156 000 произведений, 19 000 авторов.

» » Серое небо (СИ) » Текст книги (страница 1)
Серое небо (СИ)
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 16:30

Текст книги "Серое небо (СИ)"


Автор книги: Хэленка






сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 7 страниц)

Хэленка

Серое небо.

Книга Первая

   Пролог

   Good-bye, blue sky

  – Ну, что, так и уедешь?

  – Валерик, ты – мастер задавать глубокомысленные вопросы. Есть варианты? – хмыкнула Аля.

  Музыка – слишком громкая для разговоров. Артур расстарался и устроил настоящую дискотеку в честь ее отъезда, наверняка, хотел повысить свой рейтинг. Когда ее здесь уже не будет, кто еще сможет заставить остальных звать его на дни рождения и прочие тусовки? Парня в классе терпеть не могли, несмотря на папочку-богатея. Аля была единственной, кто с ним общался и с детства защищал, она всегда сочувствовала убогим. Болезненный, вечно не к месту хихикающий Артурик с первого класса вызывал у нее жалость, а не отвращение.

  – Можно же поехать позже с родителями. Что тебе там с бабкой сидеть?

  – Во-первых, не с бабкой, а с бабушкой, а во-вторых, смысл откладывать? Сейчас каникулы начнутся, как раз ничего не пропущу, надо было еще к первому сентября ехать. Папу обещали вызвать на новую работу в течение месяца, не больше.

  – Умножь на два, раз обещали не больше. Можно бы еще новый год вместе встретить.

  "Тебе, все равно, ничего не светит", подумала девушка, но озвучивать не стала, она всегда была вежлива со своими многочисленными поклонниками, если только те не напрашивались на неприятности. Валерка, конечно, был парень умный и местами даже симпатичный, но, как еще в детстве поняла Аля, "паршивой паршивости". Она позволяла ему присутствовать рядом, но не более того.

  – Я буду скучать... – парень смотрел на нее, как побитый щенок.

  – Да, ладно, найдете себе новый предмет для обожания, какая разница. Если бы Санька не объяснил вам, что я – первая красавица и умница, – с иронией добавила она, – Вы бы сами в жизни не догадались.

  – Санька, Санька, всегда только о Саньке говоришь, влюбилась?

  – Не посягай на святое, напишу ему, что ты себя плохо вел, приедет в отпуск, проведет с тобой воспитательную работу, – пообещала Аля.

  Санька был настоящий друг, никого не боящийся и никогда не отступающий и, если бы, не имел не самой подходящей компании, из-за которой уже чуть не попал в колонию, цены бы ему не было. Тогда ситуацию удалось замять так, что никто ничего и не понял, помогли старые знакомства Алиной бабули, и теперь парень учился в военном и мог не думать, что будет завтра есть и во что одеваться. Позаботиться о нем было некому, жил он с семидесятилетней больной бабушкой. Кстати, он испытывал к Валерику взаимно "наитеплейшие" чувства, если бы не Аля, вечно усмиряющая излишний пыл друга, ходить бы последнему в синяках с первого класса.

  – И вообще, может, я там влюблюсь в кого-то. Может, меня счастье ожидает.

  – Ты?! Влюбишься?! Вот этого, точно, быть не может! У тебя же каменное сердце! Тебя только одно волнует, чтобы все любили тебя!

  – Ну, может, и так, – не стала спорить она. Кто же не хочет, чтобы его любили? Разве что, ключевым словом в Валеркиных обвинениях было "все".

  Следующей ночью поезд увозил ее навсегда от родных и друзей, из города, в котором она родилась и из детства.

   Глава 1. Понедельник, 09 ноября 1992 года

   Приятно познакомиться, или, идите на ...

  Аля раньше и предположить не могла, что в девятом классе ей придется привыкать к новому городу, новой школе, новым одноклассникам. На самом деле, она не рассчитывала, что сможет найти подруг, тем более, влюбиться, это было простое бахвальство. Знакомые из двора, где жила бабушка, рассказывали, что в школе, куда теперь ей придется ходить почти два года, отношение к новичкам было, мягко говоря, очень настороженным.

