Текст книги "Грета, которая выжила (СИ)"

Автор книги: Шион Недзуми

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 2 страниц)

Младший брат бросил взгляд на диванчик и выразительно закатил глаза. Несколько секунд пристального осмотра породили презрительный фырк. Про себя Майкрофт усмехнулся – значит, Шерлок ничего предосудительного не обнаружил. Да и что можно найти, кроме следов сидячей работы и стресса последних дней? Грета не красилась, не носила украшений, никогда не была замужем, а Лили уже достаточно взрослая, чтобы не оставлять следов присыпки или запаха детского лосьона.

– Ты знаешь, что она предпочитает свой пол? – неожиданно спросил Шерлок.

Майкрофт вскинул бровь, еще раз осмотрел Грету, чтобы узнать, какую деталь он пропустил. Ах, да, следы помады на воротнике. Значит, провожала сегодня Лили на вокзале. Та имела скверную привычку целовать маму не только в щеку, но и в шею, в ухо – в общем, куда попадала.

– Это не твое дело, Шерлок. Зачем ты пришел?

– Мне скучно! – брат развалился в кресле. – В Ярде не подпускают к расследованиям, из квартиры меня выселили. Неужели нельзя понять, что некоторые эксперименты требуют особой среды проведения?!

На глаза снова попался пергамент. Хм, неплохая идея. Раньше Шерлок не согласился бы, но сейчас ему действительно скучно, так что может и получиться.

– У меня есть для тебя одно дело….

– Я не стану работать на тебя, Майкрофт! – сморщился братец. – Мы уже говорили об этом!

– И повторюсь, ты бы принес гораздо больше пользы, если бы использовал свой талант целесообразно, Шерлок.

– Это ску-учно!

– Я прошу тебя помочь с одним расследованием….

– Нет! – категорично, а глаза блестят, выдавая интерес. Не к делу, к тому, как далеко способен зайти Майкрофт ради своей пользы.

– А если я вам предложу сотрудничество с Ярдом взамен на помощь в этом расследовании? – неожиданно прозвучал хриплый голос.

Братья одновременно вздрогнули, увлекшись спором, они забыли про третьего человека в комнате.

– Как вы это осуществите? – тут же прищурился Шерлок, подался вперед.

– Недавно детективом-инспектором назначили Грегори Лейстрейда, я могу замолвить перед ним словечко, – Грета все еще выглядела сонной, однако глаза ее лукаво поблескивали.

Шерлок покачался в кресле в раздумьях, затем выхватил протянутую папку из рук Майкрофта и вылетел из кабинета, эффектно взмахнув полами шерстяного пальто. Холмс покачал головой: любовь брата к театральным эффектам неистребима.

Перевел взгляд на потягивающуюся, отчаянно зевающую Грету.

– Откуда ты знаешь детектива-инспектора?

– Его дочь учится в одной школе с Лили, они вместе в кружке по стрельбе. Грегори часто водит девочек на полицейский полигон, чтобы они потренировались. У него не самый удачный брак, но детей он любит, – зашла за спинку кресла, положила руки на плечи Майкрофта и стала разминать.

Мужчина откинулся и чуть не застонал от наслаждения, когда чуткие пальчики промяли напряженные мышцы.

– Подумала, так у тебя появится немного времени для отдыха, ты тоже выглядишь усталым, – в голосе улыбка, а руки не прекращают движения.

Майкрофт перехватил одну руку, прикоснулся легко губами к ладони.

– Останешься сегодня у меня?

Грета молча кивнула.

Очередной обед в полюбившемся ресторане Майкрофт планировал провести по-своему. Шерлок нашел несколько зацепок, тонких, слишком… обычных для магического мира, но это было хоть что-то. Удалось продвинуть законопроект, который буксовал последние месяца два. Поэтому ничто не могло испортить мистеру Холмсу настроение.

– Грета Джоркинс, – он подвинул по столу к ее руке бархатную коробочку, – ты выйдешь за меня замуж?

Глаза женщины распахнулись. Разумеется, она понимала, что к этому все и шло, но, видимо, не ожидала такого быстрого перехода.

– Я согласна, – голос охрип от волнения, щеки раскраснелись.

Майкрофт надел кольцо и поцеловал тонкие пальцы.

– Я рад, – и это правда.

– Прошу прощения, мистер Холмс.

В обычной одежде Кингсли Шеклболт выглядел колоритно и внушительно, привлекал внимание.

– Есть сведения по последнему делу, – произнес он как-то надломленно, устало.

– Я пойду, – Грета умничка, правильно все поняла.

Женщина подошла, обняла его за плечи и поцеловала в щеку. Приятно пахнуло ненавязчивым ароматом духов и шампуня.

– Я позвоню Лили, обрадую ее. Приятного обеда, – кивнула Кингсли и вышла из ресторана.

– Приношу свои извинения за то, что прервал вашу встречу, – Кингсли сел на свободный стул. – Но у нас проблемы. Мы проверили все библиотеки, даже нашего министра. Никаких зацепок по ритуалу, кроме одной – существует заклинание, способное разыскать того, кто приносит жертвы.

– Надеюсь, вы нашли его? – вздернул бровь Майкрофт, слегка раздраженный тем, что прервали такой прекрасный обед.

Кингсли тяжело вздохнул.

– Нет. Осталось всего две не проверенные библиотеки, более чем уверен, что полная информация по ритуалу находится в одной из них, но…. Они обе принадлежали Гарри Поттер.

Майкрофт вернулся с обеда и разложил переданные Кингсли документы. Гарри Поттер, вернее, Маргарет Розмари Поттер, которую все называли мужским именем.

Фигура значительная и довольно известная в магическом мире. Спасла от войны, каким-то образом в годовалом возрасте победив сильного волшебника. Майкрофт не вдавался в подробности. Второй раз остановила его уже в возрасте восемнадцати лет, а затем была отправлена в волшебную лечебницу с психическим расстройством. Она являлась носителем частицы души темного волшебника, целители диагностировали расстройство психики и личности, потерю контроля над даром, почти безумие. И взялись лечить. Подробности неизвестны – через месяц Гарри Поттер пропала, вместе с ней исчезли все документы, волшебная палочка и некие артефакты, которые находились в специальном, защищенном сейфе.

Больше Героиню никто не видел. Ей присвоили орден Мерлина и объявили в розыск, дабы вылечить, помочь, облагодетельствовать.

Майкрофт девушку понимал. Между строк он читал, что ее все время готовили к войне. И отпускать просто так, без гарантий, столь значимую фигуру не собирались. Поттер вовремя удалось сбежать.

Ее друзья и соратники отлично устроили свою жизнь. Поженились, стали работать, делать карьеру. Вернее, делала только бывшая мисс Грейнджер. Мистер Рональд Уизли, поступив в Академию без экзаменов, как герой войны, окончил ее без отличия, со средними показателями, пошел в отдел рядовым, да так им и остался до сих пор. Слишком ленив, необязателен, нормативы до сих пор сдает, прикрываясь именем и боевой славой.

Зато его супруга полная противоположность. Активна, умна, трудолюбива. Однако имеются какие-то проблемы с ближайшими родственниками. Кажется, им так и не удалось восстановить стертую кем-то память. Об этом миссис Уизли предпочитала не распространяться. Как и общаться с родителями.

Майкрофт брезгливо поморщился, читая характеристику друзей мисс Поттер.

Несмотря на всю знаменитость Гарри Поттер, в ее деле хранилось всего две фотографии, вернее, вырезки из газетных статей. Маленькая девочка, лохматая, с пятнами сажи на лбу, пыталась вырваться из крепкой хватки высокого блондина. Помимо страха в глазах читалось раздражение. А на второй Гарри Поттер почти затерялась на фоне чемпионов Турнира Трех волшебников. На Майкрофта смотрела худенькая, коротко стриженная девушка, которую легко спутать с парнем. Если он не ошибается, тут Гарри Поттер четырнадцать.

Выглядела она младше своих лет, недокормленная, забитая, но упрямая, по-своему гордая.

Больше никаких снимков с участием Гарри, даже для листовок вырезали изображение из фотографии с Турнира.

Проблема заключалась в том, что Поттер получила титул леди Блэк, вступила во владение собственностью рода Поттер. И исчезла, полностью заблокировав все известные и неизвестные возможные места жительства. В дом, где раньше собирался Орден феникса, теперь невозможно попасть. Он совсем не появляется, даже если назвать адрес.

Майкрофт вызвал Антею. Ему надо знать, как выглядит сейчас мисс Поттер. Снимок можно обработать, состарить искусственно, чтобы получить более взрослый вариант.

Помощница понятливо кивнула и вышла, а Майкрофт погрузился в работу.

К вечеру Антея принесла готовые результаты, с долей интереса Холмс открыл отчет специалистов. И замер, ошеломленный, пораженный.

На него смотрела Грета Джоркинс собственной персоной. Черноволосая, более худая – специалисты сошлись во мнении, что Поттер до сих пор обладает субтильным телосложением. Но беременность и последующие роды слегка подкорректировали фигуру женщины, сделав ту более округлой. Однако в остальном не оставалось сомнений.

Майкрофт вздохнул. Нельзя решать столь важные вопросы вечером, тем более, что завтра выходной. Он поговорит с Гретой завтра.

Сейчас надо составить план, надо придумать, как повести беседу, чтобы добиться нужного.

Как не чувствовать себя преданным той, которую он почти полюбил.

Грета открыла дверь в домашних мягких брюках и растянутой майке, видимо, не ожидала визита. За ее спиной заливался телевизор, раздавались возмущенные вопли Лили, которая отвечала на вопросы викторины вместе с участниками. Впервые Майкрофт почувствовал себя неуютно в деловом костюме.

– Майкрофт? – Грета выглядела удивленной. – Проходи. Прости за внешний вид, но мы не договаривались о встрече, поэтому…. Не хочешь ли чаю?

– С удовольствием.

Он прошел на кухню, расположился в удобном плетеном стуле-кресле. Словно почувствовав его напряжение, Грета молчала, повернувшись спиной. Подтянулась к эпицентру событий Лили, выключив телевизор.

А Майкрофт смотрел по сторонам. Он не раз бывал уже в квартире своей невесты, но впервые смотрел на нее чужими, заинтересованными, глазами.

Мебель песочного цвета, гладкие полы, повсюду запах чистоты и лимона. Акварели на стенах, уютные занавески, которые скрывали раскидистые растения на подоконниках. Каждый выходной прогулки в парке или походы в музеи, кинотеатры. Жилище выглядело основательным, не просто временное прибежище. Его любили, обставляли со всей старательностью, надеждами на лучшее.

Напротив сидела рыжеволосая красавица и умница дочь, готовая за мать порвать любого. Даже сейчас она кусала губы, что-то подозревая.

Он понимал, почему Грета согласилась променять вечную войну магического мира на уют и спокойствие обычного общества. Майкрофт лишь не понимал, почему она до сих пор не сказала ему правды. В груди зрела иррациональная обида, на которую он не имел права. По крайне мере, пока не узнает все до самого конца.

– Прошу, – Грета поставила три чашки чая на стол, села на соседнее место. – Так что случилось? На тебе лица нет, Майкрофт.

Холмс вздохнул. Он уже знал, что сделает. Столько лет он шел вперед ради своего положения, отдавал время, силы, собственную жизнь, жертвовал желаниями, семьей. И сейчас он тоже поступит правильно. Если Грета Джоркинс на самом деле Маргарет Поттер, он…

– Вот, – он положил на стол портрет вместе с составленным экспертами отчетом.

Посмотревшая на страницу женщина побледнела как полотно. Лили, сунув любопытный носик, поджала губы и… достала пистолет.

– Что вы планируете делать, мистер Холмс?

Майкрофт не знал, что убьет его быстрее: заклинание из палочки Греты или пуля из пистолета Лили. В том, что младшая Джоркинс пойдет на преступление, он не сомневался. Мать для нее являлась всем, Лили с радостью умерла бы ради нее. И это не Грета так воспитала ее, девочка сама все для себя решила.

А вот Грета не станет его убивать и дочери не позволит, Майкрофт просто знал это.

Он повернулся, притянул к себе пустую кастрюлю, поставил ее на стол под двумя пристальными женскими взглядами. Затем поджег документы и бросил их в посудину.

Даже если Грета Джоркинс на самом деле Маргарет Поттер, он будет просто любить ее.

– Больше экземпляров не существует, электронных носителей нет. Эксперты из независимой лаборатории, с которыми ты не пересекалась. В подробности дела я их, разумеется, не вводил.

Лили расслабилась и убрала пистолет.

– Думаю, вам надо пообщаться, – подмигнула девушка и вышла из кухни танцующей походкой.

– Она не рассматривает карьеру в качестве полевого агента? – с интересом спросил Майкрофт. – Столь гибкая психика не должна пропадать.

Все это время смотрящая в стол Грета нервно хохотнула, а затем разрыдалась. Горько, с чувством, выплескивая всю боль, пережитые страх и напряжение.

Майкрофт притянул ее к себе и посадил на колени, прижимая к груди. Вина жгла каленым железом. Испугал, заставил понервничать. Дал усомниться в себе. Больше он таких ошибок не допустит. Грета станет Холмс и никуда от него не денется. Равно как и ее заноза-Лили.

– Прости, это все нервы, – повинилась женщина, вытирая слезы.

Майкрофт выпустил ее из своих объятий, и Грета вернулась на прежнее место, отпила холодный чай.

– Спрашивай, ты же хочешь что-то узнать, – губы еще дрожали, но она нашла в себе силы слегка улыбнуться.

– Как ты стала Гретой Джоркинс? Что произошло с Гарри Поттер?

Невеста покрутила чашку, на пальце блеснуло кольцо из белого золота. Бриллианты Грета тоже не слишком жаловала, и Холмс приобрел плоское украшение, весьма красивое. На изящной руке смотрелось превосходно.

– После битвы за Хогвартс я пробралась в свою башню и завалилась спать. Совсем не осталось сил. Моя мать отдала за меня жизнь, поставила защиту, которой хватило на семнадцать лет. По сути, я сделала то же самое. Умерла за своих друзей. Только не учла одного: мама умерла навсегда, а я вернулась. В то время, как ее жизнь легла в основу защиты, свою я подпитывала из собственных резервов. Защищала всех, кто был тогда в Хогвартсе. И выдохлась к окончанию. Я убила Тома, мы победили. И все, на что хватило меня, это лечь спать.

Проснулась я уже в психиатрическом отделении Мунго. Там мне популярно объяснили, что до того дня не существовало прецедентов, когда хранилище части души оставалось бы целым и невредимым. Поэтому меня нужно… исследовать, проверить, не ранена ли, не пропала ли магия. И так далее, и тому подобное. В то время я любила весь свет, верила им. Изо дня в день меня поили зельями, проверяли. Ко мне приходили друзья, желали выздоровления. Поклонники слали письма.

А через две недели я поняла, что никто меня выпускать не собирается. Состояние признано удовлетворительным, здоровье в норме, но…. Молоденькая ведьма из регистратуры пронесла ко мне тайком прессу. Обычно у меня ее отбирали, говоря, что не следует волноваться, читая о погибших и раненных, об отлове оставшихся сообщников.

Никакого отлова не существовало. Шли суды над Пожирателями Смерти, их состояние переходило во власть чиновников министерства, к пострадавшим в ходе войны. Мои друзья давали интервью, участвовали в процессах против “врагов”.

А главную Героиню признали невменяемой. Слишком большая нагрузка и ответственность привели к тому, что Маргарет Поттер заполучила расстройство личности. Ходили слухи, проскальзывали намеки, что я заполучила себе часть силы Темного лорда, что теперь пойду по его стопам. Стану таким же чудовищем.

Сначала хотелось рвать и метать, хотелось требовать выпустить меня отсюда. Меня спасли слова одного учителя. Профессор никогда меня не любил, даже ненавидел. Но всегда защищал, оберегал, по-своему заботился. Даже не обо мне, а о матери, в память о ней. Так вот, он всегда считал, что я сначала действую, а затем уже долго и со вкусом раскаиваюсь в содеянном.

Меня это остановило. Из Мунго просто так не выпустят, так что приходилось действовать хитростью. Иначе… иначе я бы лишилась Лили.

Благодаря все той же ведьме мне удалось выбраться из больницы. После чего я закрылась в доме, доставшемся по наследству от крестного. Единственный раз, когда я показалась на людях, перед самым своим отправлением в мир маглов, был на суде над Люциусом Малфоем. Мы недолюбливали друг друга, однако в тот момент во мне говорило желание сделать все в пику обществу, как можно больше досадить тем, кто посчитал, будто может решать за меня. Глупо, немного самонадеянно, но таков возраст. Я пришла на суд, я солгала на суде. Ради Малфоя и его семьи. Сказала, что они всегда помогали, работали на меня, на моего наставника. Что они были шпионами на стороне Света. Их оправдали, а я исчезла. Переехала в Кардифф. Часть наследства перевела в фунты, сделала себе поддельный паспорт. За деньги можно и не такое, а магией можно убедить кого угодно в чем угодно. В тот момент мне было плевать на методы, я хотела жить, хотела, чтобы мой ребенок жил. Хотела оставить позади грязь, все обвинения и нелепую славу.

Она тяжело дышала, стискивала палочку изо всех сил.

– Почему ты не сказала ничего друзьям? – Майкрофт смотрел на невесту с болью.

– Потому что у меня не осталось друзей, – вскинула голову Грета. – В зале суда Рон начал кричать, что я во всем виновата. В смерти его брата, в смерти остальных. Что я должна была погибнуть за них, должна была сделать все раньше, чтобы никому не пришлось умирать. Тысячи магов испугались пяти десятков, подчинились им чуть ли не с радостью. Те, кто имел образование, силы, ждал, когда же их проблемы решит вчерашняя школьница, – Грета говорила зло, буквально выплевывая слова. – А я всего лишь Пожирательская подстилка, продалась…. В общем, Рон много чего говорил. И я видела по глазам остальных, что они согласны с его доводами.

Пожирательская…. Майкрофт знал, что так называли последователей главного террориста. Неужели Грету…. От этой мысли стало нехорошо.

– Тебя… изнасиловали?

– Что? – женщина удивленно хлопнула глазами, отвлекаясь от кипящих внутри эмоций. – Нет, нет, не изнасиловали. Все произошло по доброй воле. Незадолго до битвы за школу, я проникла внутрь и пришла к директору. Не составило труда догадаться, кто нам помогал все это время. Проблема лишь в том, что профессор не хотел жить, хотел лишь завершить эту ненормальную войну. Я пришла к нему сама и попросила…. С его стороны это была жалость, с моей – желание хоть ненадолго почувствовать себя живой. Потом уже, в Мунго, я поняла, что беременна. На самом деле, я провела там два месяца, а не один, как говорилось в газетах. Меня упрятали в отделение сразу. Но в первый месяц Лили никак себя не проявляла, и врачи не заметили, да и не проверяли нарочно. А когда я догадалась…. Мне было ради чего жить, сражаться. Сбегать.

– Ты пьешь какие-то зелья, чтобы менять внешность?

– Нет, – мотнула головой женщина. – Линзы и краска для волос, вот и весь рецепт. Зелья слишком неустойчивы, а у меня после родов магия долгое время оставалась нестабильной. В любой момент могла сдернуть маскировку, так что… пришлось искать магловскую альтернативу, – она вздохнула. – Мне нравится жить в обычном мире, нравится быть нормальной. Ну, более-менее нормальной. Лили умеет колдовать, у нее есть собственная палочка, хотя в школе и не училась. Грета…. Так называла меня тетушка, считала, что Маргарет – слишком тяжелое имя для девочки, больше подходит какой-нибудь старушенции. Тете вместе со всей семьей стерли память и переселили. А мне сказали, что просто защитили. Уже потом я узнала, что Пожиратели добрались до них и убили. В этом тоже обвинили меня. Мол, не защитила родственников. Но что я могла поделать, если почти год мы просидели в лесах, прячась от бесконечной погони?

Майкрофт видел, как больно ей вспоминать прошлое, как больно заставлять себя говорить. Но он должен был задать один, последний, вопрос.

– Ты бы в самом деле меня убила?

– Нет, – кажется, ответ становится привычным. – И Лили не дала бы. Оглушила и использовала порт-ключ. Все брелочки, браслетики, которые так любит моя дочь, на самом деле порталы в безопасные места по всей стране. Я… мы бы никогда… не стали причинять вред человеку, который дорог одной из нас…. Дорог мне.

Майкрофт поднялся, заставил покрасневшую женщину встать.

– Тогда у меня для вас плохая новость, мисс Джоркинс, – она посмотрела на него большими глазами. – На свадьбу придется пригласить моего младшего брата.

– Мистер Холмс, зачем вам понадобился последний труп? – нетерпеливо спросил Кингсли. – Наши эксперты уже сделали все, что могли. Ничего выяснить не удалось.

– Ваши эксперты, – с нажимом произнес Майкрофт. Находиться в темном подвале, где у Аврората располагался морг, удовольствия не доставляло. – Теперь прошу разрешения попробовать силы моему эксперту.

– Какому еще?.. – невежливо начал Рон Уизли и поперхнулся на полуслове.

Майкрофт, с трудом сдерживая гордую и победную усмешку, повернулся.

В помещение входила Маргарет Розмари Поттер собственной персоной. Облегающие округлые бедра джинсы, черная кожаная куртка. Надо сказать, темные волосы и бутылочно-зеленые глаза ей подходили точно так же, как и образ Греты Джоркинс.

Красивая, яркая, только для него одного. Он не мог подобрать слов, чтобы описать свои ощущения. Она выглядела настоящей ведьмой, волшебницей. Намного моложе своей одноклассницы Гермионы. Глаза сияли, кожа розовела. Майкрофт пообещал себе, что обязательно потребует от невесты еще раз нарядиться в костюм бунтарки. Ей идут джинсы и кожаные куртки.

Ну а пока ей предстоит справиться с собственными страхами и болью, чтобы те больше не отравляли ее жизнь.

– Гарри? – Гермиона прижала ладошку ко рту, даже Кингсли выглядел потрясенным.

Люциусу потребовалось две недели, чтобы провести приказ об отмене облавы на Поттер. Больше она могла не скрываться, так как была признана вменяемой.

– Привет всем! – махнула рукой. Женщина чувствовала себя неуютно, но мастерски скрывала это.

Палочка сама возникла в ее руке, Грета взмахнула ею над телом, выписывая непонятные символы.

– Ты же оставила палочку в могиле Дамблдора! – неожиданно завопил Рон.

– И только это остановило тебя от ее немедленного присвоения, – холодно парировала Поттер, не переставая колдовать. В воздухе появилось призрачное изображение мужчины. – Знакомое лицо?

– Ивэн Розье-младший, – кивнул Кингсли. – Видимо, пожелал вернуть господина.

– Или силу себе, – пожала плечами Грета. – Этот ритуал подходит как для возрождения кого-то из крестража, так и для получения сквибом магической силы. Так как крестража не имеется….

– Как он захватывал их? Только одна из жертв являлась сквибом, остальные вполне могли противостоять магией.

– Магическая разновидность хлороформа, – пожал плечами Майкрофт, которому счастливый от сотрудничества с Ярдом Шерлок предоставил все сведения. Надо будет выписать премию детективу-инспектору Лейстрейду. За терпение по отношению к младшему братцу.

– Гарри… – Гермиона попыталась подойти поближе.

Грета отшатнулась.

– Я пришла, потому что меня попросили. Больше ни с кем из вас я дела не желаю иметь. Прощайте.

Вышла на свежий воздух, расправила плечи, схватила Майкрофта за руку и переместилась на скалу в Уэльсе.

– Прости, – потерла лицо. – Думала, справлюсь.

– Ты и справилась, – Холмс обнял невесту. – Ведь легче стало?

Грета подозрительно взглянула на него, но улыбнулась.

– Да, стало. Немного. Спасибо, – уткнулась носом в теплый пиджак.

Какое-то время они простояли так, обдуваемые со всех сторон ветрами, пока Грета не отстранилась. Хитро прищурилась.

– Так что ты там говорил по поводу твоего младшего брата на свадьбе?

Несколько лет спустя.

Майкрофт скользнул под одеяло к жене. Пришлось задержаться на работе в связи с непредвиденной ситуацией. Кто же знал, что Шерлоку удастся найти себе компаньона не только для аренды квартиры, но и расследования преступлений.

Грета сонно мяукнула, перевернулась на другой бок и открыла свои кошачьи глаза.

– Майкрофт, – она всегда звала его только полным именем. И оно в ее устах звучало изысканной мелодией. – Все в порядке?

– Да, – он прижал к себе теплое тело жены. – Шерлок нашел себе напарника.

Зажглась прикроватная лампа, осветила удивленно приподнятые брови.

– Ты уже проверил его? – то ли вопрос, то ли утверждение.

– Джон Хэмиш Ватсон, пятый Нортумберлендский. Хирург, военный, отлично стреляет, адреналиновый наркоман, – методично перечислял Майкрофт, обводя тонкие позвонки жены.

– О, да, последнее Шерлок может обеспечить в достатке. Как думаешь, надо пригласить его на Рождество в поместье?

Если доктор не сбежит раньше, сверкая пятками. Фраза повисла в воздухе между супругами, оставшись не произнесенной.

Майкрофт расплылся в злорадной усмешке. Вот и нашелся способ отомстить Шерлоку за то, как тот вел себя на свадьбе старшего брата.

– Обязательно, дорогая. Семья Холмс не может позволить доктору Ватсону скучать.

Грета тихонько рассмеялась в грудь мужа.

Бедный доктор Ватсон! Он еще не знает, с кем связался.