Текст книги "Дым Чары (СИ)"

Автор книги: Джиллиан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 24 страниц)

Глава 8

Но когда мальчишка вцепился в дверную ручку, чтобы вернуться в холл, она спохватилась: чем?! Чем они могу помочь Сергею?! И при себе ничего! Никакой палки даже! Крикнула Костяну:

– Подожди!

Выскочила из тамбура во двор, огляделась. Ага! И, не раздумывая слишком долго, вцепилась в черенок лопаты, прислонённой к стене дома, рядом с входной дверью.

И, лишь снова заскочив в тамбур, она изумлённо подумала: «Глупость какая!.. Зачем мне лопата?!»

На пороге в холл поняла – зачем. Отвлечь. Это единственное, чем сельскохозяйственное орудие может быть полезно в этой ситуации. И, вбегая в помещение – в новый лютый вопль, бьющий по ушам, вбегая как в ненормальный, дробно бьющий по ушам камнепад, Арина, не раздумывая, на ходу и от плеча швырнула лопату, словно копьё, металлической частью вперёд, благо полотно заострялось конечным треугольником.

Она не видела ничего: ни где находится Сергей (ничего! Главное – его впереди, перед лопатой, нет!), ни что делает дымчара… Просто швырнула своё безумное в данной ситуации оружие в то, что верещанием смешивало её мозги в кашу.

Лопата врезалась в ствол дымчары и грохнулась у его основания, сначала черенком упёршись в пол, а затем чуть съехав металлическим полотном по стволу дымчары.

Оба: и девушка, и мальчишка, стоявший в двух шагах от неё, – оцепенели от мгновенной тишины. Секунда, другая… «Листья» дымчары медленно поднялись и повернулись к ним – распяленными лапами, окаймлёнными острыми зубчиками, словно маленькими, но опасными когтями (не эти ли зубчики Костян когда-то посчитал за зубы?!). По корням, вздыбившимся вокруг чудовища, пробежала дрожь.

Арина не знала, понимает ли Костян, что происходит, но неожиданно для себя она-то полностью сознавала всё, что делал или даже думал дымчара. Чудище, внутренне оскалившись на них двоих, со свирепым изумлением… негодовало. В нём постепенно росла ярость: какие-то мелкие зверушки решили, что против него сойдёт такое примитивное оружие?!

Неизвестно, как долго обозлённый дымчара собирался накапливать злость, прежде чем она бы прорвалась, но Костян внезапно сорвался с места и бросился по недавнему пути Сергея. Быстро скосившись на стену, на «дорогу» двоих, загромождённую сломанной мебелью, стеклянными осколками и рухнувшей штукатуркой, растерянная Арина снова уставилась на дымчару, чтобы он чувствовал хотя бы её упорный взгляд и не отвлекался на то, что собирается делать мальчишка.

Более того… Девушка, не спуская глаз с чудовища, присела на корточки и, нагнувшись в сторону, подтащила к себе сумку. Внутри, кроме вязания и всякой мелочи, нашарила бутылочку с клеем ПВА, ножницы и складной нож. Именно его она вынула и изо всех сил постаралась передать дымчаре мысленный образ нового оружия, грозного и устрашающего – похлеще той самой примитивной лопаты. Да ещё подкрепила транслируемый образ мысленной эмоциональной речью, чуть не до истерики изумившей её саму: «Да-да! Именно это жуткое оружие я сейчас тоже опробую на тебе, слышишь, бешеная кочерыжка?!» Дымчара… услышал?.. «Листья» выжидательно замерли. Как и корни. Грозно насупившись, стараясь делать все движения выразительно – и страшась даже кинуть взгляд в сторону, где Костян уже добрался до Сергея, неловко сидевшего – вжавшись в угол между шкафами, Арина, потоптавшись на месте, встала боком и так же медленно завела руку с ножом за голову – для броска.

Она ощутила, что чудище окаменело от её наглости, и мысленно пообещала: «Я брошу нож в твой ствол так, чтобы он не просто проткнул его! Я брошу его так, чтобы он, даже падая, обрубил тебе твои «листья», урод!» Но разозлить дымчару не сумела: «листья» на этот раз не дрогнули, будто приготовились защищаться. Арина даже засомневалась: может, она вовсе и не чувствует дымчару, а придумывает за него эмоции? Может, ей только кажется, что она понимает его?

И только решила, что она и в самом деле всё о взаимопонимании придумала с перепугу, как вновь обмерла: дымчара ощутимо передвинул свой взгляд с её глаз на её руку с ножом. Арина так прочувствовала этот сдвинувшийся взгляд, что первым делом суетливо начала всматриваться в толстый ствол, чтобы найти, чем чудовище смотрит…

А мимолётно посетовала на Сергея с Костяном: чего они там возятся?! Возвращались бы быстрей!

А если дымчара устанет пялиться на неё и обратит внимание на них?!

Девушка старательно пыталась не смотреть в узкую вертикальную нишу из шкафов, где копошились Костян и Сергей. Уф-ф… Сергей выпрямился! Ой… Нет. Ему помог подняться мальчишка, и Сергей, опираясь на него и на стену, заковылял к двери. Причём с закрытыми глазами.

Они сделали пару шагов, и Арина поняла: или сейчас – или никогда.

Левую руку дёрнула в сторону, отвлекая, и метнула нож в дымчару.

Дымчара словно отшатнулся.

Нож пролетел сквозь «листья» и с лёгким стуком свалился, не долетев до подножия дымчары. Силёнок для броска оказалось маловато.

… Сергей и мальчишка слишком медленно шли!

– Ну, всё!.. – сквозь зубы угрожающе проговорила девушка, сощурившись на насторожённого («Что ты ещё против меня придумаешь, мелкая?!») дымчару. – Ну, всё, дымчара… Ты – попал!

И сунулась в карманы бриджей. «Лишь бы поверил, что я сейчас ещё что-то жуткое вытащу!»

Возможно, напряжение сказалось, но Арина внезапно увидела то, о чём говорил недавно – в той первой квартире – Костян. Но на этот раз увидела не обломок стены из чужого мира. Она увидела на полу, вокруг ствола дымчары, не только мебельные щепки и обломки, не только еле заметные в темноте перья и поблёскивающие стеклянные осколки. Она увидела комковатую грязь и мгновенно сообразила (или уловила мысленный образ от дымчары?): это земля, почва, которую дымчара притащил из своего мира с собой, когда усаживался посреди чужого дома, собираясь… А интересно – что именно он собирался делать, внедряясь в этот коттедж?..

Что бы там ни было, сейчас Арина один на один с врагом.

Левой рукой в узкий карман бриджей было неудобно залезать – мешал оберег. И тогда девушка, быстро скашиваясь на двоих, медленно бредущих к ней, решилась опробовать то, о чём она однажды подумала. Сергей сейчас не помеха, не сумеет остановить её. Так что… Арина одним движением стащила с руки оберег, а потом, не спуская глаз с дымчары, быстро села для удобства на колени. Чудовище следило за ней пристально – теперь-то она отчётливо ощущала его пронзительный взгляд, хоть глаз в стволе так и не сумела найти.

Сумка валялась рядом. Арина стремительно запустила в неё руку и, лихорадочно пошарив внутри, вынула бутылочку ПВА. Небольшую, но недавно начатую. А значит, довольно увесистую и тяжеловатую – чуть не гранату. Содрала с личного оберега обрывок серебряной цепочки, добавила его к той, что вынула из кармана. А потом, выкрутив крышечку от бутылки, снова закрутила её – уже зацепив за край сосуда кончики обеих цепочек. Будто украсила ими бутылочку. И, нисколько не сомневаясь, бросила бутылочку в дымчару. Единственное, чего боялась, – как бы чудище не выставило «листья», чтобы не пропустить летящий снаряд. Но дымчара, кажется, посчитал бутылочку глупым и безопасным снарядом.

Бутылочка шмякнулась в его ствол. И, кажется, именно той стороной, с которой болтались махонькие висюльки серебра. И, кажется, зацепились то ли за маленький разрез на стволе, всё-таки сделанной упавшей затем лопатой, то ли за трещинку в нём самом…

Хорошо, что Сергей с Костяном оказались в двух шагах от Арины! Едва кинув экспериментальный снаряд в дымчару, девушка немедленно развернулась в их сторону. Она прыгнула к парню и заставила его переложить руку с плеча Костяна – на своё. И постаралась не ужасаться тому, что с виска Сергея кровь размазывается по его лицу.

