Текст книги "Крысиный бег II (СИ)"

Автор книги: А.Морале

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

– Да, Господин. – Отозвался тот, и машина тяжело тронулась с места, медленно набирая скорость.

Мы ехали молча. Макар Андреевич кидал на меня задумчивые взгляды, закинув ногу на ногу и раскинув руки на спинку дивана, я пытался разглядеть за его показным равнодушием напряжённость, страх, ненависть, презрение. Хоть какие-то чувства, кроме демонстрируемого им превосходства и слабого интереса. Ничего.

Через пятнадцать минут мы достигли места назначения. Остановились на краю обрыва, куда привозила меня его жена, собираясь убить и скинуть моё тельце со скалы. Это у них, видимо, семейная традиция. Водитель вышел, оставив нас наедине, и мы посмотрели в глаза друг другу.

– О чём хотел поговорить, Майк? – Невозмутимо поинтересовался Макар Андреевич.

– Зачем Вы пытаетесь меня убить?

– Ты снова об этом, Майки? – Он хмыкнул и отвернулся к окну. – Мы уже это проходили.

– Макар, в этот раз я уверен в своих словах.

Он задумчиво посмотрел в окно и, не оглядываясь, резким рывком вогнал тонкий длинный стилет в дорогую обивку автомобильного дивана прямо перед собой, туда где я сидел секунду назад. Хороший удар – точный, сильный, уверенный. Попал бы прямо мне в сердце. Его скорость была лишь чуточку ниже моей.

– А ты быстр! Какого цвета твой Узор Скорости? Бордовый или Коричневый?

Узор? Он знает о моих узорах? Сука!

– У меня Красный. – Макар пожал плечами и театрально вздохнул. – Всегда удивлялся, как вы делаете их Чёрными. У меня никогда не хватало ни выдержки, ни усидчивости.

Только через секунду я осознал, что он сказал. У Орлова есть Красный Узор Скорости!

– Откуда ты знаешь обо мне? О том, что у меня есть Узоры?

– Мне недавно Николь поведала забавную историю. Вернее не историю, она аккуратно пыталась выведать, не знаю ли я, что за дар такой, который похож на чёрные пылающие татуировки, или может это действие какого-то артефакта. И в точности описала Узор Регенерации. Забавно, да? Пришлось скормить ей невинную байку, а потом осторожно узнать, у кого она видела такаю незатейливую «татуировку». Представь моё удивление, когда я узнал!

– Представляю! – Поддакнул я.

– Не представляешь! А я ведь сразу должен был понять, как только ты попал к нам. – Макар сокрушённо покачал головой. – Ты ведь попал к нам около полугода назад? Я помню, как поменялось твоё поведение, но даже не придал этому значения. Сколько у тебя Узоров? Два? Нет, три. Ты либо дольше года у нас, что маловероятно, либо ты очень рисковал, нанося третий Узор раньше времени. Либо! Ты знаешь что-то, чего не знаю я. – Он задумчиво помолчал и добавил: – Я должен был убить тебя сразу, пока ты не стал сильнее.

– Зачем? Чем я тебе не угодил?

– Это долгая история…

– А если в двух словах?

Снова рывок, снова он вонзил стилет в то место, где я сидел секунду назад, и снова промазал. Я стукнул в его скулу, собираясь утихомирить, и наткнулся на прочный непробиваемый кокон. Глаза Макара светились изумрудно-белым светом, как у Николь, когда она активирует свой Дар. Мой удар даже не оттолкнул его ни на миллиметр, хотя я бил ускорившись.

– Блядь! Хватит уже, Макар. Ты меня не достанешь!

– Сука! Почему ты так быстр? Просто прими неизбежное – ты сегодня умрёшь, парень. Кем бы ты ни был в прошлой жизни – в этой жизни ты никто. Здесь правят Одарённые!

– Что за фанатизм, Макар? Ты всегда казался мне спокойным, разумным, уравновешенным.

– Слишком много вопросов. Ответь ты на пару моих, тогда я отвечу на твои.

– Давай.

– Как ты узнал? Что за всем стою я? – Спросил Орлов. – Я думал, что всё предусмотрел…

– Случайно. Машка подслушала твой разговор по телефону, а я через неё.

– Машка… – Орлов хмыкнул, затем нахмурился. – Я закрылся от тебя, а о ней не подумал.

– Как ты закрылся? – Осторожно поинтересовался я, хотя даже не думал, что он ответит.

– Девчонка Афанасьева. У неё Дар ставить ментальный блок на несколько недель. – Он искренне улыбнулся. – Забавный Дар, а ещё, забавный метод передачи. Через секс.

– Ты трахал Афанасьеву?

– Только ради дела! Из-за тебя! – Его брови возмущённо взлетели вверх. – Не думай, что секс с этой потаскушкой доставил мне море удовольствия.

Так вот почему я не мог пробиться к Димке, он ведь тоже трахал её. Охереть! А я ведь ещё к двум десяткам людей не мог достучаться, когда мы путешествовали в горах. Это получается, она трахалась со всей охраной жреца? Охереть! И Орлов туда же.

– Ты предусмотрел все варианты!

– Мне пришлось. – Орлов пожал плечами, опробовал остроту своего стилета пальцем и остался доволен пробой. – После того как я узнал кто ты и догадался, как ты взломал меня. Пришлось достать девчонку из закромов Соболевых и разок оприходовать. Теперь у меня иммунитет от твоего Взора, и от всех Ментальных вмешательств в мой разум. Жаль, не навсегда. Вообще, подумываю выкупить её у Соболевых. Будет свободно пользоваться её Даром в любое удобное мне время.

– Не знал, что от наших Узоров есть защита.

– Почему? Всё это частички одного целого. Дары, Узоры, Магия, Энергия – всё это части нашего огромного Мира. Всё всегда взаимосвязано. Ты не знал? Мне вот всегда было интересно, как всё работает, как всё устроено. Я всегда ищу ответы на все вопросы.

– Только поэтому ты со мной разговариваешь, тебе интересно?

– Именно! Вот смотри –ты счастливый обладатель Чёрного Узора… Сука! – Он восхищенно покачал головой. – Какой же ты счастливчик! Тебе везёт даже там, где просто априори не может повезти! Ладно. Вот у меня вопрос. Если тебе оторвать голову, у тебя вырастет новая, или у головы вырастет новое тело? Или ты всё-таки сдохнешь? Или ты умрешь не сразу, а гораздо позже – от голода? Голова умрёт от того, что у неё нет желудка, а тело умрёт от того, что у него нет рта? И что умрёт первым?

– Не знаю, не пробовал. Хоть и вопрос у тебя интересный.

– Не хочешь узнать?

– Нет. Если я ответил на твой вопрос, – я вопросительно посмотрел на него, и он кивнул, – ответь на мой. Как ты собираешься меня убить? Ты так уверенно говорил об этом, но пока только зря тыкаешь ножичком.

– Машина заминирована. Тут просто дохера взрывчатки! Стоит мне щёлкнуть пальцами, всё взлетит на воздух. А ты разлетишься на мелкие пылинки.

– А ты?

– А я останусь целым и невредимым, у меня есть защита. В этом преимущество Одарённых, перед такими как ты.

Я посмотрел на двери. Ручек нет, окна из толстых стёкол, люка нет. Я не успею выпрыгнуть. Жопа!

– Тогда нахера ты рыпаешься и тыкаешь в меня этот зубочисткой?

– Играюсь, изучаю тебя, ищу ответы на вопросы. – Он пожал плечами. – Знание – сила!

– Тогда продолжим разговор?

– Продолжим. Пока мы говорим – ты жив, а моя машина цела.

Ещё один рывок в мою сторону и снова мимо. Может забрать у него эту игрушку?

– Сука! Уже всю обшивку искромсал из-за тебя.

– Какой ты мелочный, Макар!

– Не мелочный. Практичный! Мне нравится всё, что создано в этом Мире, в твоем Мире этого всего уже нет. Только пепел, пыль и тлен. Я надеялся справиться с тобой без взрывчатки и сберечь машину. Это штучный экземпляр, таких больше нет. – Он с любовью погладил кожаное сиденье и тяжело вздохнул. – Кстати, как ты успеваешь активировать ускорение прямо перед моим? Как предугадываешь мои действия? Я думал, это невозможно.

– Я его не активирую, просто ускоряюсь и всё. Активация была только в самом начале, пока тело перестраивалось. Я просто реагирую на твои потуги, они такие медленные и смешные… – Решил я немного подразнить его. На самом деле моё тело окончательно перестроилось только совсем недавно. Правда, сейчас мне это мало чем поможет.

– В каком смысле? – Он нахмурился, но его морщинки быстро разгладились. – Бля! Я же говорил – счастливчик! Вот и ещё один повод не оставлять тебя в живых. У меня не так. Моё ускорение работает только при активации Узора, да и откат потом серьёзный, все мышцы и кости болят. – Он нахмурился. – Но это хорошая информация, спасибо! В следующий раз я постараюсь сделать Узор Скорости лучше.

– В следующий раз? Как часто ты перерождался, Макар?

Он не ответил. Хмыкнул и отвернулся от меня. Я понял – есть вещи, на которые он не собирается давать ответы, даже зная, что я сегодня умру и унесу его тайны с собой.

– Последний вопрос, потом ты задашь свой и мы квиты. – Он спрятал свой стилет во внутреннем кармане. – Будем завязывать эти дружеские посиделки. Согласен?

Я кивнул.

– Ты успел нанести Узор Перерождения? И ты… ты умеешь его модифицировать?

Модифицировать? Разве их можно как-то модифицировать?

– Это два вопроса, Макар… – Медленно протянул я, обдумывая его слова пока он говорит.

– Можешь ответить только на вторую часть.

– Я не наносил Узор, у меня их только три. Все три ты знаешь.

Он кивнул, принимая мой ответ.

– И я не знаю ни о каких модификация.

– Жаль. – Он грустно вздохнул. – Ели бы умел, мы бы могли договориться, и ты пожил бы ещё немного. – Макар Орлов внимательно посмотрел на меня. – Неплохая сделка – знания в обмен на жизнь.

В это я слабо верил. Орлов просто пытался вывести меня на чистую воду, вот только нечего было выводить, я говорил правду. Хреновое качество характера – я всегда говорю правду.

И эти его слова… Я до сих пор обдумывал их. Его слова о модификации… Если он подразумевает под модификацией улучшения Узора… Перерождение можно начать контролировать? Выбор эпохи, тела реципиента, прошлое или будущее, с какой точностью? Это он имел виду? Сколько вопросов… Вряд ли хоть на один из них я получу от него ответ.

– Сколько Перерождений ты пережил, Макар?

– Много! – Честно признался он.

– Тогда почему? Чем я тебе помешал? Мы точно не встречались в прошлой жизни, это ведь не глупая месть за то, что я однажды убил тебя.

– Нет, конечно! Я даже не знаю твоего истинного имени. Да и вряд ли мы вообще когда-то встречались в прошлых жизнях. – Он взглянул на часы, покачал головой и посмотрел мне в глаза. – Я думаю, это твоё первое перерождение. Ты молод, зелен, наивен, ты ещё ничего толком не видел и не знаешь… Ты ведь понимаешь, что как только немного обживёшься в этом мире, ты пойдёшь по моему пути. Ты станешь сильнее, умнее, ты захочешь жить дольше. И ты найдешь этот путь, я ведь нашёл. Ты не дурак, учитывая твои Узоры и твои последние действия.

В чём-то я с ним был согласен. Пока всё что он говорил, звучало логично и правдоподобно.

– А теперь скажи, нахера мне такой конкурент прям под носом? – Продолжал Макар, не отводя от меня своих карих глаз. – Нахера мне такая угроза? Ну сто, двести лет мы проживём в мире, хотя вряд ли. А потом? Рано или поздно мы поссоримся и или разойдёмся во мнениях. Я проходил это не раз, я всё прекрасно понимаю. Однажды, ты предашь меня, все, суки, предают! Все! Вечной дружбы не бывает, я не сопливый юнец, чтобы в это верить. Поэтому, я уничтожу тебя ещё в зародыше. Пока ты слаб, глуп и наивен.

Вот о чём говорила Машка. Действительно, её муж помешан на верности. Видно, в прошлой, да и в этой жизни ему досталось так, что он решил не допускать больше этого.

Как бы я сам поступил на его месте? Поменяй нас местами, я бы взял его под крыло, обучая всему? Не зная, что у человека на самом деле скрывается под черепной коробочкой? Какие мысли, желания, помыслы? Пустил бы его в свою семью? Или дал развиваться самому, пока он не достигнет моего уровня? Кем он/я станет чем через сто, двести лет? Ведь речь здесь не о паре десятков лет, речь о столетиях, тысячелетиях. Какие у нас будут отношения? Вариантов здесь тьма, и каждого есть логические основания. Макар нашёл себе такие. Как бы я поступил на его месте – хер его знает!

– Почему ты мне это всё рассказываешь? Мог бы убить сразу.

– Зачем, если ты всё равно мертвец? А информация бесценна. То, что я узнал от тебя сегодня – того стоило. Деньги, власть, влияние – это всё уходит, это нельзя утащить с собой в иной мир, а знания можно! Это самое ценное, Майк!

– Зачем тянул целый месяц? Твои шавки такие беспомощные, что не смогли сделать всё сами?

– Не беспомощные. – На удивление, он рассмеялся. – Просто тебе очень повезло. Я не собирался на самом деле мараться, ты ведь сам пришёл ко мне сегодня.

– Мараться? Считаешь меня настолько недостойным?

– Нет, конечно. Прости, если обидел.

Какой он вежливый для человека, который собирается меня убить!

– Просто не хотел, чтобы твою гибель связывали со мной. Николь бы меня не простила, да и у остальных возникли бы вопросы. Зачем, почему, насколько это обоснованно…

– Мог сказать, что я тебя обворовал и шантажировал – все бы это схавали. У тебя даже доказательства есть. Или надругался над твоей женой в твоём доме, пока ты спал…

Он скривился.

– И признать, что я настолько глуп и слаб? Чтобы все начали испытывать меня на прочность? Да и Николь… С ней было бы очень сложно, а я привязался к девочке.

Почему он так спокойно отреагировал на замечание, что я спал с Машкой в его же доме? Он всё-таки не знает! Ну да, тогда бы наш разговор строился иначе, или, скорее всего, вообще не состоялся бы. Макар помешан на преданности, это я уже понял.

– Макар! А что у тебя с Машей? – Невзначай обронил я.

– В каком смысле?

– Ты не спишь с ней.

– Следишь за ней, извращенец? – Он хмыкнул. – Это не твоё дело!

– Простая логика. Легко сделать вывод, что девушка, довольная сексом с мужем, не стала бы соблазнять парня дочери. Недотрах – серьёзная штука, толкает иногда людей на безумства.

– Что за херню ты несёшь? Оны бы не стала с таким как ты…

– Ты не знал? Я сначала думал, ты из-за этого хочешь меня убить. Вот правда! Думал до этого самого момента. Мы же в ту ночь, когда я заночевал у вас, неплохо провели с ней время. Она такая ненасытная! И горячая. – Я гаденько улыбнулся, раскачивая лодку.

– Не неси чушь, мальчишка!

– Вспомни! Наверняка ты заметил её необычное поведение утром. Она была счастлива или необычайно довольна…

– Сука! Ты совал свой член в мою жену? – Немного потерял самообладание над собой преданный муж.

– И не раз. Она так сладко извивается и постоянно просит, чтобы ей между булочек засадили. Говорит, сбылась её заветная мечта. Муж не смог осуществить, так хоть кто-то…

– Сука! – Уже спокойнее произнёс он, поверив мне.

На секунду, даже не на секунду, а долю секунды, я увидел, как он потерял концентрацию, как его глаза на мгновение стали обычными. Мне этого хватило...

Кому ни разу не изменяли и не передавали – этого не поймет!

Сначала по хребту и затылку пробегают мурашки, обдаёт холодом, сердце на миг замирает… И даже если человек не показывает внешне свою боль, не значит, что её нет.

Я ускорился, выхватил из его внутреннего кармана стилет и воткнул длинное металлическое жало Орлову в левый глаз. Это был мой единственный шанс, наверное. Больше он бы не открылся.

Ты думал – это ты забалтываешь меня всё это время? Я вытащил стилет из глазницы, разорвал рубашку у него на груди и увидел затухающий Узор Регенерации. Алый Узор. Такой ущерб его регенерация не потянет.

Спи спокойно Макар! Мы могли бы стать друзьями...

Глава 20. Алина

Алина росла очень послушной и умной девочкой. Милой, открытой, общительной, весёлой. А мама всегда повторяла ей, наверняка пытаясь уберечь дочь от каких-то своих ошибок молодости:

«Не дай бог залетишь или выйдешь замуж раньше двадцати пяти!»

Вот она и послушалась маму. Только мама этого не узнала. Она умерла, когда девочке только-только исполнилось 14. И через две недели к ней в постель пробрался пьяненький отчим. Он что-то рассказывал, дыша перегаром, что теперь она женщина в семье, и все женские обязанности на ней.

А потом он стянул с испуганной девочки трусики, и долго тыкал своей вялой сарделькой ей между ног. Затем захрипел, обрызгал чем-то её ляжки и редкие волосы на лобке и заснул. Алина осторожно выбралась, подмылась и вернулась в кровать. Перечить взрослому мужчине она просто не могла. Да и мама всегда учила её, старших нужно уважать. А ещё она немного боялась взрослого и сильного по её меркам мужчину, что он выгонит её из дома или побьёт.

А отчим с тех пор стал периодически наведываться к Алине, не часто, раз-два в месяц, и всегда, когда был выпивший. Наутро он всегда прятал глаза в пол, извинялся за что-то и приносил вечером какой-то подарок.

Как ни странно, на периодическом осмотре у женского врача, докторша всегда писала в её карточке «целостность девственной плевы не нарушена, половая жизнь не ведётся». Для девочки это было странно, она порывалась сказать докторше, что это не так, но боялась. И решила сама разузнать подробнее, как всё работает у мужчин и женщин, как всё правильно происходит и как это должно быть на самом деле. В сети информации на эту тему было предостаточно.

Узнала она многое. И то, что отчим не должен был тыкать в неё своим прибором, кусать неразвитые девичьи соски, мять маленькие, не оформившиеся грудки, и трогать руками её там, внизу.

Ей стало очень стыдно, больно и противно. А ещё она поняла, почему женский врач заблуждалась. Она была частично права, полноценной половой жизнью девочка не жила – отчим тыкал в неё вялым, не до конца эрегированным членом, и за всё это время так и не сумел лишить её девственности. Слишком сильно она не хотела его пускать в себя, и слишком слабым и неуверенным был его мягкий член. Хоть в этом ей повезло.

Целых два года она терпела это, и словно какая-то награда от Природы, в 16 лет во время тестирования на магические способности, ей выпал странный Дар. Дар Крови. Алина могла управлять потоками крови в теле. И не только в своём. Глядя в глаза или при прямом контакте она могла чувствовать и влиять на кровь любого человека.

Она могла заставить кровь закипеть, могла остановить сердце, или направить кровь в очень важное для мужчины место, вернее орган. Чем она часто пользовалась. Очень часто! Мужчина такие слабые в этом плане.

На расстоянии она могла чувствовать страх в крови, когда человек лжёт или ненавидит, хочет или любит, болеет или наоборот, выздоравливает. Странно, но Майки никогда не врал, она это чувствовала. И это было удивительно. Всё всегда врут. Кто-то от стыда, кто-то от страха, кто-то чтобы придать себе важности. А кто-то просто автоматически, потому что так весело. Майки ни разу не врал при ней!

Странно, но она всё рассказал Майку и о своём Даре, и об отчиме, ожидая почувствовать у него в крови брезгливость, раздражение, разочарование или злость на неё. Но почувствовала лишь его боль и нежность, исходящую от него во все стороны и окутывающее, словно большое тёплое одеяло в морозную ночь.

В 16 лет девочка уже прекрасно знала, как работает мужской член, из-за чего он становится твёрдым, а затем мягким. Кровь! С тех пор член у отчима перестал работать совсем, по крайней мере, в присутствии падчерицы. Он ещё несколько раз пытался забраться на неё, пыхтел, кряхтел, покусывал ей соски и трогал её абсолютно сухую промежность.Даже переворачивал её на живот, чтобы не видеть в полумраке комнаты её бесстыжие глаза, и пытался взять сзади. Долго что-то наяривал у себя в паху, но у него так ничего не вышло.

Третий раз, рассердившись и избив девочку почти до полусмерти, словно чувствуя её вину, он ушёл и перестал к ней приходить. А Алина с тех пор стала относиться к мужчинам старше её с опаской, страхом и ненавистью. Это сильно повлияло на её сексуальную жизнь в будущем, хотя она этого ещё не знала.

Как только ей стукнуло 18, и она могла законно жить сама, у отчима случилась проблема с сердцем, что-то связанно с недостаточностью или с закупорками сосудов в сердце, и он умер. «Возраст, нездоровый образ жизни, вредные привычки. Бывает!» – Так сказал доктор, который обследовал бездыханное тельце её родственника.

И первый нормальный, осознанный секс у Алины был в 22, с проректором её института. И не ради хорошей оценки, у неё с этим и так было всё хорошо. Просто, он был хорошим, всегда помогал ей и всё объяснял. Это было выражение благодарности, даже несмотря на то, что ей было очень неприятно.

Второй раз случился с её тренером из элитного спортивного клуба, через целых два года, ей тогда стукнуло уже 24. В клуб она ходила почти каждый день, делая из своего тела произведение искусства непонятно для кого, ведь секс её не интересовал совсем. Наверное, для себя. Ей хотелось быть сильнее, выносливее, быстрее, чтобы можно было за себя постоять, даже не используя свой Дар. Ситуации бывают разные, нужно быть готовой ко всему.

В тот раз она получила удовольствие, хоть и небольшое. Через два часа занятия сексом к ней пришло какое-то облегчение или удовлетворение. Наверное, то бы первый оргазм. Наверняка, её партнёр удивился в тот раз своим мужским способностям, ведь его прибор работал без перерыва целых два часа, поддерживаемый Даром Алины.

Третий... Третий раз она вообще не хотела, так как все предыдущие её толком не впечатлили. Не было того, что женщины называли «Маленькая смерть», когда испытываешь мощнейшие эмоции, полностью утрачиваешь самоконтроль и, словно, умираешь.

Третий был… она уже и сама не помнила с кем. С кем-то из многочисленных папаш её учеников. С властным, сильным мужчиной, у которого было положение и вес в обществе, знаменитая фамилия и не менее значимая родословная. Быстрый секс в машине на парковке перед школой. Повод… Да не было никакого повода, все подруги делали это, и она тоже решила не отставать. Этому папашке сильно повезло, она как раз расцвела, ей было почти 25.

Да, девочкой она росла худенький, слабенькой и только к 25-ти годам у неё выросли груди. Причем сразу два упругих и крупных полушария, на зависть подругам и знакомым, которые, конечно, подумали, что она сделала операцию, и наперебой начали интересоваться адресом клиники и телефоном мастера или Одарённого, сотворившего такое идеальное произведение искусства.

А в 25 лет в ней словно что-то щёлкнуло. Да так сильно, что она проснулась посреди ночи в поту, судорогах в ногах, приятной истомой внизу живота и набухшим клитором, от самопроизвольного ночного оргазма. От нескольких оргазмов подряд. Даже трогать себя между ног она тогда не могла. Её тело тут же отзывалось на прикосновения и начинало дрожать и пускать судорожные сладостные спазмы от подушечек пальцев ног, до самых кончиков её ушей.

Потом Алина пыталась повторить это чувство, но сама не смогла. А внизу всё ныло, требуя... мужика. Как она тогда злилась на себя! И на своё нестерпимое желание. Она начала смотреть на всех мужчин и думать, какой у них член в штанах? Толстый, тонкий, длинный, короткий, с горбинкой или ровный?

Она попробовала раз, второй. Один раз с ровесником, второй раз с мужчиной постарше. Волшебства снова не произошло. Было два коротеньких и тусклых оргазма и на этом всё. Несмотря на то, что она накачала член партнёра кровью до предела и скакала на нём несколько часов подряд.

Третий раз Алина решилась и поучаствовала в оргии. Почти поучаствовала – сбежала после того, как увидела кучу озабоченных мужиков старше себя, и неожиданно для себя поняла, она хочет кого-то молоденького.

Наверное, её проснувшееся либидо думало, что ей 15 лет и искало себе ровесника, а может ей просто не нравились мужчины, которые считали себя хозяевами и господами, главными в постели. По крайней мере, так она думала. Она чувствовала, знала, хотела – главной должна быть она!

Просто, взрослых мужчин она подсознательно остерегалась и замыкалась в себе, а над подростками она всегда имела власть, это была часть её работы. Юные мальчишки всегда робели и отдавали ей главенство, едва увидев её надменный взгляд и совершенное обнаженное тело. Пару раз даже доходило до конфуза, когда они просто разряжались, едва девушка касалась их. Но через пару минут снова были готовы к бою. Привести в рабочее состояние партнёра Алина умела.

И вот первый, настоящий раз, у неё случился, когда два оболтуса из выпускного класса пришли к ней домой на дополнительные занятия. Николай и Семён – Алина до сих пор помнила их имена.

Как они тогда выделывались и подкалывали взрослую по их меркам женщину, как стоили ей глазки и пошло острили, общаясь с ней намёками и двусмысленными фразами, и как оба вдруг растерялись и испугались, когда она взяла их на слабо и предложила перейти от слов к делу, чтобы не прослыть балаболами.

Парни, конечно, не хотели показывать свою трусость перед учительницей, пошли в спальню и разделись, а когда через пару минут Алина зашла к ним в своём кожаном костюме, они потеряли дар речи, челюсти и стояк. Всё это с перепугу. Со стояком Алина, конечно легко справилась…

Как же повезло тогда этим мальчишкам! Им досталось практически 27-ми летняя девственница, копившая оргазмы все эти несчастные 27 лет и выплеснувшая их все за одну ночь разом. Это был просто взрыв, просто буря эмоций для их троих.

Это была волшебная ночь! Алина отыгралась за все годы своего воздержания и неудовлетворения. Молоденькие кобельки оказались ненасытными и послушными, казалось, её удовольствию не будет конца.

Пока один передыхал, сидя в кресле напротив её большой кровати, другой пыхтел и вовсю пытался доставить удовольствие своей хозяйке. Затем они менялись. Менялись очень быстро, не давая девушке даже время выдохнуть и выпить стакан воды. А всё благодаря их молодости, ненасытности, гормонам, бушующим в молодых телах, и Дару Алины.

Каждый раз Алина получала просто сумасшедший, долгий, яркий, цветной оргазм, раз за разом, от которого замирало сердце, тряслись ноги и сводило судорогами в районе паха. К утру у неё всё горело между ног, она уже не могла стоять толком, как и её партнёры, которые послушно продолжали делать всё, что девушка им приказывала. И она их, наконец, отпустила.

Та ночь дала ей много информации для размышления. Было понятно, её совершенно не заводили и не удовлетворяли взрослые мужчины. Он их не хотела и откровенно побаивалась. Может даже ненавидела и чуточку презирала, за их власть, за силу, за то, что они могут руководить слабой и хрупкой девушкой. И Алина решилась на новый шаг.

Она поехала на другой конец города и нашла там двух половозрелых школьников. В своей школе она не хотела этого делать, боялась огласки. Да и как смотреть потом в глаза своим ученикам? Как ругать их на уроке, когда они видели её голой. С чужими проще.

Наконец, она поняла, чего хочет и что ей нравится – ей нравились молоденькие парни. В молодых столько пыла и жара, столько энергии, не хватало только опыта и мастерства. Но мастерству можно было и подучить, а учить Алина умела. А если взять двоих, то они могут сменять друг дружку всю ночь напролёт, если Алина немного поколдует со своим Даром.

Наверное, юные мальчики возомнили себя половыми гигантами. Заниматься сексом всю ночь напролёт! Вот только девушку это удовлетворяло ненадолго. День-два – и внизу её живота снова начинало противно тянуть и ныть, а между прелестных женских ножек разгоралось жадное пламя, требуя мужской ласки и твердого живого члена. Да, механические и электронные игрушки её не спасали. Совсем! Только живая мужская плоть. Это было какое-то проклятие! Желание не давало ей нормально мыслить, работать, жить. Ей постоянно хотелось.

Чтобы не менять партнёров так часто, пришлось договариваться и искать постоянных. Первых двух хватило месяца на четыре, вторых на три… Никто долго не выдерживал её темперамента и ненасытности. Хотя вначале их лица всегда светились счастьем и удовольствием. После тех двух своих первых, Алина переехала в новую квартиру и больше никогда не приводила парней к себе домой. Всегда снимала номер в отеле и устраивала безумные выходные там.

Для этого были свои причины. Она не хотела, чтобы кто-то знал, кто она такая, где работает, как её настоящее имя. Проблемы от разъярённых родителей, безумных отцов, прознавших от своих хвастливых отпрысков об их приключениях и захотевших повторить их, от влюблённых в неё или ревнивых школьников ей были не нужны. Алина была предусмотрительна и аккуратно во всём и всегда. Почти…

Неприятности пришли с другой стороны. В один прекрасный день, случилось то, чего она так сильно боялась и не хотела. Она залетела. Залетела от школьника, ещё и непонятно от какого. Да и как? Она ни разу не разрешала делать это в себя, заставляя мальчишек постыдно кончать в платочек. Максимум, себе на животик или спинку. Наверное, кто-то из юных и нетерпеливых всё же не утерпел, пролив капельку и не успев вынести это наружу.

Неприятности случаются. Дерьмо случается! Алина это прекрасно знала. Если дерьмо может случиться в жизни Алины – оно обязательно случится. Девушка поняла это ещё в 14 лет. Но ведь был миллион способов избежать этого, с её то Даром! Повысить температуру крови в яичках партнёра, убив его семя ещё на старте, отрегулировать свой цикл. Вот только сапожник остался без сапог. Несмотря на все предосторожности, где-то она накосячила, где-то просчиталась, или матушки природа посмеялась над ней, над её жалкими потугами спорить с ней.

А дальше было самое страшное, что она делала в своей жизни. Аборт. Аборты были строго запрещены, но как она могла родить ребёнка от подростка? Её бы осудили, заклевали, выгнали с работы, показывали бы на неё пальцами. Нет, на самом деле этого ничего бы не было, но девушка представляла себе это именно так.

А ведь она сама могла убить в себе зародыша, как только почувствовала его, перекрыть ему кислород в крови… Теоретически, могла. А на практике – не смогла это сделать… Просто не смогла.

Пришлось обратиться к бабке-ведунье, которая лечила слабеньким даром лекаря первой ступени и травами. Бабка могла многое, и чаще всего, помогала всем своим клиентам. Конечно, ведь те, кому она не помогла, рассказать об этом не могли.

Тот вечер в доме у бабки врезался в память девушки на всю оставшуюся жизнь. Сначала они долго разговаривали – бабка возомнила себя ещё и психологом, пытаясь покопаться в чувствах и желаниях девушки. Когда старая поняла безнадёжность своей затеи, молча встала, сходила в соседнюю комнату за какими-то инструментами, и, вернувшись, приступила, наконец, к тому, ради чего они и встретились с Алиной.

Поставила девушку перед собой на грубый деревянный обеденный стол, на коленки раком, закинула подол платья на спину, предварительно заставив снять трусики, оголила задницу и ширнула спицу прямо туда, перед этим, конечно же, обеззаразив её на огне. Пошкребла там немного, и через полминутки удовлетворённо объявила: «Готово!».

Потом была тупая боль, было кровотечение, очень сильное кровотечение, которое Алина даже не хотела останавливать, наказывая себя за то, что сделала. Но потом, перед тем как потерять сознание, всё-таки на автомате умудрилась воспользоваться своим Даром, не дав себе умереть.

Потом была потеря сознания, медицинская машина с мигалками. Бабка, суетящаяся рядом и причитающая «Не знаю, кто такая. Постучалась ко мне в дом, сказала плохо, я вас и вызвала». Затем больница и лечащий врач, с осуждающим взглядом смотрящий на неё и объявивший ей суровый, но справедливый диагноз. Детей она больше не сможет иметь. Никогда.