Текст книги "Эридан 3 (СИ)"

Автор книги: Nezloi

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)

Глава 12

После не большой ссоры с жрецами Миридии, меня оставили в покое, никто так и не рискнул указать мне на дверь.

"А ведь жрец в чем то прав, если Лорд Мерзости изгадит Эридан, то где же я сам буду жить. Скорее всего мерзость не затронет меня лично, все-таки как ни как золотой герой, но зато стопроцентно убьёт или, что ещё хуже исказит моих родных. Да и что я буду делать в мире где не останется людей, а значит не будет и сладостей, некому станет гладить моё пузо, разве что кто-то из Лордов согласится.

Похоже так или иначе мне придётся заняться этим Лордом и судя потому, что Попрыгун его всё ещё не прибил, соперник он более чем серьёзный".

Связываться с Лордом Искажения, о котором я слышал, только плохое не хотелось, мне давно уже надоели постоянные схватки, хотелось немного покоя.

«Эх, сейчас бы лежал у себя в каюте на ласточке, играл бы на клавесине, кушал бы пироженное и изучал магию. А не это вот всё».

С течением времени я всё больше впадал в оцепенение, вроде того, что помогло мне поймать младших богов на Такаи-Уама, моё сердце всё больше замедлялось, пока в какой-то момент, совсем перестало биться. А мысли стали медленными и тягучими.

Почти сразу я утратил чувство времени, хотя видел как солнце словно метеор раз за разом проносилось по небу.

Интерлюдия.

Мидалиум. Резиденция семьи Ибари.

Стук в ворота дома самого богатого человека Эридана не был чем-то необычным, в иные дни просители всех мастей буквально толпились под окнами.

– Хозяина нет дома.

Не открывая ворот проорал старший охраны и по совместительству дальний родич Ибари.

– Амин? Уже своих не узнаешь. Совсем загордился.

Донёсся весёлый голос из за ворот.

– Хадретек Юсуф⁈ Прошу прощения, я сейчас же открою ворота.

Заторопился Амин.

Сияя наглой белозубой улыбкой в двери протиснулся широкоплечий высокий мужчина с короткой чёрной бородой.

Охранник склонился в поклоне, несмотря на то, что он был в курсе разногласий братьев, отказать в гостеприимстве старшему родичу не посмел.

– Куда же делся мой любимый брат.

С усмешкой спросил Юсуф.

Амин после секундного колебания ответил.

– У Уважаемого Абдулвакиля возникли неотложные дела в Синане.

Усмешка на лице Юсуфа превратилась в оскал.

«Жадная тварь! Наверняка поехал принять золото, что привезла Элинка».

При мысли о колличестве драгоценного металла, что привезла его племяница, Юсуф вспотел.

«Ублюдок, буквально купается в золоте, а я вынужден считать каждый дукат. Ну ничего, ни долго ему осталось жировать. Как только братец сдохнет, я вызову племяшку к себе и больше не буду сдерживаться. Хватит играть по этим идиотским правилам. Этот жалкий идиот вместо того, что бы стать императором, занимается торговлей. Всегда был дураком и торгашом»!

В гостях Юсуф пробыл не долго. Немного посидел за низким столом с чашкой чая, поговорил с тётей Назирой, своей родной тёткой и терпеливо выслушал её причитания по поводу глупой ссоры братьев. В конце застолья подарил тёте красивый мешочек с благовониями.

– Это очень редкие и дорогие благовония. Как только я их увидел, то сразу-же подумал о вас.

Пояснил Юсуф, зная страсть своей тёти к дорогим вещам. Ещё немного посидев для приличия, изобразил на лице огорчение.

– Тётя Назира, не могу остаться, дела зовут меня в столицу.

Азерум. Квартал высшей аристократии.

Огромный особняк в отсутствии своего хозяина был погружён в темноту. Только изредка по территории проходили сторожа с фонарями, да иногда из вольеров доносился лай сторожевых псов, которых нерадивые охранники поленились выпустить.

«Тем проще»

Подумал человек стоящий в тени стены. Дождавшись прохода патруля, быстро перебежал к дому и словно муха вскарабкался по стене на второй этаж к окну, буквально за пару секунд открыл раму и бесплотной тенью просочился в дом. Ни один из сторожевых артефактов так и не сработал.

«Все-таки не зря я семь лет учился на артефактора».

Самодовольно подумал человек.

Не плутая, уверенным шагом мужчина прошёл в сторону рабочего кабинета и так же легко вскрыл его.

«Некоторые слишком полагаются на артефакты. Зря».

С невидимой, под чёрной маской, усмешкой открыл дверь и вошёл.

Не тратя времени на разглядывание обстановки подошёл к высокому книжному шкафу, на ходу вынул из за широкого пояса бархатный мешочек и повозившись пропихнул его за книги.

«Только лучшие благовония для мастера Юсуфа».

Саркастическая усмешка на лице человека стала шире.

Так же не потревожив не одного охранного контура или артефакта мужчина покинул дом Юсуфа абу Хаттаба аль Ибари.

Мою засадную охоту прервал высокий седой мужчина, что бестрепетно вошёл в храм. Мерным шагом, эхо от которого разносилось по всему залу, человек прошёл к алтарю, на котором я расположился и по военному одернув свой чёрный камзол без следа украшений и наград, представился боднув головой воздух.

– Граф Ауфидий Орест.

Мой переход из состояния анабиоза к полной боеготовности произошёл мгновенно.

– Чо серьёзно⁈ Сам канцлер Империи?

– Да леди, имею честь занимать эту должность.

Ауфидий слегка склонил голову обозначив поклон.

– Не боишься Ауфидий Орест? Я ведь могу сделать с тобой всё что угодно и ничего мне за это не будет.

Мужчина не дрогнув встретил мой давящий взгляд.

– С радостью приму любую смерть, если вы просто меня выслушаете.

– Не боишься ни смерти, ни боли?

– Если моя жизнь нужна для процветания Империи, значит так тому и быть.

– Дядя да ты псих!

Канцлер выпрямился и гордо вскинув голову произнёс.

– Империя превыше всего.

Несколько секунд я давил аурой на Ауфидия, но несмотря на подгибающиеся ноги и бледность, что, словно туча на Ершалаим, наползала на лицо мужчины он не дрогнул и не отвёл взгляд.

– Говори, я тебя слушаю.

Проворчал я вполголоса, впечатлённый стойкостью простого человека.

«Долбанные фанатики».

– Несколько дней назад я побывал в горном баронстве Рейтак.

Граф сделал многозначительную паузу, но уловив мой бараний взгляд, с вздохом добавил.

– Так называется местность где произошёл прорыв твари из хаоса известной как Лорд Мерзости.

Вяло махнул рукой, показывая, чтобы канцлер продолжал.

– Там, в паузе между боёв я встретился с Юлием Непоцианом и попросил его использовать своё желание, которое вы ему обещали.

– И что же он пожелал?

Спросил я уже зная ответ.

– Он просил помочь убить Лорда Мерзости.

«Похоже сама судьба ведёт меня к этой твари».

– Слово Элины твёрже гороха. Я сделаю это.

Пообещав Ауфидию прикончить тварь, я тем не менее не спешил выдвигаться в путь. Кто знает сколько времени займёт уничтожение Лорда, возможно на это уйдут годы, в чем я конечно сомневался, но на всякий случай решил, что к этому нужно быть готовым.

«Сначало исцеление, а потом спасение мира».

* * *

Интерлюдия.

Публий Габинус был рядовым легионером и уже второй десяток лет тянул солдатскую лямку. За это время простой сельский паренёк, сбежавшей из родной деревни, чтобы повидать мир, в составе Девятого Парного легиона истоптал всю Империю вдоль и поперёк, неоднократно бывал и за границей, где всякий раз с гордостью убеждался, что сильнее Империи страны не существует.

За это время Публий поучаствовал в нескольких крупных сражениях и бесчисленных множествах стычках поменьше. И всегда он был уверен, как бы не было тяжело, враг будет повержен, а Империя одержит очередную победу.

Но за последние месяцы непрерывных боёв, его уверенность дала серьёзную трещину. Бесконечные орды самых чудовищных тварей, напиравших на легион казались нескончаемыми, а потери были такими, что состав легиона уже обновился на восемьдесят процентов, чего не случалось с ним за всю его историю. О победе речи даже не шло, за всё месяцы легион, так и не смог перейти в наступление и едва удерживал тварей Лорда Мерзости в ущелье Костей. И ситуацию не могли переломить не опытнейшие боевые магистры ни могучие герои серебряного ранга.

