Текст книги "Его прекрасное чудовище (СИ)"
Автор книги: Теона Рэй
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 14 страниц) [доступный отрывок для чтения: 6 страниц]
Глава 7
После кикимора сползла в озеро, помогая себе руками, и когда она исчезла под водой, Ревердан вернулся к Кимберли.
– Здесь живут около сотни кикимор, – сказал он. – Линда их предводительница. Я привез ее в Рейевик с Юга еще когда мне было двадцать, так что, можно считать, мы с ней едва ли не родные люди. Линда была беременна на тот момент, стая выгнала ее с позором за какую-то глупую выходку, о которой она мне никогда не рассказывала. А нашел я Линду в болоте на Брошенных землях.
Говоря это, Ревердан смотрел перед собой в одну точку, хмурясь, словно с трудом вспоминая подробности случившегося. Ну еще бы, прошло столько лет, удивительно, что чернокнижник вообще это помнит.
Но что-то заставило Ким молча выслушать мужчину и даже слегка проникнуться грустной историей Линды. Наверное, Ким даже пожалела ее, но в данный момент девушка не могла разобраться с тем, что чувствует.
– В Мертвом озере полно рыбы, вполне себе живой, – перевел тему маг. – Я люблю проводить здесь время за рыбалкой, и тебе придется находиться со мной от двух до четырех часов в неделю.
– Скучное занятие, – поморщилась Ким.
– Тебе не нужна еда, а мне очень даже. В Рейевике мы питаемся либо рыбой, либо мясом.
– А овощи откуда? – Ким вспомнила, что Ревердан предлагал ей запеченные овощи.
– Вот как раз туда мы сейчас и идем, – мужчина кивнул и двинулся по тропинке, огибающей озеро.
Шли они долго, а вокруг простиралось лишь пустынное поле. Вскоре впереди показались какие-то постройки, но беглого взгляда хватило, чтобы понять – дома не жилые и уже довольно давно.
– Мертвый поселок, – сказал Ревердан, заметив, что Ким все время оглядывается на постройки, когда они их уже прошли. – Когда-то у него было другое название, сейчас уже и не вспомню точное, но теперь он Мертвый.
– Почему? Люди не выжили после болезни или вроде того?
– Вроде того, – грустно усмехнулся Ревердан. – Расскажу правду, но позже.
Дальше Ким шла за магом молча, сверля взглядом его спину. Ее одолевали смешанные чувства. Кимберли ждала от чернокнижника жесткости или, может быть, даже жестокости, но не дождавшись ничего из этого, терялась в своих убеждениях. Она ведь была уверена, что лорд станет развлекаться за счет нее во время “дружеской” прогулки по Рейевику. Чего только не было в ее мыслях! Она буквально представляла, как Ревердан оттачивает на ней свои темные заклинания, – мертвая ведь, не умрет снова, – или метает в нее копья, или… Да чего только Ким не напридумывала себе!
Но сейчас, шагая следом за Темным лордом, Кимберли видела, как он наклоняется к едва проклюнувшемуся ростку среди выжженой травы и с теплотой во взгляде дотрагивается до него кончиком пальца. Потом он выпрямляется, натягивает на лицо каменное выражение и идет дальше. Он не прошел мимо зеленого листика, не затоптал его.
Ким обернулась на росток и на миг опешила – листик стал будто ярче, плотнее, и выше.
– Север всегда выглядел… так? – спросила девушка, догоняя мага.
– Как?
– Трава словно спалена солнцем, но мне казалось, что в этих краях оно не очень жаркое. Поля будто… вымерли, как и море, и озеро, и поселок.
– Когда-то здесь засевались поля и разводили скот. Мертвый поселок был населен фермерами, а все это, – Ревердан неопределенно махнул рукой, – плодоносило. Мы почти пришли.
Ким вскинула голову. Впереди виднелись зеленые деревья – не обугленные, не высохшие. Листья шелестели на ветру, а Ким слышалось пение в этих звуках. Поляна, на которой и росли живые деревья, также оказалась зеленой, заросшей высокой травой. И лишь присмотревшись, Кимберли с удивлением поняла, что видит перед собой огурцовые плети, завязь томатов, небольшие грядки с зеленью и несколько десятков пучков картофельной ботвы.
