Текст книги "Легенды Альферии. Книга 1 (СИ)"

Автор книги: Пухнявая Панда

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 19 страниц)

Приняв предложение, король обратился к своим воинам, готовым остаться в замке, с призывом к мужеству и жертвенности. Он заверил их, что их отвага и стойкость станут спасением для тысяч жителей столицы. Солдаты, оставленные для обороны, встретили его слова с твёрдой решимостью, зная, что их жертва даст шанс их семьям и соратникам спастись.

Таким образом, часть армии занялась укреплением замка и подготовкой к его обороне. Они понимали, что их главная задача – выстоять как можно дольше и задержать врага, давая остальным время. С оставшейся частью войска Алексарион отправился в столицу.

Спустя время Дэниел, стоя на вершине башни и наблюдая за надвигающейся тьмой, не мог поверить своим глазам. Орда монстров, вместо того чтобы обрушить свою мощь на замок, начала обходить его, прокладывая себе путь вокруг стен. Тёмные фигуры, движущиеся как единый поток, текли мимо него, не обращая внимания на подготовленные укрепления и воинов, ждущих неминуемого сражения. Он чувствовал, что это было не простым случайным манёвром – казалось, что ордой управляла какая-то высшая воля, сосредоточенная исключительно на достижении своей главной цели.

Защитники замка изначально не могли понять, почему монстры тьмы обходили их укрепления. Однако, решив воспользоваться моментом, они начали обстреливать проходящих мимо существ. Лучники и маги на стенах метко поражали цели, и казалось, что хотя бы часть армии врага будет уничтожена. Их атака привела к результату: словно пробуждённая этой провокацией, часть орды тьмы резко развернулась и направила свою ярость на замок. Тихий поток монстров внезапно превратился в бурное течение, безудержно обрушивающееся на защитников.

Защитники мужественно отбивались, их стрелы и магия поражали врагов одного за другим, и земля вокруг замка начала покрываться трупами. Но вскоре они заметили нечто странное и зловещее: тела поверженных монстров не просто оставались лежать, а постепенно начали скапливаться у основания стен. Орда, казалось, намеренно направляла свои силы на создание чего-то вроде насыпи из мёртвых тел, постепенно выстраивая из них своего рода мост к вершинам стен.

Солдаты отчаянно искали способы разрушить накапливающиеся трупы, пока те не достигли верха. Они применяли магический огонь, который охватывал тела, стараясь уничтожить накопившиеся останки, и призывали лучников целиться в передовые ряды монстров, прежде чем те успеют подойти к стенам. Но вскоре стало ясно, что монстры сменили тактику: вместо того чтобы пассивно становиться "лестницей," они начали карабкаться друг на друга, создавая "живую башню."

Она была построена из тел монстров, лезущих поверх своих павших товарищей. Нижние ряды отчаянно пытались удержаться под давлением, но многие из них раздавливались под весом тех, кто лез наверх. Видя, как орда быстро приближается к верхушкам стен, Дэниел понял, что отступление лучников и магов стало неизбежным.

Мечники и копейщики выстроились вдоль стен, их доспехи и щиты блестели в тусклом свете факелов, отражая решимость и стойкость. Эти воины понимали, что их задача – удержать врага на стенах и не позволить ему прорваться вглубь замка. Дэниел, лично возглавив тяжёлую пехоту, приготовился к самому жестокому сражению, зная, что теперь им предстоит схватка на узком пространстве, где каждое движение и каждый удар будут решающими.

Вскоре бой на стенах замка достиг своего пика. Воины сражались с яростью и отвагой, защищая каждый участок. Мечи, копья и топоры вздымались и опускались, отражая напор монстров, которые, пользуясь численным превосходством, пытались прорваться через оборону. Каждый удар был отчаянной попыткой сдержать врага, и защитники знали, что от их стойкости зависит выживание всего замка. Однако орда монстров, не зная ни усталости, ни страха, продолжала натиск, и даже самые опытные солдаты начинали ощущать тяжесть беспрерывной борьбы.

Лучники и маги, хоть и были готовы поддерживать своих соратников, оказались в сложном положении. Им было почти невозможно открыть огонь по монстрам, вступившим в ближний бой на стенах, не подвергая опасности своих же воинов. Они сосредоточились на подавлении новых волн врагов, прорывающихся к стенам, но нескончаемый поток чудовищ делал эту задачу всё более сложной. Монстры продолжали попытки карабкаться по стенам, их тела заполоняли пространство, а бойцы на стенах были вынуждены отбиваться, оставаясь настороже и ожидая новых атак.

Понимая, что стены замка под таким натиском долго не продержатся, Дэниел принял трудное, но необходимое решение об отступлении вглубь замка. Он скомандовал своим воинам отойти от стен и перейти к следующей линии обороны внутри укреплений. Сдерживая врага, насколько возможно, они забаррикадировали ворота и коридоры, используя всё, что попадалось под руку: деревянные балки, крупные камни, мебель – всё, что могло создать преграды на пути монстров. Эти баррикады должны были замедлить врага, обеспечив защитникам время для перегруппировки и организации обороны внутри узких коридоров замка.

Когда монстры завершили своё кровопролитное наступление на стене и уничтожили оставшихся защитников, они беспощадно обрушили ярость на врата замка. Как только они пали, враги хлынули внутрь, словно бурный чёрный поток, но встретили упорное сопротивление. Битва превратилась в отчаянную схватку за каждый метр пространства. Защитники, оставшиеся в замке, использовали каждый узкий коридор, каждый поворот и лестницу как своеобразные ловушки для врагов, стремясь нанести максимальный урон, прежде чем сами окажутся в лапах монстров.

Вскоре враги ворвались в главный зал, где оставшиеся солдаты собрались, чтобы дать свой последний бой. Он, когда-то величественный и наполненный светом, теперь погрузился во мрак, окружённый разъярёнными монстрами. Воины понимали, что шансов на выживание у них нет, но решимость оставалась непреклонной. Они приготовились встретить смерть с честью, зная, что их жертва станет ещё одной преградой для орды, стремящейся к столице. Дэниел, стоя в центре зала, поднял меч и с криком призыва бросился вперёд, погружаясь в свой последний бой.

Тем временем король, ведомый тревогой и неумолимым чувством долга, продолжал путь к столице вместе с остатками армии. Вдали от замка он чувствовал вес жертвы своих людей, но вынужден был идти вперёд. Когда он осознал, что силы тьмы неумолимо приближаются, ему стало ясно, что их прибытие в столицу произойдёт слишком скоро, и времени на полноценную эвакуацию не останется. Тысячи жителей оставались в городе, веря, что армия сможет их защитить, но Алексарион понимал – без подготовки и укреплений столица будет уязвимой перед неостановимой тьмой.

Правитель, осознавая свой долг перед народом и масштабы надвигающейся угрозы, распорядился ускорить передвижение армии к столице. Он приказал своим командирам сосредоточиться на эвакуации жителей, чтобы как можно больше людей успели покинуть город и избежать ужасной участи при столкновении с тьмой. Подчиняясь его приказу, войска устремились вперёд, не останавливаясь, чтобы завершить миссию по спасению народа.

Алексарион, оставаясь позади, направился к храму – месту, окружённому легендами и почитаемому как священный центр силы и света. Он хранил тайные знания древних, одно из которых могло пробудить в его сердце силу Аватара Света. Этот ритуал считался последним, отчаянным шагом и требовал высочайшей цены – необратимого преображения, которое изменило бы его сущность навсегда, обратив его в существо света. Король, готовый на любые жертвы ради защиты своего королевства, решительно шагнул вперёд, к таинственным силам, способным стать последней надеждой.

В тишине, окружённый священными реликвиями и древними символами, Алексарион начал обряд. Сложный и требующий сокровенных знаний, ритуал требовал огромной концентрации и магических умений. Он произносил древние слова, его движения были медленными и точными. Постепенно храм начал наполняться светом, мерцающим и усиливающимся с каждым мгновением. Яркие всполохи сияния окутывали всё вокруг, и он чувствовал, как его сущность начинает изменяться, превращаясь во что-то иное – более мощное, более чистое.

Когда ритуал завершился, Алексарион стал воплощением Аватара Света. Его тело сияло ослепительным светом, источающим силу и величие. Его глаза отражали чистую энергию, а в руках он чувствовал мощь, способную сокрушить саму тьму. Король знал, что теперь готов к предстоящей битве, обладая силой, равной самым древним и могучим созданиям. Ведомый не только новой, невероятной мощью, но и решимостью, он отправился навстречу силам тьмы, осознавая, что эта битва будет не просто схваткой за жизнь и смерть, но за саму судьбу королевства.

Королева, стоя на балконе дворца, с трепетом и надеждой наблюдала за тем, как свет, подобно рассвету, начал прогонять тьму. Ослепительные лучи разрывали облака и насыщали воздух чистой энергией, вселяя в жителей столицы уверенность и веру в победу. Люди, видя этот свет, выходили из своих укрытий, взирая на происходящее с восхищением, и в каждом сердце вновь зажигалась надежда.

Тем временем Алексарион, преобразившись в Аватара Света, шаг за шагом продвигался сквозь тёмные ряды врагов. Его сияющая аура, ярче самого солнца, сжигала монстров при одном его прикосновении. Каждый враг, осмелившийся приблизиться, мгновенно обращался в пепел, не выдерживая его силы. С каждым своим шагом он, словно воплощение справедливости, расширял границы света, очищая путь от чудовищ и разгоняя тьму.

Но тьма, в ответ на его могущество, начала призывать всё более мощных существ. Из её глубин возникали зловещие монстры, каждый из которых был сильнее и свирепее предыдущего. Они бросались на Аватара Света, пытаясь остановить его неумолимое продвижение, но ни одно из этих созданий не могло противостоять его силе. Свет короля словно питался тьмой, уничтожая её и становясь ещё более ослепительным.

Однако тьма, отступая, скрывала новые угрозы. Из её глубин выступили три гиганта, гораздо могущественнее того, которого он победил. Они, были поистине грандиозными и устрашающими. Каждый их шаг напоминал землетрясение, а невероятная мощь и тёмные ауры превращали в чрезвычайно опасных противников. Эти создания были не просто сильными – они были зловещими стражами тьмы, и каждый из них олицетворял неимоверную угрозу.

Понимая, что обычной силы света будет недостаточно для победы над ними, он вознёс руки к небу и обратился к высшим силам. Небеса ответили на его призыв: в ответ на зов Аватара сошёл огромный столб света, наполняя короля чистой энергией, превосходящей всё, что он ощущал ранее. Алексарион сосредоточил эту силу, и в его руках начали формироваться три священные стрелы из ослепительного пламени. Каждая из них была наполнена могуществом чистого света и предназначалась для уничтожения противников, представлявших наибольшую угрозу.

Когда стрелы попали в цель, они начали действовать, подобно внутреннему огню, уничтожающему чудовищ изнутри. Внедрившись глубоко в их сущность, свет медленно расползался по огромным телам гигантов, заполняя каждую клетку ослепительной энергией. Они начали ослабевать, а шаги становились всё менее уверенными.

Наконец, свет достиг своего предела, и каждый гигант взорвался в яркой вспышке. Эти взрывы, были настолько мощными, что уничтожили всех находящихся поблизости монстров тьмы, оставляя после себя лишь пепел. Поле битвы опустело, и вокруг Алексариона воцарилась временная тишина, нарушаемая лишь слабыми отголосками отступающих криков оставшихся монстров.

Однако король заметил, что на месте каждого из павших гигантов остались сгустки тёмной энергии – последние следы их сущности. Эти осколки мрака пытались ускользнуть обратно в свои глубины, чтобы возродиться или укрыться. Алексарион, полный решимости искоренить любую угрозу, направил свою мощь на один из сгустков. Как только свет коснулся его, раздался глухой, болезненный стон – словно сама тьма отреагировала на утрату своей части, ощущая боль и слабость.

Герой, осознав, что уничтожение этих остатков наносит тьме огромный урон, направил свет на все оставшиеся сгустки. С каждой уничтоженной частью раздавались приглушённые стоны, будто сама сущность тьмы агонизировала, страдая от утраты. В конце концов, весь мрак вокруг начал колебаться и содрогаться, как будто его пронзила глубокая боль или даже страх перед окончательным исчезновением.

Эта реакция показала, что тьма, столь грозная и беспощадная, впервые ощутила настоящую угрозу. Алексарион, стоял перед врагом, познавшим страх. Теперь он был готов противостоять самой сути врага, зная, что его мощь способна по-настоящему ранить и ослабить его, что его свет может превратить даже самый тёмный мрак в пепел и дать королевству шанс на спасение.

После уничтожения сгустков тьмы он почувствовал холодящий душу взгляд, исходящий из самой глубины мрака. Этот взгляд проникал в него, внушая чувство тревоги и напоминая о безграничной силе врага, которая, казалось, смотрела на него из недр самой вселенной. Свет, который раньше простирался на значительные расстояния, теперь едва касался пространства вокруг, словно отступая перед этой новой, всепоглощающей угрозой.

Понимая, что столкнулся с чем-то невообразимо могущественным, Алексарион собрал всю свою волю и оставшуюся мощь света, стремясь создать защиту, способную выдержать этот натиск. С каждым моментом он призывал к себе ещё больше света. Вокруг него начал формироваться сияющий ореол, вспыхивающий всё ярче, словно укрепляя его волю и защиту. Король, окружённый этим барьером, стал подобен живому маяку, устремлённому против тьмы.

И вот из глубин мрака на поле битвы явилось существо, превосходящее всё, с чем он сталкивался ранее. Это было воплощение самой тьмы, колоссальный титан из мрака, чей вид вызывал трепет и страх. Даже в обличье Аватара Света он мог видеть лишь его нижнюю часть – настолько огромен был этот гигант. Существо, излучало мощную ауру тьмы, которая подавляла и поглощала свет вокруг, надавливая на самого воина света.

Герой почувствовал, как его аура начинает колебаться, сталкиваясь с чудовищной силой тьмы. Мрак, окружавший колосса, словно пытался поглотить его свет, подавить его присутствие и волю. В этот момент он понял, что предстоящая битва будет схваткой не только силы, но и духа. Король ощутил, как его свет дрожит под давлением, но, собрав всю свою решимость, направил её в укрепление своей ауры, не позволяя тьме взять верх.

Алексарион, стоя перед воплощением самой тьмы, осознал, что столкнулся с врагом, которого не победить обычной силой или отвагой. Это было нечто гораздо большее – сущность, древняя и всепоглощающая, против которой даже его свет казался малым огоньком в бескрайнем мраке. Но, собрав всю свою решимость и сосредоточившись на своём долге, он направил оставшуюся энергию света в создание мощного меча. Этот меч, пылающий ярче всего, что он когда-либо видел, стал не просто оружием, а физическим воплощением его намерения защитить свой народ и королевство, положив конец этому противостоянию одним решающим ударом.

Понимая, что наступает решающий момент, король ощутил, как существо тьмы также собирается для финальной атаки. Тьма, зловещая и плотная, начала вращаться вокруг гиганта, концентрируясь в одном месте, словно готовясь обрушиться на него мощью, способной разорвать саму ткань света. Оба воина, каждый – воплощение противоположных сил, готовились к финальному столкновению, в котором должен был остаться только один.

Находясь на балконе дворца, королева с замиранием сердца наблюдала за битвой между светом и тьмой, в которой её супруг, стал последним защитником королевства. Она видела, как его ореол света, символ невероятной мощи и решимости, противостоял нарастающим силам тьмы, отражая их атаки одну за другой. Однако в определённый момент, к ужасу королевы, свет начал угасать. С каждой секундой его блеск становился всё слабее, и сердце королевы наполнилось страхом и беспокойством. Она чувствовала, как надежда уменьшается с каждым мгновением затухающего света.

Вскоре ослепительная вспышка света пронизала небеса, словно отчаянный крик и последнее прощание с королевством и его народом. Королева, наблюдая за этим, ощутила пустоту, оставшуюся после света, который погас, оставив только тьму. Её сердце словно сжалось, когда она осознала, что её муж, её король, совершил величайшую жертву. Он отдал всё, что у него было, в этой последней битве ради спасения других.

Охваченная болью и скорбью, она опустилась на колени, ощущая тяжесть утраты. Внутри неё была зияющая пустота, но чувство долга перед народом начинало заполнять её сознание. Лина знала, что от неё теперь зависит будущее её королевства и что ей нужно подняться, несмотря на свою боль. В этот момент в комнату вошли фрейлины, напоминая ей о необходимости покинуть дворец, чтобы продолжить эвакуацию столицы, которой теперь угрожала тьма.

Королева, хоть и была погружена в скорбь, знала, что её долг – спасти народ и вдохновить его в мрачные времена. Она поднялась, понимая, что теперь должна быть сильной, как бы ни было тяжело. Её королевство осталось без своего защитника, но, возможно, именно её лидерство могло стать новой надеждой, новым светом для страны, погружающейся во тьму.

Когда её уводили с балкона, она последний раз обернулась и взглянула на горизонт, где тьма словно поглощала всё, как неумолимый прилив, забирающий их землю. Этот пейзаж стал символом новой реальности, мира, в котором ей и её народу предстоит выжить. Несмотря на боль, её взгляд был полон решимости. Королева знала, что, хотя свет Алексариона погас, его жертва не должна быть напрасной. Теперь на ней лежала ответственность вести свой народ через эти тёмные времена, возродить веру в лучшее и, возможно, однажды вернуть свет их королевству.