Текст книги "Кислотная зелень (СИ)"
Автор книги: chromewitch
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)
Она открыла дверь, одетая в то же платье с милым передничком, в котором Джаспер встретил ее впервые. Ее руки и ступни были испачканы в земле, на одежде темнели бурые пятна. По стенам ее квартиры вились лианы, пол оказался заставлен горшками и деревянными клумбами с почвой. Жилище фейри щерилось за ее спиной – тысячей листьев и цветочных бутонов, обернувшихся ко входу, как только дверь открылась.
– Ты... тот вампир под окном? – вспомнила девушка. Потом окинула его взглядом. – И здорово ж тебя жизнь потрепала...
– Слушай, я был неправ, – с ходу начал Джаспер, удерживая дверь, чтобы фейри ее не захлопнула, – ты потрясающая провидица и попала в точку. Меня и вправду чуть не сожрали, и теперь мне очень, очень, охренеть как нужен повторный сеанс предсказания.
Говоря так, Джаспер оттеснил фейри от входа, вошел сам и собирался закрыть дверь за собой, но фейри оказалась не промах – возмущенно и не без помощи растений, зашелестевших на Джаспера листьями, она вытолкала его обратно и встала в дверном проеме, уперев руки в бока.
– Естественно, я потрясающая провидица, – кивнула она, – но ты, упырь, меня, помнится, послал куда подальше. И главное – где деньги, мертвячок, где деньги?
– Денег нет.
Дверь начала закрываться, но Джаспер втиснулся между створкой и косяком.
– Но я все отдам! Стилет меня знает, да все в Бухте меня знают, все верну, все заплачу, но, правда, это вопрос жизни и смерти!
Фейри поморщилась, разглядывая Джаспера так и эдак, но все-таки вздохнула и отпустила дверь.
– Что хочешь узнать?
– Где сейчас... то самое «оно», что чуть меня не сожрало.
– Матч-реванш? – фейри заинтересованно склонила голову набок.
– Вроде того.
– Это сложнее обычного предсказания, – фейри почесала затылок, с которого посыпалась древесная труха. – Начнем по накатанной, взглянем на твое ближайшее будущее? Может, твой монстр сам тебя найдет.
– Как тебе будет удобнее, – благодарно закивал Джаспер. – Рука... Оно мне руку отгрызло, так что...
Фейри кивнула в ответ и обхватила ладонями его плечо на стыке человеческой плоти и протеза. Как и в прошлый раз, ее кожа похолодела и сеанс закончился очень быстро – и снова фейри отшатнулась, но... Она уже не размахивала руками и ничего не говорила. Ее внезапно затравленный взгляд метнулся по сторонам, но уже через секунду девчонка злобно зашипела и твердым быстрым шагом направилась в комнату.
– Ну уж нет! – воскликнула она с яростью. – Ну уж нет, подонки, не сегодня! Да где он?!..
Из комнаты в прихожую прилетел горшок с цветком, следом отправились какие-то тряпки, потом банка с заспиртованной печенью, а потом вновь показалась и сама фейри.
В руках она держала дробовик, и Джаспер поспешил отпрыгнуть обратно за дверь, в общий коридор.
– Эй-эй, что случилось?
Фейри маленьким черным ураганом пролетела мимо него и встала сбоку от лифта, широко расставив ноги и сложив крылья за спиной. Створки лифта разъехались в стороны, и фейри моментально выстрелила – оглушительно, но не громче ее собственного ора:
– ПОДХОДИ, СУКИНЫ ДЕТИ! Я ВИЖУ БУДУЩЕЕ!
Так это были, очевидно, враги. И, судя по тому, что фейри видела его будущее, то враги, в первую очередь, Джаспера... И еще двое появились с черной лестницы. Джаспер метнулся туда, игнорируя нацеленные на него пистолеты. Он успел перехватить руку первого нападавшего, и человеческая кость хрустнула под роботизированными пальцами, пистолет вывалился. Второго Джаспер пнул от души – тело впечаталось в стену, и изо рта человека полилась кровь. Джаспер не берег и не рассчитывал силы, и черт его знает, во что превратились внутренности противника.
