Текст книги "Некромант на Великой Войне (СИ)"
Автор книги: Nezloi
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)
«А этот напиток определённо не плох, жаль что у нас его не было».
В этот момент оба моих «мертвяка» синхронно повернули головы в одну сторону. Что это значит, понять было не трудно, каждый немертвый, мог почувствовать присутствие живого на расстоянии, обычно такая чувствительность зависела от класса умертвия. Воспользовавшись «Поиском жизни» убедился, что ко мне подкрадывается не оголодавшая собака, а три сигнатуры, соответствующие трём взрослым людям.
«Похоже запах еды и кофе почуяли. Это я пожалуй лопухнулся».
Не доходя сотни метров один «подкрадун» отделился от товарищей и пошёл в обход, заходя с другой стороны.
«Что-то меня гложут сомнения, что это немцы, похоже такие же бедолаги окруженцы, как и я».
Бросив беглый взгляд на своих немертвых, убедился, что внешне они не отличимы от людей, разве что не естественная бледность и блеклые глаза могли их выдать. Пулевые отверстия я прикрыл, заставив поверх простреленных и окровавленных гимнастёрок носить плащ-палатки.
«Сойдёт, если что скажу, что оба после контузии и поэтому говорить не могут».
Пришлось прождать еще десять минут, пока троица набралась смелости и выбралась на поляну. Причём вышли, только двое, третий остался в кустах прикрывать товарищей.
Оба появившихся были в гражданском, причём с первого взгляда было ясно, что одежда на них с чужого плеча.
«Похоже, дезертиры и мародёры».
Высокий, что первым вышел на мою полянку держал в руках винтовку Мосина, сходу направив ствол в живот Связиста.
Второй поигрывал револьвером, глумливо ухмыляясь демонстрируя золотой зуб. Только сейчас я заметил, что кисти и пальцы золотозубого были изукрашены невнятными татуировками.
– В рот конягу шмендеферить!
Сбив на затылок кепку-восьмиклинку, радостно завопил фиксатый, увидев мои вещмешки уложенные горкой и стоящий рядом пулемёт. Слегка повернул голову к своему подельнику, уже более спокойно продолжил.
– Это мы удачно зашли на огонёк. Упор, ты только глянь, какой богатый нынче фраер пошёл.
На вопли фиксатого из кустов вылез третий, был он болезненно худ и долговяз из оружия имел обрез изготовленный из трёхлинейки.
– Фраерок, ты волыну-то брось!
Навёл фиксатый револьвер на Связиста, у которого на плече висел немецкий пистолет-пулемёт.
«Ладно хватит и так уже понятно, кто это такие».
– Эй!
На мой тихий голос среагировал, только долговязый, так как находился ко мне ближе всех. На мгновение наши глаза встретились, после чего бандит замер без движения, словно жертва заклинания «Морозный выдох».
"Похоже здесь не знают, что если ты обычный человек, то ни в коем случае нельзя смотреть в глаза магу. Если это обычный маг, то в случае удачи отделаешься головной болью и возможно потерей пары грязных секретиков, а если тебе не посчастливилось встретиться с менталлистом, то в лучшем случае твои мозги вывернут наизнанку, а в худшем сделают рабом.
Мои навыки в ментальной магии, были на уровне ученика, но даже этого с лихвой хватило, для того, что бы на несколько секунд «сковать» долговязого.
Пока тощий бандит, замерев словно кролик перед удавом, пялился в мои глаза, вокруг происходили интересные события.
Сержант, резко сорвавшись с места рванул к Упору, с отставанием в одно мгновение Связист метнулся к фиксатому. Загрохатали выстрелы и оба немертвых получили по пуле в живот, что естественно их даже не замедлило. Ещё через пол мгновения оба бандита были сбиты на землю, стальные пальцы мертвецов, хрустом стиснули шеи незваных гостей, короткий миг борьбы и позвоночники бандитов с треском сухих веток, оказались сломаны. Сержант покончив со своей жертвой вскочил с тела и со скоростью гончей бросился к долговязому, что всё это время, не замечая ничего вокруг смотрел в мои глаза.
