Текст книги "Боль"

Автор книги: Anya

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 15 страниц)

– Я вернусь завтра. Успокой Викторию.

Белла вышла из магазина, о том, что она находилась в магазине еще минуту назад, теперь напоминал лишь звон колокольчика.

Анжелика вновь заглянула в кабинет Беллы и посмотрела на девочку. Она слегка улыбнулась, ей пришло в голову сравнение с Белоснежкой, ведь Катя выглядела в точности, как сказочная принцесса: такая же бледная кожа, накрашенные алой помадой губы, темные волосы каре. На ней было праздничное платье по колено, из-за чего Анжелика сделала вывод, что лежала в магазине она не меньше недели.

– Белла разрешила сегодня не работать, – сказала Вика.

Она подошла так тихо, что Анжелика вздрогнула от неожиданности.

– Уже ничего нельзя изменить для нее? – спросила Анжелика.

– Поздно.

– Мне жаль Яну. Мне тоже она нравилась.

– Мы были… подругами. Работали вместе столько лет… Кто угодно сдружится.

– Это было ее решением. Ей сейчас лучше. Где угодно будет лучше, чем здесь.

– Знаю.

Они стояли в дверном проеме и смотрели на Катю. Вика уже не плакала, лишь покрасневшие глаза выдавали ее недавнюю слабость.

«Опоздала я с революцией, – подумала Анжелика, – для нее уже слишком поздно. Теперь нужно дождаться правильного момента, чтобы она не пострадала».

– Как она сюда попала?

– Белла. Все сделала она в этот раз.

– Она ждала от меня помощи?

– В этот раз она была даже рада, что ты не ответила. От тебя было бы слишком много проблем. А мне она даже не звонила. Испугалась, что побегу спасать Яну.

– А можно было?

Вика нервно облизала губы.

– Как говорит Белла, весь отпуск она провела в Доминикане, и лишь, не сев в самолет, все и… случилось. Магазин, понял, что она не вернется и… отпустил ее.

Анжелика еще раз посмотрела на Катю в нарядном платье, такое одевают только на праздник. А потом слова Беллы, что уже завтра она очнется.

– Значит, магазин нашел замену Яне еще до того, как она умерла, – подвела итоги Анжелика.

– Лучше об этом не думать.

Вика вернулась в зал и вытащила коробку с пончиками из рюкзака. Предложила Анжелике, но та отказалась.

– А кто здесь был до меня? Как не стало ее? – спросил Анжелика и с опасением посмотрела на Вику, боясь реакции.

Вика лишь тяжело вздохнула и отложила пончик.

– Если честно, то мы были даже рады, когда узнали, что магазин от нее избавился. От нее было столько проблем… – Вика покачала головой. – Она очень много пила, меняла парней как перчатки. Хамила всем и каждому. Я ненавидела смены с ней.

– Долго магазин ее терпел?

– Около года.

– Алкоголя в ее квартире много.

– Теперь это твоя квартира.

– Верно.

Анжелика все же взяла пончик. Они с Викой молча ели сладости, погруженные в свои мысли.

***

Придя домой, Анжелика вспомнила о подарке Яны. Она заглянула под елку, сжала в руках коробку, упакованную в подарочную бумагу и обвязанную лентой. Они с Максом уезжали из дома в состоянии похожем на шок. Про подарки забыли напрочь.

Сейчас, вспоминая их последнюю встречу с Яной, Анжелика понимала, что ей не показалось, что это было прощание. Если бы она только поняла все сразу, поговорила с ней…

И что бы изменилось? Яна осталась бы работать в магазине?

Анжелика и сама не хотела жить, пока не появился Макс. Отчасти она понимала Яну.

С Яной они общались неплохо, было между ними взаимопонимание.

Трясущимися руками Анжелика сорвала обертку и поняла, что внутри была никакая не коробка, а книга. «1984» Джорджа Оруэлла. Вздох вырвался из Анжелики.

В их последнюю смену вместе Яна читала именно эту книгу. Анжелика не удержалась и заявила, что это ее любимая книга.

Завязался разговор. Они долго обсуждали героев, сюжет, вероятность того, что это может произойти. А потом сошлись на мнении, что магазин – Старший брат, что вечно за тобой следит.

Они говорили так долго, что даже ушли из магазина на пару часов позже.