Фейри у лифта с победным кличем опустила приклад дробовика на голову лежащего на полу, поверженного врага – как копьем ударила, превратив и без того покореженную морду в месиво.
– СУКИ! – не сбавив оборотов, прокричала она, выпрямляясь и пиная уже труп крохотной ступней. – ДУМАЛИ И МЕНЯ УБИТЬ ЗА КОМПАНИЮ С ЭТИМ ПРИДУРОКОМ?! ЧТО НАМ СДЕЛАЕТ ДЕВЧОНКА САДОВНИЦА, ДА, ДА?!!
Она вдохнула и выдохнула несколько раз, пнула труп снова и прошипела напоследок:
– Смешно тебе было, кретин вонючий?
Ох, ладно, прикинул Джаспер. Ребята явились за ним и заодно пристрелили фейри – в ее же видении будущего...
Здесь назревал какой-то пространственно-временной парадокс, поэтому Джаспер поспешил вернуться к насущному, а именно, схватить за шиворот еще живого нападавшего – того, который, со сломанной рукой, как раз пытался убежать.
– Не стреляй в меня, – поспешно сказал Джаспер все еще злой фейри, выставив перед собой раненого мужика как щит. – Я сам ничего не знал, ты же видела! И сейчас, в общем-то, не знаю.
– Говнюки явились за тобой, – фейри подтвердила его догадки. – Вот твое дебильное ближайшее будущее.
Она тяжело задышала, обводя взглядом мертвые тела и еще живое. Словно опомнившись, широко распахнула глаза и пробурчала недовольно:
– Спасибо, выходит. А то они меня как бы убили...
– Оставим магию на потом, – сказал Джаспер. – Давай что-нибудь земное, у меня тут один живой.
Фейри понятливо кивнула и ударила заложника в нос прикладом. Его тело, и без того желейное, окончательно обмякло, и Джаспер с досадой разжал руки.
– Ты его вырубила.
– Я его сейчас убью, – поправила фейри и зашла в квартиру.
Спустя пару секунд она уже вернулась, опустилась на корточки рядом с телом и знакомым движением, как тогда в подворотне, всадила в его грудь длинный нож. Все еще сердито сопя, фейри распорола его грудь и живот и погрузила тонкие руки в требуху.
На кишках и селезенке, на печени и почках, на размазанном дерьме и крови, прямо в общем коридоре, рядом с дверями соседей, фейри нагадала ему будущее, рассказала прошлое. Места, друзей, врагов, любовь. Жизнь и смерть.
Все складывалось хуже, чем Джаспер предполагал. Нападавшие оказались наркоторговцами – теми самыми, которых Джаспер пил, даже не задумываясь над последствиями. Или, точнее, ожидая этих самых последствий – ведь что могли сделать ему смертные?..
Как оказалось, очень много.
Это их он вчера видел под окнами отеля, и на их машину он приземлился. Сучата проследили его – как раз от мусорных баков у этого дома, где он так мило поболтал с фейри и оставил двух их подельников валяться на асфальте. Даже ломились в дверь, когда он спал, но Джаспер жил в неплохом доме, с охраной, и угроза вызвать полицию остановила их от взлома. Они собирались взять его утром у отеля или в отеле, надеясь, что близость солнца ему помешает.
Угроза собственному существованию мало беспокоила Джаспера, но Валенсия... Вчера он сбежал, а Валенсия осталась в номере. Она могла за себя постоять, безусловно, но слова фейри в экстатическом трансе оказались безжалостны – наемники картеля схватили ее под утро, уже в человеческом облике. Посчитали подружкой, у которой что-то не заладилось с таким прытким вампиром, косящим их людей направо и налево.
Единственная хорошая новость заключалась в том, что они ее не убили. По крайней мере, не убили вчера.
– То есть... – пробормотал Джаспер. – Они... они не знают, кто она. Думают, что я за ней прибегу?
– И ты прибежишь, – фейри, как пьяная, откинула назад голову, покачиваясь и говоря медленно, нараспев. – Ты прибежишь и умрешь, оживешь и умрешь снова. Кровь разольется рекой, и стадо пауков будет пировать на останках...
Конечно, подумал Джаспер. Конечно, он прибежит. Иначе и быть не может. И никакие там реки крови и стада пауков – причем тут пауки? – его не остановят.
– То есть это судьба, да? – спросил Джаспер безжизненно. Напоследок.
Он не хотел знать, получится ли у него. Фейри назвала место, и это главное. Она, все еще в трансе, не ответила на его вопрос про судьбу. Только вперилась взглядом в его удаляющуюся спину.
***
И вот так, после двадцати с лишним лет нежизни, Джаспер начал понимать своего покойного Сира – тот тоже примчался в клуб, не думая о последствиях, с одной только целью забрать свое. Да, им двигало собственничество и обида, тогда как Джаспера гнала вперед любовь и страх ее потерять, но все-таки... Слепая злость. Фатализм. Плевать, что скоро восход, плевать, что его попробуют остановить. Станет ли он таким же, как Сир? Будет ли считать, что все должны преклониться перед старой кровью и немедленно отдать ему все, на что он укажет? Пожалуй, нет, если рядом будет Валенсия, способная оторвать ему голову при первых попытках слишком высоко задирать нос.
...Но он все-таки зарвался. Уже зарвался. Это надо было признать. Чуть больше осторожности – и его возлюбленная бы не пострадала.
Джаспер не хотел думать, что будет, если она уже мертва. Он с трудом вернулся из слепой злости в зрячую и не собирался съезжать с катушек, повторяя судьбу Сира.
Поэтому нет, он не вломился в двери припортового склада, где представители картеля принимали и фасовали товар. Не стал орать, требовать и обещать кары небесные. Не добился того, чтобы его расстреляли в упор.
Вместо этого он тенями пробрался вдоль стен и влез на крышу, откуда печально обозревали окрестности два парня с винтовками. Скорость, тишина и холодная, холодная ярость позволили ему остаться незамеченным – парни не успели даже вскрикнуть, не то что выстрелить. В передатчик одного из них он сказал дежурное «все чисто». Голос по ту сторону ответил, что должен бы появиться уже этот упырь с протезами – мол, команда, посланная к фейри, не отвечает, а значит, стоит ждать гостей. Упырь с протезами предложил ему подняться и посмотреть самому, на миг отвлекшись от горла второго стрелка.
На удивление, тот послушался – вышел в компании еще одного, неспешно, вразвалочку, будто бы совсем не боясь Джаспера. В другой раз Джаспер добился бы того, чтоб эти двое обоссались от страха, но не сейчас.
Холод, холод, холод... Он должен мыслить трезво.
Поэтому да, его действительно не расстреляли в упор. Он убил еще двоих быстро и тихо – и вот уже потом его расстреляли. В спину.
Как оказалось, картель не обошелся сторожами на крыше – несколько человек шныряли по порту, высматривая Джаспера. Как раз вернулись к контрольной точке, когда он вырывал железными пальцами кадык их товарищу.
Полсотни пуль его не убили, как и Сира.
Но затормозили достаточно – как и Сира.
Его не оставили на земле до восхода, впрочем. Не сделали из него гигантского огненного слизня. Наоборот, занесли на склад. Сказали что-то про лейтенанта, который появится завтра. Он, мол, сам должен разобраться – то ли доставить Джаспера наркобарону, то ли убить красочно, живописно, в назидание другим трупоедам, возомнившим себя героями. Джаспер рассмеялся бы – не был он никаким героем, просто искал, как бы пожрать без вмешательства копов – но недавно выпитая кровь шла горлом, вверх, заставляла захлебываться и бесконечно харкать.
А потом наступило утро.
Джаспером овладел привычный ступор – последствие ранений и выкатившего на небосвод солнца – так что проснулся он не сразу, хоть и пытался, честно пытался держаться на плаву, побороть дрему, перестроить внутренние часы. От Сети его, конечно, отрубили, но интерфейс линз все еще показывал время и дату. Выходило, сейчас два часа дня, до заката осенью в Бухте – еще часа четыре минимум, а скорее, все пять. Самое поганое время, удивительно, что он вообще смог...
Чья-то ладонь с силой хлестнула его по щеке. Судя по тому, как болело все лицо – уже не в первый раз.
– Ты только глаза открыл, ну! – Валенсия потрясла его за шиворот. – Не вздумай обратно закрывать, придурок!
Как бы паршивы ни были обстоятельства, Джаспер не мог не обрадоваться. Нет, круче того, он мгновенно повеселел, почувствовал себя счастливым и восторженным щенком. Валенсия не просто выжила – она сидела на нем и держала его за шею. Почти как объятия, ничего не стоит сменить позицию. Именно это Джаспер и сделал – скользнул ладонями по ее бедрам, потом по спине, и крепко прижал к себе уже всю Валенсию.
И правда живую.
Материальную.
Ну, так... Стоило убедиться.
Впрочем, Джаспер еще помнил, что расстались они не то чтобы хорошо... Ну или, по крайней мере, не настолько хорошо, чтобы Валенсия не врезала ему снова.
Причина такой внезапной податливости выяснилась быстро – Валенсия всхлипнула в его плечо и проговорила срывающимся голосом:
– Прости. Я понимаю, что я сама пыталась тебя убить и у тебя нет никаких причин мне верить, но мне правда жаль. Это из-за меня ты здесь, я...
Она оторвалась от него и села, вытирая слезы. С отчаянием взглянула на него сверху вниз.
– Я убийца.
– Какое невероятное открытие, – с каменным лицом отозвался Джаспер. – Ни за что бы не догадался.
– И я, очевидно, убила какую-то мразь из картеля, так что теперь они...
– Погоди.
Джаспер тоже сел, с неохотой. Голова кружилась, спина болела, лицо, по ощущениям, превратилось в один сплошной синяк. Однако этот вопрос срочно нужно было обсудить. Разобраться на берегу, так сказать. В отношениях нужна честность и все такое.
– Ты ни в чем не виновата, Валенсия, – признался он. – Это я тут убийца. И последние несколько лет убивал наркоторговцев. Сомневаюсь, что они хотя бы знают, что ты оборотень, скорее, просто посчитали за одну из... за мою подружку. Иначе не понимаю, почему они даже не потрудились тебя связать, ведь лапами ты херачишь прям от души.
Валенсия выслушала это с высоко поднятыми бровями, рассматривая Джаспера будто бы заново. Вряд ли комплимент сыграл свою роль, но и злиться Валенсия не стала. Ожесточенно растирая виски, она обдумала услышанное и сконцентрировалась на проблемах.
– Дверь заперта. Можешь открыть?
Джаспер огляделся, не решаясь встать. Они находились в крохотной каморке, темной, с одной полудохлой лампочкой под потолком. По соседству валялись гнилые картонные коробки, однако все, что хоть теоретически можно было использовать как оружие или отмычку, из помещения вынесли. Дверь оказалась жестяной, очень похожей на типовые дешевые двери в новостройках. Кирпич вокруг рамы заметно потрескался, кое-где отвалился, но все равно – в своем состоянии сейчас, с пулями в спине и днем, Джаспер не справился бы и с гораздо более хлипким препятствием.
В узкое окошко на двери стукнулся приклад винтовки. Следом показалась морда сторожа – боевик картеля ухмыльнулся, окинув их взглядом, и снова скрылся из виду.
– Пойми меня правильно, – вздохнул Джаспер, думая, как бы вырвать этому парню горло, – я очень рад, что ты меня разбудила... Но зачем? Чем позже явится этот их лейтенант, тем дольше я посплю и тем сильнее буду.
– Ну извини, – вяло огрызнулась Валенсия. – Они обещали меня убить, а я очень не хотела умирать одна.
Она подтянула колени к груди, положила на них подбородок. Продолжила, глядя в одну точку, как тогда, в зоопарке у пруда с выдрами.
– Ты не представляешь, какую дичь они творят только ради удовлетворения инстинктов. А уж если в руки попадается кто-то вроде меня, кто-то, кто уже прибил парочку дегенератов...
– И ты подумала, я тебя защищу? – ухмыльнулся Джаспер. – Конечно, защищу. Для этого и пришел.
– Нет, пресвятые угодники, – Валенсия вынырнула из своего ступора и потерла лоб. – Я подумала, ты единственный, кто меня вообще не боялся. Подумала, вот будет крутая компания! Ну а если ты захочешь сам меня убить, то лучше ты, чем они. И фраза, знаешь... – Она взглянула на него в упор. – Я ведь не только про них там говорила, в зоопарке. Про себя тоже. Я ведь, ну, отгрызаю людям головы. Просто выбираю тех, кто похуже.
