355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Сборник » Удивительные истории » Текст книги (страница 1)
Удивительные истории
  • Текст добавлен: 8 июля 2021, 12:01

Текст книги "Удивительные истории"


Автор книги: Сборник



сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 4 страниц)

Удивительные истории
(Сборник)

© ООО «Издательство «Северо-Запад», 2019

© Перевод Л. Соловьева, А. Федотов, 2020

* * *

Человек из атома (начало)

Грин Пэйтон Вертенбэйкер


В романе «Алиса в Зазеркалье» – прекрасной игре фантазии, который подарил нам бессмертные примеры логического и математического мышления, мы читали о таинственном изменении размера героини – очаровательной маленькой Алисы. Там рассказывается, как Алиса растет и уменьшается в зависимости от того, что она ест. Но в этой истории мы столкнемся с почти беспредельным изменением размера, тут человек будет расти до космических размеров. И речь пойдет о его странных ощущениях, которые приведут к странному осознанию и впечатляющему выводу, и покажут всю палитру эмоций и финальную безысходность…

Хьюго Гернсбек

I

Я – потерянная душа, и я скучаю по дому. Да, меня съедает тоска по дому. Однако насколько возможно подобное. Если у человека и вовсе дома нет! Так-то оно так. А точнее дом мой остался в миллионе лет в прошлом и от него не осталось следа в настоящем. Миллион лет! Я говорю это совершенно искренне и заверяю вас: это – правда! Но я должен рассказать всю историю… пока остается хотя бы один человек, который поймет меня.

Я отлично помню то утро, когда мой друг профессор Мартин позвал меня, по делу невероятной важности. Я должен сказать, что профессор был одним из тех отверженных гениев, которых официальная наука не признает, потому что они презирают мелочность людей, обычно представляющих научные круги. Мартин был первым из всех ученых, но в равной степени человеком с непомерно развитым воображением, и где обычный человек медленно двигался от детали к детали, прежде чем увидеть всю картину целиком, он мог разом сделать выводы из происходящего. Профессор Мартин первым оценил результаты свой работы, далеко идущие последствия и прикинул, чем все это может закончиться.

У профессора было мало друзей. Обычные люди избегали его, потому что не могли понять величия его видения мира. Там, где он созерцал картины миров и вселенных, они тщетно пытались представить себе хоть что-то на основании его напечатанных слов. Все, что они видели в его работах – набор фраз. А он видел всю картину целиком. Я, однако, хоть и не претендовал ни на какие научные знания, был в высшей степени романтиком и всегда был готов поучаствовать в странных экспериментах моего друга. Для меня это были своего рода приключения, да к тому же эксцентричные. В общем приятное времяпрепровождение. Мой друг был гениальным ученым, который готов был столкнуться с чем-то необычным, и него был подопытный персонаж, готовый опробовать его изобретения, ибо он рассудил вполне здраво, что должен сам проводить эксперименты. Но если что-то пойдет не так, мир может в конечном счете не потеряет того, в ком он в самом деле нуждался…

Вот и вышло так, что в тот день я поспешил к нему без малейших колебаний, при том, что это, как потом оказалось, был самый знаменательный день моей жизни. Я мало понимал, какие большие перемены скоро произойдут в моем существовании, но я готов был к приключениям, без сомнения поразительным и, быть может, даже со смертельным исходом. И у меня не было никаких иллюзий относительно собственной удачи.

Я нашел профессора Мартина в своей лаборатории. Взгляд у него был как у скряги, перебирающего золото. Он склонился над крошечной машиной, которая, наверное, поместилась бы у меня в кармане. Мгновение он словно не замечал моего присутствия, но наконец со вздохом сожаления оторвался от своей игрушки. А потом он махнул в сторону кресла, а сам утонул в другом, сжимая машинку в своей ладони. Я ждал, приготовившись внимательно послушать то, что он собирался мне рассказать.

– Кирби, ты читал «Алису в стране Чудес»? – наконец совершенно неожиданно поинтересовался он.

Я задохнулся от неожиданности.

– «Алису в…» Вы шутите, профессор?

– Конечно нет, – заверил он меня. – Я говорю совершенно серьезно.

