Текст книги "Ловушка (СИ)"

Автор книги: Джиллиан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 21 страниц)

Глава 10

Надувная лодка, таща за собой примитивный и громоздкий плот, неуклюже обогнула следующий дом. Несмотря на вёсла, несмотря на то что благодаря им, плот перемещался быстрее, взрослые путники понимали: хватит одного облёта над ними вертушки, чтобы все они оказались под смертоносным прицелом, а то и в опасной воде.

Сидевший на вёслах Ратмир с силой напрягал руки, пытаясь хоть немного увеличить ход, но все усилия были тщетны. То ли поэтому, то ли ещё почему, но мужчина смотрел вперёд исподлобья. Его замкнутое лицо подсказывало, что он погружён в отнюдь не радостные мысли. Вторым гребцом стал Ултан. Оборотень сразу и уверенно сел рядом с Ратмиром, бросив: «Было дело – занимался греблей!» И вопросов к нему не возникало, хотя все помнили его настоящую истерику, когда он осознал, что их всех могли расстрелять ночью, а ведь он втихомолку думал остаться в том доме, боясь блотфишей.

За их спинами сидели Андрис и Кира, сжимая в руках ружья и насторожённо отслеживая небо. На плоту ружья наизготовку держали Терло и Нелла. Последняя своих детей полностью передала на попечение Кателя и Лайл. А ещё, кажется, Нелла напрочь перечеркнула рассуждения Ратмира, что она употребит все свои силы только на защиту детей: насколько это видела Кира, женщина-эльф не столько отслеживала небо, сколько «прислушивалась» к пространству, которое они проплывали.

«Причалили» к длинному дому, который предстояло огибать долго и упорно. Ближе к стене дома Кира осторожно перегнулась через толстый чёрный борт надувной лодки и затаила дыхание: вероятно, потревоженные необычным движением воды, вокруг них метались блотфиши. Причём чем дольше времени лодка и плот стояли (или покачивались) на месте – тем больше собиралось под ними маленьких пожирателей.

Время обеда. И вот здесь, перебравшись на плот, Ратмир предложил неожиданное для всех. Он вынул из кармана тощую связку ключей и сказал:

– Нелла, через три улицы будет тот самый дом моего товарища, о котором я говорил. Но дальше всем вместе плыть опасно. Терло знает этот микрорайон – он проведёт вас по нужному адресу…

– Подожди, – строго остановила его женщина-эльф. – Это ты мне таким образом сейчас говоришь, что оставляешь нас? Что дальше мы плывём сами?

– Именно, – спокойно подтвердил Ратмир. – За этим домом город становится оживлённее. А это значит – нас легко могут заметить. Поэтому мы разделяемся. Вы плывёте дальше и устраиваетесь на месте. Позже я добираюсь до вас. Всё.

– Подожди-ка, – попросил его и Андрис. – Идею с маскировкой я твою понял. Нас здесь десять существ, а те двое, с лодки, это знают. Ты хочешь, чтобы нас сосчитали, например, с воздуха и поняли, что мы не те, кого они могут искать.

– Да, это я и хочу.

Все как по команде, взглянули на небо. Кира прикинула: Ратмир и объяснивший его идею Андрис правы. Пролети над ними любое воздушное судно – их сразу узнают по количеству плывущих. Но не в лицо. Но…

Возразить не успела. Вмешался Ултан.

– Я с тобой, – деловито сказал он. – Чем малочисленнее наша группа сверху, тем быстрее от нас отстанут, а то и вообще внимания не обратят. Думаю, и Кира с нами?

Ратмир тоже не успел ответить.

– С вами, – кивнула девушка.

Ратмир открыл рот, явно намереваясь возражать.

Нелла не дала ему и слово сказать, вставив в еле заметную паузу деловой вопрос:

– Всё так. Но как быть с лодкой? Случись на воде какое-нибудь волнение, наш плот становится небезопасным без ведущей нас лодки. Если мы вас, Ратмир, – уточнила она, кого именно, – высадим в окно ближайшего дома, вы сумеете придумать, на чём вам можно будет двигаться дальше?

Пока ошалевший Ратмир чуть не пялился на Неллу, собираясь с мыслями, точку в разговоре поставил тот же Ултан.

– Мы возьмём два топора из тех трёх, что захватили с собой. Вам они вряд ли понадобятся. А мы их пустим в ход. Только придумаем, как вас догонять.

– Согласна, – сказала Нелла, которая, судя по молчанию Терло с Андрисом и младших эльфов, единогласно («Волевым решением?» – хмыкнула Кира), приняла командование временно отделившейся группой.

Больше рассусоливать не стали. Дальше – только действие.

Подплыли ближе, вплотную к окнам четвёртого этажа обычного жилого дома. Закрепились, чтобы плот не качался, и перебрались в пустую квартиру. Могли бы, конечно, пообедать на плаву так же, как и троих сразу оставить в квартире. Но не одна Кира испытывала большое напряжение от неустойчивой «почвы» под ногами. Так что пережили совместный обед, после которого за вёсла сел Андрис, а следом за ним, как ни странно, юноша-эльф Катель. Терло же получил ключи и адрес – и обещал сверяться с дорогой, если что – перекликаясь с выжившими, которых здесь, ближе к окраине, становилось всё больше.

Как и на крыше этого дома.

Чуть только надувная лодка сначала резво отвернула от стены, а потом (по впечатлениям, покряхтывая от натуги), принялась тащить плот дальше, сверху призывно закричали.

Дом был в двенадцать этажей.

Ратмир сообщил Ултану и Кире, что здесь, в этом районе, находится завод по изготовлению микро-деталей для виртов и эти длинные (арок внизу, естественно, не видать) жилые дома специально спроектированы для своих рабочих и персонала невысокими – от шести– до двенадцатиэтажных.

– Они ведь не видели, сколько нас сюда причалило и сколько уплыло дальше? – обеспокоенно спросил Ултан, не решаясь высунуться из окна.

– Думаю – нет, – отозвался Ратмир. – Мы все переходили с плота сюда. А они, кажется, только сейчас прибежали к этому месту. Да и не подумают о том, что здесь может кто-то остаться.

– Мы их предупредим о блотфишах? – вздохнул Ултан, чутко прислушиваясь к затихавшим крикам с крыши: здешние, видимо, бежали вслед пока что параллельно плывущему мимо дома плоту.

– Двое суток, – напомнил Ратмир. – В городе наверняка уже все знают, что в воде опасно… ну, что? Поселяемся в этом доме – или уходим по адресу?

– Не поняла, – изумилась Кира. – А почему такой выбор? Мы же договаривались!

– А я понял, – покачал головой оборотень. – Что нам там делать? Разве что снова объединиться с группой. Сутки-то можно и здесь переждать.

И похлопал по небольшому рюкзаку, набитому продуктами, выделенными им Неллой на всякий или на первый (на первые часы, к примеру) случай.

– Тихо! – внезапно даже для себя велела Кира и тут же, забыв обо всех мерах предосторожности, кинулась к окну.

Выглянуть из него наверх не сумела: мужчины резко втянули её назад, но ругаться не стали, что она только что чуть не выдала места их «незаконного» здесь пребывания.

– Не торопись, – сказал Ултан. – Я тоже слышу. И сейчас они пролетят мимо нас очень близко.

Он оказался прав: над водной улицей быстро и в то же время тяжеловесно пролетели шесть конвертопланов – огромных, да ещё с грузом, объёмом примерно в собственный. Кира не удержалась от восклицания: каждый летательный аппарат выглядел так, что вот-вот свалится в воду от перегрузки:

– Ого!

– Кто это? – поинтересовался оборотень, стараясь держаться от окна подальше.

– Строительные перевозчики, – вздохнул Ратмир. – Перевозят строительный материал. Судя по всему, власти не только взрывают удобные для слива воды места, но и начали укреплять дамбу. Интересно, на обратном пути лётчики конвертопланов будут заниматься эвакуацией?

– Вряд ли. – Успокоенная Кира задумчиво смотрела на воду под окном. – Живые и живые – чего их спасать, если можно сразу спасти весь город? Укреплённая дамба, насколько я понимаю, поможешь быстрее вывести воду, так, Ратмир?

– Так. Ну, что? Пойдём, познакомимся с домом? А заодно присмотримся, есть ли из чего делать плавсредство?

– А может, для начала уберёмся отсюда? – предложил Ултан, прислушиваясь к пространству. – Мне кажется, здешние полюбопытствуют, не зря ли те, что на плоту, приставали к одному из окон.

С ним согласились сразу и первым делом заторопились к коридору, который, словно нора, пронизывал весь дом, разве что иногда прерываясь на тёмные лестницы снизу вверх. Кира мимолётно представила, что на всех этажах этого дома такие же норы, и зябко передёрнула плечами.

Ултан шёл впереди. Может, поэтому идущий наравне с Кирой Ратмир быстро шагнул к ней и обнял.

– Замёрзла?

– Да нет, – невольно улыбнулась она и объяснила ему своё странное видение коридора, по которому они шагали.

– Фантазия разыгралась, – рассеянно сказал Ратмир, тем не менее не отпуская её. – Кира, как ты думаешь по поводу моего предложения?

Она вспомнила его размышления, не остаться ли в доме, и покачала головой:

– Наши уже как-то так… сроднились, что беспокоиться будут. Не хотелось бы, чтобы они ко всем тяготам ещё и психовали из-за нас.

– Резонно, – пробормотал Ратмир и крикнул оборотню: – Ултан, остановись!

Оборотень обернулся. Посмеиваться над обнявшейся парочкой не стал.

– Мы прошли достаточно, – сказал Ратмир. – Начинаем обыскивать квартиры.

Кира, опустив голову, поморщилась. Брезгливо и жалко… Поэтому и не хотелось шнырять по чужим квартирам, в каждой из которой могут быть трупы.

Встав на пороге первой попавшейся квартиры, переглянулись.

– Что ищем-то? – спросил Ултан. – Дерево вряд ли получится пустить в ход – за это время оно промокло так, что, может, и не удержится на воде.

– Пока присматриваемся, – решил Ратмир.

В очередной раз радуясь, что на ней довольно высокие ботинки, в которых можно похлюпать по оставшейся в квартирах воде, Кира со вздохом вошла в квартиру, следуя за мужчинами. И тут же вышла, чтобы, держась за дверной косяк, прислушаться к странному звуку, которого не ожидала услышать.

– Ты что? – удивился обернувшийся к ней Ултан. Тоже услышал, но только её шаг.

– Мне кажется, где-то наверху ребёнок плачет, – медленно, стараясь объяснить услышанное, сказала Кира, но с таким недоумением, что мужчины сразу догадались: она сама себе не верит.

– Где ты слышала этот плач? – поинтересовался Ратмир, немедленно подходя к ней.

– Ну, вот в коридоре, – развела она руками, покусывая губу, а потом кивнула: – Скорее всего – с лестницы.

Ултан прошёл мимо них – и сразу к указанной лестнице. Поскольку он застрял у её начала надолго, Ратмир и Кира присоединились к нему. Он оглянулся – и оба поразились его побледневшему лицу.

– Что там, Ултан? – встревожилась Кира. – Что ты слышишь?

– Ты права. Там ребёнок, а ещё плачет и кричит женщина.

– Кричит? – изумился Ратмир. – Почему мы не слышим этого крика?

– Глухо на фоне детского плача… Впечатление, что ей зажимают рот.

Оборотень договаривал, одновременно поводя плечом, чтобы охотничье ружьё съехало в его руки. Секундой позже Ултан проверил, хорошо ли вынимается топор из петли на поясе. Когда убедился, что оружие наготове, Ратмир, тоже вооружённый, кивнул:

– Веди! Ты слышишь лучше.

Топора, как у мужчин, Кира не носила, но мгновенно провела внутренний осмотр припрятанных ножей и пистолетов, один из которых уже цепко держала.

Оборотень ещё раз оглянулся, чтобы убедиться: они и впрямь готовы идти на помощь неизвестной женщине. И все трое помчались вверх по лестнице.

Кира ожидала, что звуки, на которые они бросились, издают в коридоре выше. И оказалась права.

Четверо мужчин склонились над кем-то и негромко гомонили.

Спрашивать, что происходит и кто тут главный… гад, трое путников не стали. Им оказалось достаточно, что эти четверо издавали глумливый хохоток и бормочущие подбадривания.

Ултан, кажется, не ожидал, что Ратмир и Кира с ходу влезут в драку, точнее – избиение, но что есть – то есть.

Кира, не снижая скорости, а даже чуть наподдав бегу, подлетела к ближайшему насильнику, в полуобороте ударила его ногой по удобно подставленной шее. Тот, размахивая руками, повалился на своего соседа. Слишком неожиданно и резко, так что девушка не стала виновной в его смерти: второй от навалившегося от него подельника так врезался в стену головой, что сполз по ней, оставляя на ней кровавые следы.

Пока её мужчины расправлялись со следующими двумя, Кира прыгнула через грохнувшегося бандита и одним боковым ударом ноги по шее пятого, чуть не лежавшего на всхлипывающей от боли женщине, убила его. Ударила боковым, чтобы сразу сбить насильника с его жертвы.

И сразу прыгнула оглядеться: первый бандит очухался и тут же – сначала чуть не ползком, а потом сумел-таки встать – побежал, охая и держась за шею, к следующей лестнице.

– Ултан! – закричала Кира, сорвавшись с места за бандитом.

Ратмир, как ей показалось, кивнул ей: да, здесь теперь их помощь не нужна!

И оборотень бросился за Кирой – на крышу, как выяснилось в процессе бега.

Они выскочили на крышу – Кира ещё поразилась, что бандюга оказался настолько шустрым. А тут – новая трагедия: пусть бандит бежал еле-еле, но группа людей на крыше при виде бегущего к ним жалобно закричала и бросилась от него.

– Ещё думать буду! – процедила Кира сквозь зубы и, вцепившись в рукав Ултана, остановила его.

Подняла пистолет – и пожалела, что бандит бежит не по краю крыши.

Выстрелом его швырнуло в сторону. Пару раз перевернувшись-прокатившись по крыше, тело замерло.

– Проверим? – спросил запыхавшийся Ултан.

– Обижаешь, – всё так же сквозь зубы по инерции процедила девушка. – Мы оставили на Ратмира двоих. Идём, поможем.

Люди, скучившиеся на другой стороне крыши, тихонько переговаривались между собой, не делая даже попытки приблизиться к неизвестным стрелкам.

А девушка внезапно поняла, почему они с криком бежали параллельно уходящему плоту: надеялись на помощь от бандитов.

Добравшись до лестницы, Кира, тяжело дыша, покачала головой:

– И зачем мы там тело оставили?

– А что?

– Да надо было с крыши столкнуть – и дело с концом.

– Кира… а ты не боишься, что эти, на крыше которые, про нас подумали?

– И чего бояться? Что мы те же бандиты, которые не поделили что-то между собой? Да фиг с ними!.. Пусть думают, что хотят. Честно говоря, я думаю о другом: мы тут не нашли себе ещё одну группу?

Запыхавшийся оборотень только ухмыльнулся на это предположение.

Спускаясь, Кира с тревогой думала не столько о том, что там Ратмир делает с бандитами, которые, вообще-то, сейчас даже не в состоянии встать. Она думала о той женщине, беззащитно распластавшейся на полу коридора… И о том, что там, в коридоре, она, Кира, не рассмотрела, а где же тот ребёнок, на плач которого они и прибежали.

Вернулись и застыли перед Ратмиром, сидевшим, прислонившись к стене, и женщиной, которую он обнимал, придерживая за талию.

Чуть в стороне валялись сложенные, словно брёвна – одно к одному – бандиты. Мёртвые. Кира машинально отметила, как вытянулось лицо Ултана, как задёргался его нос – явно проверяя, на самом ли деле они мертвы…

Кира присела перед женщиной: кажется, та пока ещё ничего не соображала, глядела в прострации то ли в пространство, то ли вообще слепая после ужаса, который ей пришлось испытать.

– А где ребёнок? – насторожённо спросила Кира, и оборотень немедленно обернулся к ним.

– Я хотел его найти, – хмуро сказал Ратмир. – Спросил у одного из тех… Один мне так ответил, что я… Я решил, что в военное время самосуд – это лучшее для всех нас. Поискал потом – во всех открытых квартирах поблизости. Не нашёл. Пытался её в себя привести – она не откликается.

Ултан тоже присел на корточки, так уверенно, что девушка потеснилась, уступая ему место прямо перед женщиной. Ноздри оборотня раздулись… Сначала Ултан скривился – насколько поняла Кира, на кровь. Но вот он что-то почуял такое, на что сдвинул брови и встал. Потоптавшись на месте, он несколько с сомнением зашагал в глубину коридора. Кира – за ним.

Он остановился перед закрытой дверью. Покосился на девушку и сказал:

– Мы ведь не сразу пошли на крик. За это время его могли унести сюда.

– Закрыто, – сказала Кира, попытавшись открыть дверь, нажав на дверную ручку.

– Отойди, – скомандовал оборотень и одним ударом по замку выбил дверь.

Прежде чем войти, девушка приостановила оборотня и заметила:

– Если там кто-то есть, мы и так здорово напугали его. Давай сначала окликнем. Эй, кто здесь есть? Мы пришли с добром!

И сама же саркастически хмыкнула про себя: «Ага, сначала грохнули так топором, дико напугали всех подряд, кто бы там ни прятался, а потом объявили, что с миром явились!»

Им пришлось прохлюпать две комнаты, прежде чем замереть на пороге третьей. Ултан так вообще опешил от увиденного.

Здесь на них со страхом уставились три девушки, одна из которых торопливо укачивала ребёнка, который уже не плакал, а только ныл, явно слишком усталый для плача… Когда Кира поняла, что одна из девушек вот-вот расплачется, если не разрыдается, ей пришлось пойти на опережение:

– Привет. Мы там пятерых бандитов грохнули. Не подскажете, есть ли здесь ещё такие?

– А вы кто? – едва не плача, выговорила девушка с ребёнком. – Вы полиция?

– Боюсь, полиции пока не до нас, – пожала плечами Кира и предложила: – Есть хотите? У меня есть пачка с сухими завтраками и бутылка с водой.

Этому предложению поверили, правда, девушка с ребёнком торопливо сказала:

– А там, в коридоре, была ещё одна. Вы её видели?

– Её там стережёт наш товарищ, – ответил пришедший в себя Ултан. – Идём, что ли, в коридор? А как вы здесь оказались?

– Эти бандиты… – начала самая молчаливая – и всё же расплакалась, видимо вспомнив, что произошло за последние часы.

Пока возвращались, из них всё-таки сумели выжать их недавнюю историю.

Бандиты появились в лодке и неожиданно. Они пристали к одному из окон, и обрадованные жители дома даже помогли им втащить лодку в дом.

А эти пятеро пустили в ход не только огнестрельное оружие, но и кулаки. Понравившихся им девушек согнали в одну комнату просто: отобрали у молодой матери ребёнка и пригрозили тем, кто им откажет, бросить ребёнка в воду, об опасности которой все уже знали. А потом девушек заперли в квартире – в ожидании, пока бандиты разберутся с этой матерью.

Когда девушки подошли к Ратмиру с той женщиной, две сразу бросились к пострадавшей, чтобы помочь ей. О Ратмире им уже не надо было говорить – Кира объяснила, кого они встретят в коридоре вместе со спасённой.

И все вместе вышли на крышу. Здесь узнали ещё одно: большинством спасённых здесь были женщины. Когда здешние жители увидели выходящих на крышу девушек и троих незнакомцев, поначалу опасались подходить к ним. Но, заметив, что девушки говорят с незнакомцами довольно дружелюбно, и сами подошли.

Опасения Киры не сбылись. Им пришлось остаться здесь только на некоторое время, чтобы помочь женщинам и мужчинам вернуться к той жизни, к которой они привыкли за последние двое суток. Нашлась куча продуктов, которые здешние собирали по квартирам, едва только вода уступала им этажи, так что волноваться за здешнее пропитание не стоило.

Зато, когда Кира спросила о лодке бандитов, её вместе с Ултаном и Ратмиром сразу повели к окну квартиры, которая находилась на противоположной стороне – от той, где они пристали на плоту. Лодку им отдали, хотя первые минуты упрашивали остаться. А отдали, потому что никто не хотел уходить далеко от дома, особенно сейчас, когда им помогли избавиться от бандитов.

Ратмир сразу сел на вёсла, а когда они распрощались со взволнованными жителями дома, задумчиво сказал:

– Я как-то не ожидал, что уже сейчас, на второй день, многие воспримут катастрофу как манну небесную.

– Ты о чём? – спросил Кира, смутно догадываясь о подоплёке его высказывания.

– Всё о том же… Не успели спасённые подумать о выживании, а их уже пытаются… нагнуть. Ишь, появились… хозяева жизни на халяву. Обрадовались вседозволенности.

– Думаю, нам придётся смотреть в оба, – тоже размышляя, предположил Ултан. – Ведь и по дороге могут встретиться те, кого может соблазнить наша лодка в качестве передвижения по местам, где ждёт нажива…

– Ты прав. Придётся держать оружие под рукой, – тяжело согласился с ним Ратмир.

«Как будто мы его прячем так, что не достать», – вздохнула Кира. И мрачно задумалась о том, что ей теперь очень и очень хочется побыстрее увидеть свою группу и убедиться, что с ними со всеми всё в порядке. Так стало страшно за них, хотя там и Нелла, и Андрис, и Терло.

Глава 11

Откат начался не сразу. Этому поспособствовало вынужденное наблюдение за небом и за домами, к которым приходилось порой подплывать слишком близко.

Но думать, будучи в насторожённом состоянии, не мешало.

Эпизод. Один из множества кругов от камня, брошенного в воду. Правда, и камень тот – взорванная дамба, хорош для бесконечного числа кругов…

Вспоминая всё, что было буквально несколько минут назад, что произошло в течение нескольких минут, Кира сутулилась всё больше.

Для неё эти минуты – сплошное действие, когда на ходу решаешь, как быть. Когда происходящее заставляет тело почти машинально реагировать и выполнять необходимые действия.

А думать над тем, что делала, приходилось сейчас. И становилось страшно.

Голубое небо, редкие белые облачка, сияющее и греющее солнце, всплески спокойной воды, если не всматриваться в её глубину, – пастораль, в общем… А в душе чернее ночи. Или сама душа уже почернела? Беспросветно…

Быть машиной для убийства… Она примерила эту фразу на себя – и её затрясло. Сильно-сильно. Ладно, Ратмир в это время смотрел в сторону…

Появилось безумное желание отодвинуться от той Киры, которая стреляла. И желание обелить себя: «Меня такой сделали! Меня научили быть такой!»

И снова прокручивала мысли о том, что она впервые не просто убивала, а убивала так многих… И давящим камнем – снова та комната, где сидят три девушки. И страх в их глазах при взгляде на Киру – с пистолетом в руках.

«И чем я лучше тех пятерых бандитов? – продолжала Кира кружить мыслями по бесконечному замкнутому кругу. – Да, они насильники. Зато – не убийцы. Тоже… придумала себе отмазку – военное время… Человеком надо оставаться. И ведь была возможность набить им морды… Не-ет! Надо было достать пистолет!.. Но меня этому учили!» – оправдывалась она, и осмысление себя начиналось вновь, в бесчисленный раз.

Мужчины ничего не замечали. Но, поглядывая на Ратмира, Кира начинала приходить в ужас: а если он теперь будет сторониться её?! Если её жажда убийства, как это выглядело со стороны, оттолкнула его от неё?.. Дрожь постепенно переходила в нечто более сложное и неуправляемое. Пришлось вцепиться в края лодочной скамьи, чтобы не видно было, как трясутся руки.

Вспомнила занятия в бюро и попыталась сосредоточиться на постороннем, например, внимательно следить за чайками, летавшими над внезапно широкой водой. Но не прошло и минуты, как Кира прикусила губу, испугавшись за птиц: они слишком часто чиркали по воде. А насколько сумела убедиться девушка, блотфиши мгновенно хватали свою добычу. Да и зрелище безмятежных чаек, сидящих на всплывавших трупах, не приносило успокоения измученной душе Киры.

Пришлось отвернуться и уставиться на верхние этажи домов, мимо которых проплывала лодка. Из освобождённых этажей никто не выглядывал и не окликал людей, сидевших в лодке. Раз только кто-то закричал над головой, но лодка уже уносилась вдаль, и крик неизвестного прозвучал, так уж получилось, им вдогонку.

По прикидкам Ратмира, оставалось обогнуть ещё один дом – и они окажутся по адресу, где их ждёт Нелла с остальными… Кира насторожилась. Плавание до сих пор проходило спокойно, безо всяких происшествий, что ещё ничего не значило, а только усыпляло бдительность. На последних метрах ровного хода лодки придётся быть готовыми к неожиданностям.

Угол дома к его торцу обошли ровно. Как и сам торец. Но, едва начали удаляться от здания, как в спину ударило визгливое взлаивание.

Руки Ратмира на вёслах замерли – и замерла и лодка. Оглянулись удивлённые Ултан и Кира. Зовуще лаяла явно собака, причём, судя по привизгивающему звуку, из породы мелких. Но где она?

Торец дома, который они только что прошли, представлял собой стену в сплошных балконных рядах. Основные балконы изначально, по задумке архитекторов-проектировщиков, имели нижнюю часть металлизированную, а сверху мелкие рамы. Примитивно и привычно для домов, где живут наёмные рабочие. Но некоторые балконы, ближе к лестнице, делившей балконные ряды на два корпуса, наверное, заранее были застеклены сверху донизу. И после мощной водной волны все стёкла, естественно, оказались выбитыми, являя пустоту, как будто на гигантских коротких полках.

И визгливый лай доносился именно с такого, когда-то полностью застеклённого балкона. Но, как ни всматривались с лодки, самой собаки не увидели. Ратмир пожал плечами и вздохнул.

– Можно было бы поискать. Но… время. Да и на крыше – взгляните! Народу достаточно. Заберут, если что.

Ултан и Кира без слов согласились с ним, и Ратмир снова принялся энергично работать вёслами.

…Киру будто толкнули в спину. Она обернулась.

Белый комочек со второго над водой этажа упал в воду.

– Вот чёрт! – охнул Ратмир, увидевший раньше: сидел-то лицом к дому.

Последнее слово в его краткой реплике прозвучало почти одновременно с металлическим звяканьем: на дно спортивной лодки упали два пистолета Киры, уже сбросившей любимую тунику и ботинки.

А когда отзвучало "чёрт!", лодка резко вздрогнула: девушка прыгнула в воду и под вскрик мужчин стремительно поплыла в сторону белого комочка на синевато-серых волнах – с этой стороны солнца не было.

Комочек сначала поплыл. Молча. И вдруг завизжал, остановившись на месте и дёргаясь так, будто к его лапам прицепили неподъёмный для него груз, за который его и дёргали из глубины воды.

Кира летела по воде на пронзительный визг, приглушённо слыша за собой испуганные крики и отчаянный зов мужчин. В конце концов, до собаки совсем чуть-чуть – и можно успеть её спасти… А потом Ратмир успеет развернуть лодку и поднять обеих из воды, а Ултан поможет ему.

Внезапная боль резанула выше локтя.

До белого комочка, который уже потерял свою белизну и окрашивался в алое и серое, но упорно, уже молча, пытался выдраться из воды к воздуху, оставалось три-четыре гребка. Кира, только ещё оправлявшаяся от первого нападения, вздрогнула, когда её рванули, словно ножом, по щиколотке. Горячая боль – брызнули слёзы…

«А я точно плыву к нему на помощь? А я точно не…»

Одно слово застряло в душе, будто биение суматошного сердца.

Последняя мысль и последний посторонний звук, который не относился к ней самой. Удар по воде чем-то грузным. Сознание уже не распознало, что это был удар веслом. И очень близкий.

Она плясала в воде бешеный танец, время от времени всплывая на поверхность. Поверхность была необходима – и не только из-за того, что Кира задыхалась. Рубаха… Верхние две пуговицы расстёгнуты – и вместе с девушкой хватал воздух маленький окровавленный пёс, которого она сунула под рубашку, чтобы не мешал. Обе руки были заняты ножами, которыми Кира слепо била во все стороны…

Перед глазами – только взбаламученная вода и шустрые тени в ней. Тени с громадными – в половину себя – зубастыми пастями. С лапами, которыми они когтились в её тело и цеплялись в волосы. С такими широкими плавниками, что могли – не плавать, не летать, а стрелять в воде. Жёстко и непредсказуемо.

Лишь раз среди этого ошарашивающего буйства Кира сумела задаться вопросом: «И как они меня?..», веря, что мужчины не оставят её.

А легко.

Сначала, обострённо воспринимавшая любое действо, как один живой нерв, Кира почувствовала, что ударилась спиной и рукой с ножом обо что-то твёрдое… Подсознательно не поняла, а почуяла: наткнулась на стену дома?

И даже второй толчок о жёсткое ничего не подсказал. Но тем, кто был на поверхности, и не надо было, чтобы она что-то понимала.

Кира только ощутила, что её вдруг схватили за волосы и резко погрузили в воду, словно собираясь утопить её. А потом так же резко вырвали из глубины, да так, что она поневоле взметнулась к воздуху, выпрыгнув по пояс из воды. И её за этот-то пояс перехватили…

Втащенная в лодку Кира только хрипло втягивала воздух, одновременно отплёвываясь от воды, а двое мужчин матом орали на неё и били ножами по тварям, которых она прихватила на себе. Вынутый из-под её рубашки несчастный пёс валялся под скамейкой гребца. Блотфишей на нём не было – безразлично отметила девушка, когда попыталась повернуться набок.

Наконец суматоха в лодке закончилась.

– И что… что это было?! – нависая над ней, прорычал Ратмир.

Она шмыгнула и провела кулаком под носом.

– Ничего… особенного, – задиристо прохрипела она, чем всю свою задиристость свела на нет. И тише добавила, глядя ему, переступающему через неё, уходящему сесть за вёсла, в спину: – Искупление… вот что это такое было…

– Сядь давай, прислонись к стенке, – велел белый как мел Ултан, попытавшись присесть перед ней на корточки, но Ратмир рванул лодку развернуться, и оборотень чуть не свалился. Однако психовать и орать на него не стал. – Я сейчас тебе буду это… дезинфицировать.

Он поморщился, жалобно глядя на Киру, и вынул аптечку из рюкзака.

– Собаку, – непреклонно прохрипела она. – Я перетерплю.

– Дура, – не глядя на неё, оценил Ратмир.

– Кому какое дело? – надменно просипела она. Недавний кашель разорвал горло, и так хотелось выпить чего-нибудь тёплого и мягкого. Молока, например.

Она думала – после её ответа Ратмир отстанет, потому как этот ответ – приложение к тому, что он уже думает о ней, как об убийце. Но Ратмир вихрем подскочил на своей скамье – и, бросив вёсла, шагнул к ней снова. И, кажется, только осознание, что рядом Ултан, что с крыши на них смотрят и переговариваются, но в любой момент могут замолчать и услышать, заставило его не кричать, а придушенно рычать:

– Ты! Тебе плевать на всех, да? Камень брошен, а ты ещё не поняла ничего?! Не смей больше ничего делать!.. Ничего без меня предпринимать, ясно?! Иначе сам пристрелю – и скажу, что так и было!

– Ты кто такой, чтобы со мной так гово…

– Заткнись! Ты теперь не одна, чтобы решать самостоятельно, что тебе делать и когда делать! Усвой это – я больше повторять не буду, ясно?!

Она не спросила вслух, изумлённая, но вопрос застрял в зубах: что он имеет в виду, говоря о том, что она не одна? Команду? Или…

– Ну, вы тут поразбирайтесь меж собой, – проворчал оборотень, вставая и уходя на скамейку гребца. – А я уж пока поработаю, а то так и не сумеем добраться до места вовремя. Ратмир, вставай на моё место, а я…

– Никакой непредсказуемости, поняла?! – тихонько рявкнул Ратмир и так сильно нажал обеззараживающим карандашом на рану на плече, что Кира охнула от боли, а он мгновенно прижал к себе карандаш, тяжело дыша.

Пришлось отнять у него этот карандаш.

– Посмотри, что там с собакой, – велела она ему. – А я пока смажу все свои порезы, до которых сумею дотянуться. Ну? Иди, чего смотришь!

И он пошёл.

А она валялась (как просил Ултан), прислонившись к стенке (или как там она у речников называется?) лодки и с трудом водила рукой с зажатым в пальцах карандашом и, шипя от боли, смазывала выступающей жидкостью все видимые ранки.