Текст книги "Спаси моего сына (СИ)"

Автор книги: Алиса Ковалевская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 11 страниц) [доступный отрывок для чтения: 5 страниц]

* * *

К вечеру я готова была бросаться на стены. Чтобы не сойти с ума, пыталась отвлечься хоть на минуту, но как?! Представляла, как напугана моя девочка и металась раненой волчицей.

Захар появился затемно. Я бросилась на улицу, едва увидела въезжающую в ворота машину.

– Где она?! – подлетела к нему на дорожке. – Где Инга, Захар?!

– Иди в дом, я сейчас приду.

– Где моя дочь?!

Шарила взглядом по его лицу, пытаясь найти малейшую зацепку, хоть какой-то ответ, но натыкалась на стену.

– Что ты сделал?! – зашипела сквозь зубы, сжимая в кулаках его рубашку. – Во что ты влез?! Её не просто так украли. Это всё из-за тебя. Кто эти люди?! Что им нужно?! Что?! – рванула его. – Скажи мне! Скажи, чёрт тебя подери! Кто забрал мою девочку?! Почему?!

– Это я тебя блядь должен спрашивать!

Он перехватил меня за локти. Рванул руки вверх и сдавил. Взгляд ожесточился.

Я подавилась собственным дыханием, крик застрял в горле. Руки немели, а Захар и не думал отпускать меня. Держал руки на уровне головы, смотрел, прожигая до души и презрительно кривил губы.

– Это из-за тебя, – повторила я со слезами. – Твоего сына хотели убить из-за тебя, а теперь…

– Из-за меня, блядь?! – тряхнул меня и отпустил. – Как ты свою дочь воспитала?! Ты когда-нибудь ей говорила, как себя надо вести?! Да она хуже обезьяны!

– Это ты хуже обезьяны! Я свою дочь воспитала нормально! Она ребёнок! Нормальный, живой ребёнок! Ты посмотри на сына своего! Моя дочь хуже обезьяны?! Да она хотя бы знает слова спасибо и пожалуйста! И что делиться надо, она тоже знает! Не тебе мне указывать, как её воспитывать!

– Если бы я её воспитывал, этого бы всего не было!

– Так что ты не воспитывал?! Что?! Хотел сына?! Так вот! – махнула на дом. – Вон там твой сын! Что тебе от нас потребовалось?! Если бы ты нас не притащил сюда, мы бы жили себе спокойно и жили!

Он стиснул зубы. Я тяжело дышала, а он не сводил с меня глаз. Потом схватил за плечо выше локтя и поволок в дом. Я не успевала за ним, не понимала, чего он хочет. Захар протащил меня по холлу до кабинета и втолкнул в него.

– Что ты…

Рывком он выдвинул ящик стола.

– Ты, сука, меня спрашиваешь, кто забрал твою дочь. Читай! Читай, мать твою!

Я пробежалась по единственной строчке, выведенной мелким ровным почерком. Сперва он показался мне знакомым смутно, но, когда прочитала второй раз, похолодела. Почерк был знакомым, особенно буква «д», написанная хвостиком вверх.

«Следующей будет твоя дочь»

Посмотрела на Захара, не желая верить.

– Нет, – помотала головой. – Нет, этого не может быть. Зачем ему?

– Вот это я и хочу узнать от тебя, Вика. Зачем твоему бывшему мужу наша дочь.

Глава 6.1

Вика

В последний раз Юру я видела в аэропорту. В день, когда должна была сбежать с ним в Венгрию, а потом, следуя его плану, ещё Бог знает куда. Но я осталась, передумала в последний момент и предпочла Европе маленький провинциальный город России.

Не зная, что ответить, перечитала записку.

«Следующей будет твоя дочь», – ничего не изменилось, слов не прибавилось, смысла тоже.

Захар забрал у меня бумагу и кинул в стол.

– Я не знаю! – сказала, как есть. – Почему я должна это знать, Захар?! Он же не мне это прислал, а тебе!

– Да, мне! – Он подошёл. Угрожающе медленно. Кончиками пальцев приподнял мою голову за подбородок. – А до этого он прислал тебя посмотреть, как я сдохну. Теперь я хочу понять, что вы с ним затеяли. Если ты решила, что можешь обвести меня, не выйдет.

– Ты соображаешь, что говоришь?! – я отбросила его руку. – Тогда я приехала… Не знаю, зачем я приехала! Я узнала, что беременна. Я просто хотела тебя увидеть ещё раз, думала, что мне поможет. А увидела… – на секунду закрыла глаза. Выстрелы и кровь. А в памяти – последний взгляд Захара прямо на меня, как ещё один выстрел, только уже в моё сердце. – Это я вызвала Скорую. Наверное, не нужно было. Но тогда…

Отвернулась спиной. На последних словах голос сорвался. Захар смотрел на моё отражение в стекле – деваться от него было некуда. Везде он – спереди, сзади, ощущение его присутствия в воздухе.

– Ты?

Он опять оказался рядом. Только теперь отходить было некуда. Я прижалась ягодицами к подоконнику, схватилась ладонями за край.

– Я не просто так привёз вас сюда, Вика. Эту записку твой муж прислал мне после покушения. Чёртов ублюдок убил моего лучшего охранника и искалечил сына, и пока добраться до него я не могу. Но рано или поздно я это сделаю. Тогда мало ему не покажется. Твой муж…

– Он мне не муж, – прошипела яростно. – Не называй его моим мужем! Он мне никто! И моей дочери он никто! И ты тоже! Ты втянул меня в вашу историю, а теперь пытаешься обвинить ещё невесть в чём! Хватит! Просто отдай мне до…

Он обхватил мою шею сзади и сжал.

– Теперь я для твоей дочери всё. И для тебя тоже.

Я приоткрыла губы, разъярённая его наглостью, снова хотела заорать, чтобы вернул мне мою девочку и оставил в покое. Но Захар заткнул мне рот.

– М-м-м, – упёрлась ему в грудь, попыталась отвернуться, оттолкнуть его. Не смогла.

Он сжал шею сильнее, ослабил хватку, погладил и снова сжал. За секунду подняв во мне бурю. Ярость и отчаяние смешались с желанием, грубая щетина Захара колола лицо. Он снова начал целовать меня, бесцеремонно проник языком в рот и протаранил мой. Терзал губы беспощадно, до боли, и я уже не понимала, отталкиваю его или тяну на себя. Со всей силы укусила за губу. Кровь – солоноватая, с металлическим привкусом, заставила мою собственную нестись ещё быстрее. Желание было ненормальным, животным. Я просто хотела Захара, хотела его, а не похожую на смерть пустоту внутри.

– Вот же проклятая девка, – Захар прикусил мою шею.

Потянул за края платья и отбросил его назад. Голодным взглядом прошёлся по моему телу и, ничего не говоря, схватил за талию. Я врезалась в него, воздух вышибло из лёгких, осталось дикое сердцебиение и окружённая тёмно-серой радужкой чернота зрачков.

– От тебя одни проблемы, будь ты неладна. Но, чтоб тебя, я никого так сильно не хочу. Захар распушил мои волосы. Пару секунд мы смотрели друг на друга и одновременно подались навстречу. Я пыталась расстегнуть его рубашку, но пуговицы не поддавались. Проталкивала их и дёргала, пока не коснулась груди Захара.

Он подтолкнул меня к столу. Смахнул всё, что на нём было и повалил меня спиной. Бумаги шуршали под его ногами, карандаши и мелочёвка катилась в разные стороны, а он опять целовал меня. В шею, в плечи, в подбородок. Я сорвала с него рубашку и провела по напряжённой спине ногтями. Со стоном выгнулась навстречу ласкам. Он накрыл губами мою грудь, облизал сосок, и тело начисто перестало слушаться. Были только его губы, его руки и язык. Как в горячке я металась по столу и не могла вырваться из плена этой агонии. Захар раздвинул коленом мои ноги и вошёл двумя пальцами.

– Захар! – закричала, выгнув спину, и повалилась обратно.

– Вот дьявол, – он резко толкнул рукой несколько раз и опять выругался. Провернул пальцы, поглаживая одновременно клитор, и остановился.

Я облизала пересохшие губы. Он пристально смотрел на меня.

– У тебя кто-нибудь был после меня? – спросил хрипло, медленно проворачивая во мне пальцы.

Я молчала.

– Был или нет? – провернул сильнее и вогнал на всю глубину.

– Это тебя не касается.

Он упёрся рукой в стол около моей головы, его дыхание коснулось губ.

– Тебя кто-нибудь трахал после меня? – прорычал он. Вынул пальцы и вогнал сразу три.

Стало нечем дышать. Как выброшенная на берег рыба, я хватала ртом воздух и осатанело хотела, чтобы он прекратил пытать меня. Но он не прекращал. Водил по клитору и ласкал меня изнутри. Касался губ губами, не целуя – только дразня.

– Сделай уже это, – шёпотом взмолилась я.

– Я жду ответ.

– Сукин сын, – процедила и, изловчившись, укусила его за губу. Вкус его крови раззадоривал, распалял.

Захар обхватил мою грудь и с силой очертил сосок, надавил на него. Вынул из меня пальцы. Они были мокрыми. Он вдохнул мой запах и коснулся ими губ. Сперва своих, потом моих. Меня знобило, а внутри пылало пламя, живот сводило до боли сладким удовольствием.

Захар стал перебирать половые губы, поглаживая у самого входа, и смотрел мне в глаза. Всё этот мерзавец понял.

– Не было у меня никого, – призналась, выбросив белый флаг.

Стоило сказать это, он обхватил мою голову и приподнял. Поцеловал. Я услышала, как он расстегнул ширинку. Его член упёрся в меня, язык проник до самого горла, а Захар оказался внутри.

– М-м-м, – забилась под ним.

Изголодавшаяся по ласке, я кончила мгновенно. Оргазм накрыл сразу же и был таким сильным, что из глаз потекли слёзы. А Захар не останавливался – брал меня быстрыми размашистыми толчками. За первой по телу прокатилась ещё одна волна дрожи. Много не потребовалось и ему. Он подхватил меня под обеими коленками, закинул ноги себе на плечи и, придерживая, сделал ещё несколько движений.

– Да, – закинул голову назад и кончил в меня.

Меня опять накрыло. Не так сильно, но особенно чувственно. Он выплёскивался в меня, а я сжимала руки в кулаки и смотрела на него из-под ресниц. У меня просто никого не было семь лет. А сейчас мне нужна была капелька живого, тёплого, чтобы пережить этот день. Просто я семь лет была одна, а Захар… Сколько угодно могла врать себе. Я никогда не забывала Захара.

Кончики пальцев коснулись паласа. Захар потянул меня за руку и помог встать, но ноги меня не держали, и я присела на край стола. И он, и я молчали. Я отвернулась, не желая смотреть на него и видеть в его глазах удовлетворение и превосходство.

– Ты узкая, как девственница, – дотронулся он до моей ягодицы.

– Пошёл к чёрту, – ответила зло. – Это ничего не значит. Верни мне дочь, больше мне от тебя не надо ничего.

Отойти он не дал. Удержал за талию и продолжил гладить по заду. Я не знала, куда от него деться, да и от себя тоже.

– Хорошо, что у тебя никого не было, Вика.

Отпустил, поднял моё платье и отдал.

– Оденься, – приказал жёстко, как будто несколько минут назад не имел меня на столе в собственном кабинете.

Под его взглядом я надела платье. Чувство было, что не одеваюсь, а, уже голая, раздеваюсь снова. Захар открыл дверь и молча показал, чтобы я вышла. Вместе с ним мы дошли до комнаты Игната.

– Зачем ты…

Захар открыл комнату, и мне на секунду показалось, что это всего лишь видение.

– Мама! – голос Инги был настоящим.

– Инга, девочка моя! – бросилась к ней и обняла, судорожно гладя по плечам и спине, целуя в щёчки.

Она тоже настоящая. Самая настоящая, моя маленькая девочка.

Поймала взгляд Захара, и вдруг меня обожгла догадка. Обхватила дочь ещё крепче.

– Это всё ты, – сказала одними губами. – Ты.

Глава 6.2

Сказанная вслух, догадка ужаснула. Желание спрятать дочь, чтобы он даже видеть её не мог, стало всеобъемлющим. У него нет границ запретного, как я могла забыть?! Он же на всё способен! Мы у него в плену, на его территории.

– Мам, мне дышать нечем. Отпусти.

Я разжала руки, запоздало поняв, что слишком сильно обнимаю Ингу.

Дотронулась до её лица. Пальцы дрожали, а глаза застилали слёзы. Прижала их к губам. Дочь смотрела виновато.

– Я просто собачку хотела погладить, – сказала она тихо. – А тот дядя… Там было три дяди и все плохие.

– Они тебе что-нибудь сделали? – со страхом спросила я, невольно рисуя страшные картинки.

Дочь отрицательно покачала головой.

– Просто сказали, чтобы я не вякала, а потом дядя Захар меня забрал.

– Понятно.

Инга сама прижалась ко мне. Глаза у неё слипались – оно и не удивительно, ей давно пора было в кроватку. Только Захара это не заботило. Я наконец усмирила панику, а вот скрутившаяся тугим клубком ярость разгоралась сильнее.

Захар хотел взять у меня дочь.

– Не трогай, – рыкнула на него и сама подняла её.

Посмотрела на Захара. Я много чего могла спустить ему с рук, но не это. Ярость готова была вырваться прямо здесь и сейчас. Я не дала. Сперва уложить дочь спать, потом всё остальное.

* * *

Захар был в своей спальне.

– Как ты до этого додумался?!

Я подлетела к нему и, что было сил, ударила по лицу. Ладонь ошпарило, голова Захара дёрнулась. Я толкнула его и замахнулась снова, готовая разодрать в клочья. Он перехватил мою руку.

– Сволочь! Скотина! Я… – вырвала руку и всё-таки вмазала ему снова. – Ненавижу тебя! Ни один нормальный человек до такого не додумается! Козёл! Да…

Захар поймал меня и кинул на кровать. Я проехалась по покрывалу, вскочила и опять бросилась на него. Он скрутил меня и прижал к себе спиной. Выбраться из капкана его рук было невозможно, как я ни пыталась.

– Рехнулась?!

– Это я рехнулась?! – попыталась заехать ему локтем. – Я?! Это ты рехнулся! Что, думал не пойму?! Решил меня напугать, да?! Да ты…

– Успокойся! – рявкнул он мне на ухо так, что в голове зазвенело.

Но успокаиваться я не собиралась. Только не после того, что он сделал, не после того, как заставил меня пережить ад.

– Думал, подсунешь мне записку и я поверю?!

Он снова кинул меня на постель. Я мгновенно повернулась к нему. Грудь обжигало гневом, взгляд Захара тоже был злым.

– Ты всё подстроил, – процедила, глядя на него снизу вверх. – Не было никакого похищения. Это ты сделал. Зачем?! Чего ты хотел?!

– Ты в своём уме?!

У меня снова зазвенело в голове. Захар крепко выругался, прошёлся по спальни и встал напротив постели. Выражение его лица было не просто злым – свирепым, на щеке остался след от пощёчины, одна пуговица болталась. Сомнение закралось так же резко, как и догадка, что похищение Инги – инсценировка. Захар смотрел на меня, я на него, но никто не нарушал воцарившуюся тишину.

– Это сделал ты? – всё-таки спросила я.

Подтянула к себе ноги в ожидании ответа. Но отвечать Захар не торопился, всё буравил меня свинцовым взглядом, усиливая сомнения.

– Если мне понадобится забрать свою дочь, я её заберу, – наконец жёстко сказал он. – Если нужно будет, чтобы ты осталась в этом доме, ты останешься. А теперь подумай башкой, на хрена мне устраивать весь этот цирк?! На хрена, блядь, Вика?! Мне, по-твоему, заняться нечем?!

– Может, и нечем! Откуда я знаю?!

Он снова выматерился, да так, что у меня едва уши в трубочку не свернулись. Таким злым я его, пожалуй, не видела никогда. Сдержанность и хладнокровие разлетелись на осколки. Я хотела подняться, но не успела. Захар сдёрнул меня с постели и толкнул на шкаф. Дверца задрожала, да и я тоже.

Захар озверел. Сдавил оба моих запястья до боли, потом перехватил одной ладонью и задрал над головой.

– Всё, что мне было от тебя нужно, я взял, – прохрипел он с яростью. – Не забывайся. Я могу лишить тебя всего.

– Чего ты меня можешь лишить? – дёрнула скованными руками. – Заберёшь Ингу? Только попробуй. Всю оставшуюся жизнь бояться придётся. Я, может, и никто для тебя, но она – моя дочь. А за свою дочь я убью, не задумываясь. Даже тебя, – прошипела ему в лицо. – Даже тебя, Захар. Один раз я спасла тебя, но только тронь Ингу, я тебя уничтожу.

Линия его рта искривилась презрением. Он поднял руку выше, и мне пришлось приподняться на носочки. Он открыто демонстрировал свою силу и власть надо мной. Разжал руку и вдруг ударил кулаком в нескольких сантиметрах от моего лица. Шкаф задрожал, а вместе с ним, казалось, и стены.

Глаза в глаза мы смотрели друг на друга – не любовники, не враги. Неожиданно в нём что-то поменялось, он отошёл, а я опёрлась о дверцу. Захар принялся расстёгивать рубашку, словно минутой раньше не был готов стереть меня в порошок. Но самое главное, мой гнев тоже затих.

– Поклянись, что не имеешь к этому отношения. Что это не ты подстроил похищение Инги.

Он посмотрел на меня.

– Я не имею отношения к её похищению.

Я сглотнула. И поняла, что лучше бы это был он. Снова стало страшно.

– Так это…

– Это сделал Королёв, – ответил Захар, кинув рубашку на стул.

– Как ты её нашёл?

– Он оставил её рядом с моим офисом. Вместе с ней передал мне новую записку.

– Записку? – голос сел и задрожал.

– Да. Но это только наши с ним дела, Вика. Тебя это не касается.

– Как не касается? Он украл мою дочь! Он…

Оказалась рядом с Захаром раньше, чем сама это поняла. Остановилась в нескольких сантиметрах, скованная сталью его глаз.

– Это только наши с ним дела, – повторил он. – Ни ты, ни Инга к ним отношения не имеете. С этого дня я позабочусь о том, чтобы не имели. А теперь иди спать. Времени много. – Он задержался взглядом на моём лице. – Но можешь остаться здесь. Рано или поздно ты всё равно окажешься в моей постели.

Глава 7

Захар

Она не осталась. Да я и не ждал. Мрачно хмыкнул и вышел на балкон, чтобы остыть. Дрянной день. Затея с поездкой в центр с самого начала была неуместной, но я поддался. Сам виноват.

Глядя в темень, вернулся назад, в момент, когда сел в машину охраны и приказал ехать в офис. Гнаться за Королёвым было нельзя.

На что способен этот псих, я догадывался, тем более, если прижать ему хвост.

– Установить наблюдение за всеми объектами, где может появиться Королёв, – приказал я. – Не забывайте, что он может использовать оба имени.

– В последнее время он использует только новое, – ответил начальник охраны. Но мы следим.

– Следите вы, чёрт бы вас побрал! У него девочка. С ней ничего не должно случиться. Её здоровье и безопасность – приоритет.

Плевать было на светофоры и дорожную разметку. Домчались мы за считанные минуты, но за это время я успел поднять на ноги всех, кто мог быть хоть чем-то полезен.

Сукин сын! В его поступках начисто отсутствовала логика. Он демонстрировал мне свою силу через детей, и при всех раскладах это было дерьмовым решением. Уверен, что мозгов, чтобы понять – он покойник, у Королёва хватало.

На входе меня встретил охранник.

– Захар Николаевич, – протянул мне конверт. – Курьер принёс пару минут назад. Не смог до вас дозвониться.

Конверт был совершенно белый. Я разорвал его и прочитал записку:

«Ищи. 100 м»

Сунул своему человеку.

– Что это значит?

Он перечитал пару раз и выматерился.

– Что за блядские игры, – процедил зло и рявкнул подчинённым: – Осмотреть всё вокруг! Каждый сантиметр.

Я тоже перечитал записку.

– Сто м… Это может быть сто метров, – встретился взглядом с начальником службы безопасности. – Что ещё? Сто минут? Вообще бред.

– Радиус сто метров! – добавил он. – Выполнять!

Мы тоже бросились на улицу. На хрена послушал Вику?! Знал же, что вылазка в город может быть опасной и таки поддался. Проклятая девка! Рядом с ней меня переклинивало всегда. И раньше, и сейчас. Вдыхал у её волос, и штаны становились тесными, а сердце делало кульбит. Надо было забрать их сразу, нет же, дурак, всё думал получил, что хотел и забуду. Забыл, как же.

– Святослав, сюда, – показал на сквер. – Я по правую сторону, ты по левую.

Он коротко кивнул.

В разгар дня людей было мало, но от детских голосов становилось не по себе. С аварии прошло больше полугода, а я всё ещё просыпался посреди ночи с чувством, что теряю сына.

– Папа, папа!

Повернулся, ища Ингу взглядом. Белокурая девчушка протягивала отцу раскрытую ладонь.

– Пап, это жучок, а он…

Пошёл дальше, пытаясь не упустить из вида ни единого клочка сквера, а в башке так и звучало предназначенное не мне «папа».

С Викой изначально всё пошло не так. Я отвёл ей роль орудия отмщения, но вместо этого она стала моей ахиллесовой пятой.

На скамейке впереди сидела девочка. Издали разглядеть её не смог, но чутьё натянуло жилы до предела. Пошёл быстрее.

– С дороги. – Отпихнул прущего на меня недомерка и сам не заметил, как перешёл на бег. Эта была Инга. Что на ней было, не запомнил – только яркую ленту в волосах.

– Инга!

Она испуганно посмотрела на меня.

– Инга! – подхватил со скамьи.

Прижал её к себе. Страх, до этой минуты сдерживаемый главной целью – найти дочь, просочился наружу.

Я обнял Ингу ещё сильнее. Ровесница Игната, она была совсем хрупкой. Девочка. От неё даже пахло по девчачьи – её матерью.

– Дядя Захар, – пискнула она. – Я…

Инга всхлипнула. Только расслабившиеся нервы затянулись жгутами. Уничтожу, сукина сына. Он землю со своими кишками жрать будет и молить, чтобы я его прикончил. За всё ответит: и за Настю, и за Игната, и за эти слёзы.

– Тс-с-с, – легонько погладил Ингу по спине.

– Мне страшно было. Они… Те дяди… Они плохие. Они плохо говорили про тебя и про маму и… – она заныла.

Покачивая её, позвонил Святославу и дал отбой.

– Я нашёл её… Да, вроде в порядке… Всё потом.

– Дядя Захар, – позвала Инга сквозь слёзы.

Я присел вместе с ней на скамью. Она разжала ручонку и дала мне смятый листок.

– Вот.

Придерживая дочь, расправил бумажный комок. Верхняя губа дрогнула.

– Су… – стиснул зубы и смял бумагу снова.

Едва не швырнул в урну, но это бы было опрометчиво. Королёв с чего-то решил, что, действуя через детей, сможет вернуть себе своё. Нет, нужна ему была не Вика – бабки. Он требовал вернуть бизнес.

– Мы домой поедем, дядя Захар? – спросила Инга, задрав голову.

В её заплаканных глазах стояли слёзы.

– Я кушать хочу. И к маме хочу. – Она надула губы, накуксилась. – Только мама ругаться будет, что я побежала к собачке. А я не хочу, чтобы она ругалась.

– Тогда зачем ты побежала?

Инга пожала плечами и начала болтать ногой. Пальчиками водила вокруг пуговицы моей рубашки и виновато молчала. Мимо прошли белокурая девочка и её отец, которых я видел раньше. Я всегда хотел сына. Ещё до того, как нам с Настей объявили, что будет парень. Но в последнее время всё больше хотел отмотать время на семь лет назад и переиграть прошлое.

Святослав появился с двумя охранниками, кивнул на Ингу с вопросом. Я взглядом повторил, что всё в порядке и снова поднял её. Много раз носил на руках сына, но нести дочь было совершенно другим. Её сандалия стучала мне по боку, шёлковая лента касалась руки, и в этих, на первый взгляд, плёвых мелочах заключалась разница величиной с пропасть.

– Едем домой? – спросил Святослав на выходе из сквера.

– Нет. Надо её накормить. Ты чего хочешь? – спросил у дочери.

– Мороженое, – ответила она, не думая. – С шоколадным соусом и орехами. И ещё с карамелью. И молочный коктейль.

– Ты же сказала, что хочешь кушать.

– Ну… Ты спросил, что я хочу. Я хочу мороженое.

Святослав усмехнулся. Видно было, что у него тоже отлегло от сердца, хоть собранность осталась прежней.

– Девчонка – оторви и выкинь.

– Ей есть в кого.

Посадил Ингу в машину и сел рядом. Святослав занял место сзади, ещё один охранник сел спереди. Пока не разделаюсь с Королёвым, придётся усилить безопасность. Можно бы было вывести детей и Вику за пределы страны, но гарантий это не даст. К тому же, надо учитывать, что отец Королёва – по документам, которые он сделал себе семь лет назад – Александра Рыбакова, мент. Хороший мент с большими связями. Вернее, мог бы быть хорошим, если бы не замял дело сына. Изнасилование, предумышленное убийство женщины, находящейся на шестом месяце беременности. Это потянуло бы на долго. Я вынес свой приговор, однако он оказался чересчур мягким. Нужно было сразу же кончать этого молокососа. Но на ошибках учатся. Придётся и мне внести поправки.

* * *

– А твоим дядям что, не вкусно?

Инга мотнула головой на охранников, с тоскливым видом ковыряющих разноцветные шарики мороженого.

– Вкусно, но эти дяди предпочли бы хорошую отбивную.

Дочь нахмурилась и отправила полную ложку в рот. На уголках её губ остались шоколадные усики. Она облизнулась и зачерпнула ещё порцию. Сперва поддался на уговоры Вики, теперь не сдержался перед этой малышкой. Поняв, что мы идём в кафе-мороженое знаменитой сети, Инга пришла в восторг. У прилавка тыкала во все лотки подряд, пока я не остановил её. Думал, не справится, но огромная порция, выданная продавщицей, её не смутила.

– Ты только маме не говори, что мы с тобой тут были. Хорошо?

– Она и тебя ругать будет? – с умным видом спросила чертовка. – Я один раз слышала, как она тебя ругает. Но ты не бойся, она потом всё равно хорошая становится. У меня мама самая-самая хорошая. Надо, чтобы у Игната тоже такая мама была.

Я невесело хмыкнул. Взял свою пиалу и, глядя на дочь, привалился к спинке стула. Наверное, надо. Всё бы было куда проще, признайся я самому себе изначально, что девка, которую я забрал у Королёва, стала мне нужной. Все семь лет, что не подходил к ней близко, видел её глаза. Последние наши гляделки – она, затаившаяся у сосны напротив дома, а потом адская боль в грудине. Пришла, дрянь, посмотреть, как наёмник её мужа меня прикончит. По крайней мере, так я думал до недавнего времени.

– А те дяди меня больше не заберут? – с осторожностью спросила Инга. – Один там был такой… – она поморщилась. – Самый плохой. Он на меня посмотрел и отвернулся. А потом отвёл на лавочку и сказал, что, если я уйду, он найдёт маму и сделает ей очень больно.

Я подобрался.

– Тебе он точно больно не сделал? Ты уверена?

– Уверена, – она снова взялась за мороженое. Облизала ложку. – Только немножко, когда затащил в машину. Вот, – продемонстрировала мне царапину на руке. – Но это ничего. Я один раз, когда мы с мамой ездили в парк…

Инга взялась пересказывать день из разряда «как я провёл лето». Взахлёб говорила о парке в Кисловодске и своих «подвигах», о горной речке, которую ей Вика разрешила потрогать «там, где не так булькает» и содранном о корягу локте.

– А потом к маме пристал дядя, – подтаявший шарик она зачерпнула целиком.

– Что за дядя?

– Самый обычный дядя. Да к ней часто дяди пристают. Она же красивая, вот и пристают.

Что ревность может быть такой острой, в жизни не думал. Чёрная и хлёсткая, она так и накрыла.

– А мама что этому дяде сказала?

Видимо, голос прозвучал очень жёстко. Инга покосилась с подозрением.

– А я не помню. Там были бусы красивые, но мама мне не купила, – горестно закончила она. – Ну и ладно, зато вот эту ленточку купила, – хотела показать на голову, но забыла про мороженое, и брызги полетели на стол. – Ой… Я случайно.

Я взял салфетку и вытер. Поняв, что ругаться я не буду, Инга забралась на диванчик с ногами и вдруг притихла. Ела молча, за считанные секунды растеряв былой энтузиазм. За минуту до этого я мог поклясться, что у них с братом нет ничего общего с той же откровенностью, как сейчас, что они похожи, как две капли воды. Глаза у дочери были точь-в-точь, как у меня на детских снимках, а вот черты лица она взяла от матери.

– Инга, – позвал и, дождавшись, когда она посмотрит на меня, поинтересовался: – Хочешь, купим тебе подарок? Можешь выбрать, что угодно.

– Прям что угодно?

– Прям что угодно.

– А можно я немного подумаю? Или нет, – она смешно замерла на вдохе. – Я хочу дом для кукол. Вот та-а-акой, – соскочила с дивана и показала рукой на уровне своей головы. – Нет, даже такой, – задрала руку выше, ещё и на носочки приподнялась. – И чтобы там мебель была. И ещё куколки с одеждой. Или… Нет, лучше платье, как у принцессы. Вот так чтобы, и юбка пффф, – крутанулась вокруг своей оси. Остановилась и посмотрела с вопросом и восторгом. Я усмехнулся. Инга вдруг стала серьёзной. – А ещё я хочу так, как ты сегодня делал Игнату, – сказала она неожиданно робко. Даже больше, чем дом и платье.

– Это как?

– Ты его сегодня взял и вот так подкинул. А я тоже так хочу. – Она подошла и протянула ко мне руки. – Пожалуйста. Пожалуйста-пожалуйста. Можешь?

Я встал и, подхватив её с пола, подкинул вверх. Поймал и подкинул снова. Инга взвизгнула. Я опустил её на пол и сделал вид, что отошёл, а потом вернулся, подхватил и подбросил ещё выше. Дочь завизжала громче, а когда я, поймав, прижал её к груди, восторженно вдохнула.

– Ещё! Ещё, пожалуйста!

Подбросил снова, потом ещё раз. Она смеялась и визжала, на нас косились посетители, официантка и моя охрана, но плевать было на всех. Наконец Инга устала. Откровенно говоря, я тоже. Посадил её рядом и потянулся за газировкой. Она перехватила мой стакан и сделала несколько больших глотков.

– Ой, как вкусно. – Улыбнулась она во весь рот. – Кажется, я даже писать захотела. Ты меня сводишь? Надо спросить у тётеньки на кассе, куда идти только. Я сама могу спросить.

Чёрт подери! Каким бы паршивым ни был день, эта девчонка могла доконать мёртвого. И рассмешить тоже.

Да, всю жизнь я мечтал иметь сына, но сейчас, глядя на кнопку, смотрящую на меня моими собственными глазами, понимал, что многого себя лишил. И не только себя. Её. Их.

Глава 8.1

Вика

День начался, как и предыдущие. Завтрак, разложенное на лужайке во дворе покрывало и дом-тюрьма, окружённая изощрённой живой изгородью. О том, что случилось вчера, напоминало только количество охраны и вертящаяся вокруг собачонка. Добрых ассоциаций она у меня не вызывала. зато дети были счастливы. Даже обычно угрюмый Игнат пару раз улыбнулся и даже засмеялся, когда собака притащила ему палочку. У меня появилось странное щемящее чувство, очень похожее на то, что я испытала, когда Инга делала свои первые шаги. Моему сыну могло быть столько же, но… Но, но, но. Думать о том, что могло бы быть, а что нет, я давно себе запретила. У меня есть Инга, в ней моё счастье, в ней моё продолжение, в ней я сама.

– И что, хочешь сказать, ничего не поменялось? – крепко держа Игната за руки, я сделала ещё один шаг назад. – Вот вообще ничего?

Выбора у него не оставалось, пришлось идти за мной, и я улыбнулась. Наступал он намного увереннее, мышцы стали лучше.

– Смелее, Игнат, – подбодрила я. – Ногу тяни. Вот…

Шум из холла заставил нас прерваться. Я приоткрыла дверь и выглянула наружу. Охранники тащили к лестнице коробки, перевязанные розовой лентой, Инга суетилась вокруг, Захар раздавал команды.

– А что они делают? – озвучил Игнат вопрос, ответ на который я сама получить была не против.

– Мама! – увидев меня, с криком бросилась Инга. – Дядя Захар мне домик подарил! Для кукол. Вот такой, – она описала в воздухе нечто невообразимое.

Судя по количеству коробок, от правды дочь отступила недалеко.

– Пойдём наверх, – поторопила она и, не дожидаясь, побежала к лестнице.

Когда мы с Игнатом пришли, охранников уже не было. Несколько коробок стояли раскрытые, вокруг лежали детали.

– Это что, правда дом? – спросила у прилаживающего одну часть стены к другой Захара.

– Да.

– Мам, ты представляешь, какой он большой? Я тебя просила купить мне домик для кукол, а ты так и не купила. Зато теперь у меня будет намного больше.

– Захар, зачем? – спросила я резко.

Он всё же отложил детали и выпрямился во весь рост.

– Зачем ты это делаешь? – повторила я ещё жёстче. – Вначале комната, кошка, потом собака. Теперь, – махнула на коробки, – всё это. Мы не останемся тут. Я не останусь. И не надо манипулировать мной через ребёнка. Это не игрушка, ты не можешь взять её с полки, когда захочешь, а когда надоест, отложить.

– С чего ты решила, что она мне надоест? Что ты мне надоешь? – спросил он вкрадчиво и подошёл.