– Ну да, я читал эту книгу много раз. На самом деле, она всегда поражала меня, так как автор обращался скорее к взрослым, чем к детям. Но что… Неужели это так важно, профессор.

Тут Мартин улыбнулся.

– Возможно, я слишком долго играю с тобой, – продолжал он. – Но ты помнишь эпизод с двумя кусочками сыра. Так, кажется, если я все правильно помню. Один из них заставлял тело Алисы расти, а другой – сжиматься?

Я поддакнул.

– Но вы же не станете утверждать, что потратили свое время на изготовление волшебных сыров?

Тут профессор громко рассмеялся, а потом заметив, что я словно не в своей тарелке, победно продолжал:

– Нет, Кирби, не совсем так. Но я действительно построил машину, в существование которой ты не поверишь, пока сам её не опробуешь. С помощью этой маленькой машинки у меня на коленях ты мог бы увеличиваться вечно, пока не достиг бы размера, которого ничего во Вселенной не могло бы превзойти, или уменьшиться так, чтобы увидеть мельчайшие атомы, стоя на них, как сейчас стоишь на Земле. Это изобретение сделает науку поистине всеобъемлющей! – тут он замолчал. Лицо у него раскраснелось, а глаза сверкали. Мне сказать было нечего, ибо это было грандиозной и великолепной возможностью. Если, конечно, сработает. Но я не мог не сомневаться в возможностях такой крохотной машины.

– Профессор. Вы говорите об этом совершенно серьезно? – воскликнул я.

– А я когда-нибудь шутил, относительно моих изобретений? – спокойно поинтересовался он. И я знал, что ничего подобного никогда не случалось.

– Но, конечно же, это всего лишь модель?

– Это – сама машина!

II

Я был слишком поражен, чтобы что-то сказать. Но в конце концов мне удалось выдавить:

– Расскажите мне об этом, – ахнул я. – Это безусловно ваше самое фантастическое изобретение! Как оно работает?

– Боюсь ты не сможешь понять все технические детали. Это ужасно сложно. Но так как я хотел бы испытать эту машину, я дам тебе общее представление об этой штуковине… Конечно, ещё из курса средней школы ты знаешь, что любой объект постоянно движется. Этот принцип используется при сжатии. Я едва и сам понимаю принцип работы этого механизма… Сама машина возикла в результате несчастного случая… Единственное, что я знаю точно: эта машина делит каждый атом, каждый электрон на две совершенно равные части. И то же самое машина делает с собой. Она превращает часть вещества в газообразную форму и выбрасывает в окружающую среду… Там есть шесть проводков. Так ты их не увидишь. Они будут касаться твоего тела, а сама машинка будет крепиться на грудь с помощью ремешка. Вот тут на передней панели, куда входят эти проводки, расположенно две контрольные кнопки… Когда испытатель захочет вырасти, он должен нажать верхнюю кнопку, и машина начнет собирать атомы из воздуха, преобразовывать их в идентичные тем, что есть в организме. В итоге два атома преобразуются в одну частицу двое больше первоначального размера… Как я уже говорил, я лишь смутно понимаю, как эта машинка работает, уверен лишь в том, что она использует ядерную энергию… Я хотел сделать мотор, использующий ядерную энергию, когда заметил, что некоторые части моей машинки как-то странно увеличились или уменьшились в размере. Доработал я машинку, действуя практически инстинктивно. И теперь боюсь, что не в состоянии обнаружить источник этой атомной энергии, пока, действуя с огромной осторожностью, я не соберу еще одну такую машинку… Я боюсь разбирать эту, а разобрать её необходимо, чтобы изучить и разобраться, как все-таки она работает.

– И вы хотите, чтобы я испытал эту машинку? – неожиданно для самого себя с трепетом поинтересовался я.

– Если, конечно, ты захочешь, – просто ответил он. – И ты должен понимать, что подобный опыт может таить в себе неведомые опасности. Я ничего не знаю о побочных эффектах, которые создает эта машинка. Но мои эксперименты с различными предметами принесли удовлетворительные результаты.

– Готов рискнуть, – ответил я с энтузиазмом. – Если вы готовы рискнуть своей удивительной машиной. Разве вы не понимаете, профессор, это будет настоящая революция в науке? И ни с чем неизвестным мне сталкиваться не придется… Астрономия шагнет вперед, потому что можно будет стать необходимого размера, чтобы проводить наблюдения оставаясь в пределах нашей атмосферы. Можно было бы стоять на одних мирах, как на камешках, и изучать иные миры.

– Точно. Я подсчитал, что эффект от давления огромной ноги, ступни которой накроет целые страны, будет весьма незначительным, из-за равномерного распределения веса. Скорее всего, этот великан своими ступнями станет опираться на крыши высоких зданий и верхушки деревьев. А в космосе и вовсе никакой поддержки не потребуется… А потом, как ты и говорил, можно уменьшиться и раскрыть все тайны электронов. Конечно, было бы опасно спускаться в пустоту, не зная, где находится следующий мир-атом, на который можно встать. Тут есть определенный риск… А теперь. Кирби, пришло время, и я был бы рад, если бы совершил это маленькое путешествие, так как я хочу побыстрее узнать результат, – официальным голосом продолжал профессор. – Если у тебя остались какие-то дела, тебе лучше привести их в порядок на тот случай, если…

– Нет, – остановил его я. Я всегда был готов участвовать в экспериментах. – Нет, если я вернусь через несколько часов, то все будет в порядке. Ну а если нет, то я все подготовил заранее…

– Прекрасно. Конечно, ты понимаешь, что наши эксперименты должны проходить в каком-нибудь укромном местечке. Если ты готов, то мы можем отправиться в мою лабораторию, расположенную в сельской местности. Там, как мне кажется, будет безопасно.

Я поддакнул, и мы поспешно оделись, профессор замешкался, так как хотел прихватить с собой парочку необходимых приборов. Потом мы запаковали машину в коробку, для безопасности, и покинули дом профессора.

– Так у тебя все готово, Кирби? – голос профессора звучал уверенно, но мой тренированный слух подсказал мне, что мой друг переполнен самими противоположными чувствами. Я замешкался. Я не боялся. Ничего такого. Но какой-то знак обреченности был во всем происходящем. У меня возникло странное ощущение, которое я никогда раньше не испытывал.

– Все готово, профессор, – бодро объявил я.

– Ты собираешься увеличить или уменьшить себя?

– Буду расти, – ответил я, не колеблясь ни секунды. Звезды и то, что лежит за их пределами… Вот что интересовало меня.

Профессор серьезно посмотрел на меня, глубоко погруженный в свои мысли. В конце концов он сказал:

– Кирби, если ты хочешь совершить экскурсию в межзвездное пространство, ты должен понимать, что можешь не только замерзнуть до смерти, но и умереть от нехватки воздуха.

Прогулявшись к шкафу в дальнем конце лаборатории, профессор принес какие-то странные вещи.

– Эта одежка сделана из огромного количества металлических ячеек, она герметична и может противостоять вакууму, – заметил мой друг, повыше подняв странно выглядевший костюм. – Эти ячейки вплетены в ткань. Так что, когда вы оденете костюм, то окажетесь в своего рода термосе. Никакое тепло не сможет просочиться наружу из этого костюма, и самый сильный холод не сможет просочиться внутрь него.

Я быстро влез в костюм, который оказался не таким уж тяжелым, как можно было бы предположить. Он закрывал не только руки и ноги, а на кисти рук одевалось что-то вроде варежки.

После того как я надел костюм, профессор водрузил мне на голову что-то вроде прозрачного шлема, который, как он объяснил мне, изготовлен из небьющегося бакелита[1]1
  Бакелит (по имени бельгийского химика и изобретателя Лео Бакеланда), полиоксибензилметиленгликольангидрид – продукт поликонденсации фенола с формальдегидом в присутствии щелочного катализатора, резол (из группы фенолформальдегидных смол), термореактопласт. Образуется на начальном этапе синтеза фенолформальдегидной смолы. Вязкая жидкость или твёрдый растворимый легкоплавкий продукт от светло-жёлтого до чёрного цвета. Используется в качестве связующего в производстве абразивных изделий холодного и горячего прессования и вальцевания, а также для других технических целей. Бакелит растворим в спирте, при длительном нагревании переходит в нерастворимую и неплавкую форму. Это свойство бакелита используется при изготовлении пластических масс. Спиртовые растворы бакелита применяют как лаки. Ноготь на бакелите черты не оставляет. Бакелит плохой проводник тепла, хорошо сопротивляется давлению, трению, толчкам и ударам. По эластичности приближается к целлулоиду. Хорошо поддаётся обработке на токарном станке. Хороший изолятор, его диэлектрическая проницаемость – от 5,6 до 8,85, то есть выше, чем у гуттаперчи, и так же велика, как у слюды. Вода, разведённые щелочи и кислоты на бакелит не действуют, лишь горячие концентрированные азотная и серная кислоты его разлагают. Бакелит устойчив до +300°C, при более высокой температуре происходит обугливание, но полного сгорания не происходит.


[Закрыть]
. Сам купол был сделан из нескольких стеклянных шаров – один внутри другого. Эти шары соприкасались только по нижнему ободу. Между стеклами был устроен вакуум. Следовательно, тепло не могло вырваться за пределы этого стеклянного шара. Из задней части этого головного убора отходила гибкая трубка, которая была соединена с небольшой емкостью со сжатым кислородом, который профессор подвязал у меня за спиной.

Потом он поместил чудо-машину с кнопками у меня на груди и присоединил шесть проводков к моим рукам и другим частям тела. Закончив все приготовления профессор Мартин схватил меня за руку и сказал твердым, тихим голосом:

– Тогда до свидания, Кирби. Нажми первую кнопку, когда решишься. И пусть тебе улыбнется Удача!

Профессор прикрепил прозрачный шар, закрывавший мою голову, к моему вакуумному костюму. Странная тишина и чувство одиночества охватили меня. Тогда я ещё мог видеть профессора, но теперь я не слышал его, так как звуки не могут распространяться в вакууме. Профессор еще раз крепко пожал мне руку.

А потом я с удивлением обнаружил, что нажал на верхнюю из трех копок. В тот же миг я почувствовал покалывание, электрический разряд проскользнул через мое тело. Мартин, деревья, далекие здания, все, казалось, растаяло в небытии.

В панике я тут же нажал на среднюю кнопку. Я «остановился». Я ничего не мог сделать, потому что все, что составляло мой мир исчезло. У меня возникло странное ощущение, что я навсегда потерялся невесть где.

Я посмотрел вниз и увидел профессора Мартина – крошечную песчинку в автомобиле далеко внизу, который весело махал мне, потом он сел в свою машину и укатил. Он убегал от непосредственной опасности, на тот случай, если я буду и дальше расти. До тех пор, пока я не выйду во внешнее пространство, я представлял опасность для окружающих.

Я тут же собрал всю свою решимость в кулак и снова нажал на верхнюю кнопку. Земля снова начала уменьшаться, но в этот раз много быстрее. По всему телу расползлось ощущение болезненного покалывания. На предплечьях, ногах, на лбу и груди, там, где были подсоединены провода ощущения были весьма болезненными.

Ни на миг я даже не подумал о том, что сам меняюсь. Мне казалось, что это мир вокруг меня сжимается, при этом сжимается все быстрее и быстрее. Облака надвигались на меня с угрожающей быстротой. Потом моя голова неожиданно прорвала их, а мое тело оказалось скрыто, внизу на земле, которую я видел смутно, словно сквозь туман. Вдалеке я увидел несколько высоких скал. Теперь моя голова и в самом деле была «среди облаков».

Но вскоре и облака остались далеко внизу. Земля стала для меня чем-то вроде большого шара, затянутого густым облаком. У меня было ощущение, словно я стоял на сосновых иголках. И я с сожалением подумал, что это, скорее всего, деревья и холмы.

Я чувствовал себя неуверенно, как будто моя опора вот-вот могла уйти у меня из-под ног. Вы когда-нибудь видели слона, выполняющего трюки на маленьком катающемся шарике? Ну, вот так я примерно себя чувствовал. Земля вращалась, в то время как я больше не мог двигаться на ней. Пока я размышлял, наблюдая за тем, что происходит, с некоторое тревогой, потому что Земля теперь напоминала маленький шарик в диаметре в несколько футов. А потом случилось неизбежное. Мои ноги неожиданно соскользнули, а я оказался абсолютно неподвижным, парящим в космосе! Я смотрел на Землю, которая все уменьшалась, наблюдал, как она двигается вокруг Солнца. Я видел другие планеты, которые сначала немного росли, а потом становились такого же размера, что и Земля – шариками каждый в пару дюймов в диаметре…

Стало очень темно. Солнце больше не давало достаточно света, ибо не было атмосферы, чтобы рассеять свет. Солнце стало большим ослепительным огненным шаром, у моих ног, вокруг которого быстро двигались планеты. Я видел, как свет отражался с одной стороны каждой из планет и тень – с другой стороны. Солнце тоже двигалось, но очень незначительно. Когда мои ноги стали ещё больше, угрожая прикоснуться к Солнцу, я поспешно поджал их и повис в небе в полусидячем положении, продолжая расти.

Повернув голову в сторону, я с некоторым удивлением заметил, что некоторые звезды стали ближе, больше. Какое-то время я наблюдал за тем, как они быстро приближаются. Я снова посмотрел на свою собственную звездную систему. К моему удивление, она чуть передвинулась и стала намного меньше. Планеты я больше не видел, а всего лишь слабые полосы света вокруг Солнца. Потом я понял, что это – следы миров, которые в настоящее время слишком быстро перемещались вокруг звезд, чтобы я мог рассмотреть их невооруженным глазом.

Теперь я видел, как все звезды двигались туда-сюда, хотя все они по-прежнему продолжали приближаться друг к другу. Я не видел планет, только крошечные звезды, которые двигались все быстрее и быстрее. Как мне показалось, я мог различить, куда они движутся. С одной стороны, казалось, они движутся в одну сторону, с другой – в другую. Если посмотреть вперед, то начинало казаться, что они движутся прямо на меня. Постепенно я начал понимать, что они описывают большой круг, двигаясь все быстрее и быстрее.

Я вырос до такого размера, что мне стало казаться, что звезды вращаются у моих ног. Я самому себе стал казаться центром ужасного вихря. Я не мог отодвинуться. Я мог только пошевелить ногами и головой. Ближайшая звезда – маленькое пятнышко, находилось в нескольких метрах от меня. Мое собственное солнце напоминало яркую точку на черной доске. Но звезды становились все ближе и ближе друг к другу. Казалось, мне необходимо как-то двигаться. Поэтому я попытался со всего маха распрямить ноги. Я медленно начал сдвигаться в сторону.

Вскоре звезды оказались в нескольких футах подо мной, и потом неожиданно мне показалась что они всего лишь небольшая изолированная группа огоньков, лежавшая в стороне от нескольких подобных вкраплений. Звезды двигались невероятно быстро вокруг центра, который представился мне солнцем, хотя я каким-то образом потерял его след. Они объединялись, становясь все ближе друг к другу, обширная группа сократилась еще больше, пока, наконец, звезды не стали неразличимы как сущности. Все они оказались частью огромного облака. Теперь это казалось чем-то знакомым. Но что это напоминало? Оно было бледным, чуть сплющенным с концов, толстое и белое в центре, как вихрь туманности. Так и было! На меня накатилась яркая волна света. Все эти звезды были частью туманности. Вот так и объяснялась тайна туманностей.

И ко мне приближались другие туманности, в то время как эта становилась все меньше и меньше. В чем-то туманности напоминали звезды, они повели себя точно так же, как звезды. Звезды, вселенные внутри вселенных! И эти вселенные – туманности в другой большой вселенной. Неожиданно я задался вопросом. Неужели во Вселенной не было ничего большего, чем вселенная во вселенной, сложенные на манер матрешек? Казалось, все так и есть. Однако я словно был заколдован и не мог принять подобное положение вещей. Я должен был идти дальше. Но моя Земля! Её же невозможно было обнаружить в этой сфере, которая была почти целой вселенной.

Но мой рост быстро увеличивался. Другие туманности с огромной скоростью неслись на меня. Однако мое медленное движение через пространство стало быстрее, в то время как я становился все больше. А потом и эти туманности слились, превратившись в единое ядро чего-то мерцающего.

Яркий свет вновь залил все вокруг меня. Где-то выше, у меня над головой что-то ярко пылало. Но ничего определенного я рассмотреть не мог. Это больше всего напоминало огромный шар и туманности. А солнцеобразное образование находилась в центре. Но через мгновение, когда я стал больше, поверхность, напоминающая крышу у меня над головой, распалась и появились отдельные тела, напоминающие звезды. Я проскользнул мимо них, и, потом они собрались где-то у меня под ногами, в то время как я становился все больше и больше.

И тут меня неожиданно пронзила мысль о совпадении. Не была ли эта система большого шара с ядром чем-то вроде атома? Может, это ядро и электрон? Другими словами выходило так, что электрон состоял из крошечных вселенных? Идея была ужасной и слишком грандиозной для осознания.

А я все рос. Многие из этих электронов, если, конечно, это были они, собрались вместе, но удача была со мной, и мое тело продолжало увеличиваться, формируясь из… молекул? Я был удивлен. Неожиданно я почувствовал усталость от бесконечной процессии звезд, которые собирались вместе, образуя новые звезды. А потом я почувствовал тоску по дому. Мне захотелось снова увидеть человеческие лица, избавиться от этого фантастического кошмара. Только судя по всему это было нереально. Это было невозможно. Но движение нужно было остановить.

На меня внезапно накатила волна страха. Это же не могло длиться вечно. Я хотел снова увидеть Землю. Я потянулся вниз и надавил на центральную кнопку, чтобы остановиться.

Но так же как любой автомобиль не может сразу остановиться, так сразу остановиться не смог и я. Сильный импульс роста, который я получил, нес меня дальше и дальше, хотя движение мое замедлилось. Звезды словно пули летели в мою сторону, а потом уменьшались, сжимая свое кольцо. И в какой-то миг я потерял их из поля зрения. Если бы я остановился резко, то оказался висеть среди звезд.

Звезды приближались, становясь все меньше и меньше. Вскоре они стали тысячами ярких точек вокруг меня. А потом они вновь слились в густое разряженное облако, становясь все гуще и гуще. Но вот рост мой прекратился, Облако стало холодным, липким на ощупь и… это была вода! Чистая вода! И я плавал в ней…

Мое путешествие могло продолжаться годами.

Неожиданно я выскочил из воды и упал на спину. Ко мне вернулась сила, я почувствовал тепло и любовь к жизни. Это была вода, обыкновенная вода. Вот я и поплыл, и плыл до тех пор, пока не почувствовал дно под ногами. А почувствовав, быстро выбрался из воды, на песок…

III

Нет необходимости продолжать эту историю. Наконец я проснулся после изматывающего кошмара и обнаружил себя в мире, который был странным, но знакомым. Это мог быть отдаленный уголок Земли. Но было в окружающей атмосфере что-то странное, что подсознательно подсказало мне, что это – другой мир. Тут тоже было солнце, но оно было далеко-далеко и по размеру не больше чем Луна. И огромные облака пара висели над джунглями, которые начинались там, где заканчивался песчаный пляж. Детали скрывал туман, так что окружающий мир казался мне размытым, словно я смотрел на него через завесу. В этом мире, как мне казалось царствовал вечный полумрак.

Я попытался убедить себя, что каким-то образом оказался дома. Но я отлично знал, что это не так. Наконец преодолев приступ тоски и сожаления, я сдался и разрыдался. А потом взяв себя в руки, я страшно разозлился и встав отправился осмотреть пляж…

Вот так и вышло, что всю ночь я то рыдал, то бессмысленно метался по берегу. А когда рассвело, я снова погрузился в мирную дрему…

Когда я проснулся, я был спокоен. Очевидно, что, останавливаясь в облаке атомов, я перенесся в иной мир. Теперь мне нужно было придумать, как вернуться. Мне стало стыдно из-за своего безумия, ведь есть средство вернуться. Третья кнопка… нижняя кнопка. Я не видел причины больше тут задерживаться. Плюхнувшись в воду, я поспешно поплыл к тому место, где вынырнул из воды. А потом я нажал на самую нижнюю кнопку. Постепенно я начал чувствовать, что становлюсь всё меньше и меньше. Вновь меня охватила паника. Весь кошмар повторялся, но в обратном порядке. И весь мир, казалось, открывался передо мной. Я был в восторге от радости, когда подумал о возвращении домой, к профессору. Мир рисовался мне радужных цветах. Я не мог проиграть.

А потом все мои надежды рухнули. Как я надеялся увидеть снова свою Землю? Ибо даже если я правильно отыскал место в воде, то как я могу быть уверен, что попаду в нужное облако молекул? А что привело бы меня к электрону, который я оставил? И что потом помогло бы мне отыскать правильную туманность? И даже если я найду нужную туманность, то как я отыщу свою собственную звезду, как найду свою Землю? Это была безнадежная, совершенно невозможная задача!.. И все же такова человеческая природа, что я, тем не менее, на что-то надеялся!

Мой бог! Невозможно, но я сделал это! Я был уверен, что вошел в правильную туманность, и двигался прямо в центр, где должно было находиться Солнце. Это звучит фантастически, но это и было фантастическим. Похоже, удача и в самом деле улыбнулась мне. Или так и должно было быть? Но я смотрел туда, где должно было быть солнце – в центр туманности. Я остановил уменьшение и долго с замиранием сердца высматривал Солнце. Но оно исчезло!

Я неподвижно повис посреди пустоты и праздно наблюдал за звездами, которые зажигались там и тут. Черное отчаяние охватило меня, но я так и не смог сразу осознать весь ужас моего положения. Это было выше любых человеческих эмоций. Я был ошеломлен, а возможно, даже отчасти сошел с ума.

Звезды были крошечными точками света. Они носились туда-сюда, как бездельники, не имеющие определенной цели. И если они сталкивались, то появлялись новые точки большего размера или разваливались на тысячи мелких кусочков. Им требовались секунды на то, чтобы покрыть биллионы триллионов световых лет.

И постепенно я осознал ужасную правду. Эти точки были звездами, такими же, как мое Солнце, и они рождались, умирали и снова рождались, и снова умирали. И все это происходило в течение секунд. Но для них-то это были не секунды. А всему виной оказался мой размер.

Видимо, время каким-то образом зависит от размера. Чем меньше существо, тем короче его жизнь. Муха, к примеру, проживает жизнь за один день. Так что дело именно в размере. Когда я стал огромного размера, столетия для меня стали секундами. И чем больше я становился, тем стремительнее неслись годы. Мимо пролетали миллионы лет. Я вспомнил, как видел планеты, кружащиеся возле Солнца. Они вращались так быстро, что я никак не мог их рассмотреть. Они делили круг за доли секунды. И каждый оборот Земли вокруг Солнца – один год! Год на Земле и секунда для меня! А ведь я вырос до много больших масштабов. За те несколько минут движения Солнца на Земле проходили столетия. Прежде чем я прожил десять минут моего странного существования, профессор Мартин прожил жизнь в ожидании, состарился и умер в горьком разочаровании. Люди рождались и умирали, расы зарождались и исчезали. Может быть, все человечество давно вымерло, так как наш мир лишился воздуха и воды. И все за десять минут моей жизни…

И вот я сижу тут в пустоте, безнадежно тоскуя о своей матушке Земле. Эта странная планета странной звезды выше моего понимания. Странные создания – разумные существа этой планеты, напоминают людей. Их обычаи любопытны. Однако язык их не поддается мне, а они отлично понимают мою речь, словно читают открытую книгу. Я считаю себя дикарем, существом, достойным лишь жалости и презрения, в мире слишком, развитом для моего понимания. Здесь нет ничего, что бы дало мне какие-то ориентиры, относительно того, где ныне находится Земля.

Я живу здесь, как жил бы какой-нибудь невежественный африканец в современном мне Лондоне. Странное существо. Которое только и может, что играть с детьми. Клоун!.. Дикарь!.. Я тоскую по моей Земле. Знаю, я никогда не увижу её снова, потому что она исчезла навсегда и не существует уже триллион веков!..

Конец первой части


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю