Текст книги "Призванная с Земли. Меняю судьбы. Воспитываю мужей (СИ)"

Автор книги: Tais Xarper

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 21 страниц)

И только когда дыхание кончилось я понял, что моя Эль не знала этих слов. А значит…

Я задвинул Эль за спину и тут же выпустил в Кейрана ледяные копья. Случилось, то чего я боялся. На лбу Кейрана сверкнул знак терсия и копья воткнулись в стену рядом с ним. Знак работал. Она приняла его клятву. Убить его не смогу.

– Да он здесь – похлопала меня Эль по спине. – Дал клятву и причинить мне зла не сможет, я проверила. А если дернется… – она вышла из-за моей спины и легко скрутила Кейрана первородным льдом.

Кейран только чуть напрягся при моем нападении, а сейчас грустно улыбнулся. Скрутила его Эль сильно. Я видел каждую нить. Убедившись, что я все заметил – отпустила этого дурачка.

– Зай научишь меня делать ледяные копья? Я твою магию изучаю – щебетала моя пара снимая с меня плащ.

Она взяла терсия, но это было вполне закономерно. Эль учит традиции, а терсии это одна из них. А еще есть ночь, когда я могу уговорить ее отказаться от любого из терсиев.

Я чмокнул ее в знак моего рода на шее и слегка обнял за талию.

– И ты не ответил муж мой – уткнув кулачок в свою талию грозно бросила она мне.

– Эсса мина оддина[П4] – послушно выдохнул я, улыбнувшись под строгим взглядом от чего серые глаза потеплели.

Я получил еще один поцелуй в подбородок, меня усадили за стол и принялись кормить вкусным мясом и запечёнными овощами. Настроение портил только терсий. Я сел напротив него и сверлил взглядом. Никогда он не будет с моей Эль в постели. Я слегка рыкнул на него и принялся есть. Потом смущенно посмотрел в тарелку.

– Что не так? – Эль закатила глаза, освободила Кейрана и вручила ему такую же тарелку с едой.

– Он думает, что готовил я – пояснил Кейран.

– Сегодня я готовила. А что Кейран хотел нас отравить? К посуде не подпускать? – уточнила она, тем не менее спокойно управляясь со своей порцией овощей и мяса.

– Печать терсия не позволит – рыкнул я с удовольствием приступая к еде.

– Терсий? А кто это? Тоже традиция? Кейран – строго посмотрела она на него.

Вот теперь все стало на места. Жена у меня умная сообразительная, но о мире нашем ничего не знает вот Кейран и воспользовался этим.

Я даже улыбнулся. Если за ночь она приняла мою магию и может защищаться от терсия, ее нужно обучать. А теперь у нас есть удобная нянька и учитель в одном лице. Он еще не знает, что Эль не любит тех, кто врет. Я показал ему знаком на шее, что ему конец. Парень тяжело вздохнул и принялся объяснять.

– Терсий – это тот, кто принес женщине клятву на правах официального любовника.

Эль закашлялась, потом запила водой и подняла на меня виноватый взгляд.

– Я не знала – потом поковырялась в тарелке, видимо размышляя. – Что за нравы у вас такие? При живом муже официальный любовник? Дикость какая-то – возмутилась она. – И что мужья согласны?

Я пожал плечами и перевел взгляд на Кейрана пусть нянька привыкает. Это теперь его ответственность.

– Нет, мужьям не нравиться такое. Зайлос тоже сейчас хотел убить меня из ревности, но знак терсия не позволил. А появилась такая традиция потому что в северных горах и ледяных пустошах было тяжело выжить. Женщина могла годами держать при себе любовника не разрешая прикасаться к себе. Он был как бы запасным мужем в случае несчастных случаев или, когда остальные мужья были на войне.

– Расскажи ей про отречение – велел я.

Кейран скривился, но посмотрел оддине в глаза и твердо продолжил.

– Оддина может отказаться от терсия в любой момент или годами держать его при себе не переводя в статус мужа. Если оддина ты откажешься от меня, я все равно буду рядом, но тогда я смогу вредить твоим мужьям и тебе, потому что буду ревновать – уже жестче продолжил он и сжал губы.

– А сейчас не ревнуешь? – поинтересовалась она, погладила мою щеку, переложила мою косу на плечо, не отрывая взгляда от Кейрана.

Ему оставалась лишь вздохнуть и терпеть. Я злорадно усмехнулся. А ведь – это только начало. Эль молода у нее еще будет много мужчин. Ты сам не знаешь, что сделал мальчик.

– Сейчас печать меня сдерживает – признался он. – А надежда оказаться на его месте дает мне терпение.

Вот какой терпеливый, позлорадствовал я.

Я почти доел, когда руку обожгло знаком вестника. Бросив взгляд на руку увидел два знака: новости и тень. Ему не терпелось. Внимательная Эль заметила знаки. Пока я воспитываю жену потом придет и черед детей, умилился я, представляя кучу светловолосых сыновей с ее глазами.

– Что это? Как это работает? А я смогу?

Пока я терпеливо объяснял, как работает вестник зарганцев. Эль принялась отправлять вестники Кейрану который убирал со стола посуду. «Как же я хочу от нее детей» – закусив губу подумал я. Таких же смышленых и способных. Ведь не прошло и минуты как она высекала пальцами ледяные искры для послания Кейрану, а потом мне. Она могла отправлять, как и я по три слова.

Удивительная у меня оддина.

– Так какая у меня магия? – спросила она, наигравшись с вестниками. – Ледяная как у тебя? Поэтому я подхожу тебе?

– Нет моя, птичка – улыбнулся я. – Твоя магия способна принимать чужую и поглощать. В этом твоя ценность. Ты подходишь любому магу. Вот почему мы зовем тебя оддина – сильнейшая.

– Что значит принимать?

– Сегодня ты приняла мою магию. И теперь плетения холода тебе подвластны. Если ты будешь… – я запнулся на этом слове чтобы не давать Эль таких ужасных мыслей. – Контактировать с магом воды. У тебя будет и магия воды тоже.

Мою жену не надо наталкивать на страшные мысли у нее и своих хватает.

– Кейран что ты умеешь? – обернулась она к терсию.

Я зарычал и ответил за него сам.

– Кейран, как и все зарганцы умеет быстро двигаться. Поэтому его второе имя Тишина. Еще он направляет энергию в артефакты, например, камни перехода.

– А твое второе имя?

– Вихрь – тихо отвечаю я.

Это имя среди зарганцев никто не слушает с такой улыбкой как моя оддина. Меня знают с другой стороны, которую я не хочу показывать своей Эль никогда.

– Холодный вихрь? Мощный? Безжалостный?

Мое лицо, наверное, выдало удивление и Эль слегка улыбнулась.

– Тебе идет Зайлос Безжалостный Вихрь.

Когда это имя произнесла она, я почувствовал в ее голосе не страх и отвращение, а гордость. Мне нужно было оградить ее от этой правды. Чтобы этот блеск в глазах не превратился в ненависть. Бросив на Кейрана уничтожающий взгляд. Я вздохнул и произнес.

– Эль пообещай, что ты не будешь узнавать о моих делах. Я не хочу тобой рисковать.

– Зайлос я уже поняла, что твои дела относятся скорее к теневой жизни… – потом покачала головой и сжала руку на моих пальцах, которые я сжал в ответ представив ее реакцию на всю правду. – Можешь молчать о том, что касается твоих дел. Но то что касается нашей семьи скрывать не смей.

«Почему с ней так всегда?» – с благодарностью подумал я. Она всегда меня приятно удивляет. Ну, не считая терсия в нашем доме. Кейран налил нам травяной чай, и мы вернулись к теме магии.

– Если сейчас у меня магия льда. Значит артефакт будет ее показывать?

– Ты проверяла магию? – удивился я.

– В библиотеке – подтвердил Кейран словно сигнализируя, что знает о рьяне больше чем я.

Ах, ты мелкий ублюдок.

– Что показал артефакт? – заинтересовался я.

Возвращаясь мысленно к желанию убить наглого терсия с черными глазами.

– Ничего, он горел золотым – ответила Эль.

– Золотым – улыбнулся я. – Милая, маги Арильяна сейчас ослабли. А еще они не встречались с оддинами. Золотой цвет означает, что ты идеальный проводник магии.

– Ты меня запутал – нахмурилась она. – Ты говоришь, что я источник потом, что я проводник. Так что я такое? Какая у меня магия?

– Посмотри на огонь, моя птичка. Я могу поджечь дрова, и они дадут огонь. Твоей магии не нужны дрова. Весь мир пропитан магией. Не многие маги мира способны видеть их в виде нитей как ты. Из этих нитей мы плетем заклятия. Ты собираешь энергию магии из мира и передаешь тому, кому хочешь. Так твоя магия работает как проводник. Так ты увеличиваешь резерв мага.

Ученые магистры называют резерв мага – магические каналы. Ты можешь их расширить и наполнить энергией потому что ты и источник тоже.

При желании ты получаешь энергию от своего мужа вместе с магией и пользуешься ею. Так ты поглощаешь. Получаешь возможность для новых плетений. Сейчас ты видишь только нити льда. Но можешь и обрести магию другого вида.

Не зря мантикора выбрала тебя. С тобой она выросла за неделю до такого размера которого в дикой природе они достигают за несколько лет.

В подтверждение его слов к нам вышла мантикора значительно подросшая. Теперь уже размером с пантеру. Под нашими взглядами она приблизилась ко мне и положила свои передние лапы Эль на колени. И моя удивительная жена без тени страха целовала – это опасное животное в нос и ворковала с ней.

– Кто это так вырос за ночь? У кого носик стал такой большой?

– Вот и ответ на твой вопрос – отвлек ее Кейран. – Знаешь почему она так выросла за ночь?

Мальчишка ревновал, но и преследовал какую-то цель.

– Больше всего энергии появляется у оддины во время единения. А мантикора поглощает лишнюю энергию. Чем больше у оддины терсиев и мужей, тем она сильней.

Гаденыш! Скорей бы Эль от тебя отказалась. Я первым убью тебя.

Гладкий лоб жены сморщился, она выпила несколько глотков чая. Посмотрела на меня, на Кейрана. Потом вытянула руку и позвала:

– Кейран дай мне руку.

На лице гаденыша расцвела улыбка. Нееет, простонал я мысленно. Только не он. Мальчишка протянул руку. Оддина расправила его пальцы на ладони, погладила в центре под моим прожигающим от ревности взглядом, а потом переплела их пальцы и в разные стороны полетели золотые искры.

Она легко расплела пальцы и похлопала щенка по руке.

– Не обязательно единение. Главное желание. Первое правило магии. Передавать и принимать только по искреннему желанию. Кейран этого хотел и я. Так что легкого контакты кожа к коже хватило. Как при вашей проверке для невесты. Я теперь поняла.

Мне полегчало я смотрел на свою маленькую жену и хохотал над выражением лица Кейрана. Она не польстилась на власть и силу через постель. Она нашла свой выход. Моя удивительная оддина, вздохнул я.

В это время мантикора мяукнула и забыв о своем размере прыгнула на колени жены.

– Коша что случилось? – встревожилась она.

Не прогнала, не поругала, а обняла эту мантикору сильней. Я сравнил ее с принцем. Да если поставить их рядом я бы тоже выбрал хозяйкой Эль.

Мантикора прижалась своим лбом к ее и прыгнула на пол посеменив к двери.

– Зайлос! – Эль побледнела и вскочила с места. – Просьба покажется тебе странной, но нам срочно нужно к моим несостоявшимся мужьям. Вернее, к Ардону. Он умирает.

Прекрасные серые глаза наполнились слезами. Я обнял свою добрую девочку. Этот муж ее предал, обидел, но она хотела его спасти. Я знал, что связанный именем без нее умрет. Я надеялся, что она забудет о нем. Думал, что моя женщина жестока как я. Но она просто не знала. Может поэтому она идеальный проводник. Бескорыстная, добрая, верная в своих чувствах.

Я обнял ее вздрогнувшее тело и попытался успокоить.

