290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Nan uye sere indo ninya (СИ) » Текст книги (страница 2)
Nan uye sere indo ninya (СИ)
  • Текст добавлен: 26 ноября 2019, 16:00

Текст книги "Nan uye sere indo ninya (СИ)"


Автор книги: Estel_Aragon






сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)

– Что? От чего? – тихо спросил менестрель, поднимая эльфийку с пола, усаживая на свой стул и утирая рукавами кафтана со щёк Хиннэн солёные капли.

– Они… Они хотели меня нарядить в такую ужасную вещь! – и тут бедняжка разрыдалась ещё пуще, закрывая лицо ладонями.

Мужчина недоуменно нахмурился, поглаживая брюнетку по макушке. Та всхлипнула и что-то активно, с чувством, зашептала ему на ушко. Длилось это около одной минуты. Когда девушка закончила, то шмыгнула носом и воззрилась на мужчину своими синими заплаканными глазищами.

– Глорфиндель и сыновья владыки, говоришь? – мрачно переспросил брюнет, снимая мантию и тот самый кафтан.

Эльфийка кивнула и тяжело вздохнула, опуская голову. Линдир многозначительно посмотрел на дверь библиотеки и закатал рукава белой рубахи, в которой теперь остался. Мужчина коснулся губами макушки подопечной, мягко улыбнулся и сказал ей:

– Сиди тут, я сейчас вернусь.

И эльф вышел из помещения, перед этим изящно оттолкнув ногой в сторону сундук. Надо сказать, что выглядел он более устрашающим, чем разгневанный Трандуил, Гэндальф или даже Саурон. Женщины жались к стеночкам, мужчины благоразумно отступали в сторонку, видя как предельно мрачный управитель разминал кулаки и шею. Виновники слёз милой Хиннэн нашлись быстро, сидящими во дворе и коварно обсуждающими что-то.

– А потом можно поиграть в то, о чем ты говорил, и их поцелуй гарантирован, – победно улыбался Элрохир, глядя на Глорфинделя.

Последний тоскливо вздыхал, сжимая в руках странного вида атласную тряпочку с черными кружевами. После слов принца он с надеждой воззрился на молодца:

– Думаешь?

– Даже отец одобрил! – важно фыркнул парень, уперев руки в бока.

– И что это мы такое интересное обсуждаем? – раздался за спинами троицы елейный, но от этого не менее жуткий, голос менестреля с аурой назгула за спиной.

Элладан даже взвизгнул и упал с лавочки от такого, а Глорфиндель и Элрохир просто прилепились друг к другу и явно не собирались отлипать.

– Ой, Линдир, привет! – нервно хихикнул военачальник, тщетно пытаясь спрятать в карман ту самую алую тряпочку. – А мы тут это… Плюшками балуемся!

– Плюшками, да? Знаете, я долго терпел это безобразие, но похоже, я допустил ошибку, когда стал прятаться от ваших попыток устроить мою личную жизнь, – вздохнул мужчина, убирая назад свои прекрасные черные волосы. – Я многое мог игнорировать, но вы довели бедную девочку до слёз и этого я уже оставить без внимания не могу.

На лице Линдира теперь красовалась мрачная, многообещающая улыбка, которая не предвещала ничего хорошего для трио заговорщиков.

Поскольку последующие сцены отличаются излишней жестокостью, а рейтинг не позволяет нам орудовать таким безобразием в текстах (ударение на “а”), то ваш покорный слуга сразу перейдёт к результатам.

В конце дня всем эльфам довелось лицезреть нечто, не поддающееся объяснениям адекватного квенди или человека. Двое принцев сидели в кустах и безутешно плакали, будучи облаченными в позорные наряды, кои носят только публичные девицы в дешевых борделях, ведь их одежду куда-то выкинул менестрель, и местами поглядывали на своего товарища Глорфинделя, пострадавшего больше всех. Тому не позавидуешь, ибо подвешен он был за ноги на дерево в состоянии глухой несознанки, а девам была предоставлена возможность во всей красе рассмотреть военачальника, пусть и побитого, в неприлично короткой женской ночной сорочке из атласа с черными кружевами. Сняли его оттуда ближе к ночи, а сам блондин зарёкся когда-либо ещё убеждать Хиннэн надеть что-нибудь этакое во имя соблазнения менестреля.

Сама же девушка теперь могла не прятаться по тёмным углам от назойливых сводников, теперь она могла спокойно сидеть где-то в беседке или библиотеке, распивая мирувор с Линдиром, который в очередной раз надевал ей на голову золотой венец из кленовых листьев.

Комментарий к Глава 4. “Золотой венец”

Знаете, я не могу быть уверена, что часть вышла именно такой, какой и должна была быть.-.

Я очень жду критику, пожалуйста. Исправления ошибок в ПБ тоже будут приняты с великой радостью. Ставьте ваши плюсики, оставляйте отзывы.

========== Глава 5. “Сизый покров” ==========

В ноябре Ривенделл засыпал. Не в прямом смысле, конечно, но затихали грохочущие звуки музыки и звонкие голоса дивного народа, наступала звенящая тишина. Звуки водопадов сливались с завываниями холодных северных ветров, срывающих с деревьев последние листья. Голые ветви стучали друг об друга, а сквозняки гуляли по коридорам дворца владыки Элронда.

Но вот в одной из комнат, принадлежащей Хиннэн, в которой сын Эарендиля души не чаял ровно столько же, сколько и в собственных детях, было тепло и тихо. Брюнетка оказалась столь похожа на Арвэн, что Элронд не мог не любить девушку. Она оказалась очень умна и сообразительна, училась быстро и с удовольствием, что не могло не радовать владыку и Линдира, который приложил руку к её образованию. Пусть она всё ещё многое не знала, но она понимала, что впереди ещё целая вечность, чтоб изучить всё.

Треск огня в камине, заглушаемый тихой песней, успокаивал и погружал всякого в приятную полудрему. Линдир мягко касался струн лютни, играя один из тех печальных мотивов, что подходили только ноябрю, и тихо пел на квенья очередную балладу. Неподалёку, чуть ближе к камину, сидела на обитой бархатом лавочке Хиннэн. Перед эллет стоял деревянный ткацкий станок, прочный и красивый, сделанный Глорфинделем лично в качестве извинения за свою навязчивость. На станке было натянуто уже почти готовое полотно полуночно-синего цвета, усыпанное звёздами из золотых нитей. Девушка мягко улыбалась, слушая песню менестреля и не думая ни о чем. Она давно стала замечать, что его голос дарит ей умиротворение и не оставляет никаких печалей. Слова сливались в единый поток, обволакивая своим теплом сердце, а девушка даже не замечала, что руки двигаются сами по себе, на автомате заканчивая полотно.

Затихла мелодия, дотканы последние дюймы и оба эльфа тихо вздохнули. Просидев в тишине около пары минут, брюнетка встала и сняла со станка своё творение.

– Уже закончила? – тихо спросил мужчина, глядя на эллет, отряхивающую лишние обрывки нитей.

– Да. Помоги, пожалуйста, свернуть, – кивнула леди, мягко улыбаясь.

Менестрель кивнул и встал с кресла, оставляя там музыкальный инструмент, и помогая хрупкой подруге свернуть в рулон результат её трудов. Ткань была гладкой и приятной, почти такой же, как шелк. Она шуршала совсем едва слышно, но можно было бы сказать, что это один из самых приятных звуков в мире.

Девушка прижала к себе рулон и пошла к стоящему в комнате шкафу. Открыв дверцу, она положила ткань к трём другим рулонам. Один из них был карминовым с вышитыми серебряной нитью цветами. Другой имел насыщенный малахитовый цвет, был он без вышивки, Хиннэн соткала его первым. Третий рулон – сливовый, на нём небесного цвета нитями были вышиты тонкие завитки. Девушка с блаженной улыбкой осмотрела результаты своих трудов и мысленно похвалила себя, что за такой короткий срок сделала такие большие успехи.

Задумалась Хиннэн ровно настолько, что даже не заметила как с верхней полки вниз соскользнул ещё один из рулонов, ранее данный ей в качестве образца. Широкое и лёгкое полотно укрыло эллет, которая растерянно взглянула наверх. Тонкая сизая вуаль объяла тело брюнетки, словно делая её саму почти невидимой в тёмно-лазурной полутьме комнаты.

– Линдир, помоги, я не вижу, где здесь край… – пробормотала девушка, беспомощно вертя головой и стараясь не двигаться, чтоб не запутаться ещё больше.

