– Ничего. – Я резко сбросила руки парня с талии и поднялась.

Мое тело словно мне не принадлежало, я пыталась обернуться, прижаться к Максиму или, хотя бы, просто остановиться, но мои ноги упрямо несли меня вниз по лестнице на первый этаж.

– Вер, девочка моя, что с тобой? – Брюнет вышел из ступора и нагнал меня уже в прихожей, когда я натягивала кроссовки. – Что я сделал не так? Подожди!..

– Убери от меня руки! – Рявкнула я. Хотелось извиниться, обнять… Или просто не смотреть в наполненные болью глаза. Но я смотрела. Холодно и зло. – Ты мне не нужен.

Когда я захлопывала за собой дверь, Раненов просто стоял. Сунул руки в карманы джинсов, ссутулился и смотрел, как я ухожу. Меня словно парализовало чужой волей, я изо всех сил старалась хоть закричать, Макс ведь поймет, остановит… Но я уже садилась в знакомую машину.

– Привет, детка. – Дима положил ладонь мне на бедро, чуть сжав. Я просто мечтала хорошенько ему врезать. – Я рад, что ты решила ко мне вернуться. – Теперь все проясняется. Только как этот козел мной управляет? – Оказывается, не шарлатанка вовсе эта колдунья-сводница… Давай попробуем так.

Он снял с пальца какое-то кольцо. Я тут же разрыдалась, сжавшись в комок.

– Гад! – Всхлипывала я. – Верни меня немедленно к Максу! – Осмелев, я ударила парня по плечу. – Никуда я с тобой не хочу!..

– Так не пойдет. – Покачал головой Дима, снова надевая проклятущее кольцо. Мой рот сам собой захлопнулся, я села ровно и бездумно уставилась в окно. – Будь хорошей девочкой.

А я только и могла, что смотреть, как меня увозят все дальше от уютного тепла любимого человека, послушная воле бывшего парня.

Дмитрий привез меня к себе. Я часто бывала в его квартире, с моего последнего посещения ничего не изменилось. Я разулась и, раздеваясь на ходу, направилась в спальню. Это уже явно Димкины фантазии, я никогда такой не была! Он шел за мной, нехорошо ухмыляясь. Я ведь даже слова сказать против не могу! Хотелось выть от боли и отчаяния, но я могла лишь наигранно-пошло стонать и извиваться в сильных руках бывшего. Дима уселся на край кровати, я же устроилась между его широко расставленных ног. Я же никогда!.. Не в силах даже содрогнуться от унижения, я постаралась абстрагироваться от того, что вытворял мой язык.

Счастливый парень удовлетворенно посапывал мне в макушку, когда до меня дошло – я могу двигаться. Видимо, Дима уснул и контроль ослаб. Стараясь не разбудить извращенца, я осторожно взяла его правую кисть. Великоватое кольцо легко соскользнуло со среднего пальца, я крепко сжала его в кулаке, аккуратно выбираясь из теплых, но уже противных объятий. Как можно тише одевшись, я зашнуровала кроссовки и тихонько прикрыла за собой входную дверь.

Куда мне идти? Решать надо быстро – поздняя осень, а я в одной футболке. Съемной квартиры у меня уже нет, у Тоньки Дима будет искать в первую очередь. Значит, я вернусь к Максу. По крайней мере, заберу документы и вещи.

Пару раз “поголосовав” проезжающим мимо такси, я, наконец, смогла устроиться в теплом салоне и назвать водителю нужный адрес.

– Приехали.

Вздрогнув, я открыла глаза.

– Сейчас, я за деньгами схожу. – Я выскочила из машины и потянула на себя калитку.

В окне кухни горел свет. Уже давно за полночь, он еще не спит?

Максим сидел за обеденным столом и рвал на мелкие кусочки сигарету. Перед ним уже возвышалась изрядная горка клочков бумаги вперемешку с табаком. Он смотрел прямо перед собой пустым взглядом, не обращая внимания на трущегося о его руки котенка.

Меня банально оставили душевные силы – я с тихим шорохом съехала спиной по стене, закрывая лицо свободной ладонью.

– Ты на такси? – Негромко и как-то надтреснуто спросил Макс.

– Да. – Так же тихо ответила я, глотая слезы.

Скрип отодвигаемого стула, тяжелые, усталые шаги мимо. Шорох одежды за стеной, открылась дверь. Потом рокот мотора и звук захлопнувшейся двери. Макс не стал ничего спрашивать. Он просто взял меня на руки и понес на второй этаж. Я боялась заглянуть ему в глаза, боялась снова увидеть эту боль, бесконечную тоску.

Парень посадил меня на бортик ванны, включил воду и, намочив пальцы, ласково протер мои щеки от слез. Я вцепилась в его шею, прижимаясь к костлявой груди и жадно вдыхая мятный запах темных волос.

– Это была не я. – Сипло зашептала оправдания, держа свое счастье за волосы и не давая отстраниться. – Я бы никогда так не сделала, я же люблю тебя, прости…

Максим подхватил меня на руки и отнес в спальню. Тесно прижался ко мне, крепко обнимая и рвано выдыхая мне в макушку.

– Я едва не сошел с ума.– Сипло прошептал он, как-то подозрительно шмыгнув носом. – От боли. Не делай больше так.

Макс явно говорит в нос, простудился, наверное.

– Это не я, это все Дима. Он мной… – Я запнулась, не решаясь сказать о кольце.

А если Макс тоже так поступит? Что я должна делать?

Парень разрушил мои сомнения. Он просто взял мою руку, все еще судорожно сжимающую кольцо. Нежно погладил пальцы, заставляя разомкнуть кулак. Я подчинилась и металлический ободок упал в подставленную ладонь брюнета. Он, как всегда, все понял без слов по моему взгляду. Отложил кольцо на тумбочку, ласково коснулся губами красных следов на моей ладони. Потянулся было с поцелуем, но я отвернулась.

– Что такое? – Устало поинтересовался Максим.

– Я… Диме… Н-ну… – Я почувствовала, как вспыхнули щеки, смущенно пряча глаза.

– Минет делала? – Спокойно уточнил Макс.

Я кивнула, сглотнув. В горле еще першило, да и привкус неприятный остался. Парень повернул мое лицо к себе, тут же целуя глубоко и властно, словно заявляя свои права.

– Я тебя теперь никуда не отпущу, как бы ты ни вырывалась, понятно? – Тихо рыкнул он, утыкаясь носом мне в шею.

Я только счастливо улыбнулась, крепче обнимая за шею любимого Кощея.

Разбудил меня громкий чих прямо над ухом, тут же перешедший в кашель. В комнате еще было темно, хотя воздух за окном уже понемногу начинал сереть.

– Добегался в футболке. – Я ласково взъерошила и без того встрепанные темные волосы парня.

– И не говори. – Проворчал он, шмыгнув носом.

В мою бедную голову хлынул поток матерных мыслей, но он быстро иссяк.

– Это ты… Ты специально не думаешь? – Я пощупала лоб Максима, он показался мне подозрительно теплым и я на проверку коснулась его губами.

Нет, все в порядке, температура нормальная.

– Да, правда, учился я этому для… – Макс чихнул. – Концентрации на работе. Видишь, как пригодилось. Эх, – он притянул меня к себе, положив голову на мой живот, – как же я хочу детей.

Я вздрогнула, запуская пальцы в жесткие темные волосы. Неожиданное заявление…

За завтраком Макс был сам не свой – крутился, ерзал, барабанил пальцами по столу…

– Нет, я должен это записать! – Он резко встал и целеустремленно пошел к лестнице. – Такие диалоги… Привет. – Поздоровался он с кем-то уже в коридоре.

– При… Привет. – Робко откликнулась Антонина.

Ее мысли уже роились в моей голове, отвлекая.

– Трудоголик! – Крикнула я, выйдя через коридор в прихожую.

В ответ мне донесся звучный чих.

– У вас открыто было…

– Да я знаю, ночью не до дверей было. – Я пренебрежительно махнула рукой, словно отгоняя воспоминания. – Проходи. Завтракать будешь?

– Может, обедать? – Усмехнулась подруга. – Ой, какой лапочка! – Она подхватила на руки котенка. – Черныш такой, такой хорошенький… – Засюсюкала Антоня, тиская ошарашенного мелкого.

Его можно понять – спишь себе, никого не трогаешь и тут на тебе…

Мы уже допивали чай, когда Тоня хлопнула себя по лбу и умчалась прихожую.

– Я вчера хозяйку твоей квартиры встретила, она сказала, тебе письмо пришло. – Девушка протянула мне пухлый конверт.

Проводив подругу, я первым делом откопала в принесенной ей сумке коробочку с таблетками. Внимательно прочла инструкцию и приняла первую “дозу”. Теперь можно и письмом заняться.

Я уселась в свое любимое кресло в библиотеке, вскрывая плотный конверт.

– От кого письмо? – Полюбопытствовал уставившийся в монитор и задумчиво крутящий сигарету в пальцах Максим.

– От мамы. – Я извлекла небольшой лист и среднего размера тетрадь в твердой кожаной обложке.

Папин дневник. Я хорошо помню эту книжицу. Даже малюсенький навесной замочек на месте.

Развернув письмо от мамы, я быстро пробежала глазами рассказ о том, что отец просил отдать дневник мне на совершеннолетие, но тетрадь затерялась, а недавно мама перебирала книги и отыскала ее.

Затаив дыхание, я попыталась раскрыть дневник. Щелкнул, открываясь, замочек. Это был наш с папой секрет – не нужно искать сложных путей. Никаких ключей или шифров, просто нужно уверенно потянуть на себя половинку обложки.

Пролистав записи, которые мы делали вместе, я нашла последнюю. Мелкие раздельно написанные буковки, почти идеально прописанные. Папа всегда хотел, чтобы у меня был такой же каллиграфический почерк, но не судьба.

“Привет, Верунь. – Так дебильно меня звал только он, но мне нравилось. – Ты уже взрослая, я могу рассказать тебе о том, что происходит вокруг. Мы с тобой телепаты. Надеюсь, ты еще не испытывала этих мук, что испытывает каждый необученный телепат в толпе. – Поздно, уже испытала. – Если кто-то предложит тебе научиться обуздать дар, ни за что не соглашайся. Тебя заставят делать ужасные вещи, в том числе и пытать людей. Есть еще псионики. Они видят людей искаженными, зато могут видеть и повелевать потусторонними сущностями.– Я быстро глянула на сосредоточенно печатающего брюнета. – Я не могу всего тебе рассказать в этой записи, ты многого не должна знать ради своей безопасности. Кулон поможет тебе. Ты будешь читать мысли только тогда, когда захочешь этого. И тобой никто не сможет управлять – телепаты чрезвычайно чувствительны к вмешательству в сознание извне. – Мда, это я уже знаю. – Остерегайся нетипично ведущих себя животных – они могут служить кем-то вроде наблюдателей. – Так, куда бы мелкого сбагрить? – Есть один человек в Москве, он делает кулоны. Твои дети тоже будут телепатами, оберегай их с детства. Обученные псионики опасны для тебя, а дилетанту тоже может помочь кулон. Я не знаю, о чем тебе еще сказать. Мне жаль, что я покидаю тебя, моя девочка. – Предательские слезы навернулись на глаза. – Не забывай, что мы…”

– Мы всегда будем семьей. – Шепотом закончила я фразу.

Перевернув страницу, я обнаружила тщательно вырезанное в оставшихся пустых страницах углубление, в котором покоился небольшой медный кулончик, который я видела болтающимся у папы на шее. Под углублением был написан адрес и имя. Наверное, тот самый мастер по кулонам.

– Девочка моя, что такое? – Макс ласково утер слезы с моих щек.

Я молча сунула ему раскрытый дневник, связывая у себя на шее концы тонкого черного шнурка. Непривычно тяжелый и прохладный медный кругляш лег, как родной, в ямочку между ключиц.

Я оперлась локтями на стол, нахмурившись и потирая виски.

– Что такое? – Негромко поинтересовался Максим, коснувшись губами моего открытого плеча.

– Голова разболелась уже. – Пожаловалась я.

– Пойдем. – Макс за руку утянул меня из зала.

– А гости? – Я еле поспевала за его шагом.

– Да плевать. – Фыркнул парень, заводя меня в туалет. – Я все, девочка моя, предусмотрел.

Широко улыбнувшись, он указал мне на плотный пакет, стягивая ненавистный ему галстук с шеи. В пакете оказались свернутые джинсы, футболка и кеды.

– Макс, я тебя обожаю… – Удовлетворенно простонала я, когда муж расстегнул жутко надоевший мне корсет и позволил пышному белому платью небрежно сползти на пол.

– Переодевайся, а то до ночи я не дотерплю. – Мурлыкнул он мне в ухо, обнимая за талию и прижимаясь грудью к моей спине.

Хихикая, я быстро оделась и взяла уже растрепавшего волосы и вытянувшего полы рубашки из-за пояса темных джинсов парня. Оказывается, он еще и успел сменить строгие туфли на черно-белые кеды…

Мы потихоньку выскользнули из ресторана и, держась за руки, побежали с громким смехом в ближайший парк аттракционов, благо в конце мая уже было тепло.