– Нам же все равно от него не отделаться – посетовал я и кивнул Кейрану чтобы шел с нами. – Уже хочется посмотреть на этого дурака, что посмел тебя предать.

– Спасибо – шмыгнув носом ответила она.

Кейран осторожно укутал ее в плащ. Мы оделись и вышли из дома, с Кейроном добраться до городской арки не составило труда. Мантикора стала невидимой. Там Эль легко нажала нужные символы и зашагала по дорожке пригорода. Кейран шел слева, а я справа. У дома бывших мужей Эль остановилась.

– Я смогу использовать ледяные копья на зарганце? – прищурив глаза спросила она.

В подкравшихся сумерках глаза ее стали еще светлей. Строгие и такие манящие.

– Для этого у тебя есть я и Кейран – кивнул я на терсия. – Но, если захочешь ему отомстить… знай, что ты сильнее. Ты источник. Твой резерв безграничен. И сегодня ночью ты усилила меня.

Она молча кивнула. Моя девочка страдала от того, что ей нужно сюда вернуться, но была полна решимости спасти того, кто предал.

В ответ на стук в дверь открыл высокий и растерянный брюнет. При виде жены его глаза округлились, он протянул к ней руку, которая потом безвольно упала вдоль тела от ее взгляда.

– Рьяна, поверь я не знал – попросил он.

– Я знаю – произнесла она – я все слышала. Они передали артефакт правды каждому из вас.

Позволяя судорожно себя обнять потом, отцепив руки брюнета от себя, прикоснулась к его лицу.

– Где Ардон?

Шатен пропустил нас в дом, его рука держала ее пальцы, лицо было взволнованным. Он с тревогой оглядывал нас с Кейраном.

– Ардон из-за привязки утратил магию. А мы очень зависим от этой энергии. Ты была далеко и как он сказал «словно закрылась от него». Он тебя не чувствовал. Я поддерживал его эликсирами, но он слабеет с каждым днем.

– Лисниэль скажи правду – попросила эта сильная женщина, когда брюнет замолчал.

– Все плохо – вытолкнул он сквозь зубы. – Без тебя он умрет.

– Где он? – глухим тихим голосом спросила она.

В эту минуту резким движением на мою жену накинулся Тень. Зарганец по виду безумец. Его глаза сияли. Одна рука его легла на руки моей жены и крепко держала ее запястья, вторая закрыла ей рот. Мантикора предупреждающе зарычала рядом.

Я положил свою руку на плечо дернувшегося Кейрана. Оддина посмотрела на меня с гневом, глазами показывая на удерживающего ее безумца.

[П1]

Эссэ мина (зарганский язык). – здравствуй, мое сердце

[П2]

[П3]

[П4]Эссэ мина (зарганский язык). – здравствуй, мое сердце, Сильнейшая

18. Ну, здравствуй Мороженка!

Зайлос

– Ты привел ее! – целуя волосы и висок моей жены, говорил Тень и осыпал ее новыми поцелуями. – Ты дома! Ты с нами! Моя рьяна! Больше не отпущу. Не отдам. Не Сеилю, никому другому. Слышишь!

Теперь понятно почему он так выглядел в беседке. Он ее любит. А учитывая, что он еще старше меня. Любовь к оддине делает его еще жестче и безумней. До единения с ней он просто убьет любого. Вот только оддина не из тех, кто позволит собой командовать и неволить.

– Он не трогал тебя, мое сердце? – заглядывая в потемневшие от гнева глаза оддины хрипло спрашивал он. – Завтра я оплачу твою работу – бросил он, оглядывая меня и Кейрана. – Двойная оплата. Иди.

Он подхватил мою пару под талию как куклу и понес по лестнице наверх. Сердце Кейрана под моей рукой трепетало от той же ярости что и мое. Я отправил на глазах молчаливого брюнета вестник Кейрану. Одно слово: «Верь».

Эль по дороге наверх мычала и сопротивлялась. Я ожидал того, что Мороженка сейчас получит за все и сразу. Словами и не только.

Медленно обогнув брюнета, я прошел на кухню и стряхнув капюшон с головы присел на диван. Кейран прислушиваясь к тишине на втором этаже, проследовал за мной и сел за стол. Мантикора видимо была со мной согласна. Она порыкивала, хлестала себя хвостом по бокам, но обнюхав брюнета, обошла кухню словно проверяя все углы и только потом толкнула дверь из дома чтобы выйти в сад. Мантикоры любят свободу. А еще она может попасть в комнату через окно. Умная кошка.

– Кто строил дом? – оглядев уютную кухню спросил я у брюнета.

– Ардон – медленно произнес он.

Уверен, что в голове его сотня вопросов, буря чувств, но за Тенью он не пошел. Признает его главным или знает, что это безумие не побороть сейчас никому. Два глухих удара, потом стук двери.

– Зайлаааас! – раздался крик сверху. – Тащи сюда свою задницу или я тебя за косу притащу – велела она, хлопнув дверью с такой силой, что стекла в доме содрогнулись.

Я только усмехнулся и медленно пошел наверх. Кейран упрямо меня опередил и бросился первым. Благодаря этому порыву я не искал нужную комнату, а шел за ним неторопливым шагом. Кейран стоял справа от двери, Эль вышагивала вдоль окна и едва сдерживала свою ярость.

Тень был связан первозданным льдом у стены. Нити были такими крепкими что их видел даже Кейран. За моей спиной топтался брюнет. Пришлось пройти в комнату, где бесновалась Эль, чтобы он прошел.

– Так это Мороженка? – принял я удар на себя.

Тень сверкал на меня глазами, но не мог даже голову повернуть. С Кейраном сегодня утром она была куда добрее, заметил я.

– Ты знал? – остановившись спросила она.

– Нет. Думал, что он для кого-то заказ выполняет – спокойно пояснил ей. – Виделись сегодня утром. Дал заказ на поиск девушки с твоими приметами. То, что он Мороженка даже не догадывался – усмехнулся я. – Господин десерт хотел стать твоим мужем насильно? Да, птичка, рассказала, что такое мороженое – на удивленный взгляд Тени ответил я. – Вот только не знал, что это твой дом.

Тень перевел взгляд на Кейрана. Безумец узнает такого же издали. И все же он один из нас, а нас с каждым годом все меньше. Я должен попытаться спасти его.

– Прежде чем ты что-то решишь, птичка, тебе нужно узнать… Не хочу, чтобы как в случае с Ардоном ты пожалела после своего решения – под пристальным суровым взглядом Эль говорить было сложно, но я решил довести дело до конца. – Влюбленный зарганец это безумец. Один такой пришел к тебе сегодня утром – кивнул я на Кейрана.

От моих слов Тень дернулся так, что на его щеке показалась кровь от сдерживающих его нитей.

– В таком состоянии мы готовы на что угодно.

– Мне теперь что всех зарганцев принимать в семью, если они вдруг влюбились⁈ – яростно прошипела она и впилась в меня взглядом. – Тем более что он предал меня. Обращался как с вещью! И даже пытался оставить меня без еды.

От этих слов уже я зарычал и хотел убить его. За каждую слезинку моей Эль метать в него ледяное копье.

– Только скажи – глядя в ее лицо сказал я, она поняла, что я убью по взгляду.

– Гадство! – с презрением оглядывая растрепанного Мороженку выдохнула она. – Почему, то отчего нормальные люди добреют и становятся романтичными. Вас делает такими… – бессильно спросила она, тыкая двумя руками в своего мучителя. – Кстати спасибо, что дал мне с ним разобраться самой. Я оценила – бросила один взгляд на меня.

Потом она повернулась к брюнету.

– Лисниэль – это безумие лечится зельями? – кивнула она на едва дышавшего зарганца, у которого от попыток освободиться потекла кровь по щеке и рукам.

– Прости рьяна здесь я бессилен – покусывая губы произнес он.

– Ты можешь обезопасить себя – произнес я в тишине. – Сделай его терсием. Он больше тебе не навредит. Но и безумство пойдет на спад, если ты будешь хоть немного проводить время с ним рядом. Твоя энергия успокоит его разум. Это лучший выход из положения. Ты не хочешь его убивать, но и так его оставлять нельзя. От терсия можно отказаться в любой момент.

Эль обдумывала мои слова. Переглядывалась с Лисниэлем смотрела на Тень с его безумством во взгляде.

– Сколько дней он в таком состоянии? – спросила она у брюнета.

– С того дня как ты ушла.

Брюнет говорил тихо, но я видел, что эти слова делают ей больно.

– Я не могла остаться Лисниэль – тихо проговорила она, сжимая его пальцы, кажется у нас в семье уже три мужа. – Я была так переполнена ненавистью и болью, что рядом с вами была способна на все.

Брюнет слегка обнял ее и поцеловал в щеку. Во взгляде был еще не один десяток вопросов, но он промолчал. Слишком гордый или умный. Оценил я его.

– Ты дашь клятву – посмотрев на Тень сказала она. – Или я не отпущу тебя отсюда.

Тень обвел нас всех взглядом, задержал взгляд на мне. Я только усмехнулся в ответ. Мне было не страшно. Тень всегда был соперником. Кажется, для ответа ему нужна мотивация. Я перетянул Эль в свои объятья у него на глазах. Ее знак единения на шее видно под плащом не было, поэтому я и переложил свою косу вперед, потряхивая рангами.

Он все понял. Грудь его вздымалась тяжело и медленно. Он дал знак глазами «согласен». Эль слегка отпустила его руку и голову. Дрожащей рукой Тень взял крови с ручейка на щеке. Нарисовал на лбу знак терсия и произнес клятву. Эль не слушала. Она смотрела, дышала его дыханием, следила за каждым движением губ. Когда он закончил, быстро протянула руку и сжала его ладонь.

– Принимаю.

Знак на лбу засветился, поглотив кровь. Она убрала нити льда и вместе с брюнетом покинула комнату. Тень сидел на полу. Опустошенный, безжизненный. Подняв голову, он посмотрел мне в глаза.

– Как? – прохрипел он.

– Судьба – ответил я. – У тебя появился шанс. Попробуй в этот раз все сделать правильно. В нашей семье уже два терсия и один муж зарганец. Понимаешь к чему я это говорю?

19. Глупый доверчивый мишка

Эль

– Где остальные? – выходя из комнаты спросила я Лисниэля.

– Мард уехал на службу. Сарган нас оставил – Лисниэль остановился у комнаты Ардона и удержал мою руку. – Знаю сейчас не время, но обещай, что мы поговорим.

Ни слова ни говоря я обняла его за талию и прижалась к его груди.

– Если захочешь я никуда не уйду – удивляясь самой себе сказала я.

Эту ситуацию с мужьями нужно было решать сразу, а не прятать голову в песок как страус. Пусть это уже третий муж, но спокойствие Лисниэля меня всегда усмиряло. Я его не боюсь, не кидаюсь волком как на Марда. А в его объятьях сейчас мне очень хорошо. «Да и по закону пять мужей» – шептала совесть. Мы очень законопослушные. В кои-то веки совесть была на моей стороне, и я расслабилась.

– Ты знаешь, что хочу – стискивая мои плечи шепчет он. – И знаю, что вся эта ситуация нас отдалила друг от друга. Эти клятвы, побратимы… ты обижена и теперь у тебя есть защитники. Но чтобы ты чувствовала, как я хочу быть с тобой. Как сильно люблю тебя. Хочешь я дам клятву терсия как Кейран и Шайд? У тебя должна быть уверенность в окружающих тебя мужчинах. Ты достойна быть счастливой, любимой и защищенной от того что было.

Голос Лисниэля был тихим твердым, но то как он говорил. Выдавало что он нервничает и путается в мыслях. Я погладила его спину ладонью и еще теснее прижалась всем телом.

– Мне не нужна клятва Лисниэль. Скорее я должна тебе дать клятву что не хочу тебе навредить. Со мной все время что-то приключается. Нужна ли тебе такая жена? – во мне проснулась кокетка.

Лисниэль такой красавчик, а я тут еще сопротивляюсь. Учитывая их правила, я и так была их женой, но он ждал и надеялся.

– Нужна! – горячо воскликнул он, падая на колени и прижимая голову к моему животу. – Хочу принятия именем как Ардон! Хочу быть твоим!

