Текст книги "Ведьма. Оружие Императора (СИ)"

Автор книги: Luna Gold

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 6 страниц)

Глава 13 Лира

– Откуда ты знаешь, куда я собираюсь? – спросила я, всё ещё стоя в дверях.

Лира медленно обернулась. На её лице было спокойствие, но не то, что уставшее и выдохшееся. Это было то пугающее спокойствие, которое носит тот, кто пережил слишком многое и уже не удивляется ничему.

– Ты – не обычная девушка, Натэлла. А значит, и твои поступки – не случайны. Они ведут тебя, как вода – к своему устью.

Я подошла ближе.

– Хватит говорить загадками. Кто ты такая на самом деле, Лира?

Фогель – Триана – заурчала, и я заметила, как её хвост скользнул по полу, будто лаская ноги женщины. Они действительно были знакомы. Но… откуда?

Лира вздохнула, и впервые в её взгляде я увидела что-то близкое к уязвимости.

– Ты права. Пора всё рассказать.

Она отошла от Трианы и медленно уселась на широкий камень у края вольера, приглашающе хлопнув ладонью по месту рядом с собой.

Я села. Осторожно. Осторожно – как садятся рядом с кем-то, кто знает слишком много.

– Я была рядом с вашей матерью с самого начала, – начала она. – Тогда она ещё не была императрицей. Тогда она была просто Ларэной, и в её сердце бушевала буря.

– Ты была её подругой? – спросила я, хотя чувствовала, что ответ будет сложнее.

Лира улыбнулась – но этой улыбкой можно было резать лед.

– Нет. Я была её врагом. А потом… стала её сестрой.

Я замерла.

– Что?..

Она кивнула.

– По крови – нет. Но по боли – да. А потом и по тайне. Мы делили одну – самую страшную.

– Ксавиэль.

Она медленно кивнула.

– Он был не только твоим отцом, Натэлла. Он был и моим братом.

Мир рухнул. Или, точнее, – сдвинулся. Я почувствовала, как всё в моей голове начинает переупорядочиваться, словно рассыпанный пазл.

– Ты… ты сестра Ксавиэля?

– Да. Младшая. Родилась в тени. Была тенью. И всегда оставалась в тени его гнева.

– Почему ты не с ним? Что произошло? – спросила я, и не узнала свой голос – он стал каким-то шершавым от слишком долгого молчания.

– Потому что я увидела, что он делает. С людьми. С чувствами. С собой. Я бежала. Я оставила всё. Я пряталась. А потом… встретила твою мать. Она… была как он, но светлее. Она горела, но не сжигала. Я осталась рядом с ней. Мы не сразу стали союзниками, но потом…

Она замолчала, словно вспоминая.

– Она доверила тебе свою тайну.

– Да. Я помогла ей спрятаться. Помогла вызвать фоглей. Помогла выжить. Я видела, как ты росла. Видела с расстояния, но всё же.

Я попыталась понять – каково это: быть сестрой древнего демона и стоять по другую сторону.

– Ты… ты знала, что он найдёт меня?

– Да. – в её голосе не было оправданий. Только правда. – Я знала, что однажды он почувствует тебя. Его магия связана с твоей. Он мог не знать твоё имя, не видеть твоё лицо, но он всегда знал, что ты есть. И что ты – избранная.

– Почему ты не остановила его?

Она посмотрела на меня, и в её глазах было столько боли, что я почти отступила.

– Потому что его не остановить. Можно только подготовиться его встретить. Ты думаешь, я пришла сюда случайно? Я появилась, чтобы быть рядом, когда это начнётся. Чтобы не дать тебе остаться одной.

– И всё это – правда? Я действительно… наследница Тьмы?

Лира кивнула.

– И Света тоже. Ты – соединение двух миров, двух сил. Ты родилась, чтобы соединить – или разрушить. Выбор за тобой.

Я опустила голову.

– А Роган?.. Он знал, что ты его тётя?

Лира вздохнула.

– Нет. Я никогда не открывалась ему. Он не знал, кто я. Он просто знал, что я приходила… иногда. Смотрела. Иногда давала совет. Но не более.

Я прикусила губу.

– Он не инструмент. Он не оружие. Он… он хороший. Я…

Слова застряли в горле. Лира мягко коснулась моей руки.

– Я знаю. Ты чувствуешь то, что не может быть. Но твоё сердце не ошибается. Только судьба играет жестоко.

– Я должна с ним поговорить. Я должна знать, что он чувствует.

– Иди не как принцесса, не как сестра. А как ты. Просто ты.

Я кивнула.

Лира встала и посмотрела на Триану.

– Ты знаешь, куда лететь.

Фогль подняла голову и заурчала, будто услышала приказ от самой древней магии.

Я поднялась, вытерла слёзы и посмотрела на Лиру.

– Спасибо. За то, что ты не ушла тогда вместе с ним.

– Я не могла. И не смогу. Ты – единственный шанс для этого мира. И для него тоже.

Я взобралась на спину Трианы. Сердце колотилось. Ветер ударил в лицо. В небе уже сгущались тучи – небо, как и я, чувствовало приближение чего-то большого.

И я летела. Летела к нему. К Рогану. К правде. К развязке.

Что меня ждало? Неизвестно, но… Я должна была это сделать.

Ветер бил в лицо с такой силой, что казалось – он хотел отговорить меня. Остановить. Оттащить назад, туда, где я всё ещё могла притворяться, что ничего не произошло. Но я уже не могла.

Я прижималась к шее Трианы, чувствовала, как под моими ладонями вибрируют её мышцы, как сильные крылья рассекают воздух. Мы летели сквозь вечернюю бурю, в ту самую сторону, где холодные скалы и ледяной туман прятали Северные земли. Его владения.

В голове была каша. Роган – мой брат. Но не совсем. Он не знал. Я – тоже. А чувства… они были до боли правдивыми. Чистыми. Живыми. Что теперь? Можно ли отменить то, что уже однажды родилось в сердце?

Я закрыла глаза. Ветер высушивал слёзы на щеках быстрее, чем они успевали катиться. Мы приземлились на каменные уступы у северной цитадели – старого замка, отстроенного заново по его приказу. Башни из чёрного льда и камня уходили в небо, словно когти, разрывающие облака.

Триана мягко тряхнула крыльями и замерла, ожидая. Я спрыгнула на землю. Стража хотела меня остановить – но лишь увидев Триану и меня на её спине, сжала кулаки и отступила. Меня здесь ждали. Или, возможно, уже предчувствовали.

– Ведите меня к нему, – сказала я. Голос был хриплым, но уверенным.

Глава 14 Родитель

Он появился не как тень, не как шум за дверью, из ниоткуда.

Один миг – пустота. Следующий – Ксавиэль.

Высокий, неестественно спокойный. Он будто не шел – а просто возник, вплетённый в ткань пространства. Магия дрожала в воздухе, как жар перед грозой. Его глаза были по-прежнему бездонно тёмными, но теперь в них плескалась… нет, не ярость. Ожидание. Надо же, я совсем была на него не похожа. Светлая, как волосами, так и кожей. А он – сама тьма, только величественная, где-то даже грациозная. Залюбовалась на того, кто считался отцом по крови. От него исходили волны власти.

– Натэлла. – Он произнёс моё имя, словно обволакивая им всю комнату. А я вздрогнула.

Посмотрела на него без страха. Просто медленно сжав кулаки. Роган – рядом, но уже не между нами. Он смотрел на отца с такой же болью, как и я. Как такое могло произойти? А если бы мать тогда давно не сбежала от него? Что бы сейчас было с нами? Как бы все обернулось? Ну, что гадать. Теперь все равно мы этого не узнаем.

– Чего ты хочешь? – спросила я с болью в голосе.

– Я всегда знал, что этот момент наступит, – спокойно ответил Ксавиэль. Его глаза загорелись адским пламенем. – И надеялся, что ты будешь готова.

– Готова к чему? К тому, чтобы отказаться от себя? От света, от жизни, от свободы? Ради чего?

Он усмехнулся, выслушав мою эмоциональную тираду.

– От иллюзий. Ты рождена не для них. В тебе два начала. Свет и Тьма. И ты можешь их объединить. Не разрушить. Не выбрать одно. А стать центром. Силой, которую не смогут игнорировать ни демоны, ни люди, ни даже древние.

Я шагнула вперёд.

– Но какой ценой?

– Ценой истины. И признания. Признай, кем ты являешься – и станешь тем, кто изменит этот мир. Не жертвой. Не игрушкой. А правительницей. И мы будем править вместе.

– Ты хочешь, чтобы я правила с тобой. Почему? Если ты такой могущественный – зачем тебе я?

На этот вопрос он замолчал. На мгновение. Его лицо не дрогнуло, но в голосе промелькнуло нечто, чего раньше я не слышала. Мне даже на какое-то мгновение показалось, что демон полнейшая душка. Но это лишь на мгновение.

– Потому что ты – единственная, кто способен понять. И единственная, кто может уравновесить.

– Ты просто хочешь власти. И я тут ни при чем.

Стало грустно, даже плакать захотелось. На первый план вылезла обида за все эти годы, что была ему не нужна. А теперь вдруг… на тебе. Понятливую нашел. Потом пришла злость в обнимку с обычными девчачьими вредностями и я надула губы, совсем как маленькая девочка, лишенная отцовской любви все эти годы. Хотя… что-то меня не туда занесло. Ведь отец у меня был. Самый настоящий, любящий и прекрасный. А это… этот…

– Я хочу мира. Без хаоса. Без раздора. Где правит не страх, а порядок. И только ты можешь стать его ядром.

Пел он слишком сладко, понимая куда нужно давить. Но… что-то верилось с трудом.

– Порядок, построенный на подчинении? – Роган впервые заговорил, голос его был глухим. Посмотрела на брата. Ох, небеса, БРАТ. Не того я хотела… – Ты хочешь мира – но только если он подчинён тебе.

Ксавиэль взглянул на него и его взгляд потемнел..

– Ты не понимаешь, сын. Пока есть выбор, всегда будет война. Я предлагаю конец этому.

– Значит, мир без выбора.

Ксавиэль повернулся ко мне. Я увидела горящие огнем глаза. Нежелание детей понимать его, вызывало раздражение в демоне. Ну, что ж поделать.

– Выбор у тебя есть. Сейчас. Не позже. Не когда начнётся бой. А здесь. Сегодня. Либо ты присоединишься ко мне…

Он вытянул руку.

– …либо ты станешь моей противоположностью. Тогда я буду один. И ты не сможешь мне помешать. А я не смогу тебе позволить разрушить мои планы. Надеюсь, ты понимаешь, чем это грозит.

Мир замер.

Вот куда сейчас подевались все эти высокие мысли о добре и рассказы о равновесии. Только хотела поверить.

Я смотрела на его руку. И на Рогана – рядом, чуть позади. Его лицо было белым, кулаки сжаты. Он знал – если я приму предложение, всё изменится. А я? Хотела ли я принять его? Готова ли – как сказал Ксавиэль?

Но дело было не только в выборе между Светом и Тьмой. Не в троне. Не в войне. А в том, кем я была. Кем хотела быть.

– Я… не откажусь от себя. Но и не пойду за тобой. – Я подняла голову. – Я выберу третий путь. Свой. И пусть он будет тяжёлым, пусть он будет одиноким – но он будет моим. Без принуждения и без бессмысленной войны.

Ксавиэль медленно опустил руку. Его глаза потемнели, а пожар в них готов был поглотить меня всю и спалить на месте. Стало немного страшно. Да кого я обманываю – очень… очень и очень страшно.

– Ты выбрала войну.

– Я выбрала свободу.

Он кивнул.

– Ты сильнее, чем я думал. Или глупее. Время покажет.

И прежде чем кто-либо успел что-то сказать – он исчез. Просто растворился в пространстве, оставив после себя лишь резкий запах холодной магии и едва слышимый отголосок:

«Мы ещё увидимся, Натэлла.»

Тишина вернулась. Но теперь в ней не было покоя. Только затаившееся предчувствие. Странно, но он меня не убил. Приятно даже.

Я упала на колени. Не от слабости. А от осознания неизбежного. Война – началась. Но теперь у меня был выбор. И рядом был он. Роган. Мой брат. Моя боль.

И, возможно, моя единственная опора в этом грядущем хаосе.

Роган не пошевелился, пока я стояла на коленях, всё ещё слыша в голове эхо слов Ксавиэля.

«Мы ещё увидимся, Натэлла.»

Они сопровождались такими интонациями, словно он смаковал каждую букву моего имени, как мои несчастные косточки смаковал бы дракон.

Роган не закричал, не бросился за отцом, не спросил, что теперь. Он просто стоял. Словно сдерживал лавину внутри. А может еще раздумывал что делать. Уйти или остаться.

А я дышала. Просто, часто и глубоко. Отмеряя дыханием новую реальность.

– Он не остановится, – прошептала я.

– Нет, – ответил Роган, будто только и ждал этого вопроса. – Он никогда не останавливается.

Глава 15 Печать рода

Моя рука сжимала руку Рогана. Ксавиэль стоял в шаге от нас. Могучий, недвижимый, как тень вечности. Взгляд, в котором не было ярости – но было нечто хуже. Неотвратимость.

– Думала, я позволю тебе решать? – произнёс он, и с его словами стены вокруг затрепетали, словно испугались.

– Ты… – Я не закончила. Не могла. Золотые крылья исчезли, будто их никогда и не было. Может, это он постарался? Стер меня из собственной реальности, идя на поводу своей прихоти. Хотя... я слишком везучая, и, наверняка, это просто мой дар решил, что не нужны мне никакие крылья. Обидно. Ну что ж... переживу.

– Я слишком долго этого ждал, Натэлла, – продолжил он. – Ты – мой замысел. Моё продолжение. И я не позволю тебе растрачивать это на жалкие попытки бегства.

– Это не бегство, – резко ответил Роган, перетягивая на себя внимание древнего демона. Но тот даже не взглянул на сына. Тут мне стало ещё обиднее, не за себя теперь. Как так – за дочь трясётся, а сын... словно не его. Вот родители пошли. На Земле я точно знала: каждый второй ждал сына – продолжение рода. А тут... тут всё иначе.

– Это выбор. Тот самый, которого у нас с матерью никогда не было.

– Ты защищаешь её? – Ксавиэль наконец соизволил посмотреть на сына – как на нежданного соперника. Не вызывающего страха, но требующего уничтожения. – Но ты ведь знаешь… ты не тот, кто мне нужен.

– Зато я – тот, кто способен тебе помешать, – спокойно ответил Роган.

Магия дрожала в воздухе, тяжёлая, как шторм, зреющий в небесах.

– Правда, – усмехнулся папаша.

– Отец, – сказала я, пытаясь прекратить назревающую катастрофу и заставляя себя звучать спокойно. – Если ты считаешь, что можешь удержать меня – попробуй. Только знай: с этого момента ты навсегда потеряешь дочь.

Впервые его взгляд дрогнул. Совсем чуть-чуть. Как будто внутри него что-то сжалось. Неужели – задела?

– Ты – не просто дочь. Ты – наследие.

– Тогда почему я чувствую себя беспомощной марионеткой?

– Это не так. Твоя судьба предрешена. Смирись.

– Ещё чего, – я захлебнулась от возмущения.

На миг всё стихло. А потом – вспышка.

Моя. В его сторону. Ну не сдержалась я.

Он поднял руку, чтобы защититься от огненного шара, брошенного в его сторону. Поймал его и... раздавил, словно песочное печенье.

Из воздуха сорвался сгусток тьмы – тугой, как сжатая звезда. Роган бросился вперёд, пытаясь защитить, но я опередила его. Подняла ладони – и откуда-то изнутри вырвался поток света. Мягкий, но упругий. Он ударил в заклинание отца, но не разбил его – просто отклонил. И на том спасибо. Вспышка осветила стены, камни дрогнули, потолок осыпался пылью.

– Не трогай её! – закричал Роган и выставил вперёд обе руки. Его тьма не была разрушительной – но была плотной. Она встала между нами и Ксавиэлем, словно стена. Нет, не как стена – как брат. Настоящий. Хотя мне и хотелось большего.

Я чувствовала, как сердце бьётся слишком быстро. И вместе с каждым ударом поднималась сила. Она рвалась наружу. Как будто теперь я уже не могла быть только Натэллой. Или только дочерью. Или только собой. Немного пугала такая мощь, но я воспряла духом.

– Ты проиграешь, – сказала я Ксавиэлю.

Он всмотрелся в меня. Без слов. Словно проверяя.

– Возможно. – Он сделал шаг назад. – Но не сегодня.

Вот так новости. А я ж рассчитывала на немедленную капитуляцию...

– Думала, я позволю тебе решать? – голос Ксавиэля был мягким, почти ласковым. Слишком мягким для демона, который только что пытался убить нас. Или он ещё не пытался?

Вокруг стало душно. Воздух – плотным, будто заполнен чёрным дымом магии. Моё сердце билось где-то в горле. Не потому, что я боялась – потому, что знала: он и правда может забрать меня. Хотя да, я боялась. Что тут скрывать. Ведь моя нужная всем персона пользовалась всё большим и большим спросом.

Он шагнул вперёд. Один шаг – и всё пространство вокруг затрепетало.

– Ты – не уйдёшь. Мне всё равно на твой выбор. И теперь либо станешь моей союзницей… либо моей собственностью.

– Я не вещь, – сказала я, огрызаясь. Терпеть не могу, когда кто-то диктует мне правила игры. Хочу сама их устанавливать. – И не план. Не твоя победа, не твоё оружие. Я – не твоя.

– Ошибаешься. – Его рука вытянулась ко мне, пальцы загорелись тьмой. – Ты моя по крови. По предназначению. И по праву.

Он схватил меня за запястье. И как он так резко оказался близко? Холодно, крепко – как капкан. Мир поплыл перед глазами от его прикосновения. Всё поплыло, как будто магия выдернула меня из реальности. А в голове замелькали картинки прошлого, будущего. Я маленькая, мама и Роган, мы убегаем от демона. А вот отец, что вырастил меня, и его счастливое лицо, когда я делаю первый шаг. А вот мне пятнадцать, я отправлена в другой мир. Теперь резкая смена картины. Я стою на обрыве, и мне… короче, я старая. Лет...дцать. Ух, у меня и правда крылья за спиной – только не золотые, а... чёрные. Жесть. Рядом – Ксавиэль, он улыбается. Я смотрю вниз и… трупы. Кругом лишь кровь и ужас. Это что – я сделала? Не хочется верить, но... походу, так и есть. Ксавиэль надевает на меня чёрную корону. Блин, я ж не люблю чёрный цвет. Что за мрак. А потом, вроде бы как, меня отпускает – видение или, скорее, пророчество. И голос родителя возвращает в реальность.

– Ты пойдёшь со мной, – слышу сквозь вату шипение нежеланного родственника.

Моя кожа загорелась от внутреннего жара. Я попыталась вырваться – но бесполезно. Он действительно был сильнее. Намного.

– Нет! – Роган пытается приблизиться. – Отпусти её!

Но его голос будто утонул в густом воздухе, как в болоте. Ксавиэль смотрел только на меня. Его пальцы сжимались сильнее. Роган был обездвижен. Папаша разъясняет мне:

– Я заберу тебя. Силой.

И в этот момент…

Мир будто разорвался пополам. Пространство за спиной Ксавиэля вспыхнуло. Воздух завибрировал, и в трещине, сверкающей серебром и изумрудом, появился Портал.

Глава 16 Гармония, разрушенная кровью

Мы сидели у костра, пламя которого отражалось в её глазах. Лира молчала. Ветер рвал край её мантии, но она не замечала. Где мы? А неважно. Она смотрела в огонь, будто в нём можно было найти объяснение всему.

– Ты обещала рассказать, – нарушила я тишину. – Кто он. Почему он такой. Почему я… почему всё это.

Лира медленно перевела взгляд на меня. В её лице не было ни усталости, ни печали – только какая-то древняя, тяжёлая мудрость, как у тех, кто видел, как рушились миры.

– Хорошо. Ты должна знать. Ты имеешь право знать. Не только как дочь, но как часть истории.

Я кивнула. Где-то внутри меня всё сжималось. Казалось, сейчас прозвучит истина.

– Начну с начала, – сказала она. – Когда-то наш мир был не таким. Свет и Тьма не были врагами. Они были… как вдох и выдох, как день и ночь. Мать наша была светом. Отец – тьмой. Не врагами, а уравновешивающими началами. Вместе они правили в гармонии. Вместе создавали. Не разрушали. Они не хотели войны. Они были вечны и сильны. И возлагали все надежды на нас, своих детей. На меня и Ксавиэля. Они думали, что гармония останется и приумножится. Но этого не случилось.

– Почему?

Лира тяжело вздохнула.

– Он родился… не таким, как ожидали. У него была огромная сила, но… она не хотела подчиняться. Она была необузданной, сырой. Разрушительной. Его учили, ждали, надеялись. Но он не мог исцелять. Не мог создавать. Он мог только разрушать. Уничтожать. Я же была светлой и с самого начала владела всем правильно.

Я молчала. Тоже смотрела в огонь. Про неподчинение силы я знала не по наслышке

– Он завидовал, – продолжила Лира. – Всем. Даже мне. Я была младше, но с даром света, который он хотел. Могла исцелять, защищать, чувствовать. А он – нет. Только разрушать. Он знал, что без гармонии мир падёт, но не хотел делить власть. Не хотел быть половиной. Он хотел быть всем.

– Что он сделал?

Лира закрыла глаза.

– Убил их. Своих же родителей. Хладнокровно. Забрал их силу. Поглотил их начало. И провозгласил себя Единым правителем. Без света. Только он. И только так.

Я почувствовала, как мурашки пробежали по спине. Не от холода.

– А ты?

– Я была рядом. Пыталась понять и простить, но никак не получалось. Видела, как умирают те, кто создали нас. Я пыталась остановить его. Но он был уже другим. Не братом. Он окутал меня обвинениями. Объявил, что свет причиняет боль, что любовь делает слабым, что чувства – это цепи. Изгнал меня. Назвал предательницей. И все поверили.

– Ты…

– Я ушла. У меня не было выбора. Дома мне были не рады. Потом скиталась, – прошептала Лира. – Я пыталась выжить. Пряталась. Помогала другим. Маленьким очагам света, оставшимся в мире. Я верила, что его падение – неизбежно. Потому что сила, лишённая равновесия, всегда рушится. Я ждала.

Я глядела на неё, и в горле стоял ком.

– Но он не разрушился.

– Он начал терять силу, – продолжила Лира. – Постепенно. Без света внутри – он не мог удерживать господство. И тогда… он встретил твою мать.

Я замерла.

– Он думал, что нашёл спасение. Она была светлая. Чистая. Сильная. Она напоминала ему мать. И он подумал – если соединится с ней, гармония восстановится. Что, может, через любовь он обретёт власть над всем миром. Не только над Тьмой, но и над Светом. Только вот твой брат родился тёмным. Да и мать изменилась.

– Ты помогала ей?

– Я пыталась. Но…

– Но она сбежала, – прошептала я. – Она… не захотела быть частью его игры.

Лира кивнула.

– Я помогла ей. Была рядом всё это время. Но она всё равно стала тёмной. Несмотря на то, что увидела правду. Он не хотел равенства. Он хотел подчинения. Даже любовь он рассматривал как инструмент. Она бежала, да. Пряталась. Родила тебя. Влюбилась заново, но боялась. Всё время боялась. А потом не выдержала и ушла, забрав Рогана.

– Я… а при чём здесь я? – спросила я, чувствуя, как злость смешивается с болью. – Почему я должна нести всё это? Его ошибки, его амбиции, его безумие? Я не хочу власти. Мне бы со своей короной разобраться.

– Потому что ты – его дочь. И её. Ты – та, в ком сошлись обе силы. Не по принуждению, не по узам. А по крови. С ней не получилось, но ты сильнее. Ты – узел между мирами. Единственная, кто может либо соединить – либо окончательно разрушить.

– Он надеется, что я стану тем, кем он не смог?

– Он не знал о тебе. Твой отец, император, и твоя мать всё сделали правильно. Скрывали, что ты вообще есть. Он горевал и думал, что надежды нет. А теперь… он узнал, что всё не так плохо. Ты выжила, и ты – та, кто ему нужен. Только вот ему уже надоело ждать. Он хочет взять всё и сразу. Силой. Всё, что, как он считает, принадлежит ему.

Я резко встала. Сердце стучало в висках.

– Но я – не вещь! – почти закричала. – Не наследие. Не его план!

– Я знаю, – спокойно сказала Лира. – Именно поэтому я здесь. Чтобы ты не осталась одна. Чтобы ты знала, кто ты. И могла выбирать.

Я смотрела в её глаза. В них не было жалости. Только правда.

– А если я не хочу выбирать? Я только выбрала себе мужа, а он оказался братом. Хватит с меня выбора. Слишком больно.

– Прости, детка, это действительно несправедливо, – сказала она. – Но ты должна остановить его. Каждый день. Каждым словом. Каждым взглядом он разрушает баланс всё больше. У нас уже появились страшные твари, земля закипает, скоро нас просто накроет волной отдачи от его действий. Вопрос лишь в том, чей голос в тебе будет громче – его или твой.

– Ты думаешь…

– Мир погибает, Натэлла. Ему нужна помощь.

– Хочется плакать и пироженку, – произнесла я, и у меня в руках тут же появилась корзиночка с фруктами. Я протянула её тёте, но очень надеялась, что она откажется. – Хочешь?

Лира усмехнулась и отрицательно покачала головой. Я с удовольствием ела лакомство в тишине, думая, что делать дальше… и как же можно было так вляпаться ещё при зачатии меня.

А внутри меня вспыхнуло новое чувство. Не страх. И не злость. А решимость.