  Когда все вокруг уже восемь лет провели вместе, собравшись в компании, побольше или поменьше, максимум, что ей светило, стать предметом любопытства, но явно ненадолго. Вряд ли она смогла бы это первое любопытство превратить во что-то большее – для этого необходимо быть хоть немного выдающейся личностью, а в этом она себе всегда отказывала. Почему стала центром внимания почти всех мальчишек не только в классе, но и во всей параллели старой школы, она не понимала и, со временем, ломать над этим голову перестала. К тому же, здесь было непринято хорошо учиться. Почему-то самыми популярными людьми в школе были агрессивные идиоты, хотя, может, это только предвзятый взгляд на вещи ее соседки.

  Настроение в это утро Аля оценила, как отвратительное. Отношения с бабушкой Зиной, к которой она приехала, были весьма далеки от идеальных, та всегда отстаивала право на независимость и не жаждала общаться с внучкой. Право на независимость Али она не признавала напрочь, с детства указывая, что и как делать. Вот и сегодня девушке пришлось заплетать косу, бабушка, родившаяся в деревне, считала, что ходить с распущенными волосами неприлично.

  "Что же моя бабулечка Танечка так далеко", вторую бабушку, растившую ее чуть ли не с рождения, Аля просто обожала, "она не стала бы давать указаний, ее устраивало все, что бы я ни делала".

  К счастью, Зина раньше выходила на работу, и у девушки было достаточно времени, чтобы распустить волосы снова и даже покрыть губы блеском. В старой школе за такие вольности можно было легко попасть в неприятную ситуацию, здесь же, как поняла она из слов завуча, которая принимала у нее документы, было дозволено многое. Еще раз посмотрев в окно на серую морось, она решительно сняла любимый коричневый костюм, в котором, по собственному мнению, выглядела неотразимо, и сменила его на темно серую юбку, голубую рубашку и голубую трикотажную кофту с капюшоном. Так ей не придется брать зонт. Зонты девушка ненавидела еще больше, чем дождь. "Видок – тот еще, чисто девочка с рабочих окраин, впрочем, плевать, все равно никаких шансов на теплый прием, так что, чем хуже, тем лучше. Зато тепло и уютно. И с погодой "повезло".

  Девушка надеялась, что хотя бы солнцем и теплом здесь она насладится вдоволь, но оказалось, что ноябрьский город сильно отличается от солнечного веселого летнего курорта, в который она приезжала регулярно. Да-да, не всем повезет в жизни так, как ей, далеко не у всех бабушки живут на море и, пусть и без особых восторгов и сюсюканий, соглашаются принять внучку на каникулы. Так что, город не был чужим Але, эти узкие улочки она знала с детства, но сегодня все вокруг казалось ей мрачным и враждебным. Противный мелкий дождик и сильный ветер, задувавший колючие капли в лицо, придавали всей картине некоторую логическую законченность. Небо было совершенно серое, без каких-либо вкраплений белого или голубого. "Так даже лучше, никаких иллюзий не оставляет даже природа", мрачно подумала Аля.

  К сожалению, до школы от дома бабушки было каких-то двести-триста метров.

  "Уж лучше бы по дождику еще погуляла, хотя, что я так драматизирую, некоторые даже в клетку со львами заходят, и ничего. В конце концов, перетерплю пару лет, а там в институт, где все будет совсем по-другому".

  Так, слегка приободренная последним умозаключением и чувствуя себя отважным дрессировщиком, Аля подошла к воротам школьного двора.

  Перед ней высилась пятиэтажная громадина, выкрашенная в жуткий грязно-охристый цвет. Старая школа была в два раза меньше и намного уютнее, зато там, где все знали в лицо всех учеников с первого до выпускного класса, ей бы точно не удалось проскочить через двор незаметно. На всякий случай, Аля старалась не смотреть на собравшихся, чтобы не привлечь к себе внимания. Слегка склонив голову и скрывшись под капюшоном, она невидимкой скользила или, точнее, летела, ко входу. Именно летела, с детства мечтавшая стать балериной, она стала ходить на цыпочках, ей казалось, что это обязательная и необходимая составляющая. С балетом не вышло из-за плохой координации, походка осталась, как ни старалась она научиться передвигаться нормально.