«Ай-яй-яй, какой-ты не внимательный».
Мелькнула глумливая мысль, прежде чем бандита постигла участь его товарищей.
«А не пополнить ли мне свой отряд тремя бойцами».
Как оказалось свои силы я переоценил и за весь день, смог поднять, только двоих, зато оба были не хуже Связиста или Сержанта. Не заморачиваясь с именами назвал пополнение Бандитами.
– Боги! До чего же я докатился, радуюсь ученическим поделкам!
Пробормотал я бессильно растёкшись на куче веток и травы.
Уже вечером, когда я немного пришёл в себя после экстремальных трат маны, вспомнил про золотой зуб Бандита один. Короткий мысленный приказ и его бывший коллега по опасному бизнесу, ножом выковырял его из рта товарища.
«Золото это хорошо, пригодится когда буду проводить модификацию умертвий».
Вообще-то в классической некромантии, практически не используются сторонние материалы, за редким исключением, но совсем другое дело в ритуальной. Конечно даже в этом направлении искусства мертвых можно обойтись без сторонних включений, но тогда требования к объёму энергии, при подъёме серьезных немертвых возрастает кратно.
«Если все магистрали протянуть золотыми нитями можно сделать скоростной тип немертвого или можно кратно усилить плотность кожных покровов. Эх, достать бы пару драгоценных камешков, можно было бы замахнутся и на невидимку».
Помечтав перед сном о том, что бы я мог сделать имей время и необходимые ресурсы, заснул почти счастливым.
Проснулся от того, что солнечный зайчик, проскользнув через листву «сел» мне прямо на веки. Прикрыв рукой глаза душераздирающе зевнул, и мысленно приказал своим мёртвым слугам готовить завтрак. К счастью столь несложный навык, остался у обоих умертвий. Пока Сержант, разогревал мне тушёнку, Бандиты срезав две жердины, делали носилки. Путешествовать на волокуше мне уже порядком надоело. После плотного завтрака поднял Бандита номер три, зомби из него получился чуточку по хуже, чем из его товарищей, но в этом было виновато трупное окоченение и мое не желание заниматься длительной подготовкой «мяса». С пятью слугами дело пошло веселее, двое Бандитов несли меня на носилках, Сержант с пулемётом, шёл впереди, а Бандит три изображал арьергадное прикрытие. Связист на всякий случай шагал рядом.
До обеда успели отмахать не меньше тридцати километров и это по пересечённой местности покрытой густым лесом. За это время пересекли парочку лесных дорог и одно разбитое бомбежкой шоссе.
Приключения меня нашли как раз когда я, после сытного обеда, лежал на куче травы, заботливо накрытый плащ-палаткой и бездумно жевал травинку, неожидано мою послеобеденную негу, прервала заполошная стрельба в полукилометре от моего лагеря. Причём судя по лаю пулемёта и треску десятков винтовок бой шёл серьёзный.
«Да что б вас»!
Раздраженно выплюнул травинку и отправил Связиста с Бандитом два на разведку. Причём даже не стал подключатся к Связисту, его прижизненных навыков, что достались ему после смерти было достаточно, что бы незаметно передвигаться по лесу, не привлекая внимания.
Тем временем бой стал откатываться в мою сторону, что мне очень не понравилось.
«Нужно быть готовым очень быстро свалить».
Тем временем Связист с Бандитом добрались до места и я мог лично, через глаза немертвых, полюбоваться развернувшимся боем.
Как я и предполагал разношёрстная группа окруженцев, нарвалась на немцев и теперь с боем отходила в лес.