Джаспер понял, что ее мысли путаются, как и у него. Не то чтобы он был хорош в серьезных разговорах – вообще плох, особенно наедине с Валенсией... Так что он поспешил перевести разговор в более понятное русло и спросить, наконец, о самом важном.
– Так как тебе свидание?
Валенсия смотрела на него, не моргая, добрую минуту. Джаспер предпринял еще одну попытку:
– Сходим в инсектарий, если выберемся отсюда живыми?
Про возможность покормить гигантского богомола пауками или каланами пока лучше промолчать.
Валенсия все еще не могла ответить. Джаспер вздохнул – ладно, никто не обещал, что отношения это легко, – и улегся обратно, раз уж наркоторговцы не торопятся убивать их прямо сейчас. Теперь, правда, на бок, потому что спина все еще жуть как болела.
– И, кстати, почему ты решила меня убить? – вспомнил он. – Я не какой-то там насильник, спроси любую из всех моих...
Он заткнулся, понимая, что опять несет чушь. Но, к удивлению, на этот вопрос Валенсия решила ответить.
С коротким стоном она спрятала лицо в ладонях и сказала сквозь них, сдавленно и гнусаво:
– Я знаю! Каждая шалава в городе, кажется, рассказала мне, какой ты крутой герой-любовник!
Она подняла голову и дополнила, что выяснила это, пока искала информацию о нем. С той ночи, как они познакомились, и вплоть до самого свидания.
– То есть ты тоже думала обо мне все это время, – Джаспер удовлетворенно кивнул. – Так а зачем тогда отрывать мне голову?
Валенсия снова уткнулась носом в ладони.
– Это все, о чем ты думаешь? – спросила она. – Тебе вообще не страшно, что тебя скоро убьют?
– Нет, – честно ответил Джаспер.
Понимая, что короткого ответа тут не хватит, Джаспер помолчал немного, укладывая в голове собственные мысли, и продолжил:
– Нет, потому что я вспоминал сегодня своего Сира – он умер, ворвавшись в игровой клуб, в тщетной попытке вытащить оттуда меня, ну прямо как я сейчас прибежал за тобой. Нет, потому что фейри нагадала мне на кишках, что я умру и оживу и умру снова. Нет, потому что меня это, как видишь, не остановило. Потому что смерть всегда была понятием эфемерным, ведь я уже мертв. А вот если умрешь ты, – он поймал ее настороженный взгляд, – вот это будет уже реально. И очень, очень больно.
Джаспер выдохнул, гадая, в какой момент научился говорить с Валенсией как нормальный, а не как идиот, и продолжил уже гораздо более беззаботно:
– Я не хочу такой реальности. Мне гораздо больше нравится та, где мы радостно гасим всяких плохих ребят. Тебе головы, мне кровь, все честно и приятно... А потом целуемся под луной и занимаемся долгим безудержным сексом. А то в прошлый раз что-то не закончили.
Валенсия открыла рот, закрыла рот. Открыла снова и снова закрыла. Помотала головой, зажмурив глаза, но Джаспер никуда не исчез.
– Я не хотела тебя убивать, – наконец, призналась она. – Думала, в этот раз все пройдет хорошо, и ты мне реально понравился...
Прежде чем Джаспер успел обрадоваться, она сморщила нос и добавила уже не так проникновенно:
– Хоть ты и перетрахал половину города, по утверждению практически всех, кто тебя знает.
– Они преувеличивают, – покривил душой Джаспер.
– Но ты слышал, – продолжила Валенсия, – инстинкты, такое дело... После секса здорово повышается уровень гормонов, отвечающих за агрессию. Богомолья фишка. Мне снесло крышу, говоря проще.
Услышанное заставило Джаспера резко сесть. Спину прошило болью, но на боль вдруг стало наплевать. Он и раньше не был большим знатоком жизни оборотней, а богомола и вовсе встретил впервые.
– То есть... ты не привязана к луне, как, например, волки? – спросил он.
– Ну, ночью превращаться гораздо проще, а в полнолуние ко мне лучше не подходить, – Валенсия пожала плечами. – Но мало кто вообще привязан к луне так, как волки. У меня главный триггер это секс. Без него я, как видишь, мало что могу сделать.
– То есть...
Валенсия посмотрела на него, стремительно меняясь в лице.
– Не говори это, – бросила она. – Не говори это, чертов ты извращенец.
Джаспер, разумеется, это сказал:
– Давай займемся сексом.
– Захотел умереть пораньше?
– Нет, но подумай! Ты со всей своей силой и я... без всей своей силы... но, может, мы сможем выломать эту чертову дверь. Ты оторвешь голову кому-нибудь другому, я по-быстрому глотну крови, и будет уже легче!
Джаспер приподнялся, разглядывая единственную преграду. Света из окошка практически не доходило – они там явно работают при закрытых дверях, и до того, как кто-нибудь додумается их открыть, Джаспер сумеет заработать несколько очков в свою пользу.
Валенсия смерила его подозрительным взглядом, покрутила головой по сторонам – нет, нет, все еще ничего подходящего для взлома... Снова взглянула на Джаспера и облизнула губы. В ее глазах светилось что-то новое. Азарт?
– Э-э-эй, – широко ухмыльнулся Джаспер, – да тебя это возбуждает, правда?
– Только это, – пробурчала Валенсия, стягивая майку. – Ты в своем прикиде медсестрички вот вообще не сексуален.
– Да, – Джаспер впервые вспомнил о собственном халате, – на тебе бы он смотрелся лучше.
Валенсия злобно зыркнула на него и знакомым жестом повалила его на пол, быстро оседлала его бедра. Джаспер скривился от боли в спине и сел, прижав девушку к себе. Еще ближе, еще интимнее и... Ее глаза.
Даже в полумраке – такие зеленые.
– Постарайся не сдохнуть, когда я обращусь, – серьезно сказала Валенсия, обнимая его шею. – А я постараюсь тебя не тронуть.
В ушах Джаспера это приравнивалось к признанию в любви.
– И это... – продолжила она, тяжело дыша. – Микроток, вибрация, что еще?.. Мне полный комплект, пожалуйста.
И Джаспер рад был услужить.
***
Лицо охранника вытянулось, когда он вновь решил заглянуть в подсобку. Лицо охранника побелело.
Вовремя. Джаспер чуть не заржал – ох, как же вовремя!
– Детка, – пробормотал он в меняющееся лицо, в кислотно-зеленые глаза, заполняющие склеру. – Детка, как же нам везет. Да мы сегодня просто в ударе...
Обхватив ладонями ее лицо, Джаспер снова ее поцеловал – ласково, в лоб, из которого уже проросли два раскидистых уса.
Но на последние нежности не хватило времени – вскоре Валенсия уже раскинула руки, длинные и изломанные, вскоре ее ноги обернулись четырьмя лапами, и, наконец, две пары крыльев затрепетали за спиной.
Хищник быстро нашел жертву – единственную жертву, которая находилась с ним в одной комнате.
Джаспер прижался к двери и подмигнул замершему от ужаса охраннику. Тот опомнился и отшатнулся, вскинул винтовку, но поздновато – Джаспера на месте уже не оказалось, и богомол в слепой ярости кинулся на пустое полотно. Ну а там – там сквозь окошко хорошо была видна новая цель.
Гигантский инсектоид замолотил лапами, цепляясь зубчиками за дверную раму, буквально расшатывая и снимая ее с места. Джаспер, подобрав угол так, чтобы не попасть под удар, коротко разбежался и врезался в дверь плечом, потом наподдал ногами – каждой по очереди. На голову ему посыпалась каменная крошка – рама двери, была, очевидно, слабым местом.
На четвертом или пятом ударе Джаспер с Валенсией вывалились наружу. Дверное полотно рухнуло вместе с косяком и кусками кирпича.
Их уже ждали – разумеется, не идиотами же они были, так что встретил их шквал огня, но явление – и, вообще, наличие – гигантского богомола все же здорово пошатнуло уверенность ребят – кто-то заорал, кто-то понесся к выходу. Джаспер, все еще размазня в солнечное время суток, в первую секунду нырнул обратно за стену, спасаясь от пуль, но быстро сориентировался – и выскочил снова, подняв упавшую дверь с пола. И сделал единственное, что мог – бросил ее на троих ближайших стрелков.
Троих других заняла Валенсия – одного успела ударить по горлу, второго сбила с ног и придавила лапами, третьего... шейные позвонки третьего звучно хрустнули под ее мандибулами. Этот хруст раздался внезапно громко – оставшиеся на ногах люди как раз перезаряжали оружие, Валенсия попала именно в короткий отрезок тишины, и по складу, над рядами столов и ящиков с коксом прокатилось громкое чавканье. Парень под лапами Валенсии взвыл и вырубился, увидев, как голова его приятеля раскалывается в челюстях инсектоида.
Джаспер воспользовался замешательством, чтобы пробежать по двери – и по людям под ней – и прыгнуть на парней, вздумавших сбежать. Один ушел, но второго Джаспер поймал и вцепился ему в шею. Несмотря на время, ему заметно полегчало, стоило только разорвать чужое горло, а остальные вдруг осознали, что кроме монструозного оборотня на одном с ними складе находится еще и только что выпивший крови вампир.
Второй убегавший бессмысленно бросился на двери склада, в панике попытался подцепить тяжелую гаражную створку снизу, и кто-то сзади заорал:
– ПУЛЬТ!
Пульт от двери, большой квадратный модуль с ярко-красной кнопкой, валялся на коробках рядом со входом. Джаспер увидел его одновременно с беглецом, и на того сработало маленькое расстояние, а на Джаспера – новоприобретенная скорость. Они буквально столкнулись лбами, но беглец оказался проворнее – он схватил модуль, сразу хлопнув по кнопке, и отпрыгнул к выходу, в появившуюся уже полоску солнечного света, издевательски близко к застывшему на границе тени вампиру.
– Ага! – парень чуть не заплясал от радости. Створка поднималась быстро, и осветила склад уже наполовину. – Понял, кровосос?
Что он там должен был понять? Джаспер выбросил вперед правую, роботизированную руку. Кулак впечатался прямо в нос все еще радостного парня. Он так и упал – с застывшей на лице улыбкой.
Солнце блеснуло на металле.
Металлической же пяткой, Джаспер нажал на кнопку снова и подтолкнул пульт к себе ногой.
Куда его спрятать он, впрочем, не знал – даже халат остался в подсобке – так что просто пнул его в угол, подальше, избавляясь от еще одной опасности.
Свалка перетекла в тихую фазу – никто больше не стрелял наобум, не пытался взять числом, потому что количество людей заметно уменьшилась. Они берегли патроны, прятались за ящиками и контейнерами... Ждали.
Валенсия с упоением погрузила морду в чей-то распоротый живот. Джаспер прокусил шею парня у двери и воспользовался затишьем, чтобы набраться сил.
В какой-то момент Валенсия посмотрела на него – они столкнулись взглядами, и Джаспер осознал, что вполне может считаться врагом в глазах агрессивного оборотня. На это и рассчитывали прячущиеся по углам наркоторговцы?..
Джаспер улыбнулся ей со всей нежностью, на которую был способен. Богомол несколько секунд не сводил с него взгляда, а потом медленно и неуклюже, но все-таки вернулся к выпотрошенному телу.
Под ногами растекалась кровь. Как лужи после первого, выпавшего и тут же растаявшего снега, она ровно покрывала пол.
Милый элемент пейзажа.
Чувствуя себя как на прогулке – можно ли считать это их вторым свиданием? – Джаспер направился к подозрительным ящикам, за которыми почти наверняка кто-то скрывался.
БАХ! БАХ!
Он не ошибся – боевик успел выстрелить из пистолета дважды. Автомат валялся рядом на полу, уже без патронов. Но два выстрела все-таки не те полсотни, что остановили Джаспера вечером, так что он все равно приблизился к противнику. Как оживший ночной кошмар – тем страшнее, чем шире Джаспер улыбался.
Надо же, Валенсия и правда умудрилась его вспомнить и не напала!..
Джаспер уже в третий раз за день прокусил человеческое горло, но впервые кровь казалась невозможно сладкой.
Когда он развернулся, на него смотрело дуло винтовки. Но новый боевик картеля – и, видимо, последний – не торопился стрелять. Валенсия за его спиной грызла чье-то плечо.
– П-перемирие? – вздрагивая от звуков, спросил боевик.
– Конечно, – ответил Джаспер. – Беги, но пролезь под дверью. Шутки с пультом меня нервируют. И дай сюда винтовку.
Боевик, переводя взгляд с него на богомола, дрожащими руками отдал оружие.
– И где ваш лейтенант, кстати? – спросил Джаспер, чтобы сбить напряжение. – Ну, тот, который собирался меня убить в назидание?
– А? – парень не сразу его понял. – О-он еще не приш-шел...
– Ох, понятно, – сказал Джаспер.
И выстрелил ему в голову.
– Убивать меня в назидание, – пробормотал он. – Придумают тоже...
Лейтенант наверняка явится не один, и уж точно он не будет настолько туп, чтобы приходить убивать вампира после захода солнца, то есть должен появиться уже скоро... Джаспер осмотрел поле боя. Пули из его груди вываливались одна за другой, и чувствовал он себя в целом неплохо. Но вот Валенсия...
Агрессия отпускала ее, теперь это становилось заметно. Богомол медленно, пошатываясь, переходил от одного тела к другому, но эти тела больше не привлекали. Брюшко гигантского насекомого пошло черными пятнами, из ран текла темная жидкость, крылья безвольно висели.
– Валенсия! – выдохнул Джаспер, подбегая к ней. – Валенсия, уходи сейчас, тебе-то солнечный свет не страшен! Обещаю, я справлюсь один.
Богомол посмотрел на него сверху вниз, вяло пошевелил лапами. Треугольная морда с кислотно-зелеными глазами склонилась к нему, сжатые мандибулы коснулись его лба.
Джаспер понял ее без слов.
– Тогда... Тогда отдохни хотя бы, здесь где-то должна быть аптечка...
В панике он начал обыскивать столы, но находил только кокаин, кокаин и снова кокаин. Богомол медленно поплелся к двери и зарылся в коробки – сел в засаду, но, похоже, вырубился прямо там.
Сердце Джаспера разрывалось от страха, но нельзя было позволить страху победить – не когда они залили этот чертов склад кровью, не когда осталось уничтожить всего-то еще одну горстку людишек.
Главная опасность – это свет, прикинул Джаспер. Да, пульт у него, но глупо надеяться, что это поможет. Лейтенант и его отряд наверняка смогут поднять дверь с той стороны.
– Валенсия, – Джаспер присел на корточки рядом с богомолом, сгреб коробки, чтобы получше прикрыть инсектоида от случайных взглядов. – Если ты меня слышишь, если ты...
Он запнулся, боясь коснуться жесткой зеленой кожи.
– Если ты еще со мной... То не нападай на них, когда они появятся. Закрой дверь для меня. Просто закрой дверь.
Он не знал, поняла она его или нет. Только принес еще пару коробок для маскировки.
По трупам он наскреб едва ли десяток патронов для дробовика, с остальным оружием все было еще хуже. Джаспер глубоко вздохнул, встал сбоку от входа, по другую сторону от Валенсии, и стал ждать.
Лейтенант, казалось, поставил своей целью добить его ожиданием – появился еще засветло, но уже критично близко к вечеру, когда солнце висело слишком низко над горизонтом. Поздновато и очень самоуверенно. Видимо, Джаспера все-таки не собирались сжигать на свету.
Створку открыли руками – подняли с той стороны, как Джаспер и предполагал. То, что местные не отвечают и не встречают начальство, их нервировало – Джаспер слышал, как они переговариваются. Но все равно в их головах не укладывалось, будто бы один вампир, днем, мог положить всех, да и тишина подкупала. Они решили, товарищи решили отпраздновать и свалили. Они обсуждали, что надо бы их взгреть как следует за такое раздолбайство.
...Разговоры прервались, когда створка поднялась наполовину и кто-то увидел кровь.
Семь человек, сосчитал Джаспер по ногам... Ерунда.
Он расстрелял все патроны, и на склад прорвались только трое. Не чета остальным – лейтенант и двое его телохранителей. Но вот что удивляло, так это... мечи.
Блестящие мечи, как из сказок.
