сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 13 страниц)
Парень ошарашенно поднял голову, испуганными глазами взглянул на меня. Его брови сместились к переносице. Он о чем-то размышлял. О чем-то, что не знаю я. Мне... Обидно, что ли. Хочется сбежать от него, не видеть его лица, не видеть этих светлых волос, грезящих о беде. Да он сам по себе ходячая беда, только не могу я попросту развернуться и уйти. Меня тянет к нему. Я маленькая, противоречивая, запутавшаяся в себе девочка. Поскорее бы найти выход из этого лабиринта.
- Знаешь, давай мы лучше уйдем отсюда, - прошептал он через силу, ему трудно рассказывать. Ну и пусть, я обязана узнать все, до мельчайших подробностей.
Так как прозвенел звонок на урок, беглецов никто не заметил. Охранник по своему обычаю куда-то ушел, поэтому мы без труда покинули пределы школьного двора, успев забежать в гардероб за куртками. На мне была кожанка, поэтому было достаточно тепло. Правда, существовал еще один минус - она была короткой. Уже, практически, зима, поэтому ветер то и дело набрасывался на меня, желая заморозить, как обычно это делает Дедушка Мороз.
Я помню, как гуляла по этим тропкам с родителями, когда они еще не были в разводе. Снег легонько падал на протоптанные усталыми прохожими дорожки, кружился в медленном вальсе, плавно опускаясь на землю. Незабываемое детское время. Папа сажал меня на санки и играл с мамой в догонялки. Конечно, всегда мы, я и отец, выигрывали маму, а та, совсем не обижаясь, радостно аплодировала нашей команде.
Мы были единым целым. Счастливой семьей. Теми, кто не знал печали. Но вся эта идиллия обрушилась в мгновение ока. Все исчезло. Папа ушел, оставив нас одних. Кое-как мать смогла меня вырастить, за что я ей пожизненно благодарна. Больше своего папу я не видела. Лишь в памяти смутный образ его лица перед глазами, нет тех ниточек, за которые можно было бы ухватиться. Фотографий не осталось. Несчастная мама сожгла все снимки, на которых был запечатлен этот мужчина. В чем-то я понимаю ее, она хотела забыть его, хоть и любила, и до сих пор, наверное, любит.
Интересно, что она чувствовала, находясь рядом с ним? Разделял ли он ее преданные чувства, как и она?
Трудный вопрос. Тем временем мы подошли к скамейке возле подъезда рядом стоящего дома. Да, хорошее место для душевных разговоров, ничего не скажешь.
Он присел на краешек скамейки, предварительно проведя ладонью по зеленой деревяшке, дабы проверить, грязная она или же нет. Убедившись, что место достаточно удобно, он приглашает сесть меня, постукивая рукой рядом. Я повторяю ту же процедуру и сажусь, кутаясь в тоненькую кожанку.
- Тебе холодно? - интересуется Артем, нежно улыбаясь. Я не узнаю его, это вовсе не он. Совершенно другой характер, будто его только что поменяли.
- Нет, все хорошо, - улыбаюсь я, правда голос предательски задрожал, выдавая мои истинные чувства.
- Надо было сказать, - как-то грустно отвечает он и, сняв с себя куртку, накидывает мне ее на плечи. Спине сразу же стало тепло и уютно.
- Так, может ты объяснишь ту ситуацию в школе с Сарой? - тянуть больше не было смысла. Я должна расставить все точки над i.
- Для начала, просто поверь мне на слово: она опасный человек, остерегайся ее и избегай, как только сможешь! Не разговаривай, делай так, чтобы не сближаться с ней? Обещаешь? - парень скрепил руки в замок и взглянул на меня. Я молча кивнула, поэтому патлатый отвернулся и продолжил свою историю.
- Она попалась мне на глаза совершенно случайно. Я просто услышал плач и нашел ее. Мы приютили у себя дома эту кроху, но она оказалась черной кошкой, которая приносит лишь беды и несчастья, - Артем закрыл глаза и, казалось, с головой погрузился в воспоминания, не забывая рассказывать мне обо всем, что видит. - Мать подала на развод, а отец с легкостью согласился, даже и не думая пререкаться. Мне было трудно перенести этот разрыв, хоть мама и страдала больше всех. Я остался жить с отцом, моя любимая мамочка, которая в детстве пела мне колыбельные, попросту отказалась от меня. Представь, каково было тогда ребенку, у которого вот-вот должен был начаться пубертатный период. Это не шутки, мне было ужасно плохо.
Парень поднял глаза к небу и откинулся на скамейку, я повторила тоже самое, чтобы полностью представить картину так, как представляет ее себе он. Сказать по правде, зрелище было отвратительным.
- Я готов был пойти на все, ради нее. Именно из-за Сары я и сделал эту глупую татуировку. Прости, что соврал тебе, эта восьмерка означала то, что я всегда должен буду любить ее.
- Да, именно это сейчас ты и делаешь, - прошептала я, пялясь на сидящего рядом рассказчика.
- Нет, глупая, мне страшно за себя, за Сережу, за Федю и... за тебя, - последние два слова дались ему с трудом, он сглотнул слюну.
- Разве она может быть такой опасной? - в голову никак не влезало то, что эта сахарная девчонка может нести реальную угрозу людям. Просто никак не сочеталось это все.
- Еще какой. Она подсадила Серегу на наркоту, чуть не убила меня, объясняя это тем, что хотела проверить, смогу ли я защитить ее в нужный момент. И знаешь что самое глупое? Я также продолжал бегать за ней хвостиком, надеясь на взаимность. Она нарочно использовала меня. Легкий флирт - букеты, конфеты, комплименты, постель. Вот и все, что было между нами.
Отчего-то мне стало до жути противно разговаривать с ним прямо сейчас. Он был непонимающим подростком, который по уши втрескался в девчонку, но доходить до такой степени? Это же уму непостижимо!
- Расскажи поподробней о том случае, когда тебя, как ты говоришь, чуть не убили, - попросила я парня, зная, что давлю на больное место. Заранее прости, Артем, но я должна узнать всю правду, скрывающуюся от меня вот уже довольно долгое время. Он прочистил горло и начал:
- Мне было 15. Прошел где-то месяц после того, как я сделал в честь нее татуировку. Когда мы прогуливались по набережной вечерком, из-за угла выскочила шайка сорванцов. Это поначалу они показались мне маленькими хулиганами, на самом деле это оказались двухметровые амбалы, которые не намерены были разговаривать. Они хрустели своими костяшками на пальцах, показывая свою силу и мощь.
- И ты не испугался наброситься на них? - прервала я его, на что он лишь ухмыльнулся.
- Один из них наигранно схватил Сару, поэтому я ринулся защищать ее. Малолетний дурак. После этого она оставила меня истекать кровью на мокром и холодном асфальте. Из внутреннего кармана куртки она достала пистолет, облизнула дуло и направила курок на меня, сказав: "Теперь ты боишься?"
Как только в голове сложился образ того, что рассказывал Артем, голова закружилась, а к горлу подступил комок. Боже, сколько же всего Артем натерпелся за всю свою жизнь? Как же я хочу обнять его, погладить по голове и сказать, что все плохое уже кончилось, но не могу. Не могу из-за своей гордости.
- Она пустила пулю в воздух и испарилась в неизвестность. С тех пор я ее не видел, мне сказали, что она уехала, обещала не возвращаться в этот, по ее словам, Мухосранск и...
- И она снова здесь... - закончила я фразу.
- Да.
- Цель ее прибытия? - в данный момент я походила на следователя, допрашивающего свидетеля.
- Без понятия. Мне известно все точно также, как и тебе. Я с удовольствием готов убить ее прямо сейчас, своими же руками.
- Нет, не надо. Не марай руки, потом будешь жалеть о содеянном всю свою оставшуюся жизнь. Она того не стоит, Тём.
- Ты впервые так назвала меня.
- Угу.
Он был похож на котика, которого надо погладить. Тёма...
POV Артем
Я нисколько не удивился рвению Анастасии узнать все о Саре. Я знал, что в скором времени мне придется рассказать ей все, что я знаю. Да, не легко вот так вот растрепать волнующую тебя информацию, но это все ради нее самой. Она, наверное, уже сама в четырех углах мотается от недостатка нужных кусочков, чтобы собрать пазл.
Я на секунду закрыл глаза от усталости, этот, казалось бы, короткий разговор сильно утомил меня.
Все бы ничего, но я почувствовал на своей голове чью-то руку. Не трудно догадаться кому она принадлежала. Шварц.
- Почему ты трогаешь мои волосы? - и правда, девушка перебирала пальцами пряди, забавно поглядывая на них, как они переливаются в тусклом свете.
Такая пасмурная погода стояла уже где-то дня три, если не больше. Все готовилось к зиме, животные прятались в норки, а деревья сбрасывали свою шикарную, уже пожелтевшую листву. Сухой ветер трепал волосы Насти, от чего она казалась еще милей.
- Они мягкие на ощупь, я всегда думала, что они жесткие, как солома, - растерянно прошептала она, почему-то улыбаясь. Странная.
- С тобой все в порядке?
- Все отлично, как всегда, просто... Я не понимаю, как ты все это терпишь, как еще не сорвался, ты, оказывается, такой сильный и... - начала она перечислять все мои качества дрожащим голосом, будто сейчас заплачет.
- Если бы ты знала мои мотивы, к которым я стремлюсь, то ты бы, наверное, поняла меня, - прошептал я замогильным голосом, отчего девчушка содрогнулась.
- Расскажи мне.
- Не могу, Шварц. Не сейчас, договорились?
- Нет, скажи здесь и сейчас! Я больше не могу терпеть этой неизвестности! - из правого глаза одиноко покатилась слезинка.
Рука сама по себе потянулась к щеке девушки и смахнула слезинку, погладив лицо тыльной стороной ладони. Она оторопело посмотрела на меня, а потом опустила голову вниз так, что волосы закрывали лицо.
- Ты чего?
- Нет, ничего. Мне стыдно смотреть тебе в глаза, - прошептала она, так и не подняв голову.
- Шварц, - окликнул я девушку.
- М?
- Ты еще такой наивный ребенок, - сказал я и обнял крепко свою любимую. Ее хрупкое тельце недоверчиво прижалось ко мне, будто бы ища тепло, в котором она нуждалась.
- Я не маленькая, мне скоро восемнадцать, - буркнула она, упираясь носом в мое плечо. Не брыкалась, послушная.
- Вот видишь, скоро совершеннолетняя будешь, а ведешь себя как пятилетняя девочка! Ничего не понимаешь, что вокруг происходит! Никого не замечаешь! - отчего-то мне стало смешно, поэтому я стал тихонько хихикать.
- Что ты смеешься, чего я опять не понимаю? - надув щечки, серьезным тоном спросила она, вытирая правый глаз от слезинок.
- Узнаешь позже.
- Скажи, раз начал! Сам-то не лучше меня!
- Ты не замечаешь того, что я люблю тебя, дурочка!
========== Часть 15 ==========
POV Настя
- Ты не замечаешь того, что я люблю тебя, дурочка! - эти слова застряли в голове, как пробка. И как я раньше не могла заметить его симпатию в свою сторону? Нет, я знала об этом. Потому как не мог он находиться всегда рядом со мной по случайной причине. Такого в жизни не бывает, как мне кажется. Хотя, когда кажется, креститься надо. Не в этот раз.
Я знала, что нравилась ему в какой-то степени, знала, что сама люблю его, но до сих пор отрицала все то, что было на поверхности, как на ладони. Глупая, рано или поздно он признался бы, как и подобает мужчине. Но сейчас это было достаточно неожиданно. Вот он, сидит рядышком, обнимает меня, снял куртку, чтобы согреть меня, легонечко гладит спину. Почему он делает все это?
- Зачем? - задаю я самый глупый вопрос в своей жизни и утыкаюсь парню лицом в грудь.
- Наверное, чтобы ты была счастлива, находясь рядом со мной, - довольно-таки быстро отвечает он на вопрос, приводящий меня в конфуз. Мне хочется его обнять, но я боюсь повести себя так, что ему не понравится мое отношение. Тогда я все испорчу, а мне этого не хочется.
- Знаешь, сейчас ты совершенно на себя не похож, - задумчиво начинаю я рассуждать. - Обычно ты дразнил меня, старался как-то навредить, сам был похож на местного хулигана.
- Внешность обманчива...
- Да, ты прав. Я сама в этом убедилась. Сейчас ты просто не похож на эту грубую шпану, пугающую народ. Нет, ты совсем другой сейчас. И я не понимаю, хорошо или плохо это..
- Трудно принять выбор, когда увидела мое искреннее "Я"?
- Угу, - промычала я, закрыв руками лицо. Его руки, покоящиеся на моей спине, на секунду исчезли, но потом вернулись на свое прежнее место.
- Не бойся, я подожду, - сказал парень, зарываясь носом в мои волосы.
- Спасибо, Артем.
Я почувствовала, как он улыбнулся. Не видела, но почувствовала. Маленький, неопытный котенок, который должен казаться взрослым среди дурных людей.
В такие моменты я вспоминаю свою маму. После ухода папы она совсем раскисла и не могла думать ни о чем, кроме как о нем. Она откликалась на пятидесятый зов, когда я кричала, что хочу есть. Частенько ужин был горелым, но я ничего не говорила маме, зная то, с каким трудом она приготовила его. Она замкнулась, закрыла себя ото всех, не подпуская ни на шаг ближе, чем положено. Представьте сколько всего пережила эта женщина? Осталась совершенно одна с маленьким ребенком, которого надо кормить и кормить. Она сумела подняться с этих низов нищеты, стала сильной. Она защищала меня от всех невзгод.
- Тём, я знаю почему ты такой грубый со всеми, - неожиданно для себя сказала я.
- Я слушаю.
- Это твоя защитная реакция. Ты совершенно не грозный, но ты боишься, что тебя снова предадут, поэтому сразу даешь понять, что сближаться с тобой - бесполезно, - на этих словах он крепче сжал меня в своих объятиях.
- Но тебя я не отпущу, даже если ты попытаешься сбежать, - прошептал он на ушко, обжигая эту часть тела своим горячим дыханием. По коже строем пробежались стайки мурашек, на душе так сладко и тепло.
Ванильная сопля. Рядом с этим довольным котиком я теряю всю свою серьезность. Таю от незаметных и незначительных прикосновений. Раньше, я бы и не подпустила его к себе ближе, чем на метр. Но сейчас я нежусь в его руках и вот-вот хочу замурлыкать от нахлынувшего с неба счастья. Никогда не думала, что человек, который тебе нравится, вот так легко может зажечь в твоем сердце пожар одним лишь словом в твой адрес. В грудной клетке будет слышен неуловимый ритм бешеного сердца, которое сорвалось с цепи. Неописуемое чувство наслаждения.
- Я знаю, - тоже шепчу я, сильнее прижимаясь к торсу парня. Он - мой. Теперь я чувствую огромный прилив сил, будучи рядом с ним. Я знаю, что он на моей стороне. Я знаю, что он не покинет меня. Я знаю, что он останется рядом в любую секунду, когда бы я не попросила. Прошло лишь полгода, а он стал для меня таким любимым и родным. Это произошло случайно, просто в один из дней я поняла, что не могу больше ни о ком думать, кроме как о нем.
- Может прогуляемся? - предлагает Артем, целуя меня в макушку. Это, оказывается, до чертиков приятно.
- Давай.
Я встаю, отдаю ему куртку и жду, когда же встанет и он. В мгновение ока он возвышается надо мной и смотрит сверху вниз.
- Шварц, почему я только сейчас осознал, что ты такая маленькая? - шутливо дернул меня за больное место.
- Как ножом по сердцу, это не я маленькая... Это... Это ты слишком высокий!
- Ну-ну.
Он одел куртку и взял меня за руку.
- Ничего себе! У тебя такая рука холодная! - моему удивлению не было предела. Да он же как ходячий мертвец!
Артем лишь виновато улыбнулся, потупив глаза вниз. - Дурак, я бы отдала тебе и раньше твою одежду, - ласково улыбнулась я и переплела пальцы рук в замок. Так было надежней и теплей. Его кисть была намного больше моей. Это немного ущемляло, поэтому я чувствовала себя еще меньше, по сравнению с ним. Так вот мы и пошли гулять по свету. Ну, как по свету, сначала решили зайти в парк, но потом поднялся сильный ветер, поэтому мы решили забежать в ближайший магазин.
- Две булочки со сгущенкой, - сказал парень продавцу хлебного отдела. Она устало поплелась к полке, где хранились изделия именно такого типа.
- Всё? - измученно спросила Наталья Ивановна(это было написано на ее бейджике). Замазанные тональным кремом синяки немного виднелись под слоем бежевой краски. Несколько морщинок на лбу, потухшие глаза. Неужели ее совсем добила своя работа? А вдруг проблемы дома? Стоп, с чего это я стала думать о чужих проблемах? Хотя, это лучше, чем быть эгоисткой и игнорировать всех и вся вокруг.
От зоркого взгляда парня, стоящего рядом со мной, тоже не скрылась усталость продавщицы.
- С вас тридцать рублей, - мертвым голосом сказала она. Артем протянул ей несколько монеток, женщина выдала чек.
- Спасибо большое, Наталья Ивановна! До свидания! - громко кричит он, заставляя хмурую женщину улыбнуться.
Артем сам начинает улыбаться, как чеширский кот, поэтому и женщину настигает волна хохота.
Вот с таким приподнятым настроением и едой в руках мы направились к парку, так как ветер, более-менее, успокоился.
Идти надо было недолго: обойти два дома, перейти дорогу и вот он - вход в чащу. Летом, несомненно, там находиться куда лучше. Тепло, листва кутает тебя в тени, обдувающий ветерок. Красивее всего здесь осенью, когда деревья одеты в золото, а непослушная листва крутит хороводы вокруг пешеходов, снующих туда-сюда, как муравьишки.
Сейчас же все было наоборот. Деревья темные, голые, корявые, казались самыми убогими и некрасивыми, хоть и недавно нежились в желтой шубке. Все то время, пока мы шли к парку, мы молчали и крепко держались за руки, порой улыбаясь друг другу.