Две или три секунды…

Тишина. У двери они оглянулись на дымчару.

Лучше бы уматывали со всех ног! Лучше бы успели закрыть за собой дверь!

Чудовище неожиданно затряслось и возопило так болезненно и душераздирающе, что их, всех троих, буквально вынесло за дверь. И пришлось кричать в этом густом рёве Костяну, освобождённому от помощи Сергею, чтобы он немедленно захлопнул дверь в холл. А то ишь – рванул вперёд без них! Хоть и понятно – почему…

Вопль дымчары вжимался в спину, толкал в неё – и спиной же Арина получила информацию (или додумала своё, желаемое?): бутылочка клея с серебряной цепочкой, стукнувшись о ствол, не причинила никакого вреда чудищу, пока одна из двух цепочек и в самом деле не застряла, зацепившись за ранку от броска лопатой.

То есть серебро, благодаря тяжести бутылочки, вдавилось в плоть дымчары и теперь причиняет ему боль!

Проскочив тамбур, дверь которого Костян распахнул настежь, они вывалились на двор, таща Сергея, который только и мог, что жмуриться: пока лежал – кровь с виска залила глаза. Арина обернулась посмотреть – успевает ли Костян за ними дотянуться до двери холла, чтобы захлопнуть её.

В лоб резко и больно ударили. Ей показалось – кинули камнем из закрывающегося помещения. Пошатнулась, но устояла. И даже умудрилась удержать на ногах Сергея и помочь ему спуститься с нескольких лестничных ступеней крыльца.

– Что с тобой? – спросила Арина у Сергея, который всё никак не мог открыть глаза, а они с Костяном никак не могли догадаться вытереть ему кровь.

Всё так же, вслепую, парень потащил Арину за собой и добрался до скамьи неподалёку от крыльца. Он нащупал её и сел, прислонившись к стене. Костян уселся рядом, частя дыханием и таращась на дверь крыльца, словно боясь, как бы дымчара не выскочил следом. Арина-то уже знала, что выскочить тот не может.

– Он обжёгся, – ладонями отирая кровь с глаз, прохрипел Сергей и закашлялся было. Но кашель оказался для него слишком мучительным, и парень короткими вдохами подышал немного, чтобы продолжить говорить, но вполголоса, а то и переходя на шёпот. – Об оберег… Но всё-таки решил, что в следующий раз попадёт в меня корнем. И снова ударил, пока вас не было. Снова обжёгся, но и удар сильный был. Я врезался в тот угол, где меня Костян нашёл, между шкафами который. Ничего не понимаю… Я сделал такой мощный ведьмин круг, что порвать его он никак не мог. Я думал, ещё трое суток – и дымчара будет уничтожен. Как он сумел сквозь этот круг позвать птиц?! Он же был изолирован! Как?!

Арина посмотрела на него, посмотрела – и отдала носовой платочек. Пусть сотрёт с лица кровь. Но парень не стал чистить лицо – глаза уже почистил, а приложил платочек к самой ране… Девушка огляделась. Делать нечего. Скамья такая маленькая, что ей здесь уже не сесть. Села на дворовые плитки прямо перед скамьёй и, задрав голову, ответила:

– Утром кто-то бросил камень в окно. Осколки попадали и сдвинули с места расставленные для круга предметы.

Парень и мальчишка посмотрели на неё – без эмоций. Устали от пережитого. Но Сергей, помедлив, всё же спросил:

– Откуда ты знаешь?

– Когда мы сейчас выходили, дымчара бросил в меня картинкой, – ответила девушка и, поморщившись, потрогала свой лоб, – там камень разбивал окно.

– Но почему тогда… – Сергей перевёл дыхание, чтобы договорить. – Почему мне никто не сказал, что окно было разбито? Они все уехали и промолчали…

– В доме никого и не было – это произошло сегодня рано утром. Очень рано, – сказала Арина, вспоминая мысленный образ. – А потом никто не заметил. Окно-то дальнее. А тот дядечка, который уехал, он решил, что дымчара сам по себе позвал птиц. Поэтому стёкла и разбиты. О чём тебе и сказал. Он про окно не знал. Сергей, как ты думаешь… Почему камень в окно бросили?

– В деревне считают, что этот коттедж проклятый, – тяжело сказал парень и закрыл глаза. – Мало того – обходят за километр стороной, так ещё и с хозяев требуют, чтобы уехали. Или чтобы освятили его. Народ думает, что из-за этого дома в деревне жить тяжко стало… Но сейчас это неинтересно. Дымчара в тебя бросил картинкой? Почему?!

– Мне показалось, он… позлорадствовал так. Типа – знай, что случилось, всё равно сделать ничего не сможете против меня… А почему ты велел в сад не бежать?

– Птиц он мог позвать только из сада. То есть с той стороны в холле все окна перебиты – уже летящими на зов птицами. И он вас оттуда мог достать. Предполагаю так. И… Арина, не отвлекай меня. С чего ты решила, что он хочет позлорадствовать? Как он понял, что можно тебе кинуть картинку?

– Не знаю. Честно, – вздохнула Арина. – Только последние минуты я постоянно… ну… как бы чувствовала его. И злость его. И это злорадство. И боль.

– Это называется эмпатия, – тяжело сказал Сергей. – Умение чувствовать эмоции других.

– То есть Арина – эмпат? – поразился Костян. Но поразился как-то устало. Это открытие волновало меньше, чем… – Сергей, что теперь делать будем?

– Он вырос, – равнодушно сказал парень. – Он уже опирается «листьями» в потолок. И корни такой длины, что достают во все стороны. Я уже не уверен, что могу сегодня что-то сделать… – И внезапно с сильным раздражением добавил: – Чего он орёт до сих пор?!

Собравшись с силами и мыслями, Арина рассказала, как напоследок бросила в дымчару бутылочкой с серебром, чтобы отвлечь его от Сергея с Костяном. И добавила:

– Мне кажется, он не сразу заорал, потому что серебро коснулось его коры. Только потом, под тяжестью бутылки, серебро вдавилось в его плоть.

Сергей нахмурился и машинально принялся вытирать платком лицо, явно о чём-то размышляя.

– Он что – вампир? – озадаченно спросил мальчишка. – И что нам теперь – забрасывать его серебром, что ли? О, замолчал! Почему?!

– Сбросил бутылку. Хотя… Он давно сбросил. Просто орал – возмущался, – ответила Арина и затеребила мрачно молчавшего Сергея: – Ну? Чего ты?! Пошли – сделаем ведьмин круг заново! Я же могу в твой круг вложить что-то другое, что укрепит его!

– Забыла, что с тобой было в квартире? – угрюмо напомнил парень. – Там были маленькие дымчары – и тот круг вытянул с тебя столько сил, что без памяти упала! А теперь вспомни этого махину. И представь, сколько сил на этот круг придётся отдать. Мы же уже поняли, что ты не просто вкладываешь детали. Но вкладываешь их с личной силой. Я не имею права с тебя требовать…

– А и не нужно требовать, – перебила Арина. – Сергей, ты что – сам не понимаешь? Чем быстрей мы справимся с этим дымчарой… – Она споткнулась на полуслове и уставилась в темноту двора. Горло сжалось от страха, едва она подумала о будущем, которое легко просчитывалось. И Арина с трудом договорила: – А если он завтра позовёт кошек и собак? А послезавтра – людей? Нет уж. Это уже касается не лично меня, а всех живых. Так что давай рассказывай, какой круг ты выкладывал здесь и как его восстановить. Или с чего начать, если выкладывать новый.

Сергей встал, покачнулся, но на ногах устоял. Арина и Костян молча наблюдали, как он дошёл до клумбы, еле видной в сумерках, что-то поднял рядом с ней. Оказалось – шланг. Он умылся, вытерся краем тенниски и вернулся к ребятам.

– Что-то не то… – сказал он как-то озабоченно. – Когда работали в квартире, серебро не понадобилось. Сейчас – нужно. Или это опять-таки постепенно развивается интуиция? Или дымчара другой – из-за этого?

– У тебя ингредиенты с собой? – деловито спросила Арина. – И ещё… Вопросик такой: Сергей, почему ты с ними борешься в темноте? Нет, тот дымчара, который был в квартире, был уничтожен днём, но ты постоянно спишь днём, а работаешь ночью.

– Точно! – удивился Костян. – Я и забыл!

– Те дымчары, которые давние, они немного уязвимей именно ночью, – объяснил Сергей. – Поэтому я выкладываю круг ночью, а днём чаще только проверяю, как идёт уничтожение. И добавляю в круг то, что мне подсказывает интуиция.

– Значит, начинаем вот с чего, – сказала Арина. – Как думаешь, этот дымчара даст тебе восстановить ведьмин круг?

Сергей с горечью усмехнулся.

– Попробовать можно, но, как я уже говорил, он сейчас по всему помещению нас достанет. Так что я даже не представляю, с чего начать.

– А я представляю, – вмешался Костян, который напряжённо думал до сих пор, время от времени шмыгая от старания.

– И?

– Сергей, а ты эмпат?

– Да. С дымчарами. Но не очень сильный… – Парень посидел, подумал. – Понимаешь, Костя, насколько я заметил, здесь всё идёт по нарастающей: сначала ты ничего не видишь, но чувствуешь головную боль. Потом ты видишь дым, а в нём что-то необычное – как ты видел зубы. Потом видишь «листья». Следующая стадия общения с дымчарами – постепенная эмпатия.

– Значит, я тоже скоро буду эмпатом? – серьёзно спросил мальчишка.

– Конечно, – уверенно ответил Сергей. – Ну, что ты придумал?

– Ведьмин круг можно создавать потихоньку. Начиная с того, что не нравится дымчаре, – начал Костян. – То есть создавать его надо из таких вещей, которые ему не понравятся сразу, и потому он к вам не захочет притронуться, даже если на вас только один оберег. А поэтому… Если вы эмпаты, надо встать в дверях и представлять, что может не понравиться дымчаре. Только не слишком быстро. Ведь ведьмин круг можно не только с помощью интуиции создать.

– Что-то я не совсем поняла, – призналась Арина.

– Ну, ты открыла дверь туда. Встала на пороге. Подумала, что можно дымчару поджечь. И ждёшь его реакцию. Если ничего нет, то представляешь, что заливаешь его водой. Ждёшь реакцию. Потом… Ну, например, что будет, если его всего обвешать серебром, – медленно, чтобы старшие отнеслись к его мысли вдумчиво, сказал Костян.

Сергей и Арина переглянулись. Ха… А мысль-то интересная.

– Так, я в себя пришёл. Давай договоримся, кто о чём будет думать. А то подумаем вместе про разное, а потом будем гадать, на чью картинку он среагировал.

– Я сначала о воде, – быстро сказала Арина и тут же уточнила. – Как только подумаю, посмотрю на тебя, чтобы ты понял.

– Неплохо, – оценил парень. – Я тоже начну с жидкости. С бензина.

– А я тоже с вами! – обрадовался Костян. – Буду на реакцию дымчары смотреть! Вдруг вы что-нибудь пропустите?

Они уточнили ещё кое-какие моменты будущего дела и, набравшись уверенности, снова вошли в тамбур, а затем открыли дверь в холл.

Ствол дымчары стоял на прежнем месте, а его «листья» покачивались как-то вяло, расслабленно, словно их колыхал сквозняк, хотя Арина слабо представляла себе, что ветерок может колыхать эти мясистые «листья». При виде троих дымчара насторожился, и «листья» замерли. Костян притулился сбоку, ближе к косяку двери, а парень с девушкой встали, шагнув за порог.

– Начинай, – прошептал Сергей.

Поначалу Арина понадеялась на ту же интуицию, задавшись вопросом: «Чем можно уничтожить эту монстрятину?» Увы, интуиция в этом случае не сработала. Как девушка ни пускала мысли на самотёк, ничего умного или действенного не получила в качестве мысленного ответа.

И только тогда решилась на заранее обдуманное. Глядя на дымчару, она облизала губы – и представила, как от входа к центру помещения, а конкретней – к стволу дымчары, по полу бежит вода. Она быстро наполняет холл, скапливаясь так, что вскоре ствол оказывается наполовину в воде. Закрепив картину в памяти, Арина пристально присмотрелась к дымчаре. И прислушалась, пытаясь определить, какие эмоции дымчара испытывает от переданной ему картины. Ни один «лист» не дрогнул.

Постояв ещё с минуту и убедившись, что результата нет, она взглянула на выжидающе смотревшего на неё Сергея. Тот кивнул – понял. И теперь он взглянул на дымчару. Помня, что он предложил бензин, Арина размышляла, а где они найдут столько бензина. А ещё её беспокоила мысль: а вдруг нечаянно начнётся пожар? Такой домина! Не расплатятся потом за него! Ой, не надо о том, что бензина не найдётся! Вдруг этот урод считает с неё эти размышления!

Сбила с мысли волна отвращения от дымчары. Она была настолько явственной, что Арина поразилась. Ожидали-то страха, а тут – отвращение! Даже «листья» заметно дрогнули, словно их передёрнуло от брезгливости.

Сергей взглянул на девушку.

– Ты поняла? – удивлённо спросил он. – Поняла, почему он так?

– Нет. Я поняла, что ему отвратительно то, что ты предложил, но не поняла почему.

– А что ты предложил? – поинтересовался Костян.

– Я создал прежний круг, но облил его бензином, который начал испаряться в закрытом помещении.

– Ого, как сложно, – уважительно сказал мальчишка и снова обескураженно взглянул на дымчару. – Правда, у нас тут проблема с закрытыми окнами… Но я тоже не понял его реакцию. Ему это просто не нравится? Или он боится бензина?

– Так. Тихо, – скомандовал Сергей. – Попробую ещё один образ. Смотрим на дымчару и запоминаем.

Все замолчали и обернулись к чудищу. Сергей вперился в него сощуренными глазами и даже чуть оскалился – видимо, чтобы выглядело достоверней.

От резкого движения «листьев» все трое шарахнулись в тамбур – разве что дверь не закрыли. Оказывается, дымчара внезапно закрылся своими «листьями», словно не желая, чтобы люди на него глазели.

– Что?! – закричал Костян. – Что ты ему показал?!

– Не самый лучший для нас вариант – копьё из серебра.

– Столько серебра нам не найти, – разочарованно заметил мальчишка, крепко держась за ручку входной двери. – Неужели он всё-таки вампир?

– Что ты пристал к вампиру? – хмуро сказала девушка. – Кроме вампиров, серебра боятся призраки и вурдалаки, кажется. Ну, и оборотни всякие. Сергей, ты же читал – знаешь, да?

– Знаю. Только с дымчарами это мало что даёт, – признался тот. – Кроме серебра.

– И он позвал птиц! – вспомнив, ахнул мальчишка. – Значит, всё-таки он вампир – только другого типа. Но кровь-то он пьёт! А давайте я попробую чеснок ему показать? – загорелся Костян и тут же заторопился к холлу – реализовывать свою идею. Сергей и Арина переглянулись – и за ним.

Мальчишка встал на пороге в холл. Дымчара уже успокоился и слегка приспустил «листья». Правда, при новом появлении людей он ощутимо насторожился. «Листья» из чуть расслабленных снова напряглись. «Ага! – с мрачным удовлетворением подумала девушка. – Ты уже нас побаиваешься! Так тебе и надо!» И, пока Костян выполнял свою задумку, она сама задумалась: а если серебром дымчару не забрасывать? Если придумать что-то вроде стрел и стрелять в чудище из лука или арбалета? Нет, вряд ли получится. Серебро мягкое. Стрелы сомнутся сразу. А если стрелы сделать с обычными стальными наконечниками, но сдвоенными, а между ними вложить серебро? Воткнувшись в ствол, серебро причинит не только боль, а судя по реакции дымчары на цепочку, ещё и, возможно, заставит… гнить? Надо будет сказать Сергею.

Между тем, даже задумавшись, Арина уловила ответ дымчары на чеснок: монстр величаво помахал «листьями». Как-то по-барски и с новым отвращением.

– Замеча-ательно, – задумчиво протянул Сергей. – Костя, ты прав… Хотя есть одна загвоздка: понимает ли он вообще, что такое чеснок?.. Ладно… Мы начинаем выкладывать ведьмин круг от порога. Моя сумка со мной. В ней есть всё, что нам понадобится. И даже серебро.

– А бензин где возьмём? – спросил мальчишка, ничуть не огорошенный неожиданным реагированием дымчары на чеснок.

– Я в этом доме не первый день. Знаю, где у них хранятся канистры. В сарае, где они держат сельскохозяйственные машины. Ну, косилку, там, ещё что-то.

– Удобрение! – обрадовался Костян. – А ведь есть ещё кое-что! Сергей, ты пробовал какую-нибудь дрянь от крыс и мышей? Отраву! Он же почти растение!

– Изобретатель-экспериментатор, – насмешливо пробормотал Сергей. – Костя, идёшь со мной за бензином. Я тебя здесь уже одного боюсь оставлять. (Мальчишка польщённо хмыкнул.) Тебе волю дай, ты такого наэкспериментируешь, что страшно: вернёшься, а тебя уже нет! Арина, я могу на тебя надеяться, что ты-то опасные опыты над дымчарой проводить не будешь?

– Можешь-можешь, – нетерпеливо сказала девушка. – Идите быстрей. Ночь тоже ведь небесконечная. Можем не успеть, раз ты говоришь, что в темноте он слабей.

Подсвечивая себе мобильниками (подальше от дымчары они всё ещё работали), парень и мальчишка удалились куда-то в угол двора, а Арина вернулась на порог холла. Надо бы собрать сумки и пакеты, оставленные здесь, и перенести их в тамбур. На всякий случай. А то вдруг дымчара ещё длинней корни отрастит? И останутся они без ингредиентов для обережного круга!

Нет, она обещала Сергею не экспериментировать. Подождёт их возвращения, подождёт, пока Сергей восстановит часть круга, а уж потом будет тянуться до сумок, так легкомысленно оставленных в холле.

«Откуда ж ты взялся, злюка такая? Людоед!» – размышляла она, всматриваясь в «листья», которые выглядели, как полуподнятые руки человека, – готовясь защищаться. Потом она вспомнила птиц – чуть не до слёз жалко стало. Представила, как они летят в окна, как разбиваются сами и разбивают стёкла… И всё-таки заплакала, отвернувшись от холла. Заплакала от жалости, едва только вспомнила тишину вокруг коттеджа.

Но плакала недолго – до первой злобно торжествующей эмоции дымчары, который радовался её слезам. Обозлённая Арина немедленно обернулась к нему и в отместку послала картинку: голыми руками она содрала с его ствола все «листья», а потом о коленку переломила гигантский ствол – легко! – после чего два обрубка подожгла!

Пришлось, хлопнув дверью, выскочить во двор, где чуть не столкнулась с идущими навстречу Сергеем и Костяном. Они аж остановились от её внезапного появления.

– Ты что? – изумился Костян и тут же с выражением на лице: «Ну-ну, так я и знал!» снисходительно сказал, обращаясь к Сергею: – Вот видишь! Посмотри на неё! Небось, поэкспериментировала всё-таки, пока нас не было! А ты меня здесь не хотел оставлять!

– Опять орёт! – тоже удивился парень. – Что ты ему сказала?

– Ты так уверен, что сказала? – насупилась Арина.

– Конечно, уверен. Оставь я здесь Костю, он бы чем-нибудь начал кидаться в дымчару. А ты наверняка поддразнила его чем-то? Колись – чем?

– Я его переломала в клочья, – фыркнула девушка. – И ему это не понравилось.

– Это хорошо, – сказал Сергей. – Ему не понравилось мысленная картинка? Ну, а теперь пусть попробует порции бензиновых паров. Держи – это повязка на нос. Чтобы самим не надышаться. Всё. Шагаем в холл и начинаем новую ловушку. На дворе безветренно – может, и сработает.

– А ещё мы взяли отраву! – похвастался Костян. – Вдруг тебе твоя интуиция подскажет, что она тоже пригодится?