Текст книги "Развод. Мой неверный миллионер (СИ)"
Автор книги: CaseyLiss
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 8 страниц)
Глава 18
– Дорогая, несмотря на все сложности, ты выглядишь просто великолепно! – улыбается Настя, крепко обнимая меня у входа в ресторан. – Ты стала сильнее, горжусь тобой!
– Лучше бы я стала счастливее… – хмыкаю с грустью, обнимая в ответ подругу.
– Все будет. Ты ведь знаешь, после черной полосы всегда настает белая… правда, твоя сестрица умеет преподнести сюрпризы.
Слышу злость в голосе подруги, и прекрасно ее разделяю и понимаю. Просто сама я уже злиться устала, а вот у Насти в этом плане сил хоть отбавляй!
– К сожалению, ты права. – Киваю на высказывание Насти, а затем киваю на двери в наш любимый грузинский ресторан. – Давай присядем, я что-то плохо себя чувствую.
Когда мы входим в ресторан, нас мгновенно окутывает уютный аромат свежего хлеба и пряных специй. Это место для нас с Настей словно второй дом, где каждый уголок напоминает о теплых вечерах, проведенных в компании друзей во времена нашего студенчества. Я оглядываюсь, наслаждаясь атмосферой: уютные деревянные балки, которые пересекали потолок, и грубо отесанные столы, покрытые скатертями с ярким грузинским орнаментом.
Мы с подругой молча обменялись взглядами, ностальгируя о былом.
Хостес встречает нас с улыбкой и, смотря на небольшой планшет с записями, приглашает пройти за столик на первом этаже.
Проходя по залу ресторана, я не могу не заметить, как стены ресторана привычно украшены массивными деревянными антуражами и традиционными икебанами с пестрыми цветами. Повсюду витают мелодии грузинской музыки, которые создают атмосферу праздника и уюта. Тут как всегда немного тускло, но это только добавляет чувства уюта, словно мы оказываемся в настоящей грузинской семье.
Хостес проводит нас к столу, который располагается у окна, откуда открывается прекрасный вид на город. Я быстро устраиваюсь за столиком, стягивая с себя легкое пальто и улыбаясь Насте. Стол аккуратно накрыт, рядом стоит небольшой кувшин с водой, а также меню, заполненное аппетитными названиями: хачапури, хинкали, чанахи.
Сетя руки по деревянной поверхности стола, я замираю на мгновение, впитывая атмосферу ресторана. Здесь всё дышит жизнью и теплом, а в воздухе витает запах гриля и картофеля с зеленью.
– Тут словно ничего и не изменилось. – Улыбаюсь я, открывая меню. – Надеюсь, салат с баклажанами все такой же вкусный, как и раньше! При мысли о нем, не поверишь, меня даже перестало тошнить.
Подруга кидает на меня подозрительный взгляд, также параллельно изучая меню.
– Может?...
– Нет, не думаю. – Настя единственная помимо мужа и Гены, кто знает о дисплазии. – Но я купила тест, чтобы убедиться наверняка.
Наверное, все было сказано моим депрессивным выражением лица, так как подруга протягивает руку и кладет ее на мою ладонь.
– Сделай тест. Не думай о результате. Как бы там ни было, я рядом и помогу тебе. – Улыбается она поддерживающе. – Чуть что помогу прикопать сестричку…
– Насть! – тихо смеюсь, слегка осуждающе смотря на нее за шутку про Алину. – Она все же беременна…
– А вдруг ты тоже? Что делать будешь?
– Даже думать об этом не хочу. – Открещиваюсь от подобного развития драмы. – Мне хватает того, что есть. Разобраться бы, что делать с ребенком Алины и Вовы…
К нам подходит официантка, и мы делаем заказ. Пару салатов, хинкали, сангрия и лимонад… Уже предвкушаю, ведь я за целый день почти ничего не ела!
Когда мы снова остаемся одни, Настя интересуется:
– Как ваши отношения с Вовой?
Хороший вопрос… Наши отношения с мужем весьма натянутые в последние две недели. Мне тяжело разговаривать с ним, смотреть на него… я сразу думаю об Алине и ее ребенке. Да, я согласилась остаться с ним, решила, дать нам шанс, ведь все еще люблю его, как и Вова меня. Только вот ошибка мужа стоила нашему браку очень и очень много. Теперь мы словно чужие, и разрушить возникшую между нами стену стало сложнее. Его ребенок – постоянное напоминание о его измене, и как с этим бороться я пока не знаю.
– Натянутые. Он старается исправить ситуацию, подарки, приятные слова, поступки… но толку от них, когда факт его измены маячит перед носом. – Вздыхаю я, перебирая в руках край оставшегося меню.
– Но разводиться ты не будешь.
– Нет. Я ему верю. Верю, что он любит меня, как и я его. Все, что произошло – подстроенное гадкими родственниками недоразумение. – Говорю с грустью. – Если бы только мы не отдалились друг от друга и поговорили… Но что думать об этом сейчас. Нужно как-то работать с тем, что есть.
– Это не просто. Ты ведь понимаешь, что Алина от вас не отстанет. Будет права качать на фоне своей беременности.
Конечно, понимаю! Но я надеюсь, что в договоре будет пункт о том, чтобы она и близко не подходила к нему без необходимости. А если она будет дерьмовой матерью, то я… я настою на том, чтобы мы с Вовой забрали ребенка.
И когда в моей голове возникла подобная мысль?
– Мы составим договор. Я не позволю ей продолжать разрушать мою семью.
– Вижу, у тебя боевой настрой! Если ты считаешь, что Вова все еще способен сделать тебя счастливой – хорошо. Но знай, если он снова посмотрит налево и обидит тебя… поплатится.
Следующие полчаса мы разговаривали о работе, периодически возвращаясь к разговору о Вове и ребенке. Спасибо Насте, она быстро поняла, что говорить о сестре мне тяжело, и не сильно настаивала. А вот о моем новом рабочем месте я готова была разговаривать долго… мне очень нравилось! Даже несмотря на все личные сложности, я с удовольствием занималась поставленными мне задачами. Да, иногда чего-то не понимала и ошибалась, но мне активно помогали разобраться коллеги и сам начальник. Я даже удивилась, что коллектив оказался настолько хорошим, обычно все ровно наоборот…
Вечером я довольна. Очень мне не хватало друга, и этого ощущения расслабленности. И вкусной еды, от которой не будет тошнить! Хотя с последним я перегнула, немного меня все же мутит. Прошу у официанта воды, становится легче, но после начинает хотеться в уборную.
– Я отойду. – Говорю, вставая из-за столика, и направляюсь в уборную на втором этаже ресторана.
Когда оказываюсь там, смотрю на тест в сумочке и взволнованно сжимаю губы. Может… Да. Не могу ждать, хочу узнать скорее.
Проведя все необходимые манипуляции, жду результатов. Руки дрожат, ладони потеют, а сердце бешено стучит. Я боюсь узнать результат… Надеяться на то, что я беременна, сил нет. Это просто невозможно, но эта надежда внутри не дает покоя.
Слышу, как открывается дверь в уборную, и это не взволновало бы меня, не услышав я знакомый голос.
– Я же сказала, не звони мне! – от голоса Алины я вздрагиваю и прячу тест в сумку, обернув его салфеткой. – Все кончено. Я сделала то, что ты хотел, Ген. Дала тебе шанс завалить свою сестренку, а ты облажался.
Внутри клокочет злость от осознания того, что я оказываюсь права. Все же Алина и Генна подстроили наш разлад с Вовой, специально подставили меня перед мужем… а затем сестренка легла под него. Вот же!... У меня нет слов. Я хочу уже выйти из кабины и хорошенько врезать сестренке, как слышу неожиданное продолжение разговора.
– И что теперь? Если у тебя не вышло ничего с Машей, я должна встать на ее место? Я люблю твоего брата, и мне плевать, что это не его ребенок. – Истерично говорит она, а я замираю.
Что?... это не ребенок Вовы? Она обманула нас?! Нет, это вполне ожидаемо, но я не думала, что Алина настолько подлая, чтобы ловить на живот мужчину, будучи беременной от другого. Правда, от кого?
Ответ не заставляет меня долго ждать.
– Гена, ты не будешь воспитывать этого ребенка! Мне плевать, что ты его биологический отец! А если посмеешь хоть кому-нибудь об этом рассказать, я поясню твоему брату, что это была твоя идея. – Угрожает Алина этому козлу. – Вряд ли в этот раз он отделается лишь легкой потасовкой.
Затем она скидывает трубку и уходит, оставляя меня в своем укрытии и диком шоке. И… радостной. Алина беременна не от моего мужа! Вова ничего ей не должен! Не ей, ни этому ребенку! Мы… наконец можем спокойно жить дальше. Действительно начать с чистого листа.
На радостях и в возбуждении я напрочь забываю о тесте в сумочке и выбегаю из уборной. Хочу скорее рассказать все Насте и затем поехать домой к Владимиру. Рассказать ему все, что услышала только что.
Я убегаю со второго этажа ресторана сломя голову. Не веря своим ушам.
Она беременна от Гены?!
Насколько нужно быть подлой и ненормальной, чтобы спать сразу с двумя братьями, забеременеть от одного, и выдать его за ребенка другого?! От такого у меня сжимается сердце и голова не на месте.
С одной стороны, я рада, что Алина не беременна от моего мужа, а с другой… она же моя сестра. Как можно быть такой беспечной… сукой?! Слов нет, одни эмоции. Мне и жаль ее, и хочется придушить. В любом случае теперь меня это не касается. Алина и Гена – вот кто теперь связан навечно, и Владимир должен это узнать!
Я мчусь по лестнице вниз, сердце бешено колотится в груди, заполняя слух звенящим звуком. Услышанные слова разрывают мою душу на кусочки. Радость и разочарование смешиваются в непонятный коктейль.
Мне кажется, что ступени лестницы раскалываются под моими ногами, настолько эмоции берут вверх. Даже не сразу понимаю, что я теряю равновесие и в следующий момент уже падаю, словно кукла без нитей, лишенная опоры и силы.
Мысли кружатся в моей голове, как рой шмелей, бессвязно переплетаясь и искажая реальность. Я пытаюсь ухватиться за что-то реальное, за что-то, что могло бы удержать меня на этом краю бездны, но все ускользает из рук. В попытке убежать от реальности и добежать с услышанной новостью до мужа, я просто падаю.
Только я спускаюсь, и вот уже лежу на холодной плитке лестницы, ощущая леденящий ветер утраты и бессилья. Боль, отчаяние, грусть… неужели я снова окажусь неудачницей? Только передо мной мелькнул яркий свет счастья и конца всей этой семейной драмы, как я сама же все и разрушила, упав с проклятой лестницы.
Сознание начинает покидать меня после сильного удара, как раз в тот момент, когда ко мне подлетает официант и начинает что-то быстро тараторить. Вот и Настя рядом… Слабый стон вырывается из моих уст, и тьма окутывает меня, унося в неизвестность и тишину, о которой я так давно мечтала.
Только вот… интересно, а что все же было на тесте? Сколько… полосок он показал?
Глава 19
Сквозь завесу тьмы медленно пробиваются первые лучи осознания. Я чувствую, как мир вокруг начинает обретать форму – звуки и тени становятся более отчетливыми, но с каждой новой мыслью накатывают волны боли. Она стучит в висках, будто я на берегу бушующего моря, а каждый прилив – это новый приступ страха и смятения.
Пытаюсь пошевелить пальцами, но даже это простое движение вызывает у меня сильную боль в запястьях и коленях. Кажется, мои конечности как будто утонули в свинцовой тяжести. Как и голова. Вспышки света, отражающиеся от белоснежных стен, заставляют меня снова закрыть глаза, и я стараюсь сконцентрироваться на своих ощущениях здесь и сейчас.
Что произошло? В голове всплывают мимолетные образы – лестница, шум, нечто, предпринятое в спешке. Я подавляю страх, пытаясь найти в этом хаосе хоть какое-то объяснение, но мысли как будто разлетаются, не успевая сложиться в цельную картину.
Состояние легкой паники забивает мне грудь, и я открываю глаза. Сначала все кажется расплывчатым и неясным, но постепенно образы начинают проясняться. Белые стены, медицинское оборудование и яркий свет над головой. Я в больнице. Время будто остановилось, и с этим осознанием паника охватывает меня вновь.
«Где я?» – спрашиваю себя, но голос не выходит, только треснувшие губы шевелятся в тишине. Я пытаюсь сесть, но волны боли сносят меня назад на подушку.
Черт…
И вдруг я чувствую тепло рядом, и краем глаза улавливаю знакомую фигуру. Мой муж. Его лицо искажает тревога, а глаза полны заботы. Я вижу, как он встает, наклоняется ко мне, силуэт сливается, расплывается, но его голос отчетливо звучит в моей голове.
– Ты в порядке, дорогая? Я здесь, – говорит он, и от его слов боль как будто немного отступает, оставляя за собой тепло поддержки.
С его помощью я раскрываю уста и произношу, едва шевеля языком:
– Что случилось?
Я слушаю его объяснение, как он рассказывает о том, как я упала с лестницы. Как ему позвонила Настя и рассказала обо всем, как приехал в больницу... Его голос успокаивает, и я поражаюсь тому, как крепко он держит мою руку.
– Я волновался за тебя, – произносит он с нежностью, и в этот момент я понимаю, что хотя бы в этом хаосе, среди боли есть свет – свет его любви.
Я пробую улыбнуться, хотя это требует усилий, и чувствую, как его рука крепче сжимает мою. Мы вместе. И в этот момент я понимаю, что даже среди самых темных дней, поддержка любимых делает нас сильнее, чем мы сами.
Хотя сам муж моего счастья не понимает. Последний раз, когда мы виделись, все было плохо. Я и Вова почти не разговаривали из-за ситуации с Алиной, но теперь… я знаю правду. И должна рассказать ее мужу. Толково вот…
– Ты уверена, что не нужно позвать врача? – спрашивает он, наклоняясь ближе, его голос полон тревоги, но и нежности. Я замечаю, как хмурятся его брови, а глаза искрятся заботой.
– Я… я не знаю, как я себя чувствую», – отвечаю я, внутренне сжимая сердце от волнения. Мой голос дрожит, и я сама едва понимаю, о чем говорю. Я хочу честно поделиться своими мыслями, но горы эмоций перекрывали слова.
Затем, нахмурившись, я продолжаю:
– Но я так сильно переживаю из-за… – я остановлюсь, смотря ему в глаза.
– Из-за беременности? – тихо произносит он.
– Нет… стой, что?!
Меня словно окатило холодной водой. Беременность? Я же делала тест и… так и не взглянула на него. Неужели все эти приступы тошноты и остальное и правда были признаками беременности?! Но я боюсь в это верить. Это словно сон, о котором я так давно мечтала.
– Почему ты не сказала мне? – Взволнованно говорит Вова, поджимая губы. – Я… это все из-за Алины и ребенка? Я придумаю, как поступить лучше… чтобы это не помешало нам, ведь наш ребенок и ты – это все, что мне нужно. Ты чуть не потеряла его, я так переживал. Думал, что ты не придешь в себя, а тут еще и малыш… Маш…
У меня слёзы наворачиваются на глаза. Он так переживает. В его голове и сердце сейчас полный хаос. Ему тяжело. Но сейчас это все кончится.
Хочу сказать ему все, что знаю, как вдруг в палату влетает Алина и начинает быстро говорить:
– Боже, Маш, мы так волновались! – следом за ней заходит Гена, весь скованный и также взволнованный. – Ты упала с лестницы, и я думала… Как хорошо, что все обошлось. Еще и твоя беременность… я не знала.
Она бросается к моей постели и пытается взять меня за руку, но я отдергиваю ее, что дается с болью. Не хочу. Я больше не верю ей.
Вижу, что она вроде как и волнуется за меня, но… не думаю, что это все не наиграно.
– Маш, я понимаю, что это сложно принять, но ничего не поделать. Будем вдвоем растить детей. – Говорит она гордо, даже смущаясь Гены, который сжимает тем временем кулаки. – Тем более, еще не ясно, кто родит наследника…
Боже, какая же она стерва! Как она могла стать такой? Я чуть не умерла, беременна нашим с Владимиром ребенком, о котором так мы так мечтали, а она смеет продолжать ловить его на живот? У нее нет совести.
– Алина, выйди. – Требует муж, даже несмотря на мою сестру. – Поговорим потом.
– Нет-нет… пусть останется. Наверняка ей есть еще, что сказать. – Мне тяжело говорить, но ради такого я готова потерпеть. – Правда, дорогая сестра?
Вижу, как холодеет ее взгляд и она нервно сглатывает. Боится.
Я даю ей шанс признаться самой. Раскаяться. Но она решает идти до последнего.
– Не понимаю. О чем ты. – Молвит она сухо, сжимая ладони в кулаки. – Ты наверняка сильно ударилась головой, тебе повезло, что ты не так уж сильно и пострадала…
– Она беременна от Гены. – Выпаливаю я, прервав ее. – Вова, это не твой ребенок. Она трахалась с вами обоими и решила повесить ребенка на тебя, так как Гена никчемный ублюдок, что с самого начала был в заговоре с Алиной. Они специально подставили меня с фотографией и рассорили нас.
Вижу, как расширяются глаза сестры, как прифигел Гена. Смотрю, как меняются быстро эмоции на их лицах, и становлюсь еще счастливее. Наконец, я поставила ее на место! Все ее планы рухнули, оставив ее ни с чем.
– Это все ложь, я…
Алина пытается оправдаться, но ее быстро прерывает Гена, неожиданно обретающий голос.
– Да это правда. Этот ребенок – мой. – Он с раскаянием смотрит на своего брата, который пребывает в ярости. – Я не хотел, чтобы все так вышло… но Алина не давала мне сказать тебе. Но раз уже теперь ты все знаешь. Прости. Я никудышный брат.
– Слабо сказано. – Ухмыляюсь я, довольная собой.
– Ты! Ненавижу! Ты все испортила! Снова! – Алина и ее вопли – классика жанра.
Она как всегда в своем репертуаре. Ничего нового. Иначе она отреагировать не могла.
– На выход. Живо. – Голос мужа груб и беспрекословен, что заставляет Алину мгновенно заткнуться. – Пока я даю вам уйти без последствий, иначе… Вы пожалеете. Вон!
– Но Владимир, я…
– Сказал вон!
В следующую секунду Гена хватает сестру за руку и утаскивает из палаты. Он что-то говорит ей, но я не слушаю. Я так рада, что все это, наконец, кончилось. Не могу поверить своему счастью.
Только вот, что теперь делать нам? Я совершенно не ожидала, что тест окажется положительным.
– Вова, я…
– Тш… – Муж берет мои руки в свои широкие ладони и упирается в них лбом, крепко сжимая. – Маш, прости меня… я такой дурак. Как я сразу не понял ничего… мне так жаль. Я сделал тебе больно. Предал. Никогда не смогу искупить свою вину. – Владимир начинает целовать мои ладони, со слезами на глазах смотря на меня. – Прости меня… Как мне получить ваше с малышом прощения? Не знаю…
Мой взгляд скользит по лицу мужа – он сидит у края моей постели, его лицо искажено горем и раскаянием.
Глаза, полные искренности, смотрят на меня, отражая все те чувства, которые он не может выразить словами. В них я вижу не только его мучения, но и недавние постигшие нас события – его измену, ту боль, которую он принёс в нашу семью.
Но сейчас, когда я смотрю на него и понимаю – я не хочу оставлять этот свет нашей любви позади.
– Мне очень жаль, – шепчет он снова.
Его искренность пробивает прочную защиту, которую я построила вокруг себя. Не могу не вспомнить обо всех тех прекрасных моментах, что были между нами, о том, как мечтали о будущем, о нашем ребенке. Они были частью нас, частью нашей истории.
– Я знаю, что разрушил наше доверие, и это моя вина. Но я готов сделать все, чтобы его восстановить. Чтобы исправить свои ошибки. Хочу быть с тобой и ребенком. – Его слова звучат, как обет, и чем больше я смотрю в его глаза, тем больше понимаю, что все еще люблю его.
В глубине души я знаю: ненависть и обида не принесут счастья ни мне, ни нашему ребенку. Я вспоминаю, как мечтаю о том, чтобы мы стали семьёй, хотела, хотела ребенка и чтобы наш малыш рос в любви и понимании. Это чудо, которое находится у меня в животе, дарит надежду и возможность начать всё заново.
Это поистине наш шанс.
– Может, мы и правда сможем начать сначала? – произношу я, и, хотя голос дрожит, внутри меня зарождается новая сила.
Я представляю, как мы вместе будем расти, как семья, как мы будем преодолевать трудности и строить новое счастье.
Улыбка медленно появляется на лице Владимира, и я почувствую, как что-то светлое начинает теплиться внутри меня.
– Если ты готов доказать мне, что изменился, я готова попробовать, – говорю я решительно, ощущая, что даже несмотря на боль, я хочу открыть новую главу в нашей жизни.
Муж наклоняется ко мне и нежно целует меня в лоб. Это был момент, когда я понимаю: прощение – это непросто забыть содеянное, это открытие двери к будущему, полному любви и возможности. Я решаю довериться этому новому началу, ради нас, ради нашего ребенка. Тянущее ощущение надежды переполняет сердце, знакомя с тем, что впереди нас ждут новые горизонты и вызовы, но теперь мы будем встречать их вместе.
Успокаиваясь, я чувствую, как в груди растет тепло, и, хоть еще были сомнения, но рядом со мной был мой муж, который придавал мне сил.
– Я люблю тебя.– Произношу я, и мои глаза наполняются слезами, но теперь это были слёзы радости и облегчения.
– А я люблю тебя. И сделаю все, чтобы ты и наш ребенок были счастливы.
Эпилог
Сидя на веранде нашего уютного дома, я смотрела на вечернее небо, окрашенное всеми оттенками оранжевого и розового. Лёгкий ветерок играл с моими волосами, а внизу, на траве, наш малыш весело смеялся, гоняясь за бабочками. Это было удивительное спокойствие – каждый момент приносил радость, а моя душа наполнялась счастьем.
– Знаешь, иногда жизнь ставит нас перед сложными выборами, – начала я, обращаясь к своему мужу, который присел рядом. Его рука нежно легла на мою, и в этот момент я увидела в его глазах ту же любовь и ту же преданность, с которой он смотрел на меня в трудные времена.
– Я думала, что не смогу тебя простить, – продолжала я, оглядываясь на тот бурный период нашей жизни, когда правда о его измене стала для меня настоящим ударом. – Каждый раз, когда я вспоминала об этом, моё сердце разрывалось. Но со временем я поняла: прощение – это непросто забыть, это возможность начать снова, вместе, с ещё большей силой.
Он улыбнулся, и я чувствовала, как наша связь укрепляется, как будто мы снова переживали момент, когда я решила дать ему второй шанс.
– Ты надеялась на лучшее, и это вдохновило меня измениться, – сказал он, смотря мне в глаза с тем уважением, которое я всё ещё искала.
– Все же Алина и Гена дали нам возможность стать ближе. Я поняла, что любовь – это не только радость, но и умение принимать недостатки друг друга, – говоря это, я осознавала, насколько многому меня научила наша история.
– Это точно… да и они сами стали намно-о-ого ближе. – Владимир усмехнулся, я же тихо посмеялась.
Это точно! Теперь у них был ребенок, и им самим пришлось учиться быть взрослее. На удивление мозги сестры встали на место, и она правда пыталась быть хорошей матерью. Все же, Гена не оставил ей другого выбора. Как и наш отец, который, узнав все, настоял на их браке. Все же два Стужева в семье ему нравились больше, чем один.
Когда мы узнали, что ожидаем ребёнка, это всё изменило. Я поняла, что наши чувства, переживания и даже боли делают нас сильнее, чем когда-либо. Я нашла силы простить мужа и сделала правильный выбор. Обстоятельства и чужие козни чуть не разрушили нашу семью, но мы справились.
Собирая все эти эмоции в одном предложении, я вспомнила, как радость прихода в этот мир нашего малыша затмила все наши прошлые проблемы. Теперь, глядя на счастливое лицо нашего сына, играющего на газоне, я понимала, что каждый момент того пути стоил этого. Мы стали настоящей командой – вместе радовались и вместе учились.
– Прощение – это подарок, который я сделала не только тебе, но и самой себе, – сказала я, когда рука Владимира крепче сжала мою. – И, знаешь, это было правильное решение. Мы построили крепкую семью, полную любви и доверия. Я счастлива, что рискнула и открылась для нового начала.
Муж откинулся на спинку стула, глядя на малыша, и мы оба улыбнулись одновременно. В тот момент я поняла, что, несмотря на все испытания, впереди нас ждёт ещё много счастливых мгновений. И это наше общее счастье стало символом изменения, которое мы пережили, обретя новую, более крепкую любовь.
Солнце медленно опускалось за горизонт, оставляя за собой лишь мягкий свет, и я знала, что в этом мире, полном непредсказуемости, главная сила – это связь между нами. Мы снова стали семьёй, и я была готова с надеждой смотреть в будущее.
