Текст книги "Эта роль мне не подходит! (СИ)"

Автор книги: Rinna Deochtae

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 19 страниц)

Над головами всех присутствующих висели надписи с золотыми буквами.

Обернувшись назад, я заметила Нату. Как я и подозревала, ни у нее, ни у меня надписей не было.

Мы обе сидели на знакомом мне камне. Том самом, который вылез из-под земли в северном саду, перевернув мои любимые качели. Я встала с камня и убедилась, что была права. Даже человечек с бубном тоже был нарисован на нем.

Кажется, Ната собиралась и дальше там сидеть с этим расстроенным лицом, но вот у меня были еще некоторые дела.

– Всё будет хорошо. Скоро мы вернемся домой. И с твоим Аландом наверняка всё обойдется… Я рада, что ты не пострадала.

Заставила я себя сказать Нате эти сентиментальности и постаралась как можно более подбадривающе ей улыбнуться. Надеюсь, хотя бы немного ей стало лучше.

Итак, что-то мне подсказывало, что нужно было спешить.

Внимательно я начала разглядывать людей, не забывая из любопытства вчитываться в надписи над их головами.

Вот папа. «Важный персонаж. Человек был взят из мира главных актрис, чтобы добавить для них больше привычного в мир книги».

Над головой матери Наты, с которой папа сейчас разговаривал, висело тоже самое. Как и над Дрейком, который к кому-то пошел.

Вон там стоит Ханна. У нее было написано что-то другое. «Персонаж для массовки. Была создана, как житель нового мира».

А вон мистер Райд в окружении сирот о чем-то напряженно перешептывался с Розой.

У него была надпись: «Персонаж для массовки. Человек был взят из мира главных актрис для того, чтобы сделать людей более естественными для них».

Над детьми висело тоже самое, что и над Ханной.

А вот то, что было написано над Розой, меня удивило.

«Бард. [Внимание! Нарушитель! НЕПРИГЛАШЕННЫЙ Бард из королевства Фасими] Я здесь так, погулять пришла. Лучше в ножки мне кланяйтесь в благодарность, что я решила оживить вашу книжку, хех. Будете пытаться меня отсюда выставить, я обижусь и расскажу о вас Суду. Бе-бе-бе. Да ладно, я шучу»

Из любопытства я подошла к ним поближе. Мистер Райд умолял о чем-то как-то непривычно развязно улыбающуюся Розу.

– Прошу вас, если можно, оставьте меня в этом мире. Здесь я намного нужнее.

– Ой, да не вопрос, старичок.

Ответила ему Роза.

– Не морщись так, а то простоквашкой станешь.

Нагло и насмешливо крикнула она, заметив меня. Мистер Райд тут же повернулся в мою сторону и приветливо помахал рукой.

Я помахала рукой в ответ.

Стоило мне отойти подальше, как тут же к мистеру Райду подбежал какой-то человек, примерно, его возраста.

Надпись над его головой гласила: «Персонаж для массовки. Человек был взят из мира главных актрис для того, чтобы сделать людей более естественными для них. На момент финала был казнен».

Кажется, я видела этого человека на балу в честь Наты… Точно, он вроде бы был одним из Эпиллэйтов. Был.

Не знаю, о чем он говорил с мистером Райдом, но тот смотрел на этого человека так, будто его сейчас должно было стошнить. Никогда не видела мистера Райда в таком состоянии. Он так сильно ненавидел этого человека из Эпиллэйтов?

Ах, да! Я же спешу. Нужно было срочно найти Годвина. Чуть было не забыла.

А вот и тот человек. Уже разговаривает с папой.

Повезло. Над Годвином висела та же подпись, что и над Ханной, и над детьми. Я уверенно к ним подошла.

– Кто теперь будет править Империей?

Спросила я у папы.

– Сэр Годвин.

Ответил он так, как я и думала.

– Ясно. Сэр Годвин…

Обратилась я к недовольно разглядывающему меня мужчине.

– Да, Ваше Высочество?

– Я финансировала один приют.

Я показала ему на мистера Райда.

– Вон тот человек, мистер Август Райд, управляет им. Я бы хотела, чтобы вы продолжили финансово помогать его приюту.