  Школьный двор был полон. Несмотря на дождь, на улице небольшими кучками и довольно большими группами стояли девушки и парни, в основном, старшеклассники. За каникулы, которые длились всего неделю, они, очевидно, успели соскучиться и активно делились новостями. Незаметно девушка пыталась рассмотреть всех, чтобы получить хоть какое-то представление о нравах в новой школе.

  Два вывода она сделала сразу: мат, за который дома карали с крайней жестокостью, здесь был нормой общения, он слышался отовсюду, и учителя, видно, давно привыкшие, не делали замечаний, проходя мимо. Еще больше удивило, что парни, по ее представлениям, слишком вольно ведут себя с девчонками, ее бывшие одноклассники теперь казались чуть ли не благородными рыцарями. Ее, слава Богу, не замечали.

  Уже у самого входа в здание, Аля обратила внимание на небольшую группу. Компания, на самом деле, не могла остаться незамеченной. К ним ненадолго подходили, парни и девушки, но никто не задерживался. Почему-то Але пришла в голову странная ассоциация: "верные вассалы приветствуют своих королев и королей", подумала она, нервно хихикнув про себя.

  "Хорошо, теперь ясно кто здесь "в авторитете".

  Компания состояла из трех парней, что называется, на любой вкус. Один сразу привлек ее внимание потрясающей красотой. Честно говоря, если в каком-то фильме играл бы актер с такими внешними данными, она с подружками сходила бы в кино несколько раз, даже если бы сюжет был полным отстоем – Аля всегда относилась восторженно ко всему красивому. Это был блондин с волнистыми, чуть длиннее, чем нравилось ей, волосами. В голову сразу пришло сравнение с ангелом, но не с пухлопопым малышом, которого обычно рисуют художники, а с ангелом подросшим, и, по всей видимости, отправленным на землю с инспекцией. Видно, происходящее на земле ангелу было не по душе – на его лице застыло выражение скуки и брезгливой жалости к обычным смертным.

  Еще два парня были темноволосыми, одного, наверное, многие считали симпатичным, но он явно был не в Алином вкусе: эдакий веселый итальянец, активно жестикулирующий и что-то весело рассказывающий. Третий тоже был бы ничего, если бы не самоуверенное, или даже наглое выражение лица. Этот, видно, считал себя настоящим мачо и цены себе сложить не мог. Остальные тоже не были похожи на скромников, страдающих комплексом неполноценности, но последний, в своем собственном рейтинге достоинств явно получал двести по стобальной системе. В принципе, Аля всегда считала себя человеком, терпимо относящимся к недостаткам других, но самовлюбленность считала непростимым минусом, проистекающим из глупости.

  "Нет идеала на земле", подумала Аля. "Надеюсь, мне не повезет настолько, что я окажусь с мачо в одном классе", хотя парни выглядели старше не только нее, но и остальных, присутствовавших во дворе, может быть просто потому, что самый низкорослый из них, тот, которого она прозвала про себя ангелом, был существенно выше основной массы собравшихся.

  Но самыми интересными в этой компании были девушки. Одна, черноволосая красавица с длинными волнистыми волосами, почти не отставала в росте от парней. Она уж точно походила скорее не на школьницу, а на супермодель, великодушно решившую посетить школу, в которой когда-то училась. Выделялась она и полным отсутствием косметики на нежном смуглом лице, остальные девушки с этим явно перебарщивали. Удивляло то, что явная "королева" школы не имела при себе свиты "фрейлин". Последняя в компании была девочка лет не больше двенадцати, не обладающая хоть сколь-нибудь привлекательной внешностью. Она явно не вписывалась в эту пятерку, но вела себя совершенно по-свойски, Але даже показалось, что остальные смотрят на нее с нежностью, совершенно им не подходящей.

  "Не характерная для меня наблюдательность", подумала девушка, "Как я могла подметить столько деталей за несколько секунд, пока проходила мимо? Вот как проявляется шок! Может, я так от перемены климата китайский освою или, к примеру, вязать крючком научусь".

  Блондин равнодушным скучающим взглядом скользил по толпе.

  "Вот, черт", подумала Аля, когда их взгляды встретились, "Точно, покраснею". Краснела она часто и охотно. На его лице она прочла не просто удивление, полное впечатление, что парень был шокирован.

  "Господи, что со мной не так?! Он на меня уставился, будто я голой явилась!"

  Блондин, не сводя с нее взгляда, что-то сказал остальным, незамеченной пройти не удалось, теперь вся компания, совершено не смущаясь, разглядывала ее. Аля с вызовом посмотрела на них, от страха и неуверенности в себе, ее понесло.

  – Ты хотел что-то сказать? – остановившись, прямо спросила она нахального красавчика. Капюшон упал, волосы рассыпались, и выражение лица блондина в мгновение прошло длинный путь от шока до восхищения.

  – Конечно, хотел! Но твоя неописуемая красота лишила меня дара речи, – насмешливо ответил он.

  Аля смутилась, боевой запал погас, и она, не найдя ответа, передернув плечами, ушла.

  "Вот, черт, замечательное начало! Лучше бы сделала вид, что не заметила".

   Дэйвид

  

  Черт, что же настроение такое поганое с утра?! Ну, ладно, начало четверти, ну, ладно, понедельник, ну, допустим, предстоит встреча с "горячо любимыми" одноклассниками, но никогда раньше это настолько не выводило из себя. Всегда удавалось сохранять не только хорошую мину, но и реально хорошо исполнять роль общительного милого братца. Должен же хоть кто-то в этой семейке быть милым, роль злодея негодяя уже занята Ванькой. Видно, сегодня и пришла пора об этом пожалеть.

  Вот и родная школа, как обычно, не вызывающая никаких чувств, кроме тоски. Ну, конечно, все считают своим долгом поприветствовать каждого из нас лично. Не, я понимаю, ссориться с нами не резон, но что же так жопу рвать? Достали!

  И девки достали! Бл*дь! Впечатление, что они в очередь выстроились, такая озабоченная очередь, каждая в которой думает, когда же на меня внимание обратят. Хотя, сам виноват, надо было искать секс на нейтральных территориях. А может, у меня как раз и испортилось настроение из за того, что неделю трахаюсь только сам с собой? Вот этот пробел легко восстановить. Так, кто тут у нас еще не был удостоен моего внимания? Эй, девочки, у вас есть шанс на самые незабываемые впечатления в вашей жалкой однообразной жизни!

  Черт! Это еще кто?

  – Это кто такая? – спрашиваю уже вслух. Ответа нет, неужели, никто из нашей немаленькой компании девчонку не знает?

  Похоже, малышка заметила мой интерес.

  – Ты что-то хотел сказать? – О! Да она хочет бросить мне вызов. Ну-ну, посмотрим, детка, способна ли ты еще на что-нибудь.

  – Конечно, хотел! Но твоя неописуемая красота лишила меня дара речи!

  А ведь девочка, и правда, ничего, несмотря на всю эту жуткую одежду. Хорошо хоть догадалась юбочку покороче надеть, хотя бы ноги рассмотреть можно. Все остальное слишком тщательно спрятано под идиотской кофтой с капюшоном. Может, просто, нечего демонстрировать? Да и капюшон кстати упал, можно полюбоваться и золотистыми волосами и милым личиком и глазками. Взгляд весь из себя такой невинный, полный надежды на скорейшее светлое будущее. Жалко только не хватило ума или задора продолжить беседу. Быстро ты, девочка, сдалась! А я уже почти начал надеяться на собеседника, чей интеллект, хотя бы отдаленно приближен к моему. Не судьба...

  – Эй, Козлова! Кто это? – без смущения тыкая пальцем в удаляющуюся спину, спрашивает Князь у главной сплетницы школы.

  – Похоже, новенькая. Я слышала, кто-то появился, не знаю в каком классе.

  – Что, Дэйвид, влюбился с первого взгляда? – как всегда, Андрюха не может не поерничать.

  – Да, она, прям, сердце мое сразу украла, – изображаю несчастное лицо.

  – Вы ни одной юбки пропустить не можете? – как обычно, Лизе не нравятся наши развлечения, – Не лезьте к ней, она, похоже, милая.

  – Ну, и кто из нас влюбился? Не замечал раньше, что ты девушками интересуешься, – это уже я Лизке, – Вот, почему, ты до сих пор ни с кем не встречаешься!

  – Я ни с кем не встречаюсь благодаря вашей чрезмерной маниакальной заботе о моей нравственности! – рявкает Лизка, и, схватив за руку Веру, исчезает в дверях школы.

  Похоже, не у меня одного с утра плохое настроение.

  – Ну, что, братишка, повод развлечься сам идет к нам в руки. Надеюсь, ты не упустишь шанс?

  Смотрю на старшего брата озадаченно.

  – Дэйвид, ты резко отупел? Такой шанс для пари! Ну, давай же, кто первый девчонку в постель затащит!

  О, что же еще от него ждать.

  – Не, Ванька, ты знаешь, я в такие игры не играю. Мне совесть не позволяет, – усмехаюсь я.

  Да и против меня ты шансов никаких не имеешь, во всяком случае, не с девушками.

  – Ха, Дэйвид познакомился с совестью! – Андрюхе только повод поржать дай, – Давно это с тобой?

  – А меня вот совесть ничуть не мучит. Три недели, не больше, – Князев, как всегда, уверен в своей неотразимости.

  – Через три недели ты нам предоставишь видеозапись того, как эта малышка умоляет тебя ее трахнуть, или отдаешь мне свой байк! – Андрея не успокоить.

  – Ни х*я себе, ставки! Байк за девку! Ты ничего не попутал? – надо же, иногда и мой брат начинает сомневаться.

  – Если выиграешь, получишь мой Макаров.

  Мы аж присвистнули! Да, хорошие ставки, что это ребята так распалились? Похоже, в ближайшее время жизнь нас ожидает интересная.

  – Ну, ладно, мне нравится, я согласен. Уже сегодня она окажется у меня дома. Это так, первый шаг.

  – Не сомневаюсь в твоих способностях, уж на такую мелочь тебя хватит, – ухмыляется наш общий друг.

  – А я думаю, не хватит! – неужели это я сказал? Что это со мной? И главное, у меня появляется искреннее желание, чтобы девчонка не согласилась.

  – И ты, наконец, проснулся! Пять баксов поставишь? – Боже! Андрей готов спорить по любому поводу.

  – Ладно, на это, так уж и быть поставлю.

  Пять баксов еще никому не мешали. И почему я так уверен, что получу их сегодня?

  ***

  Пытаясь отсрочить свое появление в новом классе, Аля походила по коридорам, полным суетящихся пятиклашек и степенных старшеклассников. Остальные учились во вторую смену – школа была переполнена. В Алином старом классе было 25 человек, и она с трудом представляла себе толпу из сорока двух учеников в одной комнате. Раза в три дольше, чем было нужно, она простояла у расписания, потом тщательно изучила доску с надписью "информация", не переставая думать, что сказал остальным блондин.

  – Ну что, страшновато? – услышала Аля знакомый голос за спиной. Это была Марина Евгеньевна, завуч, которая принимала документы.

  – Пойдем, я тебя представлю.

  Але совсем не хотелось явиться в класс в сопровождении завуча, она давно уже считала себя взрослой и вполне самостоятельной, и ругала за то, что так по-детски влипла.

  – Спасибо, Марина Евгеньевна, я справлюсь, – вежливо сказала она.

  – Может, и справишься, а может, нет. Не могу же я допустить, чтобы новенькую съели живьем в первый же день.

  – Это черный юмор?– спросила Аля для поддержания разговора.

  – И не надейся, это правда жизни. У вас же первая физика? Лидия Федоровна очень милый человек, но в понедельник утром к ней лучше не подходить близко.

  В классе, куда они вошли, царила суета, так что их никто не заметил. Сразу зазвенел звонок, и все встали навытяжку возле своих мест. Алю это удивило, дома вставали перед уроком только малыши, занятия у старшеклассников предпочитали начинать сразу. Никого организовывать и настраивать на учебный лад было не нужно. В шахтерском городе все дети с малолетства осваивали непреложную истину: не будешь учиться – пойдешь добывать уголь. Это и раньше было не самой светлой перспективой, а теперь, когда шахтеры не получали уже огромных зарплат советских времен, стало страшилкой для каждого мальчишки. Все мечтали поступить в институт и, желательно выбраться куда-то, как можно дальше от дымящих труб.

  Когда все сели, завуч подошла к физичке, довольно приятной внешности женщине лет сорока, с недовольным выражением лица.

  -Доброе утро, Лидия Федоровна, у Вас новенькая. Библиотека не работает, так что посадите ее с кем-нибудь, кто удосужился принести учебник.

  -Доброе утро, Марина Евгеньевна, спасибо за ценные рекомендации, – язвительно ответила учительница, и Аля поняла, что завуч была права: такая слопает и не подавится.

  -Иди вон ... хоть к Князеву садись.

  Физичка неопределенно махнула рукой куда-то вдаль. Класс непонятно отреагировал общим "у-у-у" и нервными смешками. Але показалось, что всех взволновал не сам факт ее появления, а то, куда ее посадили. С недоумением она стала искать, кто бы мог быть этот самый Князев и, оглядевшись, поняла, что свободное место рядом с парнем только одно на последней парте среднего ряда. "Оставь надежду всяк сюда садящийся"(1), недословно процитировала она мысленно, когда поняла, что ее соседом должен стать тот, с кем она надеялась не оказаться в одном классе. "Везет, как обычно", огорченно подумала она. Выражение лица нового соседа не предвещало ничего хорошего.

  Пока Аля садилась, он злобно прошипел:

  – Имей в виду, я всегда сижу один.

  – Ты мне тоже сразу понравился, – ответила язвительно она.

  "Ничего, это ненадолго, добавила она мысленно. Должны же мне выдать книги в этой чертовой школе".

  Парень резким движением швырнул ей учебник, будто говоря: "подавись и отвали".

  Физика, как ни странно, пролетела быстро. К Алиной радости, тему она уже изучала в старой школе. Наводило на неприятные мысли то, что Лидия Федоровна объясняла ее так, что Аля не поняла и половины. "Что же я буду делать, кода начнется что-то новое?" с тоской подумала она. Физика была тем, в чем она безоговорочно отдавала пальму первенства мужскому полу, считая, что это единственное, что женский ум постичь не в состоянии. Ее приятно позабавил интерес соседа по парте, когда тот увидел, как лихо она решала задачки. Хотя именно эти задания она в старой школе и не делала, их физик Михал Ефремыч, объяснял предмет так, что последний дебил мог справиться с любым заданием. Князев, похоже, решил сам себе доказать свое превосходство над слабоумным женским полом и явно старался решить все раньше, чем она. Аля, не упуская возможности поразвлечься и сбить с соседа спесь, старалась не уступать. "К финишу" она пришла первой и, не делая вид, что не заметила соперничества, прошептала,

  – Ну что, мозг под "качалку" заточен? – намекая на явно выделяющиеся под рукавами рубашки мускулы. К ее удовольствию, парня прямо перекосило от злобы.

  Когда прозвенел звонок на перемену, Князев вскочил, похватал то, что лежало на столе, и рванул вон из класса.

  – Как тебе сосед? – обратилась к ней рыжеволосая девушка с чистой белой кожей совсем без веснушек.

  – Не самый дружелюбный, – осторожно ответила Аля.

  – Ну что ты, это он еще в хорошем настроении. Что ты хочешь, ты ж на его территорию покусилась. Все знают: Князь всегда один, и это неоспоримый факт.

  – Князь? – чего же еще ожидать с такой фамилией и таким поведением, – Да ладно, потерпит, завтра получу учебники и сяду одна.

  – Можешь на это не рассчитывать. Теть Валя заболела, теперь на пару недель библиотека закрыта, да и кому она нужна среди года.

  Аля мысленно застонала и беспомощно посмотрела на девушку.

  – Кстати, меня зовут Инга.

  – Я – Лена, – отозвалась Аля. Алей ее называл только один человек, беззаветно ее любящий дедушка. Это имя ей нравилось намного больше, чем холодное Лена, но оно было только для самых-самых, в чье число не попадали даже родители.

  – Пошли, сейчас алгебра, полюбуешься на нашего Толика.

  – Классный? – спросила Аля.

  – Да, нормальный мужик.

  – Я в смысле, ваш классный руководитель.

  – А, да, – засмеялась Инга. – Классный классный.

  В кабинете она подвела новенькую к высокому, но, на Алин взгляд, малосимпатичному, слишком "блондинистому", молодому мужчине, который болтал с двумя хорошенькими учительницами. Лица женщин светились восторгом и обожанием.

  "Да... на безрыбье рак – рыба", подумала девушка.

  – Анатолий Евгеньевич, у нас новенькая, – бесцеремонно заявила Инга, оттесняя учительниц. Женщины глянули на Алю, плохо скрывая раздражение.

  – Привет! Я в курсе, – дружелюбно сказал мужчина. – Можно попросить тебя немного рассказать классу о себе?

  – Я бы не хотела публичных выступлений, – мягко отклонила предложение Аля.

  – Ну, как скажешь. Куда тебя посадила Лидия Федоровна?

  – К Князю, – поспешила вставить слово Инга, явно ожидая реакции.

  – Жестко. А чем не угодила?

  – У меня просто нет учебников.

  Толик глянул на Алю с жалостью.

  – Я бы тебе дал, но у меня последние запасы кто-то стянул недавно. Извини.

  – Ничего страшного, – спокойно ответила девушка, вызвав взгляд, полный плохо скрываемого сомнения. Аля никогда не боялась "плохишей", как ее новый сосед, считая, что в каждом человеке найдутся хорошие качества, хотя, могло показаться, что сегодняшний случай – исключение из правила.

  Алгебра была у Али любимым предметом, и на уроке она смогла продолжить соревнование. Кстати, наконец, она узнала, что парня звали Иван, прочитав, как подписана его тетрадь. Хотя Аля ненавидела клички, она поняла, почему даже учителя называют его Князем: мягкое Ваня никак не гармонировало с его образом.

  Как ни странно, на этот раз девушке не удалось "уесть" соперника. Князь решил все задания, когда она только приступила к последнему уравнению. "Рано расслабилась", подумала она. Однако, явно читаемое удовлетворение во взгляде соседа ее не разозлило, а рассмешило.

  – Ну что, мозг под шопинг заточен? – спросил он. Аля, не выдержав, рассмеялась.

  Третьим уроком был английский, и оказалось, что Аля записана не в ту группу, где были Инга и Иван. Учительница, глубоко пожилая тетечка, полулежавшая за столом, по-русски обратилось к девушке, попросив "рассказать что-нибудь о себе и желательно по-английски". Алю такой подход удивил, в ее школе на уроках иностранного языка невозможно было слова русского услышать ни от учеников, ни, тем более от учителей. Она начала рассказывать о себе, но остановилась, увидев округлившиеся глаза "тетечки".

  – Is anything wrong? – спросила девушка, но ответа не последовало.

  – Что-то не так? – уже по-русски переспросила она.

  "Тетечка", словно выйдя из ступора, сказала:

  – Нет-нет, молодец, садись, пять. А теперь откройте текст на странице сто десять и переведите его в тетради письменно.

  "На английском можно ставить крест", заключила Аля, но начала старательно писать в тетради перевод. Учительница продремала половину урока, а потом вдруг сказала:

  – Кто тут новенькая? Ты лучше иди на следующий английский к Ираидне Хачиковне. Я ее предупрежу.

  Отчество Хачиковна заставило Алю совсем приуныть, хотя, казалось, хуже, чем "тетенька", чье имя она так и не узнала, быть ничего не может.

  Конечно, английского поразил Алю до глубины души, но того как здесь проходит литература, она совсем не ожидала. Весь урок Валентина Ивановна, милейшая бабуля, выкрашенная в платиновую блондинку, медовым голосом диктовала статью какого-то именитого критика о романе "Война и мир", старательно контролируя, чтобы все писали.