– Готовсь!

Хриплый голос центуриона вырвал Публия Габинуса из невеселых мыслей. Устало поднявшись с земли, привычно подхватил тяжёлый скутум.

– Плюмбаты готовь!

Отработанным до автоматизма движением Публий снял с пояса свинцовый дротик и глядя чётко перед собой, на накатывающийся, на ровную коробку легиона, вал монстров.

«Каждый раз другие».

Подумал легионер.

«Причём всё более адаптированные к противостоянию с легионом».

Про адаптацию тварей Публий случайно подслушал из спора магов.

«Если бы не герои и маги нам бы давно пришёл конец».

– Залп!

Бездумно Габинус резко взмахнул рукой отправляя в полёт плюмбату по крутой дуге. Страха давно не было, Публий так устал, что мечтал, что бы всё скорее закончилось, победой или его смертью ему уже было всё равно.

Серия взрывов в глубине орды, подбросила в воздух ошмётки тел.

«Маги».

Мелькнула отстраненная мысль.

«Рано ударили».

Тем временем тело самостоятельно, под зычные команды метало плюмбаты, а после рëва центуриона.

– Смена!

Отошло в задние ряды.

«Повезло»

Равнодушно подумал Публий.

«А первым рядам нет».

Уже из задних рядов навешивая на пояс свинцовые дротики Габинус услышал грохот столкновения тварей со стеной щитов.

«Хорошо, что у нас есть герои, иначе выдержать такую атаку было бы просто невозможно»

Рычание и вой тварей смешались с криками гибнувших легионеров.

«А если бы эти завистливые ублюдки из сената не трогали героя войны Эльку Мясорубку».

С неожиданной злобой подумал Публий.

«Всё закончилось бы ещё в первые дни, она бы изрубила треклятую тварь и мы вернулись в благословенную Вифинию».

Неожиданно земля задрожала и больно ударила легионера в пятки.

«Архимаг⁈ Похоже дело плохо».

Архимаг никак не относился к Легиону, а был прислал Академией вместе с несколькими магистрами, для закрытия портала, если вдруг удастся к нему прорваться.

Вмешательство архимага прекратило сражение перемолов почти всех тварей.

– Арвила убили! Арвила.

Пронеслось над легионом.

«Нам конец».

Потерять единственного героя серебряного ранга, что выносил на своих плечах всю тяжесть боёв, было смерти подобно.

«В следующем бою, когда архимаг выдохнется, нас попросту сожрут».

Сигналом к окончанию боя послужило появление белых одеяний жрецов разных богов. Жрецы обходя легионеров, заглядывали им в лица и тихо пели. Солдат знал, что это было нужно, чтобы мерзость не проникла в их тела и не превратила в кошмарных тварей.

Именно такая участь постигла Первый Иллирийский легион, прибывшим первым затыкать прорыв. Тогда твари были слабыми и совершенно не приспособленные к этому миру. Легион быстро продвигался перемалывая неуклюжих уродцев. И почти добрался до портала расположенного на горном плато. Слишком близко. Дыхание Лорда Искажения в одну ночь превратило всех простых легионеров в невообразимых безумных уродов. Ночная мясорубка закончилась, победой немногочисленных выживших героев и нескольких магов. Остальные навечно остались в горах.

На вторые сутки после посещения канцлера, я почувствовал по ту сторону какое-то движение.

«Есть поклёвка».

Затаив дыхание, терпеливо ждал когда очередная жертва подойдёт достаточно близко чтобы надёжно схватить её.

«Пора»!

Выбросив вперёд свои бестелесные хваталки, что есть силы вцепился в добычу и ни теряя ни мгновения рванул на себя стремясь выдернуть бога в реальность. В первое мгновение мне показалось, что я схватил гору, энергетическое тело бога, несмотря на мой могучий рывок, даже не шелохнулось. В следующий миг, я лишился всех своих «рук».

«Мама»!

Взвизгнув от боли, я мгновенно всё понял. Напрягая мышцы на разрыв, бросился из храма прочь. Меньше секунды мне понадобилось, что бы преодолеть звуковой барьер, с громким хлопком моё тело на краткий миг окружило облако(паровой конус или эффект Прандтля-Глоерта), ещё через миг оставив далеко позади облако, я вырвался из города. Позади затряслась земля, но благодаря «липким лапкам» я даже не сбился с шага и не сбавил скорости, только отмахав добрую сотню километров, осмелился оглянуться. Благодаря, тому, что я был на возвышенности, смог разглядеть ответный удар настоящего бога.

Город, как и часть горной гряды, что начиналась в десяти километрах за городом, просто перестали существовать. Благодаря своему сверхзрению, я отлично видел огромную тучу из пыли и длинный титанический рубец в земле, тянущийся на добрых полсотни километров.

– Кажется я себя сильно переоценивал.

Пробормотал я с нервным смешком.

Немного испуганный и потрясённый мощью настоящих богов, поспешил убраться подальше от разлома в пространстве, в который превратилась небольшая червоточина.

«Придётся изыскать другие способы исцеления, ну их нафиг этих богов».

Только пробежав насквозь целую провинцию я окончательно успокоился.

«Если бы этот монстрюга мог меня убить, уже бы убил, а раз я до сих пор жив, значит в этой реальности он меня достать не может».

Убедив себя в безопасности решил остановиться в каком-нибудь придорожном трактире, заесть стресс. Как раз через несколько километров мне попался постоялый двор.

«То что надо».

Общепит с примесью третьесортной гостиницы был самым обычным. Грязный, усыпанный конскими яблоками двор с коновязью и небольшой конюшней в углу. Само здание было двухэтажным, сложенным из толстых, потемневших от времени и непогоды брёвен, маленькие окна-бойницы затянутые бычьими пузырями, завершали унылую картину среднестатистического придорожного кабака. Судя по десятку усталых лощадей у коновязи трактир не пустовал.

Смело толкнув дверь, вошёл в плохо освещённое помещение с низким потолком. Грязные, грубо сколоченные столы, длинная стойка и заплеванный пол убедили меня окончательно, что до столицы отсюда очень далеко. Посредине, за самым большим столом сидела группа хорошо вооружённых мужчин и усиленно работала челюстями. Мой наметанный глаз мгновенно отметил, что вина на столе, только один кувшин.

«Не искатели точно и на наёмников не похожи, я бы сказал телохранители при исполнении, но что-то не видно объект охранения. А это значит, что они везут какой-то ценный предмет».

Из любопытства хотел подойти и расспросить воинов, что везут, но аппетитные запахи донесщиеся из кухни, заставили отложить это дело на потом.

– Хозяин! Жрать неси.

Завопил я богатырским писком. К моему удивлению меня не узнали. Солдаты на мой тонкий вопль сдержанно рассмеялись, а крупный мужчина за стойкой нахмурился.

«А у меня же ещё и денег нет»

Не к месту вспомнил о своём финансовом крахе.

Вздохнув пошёл к стойке, под недовольным взглядом трактирщика взобрался на высокий табурет.

– Хозяин накорми меня, а я буду должна тебе одну услугу.

Мужик побагровел и уже открыл рот, чтобы обрушить на меня, последний в своей жизни поток брани, как был перебит здоровенным солдатом, что следом за мной подошёл к стойке.

– На корми её. Я плачу.

На стойку упала серебрянная монета.

– Спасибо дядя солдат.

Воин потрепал меня по голове тяжёлой рукой и ушёл к своим. Трактирщик недовольно бурча скрылся на кухне и приволок целый котелок вчерашней каши с чёрствым караваем чёрного хлеба.

– Это что всё⁈ Здесь и на пол серебрянного не будет!

Бросив испуганный взгляд на солдат, трактирщик тихо матерясь, снова ушёл на кухню и вынес варенную баранию ногу. Грохнув ляжку прямо на доски, отошёл к другому краю стойки. Схватив огромную деревянную ложку, торчащую из котелка, принялся жадно толкать в себя кашу, прерываясь, только на откусываник огромных кусков хлеба. Очнулся я от громкого возгласа.

– Ставлю серебряный, что ногу она, точно не осилит.

Остальные солдаты азартными возласами поддержали спорщика.

Скосив глаза на молодого воина, усмехнулся.

«Продул ты свой серебряный дядя».

Засунув голову в котелок, быстро слизал кашу со чугунных стенок и взялся за баранину. Через десять минут, от ноги остались, только чисто обглоданные кости.

– Ну и здорова же ты пожрать мелкая.

Удивленно произнёс здоровяк, что заплатил за меня.

Благодарно улыбнувшись воину, решил, что не буду смотреть на артефакт, скрытый в специальной экранирующей шкатулке, которую воин прятал на груди под панцирем.

Ещё немного посидев, воины быстро собрались и расплатившись покинули постоялый двор. Я тоже стал собираться, но ждал, только когда солдаты отведут подальше, чтобы не слышать криков трактирщика. В момент когда я залез на стойку и тянул руку к удивленому мужчине, дверь распахнулась. В трактир вошла худая женщина в белой хламиде жрецов Миридии, причём судя по золотой вышивке на рукавах и подоле посетила нас далеко не рядовая жрица.

Глядя на меня твёрдым алмазным взглядом, пронзительно синих глаз жрица направилась ко мне.

Нахмурившись я инстинктивно протянул руку к скатке с «Кошкодëром».

– Я принесла послание от моей богини.

Одним мгновенным движением я выдернул из ткани меч, прикосновение к верной стали меня успокоило.

– Я слушаю.

– Миридия прощает тебя…

– У меня нет вражды с твоей богиней!

Перебил я жрицу.

Женщина удивлённо взглянула на меня.

– Меньше двух часов назад ты напала на мою богиню и нанесла ей раны, а теперь говоришь, у вас нет вражды!

Удивлению жрицы не было предела.

«Боги! Какой же я идиот! Конечно, кто может появиться в храме Меридии, кроме самой Меридии»!

– Ах, ты об этом, признаться я уже забыла.

Ответил я с лёгкой небрежностью. Несколько мгновений служительница Меридии пораженная моей наглостью разглядывала меня, но справившись с эмоциями продолжила.

– Как я уже сказала Меридии тебя прощает, но при одном условии, ты больше не тронешь ни одного бога.

Бледный до синевы трактирщик, трясся в углу стойки, мечтая оказаться где-нибудь далеко-далеко.

С деланной неохотой кивнул.

– Хорошо, будь по вашему. Но ответь мне на один вопрос, что за дело Меридии, до этих бесполезных божков, они же гребанные овцы!

Жрица переждав мою вспышку, ответила спокойным, хорошо поставленным голосом опытного лектора.

– Если рассказывать в кратце, то колличество богов напрямую влияет на проницаемость и крепость природного мирового щита. Именно благодаря этому щиту, Эридан ещё ненаводнëн чудовищами из за грани. Другими словами чем больше ты ослабляешь пантеон, тем слабее естественная защита мира.

– Вон оно чо, мать.

Протянул я удивлённо.

Глава 13

Новые знания о мире погрузили меня в глубокую задумчивость.

«Получается, что от тварей бездны, нас отделяет, буквально мыльный пузырь щита. Как-то мне от этого неуютно. Не дай бог какая-нибудь тварь проникнет на Эридан».

На этом моя мысль споткнулась. Так как мне в голову пришло, что ещё до Лорда Мерзости, на Эридан, таки проникла одна тварь, причём тварь довольно кровожадная и ненасытная.

«Святые ежики, получается я тварь из за грани, которых так бояться местные, начиная от простых людей и кончая богами».

Почему-то такая очевидная мысль, раньше мне не приходила в голову.

В задумчивости я вышел из трактира, забыв сломать позвоночник трактирщику.

«Может всё таки я исключение, совершенно не чувствую себя монстром из кошмаров, к тому же помню свою прошлую жизнь, а ещё у меня маленький ребёнок на руках. Нет, я точно не чудовище из глубин хаоса».

Убедив себя, что я то точно не такой, зашагал веселее.

И только прошагав несколько километров вспомнил, про трактирщика, но возвращаться было откровенно лень.

– Да и на войну мне пора собираться.

По дороге окончательно определился с краткосрочными планами.

«Сейчас иду в Констанц, если „Ласточка“ готова, то на фронт я лечу как император, в комфорте и довольстве, если нет, то собираю караван и с меньшим комфортом и менее довольным еду по земле в ту же сторону».

За трое суток бодрого непрерывного шага, я преодолел почти четыреста километров без малого и уже вертел головой в поисках хлеба насущного, но вокруг меня была пустынная холмистая местность без признаков человеческого жилья.

Я уже подумывал сожрать пару сусликов, которых во множестве чуял в норах на холмах, но порыв игривого ветерка принёс чудный запах мясного кулеша.

Поводив носом понял, что кто-то несколькими километрами дальше по дороге встал на стоянку.

«Блин, надо торопиться, не дай бог переварится кулеш».

Обеспокоенный судьбой ещё не готового блюда ускорил шаг.

В полусотне метров в стороне от дороги, на небольшом холме расположились три человека. Рядом паслись пять лошадей.

Едва увидев троицу, я сразу же почувствовал прилив злости, ещё даже не разглядев белые сюрко со знаками единого.

«Два паладина, причём оба матерые и святоша». Падре был в белой рясе с золотым знаком своего бога, на животе. Святой отец не стесняясь своего сана, большими глотками жадно пил из кувшина вино. Едва увидев маленькие заплывшие глазки на красной от вина роже святого отца я сразу понял, что приключения снова нашли меня.

«Чувствую будут проблемы»

Решив хотя бы раз в жизни попытаться не искать неприятности, заложил небольшую дугу стал обходить стоянку слева.

– А вот и девка!

Пьяным голосом выкрикнул святоша залившись довольным смехом.

– Иди сюда дочь моя, я очищу твою душу от греха.

От приторного голоска жирного падре, захотелось выдернуть из скатки меч и изрубить его на куски.

Делая вид, что не услышал, ускорил шаг.

– Я сказал подойди, мелкая блядь!

Неожиданно заорал святой отец.

– Марк, притащи сюда эту шлюху, я покажу ей, что я делаю со строптивым девками.

Паладин с равнодушным лицом, без труда меня догнал и взял на руки, я не сопротивлялся. Принеся меня к костру, поставил перед святошей сидящим на камне.

– Сними с себя одежду.

Приказал падре впившись масленым взглядом куда-то мне в район груди, судя по его тяжёлому дыханию святоша завёлся не на шутку.

Облизав толстые губы священник неожиданно выкрикнул.

– Шевелись сука!

Я поднял руку и почесал грязную голову, в этот момент со стороны паладинов буквально опахнуло ужасом.

«Что, только сейчас узнали»?

В этот момент заметил, что с поднятой руки сполз рукав, обнажив мою коллекцию геройских медальонов.

«Похоже это становится моим отличительным знаком, уже похоже вся Империя знает, что я ношу на руке».

– Это Элина Себоне.

Выкрикнул из за спины второй паладин.

– А-а-а сумасшедшая героиня!

Протянул падре.

– Церковь так и ни отменила награду за твою голову.

Похоже святоша спьяну, не до конца понял кто стоит перед ним.

– Что сука попалась!

Бледный паладин обошёл меня и стал сбоку от падре сжимая белыми от напряжения пальцами рукоять меча.

– Святой отец.

Тихо сказал паладин.

– Она герой золотого ранга.

Но до пьяного мозга святоши, так и не дошло, что срок его жизни подходит к концу. Выдернув меч из свёртка, я не глядя, одним длинным ударом отрубил обе ноги, чуть выше колен, паладину стоящему сзади. Из за скорости с какой, я это проделал второй паладин среагировал, только когда я уже стоял с мечом на плече.

– Ты не посмеешь меня тронуть!

Завопил падре.

– Церковь Единого договорилась с императором.

Пожав плечами отрубил паладину руку с мечом. Кровь из культи залила лицо святоши, только сейчас до пропитого мозга идиота дошло, что мне плевать на их договорённости с императором.

– Нет!

Взвизгнув толстяк вскочил и бросился к лощадям. Мгновенно «собрал» фигуру заклинания «болота» и бросил его под ноги падре. Через минуту священник барахтался уже по грудь в земле.

Удерживая накатывающиеся валы бешенства в стальной хватки воли, ударом меча вскрыл паладину живот, тоже самое проделал со вторым. Кстати потеря ног его не убила, я уже знал, что паладины, особенно те что постарше, отличаются повышенной живучестью. Никто из них так и не закричал молча вынеся всё.

Зато падре визжал как свинья и это при том, что я к нему ещё даже не прикоснулся.

Одной рукой вырвал жирное тело священника из земли и швырнул его между ещё живыми паладинами.

Жёстко ударившись о землю падре нисколько не пострадал, мало того, его золотой знак Единого тускло блеснул.

«Никак жирдяй решил призвать силу своего бога».

Усмехнувшись, просто развернул свою ауру, мгновенно рассеяв все проявления чужой энергии.

– Что святоша, похоже твой бог, тебя бросил!

Священник взвизгнул и в ужасе попытался отползти.

Притянув телекинезом меч паладина, причём отрубленная рука так и продолжала цепляться за рукоять, и с размаху пригвоздил его ступню к земле, вбив меч по самую рукоять.

Бледный как полотно, любитель маленьких девочек, с мокрым от пота лицом, быстро шевелил губами, пытаясь что-то намагичить, но моя агрессивная аура не признавала чужих упорядоченных форм в своём радиусе.

Наклонившись, схватил за подол длинного одеяния святоши и одним движением

оторвал низ рясы, обнажив объёмное волосатое пузо.

– Посмотри, что я для тебя приготовил.

Вытянув перед собой руку, стал собирать на ладони фигуру заклинания. Этот странный спел я обнаружил в своём арсенале совсем недавно, причём так и не понял от кого он мне достался и к какой школе относиться.

Вокруг ладони по сложным орбитам закружились чёрные геометрические фигуры, постепенно складываясь, в что-то невообразимое. В какой-то момент, головоломная фигура исчезла оставив у меня на ладони, вытянутое ярко-красное насекомое с сотнями чёрных, длинных суставчатых ножек и острой иглообразной головой.

– Смотри какая прелесть.

– Не подходи!

Взвизгнул священник.

Улыбнувшись уронил тварь на ногу священника.

Визгливый вопль падре ударил по моим чувствительным ушам.

– Убери! Убери! Убери!

Извиваясь всём телом монстрик побежал вверх по штанине. Под длинным тельцем червя, ткань расползалась, мгновенно истлевая.

Голая кожа которой насекомое касалось стремительно чернела и покрывалась гнойными язвами.

Продолжая оглушительно визжать святоша попытался сбросить червя руками, но к моему удивлению тварь оказалась не совсем материальной и всё чего добился служитель культа это почерневших ладоней.

Добравшись до паха чудовище заставило мотню на штанах падре истлеть обнажив маленький

сморщенный член.

Визжа от ужаса и омерзение священник попытался прикрыть руками главную мужскую ценность. Но руки поражённые ядом твари, уже почти не слушались его. Извиваясь червь буквально ввинтился в уретру, вызвав животный вой толстяка. Половой орган раздулся мгновенно почернев и засочился гноем. Не прошло и десяти секунд, как длинное тело червя полностью скрылось в теле священника. Падре уже не кричал, обессилев от ужаса и боли тихо, на одной ноте выл.

«Кажется сбрендил».

Отвернувшись от священника, перевёл взгляд на паладинов.

– Я знаю, что вы не боитесь ни смерти ни боли.

Два взгляда буквально источающие ненависть вонзились в моё лицо.

– Поэтому я не буду вас мучить. Вместо этого, я пойду на Холодную Гору в один не слишком известный монастырь и вырежу там всех до единого.

К ненависти в глазах святых воинов добавился страх.

– Там… ни в чем… неповинные…дети.

С трудом произнёс безногий.

– Думаю, на том свете ваш бог разберётся, кто невинный, а кто не очень.

Выхватив меч, быстрыми ударами обезглавил обоих паладинов.

* * *

Несколько часов спустя я стоял перед запертыми воротами горной крепости.

Со стены на меня с детским любопытством смотрело молодое безусое лицо.

– А тебе не холодно босиком на снегу?

Ломающимся баском задал вопрос юный паладин.

– Ты меня сначало впусти, а потом спрашивай.

– Так, это… наставник Ункас не велел никого пускать.

Всплеснув руками возмущённо посмотрел на мальчишку.

– У тебя тут ребёнок мёрзнет, а ты наставника слушаешь!

Румяная физиономия покраснела.

– Я мигом!

Загрохотав, словно кубарем скатился по лестнице, паладин спустился и через несколько секунд отворил маленькую калитку в воротах.

– Заходи, только быстрее, не ровен час,

наставник увидит, сердится будет.

Не заставляя себя долго упрашивать шагнул в ворота и оказался во внутреннем дворе крепости. В нескольких десятках метрах располагалась хорошо утоптанная большая площадка, где с деревянными мечами упражнялись полсотни детей от семи до двенадцати лет. Немного в стороне два десятка юношей постарше размахивали уже настоящими клинками. Несколько мужчин в возрасте прохаживались между рядами детей поправляя их.

Хищно ухмыльнувшись направился к будущим паладинам. Не успел я сделать и нескольких шагов, как наставники одновременно, как по команде выхватили мечи и повернулись в мою сторону.

Оскалив зубки пошёл им навстречу, попобледневшим лицам взрослых паладинов я понял, что не остался не узнанным.

Моя рука уже тянулась к мечу, когда меня заметили дети.

– Это же Золотая Элька!

Оглушительно завопил какой-то мальчишка. Уронив тренировочный меч, мальчишка радостно вопя бросился ко мне, через несколько мгновений, толпа детей со звонкими криками налетела на меня. Радостно прыгая вокруг меня, юные паладины, что-то оглушительно вопили, самые смелые даже отваживались прикоснуться ко мне.

«Сука»!

Когда первый восторг у воспитанников схлынул, на мой удивлённый вопрос.

– Какого хрена⁈

Ответил самый старший и рассудительный из детей. Оказывается большинство детей в монастыре из обеспеченных семей и имеют доступ к имперскому альманаху в котором подробно описана моя внешность и некоторые подвиги, кроме того им в обязательном порядке преподают «Житие великих героев». И несмотря на мою спорную славу, я почему-то оказался самым популярным героем во всем Эридане. Вот так и вышло, что в монастыре паладинов Единого я оказался популярнее самого Единого. Общаясь со своими фанатами, я одновременно ломал голову, что же мне теперь делать? Убивать обожающих тебе детей мне почему-то не хотелось, но напомнить церкви Единого, что безнаказанно ссать в свои тапки, я не тоже позволю, тоже было нужно. И самым отрезвляющим намёком, было ударить в центр подготовки паладинов.

Наставники и некоторые юноши постарше понимали, что пришёл я сюда не навстречу с фанатами, к тому же наставники наверняка знали о моём конфликте с церковью. Девять человек с мрачными лицами стояли немного в стороне, не ожидая от меня ничего хорошего. Впереди девятки паладинов стоял очередной святоша. С золотым знаком своего бога на груди.

«И тоже жирный».

С неприязнью подумал я глядя на священника.

«Наверняка педофил, зря, что-ли поближе к детям пристроился».

Я уже подумывал выпустить кишки святоше, но в этот момент меня робко подергали за рукав.

– Леди Элина.

Повернув голову увидел, что передо мной стоит мальчишка лет семи, к слову пацан нисколько не уступал мне в росте, это притом, что за последний год я почти догнал своих сверстников в росте и весе.

«Мелкий бугай».

– Чего тебя здоровяк.

Мальчишка застенчиво улыбнулся.

«Что-то мне его ямочки на щёчках кого-то знакомого напоминают».

Пока я копался в своей памяти, мальчишка отчаянно смущаясь поведал мне, что я его самый любимый герой и он всё обо мне знает. А самое главное у него есть моя иллюзорная копия.

– Чо за фигня?

Спросил я автоматически, пытаясь вспомнить откуда я знаю пацана.

– Сейчас принесу.

Завопил пацан срываясь с места словно за ним демоны гнались.

Через несколько минут, мальчишка принёс серебряную пластинку с прозрачным кружком в середине. Нажав на прозрачный круг, юный паладин положил пластинку на ладонь. Через секунду над пластинкой появилось иллюзорная три дэ модель меня самого, только времён моей службы в легионе.