Анжелика прижала книгу к груди и заплакала. Если бы она сразу открыла подарок, то все бы поняла. А теперь? Теперь уже поздно.

Яны больше нет.

Зато есть боль.

Анжелике оставалось верить, что Яна сейчас в лучшем месте. Ей хотя бы больше не нужно жить под присмотром Старшего брата.

Открыв первую страницу книги, Анжелика прочитала послание от Яны:

«Я в тебя верю. Не дай Старшему Брату тебя сломать».

***

В дверь позвонили. Анжелика дописала предложение, недовольно вздохнула, ведь ее прервали на самом интересном месте, и отправилась открывать.

На пороге стоял Макс, позади него чемодан. На лице красовалась лукавая улыбка, в глазах скакали смешинки.

– Переезжаю к тебе.

– Что?

Любовь-любовью, но к такому Анжелика оказалась не готова. Она же живой мертвец, как-никак. Почти ничего не ест, гуляет голышом по балкону, каждый новый день начинает с любимого ритуала – искрамсать свою чудесную ножку и наблюдать, как она заживает. Да и спать она почти перестала, ведь выяснила, что это не так уж и обязательно, если ты немного умер.

– Меня выгнали из универа, не сдал пару экзаменов…

– Ожидаемо.

– А родители не на шутку разозлись, ну, и… выгнали из дома.

Макс прошел в квартиру, везя чемодан за собой. Анжелика лишь смотрела ему в след, пытаясь придумать, что делать с незваным нарушителем идиллии.

– Если ты против, я пойду жить на чердак.

– Нет! – воскликнула она чуть более агрессивно, чем хотела. – Остаешься у меня. Точка.

Это же Макс, думала Анжелика, как я могу его не пустить к себе? Может, это не так уж и плохо. Мы любим друг друга, почему бы не пожить вместе?

Но чем больше она об этом думала, тем быстрее росла ее неуверенность. Скрывать свое положение будет не просто. Придется перевернуть всю жизнь вверх тормашками.

– У тебя еды нет вообще никакой? – изумлено спросил Макс, оглядывая пустой холодильник.

– Я заказываю всю еду. Курьеры мое все, – солгала она. На самом деле Анжелика питалась одними сладостями, да роллами иногда. – Не мечтай, что тебе буду готовить. Я не умею.

– Тяжеловато придется.

– Найдешь работу, – ответила Анжелика, понимая, к чему клонит ее новый сожитель. – Я не смогу нас прокормить.

– Конечно.

Анжелика села на кровать. Она любила проводить время с Максом, он часто оставался у нее на ночь. Но жить?

– Есть шанс восстановиться в универе? – спросила Анжелика.

Макс оторвался от экрана телефона, видимо, заказывал еду. Посмотрел на Анжелику, пожал плечами.

– За деньги. Но родители наотрез отказались помогать мне. Выставили за дверь…

– Ты сам ушел, – сказала Анжелика. – Они разозлились, вы орали друг на друга, а потом ты хлопнул дверью.

Макс виновато улыбнулся.

– Зато теперь мы будем жить вместе. Это же здорово, правда?

– Правда.

– Слушай, роллы для нас пока дороговаты. Придется выживать на бомжариках.

– Я… – Анжелика хотела было сказать, что не ест, но потом опомнилась. Живые люди едят. – Видимо. Попрошу у Беллы прибавку к зарплате. А ты…

– Найду работу! Обещаю!

***

После того как Макс переехал к Анжелике, их отношения уже не были столь прекрасны. Анжелика радовалась каждой рабочей смене, ведь хотя бы там могла не врать, а просто быть самой собой. Живым мертвецом, черт возьми.

– Он столько ест… – говорила Анжелика Вике. – Он сбегал домой, пока его родители были на работе, перетащил ко мне плейстейшн. Теперь играет целый день.

– У тебя же телевизора нет, – сказала Вика, жуя пончик.

– Теперь есть. Макс его купил.

В зал вошла Белла, прервав разговор. Она стряхнула снег с шубы, оглядела девушек, тяжело вздохнула.

– Осталось недолго.

Анжелика поняла, что сегодня должна очнуться Катя, их новенькая девочка. Невольно Анжелика вспомнила, как ей сообщили новости, как долго она не верила.

– Только не режьте ее сразу, – посоветовала Анжелика. – Дайте ей прийти в себя. Освоиться. Кстати, куда делось ее тело?

– Родители отправили на кремацию.

– То есть скандалов не было… Тяжело будет ее убедить в происходящем. Я поверила только после статей в интернете. И взгляда мамы.

– Я поверила, когда Яна перерезала мне горло в первый день, – вспомнила Вика, а потом ойкнула. – Я скучаю по ней.

Анжелика кивнула, непроизвольно провела рукой по книге, что оставила ей Яна. Теперь она всегда носила ее с собой и читала при любом удобном моменте.

Белла же лишь закатила глаза и прошла в кабинет.

– Как думаешь, что там дальше? Куда мы уходим, когда засыпаем навсегда? – спросила Вика.

– Не знаю. Может, Яна сейчас сидит на облаке, наблюдает за нами и ржет. Потому что знает, что лучшее решение для нас – пойти дальше.

– Она бы не стала ржать, – ответила Вика. – Она бы…

– Катерина очнулась!

Анжелика и Вика последовали в кабинет, чтобы объяснить происходящее несчастной.

Катя уже жадно пила воду, Белла задумчиво смотрела на их новую работницу. Анжелика отметила, что последнее время Белла стала выглядеть еще хуже, чем обычно. Щеки совсем впали, одежду сменила на мешковатую, видимо, чтобы не было видно, как она исхудала. Неужели Белла перестала есть? Устала?

Вика подошла к Кате, погладила ее по плечу. Последовав совету Анжелики, Вика решила зайти издалека.

– Привет. Как ты себя чувствуешь?

Катя непонимающе посмотрела на Вику, потом перевела взгляд на Анжелику. Постепенно к ней приходило понимание – произошло что-то страшное.

– Где я? Где мама? – Катя вскочила, в глазах уже читался немой ужас. Она выбежала в основной зал и зажмурилась от яркого света.

– Ты в магазине, солнышко, – сказала Вика. Она снова попыталась погладить ее по плечу, но Катя вырвалась.

– Мы шли с мамой к бабушке праздновать Рождество! Где она?

– Рождество прошло две недели назад, дорогая. Теперь ты работаешь здесь, – холодно сказала Белла. Она уже надела шубу, и теперь застегивала воротник.

– Сколько тебе лет? – спросила Анжелика.

– Что? Я хочу домой! Я ухожу!

– Сколько тебе лет?

Катя заметалась по магазину, нашла дверь, дернула на себе, но открыть не сумела – дверь заперли. Часто дыша и едва не плача, Катя повернулась к Анжелике.

– Шестнадцать! Это важно?

Катя больше не могла сдерживать себя, слезы градом полились из глаз. Вика бросилась ее успокаивать. Сначала Катя пыталась отстраниться от нее, но потом девушку накрыла паническая атака. Катя часто задышала, словно не могла вздохнуть полной грудью, лоб покрылся потом, а в глазах читался бешеный страх.

– Шестнадцать? – Анжелика повернулась к Белле. Вика пыталась успокоить несчастную новую работницу. – Шестнадцать? Да как ты посмела?

Белла распахнула шубу, стянула с себя шарф. Устало облокотилась об стену.

– Не я выбираю, кого нанять. Я такой же работник, как ты.

– Как я? Да у тебя привилегий…

– Я тоже подчиняюсь магазину. Живу по его правилам. Меня тоже наказывают болью. Я тоже могу сдохнуть, если не буду подчиняться.

Анжелика резко выдохнула. Белле она не верила, не хотела, не могла, ненависть к начальнице слишком глубоко поселилась в ее сознании. Но увидев, как несчастно выглядела Белла в этот момент, с какой грустью смотрела на Катю, которая сидела на полу, пыталась отдышаться и пила воду большими глотками под чутким надзором Вики, Анжелика успокоилась. Может, и правда винить в смерти Кати нужно магазин. Не Беллу. Магазин. Белла все еще сука, но магазин – настоящий дьявол.

– Ты знаешь, как отсюда выбраться? – тихо спросила Анжелика.

Белла широко раскрыла глаза, на секунду в них зажегся интерес, но потом он сменился скукой.

– Никак. Ты мертва, помнишь?

– Да ты сдалась. Как глупо…

– Как глупо верить, что мертвая девушка может ожить.

– Мы же еще здесь.

– Пора ей показать, кто она.

Анжелика обернулась к Кате. Девушка успокоилась. Она все так же сидела на полу, но выглядела куда лучше. Лишь в глазах появилось какое-то понимание неизбежности.

– Это секта, да? – спросила Катя, заметив, что Анжелика и Белла смотрели на нее.

– Покажи ей, кто она, – велела Белла. Резко встала, отперла дверь и вышла на улицу.

Анжелика кивнула Вике, и та достала нож. С грустью посмотрела на Катю, а потом с силой резанула по руке. Катин визг слышала вся улица.

***

Анжелика пришла домой, упала на кровать и закрыла глаза.

Вика взяла Катю к себе. Решили, что шестнадцатилетняя Катерина не готова жить одна. Новость о том, что она – живой мертвец, Катя приняла быстро, но с большой истерикой. Около получаса девушки успокаивали ее, а потом отпаивали чаем и пытались придумать кучу плюсов подобной жизни. Получалось неправдоподобно, ведь все прекрасно понимали, что в шестнадцать лет надо жить, а не существовать, чтобы работать в глупом магазине без какого-либо шанса на будущее.

– Я приготовил ужин, – сказал Макс, улыбаясь. – Макароны с сосисками, как в лучшем итальянском ресторане! Еще кетчуп есть.

У Анжелике не было никаких сил играть роль счастливой, живой девушки, а потому она просто отвернулась к стене. Как же ей хотелось сейчас остаться одной. А лучше поговорить хоть с кем-нибудь. Вот бы к ней сейчас пришел добрый волшебник и сказал, что все будет хорошо, нужно просто немного потерпеть.

– Все в порядке?

Макс сел рядом, погладил Анжелику по спине.

– Паршивый день на работе.

– Хочешь об этом поговорить?

Анжелика чуть было не сказала да, но прикусила язык. Об этом говорить нельзя.

– Ты ничего мне не рассказываешь.

Анжелика продолжала молчать.

– С тех пор как ты вышла на работу, ты постоянно молчишь. Ничего мне не говоришь. Что происходит?

Анжелика помотала головой. Хотелось крикнуть ему, чтобы он замолчал, ушел, оставил ее уже одну. Но она просто молчала, пытаясь сдержать слезы. Перед глазами все стояло лицо шестнадцатилетней девушки, у которой сегодня украли жизнь.

– Анжелика, мы живем вместе. Так не должно быть…

Анжелика резко развернулась, свет в комнате начал мигать.

– Я не просила тебя жить со мной, ты сам приперся.

– Я же сказал, я могу уйти на чердак… – в глазах Макса появилось непонимание, смешанное со злостью. Он едва сдерживался, чтобы не закричать на нее.

– Я не хочу тебе все рассказывать. Я не хочу, чтобы ты знал об этом. Такой был договор. Помнишь? Не нравится – я тебя не держу.

Макс вскочил с кровати, отошел к окну, хотел было что-то сказать, но лишь покачал головой.

Анжелика взяла ноутбук, забыла надеть куртку и вышла в подъезд. Потом, не задумываясь, поднялась на чердак, затем – на крышу. Она просидела там всю ночь, печатая главу книги.

***

Пару недель жизнь шла своим чередом.

Вика взяла Катю под свою опеку. Все ей показывала, всему обучала. Жили они все так же вместе, хотя Белла и подыскала квартиру для Кати. Вика не была против сожительницы. Да и по правде, всем было спокойней, пока Катя была под чьим-то наблюдением.

Катя оказалась особой вспыльчивой и очень чувствительной. Ее настроение могло смениться за секунду. Вот она еще смеется, а вот уже рыдает.

Пару раз она едва не звонила маме, чтобы сказать ей, что ее похитили и держат в секте. Вика с трудом отговаривала Катю от этого.

Но с каждым днем у Кати пропадали чувства, ощущения внешнего мира. С каждым днем она все сильнее верила в происходящее.

Анжелика снова начала себя резать каждое утро.

Отношения с Максом рассыпались на глазах. Они все еще жили вместе. Ужинали вместе.

Макс делал вид, что искал работу. Анжелика делала вид, что она живая.

Но через две недели пик все же настал.

– Я не могу так жить, – сказал Макс, наблюдая как Анжелика катала котлету по тарелке. – Я не понимаю, что происходит.

– Ничего хорошего не происходит. Мне нечего тебе рассказать.

– Мы живем вместе. Я люблю тебя.

