Текст книги "На хайпе! (СИ)"
Автор книги: Айнурр
сообщить о нарушении
Текущая страница: 24 (всего у книги 31 страниц)
Глава 36
Выйдя на улицу, вдохнул прохладный утренний воздух. Наконец-то жара отступила. Это придало мне сил, несмотря на ранний подъём.
Пока шёл к машине, что-то показалось мне странным. Но я не мог понять, что именно насторожило. Почти что около самой машины оглянулся. Недалеко от меня припарковался фургон. И водитель с пассажиром внимательно следили за мной. В руках последнего заметил фотоаппарат, который он быстро поднял, чтобы сделать пару снимков. Я охотно попозировал журналисту пару секунд. Лишь после этого сел в машину.
Хм, значит, СМИ теперь знают, где я живу. Даже не поленились приехать с утра пораньше, чтобы заснять меня. Впечатляет. Правда, ещё и беспокоит. Не придётся ли мне срочно искать квартиру? Адрес звезды на самом деле узнать не так уж и трудно. Здесь больше речь о том, чтобы снять, так сказать, более защищённую квартиру, где есть, например, охрана. Журналисты иногда бывают очень надоедливыми…
Когда я тронулся, фургон журналистов тоже поехал. Поначалу считал, что нам просто надо в одну сторону. Только через несколько поворотов понял, что журналисты следят за мной, специально едут по пятам. А вот это уже точно было лишним!
Около одного из светофоров я специально замедлился. Между машиной журналистов и моей была ещё одна. Её водитель не понимал, что творю, и начал сигналить. Когда на светофоре вспыхнул жёлтый, нажал на газ и уехал вперёд. Водитель позади меня тоже успел среагировать. А вот журналисты застряли на светофоре.
Специально попетляв по городу, всё же доехал до пункта назначения. Это был салон красоты. Три недели назад я уже приводил себя в порядок, но успел вновь зарасти. Да и волосы не помешало бы подкрасить. Вообще, это, наверное, следовало сделать до того, как снялся в ролике Бульдака. Но в нём носил поварской колпак, так что не стал заморачиваться.
– Чёрт, мозги скрипят, когда вспоминаю рекламу лапши. Непривычно, что Бульдаком называют что-то ещё.
Салон хоть и считался элитным, но не был из тех, куда захаживали звёзды. Об этом месте мне рассказала стилистка Netflix. Та самая, которая подстригла, а потом и покрасила. Я спросил у неё, где могу поддержать образ, если захочу сохранить его. После этого девушка и рассказала о салоне подруги.
– Вы выглядите уставшим. Может, ещё и масочку на лицо? – спросил мастер, следовало мне сесть в кресло.
– Просто не выспался. Скоро пройдёт.
Но через несколько секунд я передумал. Вспомнил, что нынче моя аудитория состоит не только из мужиков за сорок, но в ней есть и более молодые люди. Причём среди новичков в сообществе довольно много девушек. Так что…
– Давай маску.
Вряд ли она сделает меня красивее, но, по крайней мере, хуже точно не станет.
Почему в моей Системе нет характеристики «привлекательность» или чего-то похожего? Быть на хайпе с красивым личиком гораздо проще. Особенно в Корее, которая страдает лукизмом...
Мастер улыбнулась.
– Это хорошо. Фанаты довольно требовательны к звёздам. Они считают, что артисты должны сиять всегда, – сказала женщина, которая прекрасно знала, кто я такой.
Следовало мастеру договорить, как со стороны послышался писк, а потом с кресла вскочила такая же ранняя пташка, как и я. Гостья салона, запрыгав на месте, произнесла:
– Это же вы! Можно автограф?
– Да, конечно, но чуть позже…
– А можно сфотографировать вас? – спросила посетительница, уже направив на меня телефон.
– Можно, – кивнул женщине. – Только, пока я в салоне, не выкладывай фото в сеть.
– Хорошо!
Неужели мне уже следует начать подыскивать новый салон? Такими темпами и зазвездиться можно, хех. Ранее встретил журналистов, а сейчас, судя по всему, фанатку!
После салона в хорошем расположении духа я поехал за Соми и Даон. Именно из-за них оторвался от журналистов. Я не боялся, что кто-то заснимет моё посещение салона красоты. Это же Корея. Здесь мужской косметики не меньше, чем женской. Просто не хотел привести журналистов к девушкам.
Собравшись, мы поехали завтракать. После этого за чашкой чая приступили к обсуждению дел. На этот раз я заговорил первым.
– Соми, у меня есть идея для одной песни. Трек исполнишь только ты, но он не в жанре рок. Хочешь попробовать?
У Соми уже есть песня, которую она пела практически в одиночку, но «X», честно говоря, одноразовая затычка. Трек нужен был лишь для перформанса. Его качество меня не устраивало. Он казался пустышкой. Не хотелось с чем-то подобным ещё раз выходить на сцену.
Я думал, что Соми немного подумает перед ответом, но она практически сразу же решительно кивнула мне. Даже спросил, почему девушка так быстро согласилась.
– Я доверяю тебе, – ответила она.
Получив согласие, отправил через Kakao текст песни.
– Ты же говорил, что это только идея… – удивилась девушка, открыв чат.
Даон никак не отреагировала на происходящее. Продолжила спокойно пить чай. Вчера мы с менеджером уже всё обсудили. По факту эта песня была попыткой Души Сеула выйти за привычные рамки. При этом, если ничего не получится, весь негатив практически полностью свалится на Соми, так как петь девушка будет одна. Когда выбирал песню, вообще ни о чём таком не задумывался. Я просто хотел, чтобы Соми не чувствовала себя обделённой, участницей на вторых ролях в нашей группе. Сам же в FiveR скатился до второстепенного участника, поэтому не хотел для девушки такой судьбы.
По поводу негатива. Это Даон вчера объяснила мне, что с помощью Соми мы хорошо подстрахуемся. Не без причины, но менеджер ценила меня гораздо больше, чем второго участника Души Сеула. Поэтому пыталась уберечь всеми силами.
С одной стороны, настолько меркантильный подход Даон к Соми мне не нравился. С другой стороны, чья бы корова мычала.
Из-за слов Соми мне даже стало совестно, что используем её в качестве подопытного кролика. Вскоре я подавил это чувство, так как изначально не задумывал что-то такое, а ещё верил в успех песни.
Новый трек прежде всего выбрал исходя из трёх критериев. Во-первых, он банально должен был нравиться мне. Во-вторых, Соми обязана справиться с вокалом без особых проблем. В-третьих, так уж получилось, что меня и Душу Сеула считают критиками современной индустрии развлечений, общества и иногда даже государства. В общем, песня не должна выбиваться от прочих наших треков, чтобы особо не огрести от своей аудитории.
– Песня ещё не вышла, и до этого дня я не знал, согласишься ли ты, поэтому считал её всего лишь идеей.
Девушка нетерпеливо вчиталась в текст песни. Практически сразу же она нахмурилась. Вероятно, первая строчка ей не совсем понравилась. Могло показаться, что вновь навешиваю на Соми тот образ, от которого мы только недавно избавились на концерте с помощью перформанса. Но следовало ей прочитать дальше, как лицо моего товарища по команде разгладилось.
Вскоре она уставилась на меня. Соми открыла рот, чтобы что-то сказать, но ни одно слово так и не сорвалось с её губ.
– Потеряла дар речи? – с лёгкой улыбкой на лице, спросила Даон.
– Да, это просто нечто! – ответила девушка, повернувшись к менеджеру. Затем она вновь взглянула на меня и с явным сомнением спросила: – Эта песня точно для меня? Правильно ли её давать именно мне? Может, ты чуть переделаешь текст и сам споёшь? Или, если не хочешь переделывать, найдёшь более подходящую исполнительницу?
– Я верю, что именно ты должна спеть эту песню.
Мои слова не убедили Соми. Было видно, что она до сих пор сомневается.
– Неужели ты хочешь, чтобы этот трек действительно достался какой-то другой группе, а не Душе Сеула? Не думаю, что, кроме нашей группы, кто-то другой сможет хорошо донести суть этой песни до слушателей.
– Если ты так говоришь, то я начну учить песню… – ответила Соми. – Уже есть музыка?
– Минджу, конечно, один из лучших сонграйтеров в стране, но он не Бог, – сказала Даон.
Я молча отправил Соми музыку… После того, как Даон справилась с шоком, девушки вместе послушали музыку. Соми сказала, что чего-то такого примерно и ожидала. Если взглянуть на текст и музыку, можно понять, что это игра на контрасте.
Обсудив новую песню ещё немного, настала очередь менеджера вести диалог.
– «Chop Suey» до сих пор держится на втором месте топа Melon, – проверив информацию на телефоне, сказала Даон.
– Жаль, мы не можем занять первое место, – с грустным видом произнесла Соми.
– Раньше ты фанатела по группе Пион, а сейчас уже хочешь занять её место? – шутливо спросил у девушки.
– Как минимум сама Пион мне резко разонравилась, – поморщившись, ответила Соми.
– Вот поэтому не следует фанатеть по людям. Особенно тем, кого ты лично не знаешь.
– Со мной связались несколько радиостанции, – рассказала менеджер. – Есть те, с кем мы уже работали, и парочка новых. Они хотели получить разрешение на трансляцию «Chop Suey».
– Обойдутся, – ответил Даон.
Блондинка кивнула мне.
– Я сама уже отказала им. Если бы разрешили трансляцию по радио, скатились бы в топе Melon.
Этот топ на самом деле для корейских артистов довольно важен, поэтому стрелять в ногу на нашем месте никто бы не стал.
– Кстати, ты сегодня читал новости? – как-то странно посмотрев на меня, спросила Даон.
– Ещё нет. Не было времени.
– А ты, Соми? – обратилась менеджер уже к девушке.
– Я встала лишь незадолго до того, как вы за мной заехали.
Даон загадочно улыбнулась.
– Мы вполне можем занять первое место в топе Melon.
– Группа Пион вляпалась в какой-то скандал? – спросил, а после отпил чай. Скандал – это первое, что пришло на ум. Вдруг из-за него айдолы потеряют поддержку верных фанатов?
Даон дождалась, пока поставлю чашку обратно на стол, только после этого она сказала:
– Ли Хёри ночью на всех аккаунтах выложила короткое видео, где пропела пару строк из «Chop Suey» и напомнила артистам, что о своём ментальном здоровье тоже следует заботиться.
– Да! – я вскочил со своего места и сжал кулак перед собой.
Соми, кажется, не поняла, почему я так радуюсь.
– Э-э, разве её поддержка так важна? – спросила девушка.
– Очень важна! – сразу же ответил ей.
Если Ева была легендой корейской оперы, то Ли Хёри – бывшая королева попа. То, что она пропела пару строк из нашей песни, значит очень многое! Несмотря на то что сейчас титул королевы принадлежит другой исполнительнице, трон под которой, между прочим, зашатался, а Хёри чаще мелькает на экранах в качестве актрисы или даже телеведущей, у неё просто огромное влияние на индустрию развлечений. Такая реклама просто неоценима!
Хм, если подумать, рано или поздно мы действительно должны были привлечь внимание Ли Хёри. Она нередко говорила в интервью, что знает о депрессии не понаслышке. Женщина даже несколько лет посвятила помощи айдолам с ментальными проблемами.
Сейчас, когда вспомнил это, даже как-то странно, что попали ей на глаза так поздно. Может быть, она просто не любит рок и метал?
Несколько человек в ресторане и персонал смотрели на меня, как на дурака. Но, честно говоря, сейчас на них было плевать. Хотелось достать телефон и как можно скорее посмотреть ролик Ли Хёри.
Но не успел я вбить в поиске имя бывшей королевы попа, как Даон ещё раз обрадовала меня:
– Кроме того, Душа Сеула получила приглашение на MMA.
Я чуть ещё раз не вскочил со стула, но вместо меня это сделала Соми! MMA – не смешанные единоборства, а премия Melon Music Awards. Именно из-за неё места в чарте Melon так важны. На этой премии подводят итоги года в музыкальной индустрии и награждают лучших артистов. И нас пригласили поучаствовать в ней! Следует сказать, что пока был с FiveR, ни разу не получил приглашение. Но Душу Сеула заметили!
MMA, конечно, не MAMA, Mnet Asia Music Awards, но тоже солидная церемония, в которой не зазорно поучаствовать даже самым топовым артистам страны, уже получившим всемирную известность.
– Пока рано радоваться. На данный момент вас зовут лишь в качестве гостей, – улыбаясь, предупредила Даон. Она была похожа на мать, которая гордится успехами своего ребёнка. И хоть менеджер сказала, что нас зовут только в качестве гостей, вряд ли девушка сама до конца верила в это. Приглашение было словно предупреждением, мол, ничего не планируйте на день проведения церемонии. Гостей можно позвать практически в последний момент, а вот участников… Через некоторое время, скорее всего, услышим, что стали номинантами. На первый взгляд есть шанс получить награду в жанре рок и взять лучшего автора песен.
Чёрт, как же Соми повезло! Только дебютировала и уже попала на MMA!
– Кстати, а когда состоится церемония? – спросил у Даон.
– В середине октября. Точной даты мне пока не назвали.
– Так рано? – удивилась Соми, которая вновь села за стол. – Обычно же MMA проходит в ноябре.
Даон пожала плечами.
– Наверное, не хотят пересекаться с MAMA. В последние годы Mnet явно поднял планку своей церемонии, – ответила менеджер.
– Не факт, что в этом году они смогут устроить что-то настолько грандиозное, как в прошлых. Слишком большие репутационные потери, – покачал я головой.
– А вместе с ними и денежные, – согласилась Даон. – ММА, скорее всего, просто желает перестраховаться. Всё же у Mnet за спиной стоит крупная корпорация. Она может выделить денег для премии.
На следующий день я поехал на трансляцию нового эпизода «Битвы сонграйтеров». Она вновь проходила в другом месте. Организаторы и на этот раз арендовали концертный зал, но подготовка была лучше. Как минимум никого не разместили на улице в палатках. Даже участников вроде Кашмира, у которого была самая многочисленная команда. И в прочих мелочах видны улучшения. Например, в реквизите. В комнатах участников появился большой гардероб со всевозможными костюмами, которые можно использовать для выступления.
На этот раз со мной на шоу приехали только Соми и Даон. Больше не было актёров-помощников. Ли Сок посчитал, что один раз прорекламировать новую дораму на Mnet достаточно. Наглеть не стоило. Мы же по факту сделали это бесплатно… Актёры в качестве моих помощников, конечно, привлекли внимание уже к самому шоу, но впредь лучше нормально договариваться о рекламе.
На этот раз моё выступление оказалось практически посередине. А вот тема…
– Ого! Песня на французском языке! – объявил ведущий. – Как интересно!
Ага, настолько интересно, что из цензурного были только предлоги. Ну, какой на хуй французский?!
Похоже, в этом эпизоде я, как и предсказывал, покину шоу.
Глава 37
Режиссёр «Битвы сонграйтеров» даже через экран монитора чувствовал растерянность Минджу. И он был далеко не единственным. Помощник указал ему на экран, где мелькали комментарии.
«Бедный Бульдак...»
«Одно дело, когда участник сам берёт и пишет песню на другом языке. И совсем другое, когда на шоу выпадает такое задание. Это уже совсем».
«Французский? А чего сразу не монгольское горловое пение?»
«Включил состязание сочинителей песен, но почему-то смотрю шоу полиглотов, лол)»
«Я могу понять задание написать песню на какую-то тему или в каком-то жанре, но вот на другом языке... Тупость».
Режиссёр поморщился от этих комментариев. Шоу в прямом эфире получило удар по репутации. Но теперь ни агентство Пион, ни руководство канала не смогут сказать, что он вообще не старается, ничего не предпринимает, чтобы выполнить их задание.
Потом надо будет договориться с одним из участников, за спиной которого стоит агентство, и тоже дать написать песню на каком-нибудь языке, чтобы выправить ситуацию. Так люди не подумают, что шоу специально мешало только Минджу.
Наконец, Минджу очнулся. Развернувшись, он быстрым шагом ушёл со сцены. Режиссёр на это только посмеялся про себя. Спешка здесь не поможет. Комментаторы правы. Как бы Минджу ни торопился, написать музыку на незнакомом языке нереально. Только вот вместо чувства победы мужчина ощущал какую-то странную горечь…
Режиссёр специально выделил один из экранов только для Минджу и время от времени поглядывал на него. Следовало ему только войти в свою комнату, как на участника накинулись две обеспокоенные девушки. Увидев это, режиссёр кивнул. Французский язык был правильным решением. Если бы участник знал его, члены команды не выглядели бы так встревоженно.
– Что будем делать? – спросила менеджер. – Может быть, позовём на помощь трейни или айдолов, которых продвигает шоу?
Это была хорошая попытка. Но режиссёр прочитал досье каждого трейни и айдола, поэтому знал, что среди них нет тех, кто владел французским. В основном агентства заставляли учить английский. Часто айдолы и трейни также знали языки ближайших соседей, потому что нередко они и сами были из этих стран.
– Писать песню, – ответил менеджеру парень.
– Разве ты знаешь французский? – с растерянным видом спросила девушка.
– Чуть-чуть, со словарём, – ответил Минджу.
Услышав это, режиссёр выплюнул кофе прямо на дорогостоящее оборудование.
– Что за бред? – возмутился мужчина. – Если ты хотя бы немного знаешь другой язык, не следует ли об этом вопить на каждом углу, как сделал бы любой-другой нормальный айдол? Чёрт, вот почему он сейчас выглядит так спокойно…
Минджу… на самом деле не знал французского. Он считал, что из французского в нём только круассан, проглоченный на завтрак. И даже здесь парень ошибался, так как не был в курсе истории блюда.
Но та растерянность на сцене возникла не из-за незнания языка, а нелепости происходящего. С учётом того, что на прошлом эпизоде из шоу вылетели два самостоятельных сонграйтера, сейчас, похоже, настала его очередь. Для этого Mnet вновь начал нечестную игру. Но как же топорно всё сделано! Настолько неприкрытое желание выкинуть Минджу из шоу и заставило парня растеряться.
Минджу не знал французского, но обладал Системой. На самом деле та песня, которую парень недавно нашёл для Соми, изначально была на японском. Девушка владела им, а вот Минджу нет. Но Система в рамках одной песни помогала ему заговорить на японском. И он даже знал, что значит та или иная строчка! Поэтому японскую песню он перевёл на корейский…
Минджу пробовал спеть оригинальную песню сам. Его японский был вполне сносным. Вовсе не идеальным, но носитель понял бы его без труда. Во многом благодаря дикции.
Пусть происходящее явно было подставой от организаторов, Минджу не опустил руки. Его хотят слить, как в прошлом выпуске сделали это с двумя другими самостоятельными сонграйтерами, но он ещё поборется! Не ради славы и тем более какой-то там справедливости… Если Минджу сможет пройти этот тур, то просто за участие в следующим ему вновь заплатят пятьдесят миллионов вон! А там, если задание снова окажется таким же дурацким, можно и сливаться. Наверное, Минджу даже никто не осудит после этого.
Режиссёр, который и не подозревал, что участника прежде всего мотивируют деньги, с беспокойством наблюдал, как парень с решительным видом подходит к столу с оборудованием.
– Ты не говорил, что знаешь французский, – заметила Даон.
Минджу пожал плечами.
– Моё владение языком не такое хорошее, чтобы хвастаться им, – ответил парень.
«Манера говорить у этого парня вызывающая, но на деле он чертовски скромный. Уже не в первый раз замечаю это».
«+++»
Минджу сел за стол до боли знакомым образом: положив подбородок на пальцы и прикрыв глаза. Соми и Даон притихли, чтобы не мешать ему. Режиссёр сглотнул. Но… прошла минута, затем другая, потом и вовсе все пять, а Минджу даже не пошевелился.
«Вот же! А я уже действительно поверил, что сейчас сядет и напишет песню на французском языке! Фух! Похоже, французским владеет заметно хуже английского. Написать песню на языке, на котором ты даже нормально не говоришь. Ну, вперёд», – про себя подумал режиссёр, наблюдая за Минджу.
Не только режиссёра насторожило поведение Минджу. Когда он неподвижно просидел пятнадцать минут, Даон и Соми переглянулись.
– Господин Ким, всё в порядке? – спросила Даон. – Вы же не уснули?
«Лол! И правда! Минджу же только в этом году вернулся из армии, а там учат спать всегда и везде)))»
– Это… оказалось сложнее, – ответил парень.
– Мы можем чем-то помочь? – на этот раз вопрос задала Соми.
В ответ Минджу что-то неразборчиво промычал ей.
«Он действительно пытается написать песню на французском языке? Впечатляет».
«Правда, пока, судя по всему, получается не очень…»
«Наверное, для начала следовало хотя бы открыть файлик или программу для создания музыки, а не делать всё в уме».
На данный момент у Минджу действительно ничего не выходило. У Системы не вовремя обнаружилась одна проблема: среди огромного количества фильтров нельзя было выбрать язык произведения. Минджу даже не мог набрать в поиске хоть слово на французском, потому что он работал только на трёх языках: корейском, английском и русском. Песня Соми хоть и была на японском, но название у неё оказалось на английском. Когда Минджу покупал её, привлечённый названием, он даже не думал, что трек будет на другом языке.
[Жалоба пользователя проанализирована и отправлена администратору.]
Это системное сообщение удивило парня. Существовал какой-то администратор… Но довольно быстро Минджу забыл про него, сосредоточившись на текущих проблемах.
Несмотря на то, что Минджу за пятнадцать минут не написал ни строчки, он вообще не беспокоился. Песня на французском языке была не только недостатком, но и преимуществом парня. Увидев, какая тема ему досталась, зрители отнесутся к Минджу более снисходительно. Будут меньше обращать внимание на шероховатости в выступлении. Минджу даже подумывал, что если процесс поиска трека затянется, то он может выйти на сцену без аккомпанемента, то есть без музыки. Вместо того, чтобы писать музыку, потратит оставшееся время на отработку вокала.
Из-за недоработанных фильтров и поиска, Минджу пытался вспомнить хоть одного французского певца. Даже не исполнителя рока. С этим у парня было вообще туго. Фраза «французский рок» звучала для него странно. Ему казалось, что этот язык и рок – вещи несовместимые. Вот какой-нибудь поп или рэп пожалуйста! Только вот просидев за столом более пятнадцати минут, парень не мог припомнить песни даже в этих жанрах.
Листая топ популярных исполнителей, Минджу наткнулся на одну певицу.
«Адель! Это точно французское имя!» – решил он.
Певица показалась Минджу знакомой. Скорее всего, он знал её ещё с прошлой жизни. Запоздало сработала ассоциация. Минджу почему-то посчитал, будто Адель поёт о чувствах и переживаниях. Из-за этого и имени певицы он сделал вывод, что она точно выступает на французском. Какой ещё язык для выражения чувств подходит лучше французского?
Но-о… названия песен оказались только на английском. Минджу на всякий случай купил парочку самых популярных. Что же… В этих песнях парень видел потенциал, но они были не на французском.
Минджу продолжил листать топ популярных исполнителей.
Наконец, среди огромного числа музыкантов, после покупки десятка песен, Минджу повезло наткнуться на Эдит Пиаф. Это имя тоже показалось парню смутно знакомым. Открыв топ самых популярных песен исполнительницы, он улыбнулся. Названия были на французском. Купив несколько треков… Минджу окончательно убедился, что они на нужном языке! Более того, текст оказался хорошим!
Правда, Минджу, во-первых, даже не мог понять, в каком жанре, например, та же «Non, je ne regrette rien». Трек явно был староват даже для фанатов парня. Во-вторых, хоть песни звучали хорошо, исполнять их лучше всего девушке. Узнав, как эти треки пелись в оригинале, Минджу даже не мог вообразить мужской вокал. Песни Эдит вообще не подходили для мужчин!
Открыв глаза, он посмотрел на Соми:
– Вытянешь выступление одна?
Минджу мог бы помочь ей с произношением. Сделать хотя бы какое-то подобие французского языка, но… Соми быстро покачала головой и с бледным выражением лица ответила, что нет.
Улыбка на лице Минджу померкла.
«Подождите… Он что, реально придумал песню на французском?!»
Такой же вопрос хотел задать и режиссёр «Битвы сонграйтеров». На этот раз от услышанного он не выплюнул кофе, а просто подавился им…
Уверенность певца в себе сильно влияет на качество выступления, поэтому Минджу и не думал давить на девушку.
– Эту песню обязательно должна исполнить девушка? Ты не можешь спеть её сам? – спросила Даон.
– Она больше подходит именно девушкам, – ответил Минджу.
– Тогда я поговорю с организаторами. Воспользуемся помощью айдола или трейни, которых предоставляет шоу.
Услышав менеджера Души Сеула, режиссёр про себя пожелал ей удачи.
– Не надо! – одновременно произнесли Соми и Минджу.
Режиссёр поморщился. Время, к сожалению, не было потрачено впустую.
Минджу и Соми переглянулись.
– Извините, – склонив голову, произнесла девушка. – Минджу не может проиграть только потому, что я боюсь петь на незнакомом языке.
Минджу заметил, что выступление на французском до сих пор пугает Соми, но не до такой степени, как совсем недавно, когда он только предложил девушке спеть песню. Участнице Душе Сеула на самом деле стало неловко. Она посчитала, что только пользуется Минджу, но ничего не даёт взамен. Сейчас, когда ему потребовалась помощь, девушка отказала ему. Соми посчитала это неправильным, поэтому так быстро передумала.
– Но ты не знаешь французского, – заметила Даон.
– Но его знает Минджу… Он научит.
– Господин Ким, а почему от помощи айдолов и трейни отказался ты?
– Я не доверяю выступление незнакомым людям, – ответил Минджу.
Хоть шоу называлось «Битвой сонграйтеров», люди оценивали не только качество песни, но и само выступление. Минджу недавно внимательно пересмотрел прошлый выпуск. Вообще-то, песня одного выбывшего участника была не так уж и плоха. Крепкий середнячок. Его подвела трейни, которая не смогла раскрыть её в полной мере. Спой трек, например, Соми, участник по результатам голосования точно оказался бы где-то в середине списка.
Минджу уже собирался подозвать Соми к себе, чтобы начать учить с ней песню, но в этот момент среди топа исполнителей парню попался ещё один знакомый псевдоним. Stromae. Минджу ради интереса перешёл к списку песен и, как назло, они тоже оказались на французском! Как минимум их названия. В голове парня щёлкнуло. Благодаря названиям он вспомнил этого певца. Треки Stromae на самом деле были на французском. Более того, у самых популярных качество на высоте.
Минджу засомневался. Выбрать для выступления Эдит Пиаф или Stromae? У последнего среди списка популярных песен есть «Ma Meilleure Ennemie», которая подходила Душе Сеула хотя бы потому, что в ней одновременно звучал как мужской, так и женский вокал. Но корейские слушатели, даже фанаты самого Минджу, вообще не поймут эту песню. Собственно, им будет сложно понять и «Non, je ne regrette rien»… Это у Минджу есть осознание того, о чём поётся в той или иной песни, но другие не обладают Системой. Может быть, какая-то часть зрителей и знает французский, но сколько из них смогут проникнуться треком и в итоге проголосуют за него?
Парень понял, что на этот раз надо действовать по-другому. Ранее, если не считать «X», текста песен всегда были хороши. Фанаты даже думали, что в них есть какой-то скрытый смысл… Но сейчас лучше сделать ставку на саму музыку. Проще говоря, трек должен качать. В этом смысле подошла бы песня «Alors on danse» от Stromae.
«А что если… вывести перевод песни на экран? – подумал Минджу. – Тогда, чтобы я или Соми не спели, у зрителей не возникнет проблем со смыслом песни!»
В итоге из трёх понравившихся песен Минджу всё же выбрал «Ma Meilleure Ennemie», а затем обрадовал Соми тем, что они споют дуэтом. Сразу же после этого пальцы парня запорхали по клавиатуре. Довольно быстро он написал текст песни и её примерный перевод. Чтобы облегчить Соми запоминание трека, он создал Франкенштейна: для записи транскрипции одновременно использовал и английский, и корейский языки.
Во время того, как Минджу печатал текст песни, он объяснил затею Даон. Она мгновенно одобрила её. Получив перевод, менеджер пошла договариваться с организаторами шоу. Лицо режиссёра после этого стало совсем кислым.
В отличие от Соми, Минджу не требовалось запоминать текст песни. Система прочно вбивала его в мозг. Сегодня у парня даже чуть разболелась голова из-за этого, ведь он пропустил через себя более двадцати треков, пытаясь найти хоть что-то на французском.
Пока Минджу занимался музыкой, Соми учила песню. Парню и на этот раз пришлось упростить трек. Без этого было никак. Он заметил, что в женской партии использовался вокодер. С помощью него добились слегка роботизированного голоса. Наверное, обычный слушатель даже с первого раза не услышал бы это. Чтобы сделать так же, Минджу требовалось либо обработать уже заранее записанный вокал, либо стоять за пультом звукорежиссёра во время исполнения самой песни. Были, конечно, ещё и специальные устройства, с помощью которых можно добиться такого же эффекта, но парень не стал заморачиваться с их поиском и настройкой. На это всё ушло бы время, которое можно потратить с куда большей пользой.
Вокодер куда заметнее использовался также в начале песни. Это вступление Минджу вообще вырезал полностью.
Накидав музыку, Минджу и Соми начали репетировать. Видя, как проходит их тренировка, и имея на руках перевод песни, режиссёру оставалось только скрипеть зубами от злости. Мужчина понимал, что Минджу не только написал песню на французском, но ещё и дал фан-сервиса! Время выступления ещё не подошло, но режиссёр признал поражение. Этот раунд за участником. Мужчина проиграл. За Минджу по инерции проголосуют не только те люди, которым понравилось прошлое выступление, но и другие зрители. Тем более на отработку номера ещё оставалось достаточно времени. Минджу выступает далеко не первым.
Наблюдая за репетицией, Даон вздохнула. Она столько боролась со слухами о Минджу и Соми, но после выступления они вспыхнут с новой силой.
Чтобы ещё больше упростить задачу и придать Соми уверенности, практически перед самым выступлением Минджу прикрепил себе на грудь текст песни. Так как время для изучения треков было ограничено и почти все другие участники пользовались услугами айдолов или трейни, выступать с бумажкой разрешено. Также на этот раз Минджу попросил у организаторов головные микрофоны, а не обычные.
Наконец, когда настала их очередь, Минджу и Соми вышли на сцену. Встав по центру, они повернулись друг к другу. Дуэт смотрелся смешно из-за разницы в росте, но зрители быстро забыли об этом. Потому что уже в следующую секунду заиграла музыка и Минджу запел. Вместе с первыми словами он схватил протянутую Соми руку, а другую ладонь положил ей на талию. Среди зрителей в концертном зале тут же послышался визг и одобрительные возгласы. Режиссёр, что также слышал это, закатил глаза.
T'es la meilleure chose qui m'est arrivée
Mais aussi la pire chose qui m'est arrivéе
Визг повторился, когда на огромном экране на сцене показали перевод песни.
