290 890 произведений, 24 000 авторов.

» » Сияние вечности (СИ) » Текст книги (страница 2)
Сияние вечности (СИ)
  • Текст добавлен: 4 декабря 2019, 07:00

Текст книги "Сияние вечности (СИ)"


Автор книги: Apolra3529






сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 2 страниц)

Каюта была маленькая, едва освещённая тусклым световым стержнем. Пленница скорчилась у стены, прикованная за руки к какой-то скобе. Увидев вошедшего, она сжалась ещё сильнее и вскинула на него огромные зелёные глаза, в которых застыл дикий ужас.

Оби-Ван протянул вперёд руку, испуская успокаивающие волны Силы.

– Успокойся и, пожалуйста, не кричи. Я пришёл помочь тебе. – Он увидел, что дикое выражение её глаз постепенно сменяется осмысленным, и судорожно сведённые мышцы лица расслабляются. Джедай опустился перед ней на одно колено. – Где он?

– Н-не знаю, – выдавила девчонка. – Он запер меня здесь и ушёл… Он меня убьёт! Он… он убил моего маленького племянника, и меня тоже убьёт! И тебя…

– Пусть только попробует. – Оби-Ван поднялся и включил меч. – Глаза закрой.

– Чего? – пролепетала девушка, глядя на сияющий синий клинок.

– Глаза, говорю, закрой, и не дёргай руками.

Она секунду таращилась на него, потом зажмурилась, но продолжала трястись, как в лихорадке. Оби-Ван обратился к Силе и ударил по наручникам, затем протянул руку, помогая девушке встать.

– Идти сможешь?

Та кивнула. Дрожала она уже меньше.

– Как тебя зовут?

– Медилия, дочь Маада, Верховного жреца и Хранителя священного инчата, – не без гордости произнесла девушка.

– Прекрасно, Медилия. А теперь уходим.

Они вместе вышли из каюты и направились было к отсеку со спасательной капсулой, как вдруг сзади раздался яростный рёв.

– Это он! – в ужасе прошептала Медилия.

– Так… – Оби-Ван огляделся и заметил в стене маленький закуток вроде подсобки, с герметичной дверью. Он потянулся Силой и открыл дверь. – Сиди здесь и жди меня. Я разберусь с ним, потом приду за тобой, поняла?

– Но он же…

Она не договорила. В коридоре как будто стало темнее, когда могучая фигура Дурджа перекрыла проход и словно нависла над джедаем и огоносианкой.

– Я так и знал, что это ты, Кеноби! – пророкотал Дурдж. – Всё никак не угомонишься! Но я о тебе позабочусь.

Оби-Ван выпрямился, полностью закрыв собой Медилию, и поднял световой меч. Дурдж открыл огонь. Джедай отразил выстрелы и, бросившись вперёд, ударами крест-накрест рассёк броню на груди противника. Тот на долю секунды отпрянул назад, но эта доля секунды растянулась для Оби-Вана достаточно надолго, чтобы он успел втолкнуть девушку в отсек и запереть за ней дверь.

– Ха! Думаешь, ты спасёшь её? – глумился Дурдж, продолжая поливать врага огнём. – Вы оба сдохнете здесь!

– Ты так любезен, – заметил Оби-Ван и проскочил мимо Дурджа в сторону кабины, мимоходом отрубив охотнику ногу. Тот взревел, мигом отрастил новую и бросился вслед за джедаем.

В кабине бой возобновился. Дурдж палил из обоих бластеров, не заботясь о том, что отражённые разряды рикошетят повсюду, опаляя стены и оборудование. Оби-Ван одним движением разрубил ему оба бластера, Дурдж отшвырнул обломки и выхватил лазерный хлыст – грозное оружие, способное рассечь человека пополам не хуже светового меча. В кабине было, пожалуй, маловато места для такого оружия, но Дурджа и это, казалось, не волновало. Он думал об одном: как можно скорее покончить с противником.

Примерно о том же думал и Оби-Ван. Кораблём никто не управлял, и он продолжал лететь заданным курсом. И что же случится, когда он выйдет в космос и прыгнет в гиперпространство? Кроме того, даже сквозь шум боя до Оби-Вана доносился визг перепуганной юной огоносианки, запертой в подсобке. Уж ей здесь точно не место. А чтобы отправить её отсюда, нужно как-то остановить Дурджа, хоть на пару минут. Замкнутый круг.