Анжелика взглянула в его глаза и поняла, о чем ей говорила Вика несколько месяцев назад. Это не жизнь. Она мучает и его, и себя. Какое тут может быть будущее.

– Поговори с родителями. Тебе пора вернуться домой.

Голос Анжелики дрожал, хотя она и пыталась сдержаться. Она все прокручивала в голове, как бы все могло быть. Если бы она только могла ему все рассказать. Пожаловаться на психичку начальницу, рассказать, куда делать Яна на самом деле, поплакать вместе про украденную жизнь шестнадцатилетней девчушки. Но магазин такого не простит. Надо молчать.

Да и к тому же – у них нет будущего. И не было никогда.

– Жаль, что все так, – сказал Макс.

И он ушел собирать вещи. А Анжелика молча пялилась в ноутбук, делая вид, что пишет.

И лишь когда он ушел, она дала волю чувствам и расплакалась. А еще она пообещала себе, что покончит с магазином. Даже если это будет стоить ей жизни.

========== Часть 2. Огонь. Глава 13. Смотрю на мир из-за ширмы ==========

Когда следующим утром Анжелика вошла в магазин, Белла уже сидела в кабинете и разговаривала с Катей. Кажется, она подготовила все документы, и объясняла Кате, что ей теперь вовсе не 16, а 18 лет. Чтобы проблем с полицией не было.

Анжелика, до этого момента сохранявшая полное спокойствие, вмиг разозлилась так, что замигали лампочки.

Кто-то же должен ответить за то, что ей пришлось отпустить человека, которого она любила до чертиков.

Вчера после ухода Макса, Анжелика села в ванну, выпила пару бутылок вина, изрезала себе все ноги, потом в ход пошли и руки. Она злилась так сильно, что вновь лишилась всех лампочек. Ванна приобрела кроваво-розовый оттенок, ведь Анжелика не утруждала себя смыванием крови. Она делала глубокий надрез, а потом наблюдала, как капала кровь.

Белла, заметив, что мигал свет, посмотрела на Анжелику. В ее глазах на секунду зажегся огонек любопытства. Белла помотала головой, глубоко вздохнула.

– Я. Не. Буду. Больше. Здесь. Работать! – прочеканила Анжелика, заходя в кабинет начальницы. – По конституции Российской Федерации я имею полное право уволиться.

Белла закатила глаза, встала из-за стола. Подошла вплотную к Анжелике, так что их глаза оказались на одном уровне.

Катя молча наблюдала за происходящем. Ее распирало от любопытства. Проработав в магазине две недели, и уже успев взять выходной из-за дикой боли после ссоры с начальницей, Катя отлично понимала, что ничего хорошего из этого выйти не может.

– Мы должна закрыть…

– Закрывать магазин мы не будем, – с мягкой улыбкой ответила Белла.

Лампочки продолжали мигать, несколько уже взорвалось, украсив пол осколками.

Анжелика настолько удивилась подобному тону, что даже потеряла дар речи. Белла вела себя так, словно Анжелика маленькая девочка, которая что-то не понимала.

– Но ты права. Ты здесь работать больше не можешь. Даю тебе премию и отпуск на неделю… Лучше на две. Отдохни. Загранник у тебя есть, деньги теперь тоже есть. Развейся.

Анжелика аж рот открыла от шока. Такого поворота она не ожидала. Она-то пришла революцию устраивать, магазин закрывать, а тут… в отпуск отправляют.

– И кто же работать будет вместо меня? – иронично спросила она, не надеясь получить ответ.

– Я буду, – ответила Белла. – Тебе нужно отдохнуть.

Одна из лампочек снова начала мигать, а потом и вовсе взорвалась. Катя взвизгнула от неожиданности, Белла даже не пошевелилась, словно для нее подобное было нормой.

– Да пошли вы все! – крикнула Анжелика.

Схватив конверт с премией, Анжелика выбежала из магазина и зашагала в сторону дома. Однако сделав пару шагов, поняла, что не может больше находиться в этой квартире. Там все напоминало о том, что она мертва, там все еще пахло духами Макса.

А потом она кое-что вспомнила. Еще до ее смерти в середине лета родители купили билеты в Индию. Была у них традиция каждый год после нового года улетать в отпуск. Если они не передумали, то должны были улететь еще вчера. Квартира пустая.

Неужели она сможет вернуться домой? Хотя бы на пару недель?

Два часа спустя Анжелика сидела в своей комнате и зачаровано смотрела по сторонам. Родители уехали, это было очевидно. Прежде чем зайти в квартиру Анжелика несколько раз позвонила в звонок. А первым делом, зайдя в квартиру, проверила на месте ли чемоданы.

Вздох облегчения слетел с губ, едва она поняла, что родители и правда уехали.

Она может пожить дома.

В своей комнате.

Просто представить, что все опять хорошо, что она жива.

У нее сейчас были бы каникулы в институте. Проводив родителей в Индию, она бы сидела целыми днями в пустой квартире, слушала музыку на полную громкость и писала.

Было бы весело.

Сейчас же все было не так.

Счастье, что она испытала вернувшись домой, испарилось. Пришла злость.

И почему этот мир так жесток?

***

Едва Анжелика вышла из кабинета, Белла выпроводила Катю и рухнула на стул. Вся энергия покинула ее тело, ноги стали ватными, руки дрожали. Страшная догадка пришла Белле в голову, едва лопнула лампочка.

Ведьма. Анжелика – ведьма. Ну, во всяком случае была ей, пока не попала к ним.

В этот раз магазин ошибся, когда выбрал эту дурную девку. Может, Анжелика просто не знала, кто она? Все еще не знает?

«Да, только это имеет смысл. Иначе магазин бы никогда не выбрал того, кто может разрушить все. Анжелика разозлилась – лампочка лопнула. Да, очевидно, что в ней есть магия. Как иначе? Правильно сделала, что отправила ее в отпуск. Надо подумать. Как следует подумать, что теперь с ней делать. Как от нее избавиться?»

Белла посмотрела кругом и приподняла брови, словно спрашивая у магазина, что он теперь собирался делать с этой проблемой. Магазин нахально молчал, не отвечая на вопросы Беллы даже болью или кровью. Казалось, ему плевать. Казалось, что он не считал Анжелику врагом. И не собирался что-либо с ней делать.

– Твои методы с ней не сработают, – тихо проговорила Белла. – Она не боится боли. Очевидно же.

Магазин продолжал молчать. Белла осталась со своей проблемой наедине.

Белла вышла к девочкам в зал, убедилась, что посетителей нет и заговорила:

– Анжелика в отпуске, девочки, поэтому придется немного поднапрячься.

Вика выронила пончик из рук, взгляд поник, плечи задрожали, она едва сдерживала слезы. Слишком хорошо она знала, что бывает, когда кто-то из них уходит в отпуск – рабство для всех остальных.

– Не переживайте, Виктория, – ответила Белла. Начальница выглядела спокойно, холодный взгляд уверено смотрел на девушек. – В понедельник выходной для всех. Плюс еще один день на неделе.

– А кто работать будет? Катя одна не справится, – несмело сказала Вика.

– Я.

– Ого, – невольно вырвалось у Вики. Белла лишь смерила ее ледяным взглядом.

Последний раз Белла работала в зале лет 8 назад, после этого она всегда пряталась у себя в кабинете, если все же приходила на работу.

– Мы же не хотим запугать нашу новенькую, верно? Пока что, во всяком случае, – ответила Белла с неявной усмешкой, а потом заперлась в кабинете.

Несколько часов спустя Белла все сидела в кабинете и пила вино. Магазин закрылся, работницы ушли домой, а Белла все сидела и думала, запивая страх алкоголем.

Белла в сотый раз листала дневник, что вела еще при жизни, когда сама была ведьмой. Вглядывалась в заклинания, зелья, пыталась найти хоть что-то, что могло бы ей помочь решить проблему с Анжеликой.

– Если она знает, то наверняка ищет способ уничтожить тебя, друг, – говорила Белла, обращаясь к магазину. – Она сильнее меня. Намного. За все годы здесь я ни разу не смогла воспользоваться своей магией. А я очень пыталась, ты знаешь.

Магазин продолжал игнорировать Беллу. Никакой головной боли, ни намека на кровь из носа.

– А она лампочки взрывает, даже не зная, кто она! Ведь не знает, да? – Белла прикусила губу, задумавшись, глотнула из стакана. – Знала бы, ты бы ее не выбрал. Почему она? По какому принципу ты выбираешь этих девиц?

В ответ снова тишина. За окном давно стемнело, а потому и в помещении стало темно. Белла ограничилась экраном ноутбука, а потому ее силуэт едва виднелся в темноте.

– Если ты умрешь, я тоже? – спросила Белла, захлопнув дневник. – Что будет со мной?

Снова лишь тишина и отсутствие боли. Белла хотела сделать глоток вина, но стакан оказался пустым. Тогда она выпила прямо из бутылки.

– Не хочу умирать, – Белла дрожащей рукой провела по столу. – Мне так страшно.

Тишина давила. Хотелось закричать, чтобы почувствовать хоть что-то кроме удушающего страха.

– Помоги мне. Спаси нас обоих, – прошептала Белла, едва сдерживая слезы.

Но в ответ снова лишь тишина.

Три глубоких вздоха, и Белла смогла взять себя в руки, надеть привычную маску.

– Я поняла, тебе плевать. – Она рассмеялась, наливая себе еще вина, желанием было напиться как можно сильнее. – Не считаешь ее за врага? Зря. Ну ты и дурак. Как же зря.

Белла рассмеялась, пролила немного вина на стол, но лишь пожала плечами. Потом выпила полстакана.

– Так выпьем же за нашу смерть! Что уже дышит нам в затылок, ага. – Белла икнула, вино начало действовать. – Может, там дальше будет лучше, а? Куда мы попадаем после смерти? Хотела бы я знать… Может, я это заслужила. Не знаю. Гореть мне в аду…

Белла легла грудью на стол, захлопнула ноутбук, погружаясь в темноту. Она устала. Устала от жизни, устала от проблем. Устала думать.

– Может, и правда будет лучше, если мы с тобой сдохнем? Может, ты за этим ее выбрал? Чтобы она убила нас? Черт с тобой. Иди к черту, мир! Я устала.

А потом Белла уснула прямо на рабочем месте.

***

Анжелика пошла в ванную, чтобы в очередной раз разрезать ногу и посмотреть, как льется кровь. Потом в очередной раз убедиться, что рана затянулась. А раз так – она все еще мертва. Ей это не приснилось, не привиделось, просто судьба решила, что она прозябала свою жизнь и решила преподать ей урок. Вот только урок она давно усвоила, а пути назад не было. Из мертвых не возвращаются.

Анжелика отложила лезвие, смыла кровь, надела джинсы.

Тяжелый вздох. Полное отчаяние.

Пустая квартира, в которой она выросла, но теперь стала вдруг чужой. Она представила, что будет, вернись ее родители сейчас домой. Они не узнают родную дочь, вызовут полицию, ее заберут в участок, ведь она незаконно пробралась в чужой дом.

Докатилась.

Захотелось со всей силы стукнуть по зеркалу, чтобы оно разбилось, но потом она вспомнила, что тогда ей придется искать такое же на замену. Никто не должен знать, что она жила здесь.

Анжелика вышла из ванной, горюя, что родители не пьют. Хоть надежды и не было, она обыскала все полочки на кухне, но алкоголя в квартире не нашлось. Пришлось довольствоваться конфетами с коньяком.

Телевизор орал, Анжелика сидела на полу, ревела и жевала конфеты одну за другой. Перед глазами стояло лицо Макса.

«А что ты хотела? Чтобы он всю жизнь провел с живым мертвецом? У вас никогда не было шансов».

Анжелика запустила последнюю конфету в телевизор, рыдания сдавили грудь.

Одна. Она совсем одна.

Нет семьи, друзей, родного человека. Даже собаки, черт возьми, у нее нет.

И тут ей захотелось сделать что-то безумное, стать тем бунтующим подростком, которым она никогда не была, предпочтя сидеть дома и писать свои глупые книжки, которые оказались пустой графоманией.

Нацепив первое, что попалось ей под руку, то есть весеннее пальто мамы, она выбежала из квартиры, забыла запереть дверь и понеслась к лифту. Целью номер один был клуб, где можно напиться до чертиков, забыть про все проблемы и просто танцевать до утра. Плевать, что будет потом. Главное – забыться.

Анжелика толкнула тяжелую дверь, чтобы выйти из подъезда, споткнулась о порог и упала в чьи-то объятия.

– Боже, – пролепетала она, вскакивая. Но потом поскользнулась на льду и снова оказалась прижатой к парнишке.

Анжелика покачала головой, пытаясь понять, с каких пор она влипает в ситуации, происходящие с героинями фильмов, но никак не с тихой писательницей.

Лицо намокло от мокрого снега, Анжелика даже боялась подумать, успела ли уже потечь косметика.

Анжелика отстранилась от парня.

– Ошибочка, я всего лишь Никита. Лучше просто Ник. Приятно познакомиться! – с улыбкой сказал спаситель и подал ей руку.

– Мне пора.

– Не расскажешь, куда так поздно идешь?

– Тебе какое дело?

– Чувствую запах алкоголя. Даме лучше вернуться домой.

Анжелика замерла на месте, открыла было рот, но потеряла дар речи. С каких пор ее называли дамой? И почему этот парень заботился о ней?

– Мы живем на одной площадке, – пояснил Ник, видя замешательство. – Ты недавно заехала. Родственница Матвеевых, верно?

Анжелика вздрогнула, услышав свою фамилию впервые за столько месяцев.

– Вроде того. Можно, я все же пройду.

Ник мертвой хваткой вцепился в ее руку.

На секунду Анжелика опешила от такой наглости, но потом к ней вернулась гордость.

– Руки! Если девушка решила, что пойдет в клуб, значит, она туда пойдет!

– О, все еще хуже, чем я думал. Пьяная девушка в полночь собралась в клуб. Ты хоть знаешь, что там делают с пьяными красотками вроде тебя?

Анжелика облизала губы, задумалась.

– Я не пила.

Ник вздернул брови, многозначительно посмотрел на нее.

– Я только ела конфеты с коньяком. Пару штучек. Ну, может пару пачек… От этого не пьянеют.

Анжелика вырвалась из хватки, но успела сделать лишь два шага, как снова поскользнулась, но на этот раз Ник не успел ее подхватить, и она плашмя упала на асфальт. Видимо стоило надеть зимнюю обувь, а не весенние ботинки с неподходящей для льда подошвой.

– Ты как? Головой не ушиблась?

Анжелика не ответила, проигнорировала она и протянутую ей руку. Стыд смешался с печалью. Хотелось орать на всю улицу, хотелось почувствовать уже наконец хоть что-то. Да даже боль от падения лучше, чем эта пустота на душе. Она вдруг почувствовала себя такой отстраненной от мира, словно ей позволяли лишь наблюдать из-за ширмы, как живут другие.

– Ты как? Скорую вызвать?

Анжелика резко открыла глаза, Ник наклонился над ней, он был так близко, что она могла разглядеть каждый миллиметр его лица.

– С ним я чувствовала себя живой, – сказала Анжелика, тяжело вздохнула. – Может, Яна и правильно сделала. Это невыносимо.

Ник сел на асфальт рядом, достал мобильник.

– Эй, я живая. Никакой скорой.

Анжелика встала, зашла под козырек подъезда, в голове быстро созревал план. Краем глаза она заметила, как затянулись раны на руке, оцарапанной во время падения.

Ник посмотрел на Анжелику, на телефон, потом все же передумал вызывать скорую.

– Позволишь домой проводить?

Анжелика тяжело вздохнула, но кивнула, настроение идти куда-либо все равно испарилось.

Они зашли в лифт, Ник нажал на десятый этаж.

– Этаж угадали, сударь.

Анжелика первая вышла из лифта и поплелась к квартире, жалея лишь о том, что дома нет никакого алкоголя, а по закону ночью продавать его запрещено.

– Выпить есть? – выпалила Анжелика и резко повернулась, посмотрела на удаляющуюся спину Ника. Ключ остался в замочной скважине.

– Не боишься идти к незнакомцу в гости ночью?

– Живому мер… – Анжелика замялась, рассмеялась. Она хохотала до слез, Ник же непонимающе смотрел на нее. – Поверь, мне бояться уже нечего.

Стерев слезы, Анжелика вытащила ключ и выжидающе посмотрела на Ника.

Ник едва заметно покачал головой, решив, что имел дело с ненормальной. Однако в его глазах зажегся интерес.

– Вино устроит?

Они сидели на полу в гостиной и смотрели концерт. Неприлично громко для столь позднего часа. Но им было плевать.

У Ника оказался целый сервант элитного алкоголя, Анжелика, ничего не понимающая в этом, вытащила первую попавшуюся бутылку. Из закусок – фрукты и разные конфеты. На этот раз без коньяка.