Текст книги "Моё солнце (СИ)"

Автор книги: Bartolomeo Rossi

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 4 страниц)

Ещё в детстве Гилем понял, что другой. Сверстники всегда испытывали странную тревогу, которую не могли объяснить. Они даже не травили его за шрам. Им не нравилось, как он смотрит на них. Как говорит и что делает. Гилему же было просто интересно… Эмбер была первой, кому понравился его взгляд. Либо первой, кто сказал об этом вслух. В любом случае, Гилем возвращался к ней в своих снах. В снах он любил её. В снах они были вместе. В снах даже был её кот, Мистер Вискерс, почему-то Гилем был уверен, что он рыжий…

После неудачи с Джанет, Гилем думал перестать искать: Эмбер и так была с ним. Сексуальные потребности можно удовлетворить, просто вбив нужды и подключив коннектор – не говоря уже об андроидах, которым можно придать черты кого угодно… Но появилась Мэдди. Маделин. Ей нравилось, как он произносит её имя. Нравилось, что, пусть и на такое короткое время – но они были вместе…

Маделин придала ему сил. Он не должен менять Эмбер на электронные устройства. Не должен придавать им её внешность. Эмбер не машина – она многогранна.

И, если он хочет быть с Эмбер, он должен стараться. Он должен находить её в них раз за разом. Попытка за попыткой. Пока все кусочки не сплетутся вместе.

– Дэспин, закрой дверь – не в сарае родились.

Раза сидел за компьютером в одном из кабинетов, на экране висели подробности резонансных двойных убийств, которыми занимался гончий отдел.

– Собаки сливают информацию, – Раза посторонился, давая возможность заглянуть через плечо. – Теневые сервера сейчас пестрят ими – разносится, как шторм. Прикроют один – открывается десять.

– Почему ты считаешь, что это они? – Альден внимательно смотрел на экран.

– А никто другой не осмелится.

Детали, скрытые даже от городской префектуры; обвинения в адрес корпораций. Материалы по преступлениям пятилетней давности – всё, умело скрываясь и в обход цензуры. Блоггеры и форумы подхватывали их и несли дальше, раздувая первые искры на пожаре общественного мнения. «У нас в крови друг друга ненавидеть». Посыл, разумеется, был другой. «Общество должно знать». Историю не стереть, вычеркнув её из книжек. Забыв, мы повторяем – всё прорвётся с большей силой.

Но всегда есть те, кто раздует, верно?

Раза смотрел на него.

– Думаешь, их закроют?

Альден не ответил. Всё и так ясно. Когда корпорации их поймают – особый отдел перестанет существовать.

– Что по нашему делу?

Раза смахнул окно вниз, открывая диаграммы последней экспертизы.

– Очевидно, что Эмбер де ла Роза была первой жертвой. Произошедшее с ней, скорее всего, случайность. С Маделин Хейл уже виден почерк. Блондинки, длинные волосы. Ненавижу, когда ты прав.

– Чтобы его взять, нужно что-то кроме моей правоты.

– Мысль не новая – но конструктивная.

– Телеметрия по камерам наблюдения ещё не пришла?

Илара стояла поодаль, развернув с планшета фотографии обеих жертв и следы зубов.

– Господа, я тут заметила… Не хочу делать поспешных выводов, но я ещё раз просмотрела его зубы, и прикус – неестественный.

Они обернулись. Альден нахмурился.

– Поясни?

Илара подошла ближе.

– Вот. Эти два выбиваются из рисунка, словно, вставные. У Эрдалла шрам над губой как раз с этой стороны.

Альден взял у неё планшет и увеличил изображение.

– Шраму, как минимум, десять лет. Операцию могли сделать не у нас – но попытаться стоит.

Раза толкнул его локтем.

– А она молодец.

– Не отвлекайся.

– Дай порадоваться ничему.

Альден опустил к нему планшет.

– У нас хватит оснований?

– На ордер нет – но по камерам сойдёт.

– Тогда займись этим.

– Постой, а вы куда?

– Навестим клинический архив, – Альден снял плащ с вешалки. – Может, получится найти информацию по прикусу.

Он пропустил Илару вперёд, помахав рукой Разе, когда тот высунул плоский язык.

– Почему вы не пьёте чистый алкоголь?

– Ваши старые боги тоже под настроение пили то вино – то кровь.

Шрам не портит улыбку – только добавляет ей что-то… притягательное… Девушка не может отвести взгляд, заворожённая тонкой белой полосой и острыми зубами. Приятной беседой.

– Ты интересовался нашими богами?

– Упоминали по работе.

– Работе?

– Клиент был увлечён старой историей. Я отследил параллели, и мне стало интересно.

Она нетерпеливо опирается локтем о стойку.

– Так почему?

– Мы никогда не получали алкоголь напрямую – только вместе с кровью. Думаю, если я сейчас хлебну из твоего бокала, ты увидишь всё, что я съел, – он смеётся, легко – она смеётся вместе с ним.

Муниципальное учреждение, Центральный медицинский архив.

Девушка за стойкой регистрации, зрачки её зеленоватых глаз отражают свет экрана. У неё приятная улыбка. Клыки маленькие, аккуратные – у женщин они всегда меньше.

– Вам назначено?

– Альден Дэспин и Илара Бэк, префектура, мы договорились о встрече.

Словно нехотя, девушка отвела от них взгляд, тонкие пальчики бегают по клавиатуре, донося лёгкий перестук.

– Комендант, вас ожидают на четвёртом уровне, дверь 402.

– Благодарю, – Альден улыбнулся, но девушка тормозит его у стойки, беззастенчиво игнорируя Илару, глядя на него с неприкрытым интересом.

– У вас открыт лицевой счёт в нашей лаборатории?

– Да.

– Всё материалы направить прямо в префектуру?

– Да.

– На ваше имя?

– Да.

– Я вас раньше не видела.

– Нет, – Альден ответил с улыбкой, беря Илару под руку и оставляя девушку одну. Илара обернулась через плечо: та скучающе смотрела на свои ногти.

Ступень 6 совместно с компанией Симиаза Инишиатив вводит в эксплуатацию андроидов, мимикрирующих под вашу внешность. Мэр муниципалитета, Джефф Даффи уже опробовал новинку – что скажете вы?..

***Ему снилась Эмбер. В синем платье и с цветами в волосах. Она далеко, за ней мягкий свет. От него не болят глаза, он не давит на кожу. Эмбер зовёт его, протягивает руки. Он касается её, переплетает пальцы. Касается её волос. Эмбер что-то говорит ему, но он не слышит. Она улыбается. Её глаза сияют. Она смотрит на него, и Гилем не может отвести глаз. Не хочет отпускать её. Она поднимается, чтобы обнять его…

… она душит его. Она сидит сверху, пальцы впиваются в его шею. Лицо исказилось – оно больше не красиво. Гилем пытается оттолкнуть её, скинуть с себя – но не может дотянуться. Эмбер скалится. В зелёных глазах ненависть. Гилем не может дышать.

– Я же… люблю тебя… Эмбер…

Гилем проснулся, резко выставив перед собой руку, чтоб не удариться о полог. Сердце билось о грудную клетку, он всё ещё чувствовал её руки у себя на шее и не понимал. Он ведь всё делал ради неё – так почему?..

Гилем медленно коснулся шрама. В темноте. Глаза не могли уловить ни проблеска света – полог был закрыт дисплей выключен. Оставалось лишь место присесть или лёжа вытянуть над собой руку. Здесь было уютно. Темнота баюкает, оставляя тепло в груди. Палец спустился на губы. Эмбер не нравится то, что он для неё делает. Ей не нравятся женщины? Она должна дать ему немного времени – он научится их распознавать…

Гилем медленно опустился на спину, матрас едва слышно шуршит, принимая новую форму. Гилем не знал, из чего делают эти матрасы, но то, как они подстраиваются под тело, вызывало лёгкое головокружение.

***– Слушай, ты уверен, что мы должны следить за ним? Сейчас ведь день, а он – грёбанный вампир. Пусть вампиры этим и занимаются.

– А что тебе не нравится? Сидишь, никуда не дёргаешься. Раньше заката он не вылезет – а у тебя, по сути, смена прошла.

Двое полицейских в гражданском наблюдают за подъездом. С утра до обеда – в одной машине, после обеда отъехали, оставив камеру, поменяли машину – и встали на другое место. И так ещё три раза.

– Я тут хотел спросить: моей матери диабет поставили – не посоветуешь…

– Не каждый толстый – диабетик.

«Три-Отис-Три, доложите обстановку.»

Тот, что сидел на пассажирском сиденье, нажал на кнопку.

– Всё чисто, Контроль. Мышка в норке – а мы открыли клуб по интересам. Читаем Джона Д. Макдональда «Как перестать притворяться и понять, что ты козёл».

Водитель повернул к напарнику голову.

– Знаешь, мне уже срать на подколки.

– Ты должен быть решительнее.

– И я решительно забил.

«Три-Отис-Три, кончай дурака валять. Это наш главный подозреваемый – не спускайте с него глаз.»

– Понял, Контроль. У нас чисто.

Рацию отключили в тот момент, когда им на капот опустился полицейский дрон.

«Постарайтесь не выглядеть настолько копами.» – светилось на экране.

– Что за…

– Френк.

Пассажир повернулся.

– Сколько в округе потенциальных говнюков?

Тот осмотрел дома. Квартал пристойный.

– Найдём троих – уже хорошо.

– Наш парень – хакер. Вероятность найти двух хакеров среди троих – мала. Верно?

– Однозначно.

Водитель открыл дверь, проверяя шокер.

– Пошли валить его, нахер.

Гилем наблюдал за ними из проулка. Он стоял в тени, глубоко натянув капюшон и скрывая за очками глаза. Его совершенно не беспокоило, что его могли поймать. Или заметить. Его веселили их попытки вести скрытное наблюдение. Хотя, за смекалку, следовало похвалить. Но он знает все машины в округе.

Двери открылись – полицейские стали выходить. Кажется, его выходка их разозлила. Гилем сложил пульт и поспешил через проулок на другую сторону – дома высокие, солнца на этих улицах уже не будет. Полицейские заметили движение и пустились следом. Гилем добежал до угла здания и вышел на улицу; прохожие спешили закончить свои дела до комендантского часа, и Гилем спокойно нырнул в их поток, позволяя нести себя. Пусть и недолго.

– Вон он! – полицейские разглядели долговязую фигуру, и Гилем, подгоняемый азартом, побежал вперёд, проворно лавируя между фигурами. Перебежал дорогу, пролетая мимо машин – один из них в теле, ему будет явно тяжело.

Полицейские разделились: один вернулся к машине – второй продолжил вести цель. Гилему было нужно совсем немного времени. Он резко забрал вправо, забегая на крытую парковку. Совсем немного времени…

На дорогу вылетел автомобиль, едва не сбив полицейского. Поцарапав другую машину. Люди разбежались, останавливались, оглядывались. Дневные экраны опущены – не разобрать, кто внутри. Впрочем, Френку Полларду не нужно было разбирать: он знал. Подоспел Эшли, Френк запрыгнул на ходу – по рации Контроль созывал подразделения – и погоня продолжилась.

Когда стих рёв сирены, Гилем выглянул с парковки. В его руках был пульт, дисплей отображал бортовой компьютер угнанного автомобиля. Направление, скорость, препятствия и преграды. Он никогда не пробовал управлять машиной дистанционно – ещё и на такой скорости – но ему всегда было интересно попробовать. И двое полицейских подвернулись как раз кстати. Автомобиль увёл их достаточно далеко, и Гилем разорвал управление, заставляя тот встать посреди дороги. А сам пошёл в противоположную сторону. Ночь началась как нельзя разнообразно. Гилем уже думал, а не повторять ли трюк время от времени.

Рядом остановился дорогой чёрный седан, экраны опущены – но открыта дверь. Предупреждение отключено или не работает. Мало кто может таким похвастаться.

– Мистер Эрдалл?

Гилем с интересом остановился.

– Мы не связаны с префектурой, мистер Эрдалл. Мой работодатель хочет, чтобы вы встретились.

– Почему со мной?

– Её интересуют ваши профессиональные навыки, – вампир в машине был спокоен. Нет замешательства, неловкости. Взгляд за дорогими очками ровный. Как бы хорошо ты ни врал – будешь выглядеть иначе.

– Хорошо, – Гилем сел в машину, закрыл дверь. – Но, надеюсь, встреча не будет долгой. Этой ночью у меня дела.

– Постой, разве вы не используете… как же её…

Она не чувствует крови во рту…

– Капу? Тебе она не нужна, Маделин. Всё будет хорошо.