Мужчина спокойно улыбнулся и подошел к брюнетке, чтоб помочь ей выбраться из плена ткани, но он остановился и взгляд его застыл на самой эллет. Ткань идеально повторяла контуры её изящного лица и совсем не эльфийской фигуры, слишком объёмные грудь и бёдра, как у человеческих женщин. Но больше всего выделялись глаза. Скрытая сизым покровом Хиннэн была почти иллюзорной и призрачной, но слишком яркими были глаза. Их даже сквозь вуаль можно было увидеть абсолютно четко. Неестественно насыщенный ультрамариновый цвет был даже более сияющим сейчас, чем свет пламени в камине.

Молчание. Оно же бывает разным. Неловким, тягостным… В данном случае оно было мягким и даже сладким. Линдир долго смотрел на Хиннэн, на её глаза, запоминал каждое очертание. Девушка не прерывала его, стояла смирно. Знала этот его взгляд. Когда он так долго смотрел на что-то, то он пытался запечатлеть это глубоко в памяти. Свои воспоминания он преобразовывал, иногда в песни, иногда в истории, однажды даже видела, что он рисовал то, что видели они вместе в лесу. Только на картине все было ярче, ещё прекраснее, чем тогда под сенью кленов.

Прервал мгновения бездействия мужчина, наклонившись и поднимая с пола край полотна и откидывая тонкую ткань с личика девушки. Он не спешил убирать в сторону материю, наоборот, как-то судорожно сжимал её, кутая ею же плечи эллет. Мужчина склонился к макушке брюнетки и мягко коснулся её губами, мимолетно вдыхая запах её пышных густых волос. Как всегда, пахло холодным воздухом, водой и синими бархатцами, которые ей так нравились и сейчас стояли в стеклянной вазочке на деревянном столике возле кровати.

– Спокойной ночи, Хиннэн.

– Добрых снов, Линдир, – тихо ответила девушка, аккуратно и медленно перехватывая из рук менестреля края вуали, чтоб та не упала с плеч.

Мужчина ушел. Эллет всё так же стояла возле распахнутого шкафа с тонким полотном на её плечах, пытаясь сохранить остатки фантомного тепла ладоней Линдира. Тихо выдохнув, она сняла с себя ткань и прижала ту к груди, пытаясь осознать, в какой момент её перестали смущать такие моменты, как тот, что был сейчас. Но тогда места смущению просто не было. Пылающее, как маков цвет, лицо лишь опошлило бы происходящее. А едва ощутимый поцелуй теперь воспринимался, как нечто такое, в чём она теперь правда будет нуждаться.

Хиннэн, лежа на кровати, укрытая тонким одеялом и сизой вуалью, мысленно благодарила Митрандира и гномов, забравших её с собой и приведших в Имладрис.

Линдир шагнул в свои покои и решительно направился к камину. Мужчина разжег огонь и открыл стоящий рядом с камином деревянный сундук, доставая оттуда банки с красками и кисти. В шкафу стояли ещё несколько чистых холстов, один из них так же был взят эльфом для воплощения дальнейших замыслов.

Он не спал ещё очень долго. Приходилось даже зажигать свечи и светильники, чтоб было лучше видно. Усталости всё это время словно и не было, её легкая дымка появилась только под утро, когда на холсте в тёмно-лазурных сумерках комнаты стояла укрытая сизым покровом эльфийка с не эльфийской фигурой и яркими синими глазами. Мужчина даже пожалел, что не оставил у себя ту самую вуаль, хотя мотив он не мог понять совершенно никак.

Оба ещё не достигли той самой вершины, которой им должно. Но путь оба выбрали правильный. Оба достаточно умны, чтоб не сделать глупостей и не испортить красоты моментов, заботливо дарованных Илуватаром своим перворождённым детям. Линдир и Хиннэн по какой-то, непонятной даже им, причине не испытывали волнения и страха. С удивлением теперь понимал менестрель, что не так уж и беспочвенны были старания Элронда. Грубоватые попытки воссоединить подопечных всё же дали кое-какой результат. Нахождение вместе превратилось в некую потребность, чтоб не испытывать душевной смуты. Оба квенди в присутствии друг друга чувствовали себя гораздо легче и свободнее. Работа шла успешнее, а сердца не трепыхались от беспокойств.

Эту картину он больше никому не покажет. Причиной тому будет эгоистичное желание сохранить в тайне от чужих глаз очарование прошедшего вечера.

Линдир так и не лёг спать, даже под утро, когда он осознавал, что день дастся тяжело.

“Но нет покоя сердцу моему” – вспоминал менестрель слова из песни, услышанной в октябре, что казался таким далёким. И теперь слова обрели смысл, когда он в очередной раз за ночь ловил себя на том, насколько сильно впечаталась в его жизнь Хиннэн.

Комментарий к Глава 5. “Сизый покров”

http://cdn.playbuzz.com/cdn/bf47406b-f619-4eea-85b9-ba437bf3ba5e/612afa43-8abc-4e5b-8942-e44ee4489ce3.jpg

http://skonhetskabinettet.se/wp-content/uploads/2014/12/tttcap_0666.jpg

https://lh6.googleusercontent.com/-5Y0XYtAUzbc/TYbcqrPdipI/AAAAAAAACIo/9URyMVVDuN8/s1600/Picture+1.png – визуальные образы, вдохновившие меня на главу.

Жду ваши отзывы, плюсики, исправления косяков в публичной бете с:

Простите, что глава столь мала :с

========== Глава 6. “Снежный платок” ==========

В начале декабря повезло выпасть первому снегу. Теплолюбивых пташек вроде Хиннэн с трудом получалось вытащить на свежий воздух, чтоб пройтись. Впрочем, сама эллет слушалась только Линдира, обладающего поразительным даром убеждения и чертовски суровым взглядом, если сердится. Если же девушка капризничала сильнее обычного, то менестрель самолично надевал на эльфийку тёплый плащ из плотной шерстяной ткани с меховой отделкой на рукавах, вороте и полах, который та сама же и пошила, и буквально за руку выводил её гулять.

– Если будешь всё время сидеть взаперти, то я просто заделаю каменной кладкой твой камин пока ты будешь спать, – возмущенно говорил мужчина, таща за собой брюнетку, которая дула щеки от недовольства.

– Если я жила на севере в том мире, то это не значит, что я здесь буду терпеть такой собачий холод. Между прочим, у вас зимы гораздо холоднее, чем у нас! – воскликнула эллет, плотнее кутаясь в плащ и пытаясь согреть пальцы, пряча их в меховой отделке рукавов.

Менестрель на секунду остановился и взглянул на девушку, всем своим видом показывая, что так легко она от него не отделается, пока не погуляет хоть полчаса. Последняя лишь вздохнула и крепче сжала руку Линдира и покорно последовала за ним.

– Вот так бы и сразу. Ты каждый раз начинаешь пререкаться и выёживаться, когда дело касается прогулки. Но ты ведь знаешь, что я всё равно тебя вытащу наружу, – выдохнул управитель, толкая массивные деревянные двери и выходя из дворца прямо на лесную тропинку.

Хиннэн лишь ещё больше надула щёки и отвела взгляд, чем только больше рассмешила менестреля. Мужчина подбодрил её и сказал, что если им повезет во время прогулки, то они найдут немного княженики, а затем слегка потряс перед брюнеткой плетёной корзинкой. Эти слова заставили глазки Хиннэн засиять ярче звёзд Варды и начать подгонять смеющегося Линдира вперёд.

Княженику называли “царской ягодой”. Пользу её не отрицал никто, а любили её так же сильно, как и душистые яблоки, из которых готовили чудесное вино, или менее редкие ягоды вроде земляники, черники или смородины. Элронд хвалил лечебные свойства княженики, Глорфиндель, которого волновали в плане ягод менее возвышенные вещи, говорил, что из её ягод готовят отличную настойку и шикарные пироги.

Линдир как мог успокаивал девушку и повторял ей, что они вышли гулять, а не искать ягоды, но та была слишком взволнованна. В итоге мужчина просто крепко обнял Хиннэн за плечи, прижимая к себе и сказал:

– Хиннэн, просто наслаждайся погодой. Если ты специально будешь искать кусты княженики, то не найдёшь её.

– Ладно… Кстати, я тут вспомнила, княженика плодоносит по весне, а ты говоришь о декабрьских ягодах. Почему так? – задала вопрос брюнетка, как бы невзначай накрывая ладонь менестреля, что мирно покоилась на её плече, своей.

– А, была однажды история… Будучи маленькими, Элрохир и Элладан удосужились украсть у Митрандира какую-то странную настойку, когда маг приезжал погостить в очередной раз. Содержимое флакона они пролили в реку, а из её вод настойка впиталась в землю. Позже Митрандир отругал обоих и вылил в реку ещё одну странного вида субстанцию, объясняя, что она обеспечивает обратное действие, пусть до конца она изменить всего и не сможет. То, что изначально пролили сыновья владыки было зельем, которое меняет цикл жизни растений. Успело оно в полной мере повлиять только на восприимчивые к подобным вещам кусты княженики. И теперь она плодоносит зимой, цветёт осенью, а весной и летом увядает, – засмеялся менестрель, осматриваясь по сторонам.

В лесу возле дворца была звенящая тишина. Земля уже укрыта плотным слоем пушистого первого снега. Чем дальше уходила пара по тропинке вглубь чащи тем больше звуков появлялось вокруг них. Где-то по деревьям пробегали рыжие белки, с одной из веток вспорхнул алогрудый снегирь, чуть подальше Хиннэн разглядела двух олених, но те быстро скрылись за деревьями.

– Хиннэн, смотри, – шепнул девушке на ушко Линдир, указывая куда-то в другую сторону от тропы.

Эллет взглянула туда и радостно улыбнулась, едва удерживаясь от того, чтоб не начать повизгивать. Мужчина перехватил руку девушки и оба бесшумно, не проваливаясь в снег, пошли прямиком к зелёным кустам с ягодами.

– Как хорошо, что нам так повезло тут прогуляться! – абсолютно счастливо улыбалась девушка, торопливо осматривая кусты и пытаясь определить, откуда же ей начать.

Мужчина кивнул и мягко улыбнулся, умолчав о том, что он ещё вчера нашел эти кусты и сразу продумал как они будут нести любимые ягоды Хиннэн во дворец. Впрочем, всё это совершенно точно стоило происходящего. Линдир это понимал, просто глядя на сияющее лицо названной дочери Элронда, так самозабвенно собирающей княженику и аккуратно укладывающей её в корзину, стоящую на снегу.

– Уже хватит, может? – неловко спросила брюнетка, поглядывая на горку ягод.

– Да, пожалуй, – согласно кивнул Линдир и спокойно поднял корзину со снега.

Девушка уже хотела взяться за ручку, чтоб тоже помогать нести, но менестрель строго взглянул на неё и аккуратно перехватил тару поудобнее, в то время как эллет смотрела на него с некой смесью благодарности и смущения.

– Что бы ты хотела сейчас больше: варенье из княженики или песочные корзинки? – смеясь спросил мужчина.

– Песочные корзинки с вареньем из княженики, – лучезарно улыбнулась брюнетка, следуя за менестрелем.

– Неплохо. А вот Глорфиндель захотел бы настойкой надраться до поросячьего визгу…

И тут девушка уже не выдержала и согнулась пополам, во весь голос хохоча и распугивая белок с бурундуками в радиусе километров этак двух. Мужчина улыбнулся и взял её за руку, а второй по-прежнему удерживая корзину с ягодами, зашагал по тропе прямо ко дворцу.

Элронду было тоскливо. Прямо, как в стихотворении Лермонтова про “и скучно, и грустно”. С Хиннэн он виделся только, три раза в день за приёмами пищи. В остальное время девушка непонятно где занималась своими делами, хотя вид у неё был цветущий. Владыка тяжко вздохнул и подошел к окну, мирно попивая горячее вино, которое в следующий момент попало не в то горло.

Взору его предстала картина маслом в виде Линдира с корзиной полной ягод и Хиннэн, которую тот держал за руку. Девушка энергично рассказывала о чём-то, а в свободной руке она несла белого крольчонка, который забавно дёргал хвостиком и пытался перебраться на плечо эллет.

Элронд медленно стёр ладонью с губ капли вина и едва заметно улыбнулся, подумав: “А ведь всё налаживается…”

– Хорошо, что пошли в лес, всё-таки, – блаженно улыбнулась эллет, растянувшись на пушистом меховом ковре в комнате менестреля и почесывая за ушком белоснежного крольчонка.

– А кто капризничал? – усмехнулся мужчина, убирая в сторону пару серебряных чаш из-под вина и тарелки после тех самых песочных корзинок, затем устраиваясь рядом с брюнеткой.

Девушка смущенно надула губки и отвела взгляд, бормоча себе под нос:

– Ну, дура была… Признаю…

Линдир спокойно улыбнулся и мягко погладил брюнетку по волосам. Некоторое время они лежали, не произнося ни звука. Было слишком лень, оба слишком сытые, и, можно даже сказать, чуточку пьяны. Горячее вино в тандеме с прогретой камином комнатой дало свой эффект, погружая тела в сладкую истому. Но скоро это спокойствие пропало вместе с начавшим активничать кроликом. Сначала зверёк начал просто вошкаться и тихонько топтаться по животу эльфийки. Затем он перебрался на живот менестреля и потоптался там. За этим последовала стадия “зайчик-попрыгайчик”, в прямом смысле. Шерстяной комок начал прыгать из угла в угол, эльфам изначально было очень весело наблюдать за резвящимся животным, но кто же знал, что Элронд решит зайти в гости к своему управителю? В момент, когда открывалась дверь комнаты Линдира, кролик прыгнул с противоположного конца небольшого помещения и влетел своим пушистым пузцом прямо в лицо благородному владыке, явно не ожидавшему такой подставы и эпично грохнувшемуся на пол.

– Владыка! – воскликнули оба брюнета и вскочили с пола, подбегая к пострадавшему мужчине и помогая ему встать.

Девушка прижимала к груди своего кролика, Линдир отряхивал камзол Элронда, а последний просто чинно приглаживал волосы и поглядывал на причину своего княжеского фэйла.

– Развлекаетесь, дети мои? – в итоге мягко улыбнулся эльф.

– Как можем, – смущённо шаркнула ножкой Хиннэн и сделала пару шажков поближе к Линдиру, надеясь в случае чего спасти хотя бы крольчонка, которого даже успела обозвать Анджеем Тадеушем Бонавентурой Косцюшко. Элронд спокойно подошел, почесал кролика за ушком и чмокнул девушку в макушку:

– А я вот зашел узнать, как вы поживаете, дети мои. Недурно, как я посмотрю.

И на этих словах мужчина заглянул в комнату и сразу же обратил внимание на пустую посуду из-под сладостей и винца. Щёки Хиннэн стремительно заалели, а Линдир поперхнулся воздухом, пряча девушку за собой и отворачиваясь в сторонку. Элронд по-доброму, прямо как Митрандир, усмехнулся и пошел своей дорогой, не обращая внимания на недоуменные взгляды подопечных.

– Знаешь, такое уже бывало. Но я, пожалуй, пока не буду тебе говорить, – едва заметно улыбнулся менестрель, мягко приобнимая девушку за плечи.

– Почему? – надулась брюнетка, уже даже забыв о своих алых, как маков цвет, щеках.

– У меня есть желание. Если сейчас расскажу всё, то моё желание уйдёт к Морготу, – засмеялся мужчина, подталкивая Хиннэн обратно в комнату.

На следующий день менестрель встал очень рано, хотя и сам не знал почему. На кровати копошился Тадеуш, беспросветно комкая покрывало. Мужчина отчётливо помнил, что крольчонка забирала вчера с собой Хиннэн. Значит она заходила к нему и по какой-то причине оставила своего любимца, чтоб за ним присмотрел Линдир. Эльф подошел к окну, лениво потягиваясь. Он отдёрнул шторы из мягкой, но несколько тяжелой материи. Это была та самая ткань полуночно-синего цвета со звёздами, вышитыми золотыми нитками, которую сделала эллет.

За окном было ещё довольно темно, но Линдир, взглянув вниз, смог разглядеть силуэт девушки, медленно шагающей по сугробам во дворе и направляющейся в сад. Не узнать Хиннэн было трудно, потому мужчина поспешно собрался и выбежал из дворца в сад за эльфийкой. Искать долго не пришлось, она сидела за розовыми кустами на каменной скамье и наблюдала за падающими снежинками. Те уже успели покрыть чёрные волосы девушки белоснежным платком, но эллет не обращала внимания на это. Она словно пребывала в прострации, взгляд её был слегка затуманен, а на губах застыла едва заметная улыбка. Линдир бесшумно подошел к скамье, присел рядом с девушкой. Мужчина заметил, что в замёрзших пальцах она сжимала большое ярко-красное яблоко. Он мягко накрыл своей большой ладонью руки эллет, привлекая к себе внимание. Брюнетка резко обернулась и облегченно вздохнула:

– Линдир, ты напугал меня… Доброе утро.

– Доброе. Почему ты вышла на холод? Да ещё и в такую рань… – обеспокоенно спросил менестрель.

Хиннэн некоторое время молчала. Просто рассматривала лицо брюнета и о чём-то усердно думала. Затем она без слов разделила яблоко пополам и отдала одну половинку Линдиру, а сама преспокойно откусила добротный кусок от своей. Яблоко кончилось, пошел более крупный снег и девушка уже даже встала с лавки. Линдир встал за ней вслед и взял за руку, останавливая её.

– Что такое, Линдир? – тихо спросила брюнетка, глядя в глаза менестрелю.

Он не ответил, несколько раз провёл ладонью по её волосам, убирая с них снег, чтоб потом сильно не намокли, когда они вернутся во дворец. Затем мужчина чуть крепче сжал ладонь эллет повёл её через сад обратно в тепло.

– Я тогда задумалась. Моя душа испытывает странное смятение. Я думала, что буду тосковать по прежней жизни, но этого не происходит до сих пор. Как же быстро привязалось моё сердце к Ривенделлу…

– Только лишь к Ривенделлу? – спросил Линдир.

Девушка удивилась, когда поняла, что услышала некие ноты разочарования в голосе брюнета. Хиннэн слегка улыбнулась, заходя обратно во дворец вместе с эльфом. Они остановились возле витражного окна, коих на первом этаже было много.

– Сначала только к Ривенделлу. Но есть ещё кое-кто. Из-за него нет покоя сердцу моему, – тихо ответила девушка, приподнимаясь на носочках и едва ощутимо целуя мужчину в щеку.

Комментарий к Глава 6. “Снежный платок”

Охх, сдаётся мне, что эта часть одна из самых странных, что были до этого. Надеюсь, что тапочки, летящие в меня, будут только меховыми. Пишите ваши отзывы, ставьте плюсики, исправляйте косяки в публичной бете, за последнее особая благодарочка.

========== Глава 7. “Хрустальная музыка” ==========

Посреди тёмного коридора с яркими витражными окнами стояли двое квенди. Мужчина крепко обнимал девушку, молча уткнувшись носом ей в макушку и исподлобья глядя вперёд. Эллет же обвила руками талию менестреля и точно так же молчала, прикрыв глаза.

Никто из них не решался произнести ни слова. Тогда Линдир нежно провел ладонью по тёмным и мягким волосам девушки и ласково, как в тот самый ноябрьский вечер, коснулся макушки Хиннэн губами.

Напряжение исчезло. Брюнетка едва заметно улыбнулась и положила голову на плечо менестреля.

Хрупкая идиллия была нарушена звуком хлопка двери в одном из концов коридора. Линдир и Хиннэн мигом отпрянули друг от друга и обратили взгляды в ту сторону, откуда доносились едва слышные звуки тихих шагов.

– Миледи, владыка Элронд просил сказать вам, что прибыли гости, которых вы хорошо знаете, – нараспев произнесла подошедшая к обоим эллет с русыми волосами.

– Гости? – растерянно переспросила Хиннэн, переводя взгляд со служанки на Линдира.

– Думаешь, она нас ещё не забыла? – тихо спросил хоббит, переминаясь с ноги на ногу на холодном снегу.

– О, Бильбо, друг мой, разве нас вообще возможно когда-нибудь забыть? – засмеялся волшебник, поправляя широкополую шляпу.

Хоббит вздохнул и мысленно согласился с магом, уж Гэндальфа-то точно никто в своей жизни не забудет. Полурослик прижал к себе покрепче крупную деревянную шкатулку покрытую тёмным лаком, и вдохнул морозный воздух, наблюдая за тем как очередной снегопад размеренно укрывает Ривенделл.

– Митрандир! Бильбо! – раздался звонкий девичий голосок за спинами гостей.

