Текст книги "Развоплощенный 2 (СИ)"

Автор книги: Мархуз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 10 страниц)

Глава 5

Глава пятая

… На подходе к порту нас встречал паровой катер, который по-лоцмански повёл «Ариадну» куда-то в сторону самых дальних причалов. Перкинс позаботился, отправив шифрованную телеграмму Хопкинсу, когда мы по ходу заглянули в порт Виктория, Британская Колумбия. Наверняка сообщил, что «…тётя Сара везёт 1,000 арбузов и нуждается в крытых повозках, чтобы их не хватил солнечный удар…». По-хорошему, надо бы и для своих целей чего-нибудь подобное разработать, а то вдруг понадобится в будущем.

Так что разгрузка ценных «арбузов» (в ящиках по сто фунтов весом) много времени не заняла. По нашей договорённости груз пойдёт в хранилище «Вэллс Фарго», но не банковского, а какого-то вспомогательного. Туда же отправлены и мешки с бобровыми шкурами. Так что особо не засветились, да и зевак возле того причала не ошивалось. После чего разделились: мы двинули к мадам Лежье, а Перкинс к боссам с подробным докладом.

Наши собственные апартаменты, слава богу, пока не заселены из-за дороговизны расценок, поэтому проблем с размещением не возникло. Впрочем, если бы и возникли, то выбор гостиниц достаточно широк во Фриско. Имею в виду фешенебельных, а значит и неудобных многим прижимистым американцам своей ценой. Специально приглашённый бабашоппер качественно привёл нас по очереди в приличный вид, после того, как мы откисли, приняв ванны.

– Ну как, джентльмены, стали богачами? – мадам сразу начала выяснять нашу нынешнюю платёжеспособность.

– Да, безусловно, и ещё будем богатеть, – распевал соловьём Пол Вермонт, – в этом сезоне станем королями бобрового бизнеса. Кстати, мадам, мы и вам с дочерьми привезли подарки.

А что делать, когда нужно показать что шикарные меха отныне наше всё.

– Вот только с сезонностью прогадали. Основные закупки будут зимой, но все товары на обмен имеются на складах в должном количестве. Индейцев племени хэн очень порадовали наши коэффициенты размена, которые для них выгоднее, чем у Аляскинской Коммерческой.

Это в Сент-Майкле разобрались с правильным названием компании, которой стали невольными конкурентами. Заодно выявили, что АКК ещё и морских котиков промышляет на каких-то островах Прибылова. Вроде у русских несколько лет назад получили концессию на пару десятков лет. Но по-любому именно бобры превалируют в ценовой политике, всё остальное мелочь пушистая.

– Дай вам бог хорошего дохода, джентльмены, – искренне пожелала хозяйка пансионата, – чем ещё намерены заниматься?

– У меня и других занятий хватает, мадам Лежье, – честно признаюсь, – просто теперь появились финансы, чтобы тратить на развитие некоторых научных разработок. Кстати, вы не в курсе как ныне обстоят дела с телефонией Александера Белла?

– Ой, последнее время каждый третий житель нашего города только об этом и говорит. Сам изобретатель уже переехал в Сан-Франциско. Ему целую усадьбу выкупили, чтобы было где жить и где разместить лабораторию и мастерские. Компания «Вэллс Фарго» взяла его под своё крыло. Имея такие условия любой дурак телефон изобретёт.

Прекрасная сентенция, её бы в жизни реализовать.

– А ещё какие новости имеются? – давлю на хозяюшку, чтобы поменьше сил у неё оставалось на расспросы о наших делах.

– А с Западной Австралией и смех, и грех, право слово. Даже первые корабли только на подходе к ней, а сами антиподы, вроде, узнали о своём золоте лишь благодаря новостям, доставленным им пакетботами из Азии. Новости долго идут.

Это пока проблема, в Австралию ещё не проложили трансокеанские телеграфные кабели, вот накладки и возникают. Так что первыми могут оказаться на месте сами австралийцы, не дождавшись европейцев и америкосов.

– Ой, самое главное забыла, вы же это предсказывали, Эндрю. В Боснии на Балканах началось восстание! Три месяца назад новости пришли. Наши уже два добровольческих отряда сформировали, вооружили и отправили.

– Ага, всё-таки в этом году началось, – я же точно не знал когда именно, – ну теперь дойдёт и до русско-османской большой войны. А это большие сложности и огромные расходы для родины моих предков, – чётко акцентирую свою позицию.

Так что завтра, если живым выйду из банка, то сразу в редакцию, чтобы утрясти все вопросы. Видимо правильно я свалил с Клондайка, ибо толку от меня там, если по-честному, немного. Что мог – сделал, а для большего нужны всё-таки профессионалы по организации добычи золота. Зато здесь могу многое наворотить, тем более, что бабло попёрло не по-детски. Прекрасный рояль я сам себе смастерил, воспользовавшись удачным периодом и тщательно всё подготовив. Но это только сейчас видно стало, да и то в основном мне самому, ха-ха.

В любом случае, сначала необходимо рамсы развести с Хопкинсом и Ричардсоном, чтобы вообще уцелеть. Ну и свой интерес не потерять, а то опустят ниже городской канализации, если шкуру не спустят. Блин, по идее проще провести ликвидацию обоих, это-то мне гораздо проще, потому что профессионал в таких делах. Но кто тогда на меня пахать будет? Эх, знать бы в чём «золотая середина» заключается…

С утра я позавтракал неторопясь, с чувством, толком и расстановкой. Вдруг это последнее удовольствие в мирных условиях, а потом в бега придётся податься? Затем нанял кэб и расслабился – будь что будет, чего загадывать, если лишь беседа выявит что к чему. В банке меня уже ждали и с уважением проводили наверх, на лобное место нашей «куликовской битвы». В офисе находились трое, включая Перкинса.

– Доброе утро, джентльмены! – сразу пошёл в добродушную атаку.

– Гуд морнинг, мистер Изборски, – поразительное синхронное троедушие.

Мы самую писюльку выдержали паузу и первым начал банкир.

– Сэр, мистер Перкинс обо всём подробно доложил. Теперь нам всем нужно серьёзно подумать о том, как дальше быть с предыдущими планами.

– Понимаю, мистер Хопкинс, сам растерян. Клондайк требует более профессионального руководства, раз уж так случилось, а также технику, оборудование плюс специалистов. Даже обычных старателей и то следует добавить.

Вроде ни о чём, зато передаю мяч в руки оппонентов, пусть у них голова болит.

– Вы это верно отметили, мистер Изборски, – подключился золотопромышленник, – я рад тому, что вы это понимаете. И чертовски приятно, что в первую очередь заботитесь о предприятии, а не о своих интересах.

– Мистер Ричардсон, мои интересы вторичны, когда столь выгодное дело нам всем предстоит. Простые цифры. За август месяц ваши специалисты выдали столько же золота сколько и значительно превосходящие их в количестве старатели. Причём золотоносного песка ваши использовали в три раза меньше. Отсюда вывод – нужны ещё обогатительные мощности.

– Вот именно! – радуется промышленник, пока банкир отмалчивается, – технологии важны и это не должно оспариваться. Иначе ваш Клондайк до конца века придётся перемывать обычным способом.

– Джентльмены, – наконец-то встрял Хопкинс, – но нужно в первую очередь решить вопрос с владением Клондайкским бизнесом. Давайте с этого начнём, плиз.

Тут-то мы и сцепились, в смысле фигурально, а не буквально.

– Сэр, мы предполагали, что откупные не превысят и полумиллиона, а теперь получается значительно больше. Поймите, у нас просто нет таких денег, чёрт подери!

– Мистер Хопкинс, а если нам создать новую схему финансовых перетоков между нами? Причём предусмотреть переход бизнеса из моих рук в ваши в последовательном режиме, по частям. Вот примерный план действий.

Я вытащил из своего брифкейса пачку листков и раздал присутствующим. Народ начал ознакомление, пыхтя, бурча, но иногда и одобрительно «агакая». Сейчас момент истины: или раздавить меня напрочь, как сделали бы многие бизнесмены и нынешнего, и будущего. Или вдуматься и попробовать решить всё полюбовно, а то вдруг у меня ещё какие-нибудь грандиозные прожекты имеются?

– Мистер Изборски, получается что вы передаёте нашей компании оперативное руководство сразу, а права на владение лишь после того, как заработаете нужную вам сумму?

– Да, мистер Хопкинс, о её размере, кстати, я говорил ещё перед отбытием на Аляску. Правда, вам она показалась тогда излишне завышенной и нереальной, как я понимаю.

– Однако вдруг золото на Клондайке закончится, когда вы заработаете свои миллионы?

– Согласитесь, что даже в этом случае вы ничего не потеряете, кроме будущих прибылей.

Хорошо, что сразу среагировал Перкинс, показывая уже свои бумаги, которые до этого, а скорее всего ещё вчера, тщательно изучили большие боссы.

– Они даже не все разведанные участки начали эксплуатиривать…

Очень удачно вмешался Ричардсон, всё-таки он промышленник, а не финансист, и заинтересован долгие годы эксплуатировать ресурсы Клондайка.

– Хопкинс, давайте рассуждать здраво. Изборски за два месяца, судя по докладной Перкинса, намыл золота на 720 тысяч долларов. Причём сделал это даже неполным составом, лишь в августе было более-менее нормальное количество работников. За сентябрь там уже на миллион добудут, как и за октябрь. А это выходит почти три миллиона.

– Билл, ну если с этой стороны посмотреть, то следующим летом все претензии Изборски будут закрыты и Клондайк станет полностью нашим, – видимо банкир понял, что придётся сдать свои изначальные позиции.

Всё-таки на десятикратное понижение своих запросов я не пойду, а просто угробить делового партнёра ему не очень хочется. Тем более, что в случае моей внезапной смерти сразу возникнут вопросы на стороне и информация о золоте моментально станет достоянием публики. Что совершенно нежелательно. Джордж, Джимми и тот же Вермонт через «Фриско Старлайт» выскажут: как подозрения в причастности боссов, так и инфу о золоте на Юконе.

Хорошо, что Хопкинс не решился надавить на меня, угрожая и требуя, иначе мне пришлось бы объяснить суть «домашней заготовки». А это, что ни говори, шантаж, который сразу испортит наше сотрудничество, и подорвёт взаимное доверие.

Достигнув соглашения мне добавили на счёт огромную сумму – банк выкупил у меня всё золото по текущей цене. Уже с завтрашнего дня смогу начать раздачу слонов. Вру, я сегодня её начал, выписав чеки лично Хопкинсу, как договаривались, Ричардсону, как договаривались (его брату завезу потом), на погашение кредита «Вэллс Фарго» и чувствуя облегчение, причём колоссальное. Что ни говори, но быть клиентом сильного банковского учреждения это здорово. Чеки того же оаквудского банка никто нигде не примет, так как его не знают. Вот и пришлось бабло везти налом, а это риск. Зато вэллсфарговские чеки хошь кто примет за чистую монету – авторитет давно нажит и подкреплён деяниями ряда лет. Даже их собственные банконоты, сиречь векселя-ваучеры, катят наравне с официальными деньгами, чем облегчают работу финансовой системы страны.

Пообедать решил рядом с редакцией, где сотрудники русского консульства заправляются белками, жирами и углеводами (если по карману). За тем же столиком сидели те же двое прошлоразовых и вели любопытную беседу. Я слегка рассчитывал на возможную встречу и не промахнулся.

– Мартын Фёдорович, но это же неприемлемо. Американские газетчики лезут наглым образом в наши дела, причём совершенно бесцеремонно.

– Павел Лазаревич, прошу вас. Они в своём праве и никому ничего не указывают, будем справедливы. События в Боснии не являются внутренним делом нашей державы и кто угодно имеет право о них рассуждать. Мало того, именно калифорнийцы уже отправили добровольческие отряды, чтобы помочь нашим балканским братьям. И именно газеты собрали средства и организовали фонд для этих целей.

– Хорошо, соглашусь, – продолжал нудеть более молодой, – однако писать статью о наших алмазах и на нашей территории они никакого права не имели. Тем более, что предсказывали медлительность и нерасторопность наших властей в вопросе поисков.

– Во-первых, мы предупредили газету о нежелательности разжигания страстей, хотя формально даже не имеем на это права. Во-вторых, всё происходит по их сценарию, согласитесь с этим. Сначала власти сделали вид, что их сей вопрос не касается, мол, газетная «утка», да ещё и заморская. Затем заявили, что алмазов там нет и быть не может. И лишь тамошние энтузиасты ведут поиски за свой счёт.

Дипломатов можно понять. Наверняка из МИДа пришёл телеграф о том, чтобы заткнули местный фонтан красноречия. Но законы-то на нашей стороне, калифорнийской. И теперь работники консульства пишут отписки, не имея смелости послать Санкт-Петербург подальше. Да и есть ли смысл излишне извиваться? Не сегодня-завтра всё встанет на свои места, так как чёрта с два кто найдёт хоть крошечный алмазик на поверхности. Стандартные находки о которых я слышал сводились к одной и той же схеме. Некий мальчик (хоть в Южной Африке, хоть на Урале) находил первый алмаз на берегу местной речушки и относил взрослым. Вроде так и где-то в Австралии было найдено «мальчиком на берегу». Если бы под Архангельском имелись мальчик и речка, то они давно бы себя проявили на мой взгляд. Увы, «кони всё скачут и скачут, а избы горят и горят». Или опять аллегория не в тему?

Вот моя редакция, вот мой дом родной.

– Здравствуйте, мистер Харви, как поживаете? – обратился я к первому попавшемуся на глаза главному редактору.

– Ой, мистер Изборски, приветствую вас. А вы уже вернулись из своей поездки? Я думал только через год появитесь, вот сюрприз. А где мой сотрудник?

– Ваш репортёр остался там, пусть продолжает писать свои заметки. А то, что готово, я привёз к вам. Разберём сначала сами, подвергнем разумной цензуре и то что можно поместите в газете.

Без такой вивисекции в отношении свободы слова ни-ни, мало ли что мелькнёт двадцать пятым кадром между строк. Но сначала мы уединились и занялись подробными обсуждениями дел в редакции.

– Кстати, мистер Харви, на недовольство российского консульства можете не обращать никакого внимания. Они только что отметили, что не имеют права проявлять недовольство.

– Ой, как хорошо, а то я переживал, опасаясь международного скандала. Извините, а откуда вы-то это узнали?

– Честно говоря, подслушал за обедом, – рассмеялся от всего сердца, там более, что говорю чистую правду, – некий Мартын Фёдорович обмолвился по ходу беседы со своим сослуживцем.

– Мартин Фьодорович? Так это же вице-консул, возглавляющий отделение здесь, на Западе.

Встреча началась с пользой для дела и продолжилась в том же духе более двух часов…

Глава 6

Глава шестая

Вернувшись домой я занялся первичным вознаграждением своих самых близких подельников, досталось орехов и Вермонту.

– Приятно, чёрт подери, – отреагировал довольный Пол, – но если вам, Эндрю, понадобятся деньги, я всегда к вашим услугам, даже если не будет премиума.

– Благодарю за порыв, не премину воспользоваться, но только в крайнем случае. Привык, знаете ли, ограничивать свои аппетиты в рамках возможностей.

Джимми, имеющий спецсоглашение, доволен как удав. Во-первых, появилась возможность отправить кое-что своим и он этим горд, так как деньги не украдены на этот раз, а честно заработаны. Парень сразу возобновил занятия у мадам, а теперь ещё и перестал быть нищебродом в её глазах. Для Джима это очень важно и это заметно, он всё больше начинает выглядеть и вести себя, как истый джентльмен.

Ну, а Джордж наконец-то свершил месть по отношению к своей бесчестной родне. Его родители дали (а точнее, давали) ему воспитание и образование, будучи фермерами средней руки. Увы, произошёл несчастный случай и шестнадцатилетний парень потерял их обоих. Тут-то и навалились опытные родственники, выгнав Джорджа из его собственного дома с помощью продажного стряпчего, да и ферму отжали. Он пошёл бродить по свету пока не докатился до банды Ригана. Я посоветовал ему не мстить прощелыгам стандартным путём, а просто подняться над ними за счёт своих заслуг. Теперь у Джорджа денег гораздо больше, чем у всех сродственников вместе взятых.

Кстати, кенты заключили договор с одной фирмой – «Хорсес энд вэгонс». В английском «wagon» – это «повозка», а «вагон» – это «car». Всё наоборот и не по-людски, но приходится терпеть. Нужен сервис, чтобы куда-нибудь добраться, а ловить «частников» не всегда бывает успешным, особенно когда спешишь по делам. Так лучше переплатить чуток, но иметь возможность заказать то что нужно на завтра. Даже закрытые повозки для «арбузов тёти Сони», коли приспичит.

С утра Вермонт отправился с чеком, который я выдал для квакеров, в общину, чтобы порадовать народ. Те, аж счастливы были, даже удивились. Джордж развёз «слонов» по разным адресам тем, кто не квакер, но право имеет. По штуке баксов на нос – это хорошие деньги и ещё не вечер. Главное, что процесс пошёл, хотя мои финансовые запасы начали съёживаться. Подельникам ещё нужно по мастерам проехать, которые меха готовы купить. Пока немного имеем, но нужно связи установить на будущее.

Сам я с Ричардсоном беседу веду на предмет поставок в начале следующего года.

– Да, мистер Изборски, вы правы. Нужна отдельная бригада для разработки холма, тем более, что она же может и другие работы вести такого же типа.

– Мне любопытно, мистер Ричардсон, а как провели пробные плавки по методике Аносова или подобной ей?

– Русский горный журнал пока до нас не довезли, но примерную технологию мы разработали. Действительно, очень высокий коэффициент полезности получается. Если бы раньше такое знали…

– А на Клондайке будет ли возможность такой метод задействовать?

– Пока не уверен, мистер Изборски, будут сложности со строительством печей. Сами понимаете, что всё, включая специальные кирпичи, придётся завозить.

Понимаю, куда же без этого. Чтобы поставить современное предприятие нужно организовать целую кучу вспомогательных фабрик для изготовления на месте всего, что потребуется даже в строительстве оного. Поэтому максимум для нашего бизнеса это амальгамирование, придётся смириться на первые годы. Хорошо хоть Билл Ричардсон заказал две драги, но комплектующие придётся доставлять отдельными спецрейсами. И всё это, согласно моему плану передачи прав на владение, боссы будут финансировать самостоятельно. Зато им не нужно единовременно выдать мне четыре миллиона, тем более, что семьсот тысяч я уже заработал.

– Есть ещё один нюанс, Эндрю. Сейчас американцы с бритишами ведут спор по границам. Наши считают даже верховья Юкона американской Аляской, а англичане твердят об ограничении Юкона по 141 градусу.

– Надеюсь, что этот спор будет длиться долго, годами. Тогда ни одна, ни другая сторона не вправе сейчас ввести прямое администрирование на спорной территории.

– Верно, сэр, абсолютно согласен, что нам это выгодно. Удачный период вы выбрали для бизнеса в тех краях, ценю.

Не знаю на чём строятся расчёты промышленника, но у него получилось что в июне следующего года мы сможем вывезти золота аж на пять миллионов долларов. Поэтому солидняк уже считает Клондайк своим и достаточно серьёзно готовит экспедицию к следующей навигации. И я безусловно рад, ибо треволнения уходят и потихоньку растворяются вдалеке. Практичность боссов преодолела их же скаредность и возобладал здравый смысл, сдобренный коммон сенсом. Если что, то в английском «common sense» это всего лишь «чувство», а не «смысл». Даже в этом у нас с ними разногласия в ментальности.

Обсудив детали дальнейших действий, мы создали план с которым Хопкинсу придётся смириться. Играть ему в экономию, чтобы потянуть время и добиться уступок с моей стороны не даст его собственный полноправный партнёр. Тем более, что от доли в акциях компании (на будущее) я разумно отказался. Чем порадовал обоих. Иногда следует уступить, тогда легче найти взаимопонимание в остальном. Да, лох, раз не выжимаю всё до капельки, но задрало заниматься тем, что лишь промежуточно. Фактически я продал им Клондайк со всеми потрохами, зато выиграл время для других проектов.

И опять «Фриско Старлайт». Нужно побыстрее запустить процесс смущения умов, устаканить расписание выхода тех или иных статей и ещё одно.

– Мистер Харви, мы с вами удачно переманили изобретателя Белла в Калифорнию и даже убедили крупную компанию финансировать его разработки. Предлагаю ещё одно, целенаправленное, тоже в научной сфере.

– А что же именно?

– Электрическое освещение, друг мой! Подготовим статью, где будет описано, как оно обустроено, чтобы изобретателям имелась пища для ума. Сейчас они больше мудрят над угольными стержнями, но меня такая разновидность не устраивает. Лучше опишем подробно свой вариант и объявим конкурс на лучшее исполнение.

Это же так просто, когда в статье подробно перечисляются все составляющие «правильной» электрической лампочки, включая колбу, вольфрамовую пружинку и вакуум… Я даже приз учредил тому, кто первым наше электроосвещение воплотит в жизнь.

– Ещё добавим, что самому толковому изобратателю создадим все условия для дальнейшего научно-технического творчества. Думаю, что солидные инвесторы захотят вложиться в столь полезный проект, который обеспечит «светлое» будущее не только Америке, но и человечеству.

– То есть, мистер Изборски, к телефонии добавим ещё и освещение?

– Да, именно так. Ну, а лично для меня попробуйте найти изобретателя Хайрема Максима. Деньги на поиск я выдам.

– А чем же он известен?

Пришлось объяснить, что может сейчас он ничем не известен, но мне нужен. А уж сферу его интересов мы выясним при встрече.

– Мистер Харви, вы подготовили статью о дальнейшем развитии кризиса на Балканах?

– Да, сэр, как вчера и договаривались. Желаете взглянуть?

В принципе, всё, что до этого обсудили, упомянуто и разложено по полочкам. Наша задача просто мяукнуть, а уж дальше пусть газета «Алта Калифорния» более полно мутит воду. У них и фонд есть, и нехай все шишки им за шиворот валятся, мне не жалко. Да и нет времени (пока) каждый день заглядывать к «старлайтерам», нужно и других прикормленных посетить. На скорые результаты в их проектах не рассчитываю, но может чем-нибудь смогу помочь.

Имею в виду оружейника и химика до которых пока ещё не добрался. Долги закрыты, проплаты сделаны (по крайней мере, я чеки выписал), но бабла пока хватает, слава богу. Глупо с голой задницей прогрессорством заниматься, особенно в тех делах от которых коммерческой отдачи не будет. Даже приемлемый пароходокорветик пока не заказываю, хотя очень хочется на бивнях мамонта разжиться. Если уж китовый ус идёт по доллар с четвертью за фунт, то сколько капусты можно нарубить за сверхдревнюю слоновую кость? Там каждый бивень, небось, более двух метров длиной.

Блин, где же разжиться информацией о том, как всё сейчас на Колыме обустроено? Или смотаться туда в следующем году на свой страх и риск? Тоже не дело, только время потеряю, наткнувшись на различные русские поселения, а значит и запреты местных начальников. Если обращусь в консульство, то могу привлечь внимание к краю, что тоже нехорошо.

В таком внутреннем раздрае вернулся в пансионат, так и не определившись толком с этим направлением.

– Мистер Изборски, – Вермонт аж сияет, – как мы вовремя и удачно чек передали!

Вообще-то это он его передал, а я другими выкрутасами занимался, но примем за своеобразную правду.

– Квакеры безумно довольны и благодарны вам за столь своевременную и очень важную помощь.

Оказывается общинники собрали денег и ещё взяли кредит, чтобы приобрести нужную им землю. Но кто любит находится в долгу не видя возможности оперативно его погасить? Так что мы теперь герои и благодетели нумеро уно в квакерском понимании. Обещали и сделали, причём досрочно.

– На следующий год, летом, ещё сделаем.

– Я им так и сказал. Они, кстати, предлагают любую помощь, которая им по силам. Я рассказал какие отличные исполнительные и дисциплинированные работники их собратья. Так что, если люди понадобятся для работ, то всегда можем на них рассчитывать.

– А вот это очень хорошо, мистер Вермонт. Вдруг оружейнику или химику понадобятся простые исполнители? Квакерам я полностью доверяю во всём.

Джордж тоже вернулся довольный. Родственники некоторых наших работников тоже довольны, всё-таки так быстро не ожидали отдачи от своих «командированных». Суммы-то солидные по нынешним среднестатическим меркам.

– Эндрю, мне даже самому было приятно, когда они благодарили. Хотя всё это твоя заслуга, но я, как бы, тоже причастен.

– А без тебя, Джордж, не было бы самого старта всей эпопеи. Я бы в одиночку от банды Моралеса не отстрелялся, да и с Риганом и его шестёрками не смог бы расправиться.

Славное бандитское прошлое осталось там, где ему и должно быть и это правильно. Стрельба или избиение – лишь разновидности разрушения, а мы сейчас занимаемся созиданием. Хотя губу не раскатываю на то, что не придётся оружие применять в будущем.

Наконец-то добрался до химика Сандерса. Ему я меньше всех денег выделил, имея дефицит средств в тот момент, но он старается.

– Мистер Сандерс, я вернулся со средствами, поэтому говорите, что вам необходимо для исследований.

– Мистер Изборски, это очень своевременно, а то ряд экспериментов не могу продолжить. Хорошо бы и химпосуду обновить и дополнить, и кое-какое оборудование докупить.

Да уж, помещение класса «бывший склад» не впечатляет, да и тесновато здесь на мой взгляд.

– Может более подходящую лабораторию купим, а то совсем развернуться негде?

– Я бы с радостью, но всё зависит от ваших возможностей.

– Мистер Сандерс, скажите сколько нужно и есть ли у вас на примете более приемлемое помещение?

Учёный аж челюсть отвесил, видимо не догнал, что я действительно располагаю солидными финансами. Или считает, что очистка целлюлозы не настолько важна, чтобы в неё вкладываться.

– Есть одно место. Владелец собирается переехать на Восток, где перспективнее и не может найти покупателя на свой дуплекс: жильё и лаборатория.

Блин, история повторяется. Люди растут, как специалисты, пытаются продать свою собственность, а мы за ними будем донашивать их вещи. Впрочем, если Сандерсу так удобнее, то перечить не буду, но рацпредложение всё-таки внесу.

– Если хотите, то можем всё новое построить…

Заткнули, даже не дав договорить.

– Мистер Изборски, та лаборатория отлично оборудована, её бы выкупить и лучшего не нужно. И здание расположено удобно.

– Хорошо, сколько нужно?

– Очень дорого, за всё хозяин хочет восемь тысяч долларов, но поверьте оно того стоит. Тем более, у него есть склад, где много различных химических реактивов и той же химпосуды. Ну и жильё в этом же доме, в другом крыле. Вы оформите всё на себя, а я буду откупать у вас по мере возможности.

Объяснил, что не нужно идти на жертвы и создавать сложности, а также загонять себя в будущую кубышку.

– Вы, дорогой друг, расплатитесь успехами в своей работе. Мне этого будет достаточно, поверьте. Мало того, я вам ещё и роялти буду выплачивать за использование результатов ваших разработок в своём производстве.

Исследователь явно доволен, особенно возможностью перебраться в новое жильё и работать в дальнейшем в человеческих условиях. А уж когда я выдал ему чек, то он вообще ошалел, увидев сумму «$15,000».

– Это мой вклад, мистер Сандерс, но я надеюсь на долгое сотрудничество и сохранение секретности.

– Без проблем, сэр, можете полностью на меня рассчитывать.

После чего началось ознакомление меня, тупенького, с результатами, которые уже получены за эти месяцы.

– Вы даже не представляете сколько грязи, в химическом смысле, находится во вроде чистом коттоне. Я сам был удивлён, углубившись в исследование. Между нами говоря, я теперь понимаю почему пироксилин настолько взрывоопасен и непредсказуем. Если хотите, мы можем заняться нитрированием очищеной целлюлозы и создадим безопасный пироксилин.

– Дорогой Сандерс, именно это мне и было нужно, когда я поставил вам задачу полной очистки хлопка, – улыбаюсь от радости.

– А, так вот зачем вам эти исследования понадобились. Но получается, что вы знали в чём нестабильность пироксилиновой взрывчатки? – удивлён изобретатель.

– Насколько уже чиста целлюлоза? – ставлю новую задачу, – или нужно ещё проверить?

Сандерс предложил кое-что в очистке выяснить, хотя и нынешний вариант сделает бризантное вещество безопасным.

– Тогда добъёмся более качественного сгорания и дополнительного уменьшения сажи и дыма.

– Отлично! Переезжайте на новое место, заканчивайте первичное исследование, а потом свяжитесь со мной. Прошу вас, не начинайте нитрирование без согласования, есть ещё нюансы, которые следует в дальнейшем предусмотреть.

– Мистер Изборски, я всё понял. Буду действовать по вашему плану, не переживайте. Вполне понимаю вашу обеспокоенность.

Вот и хорошо. Дай бог, Сандерс с цепи не сорвётся и не взорвёт сам себя в спешке хоть чего-нибудь добиться эдакого-преэдакого. Это таких, как я, долго готовили быть выдержанными и сто раз соломку подстилать даже если на первый взгляд она и не нужна. Увы, но многие такому не обучены, вот и наступают на грабли. Ладно, если бы на обычные, в крайнем случае шишкой или синяком отделаются. Но вот пироксилиновые гораздо опаснее…