Текст книги "Спаси меня (СИ)"
Автор книги: ElliAnni
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц)
Она всегда была яркой. На его памяти, девушка редко показывала негатив, а ее жизнерадостности мог позавидовать каждый. Мало кто не знал ее личность, слишком уж запоминающаяся и незабываемая. Он помнил, как она появилась перед ним, показывая свою решительность и уверенность в завтрашнем дне. Это был ураган, ей никогда не сиделось на месте! Девушка, что не сдавалась, стояла твердо и уверенно, не показывая своей слабости.
Ему нравилась она… Удивительно, но странное чувство зародилось надолго в глубине его сердца. Парень не представлял, что эта певчая птичка когда-нибудь угаснет. Его цепляла ее отзывчивость, любовь к близким, невероятный ум и тепло. Даже их ссоры и споры были чем-то особенным для его личности. Но вскоре все изменилось…
Неизвестно откуда она его откопала. Он совершенно не подходил ей своей простотой, скромностью и стеснительностью. Парень не понимал, почему она выбрала именно его, а не кого-то из их коллектива. Эта обыденная серая личность не могла подарить ей счастья в отличие от других мужчин… В отличие от него.
Его сердце не могло забыть эту яркую искру, но чем меньше он видел девушку, тем сильнее болело в груди от тоски и одиночества. Ее появления на публике стали редким явлением, тот жизненный огонь угас после ее замужества, а вскоре она и вовсе закрылась в себе, сливаясь с серой массой. Единственный, кто расцвел в этой жизни, был ее муж. В отличие от своей супруги, он не стеснялся носить дорогую одежду, пользоваться импортным парфюмом, ездить на шумные вечеринки.
Парень не знал, как этот тип сумел уничтожить все живое в девушке, однако влезать в их семейную жизнь он не мог.
Ему не нравился ее супруг, и дело совершенно не в соперничестве. Внутреннее чутье говорило, что этот человек далеко не добрый и не любящий, как характеризовали его газеты и журналы. Он изменил девушку, сделал из нее серую мышь, что каждый мог загнобить. Не такой показывает себя любовь. Что-то случилось. И явно это с его подачи, иначе бы девушка не обходила стороной мужчин, не прерывала разговор на середине, боязливо глядя на экран телефона, не носила бы одежду, скрывающую руки и ноги. Парень забыл, когда видел ее в короткой майке или хотя бы юбке, словно это лишь плод его воображения. Свои беспокойства он не раз высказывал за семейным столом, но те лишь говорили не лезть в ее личную жизнь. Но что если эта жизнь приносит ей лишь страдания? Никто не желает об этом думать…
Внутри его сердца зародилась мысль – что будет с ней, если все продолжат игнорировать ее? Вдруг девушке нужна помощь? Часто ее взгляд васильковых глаз так и молил о спасении из этой пучины ада, но что он вообще может? Если бы она сама сказала о своих трудностях, парень бы тут же поспешил к ней, используя все свои связи, чтобы спасти ее. Но, к сожалению, девушка продолжает молчать уже несколько лет, и это все больше угнетает его…
Позволь же ему помочь тебе.
***
Пекин – столица Китая, политический и культурный центр страны. Город с тысячей лиц и настроений, удивительным образом сочетающий в себе суетный ритм современной жизни и далекие отголоски западных ценностей без какого бы то ни было ущерба для собственных традиций.
Если, гуляя по шумному Пекину, пройти к западу от Запретного города, то, несомненно, придете к удивительному озеру Чжуннаньхай. Озеро называют рукотворным, так как оно было создано искусственно человеком. Площадь озера приблизительно равна величине с площади, на которой расположен Запретный город. По берегам Чжуннаньхай расположены резиденции высших органов управления и самого Китая.
Удивительно, что именно первого января, после всеобщего собрания в Риме, было принято решение провести саммит в Пекине. Обычно, китаец старался не устраивать встречи в своей столице, но все же сдался под давлением большинства стран. Они редкие и недолгие гости, устроит им прием со всем шиком, поставив галочку в мировом списке, а затем никто не станет его трогать.
Делегации стран точно не смогут уехать из Пекина с недовольным видом, ощутив все его гостеприимство и удобства. Хотя лучше бы они сидели в своих домах и не совали нос в его дела. Единственный человек, кому он уж точно будет рад – Россия. Девушка всегда поддерживала его, как и он старался дать то, в чем она нуждается больше всего. Правда, из-за своего замужества, русоволосая редко его о чем-то просит. В основном пытается договориться о своем никчемном муже, который не может сам решить возникшие проблемы в его частном бизнесе. Что русская увидела в этом слабом и бесполезном существе? Была бы его воля, он тут же бы развел их. Но, увы, Китай не может влезать в чужую жизнь. Он обещал Союзу приглядывать за его драгоценной дочерью, но не более.
Войдя в еще пустой зал заседаний, мужчина осмотрел каждое место, выискивая изъяны в оформлении. Не хотелось, чтобы его личность покрыли позором на весь мир. Не в его характере пускать все на самотек.
– И, как всегда, ты высматриваешь каждую мелочь. – Услышал он насмешливый голос соперника в дверном проеме. – Столько лет прошло, а ничего не меняется.
– Я и не собираюсь меняться, США. – Строго ответил тот, выпрямившись. – Ты должен был предупредить о своем прибытии.
– Я решил не утруждать твоих людей и спокойно поприветствовать тебя без всех этих поклонов и формальностей. Так будет намного удобнее.
Снова его манера – делать все по-своему. Если бы не влияние в мире, китаец давно выпроводил его из зала в сопровождении охраны. Увы, если мужчина позволит эмоциям возобладать над разумом, то его репутация и статус потеряют свою силу.
– Ради приличия, стоит хотя бы пожать руку. – Отчитал он американца, не обращая внимания на его взгляд. – Или мне нужно тебя учить, как вести себя в чужом городе?
– Будет тебе. Расслабься. – Сжал его ладонь блондин, показывая свою беззаботность. – Свидетелей нет, не нужно быть таким злобным.
– Это не злость, а воспитание. – Наконец, успокоился китаец, убедившись в правдивости слов его коллеги. – Как добрался?
– Спокойно и без происшествий. Погода отличная, снегопада нет, самолёт без проблем сел в аэропорту, меня сопровождала целая толпа охранников. Ощущал себя мировой звездой.
– Рад потешить твое самолюбие. – Усмехнулся мужчина, слушая рассказ США. – Правда, все это слишком затратно.
– Раз в сто лет можно и достать свой потолстевший бумажник. – Снял тот свои очки, потирая глаза. – Я знаю, что все гости должны прибыть в Пекин. Но так ли это?
Брюнет, сцепив пальцы в замок, посмотрел на покоящийся на столе список стран, отмеченных галочкой. К счастью, все гости пообещали явиться, отправив ему свои письма, а значит даже та, кто чаще всех пропускает саммиты, должна явиться к нему в резиденцию.
– Все верно. Если бы что-то изменилось, то мой телефон не лежал бы спокойно в кармане.
– А Россия?
Не первый раз слышать от Штатов этот вопрос. От чего-то он на каждом съезде спрашивает о России, хотя ее присутствие не имеет для него никакой выгоды. Правда, Китай заметил нечто странное во взгляде парня, пытающегося скрыть свои чувства. Эта странность мелькает в голубых глазах каждый раз, когда он видит ее. Но пока китаец так и не понял, то ли это от злобы на россиянку, то ли от уважения. В любом случае, если возникнут у русоволосой проблемы с американцем, он всегда протянет ей руку помощи.
– Тоже согласилась присутствовать. – Усмехнулся брюнет, гордо посмотрев на соперника. – Почему ты интересуешься ею? Не помню, чтобы вы были в хороших отношениях.
Понимая, что его частые расспросы настораживают китайца, США отвел взгляд, ощущая себя наивным влюбленным идиотом. А ведь в его голове ни разу не проскочила мысль о сильной заинтересованности в девушке.
– Просто интересно… Последние съезды были скучными без этой тигрицы.
– Я бы ее такой не назвал. – С печалью в голосе произнес Китай, осознав странное поведение Штатов.
Обычное любопытство так не проявляется. Парень скучает по русской, которая отдалилась от них. Теперь брюнет это понял. Скучно без этой хитрой и возбуждённой красавицы, жаль, что вернуть ее искру уже не удастся.
– Россия всегда останется дикой тигрой…
– На которую кто-то надел цепь. – Перебил его мужчина, встав со своего кресла. – Уже время, США. Мне надо встречать моих гостей…
– Можешь ничего не говорить. – Понял его блондин, следуя за Китаем в коридор. – Нужно соблюдать формальности, верно?
Но тот лишь вежливо улыбнулся, скрываясь за углом в окружении телохранителей.
***
– Боже, я устала, что, кажется, кони двину…
– Ты слишком драматизируешь. Мы даже до основного не дошли, но ты хочешь отдыха.
– Я не могу так долго работать, когда вокруг нас напряжённая атмосфера! Мы же прилетели обсудить единую банковскую систему, а не приближающийся конец света. Меня не покидало чувство, словно на меня кто-то пялится, да еще сестра ничего не произнесла за сегодня. Ух, гадкий день!
– Тише ты… Тут повсюду репортеры, еще не хватало какой-нибудь мерзкой статьи в газете.
Но девушка не могла смириться фактом, что все слишком серьезны и неконтактны. В прошлом подобного не было из-за общительной и беззаботной России, но теперь, она сама первой спешит убраться отсюда. Латвия могла лишь наблюдать, жалея о том дне, когда ее старшая сестра вышла замуж.
– Знаю… Но не могу понять, почему все так помрачнело. – Не могла успокоиться она, скрестив руки на груди. – Даже азарта продолжать этот саммит нет…
– Может, тогда ты попробуешь расшевелить нас? – усмехнулся Казахстан, ловя на себе строгий взгляд младшей сестры.
– Я не клоун, чтобы всех смешить.
– Как и все мы, дорогая. – Приобняла ее Молдавия, не замечая знакомой русой косы. – Рос уже ушла?
– Быстрее ветра. – Отметила Беларусь, замечая, как остальные участники саммита постепенно покидают зал заседаний. – Нам бы тоже пора… Сегодня еще интервью вечером, а завтра снова садиться за стол переговоров.
В ее словах есть доля правды. Хотя их работа лишь говорить, но это сильно выматывает, не вспоминая о долгих перелётах на чужую территорию. Притворные улыбки, деловой вид и этикет, что временами раздражает. Уединение в своем номере – настоящий подарок после прошедшего здесь ада. Нервная система постоянно напряжена, нет сил двигаться дальше, но всем на это плевать, находясь в том же положении. Раньше было совершенно по-другому…
– Семейное собрание? – усмехнулся США, приблизившись к ним с Канадой и Мексикой.
– Скорее клуб “Нытье и отторжение реальности”. – Недовольно ответил Украина. – Давно я не засыпал на наших съездах. Нудятина редкостная.
Трудно не согласиться. В этот раз их беседа затянулась на несколько часов, но к единому мнению они так и не пришли. Мало того, большинство стран лишь отмалчивалось, пока остальные пытались вывести спор в нужное русло. Интерес угасал с каждой минутой, что в итоге привело к окончанию первого дня саммита.
– Как Россия? – поинтересовался американец, замечая удивленный взгляд ее родственников.
– Мы сами бы хотели узнать. – Пожал плечами казах. – Она почти не выходит с нами на связь. Видимо, после замужества стало еще больше дел.
– А разве вы с ней не созваниваетесь?
– Я бы с удовольствием с ней поговорила, но она трубку не поднимает. – Вздохнула белоруска, временами посматривая на дверь. – Даже сегодня… Ушла, даже не попрощавшись.
– Хотя бы “Привет” сказала, и на этом спасибо. – Заворчала Литва. – Из нее теперь даже слова не вытащишь. Не знаю, что с ней делает муж, что сестра даже говорить не может.
– И не узнаем. Это их личная жизнь. – Сказал Таджикистан, поправив очки.
– Я думаю, если бы с ней что-то произошло, Россия скрывать этого бы не стала. – Вмешался в разговор Канада, а затем указал на выход. – Не хотите поехать в ресторан? После хорошей работы стоит перекусить. А там и настроение улучшится.
– Я пас. – Тут же отказался блондин, заметив знакомую русую косу возле китайца. – Еще дел по горло.
– Слился в самый важный момент… – вздохнул Мексика, а затем сменил тему: – Рыбное меню должно быть очень вкусным. Особенно крабы и креветки. Если их зажаривают в панировке, они так приятно хрустят, а мясо тает на языке…
Но парень так и не дослушал рассказ, следуя к выходу из зала. Его интересовала светлая макушка в строгом брючном костюме, которая спешным шагом пыталась уйти в свой номер. Правда, близкие друзья не давали ей прохода, интересуясь ее семейной жизнью. И хотя на лице играла вежливая улыбка, ей все равно хотелось исчезнуть как можно скорее. Это и заинтересовало США. Почему ей хочется так быстро уйти, если в прошлом русская проводила с ними все свободное время? Дело ли в ее изменившемся характере или это из-за статуса жены, чтобы не подталкивать к ревности супруга? Штаты в любом случае хотел с ней давно побеседовать, даже если это займет пару минут. Влюбленное сердце не дает ему покоя… Нужно перехватить россиянку до того, как она окажется в салоне автомобиля.
***
Когда они виделись в последний раз, американец думал, что девушка чуть выше его, но почему-то сейчас русоволосая казалось такой маленькой и беззащитной, что хотелось загородить ее собой от нависших неприятностей. От чего-то она постоянно оглядывается, старается скрыться от камер, репортеров, коллег и своей семьи. Словно совершила смертный грех и боится, что об этом узнают все. Ее поведение абсолютно изменилось за эти недолгие годы. Парень уже и не помнил, когда она в последний раз улыбалась, когда была его невероятной Россией, а не загнанной в угол Российской Федерацией.
Он специально дождался, когда она останется одна. Не в первый раз США отмечал, что русская старается поговорить по телефону без свидетелей. Но выглядело это со стороны так, словно от этого разговора зависела ее жизнь. Однако этим шансом он обязан воспользоваться. Разговор наедине может дать ему хоть какую-то информацию о ее внезапных переменах после замужества.
Стоя возле окна, сжимая тонкими пальчиками свой потрепанный временем мобильный телефон, россиянка, уставившись взглядом себе под ноги, тихо вела беседу, отвечая лишь односложными словами, не желая затягивать беседу. Со стороны казалось, словно она не желала этого разговора, только выбора у нее нет. Штаты не издал и звука, прислушиваясь к ней, стоя в дверном проеме. Любой бы давно заметил его присутствие, но русоволосая совершенно не обратила внимание на появившегося из ниоткуда парня. С одной стороны это оскорбляло его, с другой – он мог услышать ее разговор, хотя это выходит за рамки приличия.
– Да… – еле слышно ответила девушка, поправив рукав пиджака. – Хорошо… Как буду в номере, все покажу. Да… Я поняла. Пока.
Не сказать, что это был приятный разговор. Ее бледное личико тут же помрачнело, а васильковые глаза утратили былой блеск. Возможно, России стало бы легче, если бы она дала волю слезам. Но, видимо, русская не может себе этого позволить, держа все эмоции в своей хрупкой душе. На мгновение американец подумал, что она с тем же взглядом посмотрит на него и, не сказав и слова, вернется в свой номер. Однако удивление и страх неожиданно отразились на ее милом, но изнеможенном личике. Все же не все эмоции россиянка способна контролировать.
– Привет, Россия. – Спокойно ответил он, не двигаясь с места.
Никакого ответа. Она словно не желала даже начинать их беседу, с волнением поглядывая на выход из комнаты отдыха. Но блондин был настроен решительно. Если он дал себе слово поговорить с ней – значит так и будет.
– Я думал, что ты более общительна. – Попытался парень хоть как-то развеять неловкую атмосферу. – Эй… Чего ты так на меня смотришь? У меня что-то на лице?
Девушка лишь замотала головой, а затем быстрым шагом двинулась в сторону двери. Ей хотелось поскорее скрыться от всех, побыть одной хотя бы сегодня, и ей бы это удалось, но упрямый США не дал возможности уйти, перегородив собой дверной проем.
– Это некрасиво уходить вот так, даже не сказав и слова. – Нахмурился он, теряясь в догадках, от чего Россия так скрытна. – Что с тобой?
– Дай мне пройти… – стиснув руки в кулаки, произнесла она.
Ее голос дрожал, а взгляд так и остался прикован к полу. В прошлом русская всегда говорила прямо в глаза, а теперь даже не смотрит на своего собеседника, если ей что-то необходимо.
– Сначала ответь на мои вопросы. – Не уступал ей американец, понимая, что сейчас преимущество на его стороне.
– Пропусти.
– Нет, пока мы не поговорим.
– Я не хочу… С тобой разговаривать.
– Почему? – не понимал ее поведения американец. – Я тебе что-то сделал? Не припоминаю, чтобы за эти годы я вредил тебе и твоим людям.
– Мне некогда…
Это начинало раздражать парня. Если бы она хотя бы элементарно поприветствовала его, то не пришлось бы устраивать весь этот концерт. Он бы просто вернулся к своей работе или поехал бы ужинать в компании братьев и родственников россиянки. Но что еще больше доводило его до злобы – она так и не посмотрела на него своими васильковыми глазами.
– У моих ног нет ничего интересного. Может, уже посмотришь мне в глаза?
– Мне некогда заниматься этим ребячеством. Дай пройти! – не выдержала девушка, пытаясь оттолкнуть его от прохода.
Но, увы, ее слабые тонкие руки лишь уперлись в широкую мужскую грудь, удивляя и, в то же время, добавляя гнева США. Схватив Россию за руку, с отвращением глядя на обручальное кольцо, не представляющее хоть малейшей ценности, он смог вернуть ее обратно в комнату, желая продолжить их неудавшуюся беседу. Для него главной задачей было увидеть ее взгляд, но русская упрямо смотрела куда угодно, лишь бы не на него.
– Отпусти! – повысила она голос, пытаясь вырваться из крепкой хватки блондина.
Странно, что россиянка не может справиться с ним. Он ведь слегка держит девушку за запястье. С ее ловкостью, она бы с мигом вырвалась из цепкой хватки. Неужели в этом истощенном теле совсем не осталось сил?
– Сначала посмотри на меня. – Поставил ей условие Штаты.
Сперва она еще пыталась сопротивляться его силе, однако, осознав всю бессмысленность своих действий, мигом сдалась. Ей никогда не победить того, кто по природе своей сильнее нее. Этот урок она усвоила на всю жизнь.
– Доволен? – подняла русоволосая на него взгляд полный страха, ненависти и печали.
Не думал американец, что увидит в этих прекрасных глазах столько негатива. Словно она потеряла смысл своей жизни и просто существует в этом мрачном мире.
– Что с тобой? Где эта сильная и жизнерадостная Россия?! – не смог держать себя в руках парень, поддаваясь этим печальным васильковым глазам.
– Отпусти! Мне больно! – возмутилась русская, ощущая, как его пальцы болезненно сжали ее тонкую руку.
В несчастном измученном безответной любовью сердце вновь открылась свежая рана. Ему не хотелось ее пугать, злить или причинять ей вред. Это лишь его волнение… Его беспокойство за нее. Но, видимо, желание парня оказалось намного сильнее чувств и разума. Послушно разжав пальцы, он отошел от нее на пару шагов, видя, как девушка прижала руку к своей груди. Он бы извинился и оставил ее в покое, убираясь прочь из здания, но его внимание приковало запястье. Столько мыслей и чувств пробудились одновременно, а потрясение заставило его замереть. И даже яростный взгляд русоволосой не сумел привести его в чувства.
– У меня встречный вопрос. А с тобой что? – крикнула на него от злобы Россия, ощущая легкую пульсацию на коже. – Как с цепи сорвался…
– Рос… – перебил ее США, обескураженно глядя на нее. – Что с твоей рукой? Откуда синяк?
Она не заметила, как пуговица на рукаве пиджака оторвалась из-за их недолгой борьбы. Легкая ткань мигом сползла по ее нежной коже, оголяя запястье и демонстрируя яркий фиолетовый синяк, что уродовал ее прекрасное тело. Это точно не из-за Штатов, чтобы такое появилось, нужно приложить немало усилий. К тому же этому синяку явно не один день. Но что больше привлекало внимание голубых глаз, так это его странная форма, напоминающая пальцы и ладонь, словно кто-то намеренно сжал тонкое запястье со всей силы.
Россиянка задрожала перед ним, пытаясь как можно скорее спрятать этот постыдный след. Об этом никто не должен знать. Ей не нужна жалость или сочувствие, все равно подобное ее не спасет от новых увечий. Все, что смогла сделать русская – оставить американца одного в комнате отдыха, так и не ответив на его вопросы. В следующий раз стоит тщательнее подбирать одежду, чтобы не совершить подобной ошибки. Никто не должен об этом узнать.
***
Сколько не пытайся, а сосредоточиться никак не выходило. Оно и ясно, ведь один упрямец продолжает на нее смотреть весь саммит, прожигая в хрупком теле огромную дыру. Что блондин снова от нее хочет? Вчера Россия ясно дала понять о своих намерениях и желаниях. Что ему непонятно в словах «оставить ее одну»? Она хочет спокойствия и умиротворения, а не постоянной тревоги и бесконечных вопросов.
После вчерашней встречи с США ей чудом удалось уснуть ближе к утру, вспоминая, как его голубые глаза бесстыдно пялились на ее руку. И зачем только она забыла закрыть за собой дверь! Если бы не эта глупая ошибка, то никто не стал бы сейчас с любопытством разглядывать ее лицо, отмечая пристальное внимание Штатов к ее персоне.
Чудом, но ей удалось пережить эти долгие минуты, сгорая от смущения и неловкости. Поскорее бы вернуться к себе, спокойно пообедать и после погрузиться в работу. Это единственное удовольствие, которое ей доступно после замужества. Но планы постепенно разрушались, когда девушка услышала позади себя торопливые шаги. Она списала это на паранойю, однако, куда бы Россия не пошла, они продолжали преследовать ее. Спустившись на первый этаж резиденции Китая, она убедилась, что в случае опасности ее обязательно защитят, и все же решила обернуться, поставив преследователя в неловкое положение.
Действительно, американец сильно удивился, когда русская резко остановилась и посмотрела в его сторону, словно спрашивая: «Что тебе надо?». Но вся ситуация лишь добавила ему уверенности в своих действиях. Если в этот раз она не убегает, значит, готова серьезно поговорить.
– Ты в курсе, что преследование карается законом? – выпалила вдруг россиянка, еще больше поражая его.
– Я тебя позвал, но ты так и не ответила. – Пожал он плечами, а затем усмехнулся. – Подумал, что ты хочешь поговорить наедине. Вот и шел за тобой.
Девушка не понимала, издевается ли он над ней, или просто притворяется тупым, чтобы выудить необходимую ему информацию. В любом случае ей все равно. Ее цель – вернуться в номер отеля именно сейчас, и она это сделает.
– Нет, ты ошибся. – Снова опустила взгляд русоволосая. – Больше не делай бездумных вещей. Пока.
– Да? – вдруг беззаботно ответил парень и хитро улыбнулся. – А я-то думал, что тебе хочется поговорить о вчерашнем.
Его слова эхом разнеслись по всему холлу здания, вынуждая несчастную девушку остановиться у самого выхода. Если США вновь скажет что-то двусмысленное, то люди неправильно их поймут, а к ее головной боли прибавится еще проблем. Не говоря о кошмаре, что будет дожидаться ее по возвращению…
– Вчера мы так и не поговорили о твоей руке. Я все хотел узнать, откуда там такой огромный с…
– Заткнись. – Резко прервала его Россия, закрыв рукой злосчастный рот. – Ты совсем из ума выжил?!
– Так мы поговорим? – покойно спросил ее Штаты, заставляя русскую закипеть от злости.
– Ты не понимаешь слово «Нет»?
– А что это за слово?
Как же он раздражал! Да, что американец хочет?! Сколько можно заставлять ее волноваться и бояться при каждой встрече! Неужели не видно, как она устала от всего этого!
– Рос, я не прошу о многом, только поговорить без свидетелей. – Вдруг тихо произнес блондин, замечая удивление в ее васильковых глазах. – Пара минут не принесет тебе убытка. Да, и я от тебя отстану.
– Я не понимаю, какая с этого для тебя выгода.
– Только личный интерес. Никакой выгоды.
– В прошлом тебя не интересовала моя жизнь… – заметила россиянка, обхватив себя руками.
– В прошлом ты сама все рассказывала. А теперь приходится вытаскивать из тебя слова через уговоры. – Указал он ей в сторону дальнего коридора. – Там никто нас не потревожит. Пойдем.
Парень не думал, что она последует за ним, решив воспользоваться моментом и уехать отсюда в свой отель. Ее взгляд и слова не проявляли к нему и капли доверия, как и не показывали надежду на хотя бы минутный диалог. Только еле слышный стук каблуков за США говорил о том, что русоволосая все же решилась на разговор. Сумев поймать этот шанс, ему следует не упустить его, начиная с отдаленных вопросов. Хотя трудно беззаботно болтать о ее жизни и держать себя в руках, когда перед глазами до сих пор этот уродливый синяк.
– Что теперь? – вздохнула она, убедившись в отсутствии свидетелей и камер.
– Расскажи о себе. Что нового?
Не это Россия ожидала услышать. Она представляла, как Штаты станет допытываться до вчерашнего происшествия и ее руки, как он начнет давить на нее, не испытывая и капли жалости. От чего-то ей захотелось смеяться. Но не тем заразительным, больше истерическим смехом, осознавая всю глупость и бессмысленность его вопроса.
– Ты серьезно?
– Да. – Спокойно ответил американец, игнорируя ее возмущения и насмешки. – Слышал, у тебя недавно открылся новый музей истории. Что там интересного?
Девушка не смогла более спокойно стоять на ногах, теряясь от его странных вопросов. Отыскав в углу коридора мягкое бежевое кресло, она осторожно присела на его край, проведя языком по пересохшим губам. Чего ей ожидать от него, стоит ли отвечать правду или будет вернее настаивать на возвращении в номер? Русская совсем запуталась.
– Просто история моего народа за долгие столетия. – Неохотно сказала она, сцепив пальцы в замок. – Это все?
– Как твоя семейная жизнь? – проигнорировал ее упрек блондин, понимая, что терпение россиянки на исходе. – Как твой муж? Как там его зовут…
– Сергей. – Устало вздохнула Россия, помрачнев лишь об одном упоминании его имени. – У меня все нормально. Как и у Сергея.
– И как вам живется?
– Нормально…
– Не поднимает он на тебя руку?
– США. – Холодно посмотрела на него русская, внезапно вскочив с места. – Это слишком. Не лезь в мою личную жизнь.
– Жизнь, где тебя избивают?
– Никто меня не избивает!
– Но синяк на руке говорит об обратном. – Отметил американец, подойдя к ней ближе. – Это он тебе его поставил?
– Я просто ударилась…
– О чью-то руку? Я не идиот, синяк отлично очерчивает чьи-то жирные пальцы.
– Не похож он на пальцы.
– Не ври хотя бы себе.
– Я не вру. – Упрямо отвечала россиянка, глядя себе под ноги.
– Столько лет прошло, а лгать не научилась. – Вздохнул блондин, осторожно коснувшись ее плеча. – Если хочешь заставить меня поверить тебе, то смотри прямо в глаза, а не на свои туфли.
Она хотела как можно скорее уйти отсюда, понимая, что парень теперь знает ее тайну. Но пока его широкая ладонь покоится на ее хрупком плече, русоволосая не способна даже двинуться с места. Она не боялась его, просто неприятные воспоминания нахлынули на девушку, покрывая ее тело мелкой дрожью. Ей удалось найти в себе силы и посмотреть своими васильковыми глазами в его голубые, но скрыть всего пережитого ужаса за годы брака она не смогла. Он сразу все понял, не произнося и слова. Только от чего-то в его взгляде было столько боли и сожаления, что Россия захотела позволить себе пустить пару слезинок, но сумела сдержать свой порыв.
– Почему ты скрываешь это?
– Это мое дело и моя жизнь…
– Тебе нужна помощь. – Пытался достучаться до нее американец, осторожно коснувшись ее запястья. – Ты же понимаешь, что этого не должно быть в счастливом браке. Как давно он позволяет себе распускать руки?
Тишина. Она не хотела ему говорить об этом, но парню казалось, что избиения длятся не первый месяц или даже год.
– Родным говорила?
– Нет. – Отошла от него девушка, сжавшись от длительного допроса. – Им незачем знать…
– Россия, этот твой муж убил все живое в тебе. Не надо молчать.
– А ты не лезь в мою жизнь. Я выбрала себе мужа, не ты.
– Мужа, который от большой любви решил наставить синяков на твоем теле. Уверен, если с тебя снять твою блузку, откроется еще много таких отметин. – Разозлился блондин, не понимая своего поведения. – Почему ты до сих пор не развелась с ним?
– Это. Не. Твое. Дело. – Злобно рыкнула Россия, устав от его расспросов.
– Если ты не можешь себя спасти от него, то позволь хотя бы другим тебе помочь!
– Что ты ко мне прицепился?! – не выдержала она. – Ты суешь нос в чужой брак, возомнив себя героем! Это мое дело! Мой муж! И я вправе решать, что мне делать с ним!
Резко развернувшись, русская торопливо зашагала в сторону выхода, не желая больше слышать о США, об этих вопросах и желании помочь ей. Все вначале показывают свою решительность, но когда дело доходит до ее спасения, их желание резко угасает. Проще жить без лишнего внимания, так она останется хотя бы целой.
– Рос, подожди! – догнал ее парень, схватив за плечо. – Я погорячился. Не злись на меня.
– Я вроде как тебе все сказала. – Холодно посмотрела она на него, сбросив его руку.
– Да, но мне бы не хотелось, чтобы ты избегала меня… – аккуратно обхватив ее запястье, он вложил в ладонь россиянки кусок бумаги. – Если вдруг что-то случится или тебе захочется поговорить, ты всегда можешь позвонить…
– Я знаю твой номер телефона. – Перебила она Штаты, но все же приняла записку.
– Этот уж точно не знаешь. У меня их два. – Отпустил он ее руку и улыбнулся. – Звони в любое время. Я всегда отвечу тебе и помогу, если ты этого захочешь. Все же не нужно тащить эту ношу одной. Просто доверься мне.
***
Девушка как могла, оттягивала время до возвращения в ее родной город, но все же строгий голос мужа заставил купить ее билеты на ближайший рейс. Ее рука и спина не прошли даже за эти несколько дней, и, судя по его голосу, вскоре боль вернется и к другим частям тела. Всю дорогу Россия старалась успокоить себя, обещала, что это скоро закончится, а его гнев будет мимолетным. А затем она и вовсе уснула, истощенная переживаниями и страхом.
Как и обычно, Сергей не встретил ее в аэропорту, послав за ней телохранителей, не подготовил хотя бы какой-то приветственный подарок, даже не сказал «Привет» после долгой разлуки. Он все также лежал на диване, как и в момент их разлуки, что-то высматривая на экране телефона. Никакой реакции на ее появление в доме. Словно она не существует для него. Правда, хорошо, что он молчит, значит, сегодня есть шанс не попасть под его немилость.
Бросив пиджак на спинку стула в их спальне, русская тихо присела на край кровати, неспешно разбирая свой чемодан, заполненный вещами лишь наполовину. Она давно хотела купить себе что-то новое, чтобы не ходить в одной и той же одежде целый год, только муж не позволял. Стоило ей лишь попросить его о новой блузке или платье, как он с бездушным взглядом, поднимал на нее руку, крича о ее расточительстве и уродливом теле. Иногда, в порыве гнева, мужчина мог порвать или сломать вещи своей супруги, а на следующий день позволить ей приобрести костюм, но лишь тот, что выберет он. У нее не было воли, лишь право отвечать на его вопросы и работать. А если россиянка не была с ним согласна, то Сергей попросту бил ее до тех пор, пока она не извинится.