  Аля, не выдержав, обратилась к соседу:

  – Зачем она это делает? – спросила она с изумлением.

  – Делает что? – спросил тот, хотя сначала показалось, что разговаривать он не намерен.

  – Зачем мы записываем статью? – Але стало казаться, что она попала в какую-то фантасмагорию, где тупость является нормой.

  – Ааа, протянул парень, ну она считает, что без этого сочинение написать невозможно.

  – Как все это поможет мне писать сочинение? – не отставала девушка.

  – Технология простая. Берешь кусок из одной статьи, кусок из другой, опять кусок из первой и присобачиваешь к ним часть третьей. Вот так, по мнению Валентины Ивановны, и пишутся хорошие сочинения.

  – Ты так делаешь? – почему-то спросила Аля. Странно, но ей казалось, что этот парень не должен участвовать в подобной тупости.

  – Тебе какое дело? – вежливость явно была его коньком. Тем не менее, спустя некоторое время, он добавил: – У меня сестра в десятом учится, я ее сочинения переписываю.

  Алю его ответ вполне удовлетворил. Списывание у сестры казалось более достойным занятием, чем списывание у классиков.

  – И что же делаешь ты? – с иронией спросил Князь.

  – Читаю, и пишу что думаю.

  – Не прокатит, слово "думать" забудь. И вообще, когда думаешь, морщины появляются, девушкам думать вредно, не слышала.

  – По-моему, некоторые считают, что напрягать мозг вредно, в принципе. Вот у тебя никаких морщин.

  – Ну ты и язва, – с каким-то странным выражением ответил парень. – Хотя я сам виноват, подставился.

  Аля поняла, что Князю редко дают отпор, и что ему это если и не понравилось, то привлекло внимание, точно.

  – Ничего, будет возможность реабилитироваться в качалке.

  Парень посмотрел с удивлением, но, поняв, что речь идет об уроке физкультуры, ответил:

  – Уж там-то я тебя сделаю, без вариантов.

  "Ты еще не знаешь, насколько прав!", подумала Аля. Физкультуру она ненавидела даже больше, чем физику. И надо же, чтобы в первый день в новой школе в расписании красовалась именно она. Ей потребовалось почти два года, чтобы, после перехода в среднюю школу доказать физруку, что его надежды сделать из нее звезду спорта, ну, или хотя бы "физически адекватную личность", как он сам говорил, рассыпались в прах. Физрук признал свое поражение и приспособил Алю для написания планов и конспектов уроков. После того, как ему однажды директор "выразила благодарность за прекрасную организацию учебного процесса", состоявшую, на самом деле, в красивой тетрадочке с планами и конспектами, Аля всегда имела пятерку по физкультуре, даже не утруждая себя покупкой формы.

  Теперь ей предстояло заново доказывать, что лазить по канату, забивать мяч в корзину, отжиматься или бегать марафонские дистанции, она не в состоянии, и научить ее этому не сможет даже гений физкультурной педагогики. Ей очень не хотелось упасть в грязь лицом перед новыми одноклассниками, и она с ужасом ждала пятого урока. Но, видимо, кто-то там, наверху, решил, что с нее достаточно испытаний на один день. Когда они пришли в спортзал, учитель мальчиков объявил, что он сегодня работает один, к тому же, на уроке сразу два класса, поэтому, мальчики будут играть в баскетбол, а девочки должны их поддержать. Аля, вздохнув с облегчением, вместе с другими девчонками, села на низкую неудобную спортивную скамейку, проклиная себя за то, что надела юбку, а не брюки. Теперь придется сорок минут следить за своей позой, контролируя, чтобы слишком короткая для такого случая юбка не открыла чего-нибудь лишнего.

  Урок оказался совсем не так плох, как она ожидала. Соревноваться их одноклассникам предстояло с восьмым классом, среди мальчишек которого Аля с удивлением увидела ангела-блондина. Она и предположить не могла, что этот рослый парень младше нее.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю