Текст книги "80 плюс 1 (СИ)"
Автор книги: Constance V.
Жанр:
Фанфик
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)
– Капитан Кирк, я хотел бы кое что уточнить, – произнес он хмуро. – Для этого мне потребуется ваша помощь. – Спок направился к выходу, но пройдя несколько шагов остановился: – Не хочу, чтобы вы меня превратно поняли, Кхан. Мне надо кое-что уточнить, но на решение по вашему делу это вряд ли повлияет. Ваши слова я подтверждаю целиком и полностью. И спасибо, сегодня во второй раз работать было проще.
Спок почти что бежал по коридорам, и спрашивать его на ходу Джим не хотел. Если бы вулканец решил, что его нужно ввести в курс дела, он бы это сделал. Скорее всего ему просто нужна молчаливая поддержка. Кстати, куда они направляются? К адмиралу Ойгену? Но зачем? Спок решил, что неправильно тянуть с правдой о команде Кхана? Или что-то другое?
– У вас еще какие-то жуткие новости с разоблачениями, командор Спок? – спросил Ойген вместо приветствия.
– Я не уверен, адмирал. Но я хотел бы получить доступ ко всем архивным данным по обстрелу заседания Штаба, – отчеканил Спок. – Мне нужно действительно все. Полный список присутствовавших, какое у них было оружие, кто где находился в какой момент, кто был ранен и из какого вида оружия. Если делались вскрытия и описания ранений, я тоже хотел бы на это взглянуть.
– Договаривайте до конца, командор. Что именно вы хотите проверить?
– Результаты ментального сканирования Кхана показали, что он стрелял только из фазерного ружья модификации ZZ4, то есть последней модификации. Выстрелы из этого оружия звучат несколько иначе, чем выстрелы из фазерного ружья модификации ZZ2, из которого отстреливался капитан Кирк, и иначе, чем выстрелы из фазерного пистолета модификации Z6. Z6 издает более тонкий и короткий звук. Я почти уверен, что слышал его во время обстрела, но стрелять из такого оружия по вертолету не логично. Если стреляли по своим, это могло отразиться в описании ранений. Дело еще и в том, что судя по показаниям Кхана, у Макуса могло быть и два сообщника. И из того, что Райель не имел других сообщников кроме Маркуса, не следует, что у Маркуса был только один сообщник. Это отношение не биективно по сути, поэтому…
– Отставить математику. Суть я уже уловил. Доступ ко всем протоколам вы получите, поддержку патологоанатомов тоже. И я очень надеюсь, что на этот раз тревога ложная.
*
То, что тревога не ложная, стало ясно уже через пару часов. Хоть видеопротоколы делали для галочки и ничего не анализируя, сделаны они были на совесть, и отличить по ним выстрел с расстояния в пару метров от выстрела из вертолета было возможно – но если именно задаться целью найти ответы на вопросы, из какого именно оружия стреляли и с какого расстояния. Сразу после нападения ни у кого таких вопросов не возникало. Да и от куда им было возникнуть, когда и так все предельно ясно?
Ранения от Z6 были у двоих. Алана Грона. И Кристофера Пайка. Во обоих случаях – смертельные.
Джим знал адмирала Грона лишь по имени, даже в лицо не узнал бы – его наверняка убили по какой-то другой причине. По какой-то другой, чем адмирала Пайка.
«Маркус хотел, чтобы все командование увидело, так сказать, живого террориста. Живую и вполне конкретную мишень. За которой кто-нибудь полетит на Кронос. Даже не получив официального разрешения на военную, по сути, операцию. Эта роль отводилась вам».
Он был идеален для этой роли. Со всем своим списком нарушений приказов, самовольных поступков… взлом теста, высылка с корабля, отстранение от должности, и… и единственное, что мешало – покровительство друга отца. Будь Кристофер Пайк жив, он бы не позволил ему лететь на Кронос с военной операцией. Тем более, с такими боеголовками. Более того, у него самого и мысли бы не возникло туда кинуться со всем экипажем. Не было бы слепого желания отомстить, но были бы мозги. Хотя бы «внешние» – адмирала Пайка.
Значит, Пайка убили из-за него. Просто чтобы удобнее было дергать за ниточки. А он и рад был стараться.
Видеозаписи нападения не сохранились. Пропали. Что и следовало ожидать.
*
Джим осторожно заглушил двигатель флаера – Спок так и не проснулся. Как сел на пассажирское сиденье, так и отключился, только ремень безопасности пристегнул.
Будить, чтобы подняться в общежитие? Там ему, конечно, спать будет удобнее, но…
Он послал сообщение Ухуре и отключил звук у коммуникатора. Лучше не будить, если вулканца просто вырубило после такого дня. Даже не верится, что все уже закончилось. Хотя он-то что? Он только и мог что быть моральной поддержкой. Если таковая Споку вообще требовалась.
Видеозаписи нападения пропали, но остались люди, которые наверняка что-то видели. Люди могли не понять, не заметить в хаосе обстрела что-то важное, но увидеть и запомнить – ментальное сканирование может высветить эти детали. Попытаться стоило, и адмирал Ойген дал Споку добро на проверку, благо на момент нападения в зале заседаний были не только адмиралы.
И результаты были однозначны – и в Кристофера Пайка, и в Алана Грона стрелял адмирал Ллой Кох.
========== 5. Капитан ==========
Джим опасался, что Кхан внезапно заартачится , когда нужно будет сделать видеозапись с обращением к команде, но все прошло гладко – запись сделали с первого раза, и командование не нашло к чему придраться.
Спокойный тон, никаких лишних движений – не похоже, чтобы он оставил команде какой-то закодированный сигнал.
«Если вы смотрите эту запись, значит Штаб Звездного Флота признал дело экипажа «Атланта» сфабрикованным и реабилитировал всех членов команды.
Я бы многое дал, чтобы все восемьдесят три из вас были реабилитированы при жизни, но теперь уже ничего не изменить.
Я не пытаюсь оправдаться в том, что выжили не все. Я не пытаюсь оправдаться в том, что делал. Но я прошу вас не оспаривать решение трибунала надо мной. Подчинитесь решению Штаба Звездного Флота, каким бы оно ни было. И если вы все еще считаете меня своим капитаном, считайте это приказом.»
Через несколько дней командование разрешило открыть криокапсулы, и теперь уже нервничал Маккой: вдруг он что-то не заметит в действиях Кхана и не сможет потом правильно открыть оставшиеся?
Каждую из восьми криокапсул, найденных на корабле Райеля, поместили в отдельный отсек. Кхан открывал их медленно, поясняя каждое свое действие, и соглашался уйти из помещения только когда убеждался, что разморозка проходит успешно. Восемь капсул. Меньше двух часов.
– Вы ведь собираетесь их использовать, – произнес Кхан утвердительным тоном, когда они закончили с последней капсулой.
Джим растерялся. Выходит, Кхан так и не поверил обещаниям? Но тогда обращение точно закодированное и…
– Капитан, не стойте как во сне. Вы же собираетесь использовать эти капсулы повторно. В таком случае, мне следует показать вам, как нужно обходить возможные мелкие неполадки при их использовании. Я открывал все запоры осторожно и в необходимой последовательности. Если ошибиться или если рука соскочит к крепления, продолжать нужно определенным образом. Это лучше объяснять на пустых криокапсулах. И будет надежнее, если ваши люди потренируются при мне.
Джим облегченно выдохнул.
– Точно. Как только я сам не сообразил попросить вас об этом.
– Понятия не имею. В любом случае, тренировка тут необходима. Аппаратура не настолько легка в обращении, как мне бы этого хотелось.
*
2260 год, восемь месяцев до экспедиции
– Дело не в том, что Штаб решил что-то не выполнить. Просто… там все оказалось сложнее, чем ожидалось. И я не знаю, с чего начать.
– Начните с главного: моих людей реабилитировали и отпустят?
– По старому делу реабилитировали всю команду. Командование согласно отпустить ваших людей.
– Согласно. Но не отпустило. Почему?
– Можно сказать, что отпустило. Кхан, дело не в ваших людях, а в вас. Вас должны отправить на закрытую базу для исследования свойств вашей крови. Кстати, кровь членов вашей команды подобными свойствами не обладает. Кроме того, командование ЗФ заинтересовано в том, чтобы вы продолжили технические разработки – вам предоставят всю требуемую информацию, более того, с учетом ваших возможностей и раз вы сами согласились предоставить ваши разработки, всеми проектами будете руководить именно вы. Но ваши контакты с внешним миром будут предельно ограничены. Командование настаивает на форсировании исследований свойств крови. От любых других проектов вы имеете право отказаться, объяснив причины отказа. Проблема была в том, что командование хотело бы оставить ваших людей в рядах Звездного Флота. Ваша команда отказалась и…
– Ваше командование обещало их отпустить безо всяких условий.
– Никто и не отказывается от своих слов. Но ваши люди поставили ультиматум – они остаются в Звездном Флоте, только если их всех вместе направят на ту же базу, что и вас. Чтобы они могли быть уверены, что с вами все в порядке. В таком случае они готовы повторно принести присягу.
Кхан выглядел удивленным, и Джим был уверен – это не игра. Кхан действительно не ожидал этого поступка от своих людей.
– Командование решило рискнуть. И если кто-то из ваших людей захочет перейти в другое место, просьбу удовлетворят. Но третьего шанса точно не будет. Если что-то пойдет не так, будут приниматься очень жесткие меры, вплоть до уничтожения.
Кхан скептически усмехнулся:
– То есть, командование согласилось отправить все восемь человек на ту же базу?
– Командование согласилось. Учитывая отчет командора Спока о результатах ментального сканирования. Ну и учитывая остальные… смягчающие обстоятельства. Именно поэтому заседание было таким долгим. Но, Кхан, я не знаю как вам это сказать. На базу направят все восемьдесят человек. Прежде всего, мне очень жаль, что с самого начала мне пришлось играть словами и не говорить вам всей правды. Это было решением Штаба. Пожалуй, единственным решением, с которым я не согласен и которое считаю бессмысленным.
Кхан замер.
– Кхан, я понимаю, что начало было по-настоящему паршивое. Но я действительно не мог сказать вам всей правды. И командор Спок не мог, хотя тоже считал это неверным. Но во всем остальном я был с вами честен. И командование Звездного Флота тоже.
– Торпеды были пустые? – спросил Кхан севшим голосом.
– Да. Криокапсулы остались на «Энтерпрайз» и…
– Кирк. Просто уйдите. Основное вы сказали, а продолжать разговор я не имею ни малейшего желания.
*
2260 год, две недели до экспедиции
Несколько месяцев промелькнули так, словно их и не было, хотя каждый день тянулся вечностью. На «Энтерпрайз» все было иначе. Даже если ничего не происходило, вокруг был космос и все было другим. А тут – словно снова вернулся в прошлое, где еще не было ни новых миров, ни космоса, ни всего того, что было для Джима настоящей жизнью.
«Энтерпрайз» уже давно полностью починили, но экспедицию одобрили только вчера. Но такого стоило и подождать! Пять лет. Пять лет на «Энтерпрайз» – исследование дальнего космоса! Ну что может быть лучше?! Это же максимум!
Скотти перебрался на корабль уже через несколько часов, и Джим его понимал – не соскучиться по «Энтерпрайз» было невозможно. Любовь с первого взгляда – так он даже по девчонкам голову не терял.
Пребывание на Земле – это временная передышка, пустота между экспедициями. И страх, что новой экспедиции не будет. До того момента, когда Пайк сказал ему об отстранении от должности, Джим и не думал на эту тему. Космос – это навсегда, кто ж его отнимет? А тогда весь мир рухнул в одночасье.
И было еще одно, о чем Джим не хотел говорить ни с кем, кроме Спока. Впрочем, с другом можно было просто помолчать, все уже и так сказано. Спок мог в двух словах пересказать основные моменты из заседания Штаба, где обсуждали полет на Кронос. Основные моменты – мог. А вот главное – нет. Джим далеко не сразу понял, что для вулканца было важно поделиться с ним не только сухими фактами. Спок открылся почти что полностью – не пытаясь скрыть, что внутри него эмоций «неприлично много для вулканца», полная гамма. Даже ненависть, страх, отчаянье – и те есть.
Джим не был уверен, стоит ли заводить разговор о тех воспоминаниях. Может, и так все ясно? Спок знает, что он знает – а это ли не цель? Полезешь со словами и вдруг только разрушишь то самое, о чем говорил старый Спок – доверие и дружбу? Вломишься, как слон в посудную лавку, а потом будешь жалеть, что не заткнулся вовремя. Но об одном он все же решил сказать – может, вулканцу это уже и не очень важно, зато это важно ему самому.
Начать разговор было трудно, он все время был некстати , но откладывать это на абстрактное «потом» было бы неправильно. Уж лучше с места в карьер и на ходу, но когда можно поговорить без лишних собеседников. Да и чем не повод – командование только что обсуждало результаты проверок на базе ЭБ17, полгода – самое время подводить первые итоги. На долгой технической части он едва не уснул. Вернее, почти уснул бы, не наступи ему Спок под столом на ногу. Джим мог поспорить, что самому вулканцу этот отчет был интересен, тот даже что-то скопировал себе на планшет:
– Доктору Маккою будет любопытно на это взглянуть. Впрочем, я и сам не отказался бы от более полной версии.
Джим кивнул, и пошел следом за другом к выходу из зала. Волновало его совершенно другое. Единственное, к чему командование могло бы придраться, но на что решили закрыть глаза, бывший экипаж «Атланта» упорно продолжал называть Кхана капитаном. В остальном, за все это время на базе не было никаких происшествий – Кхан держал слово. Но если он летал и летал не раз – как это, знать, что навсегда остался на Земле, на закрытой базе, и никогда больше ничего настоящего не будет? И сколько продлится эта «мирная идиллия»? И что будет потом? И как бы он сам повел себя в этой ситуации?
– Спок, я не знаю наверняка, как поступил бы на месте Кхана. Тогда и сейчас. Тоже – не знаю. Адмирал Пайк был прав – он был уверен, что никогда не ошибется, но это не так, а ошибка капитана может стоить жизни всей команде, а если жизнь подсовывает «Кобаяси Мару», можно верить или не верить в ситуацию, в которой нельзя победить, но взломать код реальности невозможно. И ты прав, глупо было жульничать на том тесте.
Он думал, что Спок либо удивиться внезапному откровению или молча кивнет, сделав вид, что так и надо. Лучше бы второе… Но вулканец опять отреагировал неожиданно для Джима:
– Глупо. Понять и принять свой страх необходимо, чтобы суметь потом с ним справиться. Но мне кажется, что ты ошибся не во всем. Ответственности за всю свою команду и признание собственного страха – все это вовсе не исключает неверия в ситуации, в которых победить невозможно. Пока есть надежда на победу – можно идти вперед, а когда ее нет, остается лишь сдаться. А это не всегда… разумно.
Джим согласно кивнул. Хорошо, что выговорился – стало легче. Но легче стало лишь до того момента, как кинул взгляд на коммуникатор. Сообщение от службы безопасности ЗФ.
«Вам послано сообщение с базы ЭБ17. Сообщение пропущено как не имеющее опасного содержания. Если вы получили это сообщение по ошибке, уведомите об этом службу безопасности Звездного Флота.
Капитан Джеймс Т. Кирк,
мне нужно с вами встретится.
Вы знаете, где меня найти.
Н.С.К.»
Кхану нужна встреча? Зачем? Решил пересмотреть условия? Скорее всего. Но командование вряд ли пойдет навстречу. По крайней мере, не сейчас. Они и так думают, что позволили Кхану почти невозможное.
Отказаться от встречи? Глупо. Это будет выглядеть, словно он струсил. Или что выполнил работу и больше не хочет тратить время на «эксперимент». Не известно, что хуже. Да и не честно это по отношению к Кхану. Сейчас – не честно. А значит, придется ехать на эту чертову базу. Добираться туда – дело пары часов, если выехать прямо сейчас, к вечеру можно вернуться. Вряд ли разговор будет долгим.
Уже садясь во флайер, Джим подумал, что есть в этой поездке и свои плюсы – будет повод собраться с духом и извиниться за свое поведение на Кроносе. Да, все факты тогда говорили против Кхана, а Кристофер Пайк заменил ему отца, но все равно вышло некрасиво. С учетом результатов расследования – некрасиво вдвойне. Джим невольно вспомнил насмешливо-осуждающие интонации Кхана – «Капитан…» – и настроение испортилось окончательно.
Снаружи база выглядела непримечательно. Просто какой-то комплекс зданий за забором. Так может выглядеть любая лаборатория, ничего особенного, только что у въезда стоит охрана. И только если приглядеться, заметишь и приборы, создающие силовое поле вокруг. Снаружи не без допуска не проникнешь. А изнутри? Тем более, со способностями генномодифицированных людей? Вряд ли бы все это остановило Кхана, если бы он захотел уйти. Нелепая какая-то полумера – не столько ради безопасности, сколько ради призрачного ее ощущения.
Внутри все тоже походило на обычную лабораторию – по крайней мере, Джим представлял себе обычные лаборатории именно так. Споку, наверное, было бы интересно. И Кэрол. Наверное.
Охранник куда-то позвонил, бросил короткое «у вас посетитель – капитан Джеймс Кирк к Нуньен Сингх Кхану» и чуть извиняющеся улыбнулся:
– Вам лучше подождать здесь, капитан. Они кого-нибудь пришлют. Поскольку вы не с официальной проверкой, лучше так.
– Хорошо.
Какая разница, он же все равно не собирался бродить по всему комплексу. Пусть встречают.
Провожатый явился через пару минут.
– Аштон Нэн, к вашим услугам, капитан. Я провожу вас к капитану Кхану.
Джим невольно улыбнулся – девушка была хороша. Немного напоминала Ухуру, но была чуть выше и чуть смуглее. С такой бы в баре познакомится… Хотя Кэрол бы это не понравилось, а Спок с Ухурой ее бы поддержали. Да и Боунс тоже. Ладно, все равно сейчас не до знакомств. Ухура при их первой встрече была по сравнению с этой Аштон просто самим воплощением желания пофлиртовать, а эта – совсем волком смотрит, хоть и улыбается вежливо, и по дороге не проронила ни слова.
Короткий стук в дверь без таблички, короткое «Войдите».
– Капитан, к вам капитан Джеймс Кирк.
– Спасибо, Аштон.
Девушка посторонилась, пропуская Джима внутрь.
Кабинет был светлый, но какой-то пустой, словно его занимал не живой человек, а андроид устаревшей модели. Только то, что нужно для работы, никаких личных вещей. Даже мостик «Энтерпрайз» за пару месяцев обрастал приметами того, что на корабле живые люди, а тут полгода прошло.
Кхан стоял спиной к окну.
– Приветствую. Вы быстро приехали, капитан.
– Здравствуйте. Не вижу смысла откладывать разговор – через две недели «Энтерпрайз» отправляется в экспедицию.
– На пять лет, я в курсе. Эта информация была в открытом доступе. Собственно, поэтому я и решил с вами поговорить. Что вы скажете о последних отчетах с этой базы?
– В смысле?
– В прямом. Насколько я знаю, ваш первый офицер запросил более подробную версию.
Ну не сознаваться же, что едва не уснул во время доклада и не слишком слушал, о чем там была речь!
– Я ее не читал.
Кхан удивленно вскинул брови, взгляд го на какое-то мгновение стал ледяным:
– Вы ничего не поняли из отчета или не уполномочены развивать эту тему?
Вот ведь зараза…
Джим сплел руки на груди и с вызовом ответил:
– Я не слушал техническую часть. Меня интересует не теория, а практика. Теория – по части моего офицера по науке.
– Вы неподражаемы, капитан. Что ж, в таком случае я полагаю, что эту часть проспали не только вы, – он чуть нахмурился, – возможно, это к лучшему.
– Если бы вы сказали, что это существенно для нашего разговора, я бы ознакомился с отчетом.
– Я полагал, что вы сумеете связать очевидные факты воедино. Что ж, попробую на пальцах. В отчетах одним из пунктов указана динамика свойств моей крови.
Джим уныло кивнул. На этой тоске про фазы луны он и стал придремывать во время заседания.
– Свойства слабеют с среднем на семнадцать процентов, если сравнивать результаты свежего забора и кровь, полежавшую в холодильнике более шести часов.Так же есть зависимость от фаз луны – там разброс процентов в десять. Но это все лирика. Самое важное – в другом. Если сравнивать текущие образцы с тем, что было до моего отлета на Кронос – образцы сохранились на базе Маркуса – динамика отрицательная. Разница, как минимум, в двадцать пять процентов. Динамика за последние шесть месяцев тоже отрицательная, но слабая – процентов пять, не больше. Утаивать эти факты я не собираюсь. И, как говорится, не для протокола, потому что никаких доказательств этих моих слов у меня нет, но цифры я помню хорошо: разница процентов пятьдесят если сравнивать новые образцы с образцами того периода, когда Маркус только вывел меня из криосна и я решил проанализировать свойства своей крови.
Кхан сделал короткую паузу, и продолжил:
– Это означает, что вполне вероятно, что определенные свойства моей крови через несколько лет окончательно исчезнут, и чем больше сейчас будет сделано заготовок для опытов, тем лучше. Я это признаю. У меня есть свои соображения, что именно было толчком для изменений – своеобразная защитная реакция организма, но все это лишь пустые слова.
До и после «отлета на Кронос». Когда Кхан сдался, Боунс взял образцы крови, но очень мало. Их не оставалось. Зато оставалась та кровь, которую взяли уже после крушения «Возмездия». Конечно, можно списать на перегрузки и регенерацию после повреждений, но скорее всего дело во взорванных торпедах. А предыдущий скачок – когда Маркус убил троих из команды. Это очевидно.
– Понятно.
– В таком случае вам должно быть понятно, что через несколько лет проект потеряет для Звездного Флота всякий смысл. Не сомневаюсь, что либо ваше командование по-прежнему захочет использовать мои способности – на этот раз технические, либо решит начать опыты иного толка. Но общий расклад изменится в любом случае.
Голос у Кхана спокойный, интонации – словно о погоде из вежливости беседует. Только заостренных ушей не хватает, а так – можно и за вулканца принять. «Опыты иного толка» – Спок тоже мог бы так завернуть. Но ведь Кхан ошибается? Командование никогда не пойдет на что-то, нарушающее права человека. Или… Нет. Просто Кхан меряет всех по Маркусу и таким же тварям. Просто…
– Так вот, капитан, я хотел бы иметь возможность вывести из-под удара свою команду, если вашему командованию придет в голову что-то странное. Проще всего было бы настоять, чтобы мои люди не были приписаны к этой базе, но не принять их попытку помощи я не мог – это было бы для них оскорблением. Мне нужен другой выход. Я его пока для общего не нашел. Только для частного. Нейт Дуглас. Я хочу, чтобы вы взяли его на «Энтерпрайз».
– На «Энтерпрайз»?
– Через две недели вы улетаете в экспедицию на пять лет. Забыли, капитан?
– Нет, но…
– Вы против? – взгляд Кхана снова стал жестким.
– Нет. Не знаю. И в любом случае решать это не мне. Не потому, что команда корабля уже утврждена, а потому что…
– Потому что Нейт – из команды «Атланта». Именно поэтому я не отправил запрос на адрес командования, а написал вам. Кроме того, запрос на адрес командования должен исходить от самого Нейта. Он на это не пойдет – как и любой из команды. Они приняли решение и от него не отступятся, поэтому действовать должен я. Ваши инженеры уже нашли с ним общий язык, а аргументация, что успешная работа Дугласа на корабле уровня «Энтерпрайз» благоприятно повлияет на отношение к моей команде, не является ложью. Это, действительно, повлияет. И, возможно, поможет им в дальнейшем. Но прежде всего это важно для самого Нейта. Он младше остальных и мало что видел до криозаморозки. При этом он видел «Энтерпрайз», причем видел его в деле. Вам это сложно представить, но за три века техника сильно изменилась – для него огромный корабль, зависший на орбите Земли, был едва ли не чудом из чудес. И он очень хотел бы попасть в экипаж этого корабля, но он никогда об этом не попросит. Поэтому за члена своей команды прошу я.
Спок решит, что я рехнулся. Боунс будет ныть, что пять лет и без того каторга, а в усложнившихся условиях – вообще ужас полный. Зато Скотти поддержит. И Чехов. Ну, хоть так. Кхан прав, у мальчишки должен быть еще один шанс – настоящий, а не… такой, как на этой базе.
– Я не могу ничего обещать, Кхан. Но я попытаюсь.
О том, что следовало бы поговорить об адмирале Пайке и о случившемся на Кроносе, Джим вспомнил уже только на обратном пути.
*
База ЭБ17. 2260 год, два дня до экспедиции
Джим продумал целую речь, чтобы убедить Спока в правильности своего решения, но убеждать не пришлось. Вулканец ненадолго задумался, а потом сказал:
– Не торопись с запросом. Лучше, если его сначала проглядят Скотт, Чехов и я. Возможно, нам придут в голову какие-то дополнительные аргументы. И Скотт, и Чехов были бы рады видеть этого мальчишку в нашей команде. Мне он тоже кажется вполне разумным. Поэтому лучше сначала все продумать, а только потом действовать.
Спок был прав, и в результате командование Звездного Флота одобрило запрос гораздо легче, чем можно было бы надеяться. Дело оставалось за малым – съездить на базу ЭБ17, сообщить все Кхану и забрать нового члена экипажа.
Провожала его к кабинету Кхана все та же Аштон, только на этот раз она смотрела не просто настороженно, но с явной неприязнью. Что-то изменилось? Но командование ничего не сообщало. Хотя, может у этой девушки так хорошее настроение проявляется. Или критические для всех окружающих дни.
– Приветствую. Что ответило командование? – произнес Кхан, стоило двери за спиной Джима закрыться.
– Здравствуйте. Командование дало добро, – Джим улыбнулся и добавил: – Не в последнюю очередь благодаря характеристикам от командора Спока и инженеров Скотта и Чехова.
– Прекрасно. Не ожидал этого от вашего вулканца, – Кхан, действительно, выглядел удивленным. – Что ж, значит Нейту будет у вас чуть проще, чем я думал. Полагаю, вы планировали уехать отсюда уже вместе с ним?
– Пропуск для него у меня есть. Если Дугласу нужно время, Чехов может заехать завтра во второй половине дня.
– Не стоит тянуть, – он включил громкую связь: ¬– Говорит Кхан. Прошу всех собраться в главном зале через пятнадцать минут. Спасибо.
Он отключил коммуникатор и повернулся к Джиму:
– Теперь пара слов о Нейте. То, что вам необходимо знать о новом члене вашего экипажа. Он младший из всей моей команды, на момент криозаморозки ему было семнадцать лет. По физической силе он даст фору любому из экипажа «Энтерпрайз», да и по уровню интеллекта тоже, но при всем этом он почти ребенок. Постарайтесь об этом не забывать. Во многих ситуациях он сможет сделать гораздо больше, чем средний член вашего экипажа, но и поддержка ему будет требоваться гораздо сильнее. Особенно, если что-то пойдет не так. Особенно, если он в чем-то ошибется. Ошибаются все, особенно когда не хватает опыта, но Дуглас может воспринять какую-то свою ошибку слишком остро. Проследите, чтобы это не стало для него фатальным.
Джим нахмурился – выходит, Кхан подложил ему бомбу с часовым механизмом?! Но зачем тогда предупреждать об этом? Одно с другим не стыкуется совершенно.
– Я не имею ввиду фатальным для корабля, капитан. Фатальным для самого Нейта. Вы, совершив ошибку, ищет другие пути решения – потому что не хотите верить в невозможность победы. Именно этого ему и не хватает. Он плохо умеет принимать ситуацию, в которой очевидна ошибочность прошлых действий, и идти вперед, – Кхан криво усмехнулся. – Он мыслит иначе, чем вы. И иначе, чем я. Не знаю, что бы стали делать вы на моем месте, когда узнали, что семьдесят две торпеды взорваны. Нейт запустил бы программу самоликвидации «Возмездия», предварительно убедившись, что на корабле никого кроме него уже нет. Впрочем, он и не попал бы в ту ситуацию. Он бы застрелился где-то на полгода раньше. Так, чтобы организм не смог регенерировать.
Джим медленно выдохнул. Да, такое лучше знать заранее. Особенно когда берешь в экипаж подростка. Черт, а ведь он вообще ни о чем подобном не думал, когда стал капитаном «Энтерпрайз». Чехову семнадцать лет? Прекрасно. Замечательный возраст – самое то исследовать новые миры, сам бы в эти годы в полном восторге был. Собственно, об этом Пайк и говорил – в капитанское кресло ему было еще рано садиться. Он думал об экспедиции и – к чему душой кривить – о захватывающих приключениях. Тогда, два года назад, думал именно об этом.
– Спасибо, что предупредили, Кхан. Постараюсь учесть. И да, я тоже не знаю, что я делал бы на вашем месте. Но я знаю, что я делал не так на своем месте. Тогда, на Кроносе. Это было… недостойно. И когда я с вами после кроизаморозки разговаривал – тоже. Да, я был в бешенстве от того, что кто-то посмел убить адмирала Пайка, но…. Он был другом моего отца, он заменил мне отца. Если бы не Кристофер Пайк я бы никогда не стал поступать в Академию. Я вообще не представляю, во что бы я превратился в результате.
– Сожалею. Я надеялся, что число жертв будет минимально.
– Командора Спока кое-что удивило в ваших воспоминаниях, и….
– Но мои слова он в протоколе подтвердил.
– Командор Спок не мог соотнести то, что вы помнили о своем оружии, и то, что он сам помнил о звуках выстрелов. Это нужно было проверить. Фазерного пистолета модификации Z6 у вас не было, но адмиралов Пайка и Грона убили именно из этого оружия. В обоих стрелял адмирал Кох. Вы были правы, у Маркуса было два сообщника.
– Понятно, – ответил Кхан нейтральным тоном.
– Мои извинения.
Кхан усмехнулся, но все-таки кивнул.
Наверное, следовало протянуть Кхану руку. Но вдруг он не ответил бы? Дурацкая вышла бы ситуация. Проще просто улыбнуться.
– Пора идти в главный зал, капитан. Все уже собрались.
Разумом Джим понимал, что ничего не случится. Он даже не наблюдатель, он просто решил задержаться ЭБ17 еще ненадолго. Кхан сделает короткое объявление, потом нужно дождаться, когда Дуглас соберет вещи – и все. Люди Кхана подчеркнуто-вежливы, но в этой вежливости нет и тени дружелюбия, и находиться рядом с ними неуютно.
– Как вы уже знаете, через два дня стартует новая экспедиция «Энтерпрайз». Поскольку мы с капитаном Кирком нашли общий язык во время предыдущих переговоров, я обратился к нему с просьбой расширить свой экипаж за счет одного человека из команды «Атланта». Я считаю, что это уникальный шанс для нашей команды показать наши возможности и реабилитироваться не только на бумаге. Кандидатура была для меня очевидна – лейтенант Дуглас уже знаком с экипажем «Энтерпрайз». Запрос капитана Кирка был одобрен командованием. Полагаю, лейтенант Дуглас не имеет ничего против этого назначения.
Мальчишка обрадовался – это было видно сразу. Он отвечал Кхану что-то восторженно-пафосное, а Джим смотрел на реакцию остальных людей Кхана – они словно расслабились, и враждебного настроя Джим больше не ощущал.
– Лейтенант Дуглас, у вас полчаса на сборы. Буду ждать вас в своем кабинете.