– Огород, – с неприкрытой гордостью в голосе произнес Ревердан, глядя на посадки взглядом, каким обычно мать смотрит на свое дитя. – Мой собственный.
Ким даже не заметила рваного порыва ледяного ветра. Открыла и закрыла рот, так и не найдя в себе сил произнести ни звука, а Темный лорд тем временем двинулся по тропинке между грядок.
– Сейчас овощи приходится поддерживать магией, но летом они растут самостоятельно. Картофель вот только недавно выкопал, но пройдет еще два месяца, и можно будет снова собирать созревшие клубни.
Кимберли перевела ошарашенный взгляд с ботвы на Ревердана. Непохоже было, что мужчина над ней издевается или нарочно заставляет увидеть его с выгодной стороны, но что тогда он делает? Никак в голове девушки не вязались два образа Темного лорда – того лорда, который швырял ее в костер, чтобы сжечь, и этого, который любовно поглаживает пучок свежего укропа на собственной грядке.
– У тебя раздвоение личности? – не выдержала Ким.
– Что?
– Я слышала от нашего семейного лекаря о такой болезни. Это когда в одном человеке уживается две разные личности. Например, одна из них добрая, вторая злая. Или обе злые, но по-разному… Или когда человек делает одно, говорит другое, а когда его спрашивают о смысле того, что он сделал, то уже и не помнит.
– У меня нет раздвоения личности! – рявкнул Ревердан, одергивая полы пиджака.
Мужчина резко отвернулся от Ким и зашагал на выход из огорода, но девушка поспешила за ним, не отставая с расспросами.
– Тогда почему ты такой?
– Тебе не нравится, что я с тобой добр?
– Нет, почему же, – вздрогнула Ким. Еще передумает и посадит в темницу! – Но никак у меня не вяжется в голове то, что ты натворил семьсот лет назад, и то, какой ты есть. Я шла отомстить тебе…
– Я не убивал твою мать, Кимберли Авентон.
– Твоя выходка убила ее. Моей маме не смогли помочь именно потому что ты лишил Ассон магии.
Ревердан остановился так резко, что Ким не успела затормозить и влетела в его спину. Пошатнувшись, потерла ударенный нос.
Взгляд черных штормовых глаз пронзил девушку насквозь, но она и не думала прятать лицо. Пусть Ревердан видит, что она его ничуть не боится.
– О старом Севере ты ничего не знаешь, я уже понял, – кивнул мужчина. – А о самом Ассоне? О магах, живущим в нем?
– Историю Ассона я знаю отлично, – Ким вздернула подбородок. Ей не нравилось, что Ревердан старается уличить ее в необразованности. Да у нее были такие преподаватели, что ему и не снилось!
– Ну да, – хмыкнул лорд, а после тихо добавил: – Так же как и твой отец, и все остальные. Все, кто никогда не обладал магией.
– Если ты и дальше будешь говорить загадками, то я, пожалуй, вовсе не буду с тобой разговаривать, – Ким обогнула Ревердана и двинулась в ту сторону, откуда они пришли.
Не успела сделать и пары шагов, как сияющее магией лассо поймало ее и притянуло к лорду. Ким оставалось только вздохнуть и подчиниться.
– Ты показал мне все королевство? – усмехнулась баньши, вспоминая Рейевик на карте. Север был крошечным, по сравнению с другими королевствами, но тем не менее, ей казалось, что расстояния должны быть чуть больше.
– Если бы не временные порталы, мы бы еще и до Мертвого озера не дошли, – ответил Ревердан. – К слову, если не использовать магию, то от Мертвого поселка до дома мы дойдем суток через двое.
Ким растерянно оглянулась по сторонам. Она-то старалась запомнить каждую дорогу, по которой они шли, чтобы не потеряться, когда получится сбежать. Но временные порталы… Что это?
– Я показываю тебе только то, что хочу, – хохотнул маг. – Да и прогуливаться по полям так себе развлечение. Но, если хочешь, в замок можешь вернуться одна. Если найдешь дорогу. Кстати, – Ревердан уже ушел вперед, и теперь обернулся, чтобы видеть Ким, – дороги все время меняют свое направление, вот ничего не могу с ними поделать, так что куда они тебя выведут – одному Создателю известно.
Кимберли мгновенно передумала сбегать. Провести месяцы, а то и годы, плутая по северным землям, ей не хотелось. А в то, что Ревердан вовсе не шутит, она верила. Не могли они так быстро дойти от замка до Мертвого поселка, а значит, лорд и правда задействовал магию.
Ким хмурилась, размышляя – как тогда она нашла правильный путь от моря до замка, если дороги все время меняют направление? Эта мысль мелькнула и исчезла, оставляя после себя множество вопросов, на которые у девушки пока не было ответов.
Не желая оставаться одной не пойми где, Кимберли ускорила шаг и, только поравнявшись с Реверданом, расслабленно выдохнула. Никогда бы не подумала, что находиться бок о бок с черным магом ей будет спокойнее, нежели одной.
Путь в замок занял еще меньше времени, чем они шли до огорода. Ким успела осмотреться, и то, что она увидела, еще долго преследовало ее в мыслях по ночам.
Например, озеро с кикиморами, с теми самыми, которые во всем мире живут в болотах подле болотных королей. Кикиморы, те самые, которые питаются обескровленными трупами невинных дев! Об этом страшном отличии кикимор от остальных водных жителей Кимберли рассказывал старый знакомый ее отца Тиммион Лабердан, еще когда ей было десять лет. Он говорил, что однажды даже видел болотного короля вживую!
Но Мертвое озеро в Рейевике вовсе не было похоже на болото, да и непонятно, чем питаются местные кикиморы. Спрашивать у Темного лорда о пищевых привычках его драгоценной Линды Ким не стала, не хотелось ей знать правду, какой бы она ни была.
Стоило только Ревердану и Кимберли появиться в холле замка, как Шиай и оба стражника, имен которых Ким не знала, словно растворились в воздухе. Эти трое что-то жарко обсуждали, пока не увидели баньши без оков на лице.
– Мда, – коротко прокомментировал Ревердан, бросив на Ким недовольный взгляд. – Из-за тебя мои единственные друзья со мной перестанут видеться.
– Так отпусти меня, – без какой-либо надежды предложила девушка.
– Ну нет, – усмехнулся лорд. – Я тебя отпущу, ты вернешься к своим, а потом ты вновь придешь ко мне.
– Почему ты думаешь, что я приду?
– А иначе зачем ты здесь?
– Папа хотел, чтобы я убила тебя и твоих подданных, – Кимберли произнесла это ровным голосом, но внутренне вздрогнула. Двенадцать тысяч северян… Она никогда не возьмет на свою душу такое количество жертв. Ни одной, она не возьмет ни одной!
– Почему же ты пришла в мой замок, а не поступила так, как тебе велели?
– Потому что я не чудовище, что бы ты обо мне ни думал.
– Ты чудовище, – цокнул языком черный маг. – Я когда-то интересовался баньши. Давно это было, но я ничего не забыл. Ни то, для чего вас изначально создавали, ни то, на что вы способны. Единственное, чем ты меня удивила – своей невероятной живучестью. Честно признать, я был даже немного шокирован, когда ты не сгорела в том костре.
– Для чего нас создавали? – Ким услышала только эту фразу, все остальные пропустив мимо ушей. – Нас не создавали, мы лишь случайное открытие…
– Да что ты? – Ревердан рассмеялся.
Мужчина привел Кимберли коридорами первого этажа в столовую, где Шиай уже накрыл стол на двоих. Наверное, по привычке – он всегда ужинал с хозяином.
Ким с досадой осмотрела запеченную с картофелем крупную птицу на блюде, но тут же отвела взгляд – затошнило. И даже твердый сыр с орехами, который она так любила, сейчас вызывал лишь отвращение.
– Вас создали для войны, – продолжил Ревердан, усевшись за стол. Он не предложил девушке сесть, так что Ким не стала дожидаться его приглашения и заняла место по другую сторону стола. – Черные маги…– да, милое создание, я не единственный в этом мире чернокнижник, до меня были и другие, – пропитали магическую материю мира поистине чудесным заклинанием оживления. Единственным недочетом было то, что работает оно лишь на невинных девушках восемнадцати лет от роду и только в полночь в полнолуние. Увы, не все заклятия идеальны. Баньши стали появляться на свет в ужасающем количестве – по двое, а то и по трое в месяц. Спустя годы, когда войны уже перестали быть кровопролитными, а победа всегда была за тем, в чьей армии полуночное создание, маги, давшие клятвы королю, изобрели способ расправы с ненавистными врагами. Выслеживали тех, кто планирует “родить” на этот свет чудовище полнолуния, дожидались смерти девушки и тут же ее сжигали, пока та не успела переродиться. Но и это не помогло, ведь отследить их не всегда была возможность… Тогда всех девушек, еще не вступивших в возраст совершеннолетия, стало принято выдавать замуж в семнадцать, чтобы те благополучно лишились девственности и не стали очередным орудием охочих до власти главнокомандующих армиями и их правителей.
Ким молча слушала Ревердана, вспоминая то, что ей рассказывал преподаватель по истории. Он не рассказывал ей о баньши, но говорил о смене закона, благодаря которому девушки смогли выходить замуж куда раньше восемнадцати лет. Кимберли тогда еще думала, с чем может быть связан этот закон, но так и не смогла понять, а преподаватель и сам не знал. Говорил, что такова была воля Мирового Совета.
– Откуда ты обо всем этом знаешь? – спросила девушка, стараясь не смотреть на то, с каким аппетитом лорд вгрызается в утиную ножку.
– Я изучал черную магию не одно столетие, Кимберли.
– Почему ты, обладая магическим даром, выбрал темную сторону?
– Какая любопытная, – хмыкнув, сообщил лорд своей тарелке.
– Мне интересно, чем руководствуется человек, выбирая путь в никуда.
Ревердан не ответил, только взгляд его сделался печальным и задумчивым. Вот уже в который раз, когда Ким заговаривает о прошлом, о том прошлом, о котором сам Темный лорд предпочел бы забыть, он испытывал страшную боль. Черный маг никогда не хотел, чтобы все случилось так, как случилось, но у него не было выбора. Только Ким об этом знать ни к чему. Может быть, он однажды расскажет ей правду, а после отпустит. Но каковы шансы, что ей поверят по ту стороны стены?
Скорее всего, ей поверят, но только не те, кто должен, а потому рисковать Ревердан не собирался. Если Мировой Совет узнает, что Кимберли Авентон побывала за северной стеной, то ни за что не допустит, чтобы она рассказала всему миру о том, что на самом деле случилось шестьсот девяносто пять лет назад.
С Мировым Советом у Темного Лорда свои счеты, и впутывать в них девчонку, пусть и мертвую, в его планы не входило. Поэтому лучше ей быть здесь, в безопасности, и желательно ничего не зная о том дне, когда Ассон потерял магию.
Глава 8
Ким наскучило ждать, пока лорд поест. Голод она все еще чувствовала, но старательно глушила его, и лишь изредка, всего на долю секунды, ее сознание отключалось. Тогда она изо всех сил стискивала челюсти, вспоминала испуганный взгляд девочки в окне, подсвеченный огоньком, и в очередной раз говорила себе, что никогда и ни за что не причинит вреда ни одному живому существу. Она не монстр, не чудовище. Она баньши, которая докажет всем и самой себе, что даже создание полнолуния может быть благоразумным.
Ее размышления прервал веселый голос:
– Хочешь посмотреть что-нибудь еще?
Ким качнула головой. Она устала за этот день и теперь хотела только закутаться в одеяло и до рассвета любоваться потолком. Заснуть девушка все равно не сможет.
– Расскажешь о том, кем ты была до того, как стала… – лорд с презрением кивнул в ее сторону.
– Я была принцессой, – фыркнула Ким. – Всегда думала, что мое место в Виллерволе с гувернантками и слугами. Мне исполнилось пять лет, когда отец увел армию к северным землям, и тогда я слышала о тебе очень много лестных слов…
– Правда?
– Конечно же, нет. Тебя ненавидит весь Ассон, – Ким усмехнулась и продолжила: – Спустя восемь лет папа вернулся, как оказалось, за мной. Он говорил, что осталась надежда поработить Север только благодаря мне, а я, в силу своего возраста, вообразила себя непобедимым воином. Я не успела побывать на балах, ни разу не выходила в свет, а потому даже не знала, что может быть что-то намного веселее жизни в военном лагере. Отец привел меня к границе с Рейевиком и следующие пять лет я училась прыгать, лазать по скалам, бегать… убивать. Тюфяки с соломой, но все же, меня учили, как с закрытыми глазами понять, в какую область груди бить кинжалом, чтобы попасть точно в сердце.
– Все это время ты знала, что тебя ждет?
– Да, я всегда знала, что меня отправят за стену.
– Я не об этом, – лорд потер губы кончиками пальцев. – Ты знала, что твой родной отец тебя убьет?
Ким вскинула голову и пристально посмотрела в черные глаза. Ей показалось, будто лорд над ней насмехается, что он постарался больнее уколоть ее тем что… Нет, папа ее не убивал, он помог ей переродиться в кого-то куда более опасного, нежели простая девочка, пусть и обученная военному делу.
– Можешь не отвечать. Конечно, ты не знала. Каждое твое слово об отце наполнено теплотой и любовью к нему.
– Разумеется, он ведь мой папа.
– Он твой убийца, Кимберли.
– Не говори так! – Девушка вскочила, едва не опрокинув пустую тарелку, стоящую перед ней на краю стола.
– Не говорить правду? Иммаил Авентон воспользовался тобой в своих целях, а ты не желаешь этого признавать. Зачем ты пришла ко мне, Ким? Отомстить за мать? По своему желанию или по желанию твоего короля?
Кимберли вновь села. Ей было неприятно слышать подобное о папе, но в голове всплыли фразы, оброненные им в шатре, когда он не знал, что дочь слышит.
“Кимберли была зачата в любви, но осталась жить только для того, чтобы исполнить свое предназначение. Ее предназначение – вернуть Рейевик, и я не упущу эту возможность.”
– Вернуть Рейевик… – пробормотала девушка. – Он сказал, что я должна вернуть Рейевик. Не забрать, а…
Раздался хлопок. И еще один, и еще… Темный лорд медленно хлопал в ладоши, с улыбкой наблюдая за тем, как вытягивается лицо Кимберли.
– Что это значит, Ревердан?
– Это значит, что Иммаил Авентон воспользовался тобой для того, чтобы вернуть северные земли Брекенсу. Ты ведь говорила, что хорошо знаешь историю? Так что же, тебе не рассказали, что Рейевик пять тысяч лет назад был частью Брекенса? Мой предок, будь он неладен, отвоевал кусок королевства и провозгласил себя единственным правителем. Дал новым землям название, которые потом вновь изменились, но уже семь веков назад, и только столица Рейевика, Гомер, осталась при своем.
– Так далеко меня преподаватель по истории не заводил, – нахмурившись, Ким схватила бокал воды и сделала глоток, но тут же выплюнула. – Какая гадость!
– А вот Иммаил знал, и он вдруг решил, что Рейевик непременно следует вернуть. Им двигала не месть… вернее, не только месть за жену, но еще и жажда обладать моими шахтами. Ты ведь знала, что в них находится основной источник магии? Нет, конечно же, не знала. Вижу это по твоим глазам. Благодаря магии драгоценности и железо никогда не закончатся, а кто бы не хотел обладать такими богатствами?
Ким слушала его вполуха и повторяла про себя слова папы: “Кимберли была зачата в любви, но осталась жить только для того, чтобы исполнить свое предназначение.”
Осталась жить… Что имел в виду отец, когда говорил это?
– Почему он… – девушка осеклась, но все же проговорила: – не убил кого-то другого? Почему пожертвовал мной?
– Зачем? Ты его родная дочь, полностью доверяешь ему, а он тебе. У вас идеальный союз, не находишь? А возьми он любую другую, кто знает, что бы из нее вышло. Она могла бы убить всю его армию, просто потому что не разобралась в себе или испугалась. А ты же словно овечка, идешь, куда поведут, делаешь, что скажут…
– Сам ты овечка! – вскипела Кимберли.
Глаза жгло от слез, которые больше никогда не прольются, и слушать Ревердана она больше не хотела. Рывком вскочила из-за стола и бросилась на выход из столовой. Не разбирая дороги, каким-то чудом добралась до покоев. Она и не помнила, какими коридорами Ревердан вел ее в столовую, но нужный путь до комнат все же нашла. Ее мысли занимало совсем не это, иначе она бы поняла, что отыскала дорогу до покоев только с помощью лорда. Пусть он и не пошел за ней, но пустил следом крошечное заклинание, позволившее девушке не потеряться.
Двери распахнулись перед Ким сами, она и на это внимание не обратила. Захлопнула их за собой и заперла, не думая, что хлипкая задвижка чернокнижнику не помеха.
– Овечка! – злилась Кимберли, вышагивая из угла в угол. – Каков нахал!
Девушка пребывала в ярости. Гнев топил ее, давил на плечи, заставлял машинально хватать мелкие вещички, коих в гостиной было не много, и со всей силы бросать в стену.
– Я тебе покажу овечку! – кричала она, а следом комнату наполнял стеклянный звон разбивающихся фигурок. Олень, сова, кролик… Вскоре единственная полка со статуэтками опустела, и Ким наконец успокоилась.
Девушка забралась на диван с ногами, предварительно скинув ботинки, с раздражением поправила надоевшую пышную юбку и уставилась на камин. Пирамидку, в которую были сложены сухие поленья, вдруг охватило яркое пламя и дрова затрещали. Ким удивленно вздернула бровь, обернулась на дверь, чтобы убедиться, что Ревердана в покоях нет и, не увидев его, крикнула в потолок:
– Даже не приходи!
– Это мои покои, – раздался насмешливый голос за спиной.
От неожиданности Кимберли подскочила на месте и свалилась с дивана, запутавшись в юбках.
– Ты… как здесь? – Девушка бросила испуганный взгляд на дверь – задвижка на месте. Да она и не слышала, чтобы скрипели петли. – Как ты вошел?
– Магия – это необъяснимо, – уклончиво ответил мужчина. Обогнул диван и сел с краю, похлопав по подушке рядом с собой. – Иди сюда, давай.
– Я не хочу даже говорить с тобой, не то что находиться рядом, – Ким поднялась на ноги и уже направилась в спальню, как все то же злосчастное лассо притянуло ее к чернокнижнику.
Баньши замерла, прижатая к тому, кого ненавидела всей душой. Девушка слышала биение его сердца, такое ровное, спокойное, но в то же время громкое.
– У тебя есть сердце, – тихо сказала она, передумав вырываться. – Но почему, если ты бессмертен, как и я?
– Я бессмертен не потому что умер. Моя жизнь не обрывается лишь благодаря проклятию, называемому черной магией.
– Проклятию?.. Магия – дар!
– Обычная – да, но не черная. Маги вроде меня во время изучения темных заклинаний напитываются тьмой. Энергия, которую мы поглощаем во время обучения, делает нас неспособными умереть. Создатель не придет за нами, темные материи не в его власти. Так мы и живем, не находя пристанища. Я не могу отправиться ни в Загробный мир, ни в какой другой. Меня не примет ни Марена, ни Создатель.
– Никогда?
Ревердан хмыкнул, опустив взгляд на прикрытую кружевами шею баньши. Зачем-то, сам не осознавая, что делает, провел по холодной коже кончиками пальцев, а другой рукой стиснул талию девушки еще крепче.
– До тех пор, пока я обладаю черной магией, я не могу умереть. Хотя, честно признать, жить мне крайне наскучило.
– Так верни магию миру и освободись, – Ким со злостью взглянула в глаза лорда. – Что, не так уж и наскучило? Там, за стеной, люди умирают, не получив помощи от магически одаренных лекарей!
– Если ты меня внимательно слушала, то должна была понять – я обладаю только черной магией, Кимберли.
– Я поняла это, – девушка все же вырвалась из цепких объятий и демонстративно отряхнулась, как если бы на нее налипло нечто мерзкое. – Но ты забрал всю энергию Ассона, верни хотя бы ее!
– Ты меня не слушала, – выдержав минутную паузу, сказал Ревердан и поднялся с дивана. – Доброй ночи, Ким.
Мужчина будто растворился в воздухе, стоило девушке лишь на миг отвлечься. Лорд исчез, и баньши растерянно хлопала глазами, силясь понять, как он так незаметно ушел. Осмотрела потолок и пол, сама с себя посмеялась – привиделось что-ли? Но одно хорошо – ее оставили в покое.
Ким провела половину ночи за чтением скучной книжонки, найденной ею на столике у камина, и ежеминутно поглядывала в окно, ожидая, что вот-вот и наступит серый рассвет, придет новый день… Один из миллионов дней ее жизни. Почему-то от этой мысли баньши занервничала. Она ведь всегда думала, что ей нужно успеть выйти замуж, завести детей, встретить старость в родовом замке или замке мужа. А что теперь? Ей нечего ждать, старость не придет, и можно делать все что угодно – времени у нее очень много. Вот только не хочется. Внезапно, осознав, что жизнь ее будет тянуться вечно, Кимберли отложила книгу. У нее будет достаточно лет, чтобы успеть прочитать все книги мира, и понимание этого только отбило желание заняться чем-то полезным прямо сейчас.
Она ведь может тратить дни и годы на изучение всего подряд: хоть истории, хоть животных языков – а такие существуют, она слышала. Или, например, потратить лет двадцать своей бесконечной жизни на изучение кикимор, и утраты такой крохи времени даже не заметить. Ким хмыкнула, подойдя к окну. Отсюда Мертвое озеро не было видно, только далеко-далеко у самого горизонта в лунном свете что-то мерцало.
Интересно, чем занимался Ревердан все свои семьсот лет жизни? Девушка обернулась на дверь, задумчиво скользнула взглядом по задвижке и вернулась к дивану, чтобы обуться. Выйдет, отыщет лорда и задаст ему этот вопрос лично. В конце концов, кем бы он ни был, у него есть то, чего нет у Ким – опыта.
В узком коридоре горели магические светлячки под самым потолком. Теплый мягкий свет равномерно распределялся по каменному полу покрытому толстым ковром, по канделябрам с огарками свечей, дверям, которых здесь было пять. Одна из них вела в покои Темного лорда, откуда и вышла Ким тихонько, на цыпочках.
Девушка осмотрелась, прислушалась к слабому завыванию ветра в каминных трубах, стараясь расслышать шаги или хоть какой-то звук, который указал бы ей правильное направление. Осторожно прикрыла за собой дверь и двинулась к той, что была напротив – дернула ручку, а когда та не поддалась, прошла к следующей.
Все комнаты в этом коридоре оказались заперты, а подниматься по узкой винтовой лестнице в башню Кимберли не стала – то ли испугалась, то ли просто не хотела увидеть что-то, что ей не следовало. Девушка и сама не знала, почему ноги понесли ее прочь от этой лестницы.
Ведомая интуицией она спустилась в холл, где так же из освещения были только крошечные магические огоньки. Огромное пустое помещение в полумраке слегка пугало, а дыры-арки, ведущие в множественные коридоры, исследовать не хотелось. Ким прислушалась снова, но ничего, кроме пения ветра ей было не расслышать – замок слишком большой и Ревердан может находиться в нем где угодно. Хоть даже в самой высокой башне, куда ведут тысячи ступеней!
Баньши дернула плечом, когда ей показалось, что что-то до нее дотронулось. Словно мягкая лапка котика коснулась бледной щеки и тут же исчезла, чтобы уже через мгновение подтолкнуть девушку в сторону от лестницы. Ким подчинилась, уже понимая, что Ревердан ведет ее магией.
Вскоре девушка вышла в небольшое круглое помещение с фонтаном по центру. Воды в нем не было, каменную рыбу с вытаращенными глазами и ртом, открытом в безмолвном крике, облепили сухие водоросли, а в чаше под ней виднелись сгнившие лилии.
“До этого зала бытовые заклинания Ревердана не добрались”, – подумала Кимберли со смешком.
Следом, миновав короткий арочный коридор, девушка вышла перед высокими коваными воротами. Они распахнулись без скрипа, приглашая ее в очередной пустой зал, и уже там Ким остановилась перед металлической двустворчатой дверью, залитой лунным светом проникающим через стрельчатые окна.
Кимберли дотронулась до круглой ручки, та скрипнула и повернулась, за чем последовал короткий щелчок, сообщающий, что можно войти.
Стоило девушке перешагнуть порог, как дверь захлопнулась, отрезая ей путь к отступлению. Внутри не было света, совсем, только вдалеке виднелся слабый огонек свечи, на него Ким и пошла. Лавируя между высокими книжными стеллажами, стараясь не врезаться в столы и стулья, она добралась до уютного уголка библиотеки, где за столом, заваленным кипами газет, свертков, пергаментов, в глубоком кресле сидел Темный лорд.
Мужчина, не отрываясь от чтения газеты, указал Ким на второе кресло, стоящее справа от него.
– Твои слуги тоже гуляют по замку с помощью магии? – спросила девушка едва слышно, чтобы не нарушить очаровывающую тишину.
– У них есть карты, – серьезным тоном ответил Ревердан, переворачивая страницу.
Кимберли решила, что он шутит, но уточнять не стала. Села в кресло, растерянно оборачиваясь по сторонам.
– Ты проводишь здесь ночи?
– Только эту. Искала меня?
– Как видишь.
Лорд отложил газету, оперся локтями о колени и, положив подбородок на ладони, посмотрел Кимберли в глаза. Он любил смотреть в ее глаза, они напоминали ему сочную летнюю зелень, такую, какой она бывает только после дождя, и которой в его королевстве ничтожно мало.
Кимберли скользнула взглядом по рубашке мужчины, по строгому воротнику, закрывающим шею полностью. По рукавам, из-под которых были видны только кисти рук.
Чернокнижник потянулся к пуговицам и медленным движением расстегнул одну из них, самую верхнюю, следом и все остальные.
– Я покажу тебе кое-что, – хрипло сказал он.
Щеки Ким запылали бы, будь в ее теле хоть капля крови.
– Ход твоих мыслей мне нравится, – усмехнулся Ревердан. – Но нет.
Маг потянул рубашку за рукава и, сняв ее, отбросил на стол.
Ким ахнула, не сдержавшись. Безусловно, некрасивым тело Ревердана было не назвать – подкачанное, упругое, крепкое. Но оно было полностью испещрено черными шрамами, будто молниями. Темные полосы тянулись от паха до груди, по плечам, предплечьям, запястьям. Не уродуя, но и не украшая его.
– Что оставило на тебе эти шрамы? – Кимберли потянулась рукой к животу мужчины и дотронулась кончиками пальцев до одной из черных линий. Провела по ней вниз, к краю брюк, словно изучая.
Ревердан стиснул челюсти, но девушка этого не видела. Прикосновения не были болезненными, но каждый раз, когда лорд видел на себе то, что сделал с ним переполненный магический резерв, в его голове яркими картинками вспыхивали воспоминания.
Прошло почти семьсот лет, но он все еще отчетливо помнил, как его буквально разрывало изнутри, и как в венах закипала кровь, грозясь сварить заживо. Боль, адская, ни с чем несравнимая боль, которую он испытал тогда, навечно останется в его памяти.
– Ты обвинила меня в том, что я оставил мир без магии, – голос Ревердана стал еще более хриплым.
Кимберли отдернула руку и подняла вопросительный взгляд на мужчину.
– Я ее забрал, чтобы спасти Ассон. Если ты пообещаешь мне, что поверишь, я расскажу, как все было на самом деле.
Девушка качнула головой, не найдя слов для ответа. Разве она может ему доверять? В черных глазах напротив сверкали молнии, но еще в них таилась печаль, такая сильная, что Ким все же кивнула. Она попробует поверить.