Оби-Ван увернулся от добела раскалённой сияющей нити и ударил мечом. Обломки разрубленной рукояти запрыгали по полу вместе с отсечённой рукой. Дурдж в очередной раз взревел.

– Ты быстро учишься, Кеноби, – сказал он. – Но недостаточно быстро. – И изо всех сил врезал джедаю под дых.

Оби-Ван отлетел назад и с глухим стоном врезался спиной в панель управления. Из лёгких мгновенно вышибло весь воздух. Он не мог не то что пошевелиться – даже вдохнуть не мог, и прекрасно понимал, что ни за что не успеет вовремя подняться и встретить нападение Дурджа. А тот тем временем извлёк ещё два бластера.

Все мускулы свело мучительной судорогой. Перед глазами всё поплыло. Оби-Ван отчаянно потянулся к Силе и получил ответ. Ну конечно! Пока Дурдж палил в него, рикошетившие заряды разнесли почти всё вокруг, в том числе повредили проводку на потолке. Как раз под этой проводкой и стоял сейчас Дурдж, явно наслаждаясь моментом. Оби-Ван Силой выдернул крепления повреждённых проводов и обрушил их на охотника – в тот самый миг, когда тот нажал на курки.

От дикого вопля боли и бессильной ярости у Оби-Вана заложило уши. Дурдж несколько раз дёрнулся, пытаясь освободиться от проводов, а потом грохнулся на пол и застыл без движения.

Из подсобки, словно эхо крика Дурджа, донёсся визг Медилии. Призвав Силу, Оби-Ван невероятным усилием заставил себя подняться. Он стиснул зубы, чтобы не закричать от боли, но с каждым следующим шагом идти становилось легче. Он миновал упавшего противника и поспешил к запертой подсобке.

Когда дверь открылась, Медилия взвизгнула от испуга.

– Тихо, это я, – сказал Оби-Ван и схватил её за руку. – Идём.

– А где?.. – Девушка недоуменно оглянулась.

– Там. – Джедай кивнул в сторону кабины. – Я оглушил его, но это ненадолго. У нас мало времени. – И он стремительно потащил её к спасательной капсуле.

Оби-Ван открыл люк капсулы, вошёл внутрь и быстро настроил координаты приземления.

– Что ты делаешь? – спросила Медилия.

– Задаю курс полёта. – Он вышел из капсулы и сделал ей знак войти. – Ты полетишь одна. Я останусь здесь.

– Нет! – Девчонка снова задрожала. – Я никогда в жизни не летала на таких штуках! Я не смогу!

– Тебе не придётся ничего делать. Просто сиди спокойно и ничего не трогай, а потом, когда приземлишься, нажмёшь вот сюда, и люк откроется.

Но девушка продолжала мотать головой – и к тому же расплакалась. Оби-Ван с досадой выдохнул.

– Повторяю тебе, у нас нет времени. Дурдж может вот-вот очнуться. Иди.

Словно в подтверждение этих слов, с мостика донёсся громкий рык.

– Не-ет! – Девчонка разревелась навзрыд и крепко вцепилась в джедая. Он поморщился – у неё на руках были острые коготки. – Он тебя убьё-от!

Оби-Ван понял, что до неё не достучаться, схватил её за плечи и как следует встряхнул. Её голова мотнулась вперёд-назад, глаза чуть прояснились.

– Всё, хватит. Пошла! – он оторвал её от себя и, несмотря на сопротивление, запихнул в капсулу. Затем запер люк и нажал рычаг запуска как раз в ту секунду, когда в коридоре объявился изрядно потрёпанный Дурдж.

– Теперь можно и продолжить, – спокойно сказал Оби-Ван.

– Тебе конец! – Дурдж вновь поднял бластеры и начал стрелять.

Оби-Ван попытался снова обойти его, чтобы получить больше места для манёвров, но Дурдж понял его намерение и стоял, как стена, не отступая ни на шаг. Время шло, Оби-Ван отчаянно соображал, а корабль, между тем, уже вышел в космос с явным расчётом присоединиться к своему флоту. «И что мне тогда делать? Это будет означать либо плен, либо смерть. А зная Дурджа – скорее, второе».

Оби-Ван сосредоточенно уставился куда-то наверх, над головой противника. Тот вспомнил трюк с проводами и тут же отпрыгнул в сторону, чуть-чуть развернувшись боком. Джедаю этого оказалось как раз достаточно: он рванулся вперёд в брешь, попутно хлестнув Дурджа световым мечом по талии и почти разрубив его пополам – тот вовремя опомнился и успел чуть отпрянуть. И, заживив рану, бросился в погоню.

Панель управления в кабине почти вся мигала красными огоньками – ожесточённый бой сделал своё дело. Оби-Ван бросился к месту пилота, надеясь выверить координаты и направить корабль назад к луне.

– Ну уж нет!!! – прорычал Дурдж, врываясь в кабину всего секундой позже. Он отбросил Оби-Вана в сторону, так, что тот врезался в стену, затем подошёл, схватил его за шиворот и швырнул на пол. А потом разрядил во врага свои бластеры. Оби-Ван чуть шевельнул рукой, дула бластеров дёрнулись в сторону, и разряды угодили в панель управления. Панель взорвалась и рухнула на пол, похоронив под собой джедая.

– Вот и всё. – Дурдж пожал плечами и развернулся, чтобы уйти.

– Вместе умрём, – донеслось из-под обломков. Дурдж изумлённо повернулся. Часть обломков отъехала в сторону, и из-под них показался Оби-Ван. Он лежал на боку, придавленный рухнувшей консолью. Лицо его было белым от боли, но в глазах читалось явное намерение: умереть и забрать врага с собой.

Дурдж понял это намерение. И порадовался тому, что корабль его был модифицирован и имел ещё одну спасательную капсулу. Хороший корабль, жалко бросать. Но ничего, оно того стоит. По крайней мере, этот назойливый джедай перестанет ему докучать. После взрыва панели судно потеряло управление и стремительно понеслось вниз, к поверхности луны. Теперь никакая Сила не вытащит джедая из гибнущего корабля.

И Дурдж устремился к спасательной капсуле, пожелав на прощание врагу «счастливо сдохнуть».

6

На орбите Огоноса бушевало сражение. Уцелевшие дроиды (как выяснилось впоследствии, на луне была не одна база сепаратистов, а две) получили приказ эвакуироваться, что они и сделали – и попали прямо под огонь противника. А дело было в том, что республиканским офицерам связи удалось перехватить их канал и послать фальшивый приказ, который и привёл их под обстрел.

Энакин Скайуокер, командующий республиканским флотом, расстреливал вражеские корабли один за другим. На помощь своим подошёл флот сепаратистов, скрывающийся на дальней стороне луны, но это не особо помогло. Очень скоро они либо окажутся уничтожены, либо просто сбегут в гиперпространство. «Если смогут», – мрачно подумал падаван, продолжая методичный обстрел.

И вдруг засигналил коммуникатор.

– Энакин! – послышался голос Оби-Вана. Звучал он так, словно учителю требовалось неимоверное усилие просто для того, чтобы говорить.

– Учитель! Учитель, вы где?

– Лучше не спрашивай. Слушай, сейчас в сторону флота сепаратистов летит спасательная капсула, в ней – Дурдж. Сбей его, слышишь? Перехва… – и передачу оборвал треск статики.

– Учитель! – закричал Энакин в коммуникатор, но с тем же успехом он мог звать свою родную планету Татуин.

Энакин сжал металлическую руку в кулак. Нехорошее предчувствие росло. Он знал, он чувствовал, что должен спуститься вниз, на поверхность луны, и помочь учителю, что бы с ним ни случилось. Но жизненный опыт и в частности Муунилинст кое-чему его научили: не стоит бросаться неизвестно куда очертя голову. Поэтому он устремил взгляд на сенсорный экран, где действительно появилась маленькая точка, стремительно несущаяся к вражескому флагману.

Энакин бросился в погоню за ней. Но путь ему преградил плотный строй вражеских истребителей – казалось, они во что бы то ни стало стремятся дать уйти своему командиру. Юноша палил из всех пушек, расстреливая истребители один за другим, и вдруг осознал, что ни за что на свете не успеет вовремя, чтобы сбить капсулу Дурджа. Он отчаянно рванулся вперёд, чем вызвал недовольный вопль астромеханика, – и увидел, как капсула влетела в ангар сепаратистского крейсера, который тотчас же прыгнул в гиперпространство.

Расстроенный падаван тихонько зарычал сквозь зубы и задумался, что же делать. Он оценил обстановку: лишь нескольким вражеским кораблям удалось сбежать, остальные были уничтожены. Так, здесь ему делать уже нечего. Значит, стоит спуститься и выяснить, во что же там вляпался учитель.

***

Под наблюдением мастера Колосса и Юне все огоносианцы были отвезены в поселение – для этого задействовали все имеющиеся спидеры и позаимствовали то, что уцелело на вражеской базе. Тут же солдаты осмотрели аборигенов на предмет повреждений – серьёзно раненых не оказалось. Хотя настроение у них, несмотря на спасение, было неважное: безутешно рыдали родители и родственники погибших детей, а громче всех убивался пожилой огоносианец, отец похищенной девушки.

– Сэр, взгляните туда, – тронул Колосса за локоть один из солдат, – это спасательная капсула.

– Проверь, кто в ней, – приказал джедай.

Солдат навёл сканер на летящий объект.

– Одно существо женского пола, – доложил он.

– Девочка, – сказал Колосс. – Значит, ей удалось спастись.

– Выходит, мастер Кеноби всё ещё на корабле с этим чудовищем? – в ужасе спросила Юне.

– Не знаю, – тихо ответил учитель и не прибавил больше ничего, но Юне поняла без всяких слов, что он хотел сказать. «Если он вообще ещё жив».

Повисшее тягостное молчание нарушил никто иной, как Альфа:

– Смотрите, генерал, корабль возвращается!

Корабль действительно снижался – но как: он летел вертикально вниз, стремительно приближаясь к земле, и, казалось, вот-вот врежется носом в землю – и тут же взорвётся.

Юне ахнула.

– Учитель, вы думаете, он там? – спросила она.

Мастер лишь грустно покачал головой, не имея ответа.

И тут на глазах у них несущийся носом вниз корабль вдруг развернулся горизонтально и понёсся куда-то в сторону каменистых равнин.

– Летим за ним! – Колосс запрыгнул в спидер, за ним туда вскочили Юне, Альфа и ещё пара солдат. Генерал велел ещё двоим взять второй спидер и следовать за ними.

Через десяток километров им удалось догнать гибнущий корабль. Он постепенно снижался, затем врезался в землю боком, словно на бреющем, и поехал, не замедляясь, по каменистой почве. Было ясно, что дело в любом случае закончится взрывом.

– Проверьте, кто на борту! – отрывисто приказал Колосс, одновременно потянувшись Силой.

Один из солдат поднял сканер.

– Он жив! – воскликнул джедай, в его тоне мешались радость и удивление.

– На борту одна форма жизни, – одновременно доложил солдат – более бесстрастным тоном.

– Наверняка он ранен и не может выбраться самостоятельно, – проговорил Колосс. – Надо догнать корабль. – Как только спидер поравнялся с кабиной корабля, джедай прыгнул и ухватился за скобу на поверхности. Держась за неё одной рукой и упираясь ногами, он включил световой меч и вонзил клинок в стенку кабины корабля. И через несколько секунд рядом с его клинком стенку пронзил ещё один – синий – и принялся помогать прорезать металл. Колосс отбросил Силой вырезанный кусок и пролез в кабину. Второй клинок сразу же погас; как оказалось, его никто не держал – лишь по полу покатилась рукоять.

Колосс огляделся, не смея окликнуть товарища по имени, и заметил движение среди устилающих пол обломков. Там, придавленный обрушившейся консолью почти по лопатки, отчасти на боку, отчасти на животе лежал Оби-Ван. Его лицо было залито кровью, но он был в сознании и занимался тем, что передвигал завалившие его обломки при помощи Силы.

– Тейр, вам всем лучше уходить, – с трудом проговорил Оби-Ван, увидев сквозь прорезанную дыру по-прежнему летевший рядом спидер. – Он сейчас взорвётся.

– Сперва мы вытащим тебя отсюда, – ответил Колосс и принялся помогать товарищу. Затем склонился над ним.

– Похоже, нога сломана, – опережая вопрос, сказал Оби-Ван. – Идти не смогу. – Он потянулся Силой и призвал в руку световой меч.

– Ничего. – Колосс призвал Силу и с её помощью вытащил раненого из корабля. Солдаты постарались подогнать спидер поближе к рухнувшему судну, чтобы обоим джедаям было удобнее перебираться, и, убедившись, что все на борту, поспешили отъехать подальше. Но даже тогда их слегка тряхнуло взрывной волной, когда корабль исчез в огненном шаре.

– Я же говорил вам, генерал: держитесь подальше от этого типа – целее будете, – заметил Альфа. – И всё из-за какой-то девчонки…

– Кстати, она долетела? Она цела? – тут же спросил Оби-Ван.

– Да, она благополучно приземлилась, – ответил Колосс. – С нами только что связались с флагмана. Флот сепаратистов рассеян, почти все уничтожены. Но одному крейсеру удалось уйти, и, похоже, они успели подобрать Дурджа.

– Значит, это не конец… – Оби-Ван прикрыл глаза. Только теперь Юне поняла, как же он устал… и как ему больно.

– Мастер Кеноби, как вы? – участливо спросила она, осторожно касаясь его рассаженной о панель руки.

– Не волнуйся, падаван, жить буду, – улыбнулся он. Юне смущённо улыбнулась в ответ и покраснела. Колосс тихонько рассмеялся.

Через несколько минут они вернулись в поселение. У ограды уже стоял жёлтый истребитель Энакина. А сам падаван тотчас же выскочил из ворот и бросился им навстречу.

– Учитель, ну как так? – воскликнул он, глядя на израненного наставника. – Вас нельзя даже ненадолго оставить – с вами сразу что-то случается!

– Хватит, Энакин, главное – что ничего не случилось с этим народом… вернее, не случилось ничего более страшного.

Навстречу им высыпала целая толпа огоносианцев. Кое-как изъясняясь на ломаном общегалактическом, они любезно предоставили джедаям и солдатам несколько самых больших домов. Тех клонов, кто не пострадал в бою, выставили караульными, а все остальные принялись помогать раненым.

7

Растение называлось «священный инчат». Оно росло в укромных уголках Великого леса, и найти его там было не так просто. Когда оно цвело, в чашечках его цветов образовывались удивительные сияющие кристаллы – «камни счастья», которые очень ценились огоносианцами и считались священными. Именно за священным инчатом, а точнее, за камнями счастья сепаратисты и явились на Огонос.

Всё это Юне выспросила у Медилии, дочери Верховного жреца, одновременно являвшегося предводителем племени. Девушка была ужасно напугана всем приключившимся с нею, но в самых восторженных выражениях отзывалась о своём спасителе-джедае и очень волновалась за его здоровье. Юне уверила её, что всё будет в порядке, и та слегка успокоилась. И тут же снова продолжила свой рассказ, заливаясь слезами. Оказывается, она должна была через несколько дней выйти замуж, но теперь её свадьба отложится на год, поскольку нельзя совершать никаких празднеств в «год горя».

Юне искренне посочувствовала новой подруге. Она достаточно хорошо понимала быструю речь огоносианки, и, кроме того, Медилия, очевидно, владела общегалактическим лучше всех в своем поселении. Когда девушка рассталась с ней и отправилась домой, чтобы помогать в подготовке к похоронам, Юне задумалась. Она никогда не подвергала сомнению путь джедая, но всё же… Каково это – иметь семью, мужа, детей? У неё перед глазами было множество примеров – множество рыцарей и мастеров-джедаев – мужчин и женщин. Все они были одиноки, но умели ценить дружбу. Что же такое одиночество джедая? Помогает оно или, напротив, чего-то лишает? Что есть привязанность – помеха или поддержка? И самое главное: как ей разобраться в собственных чувствах к…

На этой мысли она оборвала себя. Нет, так нельзя. Нельзя не потому, что запрещено, а потому, что неправильно. Надо гнать из сердца такие чувства. Вот, сейчас они встретились, а завтра расстанутся, может быть, надолго или навсегда. Может погибнуть он, может погибнуть она. А может быть, пройдёт много лет, и она сама со смехом будет вспоминать о своей первой детской влюблённости. А он вообще никогда о ней не узнает. Пусть так и будет.

Юне почему-то всплакнула, потом вытерла слёзы и собралась. Она – джедай. Только очень уставший джедай. Вот если бы немного поспать… И она сама не заметила, как провалилась в сон.

Мастер Колосс вскоре заглянул к ней, увидел, что она спит, и не стал будить. Так Юне и проспала до вечера и всю ночь. А, проснувшись утром, отправилась к учителю и сообщила ему всё, что узнала от Медилии.

– Зачем им эти камни, учитель? – спросила она, закончив.

– Понимаешь, эти камни – источник сверхмощного излучения, вроде кристаллов, что питают наши световые мечи. Возможно, для графа Дуку разработали какое-нибудь супероружие – мощнейшую пушку или что-то в этом роде. И он приказал своим военачальникам найти подходящие источники энергии. И именно здесь Дурдж и нашёл такой источник. Но теперь им сюда дорога заказана – я уже связался с Корускантом насчёт этого, и меня заверили, что вся система Альтейр будет взята под контроль.

– Надеюсь, мы никогда больше не встретимся с этим Дурджем, – проворчала Юне.

На эти слова учитель не ответил, и тогда Юне спросила:

– А когда мы улетим?

– Могли бы хоть сейчас, но сегодня вечером нас попросили прийти на площадь.

– Но не на праздник же? Я так поняла, что им сейчас целый год будет вообще не до праздников.

– Верно. Сейчас они хоронят погибших – нас всех попросили не выходить из домов, пока они не закончат церемонию. А насчёт вечера… возможно, они хотят просто поблагодарить нас.

Юне глубоко вздохнула и осмелилась задать ещё один вопрос:

– Учитель, а как там мастер Кеноби?

Колосс улыбнулся.

– С ним Энакин. И я полагаю, что к вечеру он уже будет почти в полном порядке. Каждый джедай должен уметь исцеляться самостоятельно, хотя тебе, мой падаван, эту науку ещё предстоит освоить.

***

Когда начало смеркаться, к джедаям явились посланцы от жреца и попросили «чужеземцев» явиться на площадь. Что они и не замедлили сделать. Юне с изумлением, граничащим с благоговением, глядела на мастера Кеноби, который шёл сам – разве что чуть медленнее, лишь изредка опираясь на руку своего падавана. Рваная рана на лбу превратилась в тонкий, едва заметный шрам, который, как знала Юне, через несколько дней вообще исчезнет.

Юне вновь прислушалась к своим чувствам – и решила, что это вовсе не девичья влюблённость, но, скорее, восхищённое преклонение перед мужеством и доблестью этого удивительного человека, которое впоследствии перерастёт во вполне здравое уважение. Погрузившись в размышления, девочка не заметила, что они уже пришли на площадь.

Площадь освещали ярко горевшие костры и затейливые фонари. Все жители стояли в два ряда за алтарём, а около него застыли, словно статуи, Верховный жрец и несколько юношей и девушек, в том числе и Медилия.

После обмена приветствиями жрец начал длинную речь, которую чужеземцы практически не поняли, уловив лишь слова «священный инчат» и «камни счастья». Затем весь народ затянул какой-то гимн, после чего жрец кивнул стоящим у алтаря юношам и девушкам. Все они устремились к чужеземцам и прикрепили каждому на грудь маленькую брошь из какого-то странного вещества, похожего на металл, но тёплого на ощупь. В центре каждой броши сиял необычайной красоты камень.

Молодые огоносианцы несколько раз подходили к алтарю, брали с него новые и новые броши и подносили гостям. Но, что удивительно, раздавая подарки, все они проходили мимо Оби-Вана, пока он единственный не остался без броши. Не успела Юне возмутиться несправедливостью, как вперёд выступила Медилия, держа что-то в руках. И это что-то сияло ярче десяти камней коруска.

Девушка подошла к Оби-Вану и смущённо посмотрела на него снизу-вверх.

– Нагнись, – попросила она. Он понял и склонил голову, и она надела ему на шею амулет с тремя «камнями счастья». Этот амулет был крупнее броши, а исходящий от него свет… Юне долго силилась подобрать подходящие слова, но так и не смогла. Он просто словно согревал душу и рождал в сердце надежду. И тут девочка поняла, почему эти кристаллы получили такое название.

Медилия заговорила. Она говорила на общегалактическом более-менее сносно – вероятно, поэтому ей и поручили эту миссию.

– Мой отец, Верховный жрец и Хранитель священного инчата, благодарит вас всех за то, что вы спасли нас. Если кто-то из вас попадёт в беду, народ Огоноса будет счастлив вам помочь. Если вам что-то понадобится, вы можете потребовать это. Всех вас будут помнить на этой планете, покуда жив наш народ. – Она посмотрела на Оби-Вана и добавила уже от себя: – А тебя я благодарю за то, что ты спас жизнь мне и не побоялся сразиться с Железным чудовищем.

«Очень точное прозвище», – подумала Юне, пока Оби-Ван говорил ответную речь и благодарил за подарки. В последний раз все обменялись поклонами и наилучшими пожеланиями в стиле «да осенит священный инчат ваши дома, и да осияет ваш путь камень счастья». После этого все огоносианцы моментально разошлись по домам, очевидно, соблюдая траур по погибшим. А чужеземцы направились к своим кораблям.

– Занятная штучка, – говорил Альфа, разглядывая свою брошь. – Только надолго ли? Как мне её уберечь в боях? Лучше оставлю на базе.

– А нам надо всё время носить их, учитель? – спросила Юне, услышав эти слова.

– Как хочешь, – ответил мастер Колосс. – Думаю, можно не носить открыто – к примеру, под одеждой или в кармане. Или, как верно отметил Альфа, оставить в Храме.

– Ну уж нет, – заявила Юне. – Пусть этот солдафон делает, как знает, а я со своей ни за что не расстанусь.

Даже много лет спустя огоносианская брошь согревала душу Юне Корели – особенно в те тяжёлые дни, когда она поневоле оставила путь джедая.

========== Сияние вечности ==========

Пожилой человек откинул крышку сундука, на вид такого же старого, как и он сам. В сундуке лежало много вещей. Обычно рука человека или хотя бы взгляд его тянулся к одному и тому же предмету. Сегодня он почему-то взглянул на другой – овальный медальон величиной в половину его ладони, сделанный из какого-то странного вещества. Он протянул руку и взял медальон. С виду напоминающий металлический, амулет согрел его руку, а три камня, так и не ставшие для своего владельца «камнями счастья», засияли ярче обоих татуинских солнц. Человек улыбнулся и крепко сжал медальон в руке. Нахлынувшие воспоминания обожгли болью, как всегда, но – о чудо! – боль вдруг ушла, словно унесённая незримой волной. Осталась только радость – радость исполненного долга.

Мужчина долго смотрел на медальон, потом опустил его обратно в сундук и закрыл крышку.

Вскоре в его жизни настал переломный момент. Он вынужден был покинуть Татуин и знал, что – что бы ни произошло – он покидает его навсегда. Знал, что больше никогда не переступит порог этого дома – по крайней мере, во плоти. И, отдав мальчику световой меч его отца и сделав последние приготовления, которые пригодятся пареньку в будущем, задумался: брать или не брать с собой огоносианский медальон?

Решение пришло, как обычно, – дуновение Великой Силы. Он в последний раз сжал амулет в руке и положил его на место. В жизни может произойти всё, что угодно. И никогда не знаешь, что где, когда и зачем тебе пригодится. Но он с полной уверенностью ощущал, что этот амулет – вернее, камни из него – очень пригодятся Люку. И станут для него, как и для всей галактики, настоящими «камнями счастья».

Он бросил последний взгляд на чудесные кристаллы, в глубине которых сияла вечность. В этом взгляде не было боли или сожаления – в нём было… счастье. Счастье ещё одного исполненного долга.

А потом он повернулся и ушёл навстречу своей судьбе.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю