Текст книги "Судьбы на картах триумфаторов. Книга 1 (СИ)"

Автор книги: Marko Key

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 14 страниц)

Глава 18. Начало конца.

Я сидел рядом с телом бабули и держал её руку. Мне было крайне тяжело отпускать её. Я искренне скорбел. Ведь её больше нет, она больше никогда не посмеется с моей шутки, мы больше никогда не выпьем по кружке чая. Я не знал, что делать дальше, а её совета больше не услышать. Боль не уходила, но приходило это чертово рациональное понимание своей ситуации. Я среди кучи трупов, дедулю оказывается тоже убили, скорее всего тогда же, когда и Олейну, потому что они находились рядом с краем ловушки. Я не хотел оставлять их лежать вот так, не хотел увидеть их призраками. Нужно было их похоронить, но для этого я должен был знать, как они хотят быть похоронены, но я больше не могу взять и спросить. Да и не в этом дело! Их больше нет! Нет больше баб Оли, нет больше Бонвира... нет отца... нет Алинки и нет мамы, со мной больше никого нет! Я остался один. Сидя с обмякшим телом, в мои мысли начали приходить идеи, что можно было сделать, а грусть по малу уходила. Где-то внутри, мне это всё не нравилось, будто, что-то человеческое потихоньку исчезало и приходила холодная расчётливость.

Я со злостью взял триумфатора:

«– Ну давай поплачем, почему бы и нет? Это у вас освобождает от чего-то? Или ты хочешь внимания? Ой, погоди, где же моя тактичность, наверняка, твои чувства так проявляются, не так-ли?»

Я вновь его убрал. Почему он такой козёл? Неужели не может просто поддержать, как это сделала бы бабуля, если бы только был способ с ней поговорить. Точно, я вновь схватил Шута и начал перебирать остальных триумфаторов.

Вместе с этим пришёл и его загадочный голос:

«– О, хочешь использовать «Смерть» чтобы поговорить с ними? Может лучше поплачем?

– Имеешь что-то против?

– Нет, просто интересуюсь и пытаюсь понять, что ты за человек.

– Ну так смотри.»

Он ещё что-то говорил и спрашивал, но мне было интересно только одно:

«– Как её использовать?

– Эх, неуч, хотя ножки у неё были действительно аппетитные, ладно уж, положи на тело мертвого человека и подумай о нём.»

Я вспомнил, на сколько плохо порой запоминал информацию от Ребекки и на мгновение подумал, как они, отнесутся к этой ситуации. Однако шут внутри, вновь начал меня чихвостить и отбросив лишнее, я положил аркану смерти на грудь бабули и начал ждать. Потребовалось не много времени, чтобы перед мной появился слабый отблеск её силуэта. Услышав её голос, я не смог сдержать слезы и начал произносить слова самобичевания. После небольшой истерики её силуэт хотел положить руку мне на плечо, но место теплой поддержки, я почувствовал холод, пробирающий до глубин души, даже Шут что-то беспокойное произнёс.

После чего я услышал, – Ди, не кори себя за это, раз уж четверых сильнейших судьбоносных и одной мудрой старушки не хватило, чтобы предотвратить этого, то от тебя никто ничего не ждал. Голос в голове на моё удивление произнёс: «– А она дело говорит, ты ж бездарность, как ты мог предотвратить это?» Я вновь перестал его слушать, но их слова помогли мне собраться и перестав думать, как можно было всё вернуть, я начал думать, что делать теперь.

– Баб Оль, прости меня, но как бы ты хотела быть похоронена, чтобы твоя душа успокоилась?

Бабуля улыбнулась и рассказала, что рядом с местом, где я родился. Я хотел спросить, ещё про деда, но, к сожалению триумфатор смерть рассыпался пеплом на её теле. Я вновь обратился к голосу в голове:

«– Как ещё можно узнать информацию? Я не хочу его оставлять или неправильно хоронить.

– Лучше всего сжечь, тогда душе не за что будет держаться.

– Ясно, спасибо, значит на этом всё.

– Подожди, ладно, ты ж до завтра иначе будешь ныть, сходи поищи, может у кого ещё остались триумфаторы смерти.

– И что дальше? Они все мертвы если ты не заметил, толку от их карт теперь? Кто мне их передаст? Их дух?

– Хватит ныть и найди карты, бестолочь! Фокус покажу.»

Я не понимал зачем, он от меня это требует, но его оскорбления закончились, как только я пошёл по телам. И вот тут произошло то, от чего моя челюсть чуть не отвисла. Я вообще не черта не понимал, но стоило мне прикоснуться к карте одного из оккультистов, как она тут же начала терять синий цвет. Начал стираться не только он, даже изображение луны на карте, полностью обезличивая её и она начинала походить на обычную, серую игральную рубашку. В тот момент, когда она полностью стала серой, я услышал смех.

«– Этого не может быть! Нет, нет, нет, да как это вообще возможно? Что происходит? Как это происходит?!

– Да, да, да! Что значит как? Всегда так происходило, мне, знаешь ли, нужнее, теперь моё, не отдам, бэ-бэ, забирай всё и дуй к следующему, а то вдруг проснётся, прикинь? Вот умора будет, позевает, а потом, как поймёт, что он теперь труп.

– Стоп, это реально? То есть получается, я единственный, кто может забирать карты у других судьбоносных без их согласия? Это ведь нечестно, это нарушает все правила мира...

– Правила-а, это те самые, которые ты для себя придумал, чтобы было проще? Чтобы всё объясняло и встало на места? Правила, по которым должны играть все одинаково? Парень, для меня нет никаких, нахрен, правил! Забирай колоды и давай уже покончим с проблемой, которую ты сам себе придумал, хочу веселья.»

Он не нормальный, просто не адекватный, как можно быть таким, в подобной ситуации? Но тревожило меня то, что где-то внутри себя, я был с ним согласен. Нужно будет это обдумать и хорошенько! А пока, время забрать колоды этих уродов.

Собрав всё вместе и разложив их по стопкам у меня, получилось:

Мечи – 34 из которых: 4 пажа, 3 королевы, 2 рыцаря и 2 короля.

Пентакли – 28 из которых: 3 пажа, 2 королевы, 1 рыцарь и 1 король.

Кубки – 25 из которых: 1 паж, 2 королевы, 1 рыцарь и 1 король.

Жезлов ни у кого не осталось, поэтому получилось 13 и все мои.

Триумфаторов у меня получилось всех по четыре штуке, кроме «Смерти» потому как я её использовал. «Шутов» тоже ни у кого не было, суеверные твари. Колоду Бонвира я не трогал, собираясь похоронить её вместе с ним. Голос в моей голове, говорил, что это дурацкая дань человеку, но я его послал. Подойдя к телу Бонвира, проткнутого в спину мечом, который раздробил ему хребет, я положил карту смерти ему на грудь. Появившийся Бонвир, театрально осмотрелся и протяжно выдохнул. Из-за неловкости, находясь в ужасной ситуации, я, как полный кретин, чуть не засмеялся. Но это всё от голоса в голове, честно: «– Ох уж, эти драматурги! Даже после смерти играет».

Дедуля взглянул на тело Олейны, закрытое одеждой и спросил, – Уже говорил с ней?

– Да, дед, я бы и с тобой поболтал, но не знаю, сколько действует триумфатор. Прошу скажи, как бы ты хотел быть похоронен, чтобы твоя душа была спокойна?

Он рассказал мне, где захоронена его жена и попросил положить его рядом. Он очень тянул, но я с достоинством выслушал его пожелания для детей и выслушал то, что у него было для меня.

– Послушай, Ди, сейчас ты остался сам по себе. Не советую тебе дожидаться Злата и других. Я знаю, что сейчас разгорается внутри тебя. Может будь я живой, стал отговаривать, но сейчас, советую сделать это самому, ведь они будут продолжать искать тебя, начни и ты искать их. Но для начала пойми все свои возможности, стань сильнее, Ди!

Он стал слабеть и последнее напутствие было еле слышно, но я понял, что он хотел – чтобы я не винил себя за произошедшее.

Ощущая боль на душе, мне не дал в неё углубиться мой таинственный друг: «– А ты плакать будешь? Нет? Не, ты не подумай, что мне нравятся страдания других, хотя может и от части, особенно если они заслужили, просто, хочу понять, насколько ты нюня.

– Заткнись! Не буду я плакать, хватит, надо заняться делом.

– Ух ты, что это? У тебя воля к жизни проснулась? Даже не знаю, радоваться или горевать, что предложишь?»

Я хотел было кинуть аркану на землю, но вспомнил, как ему это не понравилось, я почему-то отнёсся с пониманием. Аккуратно убрав её в кармашек для основных триумфаторов, я пошёл искать могилу жены Бонвира. Труда это не составило и смотря на участок земли, понял, что нужно бы найти лопату, а ещё Бонвира тащить сюда. Вся процессия, казалась муторной для меня одного, хотя и хотелось поступить, по совести. Я обречённо вздохнул и вновь достал «Шута» с его потусторонним голосом:

«– Не очень-то красиво вот так заканчивать разговор, а потом приходить, как будто ничего не было, не находишь? Тебя манерам вообще не учили?

– Если я не начну говорить, ты вообще никогда не замолчишь?

– А что разве не удобно? Возьми меня на ночь, я тебе колыбельку спою, а может и сказку расскажу если хорошо попросишь, в лобик не поцелую, как твоя мамочка, но могу.

– Завали и послушай! Я обещаю, что больше не буду единогласно заканчивать разговор, если того не будет требовать ситуация, а взамен прошу помощи.

– С тем учётом, что ты меня вновь не бросил на землю, я согласен, для своей идеи можешь призвать двух «Пажей» они без объяснений сделают, что ты хочешь.

– Как ты понял, чего я хочу?

– А как карты понимают, что ты хочешь призвать меч, а не кинжал? Мысли дорогой, всё дело в твоих мыслях, они двигатель процесса, когда ты берешь карту в руки, нужно быть твердо уверен в том, что ты хочешь сделать, тогда эффект будет сильнее.

– Можно призвать кинжал, а не меч?

– Ты что проспал все свои года? Конечно можно, не всегда возникает ситуация, когда тебе нужен именно меч или огромный дрын в виде двухметрового жезла, возьми карту, подумай о луке и кузнеца богов предоставит тебе его вместо жезла.

– Хм, я думал об этом, но меня смущало, что за столько лет, никто не додумался до этого.

– А чего тут странного? Они все глупы и сами не знают, чего порой хотят, за столько лет ни разу, никто не подумал о том, что количество, может означать и качество, а изображение меча, лишь показывает на аспект портала, но не означает, только меч, эх вы людишки.

– Спасибо, поговорим потом.

– Ты знаешь, где меня искать, Ди»

Ах ты ж... Стоп сначала Бонвир, а потом разборки с самим собой. Складывалось ощущение, что он специально меня провоцирует.

Так, значит два «Пажа – мечей» хорошо, приступим. Я достал из колоды две одинаковые карты и подумав о том, что мне нужно сделать и бросил их на землю. Спустя пара секунд, карты начали образовывать два одинаковых круга, похожих на порталы Ребекки и резко, да так что мой глаз не успел понять, что произошло, перед мной появились два духа. Преобразовываясь материально, их одежда напоминала одеяние прислуги у короля. Такую обычно показывали в старых фильмах или её можно было найти в музеях. Они не ждали команды или распоряжений, как и сказал голос, они достали из ножен широкие мечи и начали копать землю, довольно быстро, кстати. На могилу без гроба у них ушло примерно минут 10, после чего засунув мечи в ножны, они пошли к телу Бонвира. Взяли аккуратно, так как бы взял я, будь меня двое и аккуратно поднесли к могиле. Аккуратно положив, закопали его. Правда на этом моменте они уже начали тускнеть, а я подсчитал примерное время их призыва – около 15 минут. Я больше не хотел никого призывать, нашёл на территории пару ровных камней и поставил их в пирамидку у изголовья могилы. Помню в прошлом мире, так делал один народ, у этого даже вроде название красивое было – «Сайво» вроде. В любом случае, мне хотелось отдать дань почести Бонвиру, как настоящему шаману, веря, что его дух обретёт покой.

Я хотел было уезжать, но все три лошади спали крепким сном. Тревожить их, я не видел смысла, они ведь тоже пережили смерть хозяев. Поднеся к их стойлам сена и воды, чтобы, как проснулись, смогли насытиться, я начал думать, где спать. Сначала было задумался о сне в доме, но побоялся, представив, какие кошмары мне приснятся в эту ночь. Сил уже не оставалось, поэтому прильнув к своей лошади, я уснул у неё на брюхе.

Сон на удивление был тем же колесом. С утра морально было легче, но мои мышцы растягиваясь, жутко ныли. Тяжело было даже закинуть тело бабули на лошадь. Спасибо Злату, что я вообще способен шевелиться! Всё было готово через пару часов после пробуждения, но, прежде чем покинуть дом Бонвира и отправиться к дому бабули, я решил написать записку: для брата, возлюбленной и лучшего друга. Привязав двух коней к своей лошади, я сам сел в седло. Мы сделали церемониальный круг, прощаясь с этим домом.

Путь на лошадях казался близким и взяв компаньона в руку, я двинулся не спеша.

Глава 19. Кто мы?

«– Ха-ха, а потом ты ему говоришь...

– Да, почему же ты такой не спокойный? Кто ты вообще?

– А, разве не очевидно? Стоп, а почему ты спрашиваешь, почему я постоянно говорю? А почему ты молчишь? Ты спрашиваешь кто я? А сам ты, кто?

– То есть держать тебя в руках молча, значит постоянно слушать твои мысли или точнее, свои? Но тогда получается, что ты это я? Ты что-то вроде моей тени или может самого плохого во мне?

– Ну не льсти себе, самого плохого, ишь что удумал, решил свалить всё на меня? Ну уж нет, я так просто не дамся, драться хочешь?

– Ну ладно, ладно, просто объясни. Я лишь говорю, что думаю, хотя блин, я же думаю в голове, получается ли тогда, что я говорю?

– Ха–ха, всё просто, я обратная сторона, любого твоего существования, ты загрустил, я буду веселиться, ты веселишься, я буду грустить. Не всегда, конечно, но в большинстве случаев, так и будет происходить, всё зависит от твоих эмоций.

– А так вот почему считают, что ты даруешь не сгибаемую волю. Ты помог мне тогда, хотя я уже отчаялся и не знал, что делать. Ты дал мне варианты, дал мне надежду, дал силы, которых не было.

– Правда? Меня считают таким? Как мило, аж затошнило.

– Ха–ха, понял, а ты знаешь, что-то про других триумфаторах?

– Что например? Что они существуют? Дают разные способности или что ты хочешь узнать, как ими правильно пользоваться?

– Нет, я имею в виду, они могут также, как ты разговаривать?

– То есть, по-твоему, ты сейчас разговариваешь? Ты точно не сумасшедший? Может где-то сильно ударился головой? А может сильное потрясение случалось не давно? Ты подумай, может есть за что зацепиться?

– Но почему ты смеялся при ритуале?

– А то есть теперь мы игнорируем мои вопросы, да? Славно, славно, может и мне начать? Что будешь делать тогда, говнюк? Я смеялся на ритуале, потому что видел бы ты своё лицо! Ты так ждал света! Да все вы, наверное, ждёте света – привыкшие видеть, а только потом чувствовать! Может быть, я бы по-другому отреагировал, но уж больно сильно была твоя надежда увидеть его, а тут на, фигушки.

– Какой же ты порой не понятный. Ладно, а как ты тогда почувствовал, что за мной следят?

– Я? Никак, я не могу чувствовать, тебе на каком языке объяснить, чтобы ты это усвоил? Я обратная сторона тебя, твоих чувств и переживаний, в тот момент ты сам это почувствовал, но привык видеть глазами, которые тебя подвели, ты забыл про то, что существуют «Луны», но чувство ведь появилось, просто ты не смог их признать, понять или... а в целом можешь думать, как хочешь, только вот я всё понял, принял и хотел сказать тебе об этом, ты не тактичный, грубый.

– Я понял, гавнюк.

– Вот именно, хотя не унывай, ты не так уж и плох, тот факт, что ты смог себя взять в руки и не стал распускать нюни, а после всего смог отдать дань деду, а теперь мчишь отдать ещё и этой бабке, близкое твои? Да ладно, шучу – это многое говорит о тебе, наверное, вы люди называете это добротой и чистой душой.

– Прости мне нужно подумать одному некоторое время.

– Ты знаешь, где меня искать»

Вот же п****ц. Он реально не угомоним, стоит мне почувствовать горечь или обиду от утраты, да даже начать самобичевание, он тут же переобувается и знает все слова, чтобы поддержать. Как это вообще работает? Как подобное может существовать в этом мире? Да о чём я, в любом мире! Я понимаю, что это уникальная сила, которая может дать отпор всему миру. Стоит держать его всегда при себе, когда буду взаимодействовать с людьми, которые встретится мне на пути. Кстати:

«– Какой сейчас час? Давно меня не было? Крестовые походы уже начались? Мне ко второму.

– У меня появился вопрос, а если моим разумом захочет завладеть императрица, что произойдет?

– Завладеть твоим разумом? Ты что слабовольный, чтобы вестись на подобную чушь? Если тобой завладеют, получается и мной завладеют? А мной никто не может владеть! Покажи мне эту императрицу, быстро сделаю из неё нашей служанкой, мы никому не служим, если захотят, они могут попросить, чтобы служить нам!

– Я понял, спасибо, позже наберу»

Ясно, держа при себе шута, я получаю рупор, который во весь голос будет кричать об опасности. По-видимому, мой разум в безопасности. Похоже на легальный чит, хотя я пытался найти равновесия. Может это он? Если вспомнить другие способности триумфаторов, то получалось, чтобы им противостоять – у меня в руке было, то самое равновесие.

Остаток пути я перебирал мысли, смотрел на всё, что произошло под разными углами. Успокаиваясь и снова заводясь, смотря на соседнюю лошадь, в дали наконец-то показался силуэт дома. Оставалось не много, потом попрощаться с бабулей, найти припасов и поискать может у неё дома есть книга, в которой была бы подсказка куда двигаться дальше. Чем ближе я приближался, тем не спокойней мне становилось, но не от предстоящих похорон, что-то было не так. Интересно, а сейчас он мне сможет помочь?

«– Что значит наберу? Ой, ты уже близко да? Здорово, ещё не решил, что делать дальше? Ну ни чего, похороним старушку с почестями, потрещим со старой знакомой и двинем в путь.

– Стоп, что? Старой знакомой?

– А почему ты спрашиваешь у меня? Будто это я её сюда поселил?

– Ты ещё и про другой мир знаешь?

– Этот мир, тот мир, какая разница? Ты сейчас в каком мире? В этом или в том? А этот мир не может быть тем? А тот мир точно был не этим?

– Красава, отдыхай»

Он прав, нет смысла продолжать цепляться за тот мир. Да чтоб его, как он вновь смог помочь? Я же совсем забыл, что бабуля отправила месяц назад письмо Веронике. Значит это именно то беспокойное чувство: я везу бездыханное тело её бабушки, которая должна была её обучать! Представляю смесь её чувств, ведь это именно она меня сюда прислала, а я с таким ответом, какова будет её реакция?

Я решил, что нет смысла себя корить и дальше, сейчас приеду, постараюсь всё объяснить и даже под гнётом скорби продолжу путь.

Приближаясь всё ближе к дому, я заметил, что из трубы идёт слабый дым, а сама Вероника сидит в кресле качалке, только она её передвинула ближе к крыльцу дома. Она сложила книгу, встала для приветствия и дождавшись, когда я подскочу, взяла за узды лошадь.

– Здравствуй, Ди, – вежливо, но виновато произнесла она, а я опешил. Откуда она узнала, моё имя?

Я протянул руку, не зная, как обратится к ней, – Рони, – она помогла поставить точку в этом вопросе. Я кивнул и не знал, как начать разговор о важном.

Привязав лошадей к стойлу, я заметил под ними кормушку для всех трех. Я был готов поклясться, этого не было когда мы уезжали. Рони, подошла к телу бабули и аккуратно положив руку на одежду, которой она была прикрыта, чуть всплакнула и тихо произнесла, – Не самое лучшее знакомство бабуль.

Она была готова? Но как? Нет не единого способа, чтобы она так быстро узнала, что произошло! Я хотел было открыть рот для не тактичного вопроса, но Рони взяла себя в руки глубоко вздохнула. Посмотрев на меня уверенным и решительным взглядом, она четко произнесла, прикладывая не мало усилий, – Пойдём, Ди, нужно похоронить её, ты знаешь, о её желаниях? – мне оставалось только кивнуть с широко открытым ртом.

– Хорошо, я рада, что душа бабули будет спокойна, – она была столь мила, столь невинна, что я на всякий случай взял в руки шута, предполагая, что меня пытаются обмануть. Я помнил Веронику совершенно другой. Однако потусторонний голос тут же напомнил мне об одной важной вещи: «–А ты до перерождения, был таким же говнюком?» Точно перерождение, да как у него это получается, каждый раз?

Рони взявшись руками за одежду, где у Олейны были плечи, вопросительно посмотрела на меня. Я вышел их ступора, от напора собственных мыслей и помог ей снять бабульку. Мы вместе донесли её, куда я указал.

Решив всё-таки раскрыть рот, я неуверенно спросил, – Рони, послушай, ты не будешь против, если я воспользуюсь способностями и могилу вскопают за нас?

Она посмотрела на меня, потом на почву и в конце на свои руки, – Почва тут не самая лучшая, так что будь добр, пожертвовать картами.

Её рациональность заставила меня расслабиться. Я достал двух «Пажей жезлов» и кинув их на землю, подумал только о могиле и как бы я хоронил её. Я дождался их появления и обратился к девушке, – Рони, всё понимаю, но можно задать вопрос?

– Голубь, – я удивился и не сразу понял, о чём она, – Голубь доставил послание от Бонвира, её друга. По крайней мере, так было подписано. Там есть и про тебя, хочешь прочесть, пока мы тут всё равно не нужны?

Я кивнул головой, начиная понимать, куда Бонвир отправил письмо в прошлый раз и почему Олейна так отреагировала. Рони взяла книгу с кресла качалки и достала из неё сложенный лист бумаги, протянув мне. Крутя его в руках, не решаясь открыть, я смотрел то на лист бумаги, то на неё и порой бросал взгляд на будущую могилу. Справившись с эмоциями, я раскрыл лист:

«

Здравствуйте новый куратор, меня зовут, Бонвир Видящий. Сейчас я и ваша бабушка, собираемся в путешествие. Мы не знаем, как долго оно продлится, поэтому по прибытию, вам предстоит начать обучаться самостоятельно. В конце письма я напишу перечень книг, обязательных к прочтению, чтобы лучше понимать этот мир. Хочется пожелать вам удачи, терпения и принятия вашей новой судьбы. Я так же хочу, чтобы вы знали, бабушка вас очень любит и хотела бы сама вас всему научить. Уверен, что на моё место встанет человек, который и вам сможет стать другом, будьте благосклонны к людям, которых повстречаете в этом мире. Особенно к вашему старому знакомому, поверьте он ни в чём не виноват, а его намерения чисты. Прошу вас не судить его строго, когда он появится на горизонте и подготовить для него всё, что не обходимо путнику, после долгой дороги. Я искренне верю, что у вас всё получится и поэтому напоследок хочется пожелать, чтобы бы и вы верили в себя.

С наилучшими пожеланиями, Бонвир Видящий.»

– Ясно, он знал, что так произойдёт, – произнёс я грустно и отдал письмо Рони. Заметив, что среди нас больше никого нет, я подошёл к могиле. Мы не долго прощались с Олейной, сказав по паре приятных фраз и аккуратно спустив её тело, принялись засыпать землю. После того, как получив одобрение, я установил пару камней у изголовья бабули, мы пошли в дом, где Рони предоставила мне: разогретую ванну, горячую еду и теплую кровать. Ворочаться долго сил не было и хотя на дворе был ясный день, я уснул сразу, как только тело приняло горизонтальное положение.