«А всё потому, что идиоты! Вот какого Азатота, нужно было днём переться по дороге! На что они вообще рассчитывали»⁈
Тяжело вздохнув подключил к бою своих слуг, кстати ни Связной ни тем более Бандит, особыми боевыми навыками похвалиться не могли, зато живучесть их была на высоте. Вообще упокоить умертвие пулевым оружием крайне не просто, попадание в голову или тело практически ни как не вредили немертвому. Единственное, что его могло убить это если пуля перебьет ему позвоночник, причём так, что бы его раздробило. Тогда из за разорваных магистралей некроэнергия быстро истечёт наружу и такое умертвие прекратит существование. Именно поэтому мертвякам всегда отрубали голову или сначала ломали руки-ноги, а потом всё равно отрубали голову.
Вмешательство двух почти неубиваемых бойцов, задержало немцев дав время отойти бойцам красной армии. В итоге, когда мои «мертвяки» от многочисленных попаданий лишились возможности полноценно двигаться бойцы сумели оторваться. Конечно, мне пришлось дистанционно «отключать» изрешечённые тела, благо при подъёме, я учёл такую возможность.
На мою стоянку отходящие бойцы наткнулись через несколько минут, к этому времени я благоразумно отвёл двух Бандитов в сторону, незабыв, навешать на них часть своего имущества.
Разгорячённые боем бойцы, чуть не пристрелили моего Сержанта, но к счастью отсутствия оружия в руках и форма красноармейца, помогла быстро опознаться. Хотя немецкий пулемёт, стоящий у его ног, вызвал косые взгляды. Через десяток секунд, из леса выскочил капитан с артиллерийскими петлицами, одним взглядом оценив обстановку, приказал подобрать меня, остатки моего добра и прихватив зомби с пулемётом, продолжать движение.
На отдых остановились, только через пару километров, когда бойцы буквально валились с ног от усталости. Мой молчаливый солдат не выказал ни малейшего признака утомления, и это при том, что бежал с пулемётом и набитым патронами вещмешком.
«Как бы мне на этом не погореть».
Похоже выносливость и сила Сержанта, вызвала у капитана удивление, так как первым делом, едва бойцы устроились на отдых, скомандовал.
– Боец, ко мне!
Пришлось брать управление Сержанта на себя. Неуклюже изобразив строевой шаг, подошёл к капитану, отдал воинское приветствие, но вместо молодцеватого доклада, что-то промычал и вынул из нагрудного кармана книжку красноармейца.
– Контузия?
Так как выглядел умертвие неважно, ему одновременно поверили и не поверили, всё-таки человек с контузией вряд ли мог отмахать несколько километров с пулемётом на плече и при этом даже не вспотеть. Несмотря на документы подозрительности во взгляде капитана не убавилось, но большего от «контуженного» бойца он не добился.
«Хорошо, что догадался сменить Сержанту гимнастерку, а то несколько дырок в теле, было бы объяснить гораздо труднее, чем немоту, бледную физиономию и неутомимость».
Следующим на очереди был я, после предъявлении своих документов, ответил на несколько вопросов, причём почти не врал. Единственное, немного исказил правду, когда сказал, что Сержант с ещё двумя бойцами подобрали меня в лесу. Про героическую «гибель» моих товарищей капитан знал, так как всё происходило на его глазах. На этом вопросы у капитана закончились, времени допрашивать меня более вдумчиво не было, немцы по прежнему висели у нас на хвосте.
– Выдвигаемся!
Скомандовал капитан.
Солдаты с ворчанием поднимались, разбирая своё оружие, четверо бойцов подхватили мои носилки, и ругаясь сквозь зубы, побежали вслед за товарищами.
«Итого тридцать человек, каждый третий легко ранен, вооружены не плохо, но с боезапасом напряженка, как и с продуктами, моих запасов для такой орды, хватит на один день».
На закате немцы от нас отстали, прекратив преследование, артиллерист продемонстрировав наличие мозгов воспользовался этим и не позволив усталым бойцам устроить привал погнал солдат дальше, стараясь как можно меньше оставлять следов. Для чего он даже загнал всех в ручей, по течению которого мы шли почти пол часа.
«Так себе уловка и если немцы окажутся достаточно упорными, то надолго это их не задержит и не дай Азатот среди них окажутся опытные егеря. Тогда мы от них вообще не уйдем».