Седан остановился перед самым обычным домом в частном квартале. Глядя на это, Гилем был разочарован. Он надеялся, что будет интересно. Ему открыли дверь.

– Ваш автомобиль выбивается из окружения – подберите себе что-нибудь попроще.

– Моего работодателя не сильно волнуют такие вещи. Прошу вас.

Обстановка в доме едва ли не стандартная: обычные экраны, типовая мебель. Фотографии, лёгкий беспорядок. Одного взгляда достаточно, чтобы понять: это не стоит его времени. Гилем уже собирался это озвучить, но его провожатый сдвинул панель на стене, открывая сложный в управлении интерфейс.

– Прошу, отойдите в сторону.

В полу открылся легко подсвеченный проём, ступеньки, уходящие вглубь на три метра, начало широкого коридора. Гилем поднял глаза.

– Кажется, вам всё-таки удалось меня заинтересовать.

– Мой работодатель будет рада это услышать, – провожатый пошёл вниз. – Идите за мной.

Подвал оказался куда обширнее самого дома: два разветвлённых коридора соединяли между собой комнаты. За полупрозрачными дверями, отстоявшими друг от друга на добрых двадцать метров, что-то происходило: ходили силуэты, слышались разговоры. Рядом с одной из них, провожатый остановился.

– Вас ждут.

Дверь открылась. В глубине небольшого полутёмного кабинета за компьютером сидела женщина. Экран бросал неясные блики на её худое строгое лицо, на убранные назад чёрные волосы. На столе перед ней лежал сенсорный коврик, в пальцах она крутила стилус.

– Мистер Эрдалл, – она предложила ему сесть на свободный стул. – Моё имя Эгрэта Кабрэ, думаю, нет смысла уточнять организацию, которую я представляю?

Гилем сел, молча соглашаясь: нужды в этом и правда не было.

– Ваш подчинённый сказал, что вас интересует моя работа. Почему именно я? Вы можете получить в своё распоряжение любого.

– Именно, мистер Эрдалл. Любого. Наш выбор упал на вас, в силу ваших… особенностей. И прекрасного послужного списка.

– А если я откажусь? – и снова в глазах только интерес.

Эгрэта положила стилус на коврик, сложив перед собой длинные пальцы и легко выдерживая холодный, как у рыбы, взгляд.

– Это прозвучит, как клише, но, в таком случае, нам придётся вас убить. Что, несомненно, принесёт обществу большую пользу.

При лёгкой улыбке во рту блеснули клыки.

– Мистер Эрдалл, я надеюсь, вы понимаете, что некоторые ваши действия не вполне законны. Вы – хорошо интегрированный в общество психопат, и, если бы не случайный инцидент с мисс де ла Роза, вы бы продолжили успешно обманывать общественность. Вы умны, хорошо просчитываете свои действия, но ваша ошибка в том, что вы считаете других глупее себя. Поверьте мне: это не так. По вашему следу уже идёт префектура, так что будьте готовы, что в ближайшее время, они до вас доберутся.

Женщина снова улыбнулась и развернула к Гилему экран.

– Мы готовы предоставлять вам девушек. Люди, блондинки. Прошедшие специальный отбор. Вам больше не нужно будет бесцельно бродить по улицам. Взамен вы полностью переходите в нашу юрисдикцию, будете выполнять требуемую работу точно в срок и не задавая лишних вопросов.

С экрана на него смотрели порядка сорока фотографий, под каждой – строчки личного дела. Он видел Её. В них. В каждой… Гилем не знал, что их так много… Ему предстоит проделать большую работу.

Гилем перевёл взгляд в ожидающие глаза.

– Когда вы хотите, чтобы я начинал?

========== четвертая… ==========

Пуля пробивает трахею. Клыки купаются в собственной крови.

– Итак, Эрдалл сбежал – не могу не отметить, что сделал он это изящно.

– Что по камерам?

– А что по камерам. Там вообще ничего нет. Репортёры только набежали: «Автомобиль без водителя гонит по улицам», – Раза сделал большие глаза.

Раза опять сидел за компьютером, Альден, скрестив на груди руки, стоял за его плечом. Илары не было. Раза обернулся.

– Отпустил девочку?

– Не отвлекайся. Айтишники получили копию?

– Сразу, как пришло, – снова обернулся, глаза хитрющие. – Дэспин, а ты не влюбился? Сколько ей? Лет двадцать?

– Тридцать пять, – скосил на Разу взгляд. – И нет, я не влюбился.

Усмехнулся. Хотя девочка-то ничего… ещё и умная.

Дверь открылась, Альден не обернулся.

– Опаздываешь.

– Меня Белла задержал, – Илара повесила у двери пальто, рядом прислонила зонт. – Обработали видео с камер – парни говорят, сделано качественно, но на скорую руку. Они нашли склейку – а дальше всё по слоям разошлось.

Она вставила блок памяти в компьютер. Раза запустил проигрыватель.

– Вот наш парень, – Илара показала в экран. – Вот он выходит с парковки. А вот тут за ним приезжает машина. Номера уже пробили – они липа. Маршрут уводит за город – но ребята сказали, что его продлили искусственно. Сейчас они копаются в коде – где код удваивается – наше место.

– Не нравится мне это, Дэспин. Тут жопу включать не надо – и так всё ясно.

Альден кивнул и отошёл от стола.

– Сработаем на опережение – всё получится. За труп нам предъявлять не станут.

Илара обернулась.

– Труп?..

– Мы – убойный отдел, Илз, – Альден подмигнул, выходя из кабинета.

Илара посмотрела на Разу.

– Он ведь не серьёзно?

Тот хмуро вернул взгляд.

– Ты хоть раз видела, чтобы он шутил?

Мягкое белое свечение платья. Она идёт, плавно покачивая бёдрами, отбрасывая свет на пол и стены коридора. Стены гасят музыку, доносится лишь приглушённый ритм. … У неё зелёные глаза, когда же она улыбается, во рту показываются накладные металлические клычки. Она ведёт за собой.

– Как тебя зовут?

– Фламинго, – девушка оборачивается через плечо. Смотрит ему в глаза. – Но мне сказали, ты захочешь называть меня Эмбер.

Гилем обратил внимание, что, хотя само солнце слишком яркое, ему нравилось, как оно освещает предметы и как бросает от них тени. Это было по-настоящему красиво. Вампиры днём видят очень плохо: свет солнца отражается от глазного дна, окрашивая все тени и мало-мальски тёмные объекты равномерно-красным. Чем темнее – тем ярче. Очки защищают глаза от вредного воздействия излучения, но и только. Гилем сидел на крыше, в спасительной тени высотных зданий и смотрел на затопившее город алое сияние. В этом сиянии купалась его роза.

«Мистер Эрдалл, вы замечали, что касаетесь шрама лишь в моменты, сильных эмоций? Кто-нибудь обязательно обратит на это внимание…»Гилем отнял руку от лица, посмотрел на пальцы. В таком освещении их покрывала кровь. Почти не думая, поднёс ко рту, пробуя на вкус свою тень, снова поднял к глазам. Он хорошо помнил ту ночь с отцом, помнил, какой испытал интерес, как, не чувствуя, не понимая боли, исследовал языком рваную рану во рту. Осторожно ощупывая обломки зубов, ощущая восхитительную, почти инопланетную нежность освобождённой от оков слизистой оболочки плоти. С каким восхищением он всасывал собственную горячую кровь. Отец сунул пальцы ему в горло и заставил всё отрыгнуть ещё до приезда «скорой». Гилем был зол на отца и подстроил тому отравление.

Сейчас, глядя на сияющие алым тени, Гилем вспоминал то состояние. Ему открывалась красота этого мира. Настоящая. Совершенная. Красота, достойная лишь немого восхищения, ведь все произнесённые слова её приземлят и опошлят. Красота, подобная его любви.

***Важно продумать как именно вы собираетесь использовать пространство крыши: хотите ли вы принимать гостей, превратить крышу в сад с беседками и дорожками – или же просто любоваться на зелёный газон, привлекая на свой участок птиц и насекомых… нагрузка на кровлю, в данном случае, гораздо выше из-за необходимости более мощного слоя субстрата под многолетники, кусты и небольшие деревья… живую крышу легко создать самому, насыпав грунт на крышу строения… зелёная крыша это не только грунт, в неё также входят качественная система дренажа, гидроизоляция, субстраты и с умом выбранные растения… самое важное перед началом – придумать дизайн… самое важное перед началом – понять зачем вам роза…

Альден чистил свой табельный пистолет. Он находил это занятие успокаивающим и проделывал каждый месяц на протяжении уже двадцати лет. Или чаще, по необходимости.

Илара застала его за этим впервые. К моменту её появления, Альден успел разложить инструменты, нанести и убрать щелочную смазку со ствола и затвора. Было что-то завораживающее в его уверенных спокойных движениях и сосредоточенном лице.

– Вам доводилось стрелять по живым мишеням?

– Чаще, чем хотелось бы.

Он не поднимал глаз. Навинтил на шомпол насадку с сухой ветошью и ещё раз прошёлся по всему стволу.

– Один раз стрелял в друга. Пробил ему колено. Он встал на защиту преступника и собирался стрелять в меня.

С лёгкой улыбкой посмотрел на неё, но Илара не встречалась взглядом. Альден прочистил ствол ёршиком, высыпая на подложку нагар. Снова нанёс на ветошь щёлочь.

– А в вас стреляли?

– За двадцать четыре года я уже перестал считать.

– В меня стреляли.

Всё ещё наблюдая за его руками, Илара подняла волосы и повернулась спиной. Наклонила голову. Над воротником у основания шеи показался шрам.

– Это был мой первый год в наркотиках. Мне повезло, что стрелок попался неважный.

Альден задержал взгляд на шраме.

– Ты не убрала его.

Илара опустила волосы и посмотрела через плечо.

– Это напоминание. Что подстрелить могут даже свои.

Раза пробежался пальцами по столу, обозначая своё появление.

– Извините, что прерываю интимный момент, ребята, но, кажется, мы пропустили ещё одну девушку.

Альден вскинул голову.

– Что? – нахмурил брови. – Когда?

Многозначительная пауза и лукавый взгляд жёлтых глаз. На стол легла фотография.

– Джанет Вайс. Её пропустили, потому что она осталась жива. Ночной инженер в БМА. Камеры определили её и субъекта, который «не», – выделил частицу в интонационные кавычки, – выглядит, как наш парень, в кафешке Дядя Лау за три ночи до убийства Маделин Хейл. Дэспин, – Раза перевёл взгляд, – пятнадцать минут на закончить, иначе с Иларой иду я.

***– Мистер Алмонд, как правильно произносится ваша фамилия?

– «Л» не читается. Как орех.

Илара начала запись.

– Производится опрос свидетеля Фреда Амонда, владельца ночного кафе Дядя Лау. Опрос проводят комендант-детектив Альден Дэспин и оперативный сержант Илара Бэк. Опрос начался в, – она глянула в угол экрана, – два тридцать пять, проводится на территории кафе.

Фред Амонд, отец местный, мать – мигрантка. Стал владельцем кафе Дядя Лау после выхода на пенсию предыдущего, Лау Чинваня (в миру Эд Лау), потому что был с ним в хороших отношениях и аутентично выглядел.

Раза хотел, чтобы и ему досталась хоть какая-то девушка, так что, он направился к Джанет (благо, та работала ночью, и таких проблем, как с опросом свидетелей днём, не возникало), – Альден и Илара поехали в кафе.

– Вы работаете ночью и обслуживаете только людей. Почему?

Фред растерянно пожал плечами.

– Понимаете, иногда хочется просто отдохнуть. Подумать, не торопиться. Я ничего не имею против вампиров, вы не подумайте, – он предостерегающе поднял руки. – Просто иногда людям хочется побыть в компании людей.

Альден кивнул и показал фотографию.

– Примерно четыре ночи назад к вам заходил этот мужчина, вы его помните?

– Да… – бармен сразу спал с лица. – Он приходил с девушкой – Джанет, часто ко мне заходит. Но его я видел впервые…

Поднял глаза.

– У него был такой взгляд… – Фред нахмурился, пытаясь объяснить. – Словно я насекомое – а он меня изучает. Меня аж до мурашек пробрало. А Джанет, словно, не замечала. Он, словно, её… очаровал. Видел то, чего не видят другие. Они сидели, как старые друзья.

– Они ушли вместе?

– Нет, – Фред повернулся к Иларе. – Он ушёл один. Они о чём-то говорили, я не слушал.

– У вас ведётся запись?

– Нет, – Фред покачал головой. – Вернее, мы храним записи несколько часов и, если за смену не произошло ничего криминального, обнуляем носитель. Эд хотел, чтобы люди здесь отдыхали.

Альден снова кивнул.

– Носитель всегда один и тот же?

– Да.

– Он сейчас в работе?

– Да.

– Мы можем попросить его у вас для экспертизы? Иногда в записанных поверх материалах можно вычленить фрагменты старых.

Бармен поджал губы, нахмурился. Ему не нравилось, что всё происходит здесь, в месте, где людям положено расслабляться, есть вкусную еду, от которой не пахнет кровью – и вообще не должно происходить ничего. Потом, наконец, кивнул.

– Хорошо.

Было видно, что он хочет сказать что-то ещё. Когда Фред поднял глаза, выглядел он абсолютно несчастным.

– С Джанет всё хорошо?

– Да. Наш коллега сейчас с ней разговаривает.

– Итак, что я выяснил.

Они встретились в кафе. В другом. В таком, где подают кровь и не смотрят искоса на твой цвет глаз, кожи, руки. На всё, что выглядит неуместным в настолько нацеленной на человека обстановке. Раза пил из стакана через соломинку и читал по планшету.

– Эрдалл подошёл к ней на улице и назвал Эмбер. После чего у них завязался разговор, он заинтересовал девушку хорошими познаниями и нестандартным поведением. Очаровал, как вы говорите. Что ещё… – Раза рылся в записях. – Он предложил выпить, она пошла к Дяде Лау, он предложил проводить её до дома, но она отказалась.

– Сказала почему?

Мимо, осматривая столики, прошла официантка с кувшином.

– Он ей понравился, но она решила не заходить далеко – ведь иначе пришлось бы оправдываться и объяснять, что она не считает вампиров сексуальными.

– Это решение спасло ей жизнь.

Раза притворно вздохнул.

– Всё-таки, все эти фильмы, которые учат нас «как», «где» и «куда» в общении вампиров и людей никуда не годятся.

Илара округлила глаза.

– Раза! Кошмар какой… – отвела взгляд. Кажется, она покраснела.

– А что? – он развёл руками. – Мы здесь все большие мальчики и девочки. Это ведь не порно с животными.

Посмотрел на Альдена, словно, вдруг начал сомневаться.

– Нет же?

Илара подняла к лицу руки. Альден, кажется, не слушал. Он вывел перед собой информацию, вчитывался, сравнивал. Эрдалл самоуверен и, кажется, не подозревает, насколько они близко.

Жестом свернул экран, встал, подзывая официантку.

– Мы почти его поймали. Будем надеяться, он слишком полагается на свой камуфляж. И да, Раза, – посмотрел на него. – Ты жуткий расист.

Тот клыкасто улыбнулся и подмигнул Иларе.

– Нет, Дэспин. Я просто жуткий.

***Ночью шёл холодный дождь. Вынырнув из его объятий, Гилем окунулся в музыку. Громкую, вызывающую. Музыку, что отдавалась в зубах, подчиняла себе сердце. Посетители – вампиры и люди, расцвеченные под все цвета радуги, сияющие, как алмазы – двигались под неё, прижимаясь друг к другу, забыв об ограничениях, о том, кто они за пределами этого обволакивающего спасительного грохота. Белым пятном среди всех выделялся диджей. Вампир с белыми волосами в когитарном шлеме, соединявшем его мысли с пультом. Летающий вокруг дрон проецирует на стену за его спиной его руки, лицо… Кажется, вот у кого здесь вся власть.

– Ты Гилем? Я тебя узнала. Мне хорошо тебя описали.

Гилем обернулся на голос, с капюшона вниз капала вода – и встретился с зелёными глазами. Девушка улыбалась, смотря на него.

– Мне сказали, что ты будешь выделяться. Что ты здесь в первый раз. Что мне надо будет помочь тебе.

Девушка подняла руку, снимая с его головы капюшон, легко касаясь пальцами волос.

– Ещё мне сказали выполнять любые, – она выделила это слово, встречаясь с ним взглядом, – твои желания.

Гилем не мог перестать смотреть в эти глаза, на чувственные губы, открытые плечи. Свет платья из плотной ткани мягко подсвечивал её кожу, серебрил волосы. Девушка ждала, а он, словно, забыл, как дышать…

– Пойдём отсюда, – мягкая добрая улыбка. Она взяла его руку и повела за собой…

Его переполняла нежность. Чувство, как бурлит во рту её горячая кровь… Такое правильное. Пробуждало внутри что-то давнее, забытое. Ни с чем не сравнимое. Эмбер научила его. Позволила вспомнить.

Он держит её, трепещущую в своих руках, она прижимается, запускает пальцы в волосы. Наслаждение в каждом выходе. Открытость. Доверие. Любовь. Неприкрытая, искренняя, чистая. Совершенная.

Без ограничений. Без рамок. Нельзя быть ближе, чем они сейчас.

Он чувствует, как в него перетекает её жизнь. Как стремится она её отдать…

Ласковая смерть…

– Фламинго Иствега. Анализ и опознание подтвердили.

На столе перед ними ещё одна фотография. Девушка. Большие зелёные глаза, светлые волосы.

– Молодая совсем, – Раза, кажется, забыл, что ещё недавно сравнивал людей с животными. – Наш парень-то не сидит на месте…

– Кто проводил опознание?

Илара посмотрела в записи.

– Работодатель и один из коллег. Девушка работала ночным хостом в межвидовом клубе Табу.

– Не сильно на него похоже, – Раза нахмурился и поднял глаза. – Он уже по клубам ходить начал? Может, Эрдалл её нашёл по пути домой?

Илара покачала головой.

– Тут сказано, её айди сработал в разгар смены. Она ушла никого не предупредив.

Альден взял пальто, собираясь на выход.

– Нужно наведаться в этот клуб, узнать, вдруг кто-то его видел.

Дверь открылась, показался один из кадетов. Осмотрел всех и остановился на Иларе, да так и остался стоять в дверях.

– Бэк, Фиммел вызывает.

Раза округлил глаза.

– Префект? Ты что-то натворила?

Илара пожала плечами, взяла сумку и пошла к ожидавшему её кадету. У дверей обернулась.

– Идите без меня. Расскажете потом.

В Табу они пришли вдвоём. Вчерашняя сырость так и стояла в воздухе, заставляя потуже затянуть шарф и запахнуть пальто.

– Комендант-детектив Альден Дэспин и оперативный капитан Раза Аслан, – они показали удостоверения. – Нам необходимо поговорить с управляющим.

Ночной вышибала сверил карточки, поднёс браслет-коммуникатор к лицу и предупредил об их приходе. Кивнул, пропуская.

– Вас ждут. Лестница в глубине зала.

Раза потянулся к Альдену на ухо.

– Хоть на холоде не мурыжил, впустил сразу.

Внутри было шумно и людно. На стойке кроваво-красные коктейли перемежают цветные, светящиеся и абсолютно дикие. Два бармена: человек и вампир – перекидывают друг другу бутылки и шейкеры. Шоу, эпатаж. Табу. Зрачки расширены от темноты и наркотических веществ. Диджей управляет музыкой, его радужка сияет как белый фосфор, хрустальные клыки отражают гранями свет. Он кричит во весь голос, но его едва слышно. Биты пробирают до костей, вибрируют с сердцем, и, даже понизив чувствительность слухового аппарата, Раза чувствует их всем телом. По стенам ползут сумбурные линии. Смерть одного не должна сказываться на работе всего заведения.

– А мы в детстве с оголённым проводом играли, да банки с газировкой к каблукам приматывали. Уж они шипели… – пытаясь перекричать музыку, Раза прошёл мимо мужчины, из одежды на котором лишь золотая краска. – Дэспин…

Раза пошарил рядом рукой.

– Мне здесь не нравится. Дэспин? – обернулся. Альден почти дошёл до лестницы. – Да-да, Раза, спасибо за работу, возьми выходной, – пробурчал и поспешил догонять.

На лестнице грохот музыки уже не казался настолько проникающим и лишь немного давил на уши. Раза сразу вернул приемлемую чувствительность аппарата, чтобы ничего не пропускать. Дверь наверху была открыта. Их ждали.

– Ути киска! – Раза присел на пол, подзывая роскошную белую кошку.

– Офицеры, – Верол Орка – высокий вампир, серые глаза, тёмные, зачёсанные назад волосы, владелец клуба – встал из-за стола, приветствуя обоих. В его кабинете уже можно было говорить, не напрягая голос. – Не уверен, что смогу вам многое рассказать, но постараюсь быть полезен.