Годвин растерянно кивнул мне.

Пусть на счету Дрейка и лежала приличная сумма, но было бы неплохо, если бы им выплачивались дополнительные деньги. Подстраховка, если счет Дрейка закроют, когда он исчезнет. А если их будет достаточно много, тогда может мистер Райд исполнит мою задумку и откроет еще один приют.

Впрочем, мне кажется, скоро приют и сам сможет о себе позаботиться. Их выручка не так давно стала уже достаточно высокой.

– Ты такая молодец, Мира. Я очень горжусь тобой.

Улыбнулся мне папа, и я расслабленно улыбнулась в ответ.

Попрощавшись с Годвином, я отправилась искать моего финансиста.

Джек и Робин стояли недалеко.

Они оказались тоже обычными персонажами из массовки, которых специально создали для этого мира.

Я хотела было к ним подойти, попрощаться, но вдруг поняла, что я как их наниматель совсем скоро уйду. Поэтому я отправилась искать мистера Райда. Он стоял уже без Розы и того странного человека, просто успокаивал детей.

– Мистер Райд.

– Да, леди Мирэлл?

– Я скоро вернусь в свой мир, могли бы вы принять к себе на работу мистера Фога?

Пусть Джек и общался с мистером Райдом больше, чем со мной, но его работодателем все-таки была я

– Конечно. В случае чего, я обещаю, что найду для него другого достойного нанимателя.

– Благодарю вас!

Сердечно поблагодарила я мужчину, и не сдержавшись обняла его.

– И еще спасибо вам, что поддерживали меня в трудный момент.

Мужчина неловко похлопал меня по спине, и я отстранилась.

– Всегда рад вам помочь, леди Мирэлл.

Широко улыбнулся мне мистер Райд. Я попрощалась с ним и побежала к Джеку и Робину.

– Мистер Фог, я нашла для вас работодателя. Мистер Райд согласился принять вас на работу. И если что, он найдет вам другого нанимателя.

– Благодарю вас, леди Мирэлл. Вы так много сделали для меня, да и вообще для моей семьи.

Действительно с благодарностью посмотрел на меня Джек.

– Спасибо вам, добрая леди.

Крепко обнял меня Робин. Я тоже обняла его, после чего попрощалась с ними и отправилась искать Джейн.

Было бы здорово все-таки получить для Джека рекомендательное письмо от дворца. Оно бы определенно не было для него лишним.

Я с трудом сдерживала слезы. Сегодня похоже был какой-то день объятий, но сейчас это не казалось глупым. Мы ведь прощались. Я, кажется, их больше никогда не встречу.

Как же жаль, что я не успела открыть хотя бы еще один приют!

Вдруг ко мне подбежал кто-то низкий и крепко обнял.

Неапатия…

Я посмотрела на ее надпись: «Персонаж для массовки. Человек был взят из мира главных актрис для того, чтобы сделать людей более естественными для них».

Она из моего мира?

– Пожалуйста, найди меня там.

Рыдала Неапатия, постепенно исчезая. Я огляделась по сторонам. Все исчезали. Время прощаний заканчивалось.

Я тоже крепко ее обняла.

– Где ты живешь?!

Торопясь, спросила я ее.

– В приюте города…

Договорить она не успела, потому что исчезла.

– Найду. Обещаю, найду!

Крикнула я, быстро озираясь по сторонам.

И все-таки нашла ее. Джейн.

Она смотрела на меня со спокойной и нежной улыбкой, а у меня почему-то на глаза наворачивались слезы, как у маленького ребенка.

«Персонаж для массовки. Воспоминание, была взята из мира главных актрис для того, чтобы добавить для них больше привычного в мир книги. [Было решено сделать полноценным жителем мира]».

Где же я ее видела?! Где?..

– Пожалуйста, напишите рекомендательное письмо мистеру Джеку Фогу! Он работает финансистом, в том приюте, который я попросила финансировать сэра Годвина. Он очень ответственный и квалифицированный работник!

Крикнула я из последних сил, растворяясь в воздухе.

– Напишу… Прощай, Мира.

Прощай?..

– Бабушка!

Закричала я, протягивая к ней руку, но было уже слишком поздно. Перед тем как меня поглотила темнота, я увидела ее нежную улыбку.

Прямо как в детстве…

– Люблю тебя…

***

(Мира)

И вот, как и говорил Аланд, мы снова вернулись в свой мир. Как оказалось, в нашем мире прошло всего лишь полторы недели.

Вот только теперь здесь все было по-другому, но не в плохом смысле.

Теперь здесь было спокойнее и свободнее.

Я изменилась, и жить стало на удивление проще.

Бабушка… Я вспомнила о ней. Как тепло и весело мне было, когда я жила вместе с ней. А потом… она… потом я стала жить одна. Только та женщина иногда приходила ненадолго ночью.

Тот мир позволил мне побыть с бабушкой еще немного и как следует попрощаться, а теперь пришло время идти вперед, вперед вместе со всеми людьми, которым я стала дорога и которые так сильно дороги мне.

Все, кто был в том мире, вспомнили обо всём, что там происходило. Это радовало.

Ната вместе со своей матерью стали чаще к нам приходить.

Поначалу папа часто сорился с Екатериной, но постепенно они мирились все чаще. И все равно глупых ссор было еще очень много.

Я попросила Дрейка, то есть Макса, ездить со мной по приютам нашего города, надеясь найти в одном из них Неапатию. И все-таки нашла.

Заметив меня, она тут же подбежала ко мне и крепко обняла, я расслабленно рассмеялась.

– Все-таки нашла тебя!

Папу не пришлось долго уговаривать удочерить ее, он помнил, что Неапатия тоже была в той книге.

Так у меня появилась еще одна сестренка.

– Я – Саша, а не Неапатия!

Вредничала она, когда я по привычке называла ее прежним именем.

– А мне кажется, то имя тебе больше идет.

Смеялась я, дразня ее.

В общем людей в семье, как по мне, было уже достаточно, но недавно папа спросил у меня хочу ли я еще одну сестренку или братика. Как же сильно хотелось воскликнуть: «Нет!», но, увы, пришлось ответить положительно, чтобы не огорчить его. Как я и подозревала, Ната мне потом рассказала, что Екатерина спрашивала ее о том же самом. Не уверена, что папа и Екатерина долго продержатся вместе, но посмотрим, время покажет.

Что до школы… У меня больше не было желания фальшиво улыбаться. Одноклассники, заметив мое «странное» поведение, решили, что в моей жизни произошло что-то очень трагичное. Жалели, пытались убедить рассказать.

Но на самом деле мне было теперь… так хорошо и спокойно. Теперь не было этого вечного напряжения из-за страха быть разоблаченной.

Я поняла, что вряд ли уже стану прежней, и попросила папу перевести меня в следующем классе в другую школу.

А пока что приходилось ходить под этими сочувствующими взглядами.

Мой изменившийся стиль в одежде еще сильнее их убедил, что у меня депрессия. Ведь некогда исключительно милая, светлая одежда, сменилась закрытой и темной. Им было трудно понять, что так я чувствовала себя комфортнее. Их убеждения даже не изменялись, когда я чередовала темную и светлую одежду по настроению. Для них я теперь ВСЕГДА ходила в черной, траурной одежде, даже если в тот момент я была одета в нежно-розовое платье.

Макс пересел на соседний ряд, на противоположную парту от той за которой сидела я с Натой. Так что теперь мы иногда могли держаться за руки, когда было скучно.

В общем-то в один из обычных дней, в тот момент, когда мы держались за руки, ко мне подошла удивленная одноклассница.

– Вы встречаетесь?

Встречаемся? Я даже как-то и не задавалась этим вопросом.

Я неуверенно посмотрела на спящего Макса.

– Макс, а мы… встречаемся?

– Да.

Даже не открывая глаз, ответил он. Его ответ меня очень обрадовал. Так мы встречаемся. Как же это классно.

– А какое число будем считать началом наших отношений?

– Любое. Если хочешь можно даже тот день, когда мы познакомились.

– О! Значит у нас через несколько месяцев будет первая годовщина. Вот здорово.

Всего через несколько месяцев будет первый год…

– Но вы же ещё недавно точно не встречались.

Недоверчиво посмотрела на нас одноклассница и ушла.

Да какая разница? Если захотим, то вообще будем считать, что встречаемся не год, шестнадцать лет.

Ната встала из-за парты и куда-то рассеянно пошла.

В последнее время у нее часто на лице было такое выражение.

Ха. Разве что, когда я ее гоняла на тренировках, она избавлялась ненадолго от этой хандры.

Я неуверенно посмотрела на нее, но идти за ней не решалась.

Вместо этого я просто вырвала из тетради пол листа и написала ей: «Ты лучшая! Вперед, ботаник, покори этот мир» и вложила ей в учебник.

Увы, я не мастер психологии и не знаю, как правильно поговорить. Зато придумала такие записки. Нату они иногда заставляли просто улыбнуться, а иногда смешили, хотя бы ненадолго отвлекая.

***

(Ната)

Я задумчиво бродила по коридору. Здесь было очень шумно и людно, но это хотя бы как-то помогало отвлечься от беспокойства.

Жив ли Аланд? В порядке ли он сейчас? Насколько сильно его наказали? Так хотелось это узнать, но с тех пор как мы оказались здесь, мне больше никто не отвечал. Это была реальность, а не книга.

Поначалу я собиралась остаться там. В том мире было намного интереснее, чем в реальности, но… какой в этом всём был смысл, если там не было Аланда?

Я только-только сблизилась с Мирой и снова оставаться одной мне не хотелось, пусть даже в том невероятном книжном мире.

Я снова была в реальности, где кроме семьи, больше никому не было до меня дела, где я была просто ученицей с хорошими оценками, но без цели в жизни. В обычном сером мире.

Еще и это вечное волнение за Аланда…

Только семья, и особенно шуточки Миры, выводили меня из состояния вечного переживания и разочарованности в своей жизни.

Мира теперь была совершенно другой и горела целью помогать детям.

Я теперь еще сильнее завидовала ей и тоже начала мечтать о том, чтобы найти свое место в жизни. Вот только за что бы ни бралась, ничто не увлекало меня настолько сильно, чтобы я захотела посвятить этому свою жизнь.

Я ведь училась практически на одни пятерки, как и хотела мама, но какая была от этого польза? Оценки на бумажке никак не помогали мне найти себя…

– Девочка, можешь мне помочь?!

С нотками паники в голосе обратилась ко мне смутно-знакомая женщина лет тридцати, пытающаяся удержать высокую стопку книг, готовую вот-вот упасть на пол.

– Конечно.

Кивнула я, стараясь как можно быстрее забирать у нее часть книг.

– Если ты не занята, пожалуйста, можешь помочь отнести их в наш музей?

С некоторым отчаянием попросили меня

Ааа… Я вспомнила ее. Это была Оксана Федоровна, руководитель нашего школьного музея.

– У меня есть время.

Согласилась я. Всё равно мне нечего было делать.

В школьном музее я была несколько раз в первом и втором классе, когда учителя водили нас туда после уроков. Тогда то место показалось мне очень скучным, я хотела побыстрее пойти домой, чтобы делать уроки, как этого требовала от меня мама. Боялась, что не успею доделать домашние задания и получу плохие оценки.

– Набрала вот из архивов фотоальбомов, а силы свои не рассчитала.

Внезапно рассмеялась Оксана Федоровна, выводя меня из не самых лучших воспоминаний.

– А зачем они вам?

– Буду со своими ребятами исследовательские проекты делать о малоизвестных памятниках нашего города.

– Но зачем?

– Это может казаться бессмысленным, но на самом деле даже небольшой момент из истории, может изменить взгляд человека на мир. Ну, по крайней мере, я так считаю… Я обожаю историю, она действительно невероятная, потрясающая! Если бы люди знали какое же множество интереснейших и поучительнейших историй может скрывать один обычный кусочек бумаги. Пусть история это прошлое, но она способна научить очень многому.

История?

История никогда не казалась мне чем-то интересным. Возможно, так было потому что на уроках мы только конспектировали учебники, но… то, как восторженно, с каким огнем в глазах, Оксана Федоровна рассказывала мне о важности истории, так сильно завораживало.

– А можно… можно я тоже к вам присоединюсь? То есть, попробую.

– Конечно!

Широко улыбнулась мне женщина.

– Чем больше людей, тем лучше.

В этот момент мы дошли до нужного кабинета. С трудом открыв заедающую дверь, я неуверенно зашла внутрь. Вокруг длинного стола сидело около шести ребят что-то увлечено ищущих в альбомах, старых газетах и книгах. Все они были совершенно разного возраста от 12-ти до 17-ти лет.

Странно… В этот раз музей не казался мне скучным. Все эти фотографии, экспонаты, плакаты, казались почему-то… Казалось, что всё это было похоже на какие-то приключения из книг, вроде поиска сокровищ.

Я внимательнее посмотрела на ребят и вдруг… заметила парня, сидящего боком ко мне, ближе всех к выходу.

– Аланд…

Рассеянно тихо прошептала я, но тот резко вздрогнул и обернулся ко мне. Спешно встав, он осторожно забрал у меня книги и поставил на стол, после чего широко улыбаясь, протянул мне ладонь.

– Теперь меня зовут Андрей.

Это он! Он здесь!

Радостно улыбаясь, я тут же пожала ему руку.

– А меня зовут – Ната.

***

Мимесис сидела в небольшом кафе вместе с Орхидэюсом, Ирисэюсом и Герцогом Эпосом.

Все снова были в своих прежних обличьях, но выглядели очень уставшими.

– Осталось только тысячу лет отрабатывать наказания.

Удрученно выдохнул Орхидэюс и тут же получил щелбан от подошедшей к ним Розы, вернее от наследной принцессы королевства Фасими, Бард Аллегро VII.

Теперь она выглядела иначе. У нее была сиреневая кожа и длинные кудрявые голубые волосы. Вместо одежды служанки, теперь она носила широкие коричневые брюки и свободную нежно-желтую рубашку.

– Это вы еще легко отделались, дурачки.

Хихикнула Аллегро, садясь к ним за стол.

– Эпос, не нужно стеснятся просить подругу о помощи. Если бы я не заметила ваших махинаций, как бы вы завершили книгу без барда и завершили создание мира? Су-мас-шед-ши-е. Такого вам бы в Суде точно не простили.

– Я не понимаю Маркиза Мадригала. Отказаться от силы и бессмертия.

Задумчиво пробормотал Ирисэюс.

– Это его дело.

Слабо улыбнулся Эпос.

– А я даже завидую ему. Он смог уйти от Их наблюдения. Я так тащусь по этим мирам. Ха. Может я тоже однажды отрекусь от сил и перееду на одну из Земель!

Мечтательно вздохнула Аллегро, уже представляя себе, какой веселой можно было бы сделать ее сцену отречения, в каком ошеломлении все были бы.

Впрочем, даже от просто брошенных ею слов, собеседники растерянно и непонимающе на нее посмотрели.

– Так значит теперь мир Маркиза Мадригала будет жить?

Спросил Орхидэюс, неуверенно пытаясь сменить тему.

На его вопрос тоже решила ответить Аллегро.

– Я бы не сказала, что слишком долго. Он был сделан слишком криво и небрежно, неумело. Через десятки тысяч лет, там точно всем будет «крышка». Ну… А может и нет.

Хихикнула девушка.

– Я внесла несколько поправок. Небольшие подарки тому миру на прощание.

– Что за «поправки»?

Заинтересованно спросил Эпос, но вместо ответа Аллегро начала смеяться, будто рассматривая что-то невидимое.

– Прописала им немного эволюции. Я думаю им будет ооочень весело. Мне даже захотелось поучаствовать в этом!

– Соболезную им.

Пробормотала Мимесис, прекрасно зная о специфическом юморе Аллегро. Оставалось только надеяться, что ее шуточки не будут переходить границы.

– Ну, а нам пора начинать новую историю.

Встал с места Эпос, сжимая в руках бокал. Его примеру тут же последовали и остальные.

– За конец одной истории и начало новой!

Широко улыбаясь объявил Сказитель, и за ним тут же радостно повторила Аллегро, затем Мимесис и за ней Ирисэюс и Орхидэюс, после чего послышался звон бокалов, наполненных самой чистой водой, которую подавали в этом кафе.

Конец.