Текст книги "Власть двоих. Мы тебя не отпустим (СИ)"

Автор книги: Andy Smith

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 3 страниц)

Глава 5. Первое утро

Слова застряли у меня в горле колючим комом. Я попыталась кивнуть, но вместо этого лишь судорожно сглотнула, не в силах разорвать зрительный контакт с Марком. Его серые глаза сейчас напоминали грозовое небо – темные, безжалостные, обещающие бурю, от которой не спрятаться.

– Она лишилась дара речи, – хрипло усмехнулся Ян слева от меня.

Его рука, до этого покоившаяся на синем шелке простыни, пришла в движение. Широкая ладонь накрыла моё обнаженное колено. От этого контраста – обжигающе горячая мужская кожа и ледяной ужас внутри меня – я крупно вздрогнула.

– От страха, Ян? Или от нетерпения? – ровно спросил Марк, не сводя с меня тяжёлого взгляда.

– Сейчас узнаем.

Пальцы Яна медленно, с садистским наслаждением поползли вверх по моему бедру, собирая невесомую ткань сорочки в гармошку. Я инстинктивно попыталась сдвинуть ноги, защищаясь, но Ян лишь презрительно цокнул языком. Его хватка мгновенно стала жесткой. Он впился пальцами в мою мягкую плоть, фиксируя ногу на месте.

– Не дергайся, – промурлыкал он мне на ухо. – Ты же не хочешь расстроить Марка в свою первую рабочую ночь?

– Пожалуйста… – мой голос прозвучал как жалкий писк. – Вы… вы издеваетесь надо мной.

Марк чуть склонил голову набок, изучая моё пылающее лицо.

– Издеваемся? – его голос понизился на октаву. – Разве похоже, что мы шутим, Полина?

Он протянул руку. Его пальцы скользнули по моей щеке, убирая за ухо влажную после душа прядь волос. Жест был почти нежным, но от него веяло такой абсолютной, непререкаемой властью, что воздух встал поперёк горла. Ладонь Марка опустилась ниже, прослеживая линию моей шеи, и легла на оголенную ключицу.

Я оказалась в капкане их прикосновений. Слева меня обжигал Ян, чья рука уже уверенно гладила внутреннюю сторону моего бёдра, подбираясь к самому сокровенному. Справа меня подавлял Марк, чье одно лишь присутствие заставляло сердце биться в истеричном ритме.

– Я… я не понимаю, почему я, – слова вырывались вместе со сбитым дыханием. Я зажмурилась, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы стыда и отчаяния. – В вашем мире полно красивых, идеальных женщин. Моделей. А я… посмотрите на меня. Я же… неформат. Я толстая.

Слово повисло в воздухе, ударившись о графитовые стены спальни. Мне казалось, я умру от унижения прямо здесь и сейчас. Я сама произнесла вслух то, чего боялась больше всего. Сейчас они рассмеются. Сейчас они скажут, что это все была лишь жестокая корпоративная шутка над неуклюжей пышкой.

Но вместо смеха раздался глухой, низкий рык Яна.

Его рука сорвалась с моего бёдра, но лишь для того, чтобы жестко обхватить меня поперек талии. Он рванул меня на себя. Я потеряла равновесие и с коротким вскриком завалилась спиной прямо на его широкую, твёрдую грудь.

– Толстая? – прошипел Ян мне в макушку. Его вторая рука собственнически легла на мой живот, сминая мягкую складочку, которую я так ненавидела. – Кто тебе вбил в голову этот бред, сладкая?

Он сжал мой живот, а затем его пальцы скользнули выше, прямо под тонкий шелк сорочки, безжалостно сминая мою тяжёлую грудь. Я выгнулась дугой, из горла вырвался рваный стон, который я не смогла подавить.

– Ты сочная, – Ян прижался губами к моей шее, шумно, по-звериному втягивая мой запах. – Ты настоящая. О эти кости, о которые бьешься синяками, можно порезаться. А ты создана для того, чтобы в тебе тонуть. Правда, Марк?

Я распахнула глаза. Марк нависал надо мной. Я полулежала на Яне, распластанная и беззащитная, а генеральный директор смотрел на меня так, словно я была его личным, долгожданным трофеем.

Его глаза потемнели до состояния чёрной бездны.

– Твои комплексы – это пустая трата нашего времени, Полина, – отрезал Марк. Он опустился на колени прямо на кровать, оказываясь между моих раздвинутых ног.

Я попыталась сжаться, но бёдра Яна, зажавшие меня по бокам, не дали мне сдвинуться ни на миллиметр.

– Я запрещаю тебе прятаться. Я запрещаю тебе стыдиться своего тела, – каждое слово Марка падало как тяжёлый камень, вбивая меня в матрас.

Он протянул руки и взялся за тонкие бретельки моей сорочки.

– Смотри на меня, – приказал он.

Я не могла оторвать взгляда от его гипнотических глаз. Марк медленно, но неумолимо потянул ткань вниз. Шелк соскользнул с моих плеч, обнажая грудь. Прохладный воздух комнаты коснулся влажной кожи, соски мгновенно затвердели, превращаясь в чувствительные, болезненно-сладкие точки.

Ян позади меня хрипло выдохнул. Его руки на моей талии сжались так сильно, что на бедрах наверняка останутся синяки. Но мне было плевать на боль.

Всё моё внимание, все мои нервные окончания сейчас были сфокусированы на руках Марка.

Его крупные, прохладные ладони легли на мою обнаженную грудь. Он не спешил. Он изучал меня, медленно обводя большими пальцами ареолы, заставляя меня извиваться на груди Яна от невыносимого предвкушения.

– Идеальная, – прошептал Марк, склоняясь ниже. – И вся наша.

Его губы коснулись моего соска. Влажно. Горячо.

Меня прошило током. Я вскрикнула, запрокидывая голову назад, прямо на плечо Яна. Мои пальцы судорожно вцепились в его спортивные штаны, комкая ткань.

– Тише, девочка, – провибрировал голос Яна. Он перехватил мои руки, сплетая свои пальцы с моими, и прижал их к кровати по обе стороны от моей головы. Распял.

Марк втянул мой сосок в рот, чуть прикусив его зубами. Мой позвоночник превратился в натянутую струну. Внизу живота взорвалась сверхновая, разгоняя по венам жидкий огонь. Это было неправильно, это было грязно, я должна была сопротивляться! Но тело окончательно предало разум. Я таяла под их руками, я плавилась от их одержимого внимания к каждому сантиметру моих несовершенных изгибов.

– Тебе нравится, – это был не вопрос. Это было утверждение. Марк оторвался от моей груди и посмотрел мне прямо в глаза. Его губы блестели от влаги.

– Н-нет… – слабо выдохнула я, отчаянно пытаясь цепляться за остатки гордости.

Глава 6. Признание

⸻ ✦ ⸻

Марк удовлетворенно выдохнул. В его серых глазах вспыхнуло торжество абсолютного победителя, получившего долгожданную капитуляцию.

– Умница, – его голос стал хриплым, глубоким, пробирающим до самых костей. – Никогда больше не лги нам, Полина. Особенно в том, что касается твоих желаний.

Его пальцы, до этого двигавшиеся внутри меня медленно и дразняще, резко сменили ритм. Он толкнулся глубже, уверенно, со знанием дела нажимая на ту самую точку, от которой по моему телу разбегались электрические разряды.

Я закричала, выгибаясь дугой.

Если бы не Ян, намертво прижавший мои руки к матрасу по обе стороны от головы, я бы точно попыталась отползти. Слишком много. Слишком остро. Слишком невыносимо хорошо.

– Смотри на него, – прорычал Ян мне в ухо. Его зубы слегка прикусили мочку, пуская по коже новую волну горячих мурашек. – Смотри, как наш идеальный, ледяной генеральный директор теряет контроль из-за твоёй сладкой, влажной киски.

Я не могла закрыть глаза, даже если бы захотела. Взгляд Марка приковал меня к месту. Он смотрел на моё лицо, искаженное мукой удовольствия, на мою тяжело вздымающуюся грудь, и его ноздри хищно раздувались. Он читал каждое моё движение, каждую судорогу, проходящую по напряженным мышцам.

– Тебе нравится, когда я делаю так? – спросил Марк, его большой палец безжалостно придавил чувствительный узелок снаружи, пока остальные пальцы продолжали свой развратный, сводящий с ума танец внутри.

– Да… ах… да! – я захлебывалась собственным дыханием. Стыд исчез. Сгорел дотла в этом пожаре, который они разожгли.

Ян позади меня тяжело, со свистом втянул воздух. Его таз непроизвольно дернулся, и я почувствовала сквозь ткань его спортивных штанов твёрдую, пульсирующую плоть, прижавшуюся к моему бедру. Он тоже был на грани. Они оба сходили с ума, и причиной этого безумия была я.

Я. Неуклюжая мышка в безразмерных свитерах.

– Чья ты? – потребовал Марк. Он специально замедлил темп, останавливаясь в шаге от пика, заставляя меня скулить от неудовлетворенности.

– Я не… я…

– Чья ты, Полина?! – рявкнул Ян, его рука вырвалась из моей хватки, пальцы скользнули под мои волосы на затылке и с силой, до боли сжали их, заставляя запрокинуть голову ещё сильнее.

– Ваша! – выкрикнула я, захлебываясь слезами, которые наконец-то брызнули из глаз. Слезы абсолютного, тотального подчинения. – Ваша… пожалуйста, Марк… умоляю…

– Наша, – удовлетворенно подтвердил Марк.

И он нанес последний, сокрушительный удар.

Его пальцы вошли в меня так глубоко и резко, что перед глазами взорвались белые сверхновые. Реальность раскололась на тысячи блестящих осколков. Мой крик потонул в поцелуе Яна – он накрыл мои губы своими, жадно выпивая мой стон, разделяя со мной этот оглушительный оргазм.

Моё тело забилось в сильнейших конвульсиях. Спазмы накатывали один за другим, пульсируя, сжимая пальцы Марка. Я плавилась, растекалась по чёрному шелку простыней, не в силах даже вдохнуть.

Когда судороги начали медленно отпускать моё измученное тело, я обессиленно обмякла. Голова безвольно упала на плечо Яна. Глаза закрылись сами собой. Я дышала тяжело, прерывисто, чувствуя, как по щекам текут мокрые дорожки.

Ян мягко, почти бережно убрал прилипшие ко лбу пряди волос. Его губы коснулись моего виска. Это было так нежно, так контрастировало с его животной грубостью минуту назад, что у меня снова защемило сердце.

Марк медленно извлек свои пальцы. Я услышала тихий, влажный звук, от которого мои щеки снова вспыхнули.

Я приоткрыла глаза.

Марк всё ещё стоял на коленях между моих ног. Он смотрел на свои блестящие в тусклом свете спальни пальцы, а затем… затем он поднес их к губам.

Моё сердце пропустило удар.

Он слизнул мою влагу. Не отрывая от меня своего потемневшего, непроницаемого взгляда.

– Потрясающе, – хрипло констатировал Марк.

Я попыталась натянуть на себя сползшую сорочку, чтобы хоть как-то прикрыться, но Ян перехватил мои дрожащие руки.

– О нет, сладкая, – лениво протянул Ян, его голос вибрировал от нерастраченного напряжения. – Ты куда-то торопишься?

– Я… вы же… – мой голос дрожал, срываясь на шепот. – Я сделала то, что вы просили.

В комнате повисла звенящая, тяжелая тишина. Мужчины переглянулись. В этом коротком, безмолвном диалоге было столько скрытого смысла, что по моей спине побежал неприятный, липкий холодок.

Марк медленно поднялся с колен. Он встал во весь свой пугающий рост у края кровати. Его руки легли на пуговицы чёрной рубашки.

– Ты, кажется, не поняла, Полина, – произнес Марк, расстегивая первую пуговицу. Его движения были хищными, расчетливыми. – То, что сейчас произошло… это был даже не разогрев.

Ян позади меня коротко, глухо рассмеялся. Он отпустил мои руки, но лишь для того, чтобы стянуть через голову свою белую футболку, обнажая широкую грудь, покрытую рельефными мышцами и легкой испариной.

– Мы только проверили, как ты работаешь, – Ян придвинулся ближе, его горячее бедро снова прижалось к моему. – А теперь… теперь начинается твоя настоящая смена.

Марк отбросил рубашку на пол. Широкоплечий, с литой мускулатурой и темной дорожкой волос, сбегающей от пупка под ремень брюк, он выглядел как оживший кошмар. Прекрасный, смертоносный кошмар, от которого я не могла отвести взгляд.

Щелкнула пряжка ремня.

Я вжалась в матрас, с ужасом и животным трепетом глядя на то, как оба моих босса одновременно избавляются от последних элементов одежды.

– Вставай на колени, – ледяным тоном приказал Марк, указывая на центр кровати.

Глава 7. После

⸻ ✦ ⸻

Я открыла глаза и тут же зажмурилась от резкого, безжалостного света, заливающего спальню. Голова гудела, а тело… тело казалось чужим. Тяжелым, ноющим, исчерченным невидимыми, но остро ощутимыми следами их рук.

Я попыталась шевельнуться, и тихий стон сам собой сорвался с губ. Каждая мышца, каждый сантиметр кожи отзывался тупой болью, напоминающей о безумии прошлой ночи. О том, как они ломали моё сопротивление. Как выпивали меня до дна, не оставляя места ни для стыда, ни для гордости.

В комнате было тихо, но это не была та пугающая, мертвая тишина, что встретила меня вчера. Воздух был пропитан запахом их тел, кофе и чем-то ещё… дорогим, мужским, властным.

– Проснулась, – не вопрос, а констатация.

Голос Марка заставил меня вздрогнуть. Я медленно приоткрыла глаза, притягивая к себе край тяжёлого одеяла.

Он стоял у панорамного окна, заложив руки в карманы темно-серых брюк. Белоснежная рубашка идеально выглажена, верхняя пуговица расстегнута, рукава закатаны до локтей. Глядя на него, было невозможно поверить, что несколько часов назад этот человек срывался на хриплый рык, сжимая мои бёдра до синяков. Сейчас он снова был ледяным генеральным директором. Холодным. Безупречным. Недосягаемым.

– Который час? – мой голос был едва слышным, надтреснутым.

– Десять. Твой рабочий день начался два часа назад, – Марк обернулся. Его взгляд прошелся по мне как сканер, не задерживаясь на лице, а медленно спускаясь к плечу, где из-под одеяла выглядывала полоска чёрного шелка сорочки. – Но сегодня я выпишу тебе отгул. По состоянию здоровья.

В его интонации проскользнула такая тонкая издевка, что к щекам приливает жар.

– Где… где Ян? – я оглядела пустую спальню, подсознательно ища вторую половину своего кошмара.

– На кухне. Пытается изобразить из себя заботливого хозяина, – Марк подошел к кровати.

Он сел на край, и матрас прогнулся под его весом. Я инстинктивно сжалась, натягивая одеяло до самого подбородка. Марк лишь усмехнулся. Его рука потянулась к моему лицу, и я непроизвольно зажмурилась, ожидая удара или хватки. Но он лишь мягко провел тыльной стороной ладони по моей скуле.

– Перестань дрожать, Полина. Всё самоё страшное для тебя уже произошло ночью. Сейчас на повестке дня – твоя адаптация.

– Адаптация к чему? К рабству? – я набралась смелости и посмотрела ему прямо в глаза.

Серый лёд. В его зрачках не было ни капли раскаяния. Только удовлетворение.

– К новой жизни, – поправил он. – В которой ты больше не аналитик из ниоткуда. Ты – наше доверенное лицо. Часть нашего ближнего круга. Со всеми вытекающими привилегиями и… обязанностями.

– Я хочу домой, – прошептала я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. – Заберите этот контракт, я ничего не скажу, я уволюсь…

– Поздно, – Марк резко подался вперед, сокращая дистанцию до минимума. Его пальцы жестко перехватили мой подбородок. – Ты подписала бумаги. Ты спала в нашей постели. Ты звала нас по именам, когда я входил в тебя. Пути назад нет. Есть только путь вперед. С нами.

Он отпустил меня так же резко, как и схватил. Поднялся, поправил манжеты.

– У тебя пять минут. Халат в ванной. Спускайся вниз. Ян не любит, когда завтрак остывает.

Когда дверь за ним закрылась, я наконец дала волю слезам. Я плакала беззвучно, уткнувшись в подушку, которая всё ещё хранила их запах. Это было невыносимо. Чувствовать себя одновременно растоптанной и… защищенной? Разум твердил, что я в заложниках у чудовищ. Но тело, предательское, подлое тело, всё ещё вибрировало от эха их ласк.

В ванной меня ждал тяжёлый махровый халат цвета графита. Надевая его, я заметила в зеркале темные отметины на шее и ключицах. «Засосы», – всплыло в голове вульгарное слово. Метки собственности.

Я умылась ледяной водой, пытаясь привести мысли в порядок. Нужно быть сильной. Нужно найти их слабое место. Никто не может контролировать человека вечно.

Кухня на первом этаже была такой же стерильно-роскошной, как и весь дом. Хром, стекло, белый мрамор. Ян, в одних только домашних штанах, стоял у плиты, помешивая что-то в сковороде. Увидев меня, он просиял той самой улыбкой, от которой в офисе у всех девушек подгибались колени.

– А вот и наша спящая красавица! – он в два шага пересек пространство и, не спрашивая разрешения, подхватил меня за талию, притягивая к себе. – Как спалось, Полина? Мы с Марком старались, чтобы тебе снились исключительно яркие сны.

Он прижался губами к моему виску, и по позвоночнику скатилась волна жара. Ян пах свежестью и апельсиновым соком.

– Пусти, – я попыталась оттолкнуть его, но он лишь крепче сжал руки на моей талии, сминая ткань халата.

– Какая колючая, – хмыкнул он, но в глазах плясали смешинки. – Садись. Будем кормить тебя углеводами. Тебе нужно восстанавливать силы.

Он усадил меня на высокий стул у кухонного острова. Перед носом тут же появилась тарелка с идеальным омлетом и тостами. Марк уже сидел напротив, просматривая что-то в планшете.

Завтрак проходил в странной, гнетущей тишине. Ян болтал о каких-то пустяках, Марк изредка вставлял короткие реплики, а я сидела, уставившись в свою тарелку, чувствуя себя лишним элементом в этом безупречном мужском тандеме.

– Полина, – Марк отложил планшет и посмотрел на меня. – Сегодня приедет курьер. Он привезет твой новый гардероб. Всё твои старые вещи… Ян их уже утилизировал.

– Что?! – я едва не подавилась тостом. – Мои вещи… там были важные документы, ключи, фотографии!

– Твои документы теперь в моем сейфе, – спокойно ответил Марк. – Твои ключи тебе больше не понадобятся. А фотографии… если тебе что-то действительно дорого, мы это восстановим. Но в этой одежде, в которой ты пришла, ты больше не сделаешь ни шага.

– Вы не имеете права! – я вскочила со стула. – Это грабеж! Это…

– Это забота, – перебил Ян, подходя ко мне со спины и кладя руки на плечи. – Мы хотим, чтобы наша ассистентка выглядела так, чтобы нам хотелось снимать с нее одежду каждую минуту. А те серые мешки… они оскорбляли наши эстетические чувства.

Глава 8. Преображение

⸻ ✦ ⸻

Зеркало в массивной золоченой раме выплюнуло мне в лицо правду, от которой хотелось закричать.

Это была не я. Не та Полина, что привыкла кутаться в безразмерные кардиганы и сутулиться, надеясь стать невидимой на фоне офисных перегородок. Из глубины амальгамы на меня смотрела женщина, чья плоть кричала о чувственности.

Изумрудный шелк платья-комбинации облегал мои бёдра так плотно, что казалось, между тканью и кожей нет места даже для воздуха. Глубокий вырез открывал тяжёлую, высокую грудь, едва прикрытую тончайшим кружевом. Стилист – сухой, надменный мужчина с тонкими пальцами – не жалел косметики. Мои губы теперь горели темным вином, а глаза казались огромными и лихорадочно блестящими на фоне непривычно бледной кожи.

– Вы готовы, – бросил стилист, даже не глядя на меня. Он сложил свои кисти в кожаный кейс и вышел, оставив меня наедине с моим новым отражением.

Дверь в комнату открылась без стука.

Я вздрогнула, резко оборачиваясь. На пороге стояли они. Оба.

В черных смокингах, ослепительно белых сорочках, безупречные и смертельно опасные. Глядя на них вместе, в комнате стало тесно. Они заполнили собой всё пространство, вытесняя кислород.

Ян присвистнул, его взгляд медленно, с тягучим наслаждением прополз по моим ногам, поднялся к талии и замер на декольте.

– Чёрт, Марк, я же говорил, что зеленый – её цвет, – прохрипел он. – В нем она похожа на запретный плод. Так и хочется откусить кусок.

Он подошел вплотную. Я почувствовала его жар, запах дорогого алкоголя и того самого парфюма, который теперь всегда будет ассоциироваться у меня с падением. Ян протянул руку и медленно провел костяшками пальцев по моей обнаженной ключице. Я непроизвольно втянула воздух, и моя грудь приподнялась, едва не выплескиваясь из корсажа.

– Дыши, сладкая, – усмехнулся Ян, его глаза потемнели до состояния грозового неба. – Сегодня тебе придется много дышать. На тебя будет смотреть весь этот террариум. И каждый из них должен понять одно: ты – наше личное сокровище.

Марк оставался у двери. Он не улыбался. Его взгляд был тяжелым, оценивающим, почти хирургическим. Он просканировал меня от макушки до кончиков пальцев на ногах, обутых в босоножки на умопомрачительной шпильке.

– Подойди сюда, – скомандовал он.

Голос Марка всегда действовал на меня как удар током. Подчиниться было проще, чем сопротивляться. Я сделала шаг, чувствуя, как шелк трется о бёдра, дразня и возбуждая. Остановилась в полуметре от него.

Марк вытащил из кармана бархатный футляр. Щелчок – и на свету вспыхнуло колье. Тяжелое золото, усыпанное изумрудами и бриллиантами.

– Повернись, – приказал он.

Я послушно развернулась к нему спиной. Прохладный металл коснулся моей кожи, вызывая волну мурашек. Марк не спешил застегивать замок. Его пальцы задержались на моем затылке, задевая чувствительные точки. Он наклонился к самому моему уху, его дыхание обожгло мочку.

– Сегодня ты – моё лицо, Полина. И лицо Яна. Ты будешь стоять рядом, будешь улыбаться, когда мы скажем, и молчать, когда мы потребуем. Любая попытка сбежать или выставить нас дураками… – он сделал паузу, и его губы на мгновение коснулись моей шеи, – …закончится для тебя очень долгой и очень болезненной ночью. Ты меня поняла?

– Да, – выдохнула я, закрывая глаза.

– Да, Марк, – поправил он жестко.

– Да… Марк.

– Хорошая девочка.

Прием проходил в одном из лучших отелей города. Зал был залит золотистым светом люстр, в воздухе висел звон хрусталя и гул негромких, вежливых разговоров. Когда мы вошли, разговоры на мгновение стихли.

Я чувствовала себя как экзотическое животное, которое вывели на арену цирка. Марк держал меня за локоть слева, Ян шел справа, его ладонь тяжело и собственнически лежала на моей пояснице, чуть ниже того места, где заканчивался вырез платья.

Они не просто вели меня. Они демонстрировали меня.

– Это и есть новая помощница Багрова и Самойлова? – донесся до меня чей-то ядовитый шепот. – Боже, где они её откопали? Она же в два раза шире любой из нас.

– Говорят, она аналитик из их конторы. Наверное, очень «талантливая»… во всех смыслах.

краска заливает моё лицо. Захотелось вырваться, убежать, спрятаться в туалете и никогда больше не выходить к этим идеальным, тонким людям. Пальцы на сумочке сжались до белизны.

Но рука Яна на моей спине сжалась ещё сильнее. Его пальцы с нажимом прошлись по моему позвоночнику.

– Голову выше, Полина, – прошептал он, склонившись ко мне так, словно собирался поцеловать. – Ты королева в этом стаде тощих овец. Смотри на них как на пыль.

Мы подошли к группе людей. В центре стояла Кристина – бывшая фаворитка Марка, о которой гудел весь офис. Тонкая как тростинка, в платье от кутюр, которое на ней висело как на вешалке. Её глаза вспыхнули ненавистью, как только она увидела мою руку на локте Марка.

– Марк, дорогой! – Кристина ослепительно улыбнулась, игнорируя меня. – Какое неожиданное… приобретение. Ты решил сменить вкус? Перешел на… домашний уют?

Она бросила на меня брезгливый взгляд, оценивая мои формы с такой миной, будто увидела кучу мусора.

– Полина – мой личный ассистент, Кристина, – голос Марка был подобен удару кнута. Ледяной и точный. – И её профессионализм превосходит любые твои… диеты.

– Профессионализм? – Кристина фальшиво рассмеялась. – О, я не сомневаюсь. Чтобы удержать внимание вас обоих одновременно, нужно обладать очень специфическими навыками. Полина, милочка, скажите, а швы на вашем платье… они выдержат до конца вечера? Или нам стоит вызвать службу спасения?

Вокруг раздались приглушенные смешки. Слезы жгут глаза. Унижение было почти физическим.

Я ожидала, что Марк просто промолчит, сохранив свое вечное хладнокровие. Но в игру вступил Ян.

Он сделал шаг вперед, отодвигая меня за свою спину. Его лицо больше не было расслабленным. В глазах зажегся тот самый опасный, тёмный огонь, который я видела ночью в спальне.