Те резко развернулись и тут же увидели несущуюся им навстречу радостную эльфийку. Девушка подлетела к магу и порывисто обняла его, затем объятиями был одарен ещё и мистер Бэггинс, который даже смутился от такого проявления эмоций. Вслед за девушкой шел Линдир. Со спокойной улыбкой он кивнул Серому Страннику в знак приветствия и остановился прямо за спиной у брюнетки, которая, закончив с приветствиями, отошла поближе к менестрелю.

– Что вас привело в Имладрис? – спросила Хиннэн, всё так же лучезарно улыбаясь.

– Мы решили на обратном пути тебе принести подарки, – улыбнулся девушке Бильбо и протянул ей шкатулку.

– Подарки? Но от кого? – изумилась эллет, несмело беря в руки протянутую хоббитом вещь.

– От Торина, Фили и Кили. Ну, ещё Балин поспособствовал, – ответил тут же Бэггинс и скромно шаркнул ножкой.

– Как они там? Вы дошли, куда хотели? – обеспокоенно спросила эллет, прижимая к груди шкатулку и с надеждой глядя на волшебника.

Старец тяжело вздохнул и покачал головой:

– Дошли, и даже всё закончилось вполне благоприятно. Торин, Фили и Кили вообще чудом выжили! Упрямец Дубощит, если бы не его гордыня и твердолобость, то всё бы обошлось куда меньшей кровью, – возмущённо ругался истари, нервно доставая трубку и раскуривая ту, чтоб успокоить нервы.

– Что с ними такое произошло? – настороженно спросил Линдир, до этого занимавший исключительно позицию слушателя.

Бильбо вздохнул и хлопнул себя по лбу, удрученно качая головой:

– Ну, была бойня. Слышала ведь о владыке Лихолесья?

Хиннэн кивнула, так как Элронд и Линдир как-то рассказывали о прекрасном лесном владыке со скверным характером, так что не было нужды объяснять, кто он такой, этот Трандуил, сын Орофера.

– Они с Торином стоят друг друга. Любовь к стекляшкам никогда до добра не доводит, – пропыхтел маг, пуская клубы дыма.

– Митрандир, я читала историю Арды, так что не нужно лишний раз пояснять о том, что ясно, как Божий день, ещё со времён Феанора, – печально улыбнулась брюнетка. – Но что же мы стоим! Пойдёмте, хоть погреетесь и чаю выпьете, например.

Надолго гости задерживаться не захотели. Бильбо слишком хотел попасть домой в свою нору, а Митрандир не слишком хотел оставаться долго на одном месте. За всё это время эллет рассказали всё, что происходило за время путешествия и она только благодарила Эру за благосклонность и за то, что уберёг гномов в их нелёгком странствии. Она не слишком хорошо знала их компанию, но была очень признательна за то, что сейчас находится в Ривенделле и не испытывает каких-то мучений или нужд.

Помахав путникам, покидающим Имладрис, Хиннэн вздохнула и вернулась во дворец. На улице темнело быстро, всё же декабрь месяц. Стоило ей открыть дверь к себе в комнату, как она удивлённо застыла прямо на пороге. В кресле возле камина сидел Линдир. В руках мужчина держал ту самую шкатулку и на ней лежал бордовый мешочек, который девушке в придачу к основному подарку отправил Балин. Добродушный гном всегда был очень внимателен ко всем. Когда её только нашли в водах Бруинен, он всегда старался по мере возможностей опекать её, давал советы и рассказывал о том и о сём, стараясь как-то поддержать. Хотя сама эллет ему не отвечала, так как всё ещё банально боялась, он всегда продолжал свои рассказы, словно чувствуя, что Хиннэн всё слушает и запоминает.

– Линдир?

– Хиннэн, ты забыла свои подарки, – тихо ответил мужчина, вставая с кресла и подходя к девушке, чтоб отдать ей вещи.

–Спасибо, – кивнула девушка и мягко улыбнулась, забирая у менестреля шкатулку с мешочком и едва ощутимо соприкасаясь своими тонкими пальцами с руками брюнета.

Когда на Ривенделл окончательно тёмным покрывалом опустилась снежная и холодная ночь, то Хиннэн зажгла свечи в лампах и светильниках и подкинула дров в камин. В комнате стало очень светло, как днём.

– Как думаешь, что там? – задала вопрос эллет, сидя на своей кровати бок о бок с Линдиром.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю