Текст книги "Точка невозврата (СИ)"
Автор книги: Maddy Green
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц)
Глава 11
Домой мы приезжаем к восьми вечера, Серёжи ещё нет, на звонки не отвечает, под недовольный взгляд Ольги Васильевны мы садимся ужинать.
– Тебе не кажется, что прежде чем записывать ребёнка на какую-либо секцию, надо было обсудить с Серёжей? – не выдержав начинает Ольга Васильевна.
– Ба, но я очень хочу, очень очень!
– Не встревай, когда старшие говорят! Чему я тебя учила?! – прикрикивает свекровь, вымещая недовольство мной на ребёнке.
– Ольга Васильевна, не нужно повышать голос. Тёма если ты покушал, иди сразу чисти зубы, я подойду сейчас, доделаем математику и спать, – он быстро встаёт со стола и выбегает.
– Не смей мне грубить при ребёнке Света, я этого не потерплю!
– Ольга Васильевна, Вам не кажется, что мне как матери виднее, что лучше для моего ребёнка? Артём будет посещать секцию, этот вопрос уже решён – нравится вам это или нет…
– Откуда-ж тебе знать? Вот доживёшь до моих лет, вырастив двух сыновей – будешь знать! А по-поводу секции ещё поговорим, не спеши, вот только Серёженька вернётся… Где это видано?! Выбрала самый травматичный вид спорта! Да какая из тебя толковая мать?! Бестолковая да и только! – расходится не на шутку, зло щурясь.
– Следите за своими словами! – не выдержав прикрикиваю на неё, бросая на стол со звоном вилку. – Разговор закончен! И не утруждайтесь вставая утром, Артёму впредь буду готовить только я, в соответствии с рекомендациями врача!
Сказать, что Ольга Васильевна была в шоке – ничего не сказать. Смотрела на меня во все глаза, не веря своим ушам… Когда я себе такое позволяла? Да никогда! Но всему есть свой предел…
Она осела театрально на стул прихватывая сердце и покрылась пятнами, наверное от возмущения, но замешательство было не долгим.
– Да как ты смеешь?! Забыла, что живёшь здесь на птичьих правах? Ишь ты как заговорила! Совсем стыд потеряла…
– Я так понимаю, адекватного диалога не будет… Поэтому поберегите силы до прихода Сергея, ему изольёте душу, в красках, как Вы это умеете и любите, – и не дав возможности ответить что-то полноценно, не вслушиваясь к словам брошенным в спину иду к Тёме.
Закончив уроки и заверив ребёнка, что он обязательно будет посещать спортивную секцию, наконец-то укладываю его спать.
Серёжа возвращается домой ближе к полуночи, Ольга Васильевна ожидаемо его дожидается. Не выхожу из комнаты даже тогда, когда свекровь намеренно повысив голос, чтобы я слышала – докладывает сыну, какая я бесстыжая и наглая хамка.
Через какое-то время, муж заходит в нашу комнату. – Я сейчас пойду приму душ, потом поговорим, – обращается ко мне, точно зная, что я не сплю.
Вернувшись через пятнадцать минут, начинается диалог в одни ворота. – Знаешь Света, я могу ещё закрыть глаза на то, что ты без моего ведома единолично приняла решение записать сына на какой-то там кружок, допустим как говорится, но я никогда не потерплю, оскорблений и грубостей в адрес моей матери! Ты что себе позволяешь?! – с каждым словом повышает голос. – Совсем охренела?! И сядь в конце концов, когда я с тобой разговариваю! – откидывает одеяло, которым я была прикрыта.
За всю нашу семейную жизнь, я всего несколько раз видела мужа в таком состоянии. Чтобы я не сказала, каких бы доводов не привела – всё не имело смысла… К сожалению была только его правда, точнее правда его матери и больше ничья…
Пришлось сесть, чтобы не распалять его ещё сильнее. – Ну что ты молчишь? Сказать нечего? М-м? – продолжал свой монолог. – А я вот скажу, чтобы сейчас же пошла и извинилась перед матерью!
– Что? – не верила я своим ушам.
– Ты стала плохо слышать? Да ты ей руки должна целовать – охреневшая в край, она ведь приютила тебя, кормит, поит, прибирает за тобой, воспитывает твоего сына в конце концов!
– Серёж, ты себя хоть слышишь?! Кормит, поит говоришь? Всю свою зарплату я ей отдаю лично в руки! Что ты такое несёшь?!
– А кто тебя без педагогического опыта устроил на работу? Давай-ка разберёмся? Не с её ли лёгкой руки тебя Прохоров подобрал? – пытается уколоть.
– Я тя умоляю… Уж очень она переживала за меня, просто её терзал тот факт, что как же так, Света будет без дела сидеть сложа руки, вот и пристроила! Нет разве? Что ты там ещё говорил? Приютила? Приютила значит?! А ты не забыл дорогой мой, что мы продали мою московскую квартиру и выкупили эту – на часть тех денег, а?! Да и чёрт бы с ней Серёж, с этой квартирой! У нас же остались ещё деньги, давай их снимим с вклада и купим себе отдельную квартиру!
Серёжа в какой-то момент меняется в лице, бледнея.
– Света, я всего лишь пытаюсь до тебя донести, что ты не права, так нельзя со старшими. Ты это хоть понимаешь? – понизив тон, через силу словно выдавливает из себя вежливо.
– Вот как? А мою версию произошедшего ты я так понимаю не удосужишься выслушать? – продолжаю, не понимая перемен в его голосе.
– Какой бы версия не была, давай с уважением относиться к родителям Света. Я ведь твоих всегда уважал и до самой их смерти и голоса не позволял себе на них повышать, что разве не так? – уходит в оборону.
– Да это так, но прошу заметить Серёж, что мои родители никогда и сами не позволяли себе лишнего в твой адрес, – с этими словами хватаю свою подушку и иду в комнату сына, не в силах продолжать этот разговор.
Ну а Сергей не предпринимает никаких попыток меня остановить… Оно и к лучшему наверное… Странности продолжаются и на следующее утро: что свекровь, что муж, делают вид, что никакого скандала накануне вечером и в помине не было…
Муж завтракает и пожелав сыну успехов на тренировках уезжает на работу, а Ольга Васильевна попросив рекомендации врача заверяет, что днём сходит закупиться нужными продуктами и приготовит что-то в пароварке для Артёма… Чудеса да и только…
Сидя уже в автобусе по пути в школу, мне становится совестно из-за своих слов… Как ни крути Серёжа прав, нельзя было быть такой резкой с Ольгой Васильевной…
Рабочий день пролетает очень быстро, у Тёмы первый день, как начинаются тренировки. Астахов заблаговременно скидывает смс с временем их начала.
В большом зале, где проходят тренировки, по одной стороне стены стоит импровизированное судейское ложе, где мне разрешают расположиться. Чтобы не скучать во время ожидания окончания тренировок, сижу проверяя школьные рефераты, парочку из которых захватила с собой.
После тренировки, еле обсушиваю до ниточки взмокшего, но до ужаса довольного Артёма.
– Собирайтесь, подброшу вас с Артёмом, в таком виде он точно простудится пока вы доберётесь, – предлагает Олег. – А это вот, чистая, – протягивает свою футболку. – Завтра захвати парочку, на всякий случай…
– Не сто́ит Олег, мы сейчас вызовем такси и спокойно доберёмся, – вежливо отвечаю, разрывая наш зрительный контакт, ища глазами сына, который отошёл в уборную.
– Не глупи… – цокает языком. – Придётся до шлагбаума топать, на территорию впускают только по пропускам, в общем жду у входа, – не дожидаясь ответа уходит.
Сердце пускается вскачь: с одной стороны, мне становится так уютно и тепло на душе, от проявленной заботы, а с другой стороны не понимаю своих эмоций и что мне делать дальше? За меня решает всё Тёма, который появляется из-за угла прямо перед Олегом. Перекинувшись парой слов, они взявшись за руки направляются к выходу. Вздыхаю и собрав остатки вещей в спортивную сумку направляюсь к выходу вслед за ними.
– Ма, Олег просил подождать пока подгонит машину, – восторженно докладывает Тёма.
Для него, вот уже вторые сутки Астахов является каким-то негласным кумиром, разговоры только о нём. Получив из гардеробной нашу верхнюю одежду, помогаю сыну переодеть взмокшую футболку, на ту, что дал предусмотрительно Олег.
Не успели собраться, как через несколько минут у входа в комплекс останавливается знакомая мне уже машина. Выйдя из неё, Олег поднимается и помогает нам с сумками.
– Кр-у-у-то! Я не знал, что у тебя Бэха! – тараторит, едва успев сесть в машину Тёма. – Я раньше никогда не ездил на таких, у папы Хендай Солярис… – продолжает болтать без умолку сын, но как не странно, какой бы темы не коснулся ребёнок, Астахов каждую из них с лёгкостью может поддержать.
Слушая и глядя со стороны на эту парочку, мне становится очень горько на душе, от того, что мы с Серёжей не можем быть вот такой дружной семьёй.
Грустно осознавать, что ребёнок, который сейчас вот так легко общается с почти посторонним человеком, не имеет возможности общаться также легко с собственным отцом. Когда? В какую минуту у нас в семье что-то пошло не так?
– Ма, мы уже приехали, – тормошит за плечи Тёма. Поднимаю глаза и встречаюсь с обеспокоенным взглядом Астахова.
– Ты как? Всё в порядке? – спрашивает не сводя с меня взгляда.
– Да, – улыбаюсь как можно искренней. – Устала, сегодня был тяжёлый день в школе…
– Ох уж эти старшеклассники? – копирует мой тон Артём.
В салоне раздаётся дружный смех.
– Не то слово, давай выбирайся Тёма и бегом сразу в подъезд, – даю распоряжение сыну. – У тебя волосы до сих пор влажные…
Олег помогает нам с сумками, попрощавшись Тёма забегает домой.
– Олег, я ещё раз хочу тебя поблагодарить, и за тренировки и за то, что подвёз, – набираюсь смелости посмотреть в глаза. – Даже не представляю, чтобы я без тебя делала, Тёму не узнать…
– Я тебе говорил?
– Что именно?
– У тебя очень красивая улыбка, – делает комплемент, не отпуская моего взгляда. – Не стоит благодарностей, мне и самому в радость, вспомнить бурную молодость, оставленную в зале, – усмехается он.
– Хорошего вечера, Олег…
– До завтра, Светлана Николаевна, – дурашливо машет вслед, и я скрываюсь в подъезде. Сердце бешено колотится и мне стоит больших усилий, чтобы перевести дух.
Мысленно радуюсь, что наши окна не выходят во двор и бдительная Ольга Васильевна не получит очередного повода меня отчитать.
Глава 12
Больше трёх недель пролетают как один день, в школе усиленная подготовка класса к экзаменам; у Серёжи «горят» проекты по срокам и он практически всё своё время проводит на работе. Дома всё как не странно тихо и спокойно… Кажется, что новогодняя суета и предстоящие праздники внесли свои коррективы с пометкой «Тихая пора». Безусловно такой расклад вещей не может не радовать, ведь хочется завершить год без ссор и разногласий в семье.
Тренировки идут на пользу Тёме, он заметно начал сбрасывать вес, стал уверенней в себе, а также научился многим борцовским навыкам. В школе, слава Богу, ситуация с насмешками сошла на нет, успеваемость по учёбе с моей помощью – улучшилась.
А что касается Астахова…
Всё чаще стала замечать на себе его изучающие, а порой местами прожигающие взгляды… После предыдущего раза, когда он нас с сыном подвозил, предпринимает ещё несколько попыток втянуть нас с Тёмой в очередную поездку до дома, но каждый раз получает вежливый отказ…
Конечно, я вижу, как он воспринимает эти отказы: как в мгновение ока тяжелеет его взгляд при этом, сжимаются до хруста кулаки или как он в такие моменты отшучивается, хотя в глазах ни намёка на веселье… Удивительно, но за это короткое время, я успела изучить очень хорошо многие его повадки…
Тем не менее спрашивается: зачем нам обоим такая история, которая не принесёт никому никакого блага, кроме ложных надежд и недопонимания во всех отношениях…
Ради дружбы?
На этот счёт, возможно раньше я могла бы с этим поспорить, но сейчас мне все чаще вспоминается, как в своё время мой папа, пытался объяснить, что никакой дружбы между мужчиной и женщиной быть в принципе не может… Поэтому стараюсь придерживаться вежливого нейтралитета… И Астахов, кажется уловив мою стратегию, старается видимо в силу своих возможностей особо не наседать…
Двадцать пятого декабря, как гром среди ясного неба, Серёжа сообщает, что ему необходимо провести в столице все зимние праздники…
Выясняется, что по макетам, заказанным заранее для сдачи проекта – возникли какие-то сложности, требовалось его личное присутствие, так как тиражирование планировалось свыше трехсот экземпляров. Ошибки были непростительны…
Ольга Васильевна, услышав, что сын собирается в столицу, тоже изъявила желание уехать на праздники к своей давней приятельнице…
Таким образом вся наша семья разъезжалась, Тёмка как всегда запланировавший множество мероприятий с родителями, опять остался в пролёте со мной и заметно загрустил…
За два дня до наступления нового года, Астахов пригласил нас с Тёмой в кафе, в честь наступающего праздника и завершения его так называемого "персонального подготовительного курса". Обещал быть не один, а вместе с девушкой…
Этот факт почему то особенно больно цепляет меня за живое…
А почему нет?! Олег очень привлекательный молодой человек, с превосходным чувством юмора, всесторонне развитая, образованная и интересная личность… Нет абсолютно ничего удивительного в том, что у него есть девушка…
Но кажется я понимаю, что именно меня цепляет в этом факте – его внимание в мою сторону… Мне совсем не хочется думать, что он уделял мне знаки внимания, при наличии у него девушки, это больно бьёт по самолюбию – отбрасывая меня назад, когда во время нашей второй встречи, я задавала себе всё тот же вопрос: «Да за кого он меня принимает?!»… Взглянув ещё раз на преунылого сынишку, который с самого утра без особого интереса перебирал Lego, я принимаю волевое решение: как бы там ни было, Астахов заслужил элементарной благодарности, за своё личное время, которое он потратил на моего сына – фактически на чужих людей…
Доехав до места назначения, мы входим в пока нам незнакомое, небольшое, но очень уютное кафе. Не успевает к нам подойти официант, как появляется лучезарно улыбающийся Олег и проводит нас чуть глубже в зал к уже выбранному столу.
– Знакомьтесь, прошу любить и жаловать, это Алёна Викторовна, – чуть разворачивает стул, на котором сидит до умиления сладкая девчушка лет четырёх или пяти.
Пребывая в лёгком шоке от так называемой ситуации «Ожидание/Реальность», Тёма кажется быстрее меня находится и спасает ситуацию:
– Привет, меня Артём зовут, давай дружить? – протягивает сынишка девочке свой Киндер, купленный ему десятью минутами ранее.
– Пливет Алтём, давай, – соглашается девчушка, забирая шоколадку.
– А это моя мама, её зовут…
– Меня зовут Света, – наконец-то выхожу я из ступора, густо краснея. Краем глаза отмечая, как вся эта ситуация веселит Астахова… Вот ведь гад!
– Пливет Света, с тобой я тоже буду длужить, – подаёт мне свою пухлую ручонку девочка.
Тёма самостоятельно снимает и вешает на рядом стоящую вешалку куртку, а мне, до сих пор немного растерянной, по-джентльменски помогает Олег.
– Ну что Светлана Николаевна, пощекотал я тебе малясь нервишки? – поймав мой растерянный взгляд откровенно потешается этот гад.
– Ты невыносим! Тебе говорил уже кто-то? – пытаюсь как-то реабилитироваться.
– Угу, вот только что, ты, – помогает усесться мне за стол.
– А моя мама уехала забилать блатика, Еголку, – между тем вводит нас в курс дела куклёна.
На что Олег объясняет, что девочка – дочь его близкого друга, который экстренно повёз супругу в роддом. Ну а он в роли няньки – до приезда бабушки малышки, которая находилась в другом городе.
Поболтав ещё немного с детьми о всяких приятных новогодних делах, Астахов вновь удивляет, преподнося Тёме новогодний подарок в виде новенького кимано. Счастью ребёнка нет предела…
Кафе не переполнено посетителями, оттого атмосфера по-домашнему очень уютная и никто из нас не торопится домой. Отобедав, в скором времени, появляются ещё аниматоры и всех детей из зала увлекают в подвижные игры. Оставшись за столом наедине, наступает неловкое молчание, которое Астахов не предпринимает даже малюсенькой попытки как-то рассеять, а только отягощает, бросая на меня откровенные взгляды.
– Олег, прекрати пожалуйста…
– Что именно, Светлана Николаевна? – всё также забавляется этот гад.
– Смотреть так… Ты меня смущаешь…
– Я не могу налюбоваться, ты очень красивая Света, – вот так откровенно признается улыбаясь, без тени насмешек в голосе. – Вооот, как оторваться? – продолжает, слегка коснувшись моей щеки. – Говорил ведь, но скажу и сейчас: ты обворожительна, когда краснеешь или злишься…
Не в силах что-то разумное ответить, вспоминаю, что купила для него новогодний подарок, в знак благодарности, что уделил внимание Тёме. Суетливо под его пристальным взглядом, тянусь к своей сумке и вытаскиваю небольшую, красиво упакованную коробочку. И прежде чем отдать, решаю всё же не быть трусихой и поблагодарить по-человечески.
– Олег знаешь, этот месяц личного времени, который ты потратил на моего ребёнка, очень изменили его, да ты и сам наверное заметил… И я сейчас говорю не только о его внешнем виде, – подрагивающими пальцами тянусь к своей чашке с чаем, чтобы немного смочить, в миг пересохшее горло.
Астахов терпеливо ждёт, давая возможность продолжить.
– Он стал гораздо уверенней в себе, стал более самостоятельным и самое главное, перестал замыкаться в себе при столкновении с какой-либо проблемой, – поднимаю взгляд на него. – Всё это благодаря тебе… Знаешь, я тут на досуге думала и пришла к выводу, что очень благодарна судьбе, что ты в тот день сбил меня и появился в моей жизни, – слетают слова с языка быстрее, чем успеваю сообразить.
Господи! Сказала и сама до жути испугалась! Смотрю на него с испугом во все глаза, в надежде, что фраза прозвучала не слишком двусмысленно… Что я вообще несу? Не успеваю убрать руку от чашки, как Астахов перехватывает мою кисть и ощутимо сжимает, разгоняя табун мурашек по всему телу. И смотрит также в глаза улыбаясь, словно я для него открытая книга…
– Какая ж ты всё таки дурочка, Свет, – смеётся тихо. – Я тоже очень благодарен судьбе, что ты выскочила на дорогу и УЦЕЛЕЛА, но больше так всё же не делай…
– Ты просто невозможен! – заражаюсь его смехом, немного расслабившись. Если даже он и заметил испуг от сказанных слов, он как настоящий джентльмен не подал виду и не дал моему стыду, сжечь меня дотла… За что я ему бесконечно благодарна…
– Чтоб я потом без тебя делал Светлана Николаевна, а?
– Подумать страшно, кто стал бы твоей жертвой… – продолжаем смеяться. – В общем, мы тебе тут с Тёмой приготовили небольшой подарок, – пододвигаю коробочку свободной рукой.
– Не стоило тратиться, – как-то глухо отзывается, но по блеску в глазах становится очевидно, что ему до «чёртиков» приятно внимание. Нехотя отпускает мою руку и принимается распаковывать коробочку. Распаковав вопросительно вскидывает на меня глаза…
– Помнишь тот вечер, когда ты нас с Тёмой подвозил? Я тогда на торпеде заметила такие же, только разбитые и подумала, что наверное они тебе очень нравятся, раз ты их не выкидываешь, и вот… – смущаясь объясняю, что сподвигло меня дарить зимой солнцезащитные очки Ray-ban…
– Ты и вправду удивительная Света, спасибо большое вам с Тёмой за подарок, – тепло отзывается он.
– Не расскажешь?
– Что именно?
– Почему эти очки катаются с тобой, а не лежат в мусорном ведре, – хотя казалось бы, какая мне разница, но отчего то очень захотелось узнать.
– Расскажу конечно, если тебе и в правду интересно, – заглядывает внимательно в глаза и убедившись наверное в неподдельном интересе продолжает, не дожидаясь ответа.
– Мне те очки подарил лучший друг… В тот год мы впервые прилично заработали и вырвались отдохнуть – на Ибицу… И Жора посчитал, что таким, цитирую: «классным и горячим парням, для полного боевого комплекта не хватает вот таких вот клёвых и чумных очков», – усмехается, чуть подержав паузу. – Ну а катаются они со мной в память, потому что к сожалению, друга моего не стало… Тромб оторвался, – грустно заканчивает. – Жора бы тебе понравился, я в этом уверен…
– Олег… Какой кошмар… Я не знала, извини пожалуйста, – пытаюсь как-то сгладить ситуацию.
– Не извиняйся, Света, – прерывает. – Мне правда приятна твоя внимательность… Эти – я обещаю лучше беречь, – подмигивает из под них.
В этот момент возвращаются запыхавшиеся от активных игр дети, которых мы усаживаем на десерт. Расправившись с которым, они вновь убегают к детворе взявшись за руки.
– А они хорошо поладили, – не без удовольствия отмечаю в слух, провожая взглядом. – Обычно Тёма теряется рядом с маленькими детьми…
– Ты во многом недооцениваешь сына, – отзывается спокойно Астахов. – Из него получится отличный старший брат, – смущает он, не сводя с меня глаз. – Ты так не считаешь?
– Да, возможно, просто не задумывалась наверное, – отвечаю смущённо.
– Сколько лет вы уже в браке? – удивляет очередным вопросом. Ну а что такого? Обычный разговор, он же не спрашивает что-то интимное или грубое – резонно отмечаю, после чего заметно расслабляюсь.
– Одиннадцать… Мы поженились ещё на последнем курсе института, с тех пор кажется, что прошла целая жизнь, – размышляю в слух.
– Твоему мужу очень повезло, готов поспорить, что ты была очень популярной девушкой в вузе, – усмехается он. – И если ты его выбрала, наверное он чего-то да стоил…
Разговор к счастью прерывает входящий телефонный звонок от бабушки Алёны, которая оповещает, что через час будет в городе. За приятной компанией, мы и не заметили, как наступил вечер за окном.
Олег предлагает подвезти и мы соглашаемся. Уставшие дети, которые по-началу отказывались уезжать домой – на пол пути задремали, и салон наполнился тишиной с мягким блюзом.
На протяжении всего пути, взгляд невольно падал то на его сильные руки, которые расслабленно вели машину, то на отражение в зеркале. Ничего не могла с собой поделать, впервые так откровенно позволяя себе рассматривать Олега… Мужественный профиль, прямой нос, четкая линия чувственных губ…
– Похоже мы поменялись местами, – усмехается внезапно Астахов.
– Прости, что? – спрашиваю, непонимающе моргнув несколько раз.
– Ты так внимательно меня разглядываешь, что мне трудно сосредоточиться на дороге, – от услышанных слов сердце пускает вскачь и сбивается дыхание.
– Извини, задумалась…
– О чём же Светлана Николаевна? – не упускает возможности от случая к случаю называть меня по имени отчеству, чем вызывает невольно улыбку.
– Обязательно говорить?
– Ну-у, пыток устраивать мы конечно не станем, хотя… – смеётся тихо.
– Так ты ещё и садист? Хотя я должна была это понять ещё в тот день, когда ты нещадно тискал мою ушибленную ногу, – смеюсь вместе с ним.
– Игра стоила свеч, – отзывается он, бросая на меня через зеркало жгучий взгляд, от которого, как по щелчку пальцев разгоняется всё тот же табун мурашек по всему телу. – Зато теперь мне известно о россыпи родинок на твоём правом бедре… – довольный моей редакцией, которую он кажется уловил, продолжает. – Так о чём же ты думала?
– Думала о том, что ты очень хорошо ладишь с детьми и из тебя получился бы хороший отец, – отвечаю, всё ещё находясь в небольшом шоке, от предыдущих слов.
– Получится Светлана Николаевна, не сомневайся, – расплывается в улыбке гад, посматривая на меня с какой-то загадочностью через зеркало.