На отдых остановились, уже глубокой ночью, измученные марш-броском солдаты буквально падали где останавливались и мгновенно засыпали.
В итоге из бодрствующих остался, только я, Сержант и сам капитан. Немного поколебавшись, назначил моего зомби, часовым, приставив меня ему в помощь. Так же нести караул, нам помогали два Бандита, что, все это время шли за нами и теперь расположились в сотне метров от лагеря.
Уже под утро почувствовал как умер один из бойцов, пожилой мужчина, судя по его синюшним губам не выдержало сердце.
«Чего добру пропадать, пусть послужит родине и некроманту, и после смерти».
В шесть часов утра по трофейным часам, тем что без свастики, я с трудом поднялся с тощей кучки травы и опираясь на срезанный для меня Сержантом ствол молодой березки, доковылял до спящего капитана. Землистый цвет его лица и тяжелое дыхание со свистом, подсказали мне, что с ним не всё в порядке.
«Наверняка, тоже с сердцем проблемы».
Растолкав капитана упрыгал обратно на своё место.
Быстро приведя себя в порядок, капитан бросил мрачный взгляд на неподвижную фигуру Сержанта, с пулеметом на перевес и пошёл поднимать бойцов.
«Кажется подозрения капитана крепнут. Вот только в чём он его подозревает»?
К смерти своего товарища усталые солдаты отнеслись равнодушно, только капитан произнёс несколько слов над могилой умершего, да записал в свой блокнот, место где был похоронен покойный.
«Ну, это он зря, Усатый ещё послужит».
После быстрого завтрака, взятого из моих запасов, кстати капитану даже в голову не пришло, спросить у меня или Сержанта разрешение, что вызвало во мне глухое раздражение. А вот немецкие пайки его внимание привлекли, но сейчас не время было задавать острые вопросы, но судя по взглядам, кидаемым бойцами на Сержанта, вопросы появились у всех.
«Надеюсь они не настолько тупые, что бы принять нас за диверсантов⁈ Потому что представить себе настолько безмозглых диверсантов, просто невозможно».
Что примечательно, солдаты сами не замечая, подсознательно сторонились Сержанта, словно чувствовали его чуждость.
Как я и думал, на обеденном привале капитан, кстати звали его Степан Аркадьевич Ведерников, решил всё-таки задать свои неудобные вопросы.
Начал он с того, что приказал «Сержанту» сдать пулемёт, одному из бойцов, после чего с четырьмя солдатами по крепче, отвел его немного в сторону от лагеря. Пришлось мне напрямую подключаться к «Сержанту», что бы иметь возможность адекватно реагировать.
На этот раз капитан продумал способ общения, сунув умертвию в руки карандаш с блокнотом.
К счастью кое-какая информация о жизни «Сержанта» мне досталась, так что на вопросы имя-фамилия из какого полка и откуда немецкое оружие, и продукты, ответить смог. Писать пришлось печатными буквами, долго выводя каждую, так как вдруг оказалось, что навык чистописания у зомби на сохранился. Допросом капитан был удовлетворён, хотя подспудные сомнения у него все же остались, в основном они были вызваны запредельной силой и выносливостью «Сержанта».
Следующим был я, но так как особых подозрений, моя малоподвижная туша изначально не вызывала, то мой допрос прошёл быстро и без давления, я просто подтвердил ранее сказанное дополнив, рассказ парой «упущенных» подробностей, что косвенно подтверждали слова «Сержанта».
Следующие сутки, прошли в подавленном настроении, чему способствовали закончившиеся запасы продуктов и начавшийся дождь. Правда некоторые оптимисты радовались, что дождь смоет их следы. Кстати пулемёт Сержанту не вернули, как и вещмешок с боеприпасами, что немного меня расстроило, как и двух бойцов, что теперь тащили всё это, втихомолку проклиная капитана. Ночью не выдержав голодных разводов в своем тощем брюхе, отправил Сержанта к Бандитам за сух пайком. Несмотря на часовых, выставленных бдительным капитаном Ведерниковым, Сержант видящий в темноте, как кошка, легко покинул лагерь и также не потревожив ни кого вернулся принеся мне галеты и горячий чай во фляжке.
«Ну и толку от твоих часовых, если они все равно ничего в темноте не видят».
С иронией подумал, я нагло хрустя галетами под шум дождя. Под огромной сосной мне было сухо, а пара плащ-палаток обеспечивали теплом и относительным комфортом.
Никаких угрызений совести я не испытывал, окружающие люди мне были почти так же чужды, как и те что находились по другую сторону фронта.
Утром единственный из всего отряда проснулся довольным, рана заживала и практически не тревожила, а остатки сладкого чая, окончательно подняли моё настроение.
– Чё, скалишься⁈ Щегол!
Зло бросил помятый после сна боец, вторые сутки без еды, сделали всех злыми и раздражительными.
– Доброе утро.
Лучезарно улыбнулся я злобному мужику.
Тот сжал кулаки и решительно шагнул ко мне. Что он хотел сделать, я так и не узнал, так как на плечо бойца легла тяжёлая рука Сержанта. Солдат вскрикнул от боли и вывернувшись из хватки умертвия отступил, матерясь сквозь зубы.
В этот момент моя троица немертвых, что расположилась в кустах в сотне метров от лагеря подала мне сигнал, что несколько десятков живых двигаются в нашем направлении.
«Песец котёнку, больше срать не будет».
Глава 5
Пришлось в срочном порядке подтягивать мертвяков ближе к лагерю, что бы в случае чего у меня была возможность быстро эвакуироваться.
Но к счастью мои тревоги оказались напрасными, так как приближающаяся группа, оказалась своими. Как оказалось это были такие же как и мы окруженцы, только более многочисленны и организованы. Нас обнаружила из разведка, точнее будет сказать наши следы, по которым их разведчики нас и нашли.
Узнав, что отрядом командует целый полковник, капитан с едва скрываемым облегчение вздохнул, видимо навалившаяся ответственность, за жизни людей его серьёзно тяготила.
Через пару часов, я понял, что положение отряда полковника Герасимова нисколько не лучше, чем у капитана. У него также не было продуктов и был острый дефицит боеприпасов. Самое смешное, что «моему» пулемету он обрадовался даже больше, чем присоединению нашего отряда. Нашёлся в отряде и комисар, что немедленно взял подозрительного Сержанта на карандаш, но как и капитан не смог ничего на него нарыть, во всяком случае пока.
Тем же вечером всех здоровых бойцов построили, после чего полковник толкнул речь, о боевой задаче. Как оказалось в нескольких километрах от сюда, находилось, крупное село, где немцы на базе местного МТМ развернули рембазу. Куда ежедневно свозили свою и нашу битую технику, что ещё можно было поставить в строй. По замыслу полковника, мы должны были уничтожить рембазу, захватив при этом все рабочие машины и уже на них прорываться к нашим. На мой взгляд довольно бредовый план и если первая его часть имела право на существование, то кавалерийский прорыв до линии фронта казался мне невозможным.
Для осуществления своего плана, Герасимов имел несколько экипажей танкистов и опыт командования танковым полком.
«А если на рембазе, не окажется горючки? И скорее всего боеукладки у танков будут пусты и вряд ли на рембазе будут хранится снаряды. Интересно полковник об этом подумал»?
Мой мозг продолжал генерировать мысли, находя все новые доводы, в пользу глупости идеи, атаки на рембазу.
В операции участвовала почти двести человек, хотя весь отряд насчитывал больше трёхсотен, но многие имели ранения разной степени тяжести, а ещё часть бойцов тупо не имели оружия и также были оставлены в лагере.
Сержант несмотря на «контузию», почему-то попал в число участвующих и как мне показалось здесь не обошлось без капитана Ведерникова и комисара, которому Сержант не понравился с первого взгляда.
Две сотни бойцов тихо ушли в ночь, вместе с ними ушли и все командиры, включая комисара, предоставив сотню бойцов самим себе. Ожидаемого мной падения дисциплины и последующего дезертирства не случилось, видимо большинство были уверены, что скоро отцы командиры вернутся с победой и танками. Завернувшись в плащ-палатки, переключился на Сержанта, что спокойно шагал вместе со всеми.
«Хорошо хоть оружие выдали».
Выданная «Мосинка» была далеко не «первой свежести», но намекало на провал операции, вовсе не это, а пять патронов, что Сержанту выдали на весь бой.
«Идти на штурм с пятью патронами в кармане! Что может пойти не так»!
Благодаря ночной темноте к рембазе расположенной за пределами села, удалось подобраться, почти в плотную, охранялась она из рук вон плохо. Но таже темнота не позволила, правильно скоординировать атаку, поэтому одновременный удар с трёх сторон, получился в разнобой. Но как оказалось этого и не требовалось, рембазу охраняло всего пятеро солдат, которые сразу сдались, едва на территорию ворвались штурмовики, остальные были обычными механиками, причём большая часть ремонтников, оказались местными и работали на немцев добровольно. Рембаза была взята без единого выстрела.
Не особо разбираясь в местных хитросплетениях, полковник приказал ремонтников запереть в какой-то сарай, а немцев, расстрелять.
К удаче полковника, небольшой запас бензина и соляры, на рембазе нашёлся, в отличии от боекомплектов. После экспресс допроса старший механик поведал, что отремонтированные танки, куда-то перегоняют, где и укомплектовывывают боеукладку.
Покидали мтм мы на трёх танках и двух грузовиках, причём танки были советскими и как мне показалось какими-то не серьезными, мне они казались неуклюжими угловатыми коробками, с досмешного тонким стволом пушки.
Из подслушанного разговора танкистов понял, что нам достались легкие танки Т-60 совсем недавно поступившие на вооружение.
Естественно всех бойцов транспорт вместить не мог, так что основная часть отправилась в лагерь пешком.
Мы уже были на опушке леса, когда неожидано из за пригорка выехал броневик с вытянутой мордой, кресты на его боках ясно давали понять, что удача наша закончилась. Не останавливаясь броневик дал длинную очередь по скоплению людей, буквально срезав десяток бойцов.
Это послужило спусковым крючком для паники, мгновенно забыв о дисциплине солдаты бросились в лес, сопровождаемые грохотом пулемёта. Уже никто не заметил, как из кузова ганомага выпрыгивали солдаты в мышиного цвета форме и открывали огонь по бегущим.
Сержант легко обогнал бегущих бойцов и одним из первых достиг леса, после чего повинуясь моему приказу остановился и вскинув винтовку взял на прицел серую фигуру. Немецкий солдат похоже не ждал ответного огня, так как стоял в полный рост и азартно дергал затвор после каждого выстрела.
«Хорошо, что у зомби, не трясутся руки и нет дыхания».
Плавно потянув спусковой крючок, дождался толчка приклада в плечо и быстро рванув затвор, выбросил на землю блестящую гильзу. Краем глаза отметил, что не промахнулся и сейчас солдат лежал ничком в короткой траве, второй выстрел был не таким удачным и угодил стреляющему с колена немцу в плечо. Третий раз, выстрелить не успел, пулеметчик заметил, что кто то ведет огонь с опушки леса и немного довернув пулемёт, причесал кусты за которыми я прятался. Тяжёлые пули с влажным чавканьем, навылет прошили грудь Сержанта, опрокинув его на землю. Что впрочем никак не сказалось на боеспособности умертвия.
Самое смешное, это то что угнанные танки были совсем рядом, но без боекомплектов, они по сути были обычными тракторами, неспособные прикрыть пехоту даже броней, так как борт этих легких таоюнков, легко прошивался пулеметным патроном.
"В итоге операция прошла успешно, но с парой нюансов. У нас есть три танка, но без
б/к и мы потеряли более полусотни человек при отходе, так же имеется два грузовика, но воспользоваться всем этим добром мы опять же не можем, так как над лесом уже как пять минут кружится какой-то странный двойной самолет, понять, что это разведчик по наши души, много ума не требовалось.
«А ещё, в течении двух-трёх часов здесь станет тесно от солдат в ненашей форме и лающей речью».
Отцы-командиры тоже понимали сложившуюся ситуацию и вместо того, что бы рассеяться мелкими группами, неожидано решили дать бой преследователям. К счастью у командиров был план, а непросто самоубийственный бой, как оказалось я сильно недооценил наше командование. Так как самоубийственный бой, всё же входил в план, но затевался он только как прикрытие для отхода основных сил.
«Ну слава нетленным мощам Аргумазду»!
Пятьдесят бойцов под командованием капитана Ведерникова остались готовить позиции для боя, а я вместе с большей частью отряда был отправлен в глубины здешних лесов. На этот раз меня ни кто не нёс, так как хватало и более тяжело раненых, и мне пришлось ковылять на своих двоих. Естественно я очень быстро оказался, в конце уходящей колонны, причём с каждым шагом я отставал все больше и больше, пока в какой-то момент ни оказался предоставлен самому себе.
«М-да, организацией отступления полковник вообще не заморачивался».
Присев на упавший ствол дерева, я стал терпеливо ждать своих мертвых рабов, что всё это время следовали за мной.
Не успел я заскучать как лес взорвался звуками боя, к счастью мы успели уйти достаточно далеко, по этому я продолжал спокойно сидеть, ощущая как в нескольких километрах позади гибнут люди.
Десять минут спустя из кустов треща ветками выломились три фигуры увешанных вещмешками и оружием. Едва сдержал смех, глядя на вымазаного подсохнувшей землей Усатого, особенно комично выглядели его усы испачканные рыжей глиной.
«Вроде и выкапывался с глубины меньше чем полметра, а вывозился как болотник».
За несколько минут, под моим чутким руководством мертвяки из двух жердей и плащ-палатки соорудили носилки, на которые я с облегчённым стоном и завалился.
Идти по следам отступающего отряда я посчитал недальновидным, так как скорее всего за ними пойдут егеря и вряд ли такой крупный отряд просто так отпустят.
«Лучше немного в стороне и обязательно с арьергардным охранением. Думаю когда Сержант вернётся, его туда и определить, все равно он сильно потерял в товарном виде».
Сейчас мой боевой зомби, самостоятельно шёл через лес, стараясь не попадаться на глаза. Причём пару раз ему пришлось притворится совсем мёртвым, когда рядом проходили остатки разбитого заслона или поисковые отряды немцев. Труп с развороченной пулемётным огнем грудью никого не заинтересовал.
«А всё-таки хорошо, что у полковника не оказалось медиков, даже затрудняюсь представить себе их реакцию, если бы они устроили медицинский осмотр Сержанту».
Посмеиваясь над своими мыслями, я прямо на ходу устроил перекус, запивая немецкую тушенку крепким кофе перелитым во фляжку.
По дороге меня начали одолевать мысли о моем будущем.
"Как устроится в мире без магии бедному некроманту. Пойти ли мне на службу местному правителю или правильнее будет скрывать свои таланты и жить обычной жизнью? Везде имеются, свои плюсы и минусы. Если работать на короля, то скорее всего у меня будут ресурсы для работы, что позволит мне развиваться гораздо быстрее, так же думаю, что золотом и землями, я тоже не буду обделён, но из отрицательного, обязательно придёт время когда король поймёт, что я стал слишком опасен и меня скорее всего попытаются убить, возможно даже успешно. Мощь оружия в этом мире вызывает уважение.
Ну, а если жить простым обывателем, то минусы это отсутствие всего выше перечисленного и честная бедность, насколько я понял в этой стране жить достойно может только правящая верхушка".
Так ничего и не решив отложил этот вопрос до тех пор пока я не уберусь с линии фронта.
На ночь остановился в небольшой ложбинке, выставив мертвяков в качестве охраны. Как я и думал, немцы не собирались просто так отпускать окруженцев и до самого утра в лесу трещали винтовочные выстрелы, перемежаясь редкими пулемётными очередями и взрывами гранат. Посреди ночи, всего в пятидесяти метров от моей стоянки прошёл отряд из дюжины человек. Ночное зрение одного из Бандитов четко различило камуфляж на гостях.
«А вот и немецкие егеря».
Такое близкое соседство вызвало у меня беспокойство, но так как костра я не разводил и сильно пахнущих продуктов не употреблял, то в итоге остался незамеченным.
Мёртвые благодаря своей абсолютной неподвижности и отсутствию дыхания, тоже оказались для загонщиков невидимками.
«Нужно срочно наращивать численность умертвий. И неплохо бы, поднять кого-то посильнее простых зомбаков. Может на рыцаря смерти замахнутся».
Но после недолгих размышлений, пришлось отказаться от несвоевременного проекта. На него попросту не было времени и нужных ресурсов.
– Ничего дайте только срок.
Пробормотал я одновременно ощутив, как в зону моей чувствительности вошёл Сержант.
В предрассветной мгле, я с трудом различил, высокую фигуру своего умертвия и тем неожиданней было увидеть, что мертвяк на плече держит какое-то тело. Приблизившись с удивлением опознал в теле, бессознательного капитана Ведерникова.
– Вот тебе и пирожки из печени зомби! Неужели остаточная память⁈
Остаточная память, была одним из необъяснимых феноменов в искусстве некромантии, время от времени у различных поднятых умертвий, как впрочем и у стихийно поднявшихся обнаруживались остатки прижизненного сознания, что кстати делало умертвие гораздо умнее и самостоятельнее, одновременно повышая шанс «сброса поводка». Кстати при должном мастерстве из такого умертвия можно было вырастить и высшую нежить. Что любопытно, это была именно моя теория, которую я почти доказал в одном из проектов, но моя преждевременная гибель не позволила мне завершить эксперимент.
«Хм-м, кажется сама судьба предоставляет мне шанс завершить эксперимент».
Приказав сгрузить капитана на землю, первым делом полез проверять управляющую программу. Все было в порядке, но помня о словах своего учителя, что любил повторять.
– Есть два типа некромантов, те кто предпочитают постоянно усиливать «контроль» и те кто хрустят своими костями на зубах своего же умертвия.
На всякий случай сделал второй контролирующий контур, после чего полез в глубины сознания Сержанта, благо никаких природных щитов, что по умолчанию существуют у всех разумных, у мертвяка уже не было. Как я и думал самосознание Сержанта, частично уцелело и в какой-то мере он до сих пор осознавал себя сержантом красной армии.
– Любопытно!
Естественно на столько ценный экземпляр я не мог оставить без «ремонта», поэтому потратив несколько часов и пару своих микроскопических резервов, зарастил все дыры в его теле.
Недостающую массу взял у одного из
Бандитов, заставив того отрезать себе руку до локтя.
Закончил, я когда солнце уже было высоко, а у меня от неудобной позы, затекла шея.
С тихим подвыванием широко зевнул и потянулся, неожидано наткнувшись на взгляд капитана Ведерникова.
Из за дикой смеси эмоций, я так и не понял, чего в его глазах больше, страха или удивления.
«Хм-м, вроде бы у него пулевое ранение бедра, и головы, как он жив то ещё».
Моё приближение вызвало всплеск ужаса у военного, он даже попытался отползти, но Связист прижал его к земле.
– А-а-а! Вот оно что. По касательной прошло, просто кусочек скальпа содрало.
Рана на бедре выглядела куда хуже, так как мое магическое зрение подсказывало, что там уже начался некроз тканей.
«Если не вынуть пулю и не обработать рану в ближайшее время, капитан не жилец. Может тогда его сразу добить, что б не мучился».
Судя по расширившимся глазам Ведерникова, мои мысли слишком ясно отразились на лице.
