Текст книги "На хайпе! (СИ)"

Автор книги: Айнурр

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 31 страниц)

В помещении резко включили свет. Перед собой я увидел пятиугольник. В каждом углу находились маленькие ворота. Внутри же фигуры валялось множество мячиков. Размером они были как теннисные. Приглядевшись, я понял, что это и есть теннисные мячи.

Нам объяснили правила игры. В этом испытание выбывает тот участник, который за две минуты соберёт в своих воротах меньше всего мячиков. После этого нас попросили выбрать ворота.

Придётся нагибаться или вообще ползать на четвереньках, чтобы забрасывать мячи… Какое-то глупое испытание. Оно вообще не нравилось мне.

До того, как выбрать ворота, успел потрогать покрытие, на котором валялись мячи. Оно отличалось от пола, по которому мы ходили. Было более гладким.

У меня появилась идея.

Я подошёл к тяжелоатлетке и спросил, умеет ли она садится на шпагат. Девушка ответила, что нет. С надеждой направился к Соми.

– Да, – немного растерянно кивнула трейни.

– Какой?

– Оба вида.

– Отлично! – я улыбнулся, а затем объяснил ей план.

Когда прозвучал сигнал к началу испытания, я и Соми рванули друг к другу, но вдруг девушка села передо мной на поперечный шпагат и вытянула руки. Я схватил её и потянул назад. Мячи быстро начали собираться возле ног девушки.

«Это… Да они жульничают!»

«В правилах ничего против объединения участников не сказано. Так что…»

«Да ну нах!»

Я дотянул Соми с целой кучей мячей до своих ворот. Потом развернулся, и мы направились уже в сторону её ворот. Одного захода хватило, чтобы сильно вырвались вперёд. Но мы сделали два… А потом расцепились и начали спешно укладывать мячи уже друг на друга, потому что в ворота просто так они больше не лезли. В итоге у нас оказались самые большие кучки мячиков.

У остальных участников организаторы успевали считать мячи во время испытания, а у нас это сделали только после его завершения. Но и дураку было понятно, что в этом задании мы не выбываем.

Дав друг другу пять, выслушали, кто всё же проиграл. Это, к сожалению, оказалась тяжелоатлетка.

Её попросили пройти к собственному гипсовому торсу и разбить его на камеру кувалдой.

Для следующего испытания организаторы раздали защитную экипировку. Намечалось что-то, где люди могли травмировать себя.

Чтобы войти в топ три лучших, требовалось забраться по скалодрому на вершину. Трасса выглядела лёгкой, но стена была пятиметровой. Благо на полу оказались постелены маты, а на них сверху ещё и навален поролон для дополнительного смягчения падения. На сами маты, по правде говоря, тоже не очень приятно падать.

Я потёр предплечья. Они ощущались забитыми.

Перед началом испытания хотел потереть ладони об пол, но подошёл человек из съёмочной группы и предложил магнезию. Пока другие участники не понимали, зачем она нужна, добротно натёр её. Увидев это, до того, как член съёмочной группы начал объяснять предназначение магнезии, за ней потянулась и Соми.

Когда прозвучал сигнал к старту, я побежал к стене сквозь поролон, но вот по ней поднимался уже без спешки. Считал, что, если поспешу, могу сорваться.

Так и случилось. Правда, не со мной. Единственный оставшийся мужчина, кроме меня, поспешил и сорвался. При этом он не проиграл. Другая участница выбрала неудачный маршрут и в итоге застряла на стене, не зная, как лезть дальше.

Это испытания прошёл я, актёр и Соми. Думал, что именно последняя проиграет, но девушка переборола свой страх.

«До последнего ждал, что красноволосый вновь закинет трейни на стену, но он этого не сделал(»

Следующее оказалось на гибкость. Надо было выполнить несколько элементов. У кого получилось лучше, те проходили в последний этап. Честно говоря, вот здесь я впервые заволновался.

С растяжкой был на «ты». Когда-то… Когда ещё мог считаться профессиональным спортсменом. На тренировках растягивался, но-о… не делал упор на подобные упражнения. В группе меня хотели видеть мускулистым, а не гибким.

Мои опасения не оправдались. Я не вылетел из шоу. То самое очко характеристики поработало ещё и над моей гибкостью. Всё, что могла Соми, сделал и я. А вот у актёра возникли проблемы.

«Э-э… Ты в курсе, что ты Бульдак, а не какой-то там змей?»

«Похоже, нет».

«Парень! Хватит удивлять! Я уже устал подбирать челюсть! Соседи снизу жалуются на шум и грозятся вызвать полицию!»

Актёру, как и другим участникам до него, пришлось разбить торс и покинуть съёмочную площадку. Наши же слепки с помощью какого-то… бондажа подвесили к потолку. Это было последнее испытание, в котором должен был определиться победитель.

Нам давали канаты, которые были привязаны к торсам. Кто уронит свой торс, тот проиграл.

Вес торса составлял сорок процентов веса участника. Мой торс весил больше, чем у Соми, но при этом я был сильнее и выносливее. Более того, процент жира стал меньше. Весил столько же, сколько при взвешивании на начало шоу, но при этом мышц у меня было заметно больше.

Невероятно, но Соми боролась весьма достойно. Она, казалось, сразу поняла, что просто удерживать с помощью силы рук свой торс долго не сможет, поэтому обвязала канат вокруг талии. У меня тоже была такая идея. Но я отказался от неё, чтобы создать хоть какую-то видимость справедливой борьбы.

Через десять минут после начала испытания я увидел, как канат начал медленно соскальзывать с рук Соми. Мои предплечья тоже устали, но точно мог продержать торс дольше девушки.

«Бульдак!»

«Соми! Покажи ему!»

– Ты боролась достойно. Честно говоря, я не ставил на тебя. Но ты прошла так далеко… Знаешь, из чувства восхищения твоим упорством, готов написать для тебя одну песню. Или записать фит, если захочешь. Если подумаешь про сольную карьеру, фит может дать тебе часть моей аудитории. Это поможет при старте.

По правде говоря, это не было восхищением. На самом деле мне было просто жалко девушку.

«Не отвлекайся, Минджу! Сосредоточься на собственном торсе! Ты ещё не победил!»

Сжав зубы, Соми продержала канат со своим торсом ещё минуту. После этого она не удержала его. Выпустила из рук. То, что канат был привязан к талии девушки, тоже не помогло. Он просто потянул её за собой.

«Ура! Бульдак! Бульдак! Бульдак!»

Пока ведущий шоу объявлял меня победителем, я медленно опустил торс и подошёл к Соми. Похлопал по спине плачущей девушки.

«Он справился… Победил девяносто девять участников. Изначально я думал, что, если победит мужчина, это будет позорная победа, потому что большинство участников были девушками. Но этот парень показал мастерство там, где от него подобного совсем не ожидаешь. К тому же это была победа не только мышц, но ещё и мозгов!»

«Прошло столько лет после той скандальной олимпиады, а Бульдак до сих пор в форме. Хорош!»

«Я гимнаст. Ким Минджу не просто в форме, он на пике».

«Аплодирую стоя!»

«Наш Минджу зажёг!»

«Мне не нравится его музыка, но я почему-то подписался на него…»

Глава 18

Сев на диван, включил пережиток прошлого, телевизор, а затем открыл пачку чипсов и банку пива. Съев пару чипсов и сделав глоток пива, улыбнулся. Потом моё лицо резко изменилось. В следующее мгновение я рыгнул.

– Упс… – произнёс, снова расслабившись.

Холодное пиво, кстати, оказалось гораздо лучше. В следующий раз не стоит забывать про такую базу!

Сделав ещё один глоток, почесал живот и стал листать каналы в поисках чего-либо интересного. Вообще-то, телик в Корее смотрели. Если не ошибаюсь, число платных подписчиков стабильно росло. Это просто я по старой памяти ворчу на ящик.

– Ни хуя себе! – воскликнул, когда переключил очередной канал и увидел знакомое лицо. Шла какая-то дорама. На экране была девушка-айдол из очень популярной группы. Как-то слышал новости, что она хочет дебютировать в качестве актёра. И вот неожиданно увидел её по телевизору. Причём вроде даже в главной роли. Каким-то непонятным образом информация об этой девушки умудрилась не попасть в моё поле зрения.

Заинтересованной игрой популярного айдола, я не стал в очередной раз переключать канал и потянулся за пачкой чипсов.

– Тц, разочарование…

У меня не было какого-то профильного образования, но даже я видел, что игра айдола на фоне прочих актёров выделяется. К сожалению для девушки, далеко не в лучшую сторону. Если подобное заметил я, это с лёгкостью сделают и прочие люди. Фанаты и хейтеры, скорее всего, смешают айдола с таким дерьмом… К веселью обязательно подключаться и СМИ. Они ни за что не упустят подобный инфоповод.

И как вообще режиссёр пустил такое в эфир? Неужели не видел на съёмочной площадке, как девушка играет? Или ему было плевать? Хотел выехать на её популярности? Ну, за рекламу, вероятно, платить практически не пришлось…

Я проверил. Это была первая серия дорамы. Но она повтор. Впервые на экранах дорама появилась вчера вечером. В прайм-тайм.

Мне показалось странным, что про плохую игру девушки-айдола не раструбили по всему интернету. Что-то было не так. Может быть, это только мне кажется, что игра так себе, а на самом деле она супер? Опять же, профильного образования нет.

Проверил новости. Нет, всё же кое-какими навыками, чтобы замечать очевидное, я обладаю. Айдола вчера активно начали поносить, но эти публикации почти никто не заметил, потому что обсуждали аварию, а потом и смерть Евы.

Первая серия дорамы закончилась. После неё был выпуск новостей. Ведущий начал со смерти Евы…

– Опять это, – пробормотал я, а после сделал глоток пива.

Съёмка «Сто атлетов» вчера подошла к концу. Деньги должны были перевести на днях. На сегодня не было никаких планов, и я устал, поэтому решил устроить выходной, расслабится, поэтому с раннего утра сидел на диване в одних трусах и с банкой пива. Но что-то не получалось. Постоянно натыкался на новость о смерти Евы. И становилось, честно говоря, как-то не по себе.

Отложив банку пива, задумчиво посмотрел на телефон. Через секунд десять вздохнул и разблокировал его. Я решил позвонить Пак Согёну, владельцу студии.

– Когда свободная запись? – спросил сразу же после приветствия.

– А я уже думал, что ты позвонил просто поговорить… Вся ближайшая неделя забита.

После ответа Согёна я недоверчиво посмотрел на экран телефона. Вот вроде мелькая студия, находится в каком-то захолустье, а с записью всегда проблемы. Он либо в целом смыслит в бизнесе, либо как минимум хорош в пиаре.

– Записать на ночь? – поинтересовался Согён.

Не хотелось мне в очередной раз сбивать режим сна, но, похоже, придётся. Ладно, отдам долг Еве и потом точно отдохну.

– Да, давай, – ответил ему.

Договорившись о записи, вновь потянулся к банке пива и… застыл. Мне что, придётся поехать на такси? Это же будет очень дорого… Если сейчас перестану пить, то к вечеру же буду трезвым, да? Ни один же полицейский не остановит? Какое там было наказание? Лишение прав до года и штраф от шести миллионов вон…

Я на самом деле хотел поехать в студию на такси, но сработала привычка… Когда почти добрался до Согёна, осознал, что за рулём своей машины. Просто на автомате сел на неё и поехал. Забыл, что утром выпил банку пива. Вспомнил об этом только тогда, когда почти доехал. И то сработала ассоциация. Увидел билборд с рекламой пива, где банку держал какой-то певец.

Записал я песню довольно быстро. Закончил в два часа ночи. Не засиделся до утра, как бывало уже несколько раз.

Выйдя из студии, почесал голову. С одной стороны, вроде правильно будет оставить машину и поехать на такси. С другой стороны, мне было откровенно лень завтра ездить за ней. Ключи же от студии Согён сказал вернуть, когда встретимся в следующий раз. Стал доверять мне чуть больше.

Я всё же сел в машину и поехал на ней домой. И сразу же пожалел об этом. Полиция устроила какой-то ночной рейд. Останавливала все машины и проверяла водителей на алкоголь.

Вначале я не мог поверить, что такой невезучий. Потом посмотрел на дату. Сегодня была пятница. Точнее, уже суббота…

Заметив пост полиции, не придумал ничего умнее, чем повернуть в сторону. Не хотелось проверять, выветрилась ли та несчастная банка пива или нет.

Но на этом мои приключения не закончились. Посты полиции были по всему району. Видя их, постоянно менял направление движения и в какой-то момент осознал, что еду по, мать его, мосту Мапо! То есть вообще в другую часть города!

Было как-то непривычно ехать по этому мосту одному. Наверное, нормальные люди уже спят…

На всякий случай ехал я по мосту не очень быстро. У него была дурная репутация. Боялся, что кто-то может броситься под колёса машины. Скорее всего, только благодаря этому заметил одну странность… Усталому мозгу понадобилось пару секунд, чтобы понять, что же я увидел. Осознав же, вдавил педаль тормоза в пол! Инерция была беспощадной стервой, но даже не обратив на неё внимание, дал задний ход.

Машина, на мой взгляд, двигалась назад слишком медленно. От нетерпения я сглотнул. Доехав до участка, который показался мне странным, выдохнул. Затем понял, что рано расслабился.

Выскочив из машины, перемахнул через ограждение, которое отделяло автомобильную часть моста от пешеходной. Не замедляясь, сделал рывок к краю моста. По другую сторону перил находилась девушка. Она держалась за них лишь кончиками пальцев и то не всеми. Частью пальцев правой руки девушка удерживала шпильки. Её фигура была наклонена вперёд. Казалось, что она может сорваться с моста в любую секунду.

Добежав до девушки, крепко обнял её со спины. Сразу же почувствовал, как сильно она замёрзла.

Мои действия вывели её из какого-то созерцательного состояния. Она вздрогнула. А через секунду начала дёргаться, пытаться вырваться из моих объятий. С ужасом обнаружил, что за перила девушка больше не держалась. Она не падала в воду только из-за меня.

– Отпусти! – закричала с надрывом девушка.

Туфли полетели вниз. Сглотнув, решил, что мало удерживать её. Надо перенести девушку обратно на пешеходную зону.

Когда потащил её назад, ругая меня, мол, вмешиваюсь не в своё дело, девушка зарядила затылком по носу. В глазах на мгновение стало темно, но после резким рывком всё же заставил девушку оказаться по эту сторону перил.

Приложил чуть больше сил, чем следовало. Вместе с девушкой упал на землю.

– Отпусти меня! Не мешай! У меня больше ничего нет! – рыдая и до сих пор пытаясь вырваться, закричала девушка.

Я на мгновение замер, не зная, что предпринять дальше, а потом философски заметил:

– Ну, у меня тоже мало что есть.

– Ты не понимаешь, моей карьере конец! Они… они уничтожили её!

– О! – воскликнул я, покрепче обняв девушку и стараясь игнорировать её удары по корпусу и бёдрам. – Ты не поверишь! У нас гораздо больше общего, чем ты думаешь!

Потихоньку сопротивление девушки слабело, а слёз становилось всё больше.

– Ты можешь прыгнуть, но только вместе со мной. Но учти, я всё ещё хочу жить и не умею плавать. Так что моя смерть будет на твоей совести.

После этого девушка вообще перестала вырываться и зарыдала с новой силой. Некоторое время спустя, чуть ослабил свои объятия. Она повернулась и легла лицом мне на грудь. Продолжая плакать, сама обняла меня.

Я выдохнул от облегчения и стал поглаживать её по спине.

Несколько минут спустя, когда она перестала плакать и лишь шмыгала время от времени носом, я спросил, стараясь звучать помягче:

– Пойдём в машину?

– Да… – мне ответили не сразу.

Я начал медленно подниматься. Девушка, поняв, что мне трудно сделать это вместе с ней, встала. Больше не обнимал её, но крепко держал за предплечье.

– Отпусти… – посмотрев на предплечье и в очередной раз шмыгнув носом, попросила она. – Я больше не хочу прыгать.

– Конечно, – ответил я. Затем отпустил её предплечье, но после этого приобнял за плечо. Поняв, что не совсем доверяю ей, она бросила на меня испепеляющий взгляд. Но в следующую секунду подул ветер, девушка вздрогнула от холода, и сама прижалась ко мне.

Я помог ей перебраться на дорогу, а потом усадил в машину и пристегнул ремень. Быстро обойдя транспорт, сам сел в него и тут же заблокировал двери. Протягивая ремень, случайно встретился взглядом с девушкой.

Глаза из-за слёз были припухшими, лицо местами покраснело, да и макияж в целом размылся, но…

– А ты красивая…

У неё были длинные светло-каштановые прямые волосы. V-образная форма лица. Чистая, светлая кожа. Прямые брови и двойные веки. Аккуратный нос и слегка пухлые губы. Она соответствовала всем стандартам красоты Южной Кореи.

Я понимал, что здесь хорошо постарался какой-то хирург. Но он явно был мастером своего дела. И для Кореи это в принципе норма. С учётом того, что на окончание школы родители частенько дарят детям пластические операции. Боже, даже у меня были двойные веки.

– Не смотри! – девушка опомнилась и отвернулась, при этом ещё прикрыла своё лицо ладонями.

– Подожди-ка… Ты же…

Я прикусил язык, но было уже поздно. Девушка вздрогнула, потому что поняла, что узнал её. Точнее, не девушка, а, скорее, женщина. Популярная актриса дорам была старше меня вроде бы на десять лет.

Актрису звали Пак Мин. В последний месяц её имя частенько мелькало в новостях. В чём только не обвиняли Мин: в применении наркотиков, педофилии, буллинге коллег на съёмочной площадке, неуплате налогов и прочих вещах. Всё было настолько плохо, что происходящее заинтересовало прокуратуру. Даже не полицию, а именно прокуратуру.

Честно говоря, не знал, действительно ли она в чём-то виновна или нет. Сейчас на самом деле я старался не думать об этом.

Ладони Пак Мин медленно соскользнули с лица и упали на бёдра.

То, что у меня в машине сидела не просто девушка, – язык всё же не поворачивался называть её женщиной, – а популярная актриса, усложняло ситуацию.

– Что, попросишь автограф? – обречённо спросила актриса.

Мимо нас пронеслась машина.

– У тебя есть кто-то, кто мог бы забрать тебя? – с сомнением спросил я. У неё не было с собой вообще никаких вещей. Либо они полетели в воду ещё раньше туфель, либо вовсе не брала их. Вряд ли она помнила номера нужных людей. Разве что родителей. Но кто в такой ситуации хочет звонить родне?

– Нет, – ответила девушка и поёжилась. Включил для неё печку.

– Тогда отвезу тебя в больницу.

На самом деле это была первая мысль, пришедшая мне в голову. Но с учётом того, что Мин являлась известной актрисой, ей было нежелательно попадать в больницу. Если люди узнают, почему актриса оказалась в ней…

– Мне нельзя в больницу, – сказала девушка.

Вздохнул.

– Я не могу оставить тебя одну, – признался ей.

– Всё будет в порядке, – ответила Мин. – Мне просто нужна бутылка вина и хотя бы пару часов сна.

– Алкоголь в твоём состоянии – не лучшая идея. Он, скорее…

– В каком состоянии? – раздражённо выпалила актриса, перебивая меня. Через несколько секунд она выдохнула и произнесла гораздо спокойнее: – Просто, пожалуйста, отвези меня домой.

Я задумался.

– Где ты живёшь? – всё же спросил у актрисы.

Она на мгновение замешкалась. Я понимал почему. Звёзды крайне не любили делиться местом жительства. Хотя на самом деле всё уже давно было известно и находилось в открытом доступе.

– Каннам… – назвала она район.

– Следовало догадаться, – пробубнил себе под нос и, наконец, тронулся с места.

Каннам был элитным районом Сеула. Я неплохо знал его. Teuroteu Music, как и многие другие агентства, базировался именно в этом районе. Кроме агентств, здесь расположились офисы разных корпораций, учебные заведения, знаменитые клубы и даже лучшие клиники пластической хирургии. В Каннам также жило много звёзд. Короче говоря, он был любимым местом журналистов.

Мы ехали молча. Тишина была… какой-то давящей. Поэтому я включил музыку.

I’m tired of being what you want me to be...

– Жуткие завывания. Переключи, – произнесла Мин, когда я тихонько подпевал себе.

– Ты можешь включить нормальную музыку? – следующая песня ей тоже не понравилась.

В итоге я включил радио, и мы ехали под местную попсу.

Весь оставшийся путь мы молчали. Только когда оказался в Каннам, девушка назвала свою улицу. Когда она пыталась объяснить, где это, я молча поехал в нужную сторону. Мин предсказуемо жила там, где разместились другие звёзды.

Машина остановилась возле нужного небоскрёба.

– Сколько с меня? – вдруг спросила девушка. Растерянно посмотрел на неё. Мин вновь спросила: – Сколько с меня за то, чтобы утром я не увидела статью о случившемся?

– Я буду держать язык за зубами, – ответил ей.

Мин оглядела салон машины. Её взгляд задержался на моём стареньком телефоне, купленном ещё до становления трейни. Он выглядел потрёпано. Экран был в трещинах. «Повезло» уронить и разбить его именно сегодня, когда закрывал студию Согёна.

– Изначально я думала, что ты работаешь в полиции или офисе. Но потом увидела твои волосы. С такими волосами тебя бы выгнали из офиса в первый же день.

Я поправил панамку. На лице у меня, кстати, была маска.

– Ты неплохо знаешь Сеул. Либо таксист, либо «трезвый водитель». Это ты сейчас говоришь, что тебе не нужны деньги. Приедешь домой, узнаешь, сколько потерял, и заговоришь совершенно по-другому. Поэтому давай договоримся сразу, пока ты не решил слить произошедшее в сеть или журналистам.

– Мне не нужны твои деньги.

– Не верю. Ради денег люди готовы на любую подлость.

Я промолчал.

– Хорошо. Если передумаешь, свяжись со мной. Я заплачу больше журналистов, – произнесла Мин.

После этих слов она отстегнула ремень. Я разблокировал двери. Девушка вышла и босиком направилась в сторону входа в небоскрёб. Не стал провожать её. Не хотел попасть в объективы камер. Не самого комплекса, а всяких журналистов. Опять же, в этом районе они постоянно сидят в засаде, желая найти сенсацию. Здесь журналисты точно притаились. Всё же место, где живут звёзды.

К сожалению, Мин не исчезла в дверях небоскрёба… Они внезапно оказались закрыты. Она быстро вернулась к машине. Сев в неё, девушка смущённо посмотрела на меня и попросила телефон.

– Охрана, похоже, закрыла двери и пошла спать. Свой телефон я оставила дома.

Я разблокировал телефон и передал его девушке. К удивлению, она по памяти набрала номер. Судя по услышанному, он даже оказался правильным. Вскоре на первом этаже загорелся свет. Два охранника спешно оказались возле входа и открыли его. М-да. «Элитное» жильё. Кому-то утром влетит.

Она не сразу вышла из машины. Набрала на телефоне ещё один номер и позвонила по нему, но…

– Недостаточно средств, – раздалось из телефона.

Взгляд Мин был красноречивым.

– Если передумаешь насчёт денег, позвони. Это мой личный номер.

Вернув телефон, она вышла из машины. Увидев, как перед Мин согнулись охранники, тронулся с места и поехал домой.

– Чёрт. Даже если собирался бы кому-то рассказать, кто бы мне вообще поверил? Ну и ночка...

Когда уже лёг спать, мне внезапно пришло сообщение. Даже два. Первое было от оператора. Оно гласило, что мой баланс на телефоне пополнен на месяцы вперёд, что, честно говоря, смутило. А второе состояло всего из одного слова.

«Спасибо».

Раз она отписалась, значит, не наделала глупостей. Это успокоило и позволило уснуть.