Я погладила его голову и жестом попросила встать. Притянула его к себе и прошептала на ухо то, что он хотел. Вот и появился у меня третий муж счастливый и растрепанный. Осыпающий меня поцелуями.

– У нас даже имена похожи! – счастливо смеялся он, обхватив мое лицо ладонями. – Любовь моя! Теперь точно моя!

– Твоя – согласилась я. – Пойдем к Ардону, муж мой. У нас впереди еще много времени.

Лисниэль с трудом оторвался от моих губ и тяжело вздохнул. Мы дошли до конца коридора. Лисниэль пытался что-то сказать, но я быстро шагнула в комнату, где, увидев Ардона горестно застонала.

Мой мишка сильно похудел. Под глазами черные тени, бледная кожа. А страшнее всего были его глаза. Он смотрел в пустоту словно ничего не видел и не слышал. Словно меня не было не три с половиной дня, а несколько месяцев.

– Лисниэль – позвала я. – Что это?

Я даже не почувствовала, как мои щеки заливают потоки горестных слез.

– Он не мог есть, не мог говорить. С трудом поддерживал его эликсирами и распределял ток оставшейся магии с помощью перенаправления потоков массажем. Я не знал, как тебя найти.

Лисниэль действительно был расстроен от того, что перед этой болезнью он был бессилен. Продолжая плакать, я залезла на кровать и гладила руки Ардона. Его лицо с заострившимися скулами. Но он не слышал и не реагировал. Мое сердце чуть не разорвалось от боли за него.

– Зайлос! – крикнула я.

Мой зарганец вошел стремительно в комнату и окинул цепким взглядом меня и Ардона на кровати. Я с надеждой смотрела на моего сильного и мудрого зарганца. Того с кем рядом я была сильней.

– Зайлос помоги! Что мне делать?

В глазах зарганца отразилась моя боль. Он медленно сел на кровать и помог мне снять плащ.

– Ты должна вернуть его разум из этой тоски. А тело наполнить магией. Не отчаивайся, птичка. Все можно поправить. Мы останемся сколько нужно. Только, птичка – он сжал мою руку и заставил посмотреть ему в глаза. – Ты должна быть сильной. Заставь его слушать, а не плакать. Заставь быть рядом. И не волнуйся. Мы найдем себе место в этом доме.

Оставив на моем лбу поцелуй, Зайлас оставил нас с Ардоном и Лисниэлем одних в комнате.

– Как мне быть сильной, когда он такой Эль? – жалобно скривилась я.

Лисниэль присел позади меня сцеловывая мои слезы на щеках. Стирая пальцами соленые потоки.

– Как быстрей магия впитывается в тело? Что мне делать?

– Мы положим тебя на кровать – заговорил Лисниэль. – А голову Ардона тебе на солнечное сплетение. Говори с ним, любимая. Зови к себе.

С помощью Лисниэля голова Ардона оказалась у меня на животе, а я лежала на кровати с подушкой под спиной. Я гладила лицо моего мишки и не узнавала. Синие глаза что были ярче неба, сейчас были безжизненными и это разрывало мне сердце на части. Сильные руки Ардона что носили меня словно перышко, сейчас лежали на постели без сил.

– Эль хочешь я уйду? – спросил мой заботливый муж номер три.

– Нет, милый – посмотрела я на него с благодарностью.

Я скользила пальцами по коже Ардона. Словно пыталась стереть пальцами все то, что случилось без меня. Почему я не спряталась на чердаке? Не покусала Шайда? Не послала всех к черту?

Могла ненавидеть его месяцами, а не бросать⁈ Вопила моя совесть. Мучить и терзать, находясь рядом. А теперь посмотри, что с ним. Внутри меня стояла маленькая девочка с пузырями из соплей в носу, которая знала, что этого можно было избежать. Мой мишка слишком добрый. Нельзя было даже после предательства оставлять его. Я же знала, что он мягкий. Знала и любила его таким.

От таких мыслей стало только хуже. Соберись тряпка, велела я девочке с липкими сопливыми пузырями. Залить все слезами – это невыход. Нужно заставить его вернуться. Эта серая кожа, черные тени под глазами…

Господи, ну за что? Я прикрыла глаза.

Мне было легче вспоминать первый день, когда я увидела и услышала моего мишку. Я грустно улыбнулась, обводя по контуру губы моего мужа.

– Знаешь, как я решилась дать вам клятву в храме? – я хитро прищурилась, глядя на Лисниэля. – Благодаря Ардону. Я влюбилась в его голос. Он сказал, что надеется на любовь.

Лисниэль притворно скривился и ущипнул меня за бок.

– Вот как? – притворно ужаснулся он. – Ради Ардона!

– Да. У него был такой бархатный голос, которого мне очень сейчас не хватает.

Лисниэль улыбнулся и дал знак продолжать. Я глубоко вздохнула и попросила девочку превратиться в актрису жанра «возбудить и покорить».

– А потом я его увидела. Высокого, сильного с безумно красивыми глазами. И выбрала второй раз. Такого доброго и смущенного моим поцелуем.

– А я хотел быть на его месте – добавил Лисниэль. – Слышишь Ардон? Эль пришла к тебе? Она ждет пока ты встанешь и возьмешь ее на руки.

Реакции не было, но я была упрямой и продолжала гладить его лицо, плечи, держать за руку. Что-то внизу живота развернулось и закололо иголочками, а на пальцах вспыхивали золотые искорки. Я еще активней начала оглаживать его лицо, зарываться в волосы пальцами.

– Мы еще столько не сделали. У нас были планы как сделать прекрасным сад. Ты даже ничего не сказал мне про цветы в доме. Ты видел? Я очень старалась.

Ответом мне была тишина. Но рука Лисниэля показала мне на глаза Ардона, они больше не смотрели в пустоту. Он сжал губы в линию и смотрел в стену. Ах, так! Я все равно добьюсь твоей реакции.

– А может он не хочет со мной говорить Лисниэль? Думаешь мне стоит уйти?

Пальцы Ардона напряглись и сжали мою руку на своей груди, лицо его исказила боль.

– Поговори со мной мишка – попросила я, лаская его лицо.

– Мне… – Ардонн собрался с силами – Уже снился этот сон.

– Я здесь глупый упрямый мишка – целуя его лоб сказала я.

Ардон повернулся всем телом ко мне и спрятав лицо у меня на груди, тихо заплакал. Мы втроем на этой кровати прекрасно знали, что теперь все будет хорошо. Теперь Ардон готов прийти в себя и стать прежним добрым мишкой и только боль мешала ему это сделать.

– Эль – простонал он.

– Да – поглаживая его плечи ответила я.

– Я тебя не достоин – глухо сказал он.

– А может мы поговорим и это буду решать я?

– Я такой же как Шайд – возразил он, слабо стискивая мои ребра. – Отец предложил, а я согласился. Не спорил, не спросил тебя. А сразу принял чужое решение. Я поступил недостойно твоего доверия. Твоей любви.

– Ардон…

– Нет Эль. Ты правильно сделала что ушла – перебил меня Ардон упиваясь своей виной. – Моей семье не важно было как ты выглядишь и что ты думаешь. Они только хотели пройти замещение. Расширить своей резерв. Оставь меня Эль. Я мечтал о любви такой женщины как ты. А получив ее предал. Я достоин только смерти.

Закусив губу, я снова плакала, мой добрый благородный мишка действительно был добрым к тем, кто вокруг, и беспощадным к себе.

– Помнишь мы сделали привязку именем? – спросила я. – А до этого мы провели вместе ночь. И я сказала тебе кое-что – я всхлипнула, целуя его волосы. – Мой глупый мишка забыл об этом – ласково попеняла я его. – Я выбрала тебя еще там в храме. Выбрала сама и ты мой. Я могу на тебя злиться, могу кричать, но не могу оставить. Ни я, ни Лисниэль. Мы семья, милый, и будем с тобой.

Руки Ардона сжали меня крепче, но он молчал. Глупый мишка, не верил, но я не торопила. Я засыпала в объятьях двух мужей и мне было хорошо.